Дело № 1-193/17 (667)

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Киров 22 мая 2017 года

Октябрьский районный суд г. Кирова в составе: председательствующего судьи Скоробогатого С.В., при секретаре Шишкиной И.А., с участием государственных обвинителей – помощников прокурора Октябрьского района г. Кирова Тарашнина Д.А., Русских Н.Ю., потерпевших К.Р.В., М.А.Н., подсудимого ФИО1, защитника – адвоката Курочкина С.А., представившего удостоверение № 159 и ордер № 027123, рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении 

ФИО1, 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 159, ч. 1 ст. 159, п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана.

Он же, ФИО1 совершил мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана.

Он же, ФИО1 совершил грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, с применением насилия, не опасного для здоровья, с угрозой применения такого насилия.

Преступления совершены при следующих обстоятельствах.

1) 29.03.2016 в период с 09 до 12 часов ФИО2, реализуя корыстный умысел на хищение путем обмана строительного инструмента, сдаваемого К.Р.В. в аренду, предварительно с ним договорившись, проследовал в помещение цеха ПАО «Стромит» по адресу: 

<

адрес>, где встретился с К.Р.В. и заключил с ним договор № от 29.03.2016 на аренду принадлежащего К.Р.В. бетонореза «STIHL TS-800» и принадлежащего ПАО «Стромит» сварочного бензогенератора «LINZ» сроком на 3 суток, то есть до 01.04.2016, на условии оплаты аренды инструмента в размере 2100 рублей в сутки. Заключив договор аренды с К.Р.В., ФИО2 ввел его в заблуждение относительно своих истинных намерений, поскольку не намеревался исполнять свои обязательства по договору аренды и возвращать инструмент. Не догадываясь об истинных намерениях ФИО2, К.Р.В. на основании указанного договора аренды передал ФИО2 бетонорез «STIHL TS-800» стоимостью 64328 рублей и сварочный бензогенератор «LINZ» стоимостью 56109 рублей. ФИО2 при помощи неустановленного следствием лица, неосведомленного о его преступных намерениях, с указанным инструментом с места преступления скрылся, распорядился им по своему усмотрению, причинив материальный ущерб К.Р.В. на сумму 64328 рублей и ПАО «Стромит» на сумму 56109 рублей. 

30.03.2016 с целью создания видимости исполнения взятых на себя обязательств, ФИО2 передал К.Р.В. 2100 рублей в качестве оплаты одних суток аренды бетонореза «STIHL TS-800» и сварочного бензогенератора «LINZ».

2) 30.03.2016 в период с 09 до 12 часов ФИО2, реализуя вновь возникший корыстный умысел на хищение путем обмана строительного инструмента, сдаваемого К.Р.В. в аренду, предварительно с ним договорившись, проследовал в помещение цеха ПАО «Стромит» по адресу: 

<

адрес>, где встретился с К.Р.В. и заключил с ним договор № от 30.03.2016 на аренду принадлежащей ПАО «Стромит» виброплиты реверсивной «GROST PCR-4048CH» сроком на 3 суток, то есть до 02.04.2016, на условии оплаты аренды в размере 1600 рублей в сутки. 

Заключив договор аренды с К.Р.В., ФИО2 ввел его в заблуждение относительно своих истинных намерений, поскольку не намеревался исполнять свои обязательства по договору аренды и возвращать инструмент. Не догадываясь об истинных намерениях ФИО2, К.Р.В. на основании указанного договора аренды передал ФИО2 виброплиту реверсивную «GROST PCR-4048CH» стоимостью 99127 рублей, с которой последний при помощи неустановленного следствием лица, неосведомленного о его преступных намерениях, с места преступления скрылся, распорядился похищенным по своему усмотрению, причинив ПАО «Стромит» материальный ущерб на сумму 99127 рублей.

3) 05.04.2016 в вечернее время суток ФИО2 под предлогом наличия у М.А.Н. долговых обязательств перед К.Е.Д., руководствуясь корыстным умыслом, решил открыто похитить у него имущество с применением насилия, не опасного для здоровья М.А.Н., и с угрозой применения такого насилия.

05.04.2016 в период с 21 часа до 22 часов 30 минут в общежитии по адресу: 

<

адрес> ФИО2, реализуя задуманное, подошел к М.А.Н., открывшему дверь своей комнаты № и втолкнул его в эту комнату. Следом за М.А.Н. в его комнату вошел ФИО2 и неустановленное следствием лицо, неосведомленное о его преступных намерениях. Находясь в комнате, ФИО2 под надуманным предлогом наличия у М.А.Н. долговых обязательств перед К.Е.Д. незаконно потребовал у него передачи ему денежных средств в размере 10000 рублей. В ответ М.А.Н. об отсутствии у него долговых обязательств, желая запугать его и побудить выполнить незаконные требования, ФИО2 высказал в его адрес угрозу применения к нему насилия, не опасного для здоровья, неизвестными лицами, готовыми прибыть в комнату М.А.Н.. Продолжая свои действия, направленные на преодоление сопротивления М.А.Н. и облегчение совершения преступления, ФИО2 толкнул М.А.Н. на диван и нанес ему два удара ногой в ботинке в область левого плеча и в левую подмышечную область, причинив физическую боль. В сложившейся ситуации указанную угрозу ФИО2, который находился в комнате вместе с неустановленным следствием лицом, был агрессивно настроен и сильнее его физически, М.А.Н. воспринимал реально, опасаясь применения к нему насилия со стороны ФИО2 и иных лиц. 

Осознавая, что М.А.Н. не может активно противодействовать ему, ФИО2, игнорируя требования М.А.Н. прекратить преступные действия, взял с холодильника принадлежащее М.А.Н. имущество: сумку для ноутбука стоимостью 1000 рублей, ноутбук «ASUS X55» в комплекте с зарядным устройством и компьютерной мышью общей стоимостью 6000 рублей, модем «Мегафон» стоимостью 1000 рублей, а затем забрал из карманов куртки М.А.Н., висевшей на вешалке у входа в комнату, принадлежащий последнему сотовый телефон «NOKIA LUMIA 630» стоимостью 3700 рублей и из обнаруженного там портмоне М.А.Н. - карту ПАО «Сбербанк России» на его имя, на счету которой находились принадлежащие последнему денежные средства на сумму 3000 рублей 

Стремясь избежать ответственности за похищенное имущество, ФИО2 потребовал от М.А.Н. написать расписку о наличии у него перед ним задолженности в размере 16000 рублей, а также потребовал сообщить ему пин-код карты ПАО «Сбербанк России». С целью заставить М.А.Н. выполнить его незаконные требования ФИО2 схватил его рукой за шею сзади, с силой сжимал пальцами ему шею, причиняя физическую боль. В результате М.А.Н. был вынужден написать ФИО2 расписку о наличии у него перед ним долговых обязательств на указанную сумму, а затем сообщить ему пин-код банковской карты ПАО «Сбербанк России».

С указанным имуществом М.А.Н. и банковской картой ФИО2 скрылся с места преступления, проследовал в помещение по адресу: 

<

адрес>, где поместил в банкомат банковскую карту на имя М.А.Н., ввел на панели управления пин-код и снял со счета карты принадлежащие М.А.Н. денежные средства в сумме 3000 рублей, которыми незаконно завладел.

Своими действиями ФИО2 причинил М.А.Н. физическую боль и материальный ущерб на сумму 14700 рублей.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину в совершении инкриминируемых ему преступлений не признал и пояснил, что он является директором и соучредителем фирмы «Спецсталь». Весной 2016 году ему для работы понадобился инструмент – бетонорез, бензогенератор и виброплита. Этот инструмент он нашел у К.Р.В., который сдавал его в аренду. Договорившись с К.Р.В. об аренде всего указанного инструмента, на основании договора он забрал бетонорез и бензогенератор и отвез его на хранение в ломбард, поскольку дома этот инструмент хранить было нельзя, поскольку в инструмент заливается бензин и масло. На следующий день у К.Р.В. он забрал виброплиту, которую в силу громоздкости отвезли на хранение Л.А.В. в гараж. Деньги за этот инструмент он не получал, поскольку отдал Л.А.В. на хранение. Потом оказалось, что инструмент заложен в ломбард Б.С.А., который без его распоряжения стал им распоряжаться. Позднее ему стало известно, что инструмент возвращен владельцу.

Этим инструментом намеревался работать на объекте - коттедже в 

<

адрес>, но работать не начал, поскольку не мог найти работников. Адрес объекта, данные заказчика, сроки выполнения работы, не помнит. Знал, что ежесуточно за аренду инструмента нужно платить плату, но все равно взял инструмент, не наняв работников, поскольку найти их было легко. Потом в результате того, что он не нашел работников, заказчик от его услуг отказался, а он не вернул инструмент К.Р.В., поскольку утерял свой телефон и не мог ему позвонить. Приехать к К.Р.В. также не мог, поскольку срочно по личным делам уехал в Даровской район.

Побоев М.А.Н. он не наносил, имущество М.А.Н. отдал ему добровольно в счет погашения долга перед К.Е.Д., которая сама просила его, что он помог ей вернуть долг в сумме 10000 рублей. М.А.Н. вместе с имуществом отдал ему банковскую карту, сказал пин-код, попросил купить продуктов. Также М.А.Н. он сказал написать расписку о том, что должен ему (ФИО2) 16 тысяч рублей. Эту сумму М.А.Н. указал сам, оценив на эту сумму своё имущество, которое у него он забрал. М.А.Н. его оговаривает, был пьяный, а он (ФИО2) трезвый. При разговоре с М.А.Н. присутствовал А., с которым они после этого дошли до банкомата, сняли деньги и купили на них продукты для М.А.Н., но последний дверь своей комнаты не открыл. Ноутбук М.А.Н. он оставил в своей машине, который оттуда пропал. Но М.А.Н. он ущерб возместил полностью. К.Е.Д. он не сообщил, что забрал имущество у М.А.Н., поскольку не успел. На следующий день после случившегося его забрали в отдел полиции на ул.Красина, а когда отпустили оттуда он устал, а 08.04.2016 около 16 часов его увезли в отдел полиции №1 г.Кирова. 

Из показаний подозреваемого ФИО1 от 09.04.2016, оглашенных в судебном заседании на основании п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, следует, что он является директором ООО «Спецсталь». Фирма занимается строительством, а именно возведением домов и внутренней отделкой помещений. 28.03.2016 он решил арендовать посуточно инструмент для того, чтобы в дальнейшем работать на нем. Найдя в Интернете объявление об аренде инструмента, а именно бетонореза «STIHL TS-800» и сварочного бензогенератора «LINZ», он позвонил по номеру, указанному в объявлении. Ему ответил К.Р.В. и пояснил, что действительно сдает в аренду данный инструмент. Договорившись о встрече, он приехал в 

<

адрес>, где оплатил 2100 рублей за сутки аренды инструмента и заключил с К.Р.В. договор аренды бетонореза и бензогенератора сроком на трое суток. Затем он вызвал автомобиль, на котором отвез данный инструмент к себе домой. На следующий день, 29.03.2016 он снова позвонил К.Р.В. и попросил у него в аренду виброплиту. Он снова приехал к нему и взял в аренду виброплиту на трое суток, то есть до 01.04.2016. При этом между ним и К.Р.В. был заключен договор аренды на условии стоимости аренды 1 500 рублей за сутки. Виброплиту он перевез к своему дому. 01.04.2016 он позвонил К.Р.В. и попросил продлить аренду данного инструмента до 04.04.2016, так как у него возник умысел заложить данный инструмент в ломбард в связи с возникшим материальными проблемами. Он в указанное время заложил данный инструмент за 30 000 рублей своему знакомому К. до 05.04.2016. Он хотел вернуть залоговую сумму 30000 рублей обратно и вернуть инструмент, который он арендовал, но в течение короткого времени потратил на свои нужды указанные денежные средства. Он предпринимал попытки неоднократно продлить срок аренды и срок залога инструмента, но ему отказали. Когда он сдавал в залог инструмент, он был уверен, что выкупит его в течение 5 дней. Деньги ему должна была привезти мать, которая работает на севере, но привезти она их не смогла. При заключении договоров аренды указанного инструмента он действительно намеревался использовать инструмент в работе, планировал оплатить срок аренды и вернуть инструмент его владельцу, однако у него возникло сложное материальное положение и ему пришлось заложить данный инструмент в ломбард (т. 3 л.д.9-15).

При допросе в качестве обвиняемого 28.11.2016 ФИО1 пояснял, что инструмент у К.Р.В. взял для работы. Когда он взял инструмент, договоров на работы еще ни с кем заключено не было, но он собирался это сделать. Никакого умысла на хищение чужого имущества у него не было. Он имел реальную возможность вернуть взятые у К.Р.В. инструменты, но в силу того, что его задержали сотрудники полиции, не смог это сделать (т. 3 л.д. 90-93).

Оглашенные показания от 09.04.2016 ФИО1 не подтвердил и пояснил тем, что они были даны под давлением оперативных сотрудников полиции, он себя оговорил, поскольку на него оказывалось психологическое давление, он чувствовал себя плохо, болела голова, а протокол своего допроса он подписал, не читая, так как у него не было сил сопротивляться. Другие показания на предварительном следствии подтвердил.

Оценивая показания подсудимого ФИО1, которые он давал на предварительном следствии 09.04.2016, суд находит их достоверными в части того, что инструмент, полученный им по договорам аренды, он заложил, получив за это деньги, поскольку они подтверждаются другими доказательствами. Довод ФИО1 о том, что он, давая указанные показания, оговорил себя в результате примененного к нему психологического давления, суд отвергает, как не нашедший подтверждения. Как видно из протокола допроса ФИО1 от 09.04.2016 его показания получены в строгом соответствии с законом, в присутствии защитника. Подозреваемый предупреждался о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств, даже в случае отказа от них. Фактически ФИО2, давая показания 09.04.2016, свою вину в совершении мошенничества не признавал. По заявлению ФИО1 об оказании на него психологического давления сотрудниками полиции следственным отделом по Октябрьскому району СУ СК РФ по Кировской области проведена проверка, в ходе которой установлено, что в отношении ФИО1 противоправных действий со стороны сотрудников полиции не было, его заявление об оказании на него психологического давления не подтвердилось, о чем 09.06.2016 вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

Другие показания ФИО1 на предварительном следствии, а также в судебном заседании являлись непоследовательными и противоречивыми, в связи с чем, признаются недостоверными. В частности, при допросе 09.04.2016 ФИО2 пояснял, что инструмент К.Р.В. не вернул по причине отсутствия денег. При допросе 28.11.2016 заявил, что причиной этого явилось его задержание сотрудниками полиции. В судебном заседании ФИО2 выдвинул версию, что инструмент не вернул, поскольку потерял телефон и не мог позвонить потерпевшему, а потом вообще уехал из г.Кирова.

Показания ФИО1 о том, что умысла на хищение инструмента у него не было, инструмент он передал на хранение, а не заложил, побоев М.А.Н. не наносил, имущество последним было отдано добровольно, в счет долга, опровергаются следующими изложенным в приговоре доказательствам. 

По преступлениям в отношении имущества К.Р.В. и ПАО «Стромит».

Потерпевший, он же представитель потерпевшего ПАО «Стромит», К.Р.В. с учетом оглашения показаний на предварительном следствии (т. 1 л.д. 103-106, 144-146, 154-158) суду пояснил, что 28.03.2016 ему позвонил ФИО2 и сказал, что желает арендовать у него инструмент. 29.03.2016 в период с 09 до 12 часов в помещении цеха ПАО «Стромит» он встретился с ФИО2 и по договору аренды №20 передал ему принадлежащий ему лично бетонорез «STIHL TS-800», также принадлежащий ПАО «Стромит» сварочный бензогенератор «LINZ». Инструмент ФИО2 был передан на трое суток, то есть до 31.03.2016. Арендная плата составляла 2 100 рублей в сутки за оба инструмента. 

30.03.2016 ФИО2 вновь позвонил ему и попросил дать ему в аренду виброплиту реверсивную «GROST PCR-4048CH» на 3 суток. В этот же день ФИО2 приехал к нему и заплатил за первые сутки аренды бензогенератора и бетонореза 2 100 рублей. Между ним и ФИО2 был заключен договор аренды №, по которому ФИО2 забрал и увез на автомобиле указанную виброплиту, принадлежащую ПАО «Стромит». Арендная плата за виброплиту составляла 1600 рублей в сутки. 

01.04.2016 и 02.04.2016 он созванивался с ФИО2, который пояснил, что желает продлить договор аренды инструмента.

04.04.2016 ФИО2 сказал, что подъедет к нему на работу, однако ни в этот день, ни в другие не подъехал. Его телефон был выключен. Он ездил по указанному Мрясевым адресу, однако квартиру его найти не смог и обратился в полицию. Впоследствии ему стало известно, что ФИО2 его инструмент заложил в ломбард. Бетонорез он оценивает в 64328 рублей, сварочный бензогенератор - в 56109 рублей, виброплиту - в 99127 рублей. ФИО2 ему лично причинен ущерб на сумму 64328 рублей, который для него не является значительным, поскольку его ежегодный доход составляет более 1 миллиона рублей.

19.04.2016 виброплиту ему вернул Б.С.А., а бетонорез и сварочный бензогенератор позднее вернули сотрудники полиции. 

Из показаний свидетеля С.К.О., оглашенных в судебном заседании по согласию сторон, следует, что ему неизвестно, является ли его двоюродный брат ФИО2 директором какой-либо фирмы и принимает ли какое-либо участие в строительном бизнесе.

09.04.2016 ему позвонила мать ФИО2 - М.Т.А. и сказала, что у А. проблемы с полицией и что в этой связи к нему приедет друг ФИО2 - Б.С.А.. После этого с последним они поехали в ломбард, расположенный в 

<

адрес>, забрали там бетонорез «Штиль» и сварочный бензогенератор «ЛИНЗ», которые привезли в отдел полиции №1. Со слов М.Т.А. ему известно, что ФИО2 должен был отдать ещё какую-то виброплиту, которую Б.С.А. забрал из гаража в Нововятском районе г.Кирова (т. 1 л.д. 168-171, т.2 л.д.97-101).

Свидетель Л.А.В. суду пояснил, что является индивидуальным предпринимателем и занимается куплей-продажей техники через комиссионный магазин. С ФИО1 у него каких-либо финансовых отношений не было. Он привозил ему на хранение инструмент, в том числе виброплиту, которую в силу громоздкости оставил в гараже. Каких-либо документов о приеме инструмента от ФИО2 не составлял. Позднее эту виброплиту забрала мать последнего. Денежных расчетов с ней у него не было. 

В связи с существенными противоречиями в показаниях свидетеля Л.А.В. были оглашены его показания на предварительном следствия (т. 1 л.д. 215-219, т. 2 л.д. 107-110, т. 3 л.д. 125-128, 129-131), их которых следует, что у него имеется ломбард по адресу: 

<

адрес>. В конце марта 2016 года ему позвонил его знакомый ФИО2, который спросил, по какой цене он может принять у него в залог бензогенератор, бетонорез и виброплиту. Он предложил ФИО2 30000 рублей за виброплиту и 17000 рублей за бетонорез и бензогенератор. ФИО2 согласился, но сказал, что как только найдет покупателя по более выгодной цене, то выкупит у него этот инструмент. Он позвонил своему напарнику К.А.О., который в тот день находился на рабочем месте в ломбарде, и сказал, что приедет ФИО2 и привезет инструмент.

ФИО2 привез бензогенератор и бетонорез в ломбард. За этот инструмент ему было передано 17000 рублей. На следующий день ФИО2 с Б.С.А. привезли ему виброплиту, которую он оставил в гараже, поскольку она большая и поместить её было больше негде. За виброплиту он передал ФИО2 30000 рублей. Сведения о залоге ФИО2 указанного инструмента были внесены в тетрадь.

Спустя некоторое время к нему приехал Б.С.А. и пояснил, что ФИО2 взял данный инструмент у кого-то в аренду, деньги за него не отдал, инструмент нужно вернуть собственнику. Он согласился вернуть инструмент. Допускает, что это было 09.04.2016, то есть уже после истечения срока залога инструмента. Б.С.А. приехал в ломбард, отдал 18 500 рублей и забрал бензогенератор и бетонорез. Спустя еще несколько дней, допускает, что это было 19.04.2016, к нему в гараж приехала мать ФИО2, отдала ему деньги в сумме около 30 000 рублей и забрала виброплиту.

Оглашенные показания свидетель Л.А.В. подтвердил частично, указав, что они верно записаны с его слов, однако не в полной мере соответствуют действительности, поскольку фактически деньги за бензогенератор и бетонорез он передавал не ФИО2, а Б.С.А., полагая, что они с ФИО2 действуют совместно. Виброплиту он отдал М.Т.А., поскольку она дала в займы Б.С.А. около 30000 рублей, который часть этих денег взял себе, а часть передал ему (Л.А.В.). В этой части он следователю давал ложные показания, поскольку Б.С.А. должен ему крупную сумму денег, и он таким образом намеревался получить с него задолженность. В остальной части свои показания подтвердил.

Оценивая показания Л.А.В., суд находит его показания в судебном заседании недостоверными в части того, что денежные средства за инструмент он передал Б.С.А., поскольку они опровергаются записями в тетради приема товара ломбарда о том, что имущество было передано ФИО2 с указанием денежных средств, переданных ему за это. Кроме того, свидетель Л.А.В. на предварительном следствии неоднократно давал показания, которые существенных противоречий между собой не содержали, а причины, которые свидетелем названы в судебном заседании в обоснование изменения показаний, являются неубедительными.

Приемщик ломбарда свидетель К.А.О. в судебном заседании пояснил, что в 2016 году ему позвонил Л.А.В. и сказал взять у ФИО2 инструмент, оставить его в подсобном помещении, что он и сделал, деньги ФИО2 за инструмент не передавал.

В судебном заседании в связи с существенными противоречиями оглашены показания на предварительном следствии свидетеля К.А.О., который при допросе 16.09.2016 пояснял, что до сентября 2016 года он работал у ИП Л.А.В. в ломбарде по адресу: 

<

адрес>. В конце марта или начале апреля 2016 года, когда он находился на работе, ему позвонил Л.А.В. и сказал, что в ломбард приедет ФИО2 и привезет под залог на 5 суток бензогенератор и бетонорез, за которые он должен отдать ФИО2 10300 рублей. Затем приехал ФИО2 с неизвестным ему молодым человеком. Они занесли в магазин бензогенератор «LINZ» и бетонорез «STIHL TS-800». Он отдал ФИО2 10300 рублей. В тетрадь, которую они ведут в ломбарде, он внес запись о том, что ФИО2 оставил в залог указанный инструмент, а за это он передал ему деньги. Через пять суток ФИО2 инструмент не забрал (т. 2 л.д. 91).

В ходе допроса на очной ставке с обвиняемым ФИО1 30.11.2016 свидетель К.А.О. сменил свои показания и пояснил, что Л.А.В. попросил его взять у ФИО2 инструмент, оставить его в подсобном помещении, что он и сделал, деньги ФИО2 за инструмент не передавал (т.3 л.д.94-99).

В ходе допроса на очной ставке со свидетелем Л.А.В. 14.03.2017 свидетель К.А.О. допустил, что Л.А.В. просил взять у ФИО2 инструмент под залог и что он (К.А.О.) передал ФИО2 за инструмент деньги. Фактически, подтвердил показания от 16.09.2016, объяснив причину противоречий забывчивостью.

В судебном заседании свидетель К.А.О. не подтвердил свои показания от 16.09.2016, пояснив, что указанные показания он давал в отношении другого человека, а не ФИО2. В то же время, осмотрев ксерокопию журнала приема товара в ломбард, пояснил, что записи в указанной тетради о приеме означают, что бензогенератор и бетонорез были сданы в ломбард под залог 29.03.2016. За это лицу, сдавшему этот инструмент, было уплачено 17000 рублей, а 08.04.2016 инструмент был выкуплен, за что ломбардом получено 18500 рублей. Эти записи сделаны им по просьбе Л.А.В..

Оценивая показания К.А.О., суд признает его показания на очной ставке с ФИО2, а также в судебном заседании о том, что инструмент он получил от ФИО2 на хранение, денег ему за инструмент не передавал, недостоверными, поскольку они опровергаются сведениями в тетради приема товара ломбарда о том, что имущество было передано ФИО2 с указанием денежных средств, переданных ему за это. Кроме того, в судебном заседании свидетель К.А.О., осмотрев копию тетради приема товара в ломбард, фактически подтвердил, что инструмент был сдан ФИО2 в ломбард именно под залог, что соответствует и показаниям свидетеля Л.А.В.

При таких обстоятельствах суд признает достоверными показания свидетеля К.А.О. от 16.09.2016. 

Свидетель Б.С.А. суду показал, что об аренде инструмента ФИО2 ему ничего не известно. Знает только, что ФИО2 брал инструмент у К.Р.В. для производства каких-то работ, но не работал на нем, так как клиент от его услуг отказался в последний момент. Виброплиту, бетонорез и бензогенератор забирал у Л.А.В. по просьбе М.Т.А.. Денег за инструмент он Л.А.В. не передавал. От Л.А.В. ему известно, что инструмент Л.А.В. принимал от ФИО2 на хранение (т. 3 л.д. 100-104).

На основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ были оглашены показания свидетеля Б.С.А. на предварительном следствии (т. 2 л.д. 117-121, 122-129, 130-137), из которых следует, что по просьбе ФИО2 в конце марта 2016 года он приезжал с ним по адресу: 

<

адрес>, где Мрясев арендовал инструмент - виброплиту, которая ФИО2 была необходима для производства работ. Он помогал ФИО2 грузить инструмент в автомобиль. Также ему известно, что в конце марта 2016 года ФИО2 договорился с К.Р.В. об аренде бензогенератора и бетонореза. Спустя примерно неделю ему позвонила М.Т.А..- мать ФИО2, которая сказала, что необходимо вернуть инструмент, так как ФИО2 задержан и находится в полиции. Затем по её просьбе с С.К.О. они поехали в ломбард, сотрудник которого сказал, что за инструмент нужно заплатить 30 000 рублей. У него были свои деньги, которые он отдал за данный инструмент сотруднику ломбарда. Затем он и С.К.О. увезли бензогенератор и бетонорез в полицию. 19.04.2016 ему вновь позвонила М.Т.А., которая сказала, что виброплиту необходимо забрать из ломбарда и вернуть. Он позвонил Л.А.В., но тот сказал, что не отдаст виброплиту, так как ФИО2 должен за нее 40 000 рублей. Он понял, что речь идет о той виброплите, за которой они приезжали с ФИО2 в конце марта 2016 года к К.Р.В.. Поговорив с Л.А.В., последний сказал, что ФИО2 ему виброплиту продал, поэтому отдаст её, только если они отдадут за нее 40 000 рублей. Они с М.Т.А. встретились с Л.А.В. и он передал ему 40 000 рублей. Далее они вместе проехали в гараж к Л.А.В., погрузили виброплиту в машину и отвезли ее К.Р.В., который составил накладную о том, что принял виброплиту. 

В ходе очной ставки с ФИО2 пояснял, что последний брал инструмент у К.Р.В. для производства каких-то работ, но не работал на нем, так как клиент от его услуг отказался в последний момент. Виброплиту, бетонорез и бензогенератор забирал у Л.А.В. по просьбе М.Т.А.. Денег за инструмент он Л.А.В. не передавал. От последнего ему известно, что инструмент Л.А.В. принимал от ФИО2 на хранение (т. 3 л.д. 100-104).

Оглашенные показания в т. 2 на л.д. 117-121, 122-129, 130-137 Б.С.А. не подтвердил, противоречия объяснил тем, что на него оказывалось психологическое давление со стороны сотрудников полиции, показания, которые следователь внесла в протокол его допроса, не читал.

Оценивая показания Б.С.А., суд признает недостоверными его показания в судебном заседании, а также в ходе очной ставки с ФИО2, поскольку они опровергаются показаниями свидетеля Л.А.В.

Показания Б.С.А. на предварительном следствии, имеющиеся в т. 2 на л.д. 117-121, 122-129, 130-137 признаются достоверными, поскольку они подтверждаются исследованными доказательствами. 

Довод Б.С.А. о том, что он, давая указанные показания, оговорил себя в результате примененного к нему психологического давления, суд отвергает, как не нашедший подтверждения. Как видно из протоколов допросов Б.С.А., его показания получены в строгом соответствии с законом. В результате проверки, проведенной следственным отделом по Ленинскому району СУ СК РФ по Кировской области, каких-либо данных, свидетельствующих о совершении преступления сотрудниками полиции в отношении Б.С.А., не получено, в связи с чем 28.04.2017 вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

Согласно протоколу выемки от 26.08.2016 у свидетеля А.А.О. изъята виброплита реверсивная «GROST PCR-4048CH», результат осмотра зафиксирован в протоколе от 26.08.2016, на основании постановления от 26.08.2016 признана вещественным доказательством и приобщена к материалам уголовного дела, на основании постановления, заявления и расписки выдана на ответственное хранение А.А.О. (т. 1 л.д. 226-227, 228-231, 232, 233-235).

Согласно протоколу выемки от 09.04.2016 у свидетеля С.К.О. изъяты бетонорез «STIHL TS-800» и сварочный бензогенератор «LINZ», результат осмотра которых зафиксирован в протоколе от 22.04.2016, на основании постановления от 22.04.2016 осмотренные предметы признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам уголовного дела, на основании постановления, заявления и расписки выданы на ответственное хранение К.Р.В. (т. 1 л.д. 173-175, 176-182, 183, 184-187).

Согласно заключению товароведческой судебной экспертизы № У-16/2 от 13.10.2016 рыночная стоимость бетонореза «STIHL TS-800» на момент хищения составляет 64328 рублей, сварочного бензогенератора «LINZ» - 56109 рублей, виброплиты реверсивной «GROST PCR-4048CH» - 99127 рублей (т. 2 л.д. 9-25).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 08.04.2016 осмотрен цех металлопродукции ПАО «Стромит» по адресу: 

<

адрес>, где находился инструмент, переданный в аренду ФИО1 (т. 1 л.д. 96-97).

В заявлении от 08.04.2016 К.Р.В. просит привлечь к ответственности ФИО1, который в период с 28.03.2016 по 29.03.2016 по адресу: 

<

адрес> похитил принадлежащий ему инструмент (т. 1 л.д. 86).

Согласно договору аренды движимого имущества № от 29.03.2016 ИП К.Р.В. переданы в аренду ФИО1 бетонорез «STIHL TS-800» и сварочный бензогенератор «LINZ» на срок 3 суток (т. 1 л.д. 116-120).

Согласно договору аренды движимого имущества № от 30.03.2016 ИП К.Р.В. передана в аренду ФИО1 виброплита реверсивная «GROST PCR-4048CH» на срок 3 суток (т. 1 л.д. 121-125).

Согласно справке ПАО «Стромит» от 09.04.2016 виброплита реверсивная «GROST PCR-4048CH» состоит на балансе организации и передана ИП К.Р.В. по договору аренды, ее стоимость составляет 110 000 рублей (т. 1 л.д. 148).

Согласно копии накладной от 19.04.2016 К.Р.В. получил от Б.С.А. виброплиту (т. 1 л.д. 147).

Согласно налоговой и бухгалтерской отчетности ООО «Спецсталь» за 2014-2016 г.г. никакой финансовой деятельности не осуществлялось (т. 3 л.д. 168-178).

Согласно протоколу выемки от 12.10.2016 у свидетеля Л.А.В. изъята тетрадь, в которой имеется информация о залоге ФИО1 бетонореза «STIHL TS-800», сварочного бензогенератора «LINZ» и виброплиты реверсивной «GROST PCR-4048CH» (т. 2 л.д. 112-113).

Согласно протоколу от 19.01.2017 осмотрена тетрадь учета из ломбарда по адресу: 

<

адрес>, в которой имеется информация о залоге строительного оборудования ФИО1, а именно запись 

<

данные изъяты> на основании постановления от 19.01.2017 тетрадь признана вещественным доказательством и приобщена к материалам уголовного дела (т. 1 л.д. 199-209, 210-211).

Оценивая указанную тетрадь, суд приходит к выводу, что дата приема в ломбард виброплиты 29.03.2016 указана ошибочно. Фактически приведенными выше доказательствами установлено, что указанная виброплита получена ФИО1 у К.Р.В. 30.03.2016. 

По преступлению в отношении потерпевшего М.А.Н.

Потерпевший М.А.Н. с учетом оглашения показаний на предварительном следствии (т. 2 л.д. 180-182, 183-188, 190-193, т. 3 л.д. 109-120) суду пояснил, что проживал по адресу: 

<

адрес> 05.04.2016 около 21 часа 30 минут он пришел по вышеуказанному адресу, при себе у него находилась сумка с ноутбуком «АSUS X55» в комплекте с зарядным устройством и компьютерной мышью общей стоимостью 6000 рублей, модем «Мегафон» в комплекте сим-картой «Билайн». Пока он открывал замок двери, к нему подошел ФИО2 с ранее незнакомым мужчиной. Когда он открыл дверь, ФИО2 схватил его сзади за одежду в области шеи и силой толкнул в комнату, от толчка он упал на диван. Затем ФИО2 сказал, что у него имеется долг в размере 10 000 рублей перед К.Е.Д., которая ранее арендовала у него комнату. Он ответил, что ничего не должен К.Е.Д.. Тогда ФИО2 высказал в его адрес угрозы физической расправы, а именно что если он не отдаст деньги, то к нему приедут ребята ФИО2 и будут разговаривать с ним «по-другому». Он понял, что в его комнату приедут друзья ФИО2 и будут его избивать, вымогая деньги. ФИО2 при этом звонил кому-то по телефону и спрашивал когда они приедут. Он был напуган, боялся выйти из комнаты, так как в этот момент у входа стоял молодой человек, который пришел с ФИО2. Он считал, что данный молодой человек заодно с ФИО2 и может причинить ему вред. Далее он встал, положил сумку с ноутбуком на холодильник, который расположен справа от входа в квартиру, и повесил свою куртку на вешалку. Затем ФИО2 толкнул его рукой, отчего он упал на диван. Далее ФИО2 нанес ему удар правой ногой в левое плечо, а также один удар в подмышечную область левой руки, от которых он испытал физическую боль. ФИО2 сказал, что заберет у него ноутбук, сотовый телефон и банковскую карту. Он ответил, что никому ничего не должен, чтобы ФИО2 оставил его вещи на месте, но последний взял с холодильника сумку с ноутбуком, компьютерной мышью, зарядным устройством и модемом «Мегафон». Из кармана его куртки вытащил мобильный телефон, а из портмоне - банковскую карту «Сбербанка России». Затем ФИО2 потребовал, чтобы он написал расписку, что якобы должен ФИО2 16000 рублей, а также сообщил ему пин-код его банковской карты. При этом ФИО2 схватил его за шею сзади, стал сдавливать шею своими пальцами, причиняя ему боль, продолжая угрожать насилием. Он испугался за свое здоровье и понял, что лучше назвать пин-код карты, чтобы ФИО2 быстрее ушел. Он написал расписку, которую писал под диктовку ФИО2, о том, что он должен последнему 16000 рублей. Далее ФИО2 с незнакомым мужчиной ушли из комнаты, забрав его вещи. Утром он обратился в полицию. Ноутбук «АSUS X55» в комплекте с зарядным устройством и компьютерной мышью оценивает в 6000 рублей, модем «Мегафон» - в 1000 рублей, сумку для ноутбука - в 1000 рублей, сотовый телефон «NOKIA LUMIA 630» - в 3700 рублей. Также от сотрудников полиции ему стало известно, что ФИО2 также похитил с его карты 3000 рублей. Таким образом, ему причинен ущерб в размере 14700 рублей. Впоследствии сотрудники полиции ему вернули телефон, а также банковскую карту. Через некоторое время ему позвонил мужчина, представился адвокатом ФИО2, сообщил, что мать последнего желает возместить ему ущерб. Она пригласила его в комнату, где передала ему 11000 рублей в счет возмещения ущерба.

Свидетель Б.С.А. суду пояснил, что ему ничего неизвестно о действиях ФИО2 в отношении мужчины, проживающего в общежитии по адресу: 

<

адрес>.

Из показаний Б.С.А., на предварительном следствии, оглашенных в судебном заседании в связи с существенными противоречиями, следует, что от кого-то ему известно, что ФИО2 просил вернуть какой-то долг у мужчины, избил его и тот отдал ему карту ПАО «Сбербанк России», с которой ФИО2 снял деньги (т. 2 л.д. 130-137).

Оценивая указанные показания свидетеля Б.С.А., суд признает их недопустимым доказательством в части действий ФИО2 в отношении М.А.Н., поскольку свидетель при допросе не мог назвать источник своей осведомленности. 

Оперуполномоченный УМВД России по г. Кирову свидетель К.Р.Л., чьи показания на предварительном следствии были оглашены в судебном заседании, пояснял, что 06.04.2016 он находился на суточном дежурстве в УМВД России по г. Кирову адресу: 

<

...>. Наружными нарядами патрульно-постовой службы по подозрению в совершении хищения имущества, принадлежащего М.А.Н., был задержан ФИО2, у которого при себе имелись сотовый телефон и карта ПАО «Сбербанк России» на имя М.А.Н.. ФИО2 пояснил, что данное имущество взял в залог у М.А.Н. в комнате 

<

адрес>. Указанные предметы у ФИО2 были изъяты (т. 2 л.д. 217-219).

Свидетель К.Е.Д. с учетом оглашения показаний на предварительном следствии (т. 2 л.д. 228-230, 235-239) суду пояснила, что в период с октября 2014 года по март 2015 года снимала у М.А.Н. комнату в общежитии по адресу: 

<

адрес> Считает, что в результате этих отношений М.А.Н. остался должен ей 8000 рублей, о чем она зимой 2015 года рассказа ФИО2, с которым тогда встречалась. ФИО2 сказал, что разберется с этим, но она ему говорила, что этого делать не надо. С января 2016 года с ФИО2 они расстались и близко не общались. Примерно с середины февраля 2016 года они с ФИО2 не общались. О том, что ФИО2 похитил имущество у М.А.Н., узнала позднее от соседей. Сам ФИО2 ей ничего об этом не говорил, хотя такую возможность имел, поскольку знал её номер телефона, место её жительства и работы.

Из показаний свидетеля А.М.А. на предварительном следствии, оглашенных в судебном заседании по согласию сторон, следует, что он проживает в общежитии по адресу: 

<

адрес>. В этом же общежитии проживает ФИО2, с которым он поддерживает хорошие отношения. В начале апреля 2016 года в период с 12 до 18 часов он пришел к ФИО2 и позвал его покурить на лестничную площадку второго этажа. В это время ФИО2 заметил жильца общежития М.А.Н., который находился возле входа в свою комнату. После чего ФИО2 позвал его поговорить с М.А.Н.. Подойдя к М.А.Н., ФИО2 предложил поговорить. М.А.Н. пригласил их в комнату. При этом дверь комнаты не была плотно заперта. М.А.Н. зашел в комнату и сел на диван, расположенный справа от входа. Между ФИО2 и М.А.Н. состоялся разговор, из которого он понял, что М.А.Н. должен сумму денег какой-то девушке, которая проживала в комнате последнего. При этом ФИО2 М.А.Н. побои не наносил. Последний сообщил ФИО2, что у него есть ноутбук, телефон и карточка банка, и может отдать все это взамен денежных средств, которые он должен, и исчерпать данный инцидент. ФИО2 предложил в ответ на это М.А.Н. написать расписку о том, что он сам предложил ФИО2 указанные вещи, что никто у него силой это все не забирал, что отдал вещи добровольно. М.А.Н. добровольно написал текст. В момент написания расписки в отношении М.А.Н. противоправных действий со стороны ФИО2 не было. Далее М.А.Н. достал с холодильника ноутбук и передал ФИО2 телефон и карту. М.А.Н. указал пин-код своей карты, но не сказал, сколько на ней денег. Также он сказал, чтобы они сходили в магазин и купили ему продукты питания и алкоголь. Далее они с ФИО2 сходили в магазин, где ФИО2, расплачиваясь картой М.А.Н., купил ему продукты питания, а когда вернулись с продуктами к М.А.Н., последний дверь не открыл (т. 3 л.д. 216-221).

Согласно протоколу выемки от 28.07.2016 у А.А.А. изъят DVD-диск с фрагментом видеозаписи (т. 2 л.д. 248-249).

Согласно протоколу выемки от 19.01.2017 у М.А.Н. изъяты сотовый телефон «NOKIA LUMIA 630» и карта ПАО «Сбербанк России», похищенные у него 05.04.2016 (т. 2 л.д. 197-198).

Согласно протоколу от 19.01.2017 изъятые DVD-диск, телефон и карта ПАО «Сбербанк России» осмотрены, постановлением от 19.01.2016 признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам дела, на основании постановления, заявления и расписки телефон и карта выданы потерпевшему М.А.Н. (т. 2 л.д. 199-209, 210-211, 212-214).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 15.04.2016 осмотрена комната № по адресу: 

<

адрес>, откуда было похищено имущество, принадлежащее М.А.Н. (т. 2 л.д. 157-158).

В заявлении от 06.04.2016 М.А.Н. просит принять меры к ФИО1, который 05.04.2016 около 22 часов 30 минут в квартире по адресу: 

<

адрес> ударил его и забрал имущество (т. 2 л.д. 148).

Согласно рапорту от 06.04.2016 оперуполномоченным полиции ОУР УМВД России по г. Кирову К.Р.Л. у ФИО3 были изъяты сотовый телефон и банковская карта «Сбербанк» на имя М.А.Н. (т. 2 л.д. 153).

Согласно выписке по карте «Сбербанк» со счета М.А.Н. 05.04.2016 в 22 часа 20 минут были сняты денежные средства в размере 3 000 рублей (т. 2 л.д. 163).

Согласно списку банкоматов денежные средства, принадлежащие М.А.Н., были сняты в банкомате, расположенном по адресу: 

<

адрес> Кировском отделении 8612 (т. 2 л.д. 164).

Согласно гарантийному талону от 03.04.2016 стоимость сотового телефона «NOKIA 630» составляет 3700 рублей (т. 2 л.д. 194).

Согласно расписке от 09.04.2016 М.А.Н. получил от ФИО1 денежные средства в размере 11 000 рублей в счет возмещения ущерба (т. 2 л.д. 155).

Оценивая все исследованные в судебном заседании доказательства с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности достаточности для разрешения уголовного дела, суд приходит к выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении преступлений.

1. В судебном заседании государственный обвинитель Русских Н.Ю. поддержала обвинение ФИО1 по ч. 2 ст. 159 УК РФ, как мошенничество с причинением значительного ущерба гражданину. С такой квалификацией суд не может согласиться, поскольку в ходе судебного заседания было установлено, что сварочный бензогенератор «LINZ», полученный по договору аренды подсудимым, принадлежит ПАО «Стромит», а не К.Р.В.. Последний, допрошенный в судебном заседании, пояснил, что причиненный ему ущерб на сумму 64328 рублей не является для него значительным, мотивировав свой вывод, что его ежегодный доход составляет более 1 миллиона рублей.

Суд, учитывая мотивированное заявление потерпевшего о причиненном ущербе, не находит оснований не согласиться с ним. Поскольку действия подсудимого по хищению путем обмана бетонореза «STIHL TS-800» и сварочного бензогенератора «LINZ» вменялись в вину подсудимому, существенно не отличаются по фактическим обстоятельствам от предъявленного обвинения, а указанное изменение обвинения улучшает положение подсудимого и не нарушает его права на защиту, суд квалифицирует его действия по ч.1 ст.159 УК РФ, как мошенничество, то есть хищение путем обмана имущества К.Р.В. на сумму 64328 рублей и ПАО «Стромит» на сумму 56109 рублей.

Приведенными в приговоре доказательствами установлено, что при обстоятельствах, изложенных выше в описательно-мотивировочной части приговора, ФИО2, реализуя умысел на хищение путем обмана строительного инструмента, сдаваемого К.Р.В. в аренду, заключил с ним договор аренды бетонореза и сварочного бензогенератора. При этом ФИО2 ввел К.Р.В. в заблуждение относительно своих истинных намерений, поскольку не намеревался исполнять свои обязательства по договору аренды и возвращать инструмент. Получив указанный инструмент, ФИО2 скрылся с ним с места преступления, распорядился им по своему усмотрению, причинив материальный ущерб К.Р.В. на сумму 64328 рублей и ПАО «Стромит» на сумму 56109 рублей.

В основу приговора суд кладет показания потерпевшего К.Р.В., свидетеля С.К.О., признанные достоверными показания свидетелей Л.А.В., Б.С.А., К.А.О., письменные материалы дела.

2. Приведенными в приговоре доказательствами установлено, что при обстоятельствах, изложенных выше в описательно-мотивировочной части приговора, ФИО2, реализуя вновь возникший умысел на хищение путем обмана строительного инструмента, сдаваемого К.Р.В. в аренду, заключил с ним договор аренды виброплиты. Заключив с К.Р.В. указанный договор, ФИО2 ввел его в заблуждение относительно своих истинных намерений, поскольку не намеревался исполнять свои обязательства по договору аренды и возвращать инструмент. Получив указанный инструмент, ФИО2 скрылся с ним с места преступления, распорядился им по своему усмотрению, причинив материальный ущерб ПАО «Стромит» на сумму 99127 рублей.

Довод ФИО2 о том, что инструмент он взял в аренду для использования по назначению, что в ломбард его не закладывал, а оставил на хранение Л.А.В., полностью опровергнут показаниями свидетелей Л.А.В., К.А.О. и Б.С.А., признанными судом достоверными, которые соответствуют записям в тетради приема товаров ломбарда, о том, что инструмент после получения у К.Р.В. был продан в ломбард, с получением денежных средств, эквивалентных его стоимости.

Довод ФИО2 о том, что у него была договоренность с заказчиком на выполнение работ с использованием инструмента, взятого в аренду, отвергается, поскольку фактических данных наличия такой договоренности не представлено. Более того, ФИО2 пояснил в судебном заседании, что при получении инструмента у него не было договоренности с работниками, которые могли бы использовать инструмент по назначению.

Таким образом, действия ФИО2, который, не имея договоренности на использование инструмента по назначению, взял его на основании договоров аренды и сразу продал в ломбард, самым очевидным образом свидетельствуют о том, что умысел на хищение путем обмана инструмента возник у ФИО2 до его получения. 

Аналогичным образом суд расценивает последующие действия ФИО2, который, получив инструмент, его аренду не оплатил. Вместо того, чтобы принимать меры к его возвращению владельцу, стал избегать общения с К.Р.В., уехал из г.Кирова. При этом доводы подсудимого о причинах невозвращения инструмента владельцу являются противоречивыми и неубедительными. О том, что инструмент ФИО2 не собирался возвращать владельцу, говорит и тот факт, что по договорам аренды ФИО2 бетонорез и бензогенератор должен был вернуть до 01.04.2016, а виброплиту – до 02.04.2016, а по тетради ломбарда срок выкупа 08 и 09 апреля 2016, то есть за пределами срока действия договоров аренды. 

Довод подсудимого в судебном заседании о том, что об аренде бетонореза, бензогенератора и виброплиты он договорился с К.Р.В. в один день, опровергается показаниями К.Р.В., самого ФИО2 на предварительном следствии, а также договорами аренды.

Довод подсудимого о том, что инструмент был заложен, а впоследствии им распоряжался Б.С.А. без его разрешения, опровергается показаниями свидетелей Л.А.В., Б.С.А., сведениями из тетради приема товара ломбарда.

Действия ФИО2 по данному преступлению суд квалифицирует по ч.1 ст.159 УК РФ как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана. 

3. Приведенными в приговоре доказательствами установлено, что при обстоятельствах, изложенных выше в описательно-мотивировочной части приговора, ФИО2, находясь совместно с неустановленным лицом в комнате М.А.Н., под предлогом наличия задолженности последнего перед К.Е.Д., незаконно потребовал у него 10000 рублей, подкрепляя свои требования угрозой применения насилия, неопасного для здоровья, неизвестными лицами, готовыми прибыть в комнату М.А.Н. по его сигналу, а также, применяя такое насилие, - толкнул М.А.Н. на диван и нанес ему два удара ногой в ботинке в область левого плеча и в левую подмышечную область. В результате указанной угрозы, а также примененного насилия, воля М.А.Н. к сопротивлению было подавлена, после чего ФИО2 открыто похитил имущество М.А.Н., а также карту ПАО «Сбербанк России» на его имя, потребовав от потерпевшего сообщить ему пин-код банковской карты, а также, опасаясь ответственности за похищенное имущество, потребовал от М.А.Н. написать расписку о наличии задолженности М.А.Н. перед ним. 

С похищенным имуществом М.А.Н. и картой ПАО «Сбербанк России» ФИО2 скрылся с места преступления, в банкомате снял принадлежащие М.А.Н. денежные средства в сумме 3000 рублей, причинив ему материальный ущерб на сумму 14700 рублей и физическую боль.

Доводы подсудимого о невиновности в совершении указанного преступления опровергнуты показаниями потерпевшего М.А.Н., свидетеля К.Е.Д., которая поясняла, что ФИО2 она не только не просила истребовать задолженность с потерпевшего, но и говорила, что это делать не нужно. Указанный разговор с ФИО2 состоялся зимой 2015 года, а преступление в отношении М.А.Н. ФИО2 совершил в апреле 2016 года, спустя несколько месяцев после рассказа К.Е.Д. о наличии задолженности М.А.Н.. При этом с января 2016 года близкие отношения между ФИО2 и К.Е.Д. прекратились, а с середины февраля 2016 года она вообще не общалась с ФИО2. Таким образом, последнему на протяжении более месяца до совершения преступления ничего не было известно о наличии либо погашения задолженности М.А.Н. перед К.Е.Д., что его не остановило. Указанные обстоятельства свидетельствуют, что ФИО2, потребовав деньги от М.А.Н., действовал не в интересах К.Е.Д., а задолженность потерпевшего перед ней была лишь предлогом для хищения его имущества. Об этом же свидетельствует и то обстоятельство, что ФИО2, не получив от потерпевшего деньги, решил с использованием насилия и под угрозой применения насилия незаконно завладеть имуществом М.А.Н., что и сделал. При этом он потребовал от потерпевшего написать расписку на сумму, превышающую сумму задолженности. Опасаясь ответственности за похищенное имущество, ФИО2 потребовал в М.А.Н., чтобы тот указал о наличии задолженности перед ФИО2, а не перед К.Е.Д.. Важным является и тот факт, что ФИО2, завладев имуществом М.А.Н. 05.04.2016, деньги или имущество К.Е.Д. не передал и даже не сообщил ей об этом, хотя такую возможность имел 06, 07 и 08 апреля 2016, поскольку фактически был доставлен из дома в ОП №1 г.Кирова только вечером 08.04.2016. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что ФИО2 в отношении М.А.Н. действовал с корыстной целью, под предлогом наличия у последнего задолженности перед К.Е.Д..

Довод защитника о том, что показания оперуполномоченного УМВД России по г. Кирову свидетеля К.Р.Л. о пояснениях ФИО2, что имущество М.А.Н. он взял в залог, свидетельствуют о невиновности ФИО2, несостоятелен, поскольку эти показания свидетеля являются производными от пояснений ФИО2, который, избирая такой способ защиты, вину в совершении преступления не признавал. 

К показаниям свидетеля А.М.А. суд относится критически по следующим основаниям. Указанный свидетель защиты, который был допрошен в один из последних дней предварительного расследования, является соседом подсудимого, видит его почти каждый день и находится с ним в хороших отношениях. При таких обстоятельствах имеются основания полагать о его заинтересованности в благоприятном исходе дела для ФИО2 и, как следствие, необъективности его показаний. Кроме того, его показания о том, что ФИО2 расплачивался банковской картой М.А.Н. за продукты, а денежные средства не снимал, опровергается объективными данными – сведениями об операциях по указанной карте, из которых следует, что 05.04.2016 в 22 часа 20 минут с банковской карты сняты денежные средства в сумме 3000 рублей, а также показаниями ФИО2 о том, что они с банковской карты потерпевшего сняли денежные средства и купили на них продукты.

В основу приговора суд кладет показания свидетеля К.Е.Д., а также потерпевшего М.А.Н. При этом суд отмечает, что каких-либо оснований не доверять показаниям указанных лиц не имеется. Показания потерпевшего как на предварительном следствии, так и в судебном заседании, являлись последовательными и непротиворечивыми по обстоятельствам содеянного подсудимым. Противоречия в показаниях указанных лиц обусловлены наличием между ними спора, связанного с арендными правоотношениями, который должен разрешается в гражданско-правовом порядке и какого-либо отношения к рассматриваемому уголовному делу не имеет. 

Действия ФИО2 в отношении М.А.Н. суд квалифицирует по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, с применением насилия, не опасного для здоровья, с угрозой применения такого насилия.

Квалифицирующие признаки совершенного ФИО1 преступления «с применением насилия, не опасного для здоровья», «с угрозой применения такого насилия» суд признает доказанными, поскольку ФИО1 в целях завладения имуществом М.А.Н. нанес ему побои, в результате которых потерпевший испытал физическую боль, а также высказал угрозу в случае невыполнения его требований применить иное насилие, которую потерпевший воспринял реально, учитывая обстоятельства совершенного преступления, в том числе агрессивное поведение подсудимого, применившего физическое насилие.

Согласно заключению комиссии экспертов № 1536/1 от 11.08.2016 ФИО1 признаков каких-либо психических расстройств, которые бы лишали его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в период, во время которого он подозревается в совершении инкриминируемых ему деяний, не обнаруживал. В настоящее время ФИО1 также не обнаруживает признаков какого- либо психического расстройства, он может осознавать фактический характер своих действий, способен понимать характер и значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения, а также самостоятельно осуществлять действия, направленные на реализацию своих процессуальных прав и обязанностей. Может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания. Признаков алкоголизма и наркомания не обнаруживает (т. 3 л.д. 204-205).

У суда нет оснований сомневаться в достоверности выводов комиссии врачей-психиатров, поскольку они основаны на данных медицинской документации и обследования испытуемого, научно-обоснованны, соответствуют установленным обстоятельствам происшедшего. В этой связи суд признает ФИО1 вменяемым.

При назначении подсудимому вида и размера наказания суд руководствуется требованиями законности, справедливости и соразмерности наказания содеянному, учитывает при этом конкретные обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, а также все данные о личности подсудимого, наличие смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, влияние назначенного судом наказания на его исправление и на условия жизни его семьи. 

ФИО1 совершил три преступления, два из которых являются небольшой тяжести, одно тяжкое; ранее судим (т. 3 л.д. 181), на диспансерном наблюдении у психиатра, на учете в КОГБУЗ КОНД не состоит (т. 3 л.д. 195, 196), по месту жительства характеризуется положительно, удовлетворительно, по месту отбытия наказания - как не вставший на путь исправления (материалы судебного заседания, т. 3 л.д. 192, 194).

К обстоятельствам, смягчающим наказание подсудимому ФИО1, суд относит способствование расследованию преступлений в части хищения имущества К.Р.В. и ПАО «Стромит», выразившееся в добровольном возвращении похищенного имущества владельцу, добровольное возмещение потерпевшему М.А.Н. причиненного ущерба.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1 согласно п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ, является рецидив преступлений, поскольку преступления им совершены в период неснятой и непогашенной судимости за ранее совершенные умышленные тяжкое и средней тяжести преступления, при этом в соответствии п. «б» ч. 2 ст. 18 УК РФ суд признает в его действиях при совершении грабежа опасный рецидив преступлений.

На основании изложенного, учитывая, что исправительного воздействия предыдущего наказания оказалось недостаточным, поскольку ФИО1 совершил умышленные преступления корыстной направленности, имея судимость за совершение средней тяжести и тяжкого преступлений аналогичной направленности, принимая во внимание характер и степень общественной опасности вновь совершенных подсудимым преступлений, данные о его личности, суд приходит к выводу, что исправление ФИО2 возможно только при реальном отбывании им наказания в виде лишения свободы, не находя оснований для применения положений ст. 73 УК РФ, то есть условного осуждения. Именно такое наказание является справедливым, соразмерным содеянному и будет способствовать достижению цели исправления ФИО2 и предупреждению совершения им новых преступлений.

Оснований для применения положений ст. 64 УК РФ суд не усматривает.

С учетом установленных обстоятельств дела суд не находит оснований для применения в отношении ФИО1, в действиях которого имеется рецидив преступлений, положений ч. 3 ст. 68 УК РФ и назначения ему срока наказания менее одной третьей части максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенные преступления.

Решая вопрос о применении к подсудимому дополнительного наказания в виде штрафа и ограничения свободы, предусмотренного санкцией ч. 2 ст. 161 УК РФ, суд с учетом всех обстоятельств по делу, личности подсудимого, считает возможным не назначать ФИО1 данные виды дополнительного наказания. 

Наказание в виде лишения свободы, в силу п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, подлежит отбытию ФИО1 в исправительной колонии строгого режима, поскольку он осуждается к реальному лишению свободы при опасном рецидиве преступлений.

В целях обеспечения исполнения приговора меру пресечения подсудимому ФИО1 на период до вступления приговора в законную силу суд считает необходимым изменить с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу, при этом время задержания и содержания ФИО1 под стражей до судебного разбирательства суд засчитывает в срок лишения свободы.

Гражданские иски не заявлены.

Вещественными доказательствами по уголовному делу надлежит распорядиться в соответствии с требованиями ст.ст. 81-82 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 159, ч. 1 ст. 159, п. «г» ч. 2 ст. 161 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание:

- по ч. 1 ст. 159 УК РФ (по преступлению, совершенному 29.03.2016) в виде 1 (одного) года лишения свободы; 

- по ч. 1 ст. 159 УК РФ (по преступлению, совершенному 30.03.2016) в виде 1 (одного) года лишения свободы; 

- по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ в виде 3 (трех) лет лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначить ФИО1 наказание в виде 4 (четырех) лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО1 на период до вступления приговора в законную силу изменить с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу, взяв его под стражу в зале суда немедленно.

Срок отбытия наказания ФИО1 исчислять с 22 мая 2017 года, то есть со дня провозглашения приговора. 

Зачесть ФИО1 в срок отбывания наказания время задержания его в порядке ст.ст. 91-92 УПК РФ, а также время содержания под стражей в период с фактического задержания 08.04.2016 по 07.10.2016.

По вступлению приговора в законную силу вещественные доказательства по делу: 

- бетонорез «STIHL TS-800» и сварочный бензогенератор «LINZ», выданные потерпевшему К.Р.В., оставить у последнего по принадлежности;

- виброплиту реверсивную «GROST PCR-4048CH», выданную свидетелю А.А.О., оставить у последнего по принадлежности;

- сотовый телефон «NOKIA LUMIA 630», карту ПАО «Сбербанк России», выданные потерпевшему М.А.Н., оставить у последнего по принадлежности; 

- тетрадь учета из ломбарда, DVD-диск с записью с камер видеонаблюдения ПАО «Сбербанк России» - хранить при деле. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Кировского областного суда через Октябрьский районный суд г. Кирова в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем он должен указать в апелляционной жалобе.

Председательствующий-

судья С.В. Скоробогатый