Дело №2-347/2018

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

село Верхний Услон 23 июля 2018 года

Республики Татарстан

Верхнеуслонский районный суд Республики Татарстан в составе:

председательствующего судьи Тюфтиной О.М.,

при секретаре судебного заседания Мардегалимовой А.Ф.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора дарения земельного участка и садового дома недействительным, 

у с т а н о в и л:

ФИО1 в лице представителя по доверенности ФИО4 обратилась в суд к ФИО2, ФИО3, в обосновании указав, что 19 ноября 2017 года умер ее сын ФИО5, который при жизни приобрел дачу и земельный участок по адресу: 

<

адрес>. Указанное имущество было приобретено в период брака с ФИО3 с ее сыном ФИО5

Зная о том, что истец обратилась к нотариусу с заявлением о получении наследства после смерти сына, ФИО3 подарила дачу и земельный участок своему сыну от первого брака ФИО2, сделка дарения зарегистрирована в Едином государственном реестре недвижимости ДД.ММ.ГГГГ года, в шестимесячный срок после смерти ФИО5

На основании статей 34, 39 Семейного кодекса Российской Федерации, статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец просит признать спорное имущество совместно нажитым имуществом супругов, определить долю ФИО5 в размере ? и на основании статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации признать сделку дарения спорного имущества недействительной, признать договор дарения дачи и земельного участка, заключённого между ФИО3 и ФИО2 недействительным, признать за истцом право собственности на ? долю в наследственном имуществе после смерти сына ФИО5

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель ФИО4 уточнили исковые требования, просили только признать договор дарения дачи и земельного участка недействительными, пояснив, что доли собственности определить нотариус в рамках наследственного дела.

Ответчики ФИО3, ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признали, суду пояснили, что спорное имущество принадлежало ФИО3, она распорядилась им по своему усмотрению. Земельный участок и дачный дом приобретали на совместные денежные средства с супругом на кредитные средства. Доля супруга в приобретенном имуществе имеется. Не думали, что истец будет претендовать на наследство. 

Представитель третьего лица ФИО6 – ФИО7 в судебном заседании исковые требования поддержала.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу статьи 1113 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство открывается со смертью гражданина.

Статьей 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации оговорено, что в состав наследства входят принадлежащие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В силу абзаца 2 пункта 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Установлено, что ДД.ММ.ГГГГ года умер ФИО5, сын истца, что подтверждается свидетельством о смерти, свидетельством о рождении (л.д.9-10).

Наследниками первой очереди, согласно материалам наследственного дела №, заведенного после смерти ФИО5, являются истец ФИО1 (мать ФИО5), супруга – ФИО3, сын ФИО6, сын ФИО6, которые в установленный законом срок обратились к нотариусу с заявлениями о принятии наследства.

Согласно свидетельству о заключении брака, между ФИО5 и ФИО8 брак зарегистрирован 19 сентября 2003 года.

В период брака супруги ФИО9 по договору купли-продажи земельного участка и садового домика от ДД.ММ.ГГГГ года приобрели в собственность у ФИО10 земельный участок, площадью 500 кв.м., с кадастровым номером №, и расположенное на нем нежилое строение, площадью 33,7 кв.м, с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес> за 90 000 рублей, что подтверждается материалами дела правоустанавливающих документов.

Право собственности на указанное жилое помещение было зарегистрировано на момент смерти ФИО5 за его супругой ФИО3.

Из пункта 1 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации следует, что имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

В соответствии с частью 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации, имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства (ч. 2 статьи 34 СК РФ).

При этом доли супругов, по правилам части 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации признаются равными.

Доказательств, свидетельствующих о том, что приобретённый земельный участок, площадью 500 кв.м., и распложенный на нем дачный домик, являлась личной собственностью ФИО3 (поступило в результате безвозмездных сделок и т.п.) в ходе рассмотрения дела представлено не было. Таким образом, судом установлено, что спорные земельный участок и дачный домик, приобретенные ФИО3 в собственность в период брака с ФИО5 является совместной собственностью супругов ФИО9, доли супругов с учетом указанных выше норм права являются равными и соответствуют ? доле.

В соответствии с частью 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Истец ФИО1 обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти сына ФИО5, в свою очередь ФИО3, будучи оповещенной об обращении истца с заявлением к нотариусу, не поставив в известность других наследников, на основании договора дарения от 13 февраля 2018 года передала спорное имущество в дар своему сыну ФИО2

В настоящее время, согласно договору дарения земельного участка и садового дома от ДД.ММ.ГГГГ года ФИО2 на праве собственности принадлежит земельный участок, площадью 500 кв.м., с кадастровым номером №, и расположенное на нем нежилое строение, площадью 33,7 кв.м, с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>. Право собственности зарегистрировано 13 февраля 2018 года.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Положения статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливают, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Факт того, что оспариваемый договор дарения от 13 февраля 2018 года является мнимым, и стороны не имели намерения создать соответствующие правовые последствия, подтверждается и такими косвенными доказательствами, как близкое родство ответчика и одаряемого - мать и сын; сделка совершена в преддверии включения имущества в наследственную массу после смерти супруга (сына истца). Кроме того, спорное имущество до настоящего времени находится во владении и пользовании ответчика ФИО3, что дополнительно подтверждает, что у сторон вышеуказанной сделки (договора дарения) не было намерения создать соответствующие правовые последствия сделки.

Таким образом, подлинная воля сторон по вышеуказанной сделке направлена исключительно на защиту имущества от раздела с другим наследником (истцом), совершена лишь для вида, следовательно, сделка является мнимой.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Суд полагает, что оформление договора дарения на недвижимое имущество, находящееся в споре, является злоупотреблением правом. По смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не могут быть защищены права одного гражданина за счет нарушения прав другого гражданина. 

Истец ФИО1, как наследник первой очереди после наследодателя ФИО5, в собственности которого на момент открытия наследства имелась ? доля спорного недвижимого имущества, имеет охраняемый законом интерес в признании недействительной части сделки, касающейся наследственного имущества, которым ответчик ФИО3 распорядилась без ее согласия и в нарушение ее интересов.

Таким образом, договор дарения земельного участка, площадью 500 кв.м., с кадастровым номером №, и дачного дома, площадью 33,7 кв.м, с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ года, заключенный между ФИО3 и ФИО2, является недействительным.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Признать договор дарения земельного участка, площадью 500 кв.м., с кадастровым номером №, и садового дома, площадью 33,7 кв.м, с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, от 13 февраля 2018 года, заключенный между ФИО3 и ФИО2, недействительным.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан в течение месяца через Верхнеуслонский районный суд Республики Татарстан.

Председательствующий: Тюфтина О.М.