УИД № 34RS0001-01-2024-002693-72

Дело № 2-1866/2024

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Волгоград 12 сентября 2024 года

Ворошиловский районный суд г. Волгограда

в составе: председательствующего судьи Болохоновой Т.Ю. 

при секретаре судебного заседания Батковой М.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области о взыскании недоплаченной пенсии и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 в лице представителя ФИО9 обратился в суд с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области о взыскании суммы недополученной пенсии в размере 8 622 972 рублей 80 копеек и компенсации морального вреда в размере 17 245 945 рублей 60 копеек. 

В обоснование иска указал, что является участником ВОВ и получателем пенсии за выслугу лет, выплачиваемой по линии Министерства обороны Российской Федерации в соответствии с Законом РФ № 4468-1 от 1202.1993. В связи наличием у него инвалидности второй группы и длительного страхового стажа в соответствии с п. 6 ст. 3 Федерального закона № 66-ФЗ от 15.12.2001 он вправе претендовать на одновременное получение пенсии за выслугу лет или пенсии по инвалидности и страховой пенсии по старости, установленной в соответствии с Федеральным законом № 400-ФЗ от 28.12.2003. По достижении 80 лет пенсионное обеспечение ему должно исчисляться с учетом фиксированной выплаты, поскольку участники ВОВ являются отдельной категорией граждан, на которых условие о выплате страховой пенсии по старости без учета фиксированной выплаты не распространяется. Поскольку пенсионный орган незаконно не начисляет ему фиксированную выплату просит взыскать с ОСФР по Волгоградской области сумму недополученной пенсии в размере 8 622 972 рублей 80 копеек из расчета: 

- 585 711,36 рублей – сумма недополученных средств фиксированной выплаты за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (8 134,88 рублей х 72 месяца);

- 3 433 919 рублей 36 копеек – сумма недополученных средств фиксированной выплаты после 80 лет за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (16 269,76 рублей х 211 месяцев просрочки);

- 4 604 342 рубля 08 копеек – сумма недополученных средств по ст. 16 Федерального закона № 166-ФЗ в качестве пенсионных выплат за инвалидность 2 группы в размере 200% от социальной пенсии (16 269,76 рублей х 283 месяца).

Также просит взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в связи с допущенными нарушениями его социальных прав в двойном размере от общей суммы недоплаченной пенсии.

В судебное заседание истец, будучи надлежаще извещенным, не явился, об уважительности причин неявки не сообщил, об отложении слушания дела не ходатайствовал, воспользовавшись правом на ведение гражданского дела в суде через представителя.

Представитель истца ФИО9 иск поддержал, суду пояснил, что истец имеет специальный статус, тогда как своими действиями ответчик умаляет звание истца, как участника ВОВ, и умышленно наносит ему моральный вред. Позиция ответчика о том, что истцу не положена одновременная выплата пенсии за выслугу лет, пенсии по инвалидности и страховой пенсии по старости с учетом фиксированной выплаты, основана на неправильном применении положений действующего законодательства, которым участники ВОВ выделены в отдельную категорию и имеют повышенный уровень социальной защиты. 

Представители ответчика ФИО5 и ФИО6 возражали по заявленным требованиям и просили в удовлетворении иска отказать, ссылаясь на неверное применение истцом действующего пенсионного законодательства. Суду пояснили, что ФИО3 вопреки доводам его представителя является получателем всех мер пенсионного, социального обеспечения и государственной поддержки, предусмотренных для участников ВОВ. Назначенная ФИО3 страховая пенсия по старости действительно выплачивается ему без фиксированной выплаты, что прямо предусмотрено положениями действующего законодательства. Никакой недоплаты пенсии в заявленный период фактически не имело место, правовые основания для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда отсутствуют. Требования истца лишены правовых оснований и удовлетворению не подлежат.

Выслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, суд находит иск необоснованным и неподлежащим удовлетворению. 

Статьей 46 Конституции РФ каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Конституция Российской Федерации, гарантируя каждому социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 39, часть 1), относит определение условий и порядка реализации данного конституционного права, в том числе установление видов пенсий, оснований приобретения права на них отдельными категориями граждан, правил их исчисления, перерасчетов, к компетенции законодателя (статья 39, часть 2).

С 01.01.2015 г. установление и выплата пенсий регулируется нормами Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее – Федеральный закон № 400-ФЗ).

Ранее для этих целей действовал Федеральный закон от 17.12.2001 № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», а до 01 января 2002 года - Закон РФ от 20.11.1990 № 340-1 «О государственных пенсиях в Российской Федерации».

Согласно ст. 2 Федерального закона № 400-ФЗ законодательство Российской Федерации о страховых пенсиях состоит из настоящего Федерального закона, Федерального закона от 16 июля 1999 года № 165-ФЗ "Об основах обязательного социального страхования", Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации", Федерального закона от 1 апреля 1996 года № 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования", других федеральных законов.

Статья 45 Конституции Российской Федерации закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод (часть 1) и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами (часть 2).

К таким способам защиты гражданских прав относятся возмещение ущерба и взыскание компенсации морального вреда (ст. 12 ГК РФ). 

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1). 

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2).

Статьей 1064 этого же кодекса предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда (пункт 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

Правила компенсации морального вреда определяются гражданским законодательством (статья 151 и глава 59 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно приведенным в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснениям под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной 

<

данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага. Так, например, судом может быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного незаконными решениями, действиями (бездействием) органов и лиц, наделенных публичными полномочиями.

Из п. 12 настоящего Постановления следует, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.

В ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является участников ВОВ и получателем пенсии за выслугу лет, которая назначена ему в 1961 году Министерством обороны Российской Федерации в соответствии с Законом РФ от 12 февраля 1993 года N 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей».

Согласно справке МСЭ № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 повторно установлена инвалидность второй группы.

С ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 является получателем страховой пенсии по старости без фиксированной выплаты.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО3 полагает, что выплата ОСФР по Волгоградской области страховой пенсии без фиксированной выплаты не соответствует требованиям действующего законодательства, настаивая на наличии у него права на одновременное получение двух пенсий с учетом фиксированной выплаты, исчислив размер недополученной пенсии в размере 8 622 972 рублей 80 копеек из расчета: 

- 585 711,36 рублей – сумма недополученных средств фиксированной выплаты за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (8 134,88 рублей х 72 месяца);

- 3 433 919 рублей 36 копеек – сумма недополученных средств фиксированной выплаты после 80 лет за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (16 269,76 рублей х 211 месяцев просрочки);

- 4 604 342 рубля 08 копеек – сумма недополученных средств по ст. 16 Федерального закона № 166-ФЗ в качестве пенсионных выплат за инвалидность 2 группы в размере 200% от социальной пенсии (16 269,76 рублей х 283 месяца).

Отказывая в удовлетворении иска, суд находит доводы истца основанными на неверной оценке имеющих правовое значение фактических обстоятельств и неправильном применении норм пенсионного законодательства, регулирующих возникшие правоотношения, руководствуясь следующим.

Согласно части 4 статьи 7 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 года N 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей» лица, указанные в статье 1 данного Закона, при наличии условий для назначения страховой пенсии по старости имеют право на одновременное получение пенсии за выслугу лет или пенсии по инвалидности, предусмотренных данным Законом, и страховой пенсии по старости (за исключением фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости), устанавливаемой в соответствии с Федеральным законом от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях".

Согласно пункту 6 статьи 3 Федерального закона от 15 декабря 2001 года N 166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации" военнослужащие (за исключением граждан, проходивших военную службу по призыву в качестве солдат, матросов, сержантов и старшин) при наличии условий для назначения им страховой пенсии по старости, предусмотренных Федеральным законом "О страховых пенсиях", имеют право на одновременное получение пенсии за выслугу лет или пенсии по инвалидности, предусмотренных Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 года N 4468-1, и страховой пенсии по старости (за исключением фиксированной выплаты к страховой пенсии), устанавливаемой на условиях и в порядке, которые предусмотрены Федеральным законом "О страховых пенсиях".

Часть 1 статьи 16 Федерального закона "О страховых пенсиях" от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ предусматривает установление и определяет размер фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости (кроме случаев назначения данной пенсии лицам, получающим пенсии за выслугу лет или пенсии по инвалидности, предусмотренные Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 года N 4468-1) и к страховой пенсии по инвалидности (за исключением фиксированной выплаты к страховой пенсии по инвалидности инвалидам III группы).

Таким образом, предусмотренные вышеуказанными законоположениями правила исключают возможность установления фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости, назначаемой лицам, получающим пенсии за выслугу лет или пенсии по инвалидности в соответствии с Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 года N 4468-1, что обусловлено особенностями их правового статуса как участников системы социального обеспечения и предопределено сходством отдельных признаков фиксированной выплаты к страховой пенсии и пенсий по государственному пенсионному обеспечению, выплачиваемых данной категории застрахованных лиц как в период формирования их пенсионных прав в системе обязательного пенсионного страхования, так и после их реализации, с учетом того, что средства, уплаченные по солидарной части тарифа, могут расходоваться на финансирование не только фиксированной выплаты к страховой пенсии, но и других видов обязательного страхового обеспечения, а также на иные цели, предусмотренные законодательством об обязательном пенсионном страховании. 

Указанное находит свое отражение в Определении Конституционного Суда РФ от 27.12.2023 N 3386-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО1 на нарушение его конституционных прав частью четвертой статьи 7 Закона Российской Федерации "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей", пунктом 6 статьи 3 Федерального закона "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации" и частью 1 статьи 16 Федерального закона "О страховых пенсиях", которое содержится ссылку на Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 28 января 2020 года N 5-П Постановление Конституционного Суда РФ от 28.01.2020 N 5-П "По делу о проверке конституционности положений части четвертой статьи 7 Закона Российской Федерации "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей", подпункта 2 пункта 1 статьи 6, пункта 2.2 статьи 22 и пункта 1 статьи 28 Федерального закона "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации", подпункта 2 пункта 1 статьи 419 Налогового кодекса Российской Федерации, а также частей 2 и 3 статьи 8, части 18 статьи 15 Федерального закона "О страховых пенсиях" в связи с жалобой гражданки ФИО2".

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 28 января 2020 года N 5-П в числе прочего отражены следующие выводы и разъяснения.

Конституция Российской Федерации как правового демократического государства с социально ориентированной рыночной экономикой, предусматривая необходимость создания условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека (статья 1, часть 1; статья 7, часть 1), гарантирует гражданам не только свободу труда, но и право на социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 7, часть 2; статья 39, части 1 и 2). Конституционным правом на социальное обеспечение охватывается и право на получение пенсий в определенных законом случаях и размерах, реализация которого гарантируется путем создания пенсионной системы, включающей в себя в качестве важнейших организационно-правовых форм обязательное пенсионное страхование и государственное пенсионное обеспечение.

Как следует из статей 7, 39, 71 (пункт "в"), 72 (пункт "ж" части 1) и 76 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации, выбор механизмов реализации конституционного права на получение пенсии относится к компетенции законодателя, который располагает достаточно широкой свободой усмотрения при определении видов пенсий, правовых оснований и порядка их предоставления, правил назначения и перерасчета, а также формирования финансовой основы их выплаты. Вместе с тем осуществляемое им правовое регулирование должно базироваться на конституционных принципах, учитывать социальную ценность трудовой и иной общественно полезной деятельности, особое значение пенсии для поддержания материальной обеспеченности и удовлетворения основных жизненных потребностей пенсионеров.

Реализация конституционного права свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию объективно связана с возможностью изменения вида занятости, а следовательно, и с применением различных организационно-правовых форм пенсионного обеспечения, предназначенных в том числе для учета особенностей правового статуса тех или иных лиц. Этим предопределяется необходимость установления в сфере пенсионного обеспечения такого регулирования, которое гарантировало бы возможность приобретения в процессе трудовой, служебной, предпринимательской и иной аналогичной деятельности пенсионных прав, а также их осуществление в рамках соответствующих организационно-правовых форм пенсионного обеспечения. Соблюдение данного требования особо значимо для формирования определенного объема пенсионных прав в системе обязательного пенсионного страхования путем уплаты страхователем за застрахованное лицо страховых взносов - публичных платежей, предназначенных для осуществления страховщиком (Пенсионным фондом Российской Федерации) гарантируемой государством выплаты застрахованным лицам обязательного страхового обеспечения при наступлении страховых случаев (достижение пенсионного возраста, наступление инвалидности, потеря кормильца).

Предоставляя лицам, проходившим военную службу по контракту, и приравненным к ним в области пенсионного обеспечения лицам право на получение в дополнение к пенсии за выслугу лет или пенсии по инвалидности, назначенных в соответствии с Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 года N 4468-1, трудовой пенсии по старости, законодатель предусмотрел для указанной категории граждан исключение из состава трудовой пенсии по старости ее базовой части. Принимая такое решение, он исходил из необходимости достичь соотносимости размера обязательного страхового обеспечения по обязательному пенсионному страхованию и уплаченных на эти цели страховых взносов, а также учитывал получение ими пенсий по государственному пенсионному обеспечению.

Финансовое обеспечение выплаты базовой части трудовых пенсий осуществлялось за счет зачисляемой в федеральный бюджет (за вычетом начисленных за тот же период страховых взносов на обязательное пенсионное страхование) части единого социального налога, который был установлен с 1 января 2001 года с целью мобилизации средств для реализации права граждан на государственное пенсионное и социальное обеспечение (страхование) и медицинскую помощь (пункт 3 статьи 9 Федерального закона "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации" в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 24 июля 2009 года N 213-ФЗ; статья 234 Налогового кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 31 декабря 2001 года N 198-ФЗ - Федеральным законом от 20 июля 2004 года N 70-ФЗ признана утратившей силу; пункт 2 статьи 243 того же Кодекса утратил силу с 1 января 2010 года на основании Федерального закона от 24 июля 2009 года N 213-ФЗ).

Федеральный закон "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" не предусматривал возможности установления базовой части трудовой пенсии отдельно от самой такой пенсии. Размер базовой части трудовой пенсии определялся в твердой сумме, безотносительно к размеру заработка (дохода), с которого был уплачен единый социальный налог, и размеру самого такого налога, уплаченного на цели пенсионного обеспечения, с дифференциацией в зависимости от социально-демографических (возраст старше 80 лет, наличие иждивенцев и др.), а также природно-климатических (проживание в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях) факторов (статьи 5 и 14 - 16); индексация базовой части производилась в особом порядке, отличном от порядка индексации страховой части (пункт 6 статьи 17). Кроме того, базовая часть трудовой пенсии не была отнесена к видам обязательного страхового обеспечения по обязательному пенсионному страхованию (пункт 1 статьи 9 Федерального закона "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации" в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 24 июля 2009 года N 213-ФЗ).

Указанные признаки позволяют ретроспективно оценить базовую часть трудовой пенсии в качестве ее специфического элемента, финансируемого (в конечном счете) из федерального бюджета, что делало базовую часть трудовой пенсии близкой по своей правовой природе к пенсиям по государственному пенсионному обеспечению и тем самым давало основания для исключения возможности ее одновременного (пусть и в составе трудовой пенсии по старости) установления с пенсией за выслугу лет или пенсией по инвалидности, которые назначаются по Закону Российской Федерации от 12 февраля 1993 года N 4468-1.

Последовательное преобразование в системе обязательного пенсионного страхования базовой части трудовой пенсии сначала в фиксированный базовый размер страховой части трудовой пенсии по старости (фиксированный базовый размер трудовой пенсии по инвалидности или трудовой пенсии по случаю потери кормильца - пункты 1 - 18 статьи 14, пункты 1 - 11 статьи 15, пункты 1 - 9 и 11 статьи 16 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации"), а после вступления в силу Федерального закона "О страховых пенсиях" - в фиксированную выплату к страховой пенсии сопровождалось внесением соответствующих изменений в Федеральный закон "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации". Названный Федеральный закон в действующей редакции относит фиксированную выплату к страховой пенсии к числу видов обязательного страхового обеспечения по обязательному пенсионному страхованию наряду со страховыми пенсиями, но при этом не включает ее (в отличие от страховой и накопительной пенсий, социального пособия на погребение умерших пенсионеров, не подлежавших на день смерти обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством) в определение обязательного страхового обеспечения (абзац третий статьи 3, подпункты 1 - 4 пункта 1 статьи 9).

В пункте 6 статьи 3 Федерального закона "О страховых пенсиях" фиксированная выплата к страховой пенсии определяется как обеспечение лиц, имеющих право на страховую пенсию в соответствии с данным Федеральным законом, устанавливаемое в виде выплаты в фиксированном размере к страховой пенсии.

Следовательно, право на фиксированную выплату к страховой пенсии производно от права на страховую пенсию, возникает лишь при соблюдении предусмотренных Федеральным законом "О страховых пенсиях" условий для назначения пенсии, а сама фиксированная выплата не может устанавливаться отдельно от страховой пенсии и в этом смысле может быть соотнесена с базовой частью трудовых пенсий, что отражает преемственность в развитии системы обязательного пенсионного страхования и законодательства, регулирующего отношения в этой сфере.

Фиксированная выплата к страховой пенсии является одним из видов обязательного страхового обеспечения по обязательному пенсионному страхованию, которое финансируется за счет страховых взносов, уплачиваемых по солидарной части тарифа.

В то же время застрахованным лицам из числа военных пенсионеров, у которых при наступлении страхового случая в виде достижения пенсионного возраста соблюдены прочие условия назначения страховой пенсии по старости (т.е. имеется необходимые страховой стаж и величина индивидуального пенсионного коэффициента), она устанавливается без фиксированной выплаты к ней, несмотря на то что страховые взносы по солидарной части тарифа уплачиваются ими на общих основаниях.

Законодатель, обладая достаточно широкой дискрецией в сфере пенсионного обеспечения, может закрепить в законе правовые основания назначения пенсий, их размеры, порядок исчисления и выплаты, а также, как неоднократно отмечалось в решениях Конституционного Суда Российской Федерации, вправе изменять установленное им в данной сфере регулирование, учитывая финансово-экономические возможности государства на соответствующем этапе его развития и соблюдая при этом принципы справедливости, равенства, соразмерности и поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, которые предполагают сохранение разумной стабильности правового регулирования и недопустимость внесения произвольных изменений в действующую систему норм (постановления от 24 мая 2001 года N 8-П, от 26 декабря 2002 года N 17-П, от 29 января 2004 года N 2-П и др.).

Реализуя предоставленные ему полномочия и преследуя цель совершенствования системы обязательного пенсионного страхования, законодатель в период после принятия Федерального закона от 22 июля 2008 года N 156-ФЗ неоднократно вносил изменения в федеральные законы "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации" и "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", корректировал финансовые основы обязательного пенсионного страхования путем отмены с 1 января 2010 года единого социального налога и перехода к уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, а с 1 января 2017 года - перехода к администрированию указанных страховых взносов налоговыми органами.

С 1 января 2015 года очередные изменения претерпел перечень видов обязательного страхового обеспечения по обязательному пенсионному страхованию, вступили в силу федеральные законы "О страховых пенсиях" и "О накопительной пенсии", изменены условия назначения страховой пенсии по старости. 1 января 2019 года вступил в силу Федеральный закон от 3 октября 2018 года N 350-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам назначения и выплаты пенсий", которым повышен возраст выхода на пенсию по старости.

В соответствии со статьей 8 Федерального закона "О страховых пенсиях" право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) при наличии не менее 15 лет страхового стажа и величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30.

Указанные условия назначения страховой пенсии по старости вводились в действие поэтапно. Так, необходимая для ее назначения продолжительность страхового стажа, составлявшая до введения в действие Федерального закона "О страховых пенсиях" 5 лет, в 2015 году составляла 6 лет и затем ежегодно увеличивалась на один год с достижением к 2024 году 15 лет. С 1 января 2015 года страховая пенсия по старости назначается при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента не ниже 6,6 с последующим ежегодным увеличением на 2,4 до достижения величины 30 (часть 3 статьи 35 Федерального закона "О страховых пенсиях").

При этом величина индивидуального пенсионного коэффициента выступает не только одним из условий назначения страховой пенсии по старости, но и важнейшим элементом формулы исчисления размера страховых пенсий. Начиная с 2015 года величина индивидуального пенсионного коэффициента определяется за каждый календарный год путем деления ежегодных отчислений страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации на страховую пенсию по старости в размере, эквивалентном индивидуальной части тарифа страховых взносов на финансирование страховой пенсии по старости, на нормативный размер страховых взносов на страховую пенсию по старости, рассчитываемый как произведение максимального тарифа отчислений на страховую пенсию по старости в размере, эквивалентном индивидуальной части тарифа страховых взносов на финансирование страховой пенсии по старости, и предельной величины базы для начисления страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации за соответствующий календарный год, с последующим умножением полученного результата на 10.

Был предусмотрен также механизм преобразования пенсионных прав, приобретенных до 1 января 2015 года, в индивидуальный пенсионный коэффициент. Для каждого нестрахового периода определена величина пенсионного коэффициента в расчете на календарный год (части 10, 12 и 18 статьи 15 Федерального закона "О страховых пенсиях").

Пенсионные коэффициенты суммируются (с применением максимальных значений пенсионного коэффициента за календарный год, установленных частью 19 статьи 15 Федерального закона "О страховых пенсиях" дифференцированно в зависимости от того, формируются ли у застрахованных лиц пенсионные накопления) и сопоставляются с действующим по состоянию на момент обращения за пенсией нормативом.

Таким образом, в свете приведенного выше нормативного регулирования следует признать, что правовые основания для установления ФИО3 страховой пенсии с учетом фиксированной выплаты, как участнику ВОВ, получателю пенсии по выслуге лет и страховой пенсии по старости, отсутствуют. 

При таких обстоятельствах суд соглашается с доводами ответчика и приходит к выводу о том, что никакой недоплаты пенсии в заявленный истцом период в отношении ФИО3 со стороны ОСФР по Волгоградской области фактически не имело место, а потому требования истца о взыскании с ответчика недоплаченной пенсии суд признает лишенными правовых оснований.

Доводы стороны истца об обратном суд признает несостоятельными, поскольку они являются следствием добросовестного заблуждения относительно объема социальных гарантий, предоставляемых государством указанной категории граждан в соответствии с действующим законодательством. 

Поскольку положения статей 151 ГК РФ связывают наступление оснований для взыскания компенсации морального вреда с незаконным поведением второй стороны (ответчика), тогда как в ходе судебного разбирательства оснований для подобных выводов по делу не установлено, заявленные истцом требования о взыскании компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат. 

В этой связи в удовлетворении иска ФИО3 надлежит в полном объеме отказать.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198, 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

ФИО3 в удовлетворении иска к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области о взыскании недополученной пенсии в размере 8 622 972 рублей 80 копеек и компенсации морального вреда в размере 17 245 945 рублей 60 копеек в полном объеме отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Волгоградский областной суд через Ворошиловский районный суд г. Волгограда в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Решение вынесено в окончательной форме 26 сентября 2024 года.

Председательствующий Т.Ю. Болохонова