Дело № 2-2361/2017

Решение

 в окончательной форме принято 18.08.2017

РЕШЕНИЕ 

Именем Российской Федерации 

14 августа 2017 года г.Екатеринбург

Железнодорожный районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Матвеевой Ю.В.,

при секретаре Дербышевой К.Р.,

с участием истца ФИО1, представителя истцом адвоката Кривоногова В.П., представителя ответчика ФИО2 – адвоката Бабина И.Б., помощника прокурора Железнодорожного района г.Екатеринбурга Никитина И.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3, ФИО1 к ФИО2, ФИО4, ФИО5 о возмещении вреда, причиненного преступлением, компенсации морального вреда, убытков,

установил:

ФИО6 обратились в суд с иском к ФИО2, ФИО4, ФИО5 о взыскании в пользу ФИО1 вреда, причиненного преступлением, убытков на оплату услуг адвоката, понесенных в рамках уголовного дела, в размере 91 000 рублей и 200 000 рублей соответственно, взыскании компенсации морального вреда в размере 400 000 рублей в пользу каждого истца с ответчиков солидарно.

Определением суда от *** судом принят отказ ФИО1 от иска в части требований о возмещении вреда, причиненного преступлением, убытков на оплату услуг адвоката, понесенные в рамках уголовного дела, в размере 91 000 рублей и 200 000 рублей, и производство по делу в части указанных требований прекращено.

В обоснование иска о компенсации морального вреда указано, что на основании приговора Верх-Исетского районного суда *** от *** ответчики признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного п. «а, в» ч.2 ст.163 Уголовного кодекса РФ, истцы признаны потерпевшими по делу. Действиями ответчиков истцам причинен моральный вред. В частности, в отношении ФИО3 ответчиками применялось насилие, угрозы убийством, в связи с чем ФИО3 испытал физические и нравственные страдания, учитывая особую дерзость совершенного преступления, использование оружия, у ФИО3 имелись реальные основания опасаться за свою жизнь и здоровье. ФИО3 был не в состоянии противостоять трем вооруженным преступникам, поэтому испытывал чувство страха за свою жизнь. После совершенного преступления ФИО3 продолжает испытывать нравственные переживания в связи с характером совершенного в отношении него преступления, так как оно оставило свой след на его душевном и психологическом состоянии. ФИО1, как мать ФИО3, испытывала тяжелые нравственные страдания в связи со случившимся, после передачи ФИО3 денежных средств в размере 91 000 руб., находясь в другом городе, ФИО1 была шокирована тем, что осужденные после передачи им денег продолжали преступное посягательство в отношении сына, испытала горе и нервное потрясение от осознания факта невозможности помочь сыну, опасалась за жизнь сына в связи с преступным посягательством. Причиненный моральный вред истцы оценивают в размере 400 000 рублей каждому.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержала исковые требования о компенсации морального вреда по обстоятельствам, указанным в исковом заявлении, пояснила, что после избиения сын рассказал ей о произошедшем, она была шокирована многочисленными телесными повреждениями у сына, переживала за его жизнь и здоровье.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явился, извещался надлежащим образом, направил для участия в деле представителя.

Представитель истцов адвокат Кривоногов В.П. в судебном заседании поддержал заявленные исковые требования по изложенным выше основаниям.

Ответчики ФИО2, ФИО4, ФИО5 в судебное заседание не явились в связи с нахождением в местах лишения свободы, извещены надлежащим образом по месту отбытия наказания.

Представитель ответчика ФИО2 – адвокат Бабин И.Б., действующий на основании доверенности, в судебном заседании просил снизить размер компенсации морального вреда в пользу ФИО3, указав на завышение его размера. В отношении ФИО1 требования о компенсации морального вреда не признал, указав в обоснование возражений, что из приговора суда не следует, что действиями ФИО2 были нарушены личные неимущественные права Сабуровой, предметом преступления является чужое имущество. Законодательством не предусмотрено взыскание компенсации морального вреда, причиненного хищением чужого имущества. 

Помощник прокурора Железнодорожного района г. Екатеринбурга Никитин И.С. в судебном заседании дал заключение о необходимости удовлетворения заявленных исковых требований.

Суд в соответствии со ст.167 Гражданского процессуального кодекса РФ считает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу абз. 1 п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Таким образом, из анализа указанной правовой нормы следует, что для наступления деликтной ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между ними, а также вину причинителя вреда.

Только при наличии совокупности данных условий возможно возложение ответственности за вред на ответчика.

В силу абз. 2 п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", установленная ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Судом установлено, что приговором Верх-Исетского районного суда *** от *** ФИО2, ФИО4, ФИО5 были признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ст.163 ч.2 п. «а,в» Уголовного кодекса РФ – вымогательство, т.е. требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия. Из приговора суда следует, что ФИО2, ФИО4, ФИО5 применяли к ФИО3 насилие, а именно, наносили множественные удары по различным частям тела, как совместно, так и по отдельности, чем причинили ФИО3 физическую боль, высказывали в адрес ФИО3 словесные угрозы, а именно, что убьют его в случае, если потерпевший не выполнит их требования о передаче денежных средств, ФИО2, ФИО4 направляли на ФИО3 пистолет с целью устрашения и подавления его воли к сопротивлению, выражая тем самым угрозу применения насилия, опасную для жизни и здоровья. Согласно заключению эксперта ФИО3 были причинены телесные повреждения 

<

...> которые квалифицируются как повреждения, не причинившие врез здоровью человека.

Указанный приговор имеет преюдициальное значение для рассмотрения настоящего дела в силу ч.4 ст.61 Гражданского процессуального кодекса РФ, согласно которой вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В соответствии со ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом, поскольку, потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Как разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная семейная тайна).

Необходимым условием для компенсации морального вреда, является наличие обстоятельств, свидетельствующих о том, что лицо действительно претерпело моральный вред (физические или нравственные страдания), действия причинителя вреда явились неправомерными, между неправомерными действиями причинителя вреда и моральным вредом имеется причинная связь.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что в результате преступных действий ответчиков истцу ФИО3 причинены телесные повреждения, кроме того, в адрес ФИО3 были высказаны угрозы применения насилия, опасные для жизни и здоровья, с использованием оружия. 

Таким образом, суд приходит к выводу, что имеют место все признаки состава правонарушения, необходимые для наступления деликтной ответственности причинителей вреда ФИО2, ФИО4, ФИО5

Поскольку истцу ФИО3 причинены нравственные и физические страдания, выразившиеся как в физической боли, так и в переживаниях, чувстве страха за свою жизнь и здоровье, требование о взыскании денежной компенсации морального вреда является обоснованным и подлежит удовлетворению. 

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает характер причиненных истцу нравственных и физических страданий, индивидуальные особенности истца, степень вины каждого из ответчиков, которая по мнению суда является равной, характер и обстоятельства совершенного в отношении истца преступления.

Требование истца о взыскании компенсации морального вреда с ответчиков в солидарном порядке не могут быть удовлетворены, поскольку такой порядок предусмотрен ст. 1080 Гражданского кодекса РФ только при ответственности за совместно причиненный материальный вред, в случае же причинения действиями нескольких лиц морального вреда компенсация для его возмещения взыскивается в долевом порядке с учетом степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств.

Учитывая изложенное в совокупности, и руководствуясь принципами разумности и справедливости, суд полагает, что сумма 50 000 руб., подлежащая взысканию с каждого из ответчиков, является достаточной для компенсации причиненного морального вреда. 

В удовлетворении иска о взыскании компенсации морального вреда в части, превышающей 50 000 руб. с каждого ответчика, суд истцу отказывает, поскольку не представлено доказательств необходимости компенсации морального вреда в большей сумме. 

Относительно требований о взыскании компенсации морального вреда в пользу ФИО1 суд приходит к следующему.

Согласно п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", объектом неправомерных посягательств являются по общему правилу любые нематериальные блага (права на них) вне зависимости от того, поименованы ли они в законе и упоминается ли соответствующий способ их защиты.

Моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. (п. 2 вышеназванного Постановления).

Как усматривается из материалов дела, требования о взыскании компенсации морального вреда ФИО1 были заявлены в связи с тем, что лично ей ответчиками были причинены нравственные и физические страдания, выразившиеся в переживаниях по поводу состояния здоровья своего сына ФИО3, пострадавшего в результате преступных действий ответчиков, опасении за его жизнь.

Учитывая, требования ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также то обстоятельство, что перечень видов нравственных страданий, являющихся основанием для реализации права на компенсацию морального вреда, приведенный в Постановлении Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10, не является исчерпывающим, суд считает, что ФИО1 имеет право на взыскание компенсации морального вреда. В данном случае требования ФИО1 подлежат удовлетворению, поскольку имеется причинно-следственная связь между повреждением здоровья ФИО3 по вине ответчиков, и нарушением личных неимущественных прав ФИО1, претерпевшей переживания за жизнь и здоровье своего сына.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает конкретные обстоятельства, при которых причинен моральный вред истцу ФИО1, характер нравственных страданий ФИО1, индивидуальные особенности ее личности, ее переживания по поводу состояния здоровья сына, опасения за его жизнь в связи с преступным посягательством. С учетом указанных обстоятельств, а также принципа разумности и справедливости суд полагает возможным взыскать с ответчиков в равных долях пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 3 000 рублей с каждого, отказывая во взыскании компенсации морального вреда в большей сумме.

В соответствии со ст.103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчиков в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей с каждого. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2, ФИО4, ФИО5 в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда по 50 000 рублей с каждого.

Взыскать с ФИО2, ФИО4, ФИО5 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда по 3 000 рублей с каждого.

В удовлетворении остальной части исковых требований – отказать.

Взыскать с ФИО2, ФИО4, ФИО5 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей с каждого.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Железнодорожный районный суд г.Екатеринбурга

Судья Ю.В.Матвеева