Дело № 2-549/2017 8 июня 2017 года

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Красносельский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Уланова А.Н.,

при секретаре Кочаряне Э.М., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «М.Видео Менеджмент» об обязании произвести гарантийный ремонт, взыскании компенсации морального вреда, расходов на представителя, 

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в Красносельский районный суд Санкт-Петербурга с вышеуказанным иском, в котором просит суд возложить на ответчика обязанность безвозмездно устранить недостатки товара, а именно: электрическая панель Gorenje IT635X, s/n 51730053, стиральная машина WM H-A RST 722 STK, s/n 50921528924890270100, в рамках гарантийного обслуживания; взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 

<

...>; взыскать расходы на представителя в размере 

<

...>.

В обоснование требований указал, что 27 октября 2015 года приобрёл у ответчика варочную панель, а также стиральную машину, вместе с тем в ходе эксплуатации товаров в них выявился недостаток. Так при использовании варочной поверхности в ней произошло оплавление стеклянной поверхности, а в стиральной машине произошло повреждение резиновой манжеты.

Истец ссылался на то, что причиной произошедших дефектов выступили заводские браки обоих товаров.

Указывал ФИО1 на то, что вызвал мастера по ремонту, который отказал в его проведении, поскольку полагал, что оба повреждения являются эксплуатационными и не покрываются гарантийными обязательствами.

Полагая, что отказ в гарантийном ремонт необоснован истец обратился с названным иском в суд.

Представитель истца - ФИО2, допущенный к участию в деле на основании письменного заявления истца (л.д.151), явился в судебное заседание, настаивал на удовлетворении требований.

Судом при этом отклонено ходатайство стороны истца об изменении предмета иска (л.д.206), поскольку истцом менялся и предмет и основания иска, так добавлены требования о расторжении договора купли-продажи с взысканием не только стоимости товара, но и процентов по кредиту, взятому для оплаты товара. 

При этом добавлены требования о взыскании неустойки.

Названные требования меняют не только предмет иска, но и его основания, вводят новый предмет исследования, ранее не заявленный стороной истца - обоснованность требований о взыскании неустойки, её периоде, равно как и процентов по кредиту.

В судебном заседании 8 июня 2017 года представителем истца вновь заявлено об уточнении иска, однако названные уточнения (л.д.231) вновь содержат изменения и предмета и оснований требований, кроме этого заявлены представителем не имеющим доверенности, равно иного удостоверения права на изменения предмета иска, что противоречит требованиям статей 53, 54 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, также не приняты к производству суда.

Представитель ответчика - ФИО3, действующая на основании доверенности, явилась в судебное заседание, возражала против требований иска, указывала на то, что все дефекты носят эксплуатационный характер, тем самым не подлежат ремонту по гарантии.

Выслушав стороны, изучив материалы настоящего гражданского дела, в том числе заключение судебной экспертизы, выслушав пояснения эксперта, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что 27 октября 2015 года ФИО1 приобрёл в ООО «М.Видео Менеджмент» товар - стиральную машину WM H-A RST 722 STK, s/n 50921528924890270100, стоимостью, с учётом скидки, 

<

...> (л.д.27), а 20 октября 2015 года приобрёл электрическую панель Gorenje IT635X, s/n 51730053, стоимостью, с учётом скидки - 

<

...>.

Сам истец оценивал названные товары в 

<

...> и 

<

...> соответственно (л.д.2).

Согласно акту проверки качества от 1 апреля 2016 года установлено, что в отношении стиральной машины истец обращался в сервисный центр в связи с «течью из-под крышки люка» (л.д.61), однако в гарантийном ремонте отказано в связи с «механическими повреждениями манжеты люка».

Из акта обследования технического состояния электрической панели от 31 января 2016 года усматривается, что причиной обращения стало наличие повышенного шума при работе, отсутствием закипания воды (л.д.60).

Истцом представлен также акт из сервиса от 31 июня 2016 года.

Как не оспаривалось сторонами истец обращался к ответчику по вопросу отказа в проведении гарантийного ремонта электрической панели в связи с наличие в ней прогара, мотивом отказа послужил эксплуатационный характер повреждения.

Между сторонами возник спор относительно причин и характера выявленных повреждений, для разрешения которого назначена судебная экспертиза. 

Согласно выводам судебной экспертизы, изложенным в заключении №346-2017-2-549/2017 от 5 апреля 2017 года, подготовленном АНО «Санкт-Петербургский институт независимой экспертизы и оценки», на момент осмотра варочная индукционная панель имеет дефект - прогар стеклокерамической панели размером 27*6 мм на передней левой конфорке.

Повреждение носит не системный, а случайный характер. Анализ всех факторов позволил эксперту прийти к выводу, что образование дефекта - прогара стеклокерамической панели могло образоваться в результате совокупности факторов: нарушение правил эксплуатации (использование посуды ненадлежащего качества) и производственного дефекта - несрабатывание функции защиты конфорки от перегрева.

Вывод о нарушении правил эксплуатации панели (использование посуды ненадлежащего качества) носит вероятный характер.

При этом эксперт-товаровед ФИО4 допрошена судом, пояснила, что вывод об использовании посуды ненадлежащего качества следует понимать как то, что в использованной кастрюле имелся привнесённый извне дефект, вероятнее всего, некая субстанция, налипшая на дно кастрюли. Наличие названного привнесённого вещества изменило характер работы варочной индукционной панели, привело к её прогоранию.

За указанный вывод эксперт отметил такие факторы как: хаотичный не системный характер повреждения, так при наличии производственного брака, по мнению эксперта, повреждение охватило бы всю конфорку. 

Кроме этого эксперт указывал на полное совпадение места прогара на конфорке и исследованной повреждённой кастрюле. 

Также эксперт указывал на то, что сама по себе кастрюля соответствует данному типу варочной поверхности, однако именно привнесённый дефект на ней вызвал данное повреждение.

Вероятностный характер данного вывода эксперт объяснил лишь тем обстоятельством, что повреждение не наблюдалось экспертом лично, при этом после исключения всех возможным причин образования прогара, с учётом всех факторов данное объяснение об эксплуатационной природе его образование является самым очевидным и логичным, по мнению эксперта.

В части вывода о производственном дефекте, эксперт пояснил, что названный вывод основан на детальном анализе представленной инструкции, в которой имеется указание на то, что индукционная варочная панель также оборудована встроенной защитой от перегрева, которая предохраняет электронный модуль от повреждения (л.д.106).

При этом эксперт отметил, что реально данная защита на конкретной исследованной плите установлена только для электронного модуля, который остался в работоспособном состоянии и на момент осмотра.

Эксперт указывал на то, что совокупность сведений в инструкции вводит потребителя в заблуждение относительно того, что сама конфорка (стеклянная поверхность) защищена от перегрева, однако такой защиты реально не установлено.

Анализируя данные выводы судебной экспертизы, в совокупности с пояснениями эксперта, данными в судебном заседании, суд приходит к выводу о том, что причины повреждения товара следует считать именно эксплуатационными. 

Вероятностный характер данного вывода связан не с неуверенностью эксперта в причинах произошедшего, но обусловлен объективным отсутствием фиксации самого механизма повреждения и тем, что эксперт лично не присутствовал при произошедшем. 

В остальном данный вывод эксперт полностью поддержал, подробно и полно описал механизм произошедшего, что не оставляет сомнений в механики образования прогара и причинах ему способствовавших.

В части же вывода эксперта о наличии производственного дефекта, с учётом пояснений эксперта, суд приходит к выводу об ошибочном понимании экспертом поставленных перед исследованием целей. Так эксперт отметил, что как такового дефекта не имеется, а названое указание сводится к анализу инструкции, которая содержит противоречивую информацию.

Вместе с тем, иск основан не на введении истца в заблуждение относительно потребительских свойств и качеств товара, которые выявил эксперт, но на наличии в товаре дефектов.

В данном же случае указание эксперта не свидетельствует о наличии производственного дефекта, поскольку производством данной конкретной модели плиты не предусмотрено наличие той защиты, несрабатывание которой эксперт указал как дефект.

Сам эксперт пояснял при этом, что имеющаяся защита сработала в штатном режиме, что уберегло защищаемый ею электронный модуль и сохранило его работоспособность.

В экспертизе также отмечены и иные несоответствия содержания инструкции, так указано, что варочная поверхность «зажаривает» пищу при использовании установки мощности «4 и 5», однако опытным путём эксперт установил, что названной мощности не достаточно даже для закипания воды, следовательно «зажарить» какой-либо продукт, заведомо с большей температурой готовки, не представляется возможным.

В тоже время эксперт пояснил в заседании, что при использовании плиты на мощности «8 и 9» имело место закипание воды в указанные сроки.

Таким образом, экспертом сделан вывод о том, что плита не имеет производственного дефекта, но имеет особенности работы данной конкретной модели, которые, как пояснил эксперт в процессе, не являются непосредственными недостатками, но инструкция содержит недостоверные сведения.

Как отмечено ранее, такие выводы эксперта не влияют на решение суда по настоящему спору, поскольку свидетельствуют об исправности представленного товара, а особенности его работы и несоответствие содержания инструкции данным особенностям истец в основание требований о гарантийном ремонте не указывал, с их наличием необходимость ремонта не связывал.

Кроме этого суд принимает во внимание, что эксперт отметил, что названный режим работы является нормальным для исследованного образца, его исправление не представляется фактически возможным, поскольку сопряжено с особенностями модели, не покрывается понятием гарантийного ремонта.

В части стиральной машины эксперт пришёл к выводу, что она имеет дефект - механическое повреждение манжеты загрузочного люка, дефект является эксплуатационным. 

Причиной возникновения дефекта эксперт указал неправильную эксплуатацию, связанную с неаккуратным использованием, действием третьих лиц или непреодолимой силы.

Иные выводы судебной экспертизы суд полагает несущественными в свете ранее описанных выводов, свидетельствующих о том, что все заявленные повреждения не являются гарантийными, сопряжены с нарушениями в эксплуатации со стороны самого истца.

При этом у суда не имеется оснований не доверять данному экспертному заключению, поскольку оно в полной мере отвечает требованиям статей 55, 59, 60, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание исследований материалов дела, сделанные в результате их исследования выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы; эксперт имеет высшее образование и надлежащую квалификацию, предупрежден об уголовной ответственности; доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, суду не представлено. 

Стороны надлежащим образом выводы судебной экспертизы не оспорили, ходатайств о проведении дополнительной или повторной судебной экспертизы не заявляли. 

Эксперт, допрошенный в судебном заседании, в полной мере устранил имевшиеся неясности в представленном заключении.

Судом при этом отклонено ходатайство стороны истца о вызове второго эксперта, давшего заключение в части стиральной машины, поскольку заключение в названной части не содержит противоречий, неясностей, вероятностного характера в юридически значимой части. Кроме этого суд учитывает, что истец не был лишён заявить о вызове эксперта в судебном заседании 18 мая 2017 года, однако уклонился от такого заявления, что суд в совокупности с иным поведением стороны истца рассматривает как злоупотребление правом, направленное на затягивание рассмотрение спора.

В пункте 13 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» указано, что исходя из преамбулы и пункта 1 статьи 20 Закона о защите прав потребителей под существенным недостатком товара (работы, услуги), при возникновении которого наступают правовые последствия, предусмотренные статьями 18 и 29 Закона, следует понимать: 

а) неустранимый недостаток товара (работы, услуги) - недостаток, который не может быть устранен посредством проведения мероприятий по его устранению с целью приведения товара (работы, услуги) в соответствие с обязательными требованиями, предусмотренными законом или в установленном им порядке, или условиями договора (при их отсутствии или неполноте условий - обычно предъявляемыми требованиями), приводящий к невозможности или недопустимости использования данного товара (работы, услуги) в целях, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется, или в целях, о которых продавец (исполнитель) был поставлен в известность потребителем при заключении договора, или образцом и (или) описанием при продаже товара по образцу и (или) по описанию; 

б) недостаток товара (работы, услуги), который не может быть устранен без несоразмерных расходов, - недостаток, расходы на устранение которого приближены к стоимости или превышают стоимость самого товара (работы, услуги) либо выгоду, которая могла бы быть получена потребителем от его использования.

В отношении технически сложного товара несоразмерность расходов на устранение недостатков товара определяется судом исходя из особенностей товара, цены товара либо иных его свойств; 

в) недостаток товара (работы, услуги), который не может быть устранен без несоразмерной затраты времени, - недостаток, на устранение которого затрачивается время, превышающее установленный соглашением сторон в письменной форме и ограниченный сорока пятью днями срок устранения недостатка товара, а если такой срок соглашением сторон не определен, - время, превышающее минимальный срок, объективно необходимый для устранения данного недостатка обычно применяемым способом; 

г) недостаток товара (работы, услуги), выявленный неоднократно, - различные недостатки всего товара, выявленные более одного раза, каждый из которых в отдельности делает товар (работу, услугу) не соответствующим обязательным требованиям, предусмотренным законом или в установленном им порядке, либо условиям договора (при их отсутствии или неполноте условий - обычно предъявляемым требованиям) и приводит к невозможности или недопустимости использования данного товара (работы, услуги) в целях, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется, или в целях, о которых продавец (исполнитель) был поставлен в известность потребителем при заключении договора, или образцу и (или) описанию при продаже товара по образцу и (или) по описанию; 

д) недостаток, который проявляется вновь после его устранения, - недостаток товара, повторно проявляющийся после проведения мероприятий по его устранению.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 декабря 2010 года №1642-О-О указано, что в силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации), стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (часть первая статьи 56 ГПК Российской Федерации), и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

В рамках рассмотренного дела суд приходит к выводу, что стороной истца не представлено доказательств тому, что заявленные дефекты в обоих товарах носили производственный характер, напротив материалами дела непротиворечиво установлено, что все заявленные истцом в претензии недостатки носили эксплуатационный характер.

Суд соглашается с позицией истца, что в отношении индукционной панели инструкция по эксплуатации содержат информацию, затруднённую для восприятия потребителем, которая искажает представление о потребительских свойствах и качествах товара.

Вместе с тем, суд принимает во внимание, что требование о проведении гарантийного ремонта не связано с указанным обстоятельством, а рассмотрение настоящего спора не лишает истца на защиту иных нарушенных его прав ответчиком, в том числе, связанных с недостоверными сведениями о названном товаре.

При этом суд также принимает во внимание, что наличие названных недостоверных указаний в инструкции не привело к означенной поломке индукционной панели.

Заслуживает внимание и доводы стороны ответчика, выраженный при обсуждении вопроса о принятии уточненных исков, в принятии которых отказано.

Так из представленной суду претензии следует, что истец избрал способ защиты своих прав как потребителя, заявил ответчику требования о проведении ремонта спорной техники, иных требований не предъявлял.

Пунктом 1 статьи 18 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года №23001-1 «О защите прав потребителей» (далее - Закон о защите прав потребителей) установлено, что потребитель в случае обнаружения в товаре недостатков, если они не были оговорены продавцом, по своему выбору вправе предъявить определённые требования, направленные на восстановление нарушенного права, среди прочего, потребовать незамедлительного безвозмездного устранения недостатков товара или возмещения расходов на их исправление потребителем или третьим лицом; отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар суммы. По требованию продавца и за его счет потребитель должен возвратить товар с недостатками.

Пунктом 1 статьи 20 Закона о защите прав потребителей установлено, что если срок устранения недостатков товара не определен в письменной форме соглашением сторон, эти недостатки должны быть устранены изготовителем (продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) незамедлительно, то есть в минимальный срок, объективно необходимый для их устранения с учетом обычно применяемого способа. Срок устранения недостатков товара, определяемый в письменной форме соглашением сторон, не может превышать сорок пять дней.

В случае, если во время устранения недостатков товара станет очевидным, что они не будут устранены в определенный соглашением сторон срок, стороны могут заключить соглашение о новом сроке устранения недостатков товара. При этом отсутствие необходимых для устранения недостатков товара запасных частей (деталей, материалов), оборудования или подобные причины не являются основанием для заключения соглашения о таком новом сроке и не освобождают от ответственности за нарушение срока, определенного соглашением сторон первоначально.

Статьёй 23 Закона о защите прав потребителей при этом установлено, что за нарушение предусмотренных статьями 20, 21 и 22 настоящего Закона сроков, а также за невыполнение (задержку выполнения) требования потребителя о предоставлении ему на период ремонта (замены) аналогичного товара продавец (изготовитель, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер), допустивший такие нарушения, уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню) в размере одного процента цены товара.

В случае невыполнения требований потребителя в сроки, предусмотренные статьями 20 - 22 настоящего Закона, потребитель вправе по своему выбору предъявить иные требования, установленные статьей 18 настоящего Закона.

Системный анализ приведённых положений закона позволяет суду сделать вывод, что при выявлении существенных недостатков технически сложного товара именно на стороне потребителя возникает право выбора альтернативных способов защиты прав.

В тоже время сделанный потребителем выбор становится обязательным как для продавца, так и для самого потребителя, иное приводило бы к правовой неопределённости и допускало бы возможность злоупотребление правом на стороне потребителей.

Так право на изменение выбора способа защиты Законом о защите прав потребителей поставлено в зависимость от того, истекли ли сроки выполнения ранее заявленного требования.

Вместе с тем, в рамках настоящего дела не усматривается, что истец заявил ответчику иных требований, кроме проведения ремонта, а также установлено, что оснований для проведения гарантийного ремонта - наличие производственных недостатков в товаре, не имеется.

В таких обстоятельствах уточнённые требование не могли быть приняты судом к производству, поскольку истец реализовал право выбора способа защиты своих прав, однако даже принятие уточнённых требований в части качества товара не привело бы к их удовлетворению.

Принимая во внимание, что требования истца, как потребителя, отклонены по причине отсутствия их нарушения со стороны ответчика, не подлежат взысканию производные от них требования о взыскании компенсации морального вреда, а равно штрафа установленного частью 6 статьи 13 названого закона

Исходя из содержания статей 88, 94 - 100, части 5 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вопросы распределения судебных расходов разрешаются судом, которым рассмотрено дело по существу, одновременно при вынесении решения.

Принимая во внимание, что суд пришел к выводу об отклонении требований потребителя, то оснований для взыскания судебных расходов в пользу истца не имеется.

Вместе с тем, стороной ответчика заявлено о взыскании расходов по оплате судебной экспертизы, стоимость которой, согласно ответу экспертной организации составила 

<

...>.

Суд принимает во внимание, что представлены доказательства оплаты указанной суммы стороной ответчика, при этом решение суда в полном объёме состоялось в его пользу, что позволяет взыскать с истца в пользу ответчика поименованную сумму.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 56, 67, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «М.Видео Менеджмент» об обязании произвести гарантийный ремонт, взыскании компенсации морального вреда, расходов на представителя – оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью «М.Видео Менеджмент» расходы по оплате судебной экспертизы в размере 

<

...>.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Красносельский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья: 

Решение суда в окончательной форме принято 13 июня 2017 года.