Председательствующий: Баева В.Н. № 33-7446/2025

55RS0013-01-2025-000747-12

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

10 декабря 2025 года г. Омск

Судебная коллегия по гражданским делам Омского областного суда в составе:

председательствующего Сковрон Н.Л.,

судей Калининой К.А., Мезенцевой О.П.,

при секретаре Павленок Е.И.,

рассмотрела в открытом судебном заседании дело № 2-462/2025

по апелляционной жалобе ответчика общества с ограниченной ответственностью «АМО-Пресс»

на решение Исилькульского городского суда Омской области от 09 сентября 2025 года

по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «АМО-Пресс» об установлении факта трудовых отношений, взыскании невыплаченной заработной платы, неустойки, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Мезенцевой О.П., судебная коллегия

Установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «АМО-Пресс», ссылаясь на то, что, что 6 февраля 2022 года заключил с ответчиком ООО «АМО-Пресс» договор возмездного оказания услуг водителя № 

<

...>. Истец полагает, что выполняемая работа по названному договору оказания услуг водителя подпадает под трудовые обязанности по должности водителя грузового транспорта: ему ежемесячно выплачивалась заработная плата, отчитывался перед работодателем по этапам выполнения работ; истец выполнял грузоперевозки на транспорте, предоставляемом ответчиком; истец работал на ответчика достаточно продолжительный период времени с 6 июля 2022 года по 28 ноября 2024 года; конкретной итоговой цели по договору не было, ему компенсировали понесенные расходы в связи с осуществлением трудовой деятельности. Работодателем не была выплачена заработная плата за октябрь и ноябрь 2024 года.

Просил установить факт трудовых отношений между истцом и ответчиком в период с 6 июля 2022 года и 28 ноября 2024 года в должности водителя; взыскать с ответчика задолженность по заработной плате за октябрь 2024 года в размере 289 779,64 руб., невыплаченную заработную плату за ноябрь 2024 года в размере 198 270,28 руб., компенсацию за задержку выплаты заработной платы за октябрь 2024 года в размере 94 006, 14 руб. на 2 апреля 2025 года до полного исполнения обязательств, за ноябрь 2024 года в размере 51 586,88 руб. на 2 апреля 2025 года до полного исполнения обязательств, компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 516 037 руб., компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержал заявленные требования, пояснил, что работал первоначально на автомобиле Скания, потом на автомобиле Данфенк. Данные автомобили предоставила компания «АМО-Пресс». Когда получали автомобиль Данфенк она уже была на учете в компании «Ареал». В то время его коллеги устаивались в компанию «Ареал», занимались грузоперевозками. Он и напарники работали один месяц, один месяц отдыхали, работали по четыре человека на машине: два работали, два отдыхали, менялись постоянно. Заработную плату за октябрь и ноябрь не получил. Официально трудовые отношения работодатель отказался оформлять. Заправляли машину с использованием топливных карт, выданных ответчиком, ремонт автомобиля также производился ответчиком. Путевые листы получали на складе вместе с документами на груз. Рейсы были в разном направлении. Связь держали с логистами в группе WhatsApp: о том куда прибыли, куда поехали, все перемещения контролировались ответчиком. Отпуск не предоставлялся.

Представитель истца по доверенности ФИО2 в судебном заседании поддержал заявленные требования.

Представитель ответчика ФИО3 с заявленными требованиями не согласился, суду пояснил, что компания «АМО-Пресс» занимается частными перевозками. Истец работал в должности водителя, имел определённый оклад. Водителей очень много, которые выполняли заявки от ООО «АМО-Пресс», самостоятельно выбирали маршрут следования. Отрицал наличие долга за октябрь и за ноябрь 2024 года, возражал против расчета истца, представил альтернативный расчет. Оплата производилась в расчете 5 руб. за километр. Считает, что доказательств о том, что истец выполнил рейсов на большую сумму, не предоставлено. Указывает, что истец подтвердил, что он работал с 2022 года по ноябрь 2024 года, но не обращался по вопросу предоставления отпуска, за внесением записи в трудовую книжку. Полагал, что истец пропустил срок на обращение в суд. Акты выполненных работ отсутствуют, период работы истца не оспаривал. Затруднился ответить о принадлежности автомобиля Данфенг, поскольку он мог принадлежать другой организации, находиться в аренде или в лизинге. Не отрицал, что данный автомобиль принадлежит ответчику на каких-либо правах. Пояснил, что в компании очень большое количество водителей, которых они привлекают к работе по заказам. Не отрицал существование зарегистрированной ответчиком группы в мессенджере WhatsApp для координации действий водителей.

Судом постановлено решение о частичном удовлетворении требований, установлен факт трудовых отношений между истцом и ответчиком в период с 6 июля 2022 года по 28 ноября 2024 года; с ответчика в пользу истца взыскана задолженность по заработной плате за период с 1 по 31 октября 2024 года в размере 79161 руб., с 1 по 11 ноября 2024 года, с 11 по 28 ноября 2024 года в размере 54158 руб., компенсация за неиспользованный отпуск - 144340,11 руб., компенсацию за задержку выплаты заработной платы - 105880,64 руб., начиная с 10 сентября 2025 года по день фактического исполнения обязательства в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального Банка Российской Федерации от начисленных, но не выплаченных в срок сумм, компенсация морального вреда в размере 20 000 руб.; в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина 15088 руб.

В апелляционной жалобе ответчик выражает несогласие с постановленным решением. Полагает, что между сторонами был заключен договор оказания услуг. Ответчиком в октябре и ноябре перечислены денежные средства в сумме, превышающей вдвое размер определенной судом задолженности. Не соглашается с выводами районного суда о пропуске истцом срока на обращение в суд по уважительной причине и восстановлении срока.

В возражениях на апелляционную жалобу истец просит оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Истец, представитель ответчика ООО АМО-Пресс, третьего лица ОСФР по Омской области в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о причинах неявки не сообщили, извещены надлежащим образом, что в соответствии с частью 1 статьи 327, частей 3,4 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не являлось препятствием к рассмотрению дела по апелляционной жалобе.

Проверив материалы дела, законность и обоснованность судебного постановления, его соответствие нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, оценив имеющиеся в деле доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, выслушав пояснения представителя истца ФИО4, просившей об оставлении решения суда без изменения, судебная коллегия приходит к следующему.

Апелляционное производство, как один из процессуальных способов пересмотра, не вступивших в законную силу судебных постановлений, предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела, и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционной жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции (часть 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что основанием для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального или норм процессуального права.

Такие нарушения при рассмотрении настоящего гражданского дела судом первой инстанции не были допущены.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ООО «АМО-Пресс» зарегистрировано в качестве юридического лица с основным видом деятельности – деятельность автомобильного грузового транспорта (л.д. 30-38 том 1).

6 июля 2022 года между ООО «АМО-Пресс» (заказчик) и ФИО1 (исполнитель) заключен договор возмездного оказания услуг водителя № 184/СЗ, в соответствии с которым исполнитель принял на себя обязанность по заданию заказчика оказывать услуги по управлению автомобилем, а заказчик – производить оплату оказанных услуг. Исполнитель оказывает услуги лично, является самозанятым лицом и применяет в своей деятельности специальный налоговый режим «Налог на профессиональный доход»; управляет автомобилем с целью перевозки грузов общего назначения в пределах городов Российской Федерации (пункты 1.2, 1.3, 1.4).

Цена услуг по договору составляет 62 500 руб. за рейс по маршруту: Московская область поселок Томилино – Хабаровск – Владивосток - Хабаровск – Московская область поселок Томилино. Заказчик вправе в одностороннем порядке изменить маршрут следования (пункты 2.1).

Плата производится единовременно в течение 2 рабочих дней с момента получения подписанного исполнителем экземпляра акта об оказании услуг. Расчет по договору осуществляются в безналичном порядке платежными поручениями (пункты 2.2 - 2.4).

Договор заключен на период с 6 июля 2022 года по 31 декабря 2022 года. Если одна из сторон за 15 дней не заявит о намерении расторгнуть договор, договор пролонгируется на следующий год (пункт 3.1).

Для оказания услуг предоставлен заказчиком исполнителю грузового автомобиля SCANIA № 

<

...> 2019 года выпуска VIN№ 

<

...> (пункт 3.2). Техническое обслуживание автомобиля осуществляется заказчиком. Заказчик вправе в одностороннем порядке заменить данный автомобиль на другой исправный автомобиль категории С (пункт 3.3).

Полагая, что ответчиком нарушены его трудовые права, истец обратился с настоящим иском.

Разрешая заявленный спор, руководствуясь положениями статей 16, 20, 56, 67, 121, 122, 127, 129, 135, 236, 237, 392 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности факта того, что ФИО1 был допущен к работе работодателем ООО «АМО-Пресс» в должности водителя и в заявленный период, непосредственно осуществлял трудовую деятельность под контролем работодателя, но без надлежащего оформления документов, подтверждающих трудовые отношения, в связи с чем счел доказанным наличие трудовых отношений в период с 6 июля 2022 года по 28 ноября 2024 года.

Поскольку ответчиком не представлено доказательств отсутствия задолженности перед истцом по заработной плате, как и доказательств, свидетельствующих об ином размере задолженности, с ответчика в пользу истца была взыскана задолженность, компенсация за неиспользованный отпуск, компенсация за задержку выплаты заработной платы, компенсация морального вреда.

Судебная коллегия выводы районного суда признает верными, соответствующими нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, основанными на имеющихся в деле доказательствах.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит, в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Из положений статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовые отношения это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Работник и работодатель являются сторонами трудовых отношений, как следует из части 1 статьи 20 Трудового кодекса Российской Федерации.

Работником в силу части 2 статьи 20 Трудового кодекса Российской Федерации является физическое лицо, вступившее в трудовые отношения с работодателем, работодателем - физическое либо юридическое лицо (организация), вступившее в трудовые отношения с работником. В случаях, предусмотренных федеральными законами, в качестве работодателя может выступать иной субъект, наделенный правом заключать трудовые договоры (часть 4).

В силу части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании заключаемого между ними трудового договора.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома, или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

Часть первая статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации определяет трудовой договор как соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым, работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Частью первой статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами.

В соответствии с частью второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений.

В пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» разъяснено, что в целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьей 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату (абзац 3 пункт 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15).

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (абзац четвертый пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15).

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (абзац пятый пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15).

Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора) по смыслу части первой статьи 67 и части третьей статьи 303 Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя. При этом отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части третьей статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. Не оформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации) (пункт 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15).

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудовых отношений относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнением работником трудовой функции за плату.

При этом обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу, внесение записи в трудовую книжку) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

Само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части 3 статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части 2 статьи 67 названного Кодекса следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе.

Таким образом, по смыслу статей 15, 16, 56, части второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.

Следовательно, суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции (данная правовая позиция изложена в пункте 14 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с заключением трудового договора, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 27 апреля 2022 года).

Поскольку существенным недостатком устного трудового договора является прежде всего невозможность доказать содержание и условия соглашения, к которому пришли работник и работодатель, в силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать во взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, обязанность доказывания факта наличия соглашения между сторонами о выполнении работы, а также того, что работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, лежит на лице, заявившем требования о признании отношений трудовыми.

Сторонами не оспаривалось, что истец работал с 6 июля 2022 года по 28 ноября 2024 года в должности водителя.

В качестве доказательств сторонами спора в материалы дела представлены:

- договор возмездного оказания услуг водителя № 

<

...>;

- штатное расписание ООО «АМО-Пресс», в котором отсутствует должность водителя (л.д. 1-4 том 2);

- пояснения сторон спора об отсутствии актов выполненных работ;

- сведения о принадлежности транспортного средства SCANIA № 

<

...>, 2019 год выпуска, VIN № 

<

...> на праве собственности ООО «АМО-Пресс» до 5 января 2024 года (л.д. 99-100 том 2);

- выписка по банковскому счету истца, из которой следует, что на счет неоднократно поступали денежные средства в качестве оплаты за выполняемую работу (л.д. 42-92 том 1);

- переписка в мессенджере WhatsApp, содержащая информацию о заданиях на работу, пересменке, рейсах, с фотографиями автомобилей и их местоположения; направление в адрес истца талонов на погрузку, путевых листов, актов; о решении вопросов по ремонту транспортных средств (л.д. 93-168 том 1);

- пояснения представителя ответчика ФИО5 не оспаривавшего факт направления в адрес истца путевых листов, талонов на погрузку и иных документов (в суд документы не представлены);

- пояснения свидетеля ФИО6, работавшего на одной машине с истцом, осуществлявшего грузоперевозки с начала октября 2024 года по конец ноября 2024 года, аналогичные пояснениям истца;

Проанализировав представленные в материалы дела письменные доказательства, пояснения участников процесса, свидетеля ФИО6, судебная коллегия не находит оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции о наличии между истцом и ответчиком трудовых отношений, поскольку истец был фактически допущен к работе, выполнял трудовые функции на постоянной основе, по должности водителя, на протяжении длительного времени под контролем и в интересах работодателя. Исполнение должностных обязанностей осуществлялось с учетом режима работы организации, с 12.00 часов до 20.00 часов. Выполнение трудовой функции осуществлялось истцом лично, за выполненную работу истец ежемесячно получал денежное вознаграждение. Ответчик назначал явку, рейс, осуществлял проверку качества оказанных услуг, передвижение транспортного средства, его ремонт, заказчик вправе был в одностороннем порядке заменить автомобиль. Это все свидетельствует о том, что у истца отсутствовала какая-либо самостоятельность в выборе средств и способов выполнения порученной работы. Акты выполненных работ не подписывались, но оплата все равно производилась, не единожды, как предусмотрено договором, а несколькими платежами.

Применительно к требованиям статей 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательств, опровергающих наличие трудовых отношений, по мнению судебной коллегии, ответчиком не представлено, тогда как бремя доказывания данного обстоятельства возлагается непосредственно на работодателя.

Кроме того, исходя из положений статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик - их оплатить.

По смыслу гражданского законодательства договор возмездного оказания услуг заключается для выполнения исполнителем определенного задания заказчика, согласованного сторонами при заключении договора. Целью гражданско-правового договора является не выполнение работы как таковой, а осуществление исполнителем действий или деятельности на основании индивидуально-конкретного задания к оговоренному сроку за обусловленную в договоре плату.

От договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица - работника, причем важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя. Исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, в то время как лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.

Признаков договора возмездного оказания услуг исходя из выше изложенного, обстоятельств дела, представленных доказательств и пояснений сторон спора, обоснованно не было установлено районным судом.

Само по себе наличие у истца статуса самозанятого не свидетельствует о невозможности осуществления истцом трудовой деятельности по трудовому договору.

Доводы об отсутствии в штатном расписании организации должности водителя, правового значения для разрешения спора не имеют, поэтому коллегией судей во внимание не принимаются. Кроме того, судебная коллегия обращает внимание, что основным видом деятельности организации является деятельность автомобильного грузового транспорта, что следует из сведений из Единого государственного реестра юридических лиц.

Как уже было указано ранее, по смыслу статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.

Работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы (абзац пятый части первой статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров, выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с названным кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами (абзацы 2, 7 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Понятие заработной платы сформулировано в части 1 статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой она определяется как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Согласно части 1 статьи 132 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается, за исключением случаев, предусмотренных данным кодексом.

Часть 1 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена (часть 6 статьи 136 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из анализа указанных положений закона следует, что выплата заработной платы производится за выполненную работу в порядке, установленном трудовым договором в соответствии с действующей у данного работодателя системой оплаты труда.

Бремя доказывания факта отсутствия задолженности по заработной плате возлагается на работодателя, так как на работодателе лежит обязанность по оформлению документов об оплате труда работника, в том числе о размере его заработной платы и ее выплате работнику. Такие документы (доказательства) должны находиться у ответчика-работодателя, который в силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, части 2 статьи 22 и статьи 136 Трудового кодекса Российской Федерации обязан доказать, что заработная плата выплачена истцу своевременно и в полном размере.

Часть 1 статьи 140 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

Принимая во внимание размер заработной платы, согласованный сторонами спора и указанный в договоре возмездного оказания услуг, в размере 62500 руб. в месяц, положения статьи 153 Трудового кодекса Российской Федерации об оплате работы в выходной или нерабочий праздничный день не менее, чем в двойном размере; отсутствие доказательств, подтверждающих факт выплаты заработной платы в полном объеме; районным судом обоснованно взыскано 79161 руб. и 54158 руб., поскольку по расчету судебной коллегии сумма задолженности составляет больше, исходя из расчета: за период с 1 октября 2024 года по 31 октября 2024 года рабочих дней 23, календарных дней 31, а не 22 как указал суд, 62500 руб. / 31 календарных дней х 23 = 46370,97 руб.; 62500 руб. / 31 календарных дней х 2 х 8 = 32258,06 руб.; за период с 1 ноября 2024 года по 3 ноября 2024 года, с 11 ноября 2024 года по 28 ноября 2024 года отработал 21 день при 30 календарных днях в месяце, которые включают в себя 16 рабочих дней, 5 выходных дней (3,16,17,23,24 ноября 2024), 62500 руб. / 30 календарных дней х 16 = 33333,33 руб.; 62500 руб. / 30 календарных дней х 2 х 5 = 20833,33 руб.

Кроме того, районным судом не начислен на сумму задолженности районный коэффициент, в таком случае задолженность была бы в большем размере.

С учетом правила о недопустимости поворота к худшему, т.е. пересмотра дела, которое ведет к ухудшению положения апеллянта, судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для оставления решения суда первой инстанции без изменения.

Доводы апеллянта в той части, что в октябре и ноябре перечислены денежные средства в сумме, превышающей вдвое размер определенной судом задолженности (265472 руб.), судебной коллегией во внимание приняты быть не могут, поскольку ответной стороной не представлены платежные поручения, из которых бы явно следовало за какой месяц выплачивалась денежная сумма и назначение платежа, чтобы однозначно прийти к выводу, что это задолженность за октябрь и ноябрь 2024 года.

Правила материальной ответственности работодателя за задержку выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, содержатся в статье 236 Трудового кодекса Российской Федерации.

Статья 236 Трудового кодекса Российской Федерации (в ред. Федерального закона от 30 января 2024 года № 3-ФЗ) предусматривает, что при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от начисленных, но не выплаченных в срок сумм и (или) не начисленных своевременно сумм в случае, если вступившим в законную силу решением суда было признано право работника на получение неначисленных сумм, за каждый день задержки начиная со дня, следующего за днем, в который эти суммы должны были быть выплачены при своевременном их начислении в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Принимая во внимание, что у ответчика имелась перед истцом задолженность по заработной плате, районным судом обоснованно с ответчика взыскана компенсация за нарушение сроков выплаты денежных средств работнику, в том числе по день фактического исполнения обязательства.

Апелляционная жалоба в данной части каких-либо доводов несогласия с выводами суда первой инстанции не содержит, в связи с чем по правилам статьи 327.1. Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предметом проверки суда апелляционной инстанции не является.

Статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, при этом размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда; при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При этом, учитывая, что Трудовой кодекс Российской Федерации не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статьи 21 (абзац 14 часть 1) и 237 Трудового кодекса Российской Федерации вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.

Такое правовое регулирование, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника, имеет целью защиту прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору.

Из разъяснений, изложенных в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», следует, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, не оформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

С учетом обстоятельств дела, неправомерных действий ответчика, выразившихся в ненадлежащем оформлении трудовых отношений, задержке выплаты истцу причитающихся денежных средств, длительности периода задержки, суд первой инстанции определил размер компенсации морального вреда 20000 руб.

Апелляционная жалоба в данной части каких-либо доводов несогласия с выводами суда первой инстанции не содержит, в связи с чем по правилам статьи 327.1. Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предметом проверки суда апелляционной инстанции не является.

Частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении (часть 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями 1, 2 и 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, они могут быть восстановлены судом (часть 4 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

В абзаце пятом пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» (далее также -постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2) разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Разъяснения по вопросам пропуска работником срока на обращение в суд содержатся в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» (далее также - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15), являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений, по вопросам пропуска работником срока обращения в суд.

В абзаце первом данного пункта указано, что судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (часть четвертая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как-то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п.

В абзаце третьем пункта 16 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации обращено внимание судов на необходимость тщательного исследования всех обстоятельств, послуживших причиной пропуска работником установленного срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора (абзац четвертый пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям»).

Исходя из приведенных нормативных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению лицам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в установленный законом срок по уважительным причинам, этот срок может быть восстановлен в судебном порядке.

Перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Указанный же в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является.

Вопреки доводам подателя жалобы в судебном заседании представитель истца ссылался на то, что трудовые отношения были прекращены 28 ноября 2024 года, впервые истец обратился в суд с иском 07 апреля 2025 года, в последствии указанное заявление было оставлено судом без рассмотрения, 02 июня 2025 года истец во второй раз обратился в суд с указанным иском, однако тот был возвращен определением от 19 июня 2025 года, в третий же раз с иском истец обратился 23 июня 2025 года.

При разрешении ходатайства о применении последствий пропуска ФИО1 срока на обращение в суд, районный суд учел, что истец, являясь экономически и юридически слабой стороной в трудовых отношениях, заблуждался относительно добросовестности действий работодателя, который не исполнил свою обязанность по надлежащему оформлению существующих между сторонами отношений, ожидал выплаты заработной платы, неоднократно обращался к работодателю для оформления трудовых отношении в установленном порядке. Между тем судом установлено, что отношения между истцом и ответчиком имели признаки исключительно трудовых отношений, что в данных обстоятельствах может быть расценено как злоупотребление правом со стороны работодателя на заключение трудового договора вопреки намерению работника заключить трудовой договор.

Повторяясь, по общему правилу, установленному статьей 392 ТК РФ, работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права. Вместе с тем законом установлены и специальные сроки для обращения в суд за разрешением определенных категорий индивидуальных трудовых споров. К таким спорам отнесены споры о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, срок на обращение в суд по которым составляет один год, исчисляемый со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе при увольнении.

Течение сроков, с которыми Трудовой кодекс Российской Федерации связывает возникновение трудовых прав и обязанностей, начинается с календарной даты, которой определено начало возникновения прав и обязанностей (часть первая статьи 14 Трудовой кодекс Российской Федерации).

Как ранее уже было указано, из положений части четвертой статьи 11, части первой статьи 14, статьи 191 Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской, содержащихся в постановлении от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», следует, что в случае признания судом отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми они подлежат оформлению работодателем в установленном трудовым законодательством порядке, а у истца по такому спору возникает право требовать распространения норм трудового законодательства на имевшие место фактически трудовые отношения и, в частности, требовать взыскания задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении, предъявлять другие требования, связанные с трудовыми правоотношениями.

Следовательно, нормы трудового законодательства, включая нормы, устанавливающие сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, в том числе о невыплате или неполной выплате заработной платы, и других выплат, причитающихся работнику, подлежат применению к отношениям, возникшим на основании гражданско-правового договора, только после признания судом таких отношений трудовыми.

Поскольку отношения, возникшие между истцом и ответчиком, на основании гражданско-правового договора были признаны трудовыми только в судебном порядке, исковые требования о взыскании задолженности заявлены одновременно с исковым требованием о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовым, трехмесячный срок обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора истцом не пропущен. Доводы Общества в данной части основаны на ошибочном толковании норм права (Определение № 64-КГ24-4-К9).

С учетом положений статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, процессуального результата по делу, с ответчика в доход местного бюджета была взыскана государственная пошлина в размере 15 088 руб.

Апелляционная жалоба в данной части каких-либо доводов несогласия с решением суда первой инстанции не содержит, в связи с чем по правилам статьи 327.1. Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предметом проверки суда апелляционной инстанции не является.

Доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к несогласию с выводами суда и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судебной коллегией несостоятельными, основанными на ошибочном толковании норм материального права.

Судебная коллегия в полной мере соглашается с приведенными в решении суда выводами, поскольку они основаны на правильном применении норм действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения, при верном определении обстоятельств, имеющих значение для дела.

Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения суда в соответствии со статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не допущено. Судебная коллегия, проверив решение суда в пределах доводов апелляционной жалобы в порядке статьи 327.1 настоящего Кодекса, не находит оснований для его отмены или изменения.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Исилькульского городского суда Омской области от 09 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы через Исилькульский городской суд Омской области.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 24 декабря 2025 года.

Председательствующий 

<

...>

Судьи 

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>