Дело № 2-46/2018 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации 

14 мая 2018 года с. Тербуны

Тербунский районный суд Липецкой области в составе:

председательствующего Богомаз М. В.,

при секретаре Глотовой Ю. С., 

с участием адвоката Клишиной А. А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России», региональному отделению ДОСААФ России по Липецкой области, Общероссийской общественно-государственной организации «Добровольное общество содействия армии, авиации и флоту России «ДОСААФ России» о взыскании заработной платы, пособия по временной нетрудоспособности, невыплаченной премии, денежной компенсации за нарушение сроков выплат, компенсации морального вреда, признании отношений трудовыми, трудового договора, заключенного на неопределенный срок и по встречному иску ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России», регионального отделения ДОСААФ России по Липецкой области к ФИО1 о взыскании ущерба, неосновательного обогащения,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России», региональному отделению ДОСААФ России по Липецкой области о взыскании заработной платы, денежной компенсации за нарушение сроков выплат, компенсации морального вреда. В обоснование требований указал, что работал начальником ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» по Липецкой области на протяжении ряда лет по 28.11.2017 г. Согласно бухгалтерского расчета при увольнении истцу было начислено к выплате 103621 рубль 71 коп., заработная плата с 01.11.2017 г. по 06.11.2017 г. в размере 7689 рублей 90 коп., расчет по больничному листу с 12.12.2017 г. по 22.12.2017 г. в размере 10253 рубля 20 коп., но не выплачено. Всего первоначально просил взыскать с ответчиков в его пользу 121564 рубля 81 коп., компенсацию морального вреда в сумме 10000 рублей, взыскать проценты в размере 1/150 ставки рефинансирования с 29.11.2017 г. по день выплаты, судебные расходы.

На основании определений суда от 15.02.2018 г., от 12.03.2018 года к участию в деле в качестве соответчика привлечена Общероссийская общественно-государственная организация «Добровольное общество содействия армии, авиации и флоту России «ДОСААФ России», в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, относительно предмета спора, на стороне ответчика Государственное учреждение Липецкое региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации.

В последствии истец ФИО1 неоднократно увеличивал требования, окончательно просил взыскать с ответчиков ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России», регионального отделения ДОСААФ России по Липецкой области: начисленную, но невыплаченную заработную плату со дня увольнения в размере 103621 руб. 71 коп., заработную плату с 01.11.2017 года по 06.11.2017 года в размере 7 698 рублей 90 копеек, а всего 111311 рублей 61 коп., начисленную, но невыплаченную премию за 1 квартал 2016 года в размере 10 150 рублей, пособие по временной нетрудоспособности с 13.12.2017 года по 15.12.2017 года 2281 рубль 09 копеек, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, денежную компенсацию за нарушение сроков выплаты по день фактической выплаты согласно расчета, признать отношения по гражданско-правовому договору № 4 от 09.01.2017 года трудовыми, признать договор, заключенный с ним, как с начальником ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России Липецкой области», договором, заключенным на неопределенный срок с 01.08.2012 г. (л. д. 54-57, том 6).

На основании определения суда от 12.03.2018 года к производству принят встречный иск ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России», регионального отделения ДОСААФ России Липецкой области к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения. В котором указано, что 27.02.2018 года в соответствии с приказом регионального отделения ДОСААФ России Липецкой области от 26.02.2018 года создана и направлена комиссия для проведения проверки правильности начисления заработной платы ФИО1, в ходе которой был обнаружен договор № 4 от 09.01.2017 года гражданско-правового характера, в котором в соответствии с приказом № 27 от 30.12.2016 года ФИО1 назначен преподавателем по ведению теоретических часов вождения по категориям «А», «Д», «СЕ». Договор возмездного оказания услуг заключен самим с собой. Согласно данному договору ФИО1 должен был проводить занятия только по категориям «А», «Д», «СЕ», в то время, как им были представлены контрольные листы на категории «В» и «С». Приказом начальника назначены одни лица, но ФИО1 сам проводил занятия согласно контрольных листов. В ходе проверки журналов выявлено, что ФИО1 представлял в бухгалтерию контрольные листы по ряду дисциплин, а в журналах проведения занятий не фиксировал, отсутствуют его подписи. Кроме того, количество отработанных часов за преподавательскую деятельность превышает производственный календарь на 2017 год. Вместе с тем, ФИО1 был лишен права управления транспортными средствами судом и в связи с чем, не имел права согласно п. 6.4 руководства по организации учебно-воспитательного процесса в образовательных учреждениях ДОСААФ России быть допущен в качестве преподавателя. В связи с чем, комиссия пришла к выводу о том, что ФИО1 незаконно осуществлял преподавательскую деятельность по договору № 4 от 09.01.2017 года, начислял и получал денежные средства, незаконно пользуясь служебным положением. В связи с чем, ФИО1 была необоснованно начислена и выплачена оплата по договору за 2017 год в размере 147 207 руб. 76 коп., а так же имеется задолженность за подотчетные денежные средства, которые он брал из кассы и не вернул и не отчитался, переплата заработной платы. С учетом неоднократного уточнения и уменьшения заявленных встречных требований просили суд: признать договор № 4 от 09.01.2017 года, заключенный между ФИО1 и ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» недействительным, как не соответствующий закону на основании ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, взыскать с ФИО1 неосновательное обогащение 228 578 рублей 98 копеек, состоящее из 147 207 руб. 76 копеек- оплата за преподавание за 2017 год, 34 782 руб. 72 коп.- оплаченный свыше отпуск за 56 календарных дней в результате перерасчета в июле 2017 года (оплаченный излишне с учетом преподавательских часов), 34 897 рублей 98 копеек - оплаченный свыше отпуск за 21 календарный день и компенсация отпуска за 18,64 календарных дня в ноябре 2017 года (оплаченный излишне с учетом преподавательских часов); 11690 рублей - израсходованные денежные средства по корпоративной карте, за которые ФИО1 не отчитался, возврат госпошлины, судебные расходы, понесенные региональным отделением в связи с заявлением ФИО1 необоснованного иска (том 6).

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал заявленные требования с учетом уточнения и увеличения, ссылаясь на доводы искового заявления, встречный иск не признал. Дополнительно объяснил, что в день увольнения 28.11.2017 года ему не выплачены: три месячных средних заработка при увольнении на основании приказа об увольнении, заработная плата за период с 01.11.2017 года по 06.11.2017 года, оплата временной нетрудоспособности за 3 дня за период временной нетрудоспособности с 12 декабря 2017 года по 15 декабря 2017 года. Полагал, что не допускал неосновательное обогащение, он осуществлял преподавание в ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» на основании гражданско-правового договора, по которому ему оплачивались денежные средства, за подотчетные денежные средства отчитывался. Просил встречный иск оставить без удовлетворения, его требования с учетом уточнения удовлетворить в полном объеме.

Представитель истца ФИО1 - адвокат Клишина А. А. поддержала заявленные требования с учетом уточнений, ссылаясь на те же доводы, встречный иск не признала, дополнительно относительно встречного иска объяснила, что ФИО1 стал заниматься преподавательской деятельностью по требованию регионального отделения ДОСААФ России по Липецкой области, поскольку была производственная необходимость. Утверждала, что факт ведения ФИО1 преподавательских часов подтвержден допустимыми достоверными средствами доказывания. Каких-либо виновных действий в период работы ФИО1 не совершал, сделок без разрешения работодателя с конфликтом интересов не заключал, прямого действительного ущерба учреждению виновно не причинял. Относительно первоначального иска объяснила, что ФИО1 была начислена, но до настоящего времени, не была выплачена премия по итогам работы за 2016 г. в размере 0.5 должностного оклада, т.е. в сумме 10180 руб. О начислении пособия за 3 дня периода временной нетрудоспособности с 13.12.2017 г. по 15.12.2017г. в размере 2281 руб. 09 коп. пояснила следующее: для расчета среднего заработка работника учитываются все выплаты, на которые начислялись страховые взносы в двух предшествующих календарных годах, они составляют 925109 руб. 90 коп., никаких вычетов из этих сумм не допускается. Просила взыскать с ответчиков ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России Липецкой области» и регионального отделения ДОСААФ России Липецкой области в пользу истца выплаты при увольнении со дня увольнения в размере 103 621 руб. 71 коп., заработную плату с 01.11.2017 года по 06.11.2017 года в размере 7 698 рублей 90 копеек, пособие по временной нетрудоспособности 2281 руб. 09 коп.- за три дня временной нетрудоспособности, взыскать денежную компенсацию за несвоевременную выплату денежных средств по ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации,денежную компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, признать договор, заключенный с ФИО1, как с начальником ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России Липецкой области», договором, заключенным на неопределенный срок с 01.08.2012 г., поскольку у работодателя имелась цель уклонения от предоставления прав и гарантий для работника, с которым заключался договор на неопределенный срок, признать трудовыми отношения по договору №4 от 09.01.2017 г. и признать уважительной причину пропуска срока для обращения в суд в связи с тем, что она незначительна. Кроме того, просила применить срок исковой давности к встречным требованиям.

Представители ответчика ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» по доверенностям ФИО3, ФИО4- он же представитель ответчика регионального отделения ДОСААФ России по Липецкой области, соответчика Общероссийской общественно-государственная организации «Добровольное общество содействия армии, авиации и флоту России «ДОСААФ России» иск ФИО1 не признали, встречный иск поддержали. Не оспаривали, что ФИО1 при увольнении необходимо было выплатить: 3 месячных средних заработка в размере 61 080 рублей, заработную плату за период с 01.11.2017 года по 06.11.2017 года в размере 2 908 рублей 57 копеек, оплату больничного листа за 3 дня работы в размере 2 204 рубля 10 копеек. Однако указанные суммы не были выплачены, поскольку на тот момент имелись сомнения в начисленной за 2017 год заработной плате ФИО1 27.02.2018 года проведена проверка и установлено, что ФИО1 в течение 2017 года необоснованно было начислено и выплачено вознаграждение по гражданско-правовому договору за преподавание, которое он не имел право осуществлять. В настоящее время ими оспаривается данный договор, поскольку он допускал конфликт интереса, так как заключен от имени ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» в лице директора ФИО1 с самим ФИО1 без согласования с учредителем, кроме того, фактически ФИО1 не исполнялся. В связи с чем, установлено неосновательное обогащение со стороны ФИО1 на сумму 147 207 рублей 76 копеек, а так же сумма неосновательного обогащения 34 782 руб. 72 коп.- оплаченная свыше отпуска за 56 календарных дней в результате перерасчета в июле 2017 года (оплаченный излишне с учетом преподавательских часов), 34 897 рублей 98 копеек- оплаченная свыше отпуска за 21 календарный день и компенсация отпуска за 18,64 календарных дня в ноябре 2017 года (оплаченный излишне с учетом преподавательских часов); 11 690 рублей- израсходованные денежные средства по корпоративной карте, за которые ФИО1 не отчитался перед работодателем, а именно за подотчетные средства, выданные 01.08.2017 года в размере 932 рубля 50 копеек, от 11.08.2017 года -732 рубля и за июнь 2017 года 16,02 рубля, от 30.10.2017 года- 10 000 рублей. Указанную сумму просили взыскать в размере 11 690 рублей. Кроме того, просил суд применить срок исковой давности по требованиям о признании отношений по гражданско-правовому договору трудовыми и заключенного договора с ФИО1 от 2012 года на неопределенный срок. Указали, что работодатель в силу действующего законодательства имел право на заключении с ФИО1 срочных трудовых договоров, возражений относительно чего работник не имел. Относительно премии по итогам 2016 года ФИО4 пояснил, что она ему была выплачена 13.04.2017 года в размере 9000 рублей. Полагал, что отсутствуют основания для взыскания компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей. Относительно требований о признании отношений по гражданско-правовому договору трудовыми объяснил, что учитывая, что ФИО1 согласно трудового договора являлся начальником учреждения, то он не мог в соответствии со штатным расписанием выполнять функции преподавателя, отсутствуют доказательства, что он в период договора соблюдал установленный порядок как штатный преподаватель и был допущен к работе с ведома работодателя, фактически преподавание не осуществлял.

Представитель ответчика ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» по доверенности ФИО3 суду объяснила, что ФИО1 25.12.2017 года принес и оставил, не написав заявление об оплате, электронный больничный лист. В связи с тем, что отсутствовали сведения о заработной плате застрахованного лица, был сделан запрос в Пенсионный фонд по ФИО1, ответ на который поступил 29.01.2018 года, а затем документы перенаправлены в ЛРО «Фонд социального страхования» для оплаты больничного листа. На момент предъявления листа временной нетрудоспособности ФИО1 уже был уволен. Их вины в задержке выплаты по больничному листу с 4 дня нетрудоспособности не имеется, так как ФИО1 не согласовал с работодателем в какой форме ему необходимо предоставить больничный лист. На тот момент договор об информационном взаимодействии при формировании электронного листка нетрудоспособности между организацией и ГУ ЛРО Фонд социального страхования РФ отсутствовал, был заключен лишь 10.01.2018 года. Относительно порядка расчета оплаты временной нетрудоспособности объяснила, что при определении суммы заработка за последние два года для расчета пособия по временной нетрудоспособности ФИО1 учтено, что он находился больничном листе в мае 2015 года и в отпуске с использованием путевки за счет средств социального страхования в октябре 2015 года. В связи с чем, выплаты за данные период не должны были включаться в размер заработка, так как в этот период страховые взносы не должны отчисляться. 

Представитель ответчика регионального отделения ДОСААФ России по Липецкой области ФИО5 ранее в судебных заседаниях исковые требования ФИО1 не признала, встречный иск поддержала. Объяснила, что является главным бухгалтером регионального отделения, не оспаривали, что ФИО1 при увольнении необходимо было выплатить: 3 месячных средних заработка в размере 61 080 рублей, заработную плату за период с 01.11.2017 года по 06.11.2017 года в размере 2 908 рублей 57 копеек, оплату больничного листа за 3 дня работы в размере 2 204 рубля 10 копеек. Однако полагала, что указанные суммы не подлежат выплате, поскольку в ходе проведенной проверки установлено, что за ФИО1 числится задолженность в виде неосновательного обогащения, которая была начислена и выплачена за весь период 2017 года за осуществление преподавания ФИО1 по гражданско-правовому договору. Так, оплата по договору должна была осуществляться на основании акта выполненных работ и приказов на оплату часов, но таких документов у работодателя не имеется. Кроме того, ФИО1 был лишен права управления транспортными средствами и не имел права осуществлять преподавание, обнаружены несоответствия в журналах и контрольных листах. Кроме того, установлено, что при начислении ФИО1 выплат по отпуску за июль 2017 года, дополнительного отпуска в апреле 2017 года и компенсации за неиспользованный отпуск в среднюю заработную плату включены начисления преподавательских часов по гражданско-правовому договору, что является неверным, 13 апреля 2017 года бухгалтером ФИО1 перечисленная сумма 9000 рублей, которая не была учтена в бухгалтерии, а так же ФИО1 использовал по корпоративной карте, которая находилась в его распоряжении, и не отчитался за денежные средства. Таким образом, установлена изначальная переплата работнику в размере 251 638 рублей 98 копеек, которую он должен вернуть в «ФИО2 ДОСААФ России».

Представитель ответчика регионального отделения ДОСААФ России по Липецкой области по доверенности ФИО6 в судебном заседании иск ФИО1 не признала, встречный иск поддержала по тем же основаниям, ссылаясь на фактическое неисполнение гражданско-правового договора. Указала, что имеющееся у ФИО1 образование с 2017 года не позволяло ему осуществлять преподавание.

Представитель третьего лица Государственное учреждение Липецкое региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, в письменном заявлении просили дело рассмотреть в их отсутствие (л. д. 74, том 6).

В судебном заседании 04.03.2018 года представитель третьего лица Государственного учреждения Липецкое региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по доверенности ФИО7 разрешение заявленных требований оставила на усмотрение суда, объяснила, что третьим лицом исполнены обязанности по оплате временной нетрудоспособности ФИО1 с четвертого дня, в установленный срок путем перечисления денежных средств на счет ФИО1

Выслушав объяснения сторон, представителя третьего лица, допросив свидетелей, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам:

В соответствии со ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы; возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

При этом в силу ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Согласно ст. 129, 132 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата является вознаграждением за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы. Максимальным размером заработная плата не ограничивается. Оплата труда осуществляется работодателем в соответствии с законами, иными нормативными правовыми актами, коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами и трудовыми договорами.

В соответствии со ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца в день, установленный правилами внутреннего трудового распорядка организации.

В силу ч. 1 ст. 140 Трудового Кодекса Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника.

Судом установлено, что ФИО1 с 2012 года занимал должность начальника ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» на основании срочных трудовых договоров (том 1, л. д. 25-26, том 2, л. д. 45-54, том 6).

Установлено, что 17.07.2017 года между Общероссийской общественно-государственная организации «Добровольное общество содействия армии, авиации и флоту России «ДОСААФ России» (работодатель) и ФИО1 (работник) заключен срочный трудовой договор № 121/17-р, по которому работник принят на работу на должность начальника ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России», расположенного по адресу: 

<

...>. Срок действия договора определен с 01.08.2017 года по 31.07.2020 года.

В силу п 3.1 договора заработная плата состоит из базового должностного оклада и выплат компенсационного характера. Базовый оклад установлен в размере 20 360 рублей в месяц (п. 3.2). Работнику могут выплачиваться выплаты стимулирующего характера в размерах, согласованных председателем регионального отделения ДОСААФ России по Липецкой области. Выплаты компенсационного характера работнику могут выплачиваться в случаях предусмотренных законодательством Российской Федерации и Положением об оплате труда работников образовательных организаций ДОСААФ по сдельно-премиальной системе (п. 3.4-3.5).

На основании п. 3.7 оплата труда работника производится за счет средств возглавляемой им организации, в соответствии с Положением об оплате труда работников образовательных организаций ДОСААФ по сдельно-премиальной системе (л. д. 7-11, том. 1).

Решением учредителя ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» от 22.11.2017 года ФИО1 с 28.11.2017 года уволен с должности начальника в связи с принятием уполномоченным органом юридического лица решения о прекращении трудового договора (п. 2 ч. 1 ст. 278 Трудового кодекса Российской Федерации). В данном решении указано выплатить ФИО1 компенсацию в размере 3 средних месячных заработков согласно ст. 279 Трудового Кодекса Российской Федерации (л. д. 12, том 1).

Увольнение ФИО1 оформлено приказом № 592-рк от 22.11.2017 года. В данном приказе указано ФИО1 выплатить за счет средств ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» компенсацию в размере 3 средних месячных заработка (л. д. 21, том 1).

Из материалов дела следует, что в период с 07.11.2017 года по 27.11.2017 года ФИО1 на основании приказа № 104 от 02.11.2017 года был предоставлен отпуск за период работы с 01.08.2017 года по 31.07.2018 года в размере 21 календарный день (л. д. 24, том 1).

Установлено, что ФИО1 на момент увольнения и до настоящего времени не выплачены работодателем: 1) компенсация в размере 3 средних месячных заработков согласно ст. 279 Трудового Кодекса Российской Федерации; 2) заработная плата за период с 01 ноября 2017 года по 06 ноября 2017 года; 3) оплата временной нетрудоспособности с 12.12.2017 года (за три дня временной нетрудоспособности).

Данное обстоятельство представителями ответчиков не оспаривалось, однако они в ходе рассмотрения дела, утверждали, что ФИО1 имел задолженность перед работодателем, во избежание не возврата полученных им сумм, не были выплачены положенные при увольнении выплаты. 

Как следует из расчетных листков за ноябрь 2017 года, январь 2018 года и представленного представителем ответчика ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» расчета денежных средств, подлежащих выплате ФИО1 при увольнении, компенсация в размере 3 средних месячных заработков согласно ст. 279 Трудового Кодекса Российской Федерации составила 61080 рублей; заработная плата за период с 01 ноября 2017 года по 06 ноября 2017 года- 2 908 рублей 57 копеек; оплата временной нетрудоспособности с 12.12.2017 года за три дня - 2 204 рубля 10 копеек (л. 

<

...> том 1).

При этом суд полагает данный расчет верным, он проверен судом и соответствует положениям закона. Произведенный же истцом и первоначально бухгалтером Свидетель №1, представленный истцом в суд, расчет не соответствует положениям закона, поскольку в данном случае учитывались денежные суммы за год работы ФИО1 по прежнему трудовому договору, а не с момента заключения трудового договора с ФИО1 17.07.2017 года. Кроме того, при расчете были учтены выплаты по гражданско-правовому договору на оказание услуг преподавания, который в данном случае учету не подлежали, так как не входили в систему оплаты труда (л. 

<

...>, том 1).

Допрошенная в судебном заседании свидетель Свидетель №1, являвшаяся бухгалтером ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» в указанный период, при производстве расчета первоначально подтвердила, что ею был произведен расчет выплат при увольнении ФИО1 за 12 календарных месяцев из расчета: оклад и оплаты за преподавательские часы, при этом она не знала, что ФИО1 в августе 2017 года был уволен и с ним вновь был заключен трудовой договор, в связи с чем, необходимо брать расчет среднего заработка за 3 месяца, а не за весь календарный год.

Однако, в силу ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления. Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат.

При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

В материалах дела имеется скорректированный бухгалтерией (а именно бухгалтером Свидетель №1) записка- расчет от 02.11.2017 года № 104 (л. д. 72, оборот), подтверждающий, что размер среднего заработка ФИО1 для целей расчета компенсации в трехкратном размере среднего заработка за период работы с 17.07.2017 года по 28.11.2017 года составляет 61080 рублей, а среднедневной заработок 694,88 рублей.

В связи с чем, в основу расчета судом принимается данный расчет, произведенный в соответствии с законом.

Заработная плата за период с 01 ноября 2017 года по 06 ноября 2017 года рассчитывается следующим образом: 20 360 рублей (оклад)/21 день (по производственному календарю рабочие дни за ноябрь 2017 года) х 3 рабочих дня (без учета выходных и праздничных) = 2 908 рублей 57 копеек.

Согласно ст. 183 Трудового кодекса Российской Федерации при временной нетрудоспособности работодатель выплачивает работнику пособие по временной нетрудоспособности в соответствии с федеральными законами.

Размеры пособий по временной нетрудоспособности и условия их выплаты устанавливаются федеральными законами.

В соответствии с ч. 2 ст. 5 Федерального закона от 29.12.2006 N 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством" пособие по временной нетрудоспособности выплачивается застрахованным лицам при наступлении случаев, указанных в ч. 1 настоящей статьи, в период работы по трудовому договору, осуществления служебной или иной деятельности, в течение которого они подлежат обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, а также в случаях, когда заболевание или травма наступили в течение 30 календарных дней со дня прекращения указанной работы или деятельности либо в период со дня заключения трудового договора до дня его аннулирования.

Согласно положениям ч. 1 и ч. 3 ст. 13 Федерального закона от 29.12.2006 N 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством" назначение и выплата пособий по временной нетрудоспособности, по беременности и родам, ежемесячного пособия по уходу за ребенком осуществляются страхователем по месту работы (службы, иной деятельности) застрахованного лица (за исключением случаев, указанных в ч. 3 и ч. 4 настоящей статьи).

Застрахованному лицу, утратившему трудоспособность вследствие заболевания или травмы в течение 30 календарных дней со дня прекращения работы по трудовому договору, служебной или иной деятельности, в течение которой оно подлежало обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, пособие по временной нетрудоспособности назначается и выплачивается страхователем по его последнему месту работы (службы, иной деятельности) либо территориальным органом страховщика в случаях, указанных в ч. 4 настоящей статьи.

Исходя из анализа приведенных правовых норм, истец вправе требовать оплаты листка нетрудоспособности от надлежащего ответчика в случае наступления страхового случая, в пределах 30 дней с момента увольнения, что представителям ответчика ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» не оспаривалось.

Установлено, что листок временной нетрудоспособности передан ФИО1 в бухгалтерию ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» 25.12.2017 года. Работодателем его оплата за три дня времени нетрудоспособности в установленный 10- дневный срок и до настоящего времени не произведена.

Из объяснений представителя ответчика ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» ФИО3 следует, что на момент предъявления листка временной нетрудоспособности у работодателя отсутствовали сведения о заработке ФИО1 за прошлые периоды для начисления оплаты по листу временной нетрудоспособности, такие документы не были и представлены истцом, в связи с чем, был направлен запрос в пенсионный орган, ответ на который поступил в ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» лишь 29.01.2018 года, что подтверждается журналом входящей корреспонденции, который начат 29.12.2017 года (л. д. 8-10, том 3).

Из материалов дела следует, что ГУ ЛРО Фонда социального страхования РФ решение на выплату пособия принято 31.01.2018 года, 29.01.2018 года направлен реестр сведений на выплату пособия по листку № с 16.12.2017 года по 22.12.2017 года, в срок установленный законодательством и перечислен на расчетный счет в Липецкое отделение № 8593 Сбербанк России (л. д. 105-107, том 1). Требований к ГУ ЛРО Фонда социального страхования РФ истец не заявлял.

Согласно ст. 15 Федерального закона от 29.12.2006 N 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством" страхователь назначает пособие по временной нетрудоспособности в течение 10 календарных дней со дня обращения застрахованного лица за его получением с необходимыми документами. Выплата пособий осуществляется страхователем в ближайший после назначения пособия день для выплаты заработной платы

Учитывая, что работником при предъявлении листа временной нетрудоспособности представлены не все документы для его оплаты, и они отсутствовали у работодателя, то суд полагает, что назначение и выплата пособия ФИО1 должна быть осуществлена в течение 10 календарных дней после получения ответа из пенсионного органа по информации из индивидуального лицевого счета застрахованного лица, т. е. не позднее 09.02.2018 года.

Поскольку в силу положений действующего законодательства работодатель в течение месяца после увольнения работника обязан был оплатить его период временной нетрудоспособности- 3 дня, такую оплату в срок не произвел, то с него подлежит взысканию данная сумма.

При этом суд считает обоснованным расчет пособия по временной нетрудоспособности за три дня временной нетрудоспособности, представленный ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» на сумму 2204 руб. 10 коп. и не соглашается с расчетом истца и заявленной суммой 2281 руб. 09 коп., поскольку произведенный представителем истца расчет осуществлен без учета нахождения ФИО1 на больничном листе в мае 2015 года и в отпуске с использованием путевки за счет средств социального страхования в октябре 2015 года при определении суммы заработка за 2 года.

С учетом системного анализа положений ч. 2 ст. 14 Федерального закона от 29.12.2006 N 255-ФЗ (ред. от 01.05.2017) "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством" и п. 2 Положения об особенностях порядка исчисления пособий по временной нетрудоспособности, по беременности и родам, ежемесячного пособия по уходу за ребенком гражданам, подлежащим обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.06.2007 года № 375 следует, что в средний заработок при расчете больничного листа не включаются суммы выплат и иных вознаграждений, на которые не начисляются страховые взносы в ФСС (т. е. не включаются начисления по больничным листам и санаторно-курортное лечение).

Из материалов дела следует, что ФИО1 с 13.05.2015 года по 22.05.2015 года был временно нетрудоспособен, а с 21.09.2015 года на 21 день ему предоставлялась за счет средств социального страхования санаторно-курортная путевка в ФБУ ЦР ФСС РФ «Тинаки» (л. д. 187-189, том 3). Таким образом, в указанные периоды страховые взносы в ФСС не должны отчисляться. Таким образом, из итоговой суммы за 2015 год 414780 руб. 21 коп вычитаются: 8502 руб. 02 коп. (оплата временной нетрудоспособности за май 2015 года) ; 22 728 рублей 30 коп (путевка в октябре 2015 года) = 383549 рублей 89 копеек. За 2 года сумма: 383549 рублей 89 копеек +510329 руб. 69 коп. = 893879,58/730 дней = 1224 рубля 49 копеек. Сумма за 1 день 1 224,49 х 3 дня х 60 % = 2204 руб. 10 коп. (л. д. 63-65, том 1, л. д. 20, том 3).

Таким образом, в пользу истца подлежат взысканию следующие суммы: 3 средних месячных заработка согласно ст. 279 Трудового Кодекса Российской Федерации составила 61080 рублей (по 20 360 ежемесячно); заработная плата за период с 01 ноября 2017 года по 06 ноября 2017 года- 2 908 рублей 57 копеек; оплата временной нетрудоспособности с 12.12.2017 года за три дня 2 204 рубля 10 копеек, а всего 66 192 рубля 67 копеек.

Учитывая, что в ходе рассмотрения дела установлено нарушение работодателем установленного срока выплаты заработной платы, выплат при увольнении, то у работодателя возникла обязанность выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации.

В силу ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

1) расчет компенсации за невыплату при увольнении 3 средних месячных заработков в размере 61080 рублей:

61 080 рублей х 1/150 х 8,25 % (размер ключевой ставки ЦБ РФ, действовавшей до 17.12.2017 г.) х 19 дней (количество дней с 29.11.2017 г. по 17.12.2017 г.) = 638 руб. 29 коп.

61 080 рублей х 1/150 х 7,75 % (размер ключевой ставки ЦБ РФ, действовавшей с 18.12.2017 г. до 11.02.2018 г.) х 56 дней (количество дней с 18.12.2017 г. до 11.02.2018 г..) = 1767 руб. 25 коп.

61 080 рублей х 1/150 х 7,50 % (размер ключевой ставки ЦБ РФ, действовавшей с 12.02.2018 г. до 25.03.2018 г.) х 42 дня (количество дней с 12.02.2018 г. до 25.03.2018 г..) = 1282 руб. 68 коп.

61 080 рублей х 1/150 х 7,25 % (размер ключевой ставки ЦБ РФ, действовавшей с 26.03.2018 г. до настоящего времени) х 50 дней (количество дней с 26.03.2018 г. до 14.05.2018 г.) = 1476 руб. 10 коп.

638 руб. 29 коп. + 1767 руб. 25 коп. + 1282 руб. 68 коп. + 1476 руб. 10 коп. = 5164 рубля 32 коп.

2) расчет компенсации за невыплату при увольнениизаработной платы за период с 01 ноября 2017 года по 06 ноября 2017 года в размере 2 908 рублей 57 копеек.

2 908, 57 рублей х 1/150 х 8,25 % (размер ключевой ставки ЦБ РФ, действовавшей до 17.12.2017 г.) х 19 дней (количество дней с 29.11.2017 г. по 17.12.2017 г.) = 30 руб. 39 коп.

2 908, 57 рублей х 1/150 х 7,75 % (размер ключевой ставки ЦБ РФ, действовавшей с 18.12.2017 г. до 11.02.2018 г.) х 56 дней (количество дней с 18.12.2017 г. до 11.02.2018 г..) = 84 руб. 15 коп.

2 908, 57 рублей х 1/150 х 7,50 % (размер ключевой ставки ЦБ РФ, действовавшей с 12.02.2018 г. до 25.03.2018 г.) х 42 дня (количество дней с 12.02.2018 г. до 25.03.2018 г..) = 61 руб. 08 коп.

2 908, 57 рублей х 1/150 х 7,25 % (размер ключевой ставки ЦБ РФ, действовавшей с 26.03.2018 г. до настоящего времени) х 50 дней (количество дней с 26.03.2018 г. до 14.05.2018 г.) = 70 руб. 29 коп.

30 руб. 39 коп. + 84 руб. 15 коп. + 61 руб. 08 коп. + 70 руб. 29 коп. = 245 рублей 91 коп.

3) расчет компенсации за пособие по временной нетрудоспособности. Учитывая, что работодатель обязан был произвести оплату больничного до 09.01.2018 года, то компенсация осуществляется со следующего дня.

2 204, 10 рублей х 1/150 х 7,75 % (размер ключевой ставки ЦБ РФ, действовавшей с 09.02.2018 г. до 11.02.2018 г.) х 3 дня (количество дней с 09,09.2018 г. до 11.02.2018 г..) = 3 руб. 42 коп.

2 204, 10 рублей х 1/150 х 7,50 % (размер ключевой ставки ЦБ РФ, действовавшей с 12.02.2018 г. до 25.03.2018 г.) х 42 дня (количество дней с 12.02.2018 г. до 25.03.2018 г..) = 46 руб. 29 коп.

2 204, 10 рублей х 1/150 х 7,25 % (размер ключевой ставки ЦБ РФ, действовавшей с 26.03.2018 г. до настоящего времени) х 50 дней (количество дней с 26.03.2018 г. до 14.05.2018 г..) = 53 руб. 27 коп.

3 руб. 42 коп. + 46 руб. 29 коп. + 53 руб. 27 коп. = 102 рубля 98 коп.

Всего: 5164 рубля 32 коп. +245 рублей 91 коп. +102 рубля 98 коп. = 5513 рублей 21 коп. Указанная компенсация подлежит взысканию с ответчика ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России», как надлежащего ответчика по делу.

Компенсацию по ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации следует выплатить истцу по день фактического расчета включительно с работником.

Статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрена компенсация морального вреда, причиненного работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, которая возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации определяется в каждом конкретном случае индивидуально с учетом всех обстоятельств дела. При определении размера должны учитываться требования разумности и справедливости.

Поскольку ответчиком были нарушены трудовые права истца при увольнении в виде невыплаты заработной платы в день увольнения в порядке ст. 140 Трудового кодекса Российской Федерации, то с учетом конкретных обстоятельств дела, требований соразмерности, разумности и справедливости суд взыскивает с надлежащего ответчика ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» компенсацию морального вреда, определив ее в размере в сумме 1 000 рублей.

Поскольку региональное отделение ДОСААФ России по Липецкой области, Общероссийская общественно-государственной организация «Добровольное общество содействия армии, авиации и флоту России «ДОСААФ России» являются ненадлежащими ответчиками по делу, поскольку обязанность по оплате труда возложена на непосредственного работодателя - ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России», то в иске к ним следует отказать. Кроме того, суд полагает отказать ФИО1 к ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» в остальной части иска о взыскании начисленной, но невыплаченной заработной платы, пособия по временной нетрудоспособности, компенсации за несвоевременную выплату, компенсации морального вреда.

Согласно абзацу 2 ст. 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решения суда подлежит немедленному исполнению в части выплаты работнику заработной платы в течение трех месяцев.

Решение суда в части взыскания оплаты труда в размере 63 988 рублей 57 копеек (61080 рублей + 2908 руб. 57 коп) подлежит немедленному исполнению.

Суд не находит оснований для взыскания с ответчиков в пользу ФИО1 начисленной, но невыплаченной премии за 2016 года в размере 10150 рублей по следующим основаниям.

Установлено, что на основании приказа и. о. председателя регионального отделения ДОСААФ России Липецкой области от 04.04.2017 года № 16-к начальник ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» ФИО1 премирован за достигнутые успехи в труде и выполнение плана финансово-экономической деятельности по итогам работы за 2016 год в размере 0,5 должностного оклада.

Из материалов дела следует, что 13.04.2017 года ФИО1 перечислено 9000 рублей с учетом вычета 13 % подоходного налога. Перечисление данной суммы ФИО1 не оспаривал, она подтверждается выпиской по счету. Однако полагал, что в данном случае ему перечислялись командировочные расходы, в подтверждении чего представил авансовые отчеты (л. д. 64-67, том 6).

Суд, исходя из представленных доказательств, полагает, что работодателем исполнена обязанность по начислению и выплате ФИО1 премии на основании приказа и. о. председателя регионального отделения ДОСААФ России Липецкой области от 04.04.2017 года № 16-к.

Кроме того, представителем ответчиков ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России», регионального отделения ДОСААФ России по Липецкой области ФИО4 изначально было заявлено о применении срока исковой давности к данному требованию (л. д. 82, том 3).

Требование о взыскании премии заявлено истцом 23.04.2018 года, т. е. спустя год после издания приказа о премировании.

В соответствии со статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации (в редакции закона, действовавшей в момент возникновения спорных правоотношений) работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки. При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой и второй настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

В связи с тем, ФИО1 регулярно получал заработную плату, а значит, имел возможность определить, правильно ли она ему начислена, о нарушении своих прав он должен был узнать при получении оплаты за соответствующий месяц.

Пунктом 2 статьи 199 ГК РФ предусмотрено, что истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к отказу в удовлетворении иска.

Учитывая, что истец ФИО1 обратился в суд с пропуском срока для предъявления данного требования, доказательств уважительности причин срока не представил, ответчик заявлял о применении срока исковой давности, то суд полагает в удовлетворении иска в этой части отказать. При этом суд не находить причины пропуска срока уважительными.

Доводы ФИО1 о том, что перечисленные 9000 рублей имели иное назначение (а именно командировочные расходы), поскольку именовались не заработная плата, а иные выплаты суд отвергает. Поскольку изначально в связи с ошибкой бухгалтера данная сумма не была учтена в бухгалтерии и была заявлена ФИО1, как неосновательное обогащение, затем требования в этой части уменьшены.

Проанализировав выписку по счету за период с 01.11.2017 года по 30.11.2017 года установлено, что на счет ФИО1 сумма командировочных расходов в безналичной форме за апрель 2017 года не перечислялась, 9000 рублей перечислены 13.04.2017 года, как прочие выплаты (л. д. 21, том 5). При этом из представленного журнала ордера № 7 за апрель 2017 года следует, что ФИО1 выдавались действительно подотчет 12 000 рублей, как командировочные расходы наличными денежными средствами за которые он отчитался в сумме 11 965 рублей именно авансовыми отчетами от 03.04.2017 года в сумме 5 955 рублей и 14.04.2017 года в сумме 6100 рублей (л. д. 64-68, том 6), что свидетельствует о том, что перечисленная ФИО1 денежная сумма 9000 рублей не может являться командировочными расходами.

Относительно требования о признании срочного трудового договора заключенного ДОСААФ России с ФИО1 01.08.2012 г. на неопределенный срок суд приходит к следующим выводам.

Установлено, что с ФИО1 в период с 2012 года по 2017 год заключались договоры на определенный срок. Так, он 01.08.2012 года принят на должность начальника на 1 год, 31.07.2013 года уволен в связи с истечением срока трудового договора; 01.08.2013 года принят на должность начальника на 1 год, 31.07.2014 года уволен в связи с истечением срока трудового договора; 01.08.2014 года принят на должность начальника на 3 года, 31.07.2017 года уволен в связи с истечением срока трудового договора; 01.08.2017 года принят на должность начальника на 3 года, 28.11.2017 года уволен в связи с принятием уполномоченным органом юридического лица решения о прекращении трудового договора (том 6).

Согласно ч. 2 ст. 59 указанного Кодекса срочный трудовой договор может заключаться по соглашению сторон трудового договора с руководителями, заместителями руководителей и главными бухгалтерами организаций, независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности.

Статьей 275 Трудового кодекса Российской Федерации, предусматривающей особенности заключения трудового договора для руководителей организаций, установлено, что в случае, когда в соответствии с ч. 2 ст. 59 Трудового кодекса Российской Федерации с руководителем организации заключается срочный трудовой договор, срок действия этого трудового договора определяется учредительными документами организации или соглашением сторон.

Согласно п. 5.5. Устава ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России», утвержденного бюро Президиума ЦС ДОСААФ России 19.11.2015 года № 70 непосредственное руководство деятельностью учреждения осуществляет единоличный исполнительный орган- начальник Учреждения со сроком полномочий 3 (три) года, назначаемый, отстраняемый, увольняемый с должности приказом Учредителя.

Таким образом, учредительными документами ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» предусмотрено заключение срочного трудового договора с начальником учреждения с указанием его конкретно срока действия.

В п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в соответствии с ч. 2 ст. 58 Трудового кодекса РФ в случаях, предусмотренных ч. 2 ст. 59 Кодекса, срочный трудовой договор может заключаться без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения. При этом необходимо иметь в виду, что такой договор может быть признан правомерным, если имелось соглашение сторон (ч. 2 ст. 59 Трудового кодекса РФ), то есть если он заключен на основе добровольного согласия работника и работодателя.

Если судом при разрешении спора о правомерности заключения срочного трудового договора будет установлено, что он заключен работником вынужденно, суд применяет правила договора, заключенного на неопределенный срок.

Учитывая, что стороны неоднократно достигали соглашения о сроке действия трудового договора, каких-либо доказательств введения истца работодателем в заблуждение при заключении срочных трудовых договоров истцом и его представителем не представлено, а заключение срочных трудовых договоров с учетом руководящей должности истца не противоречит приведенным нормам права, в связи с чем, отсутствуют законные основания для удовлетворения данных требований.

Кроме того, представителем ответчика заявлено о применении срока исковой давности по данному требованию, который судом подлежит применению в данном случае, оснований для его восстановления суд не находит, поскольку ФИО1 с 2012 года знал о том, что с ним заключался срочный трудовой договор и до рассмотрения спора в суде возражений относительно данного обстоятельства не высказывал.

Относительно встречного иска суд приходит к следующим выводам.

Предъявляя требования о взыскании неосновательного обогащения, истцы указывали три основания его возникновения: 1) выплаты ФИО1 по гражданско-правовому договору, который являлся срочным и прекратил действие, но фактически оспаривался стороной договора в размере 147 207 рублей 76 копеек; 2) выплаты в связи с установленными нарушениями по оплате труда ФИО1 со стороны бухгалтерии - начисленный отпуск за июль 2017 года в размере 34 782 руб. 72 коп., дополнительный отпуск за ноябрь 2017 года и компенсация отпуска 34897 руб. 98 коп.; 3) полученные ФИО1 подотчетные суммы, за которые он не отчитался в размере 11 690 рублей (указанная сумма была уменьшена с 25 750 рублей 52 копеек после предоставления ФИО1 оправдательных документов).

Вместе с тем, представители истцов по встречному иску заявили о признании недействительным договора возмездного оказания услуг № 4 от 09.01.2017 года, заключенного с ФИО1, как не соответствующего требованиям закона.

В соответствии с п. 1 ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Для подтверждения факта возникновения обязательства из неосновательного обогащения истец должен доказать наличие в совокупности следующих обстоятельств: сбережение имущества (неосновательное обогащение) на стороне приобретателя; возникновение убытков на стороне потерпевшего, являющихся источником обогащения приобретателя (обогащение за счет потерпевшего); отсутствие надлежащего правового основания для наступления указанных имущественных последствий. Недоказанность хотя бы одного из перечисленных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении иска о взыскании неосновательного обогащения.

По смыслу действующего гражданского законодательства обогащение признается неосновательным, если приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого произошло при отсутствии к тому предусмотренных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований.

Таким образом, для возникновения обязательства вследствие неосновательного обогащения необходимо наличие одновременно двух обстоятельств: обогащение одного лица за счет другого; приобретение или сбережение имущества без предусмотренных законом, правовым актом или сделкой оснований.

При этом, бремя доказывания наличия данных обстоятельств лежит именно на лице, обратившимся в суд с требованием о взыскании неосновательного обогащения.

В силу п. 1 ст. 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям: о возврате исполненного по недействительной сделке.

В соответствии с п. 1 ст. 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В силу ч. 1-2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применение такой меры гражданско-правовой ответственности, как возмещение убытков, возможно при доказанности совокупности нескольких условий: противоправности действий причинителя убытков, причинной связи между противоправными действиями и возникшими убытками, наличия и размера понесенных убытков. При этом для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения исковых требований.

Согласно официальным разъяснениям Верховного суда РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Согласно ст. 277 Трудового кодекса Российской Федерации руководитель организации несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации. В случаях, предусмотренных федеральными законами, руководитель организации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями. При этом расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами, предусмотренными гражданским законодательством.

В силу ч.1-2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 182 ГК Российской Федерации сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

Согласно пункту 1 статьи 183 ГК Российской Федерации при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии прямо не одобрит данную сделку.

Последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения (пункт 2 статьи 183 ГК Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Суд полагает, что в данном случае не пропущен срок для подачи данного искового требования, поскольку о наличии данного гражданско-правового договора Учредитель в лице регионального отделения узнал после поступления из ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» докладных записок в январе 2017 года и проведенной на основании приказа и. о. председателя регионального отделения ДОСААФ России № 32 от 26.02.2018 года проверки деятельности ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России», что отражено в акте проверки (л. д. 9-11, 14 -22, том 2). 

Кроме того, суд учитывает, что ФИО1 занимал должность начальника Учреждения до 28.11.2017 года, о наличии данного договора было известно ему и сотрудникам бухгалтерии, находящимся в его подчинении, данный договор Учредителю не направлялся, проверка деятельности ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» в 2017 году не осуществлялась. Новый начальник учреждения ФИО12 принят на работу 05.12.2017 года на основании приказа № 608-рк от 28.11.2017 года (л. д. 95-96, том 1). Таким образом, до конца 2017 года заинтересованным лицам не могло быть известно о наличии данного договора гражданско-правового характера и о производимых выплатах по нему.

Установлено, что на основании договора № 4 возмездного оказания услуг от 09.01.2017 года, заключенному между ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» в лице начальника ФИО1 «заказчик» и ФИО1 «исполнитель», заказчик поручил, а исполнитель обязался выполнить лично работы по ведению теоретических часов вождения на категории «А», «Д», «СЕ». Заказчик обязался оплатить выполненные работы. Период действия договора с 09.01.2017 года по 31.12.2017 года, оплата 149,17 рублей за час на основании акта выполненных работ за прошедший месяц оформленного в установленном порядке (л. д. 142, том 1).

Принимая во внимание правовую природу выплачиваемых ФИО1 сумм, данные выплаты связаны с наличием гражданско-правовых отношений (договора подряда на выполнение работ по оказанию услуг преподавания).

Из материалов дела следует, что за 2017 год ФИО1 за выполнение работ по данному договору получил в общей сумме 147 207 рублей 76 копеек. Указанная сумма им не оспаривалась и подтверждена письменными доказательствами по делу: бухгалтерскими справками.

Установлено, что 27.02.2018 года комиссией регионального отделения ДОСААФ России по Липецкой области в составе заместителя главного бухгалтера ФИО13, главного специалиста ФИО14, заместителя начальника ПОУ Липецкая ОТШ ДОСААФ России ФИО6 произведена проверка о начислениях заработной платы ФИО1 за 2017 год, в ходе которой установлено нарушения по начислению оплаты труда ФИО1 А именно, оплата по договору № 4 по преподавательской деятельности с января по ноябрь 2017 годадолжна была производиться на основании (п.4.2.) акта выполненных работ и приказов на оплату часов. Таких документов в ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» не имеется, фактически исполнитель договор не исполнял. В связи с чем, комиссия пришла к выводу о том, что отсутствовали правовые основания для начисления оплаты по договору № 4. Кроме того, установлено, что ФИО1 на основании имеющихся документов фактически отработано 986,84 ч., в то время, как по производственному календарю 819 ч., что превышает на 167,84 ч. Кроме того, ФИО1 не мог быть допущен к осуществлению преподавания Правил дорожного движения по гражданско-правовому договору, поскольку был лишен права управления транспортными средствами (л. д. 14-20, том 2).

Суд полагает, что со стороны ФИО1 имело место недобросовестность при получении указанных выплат. Так, по делу установлено следующее. 

Оплата по договору № 4 по преподавательской деятельности с января по ноябрь 2017 года должна была производиться на основании акта выполненных работ и приказов на оплату часов (п.4.2.) (том 1, л. д. 142-143). 

Таких документов в ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» не имеется, что подтверждено проведенной проверкой, не представлены они суду ответчиком ФИО1 В связи с чем, отсутствовали правовые основания для начисления оплаты по договору № 4 и соответственно получения данных выплат.

В силу п. 1.1 Устава ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» от 2015 года (л д. 34-61, том 1) ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» является в соответствии с целями, видами деятельности и действующим законодательством Российской Федерации социально ориентированной унитарной некоммерческой организацией.

Согласно п. 5 Устава высшим органом управления Учреждения является учредитель, к компетенции которого отнесено установление оплаты труда начальника Учреждения, предварительное согласование сделок с участием Учреждения, в совершении которых имеется заинтересованность.

В силу п. 5.11 Устава начальник признается в соответствии с законодательством Российской Федерации заинтересованным лицом и не вправе совершать самостоятельно те или иные действия, в том числе сделки с другими организациями и гражданами, если они состоят с этими юридическими лицами и гражданами в трудовых отношениях.

В случае если заинтересованное лицо имеет заинтересованность в сделке, стороной которой является или намеревается быть Учреждение, а также в случае иного противоречия интересов указанного лица и Учреждения в отношении существующей или предполагаемой сделки, заинтересованное лицо обязано сообщить о своей заинтересованности Учредителю до момента принятия решения о заключении сделки и получить его письменное одобрение.

В силу ст. 27 ФЗ от 12.01.2006 года «О некоммерческих организациях» для целей настоящего Федерального закона лицами, заинтересованными в совершении некоммерческой организацией тех или иных действий, в том числе сделок, с другими организациями или гражданами (далее - заинтересованные лица), признаются руководитель (заместитель руководителя) некоммерческой организации, а также лицо, входящее в состав органов управления некоммерческой организацией или органов надзора за ее деятельностью, если указанные лица состоят с этими организациями или гражданами в трудовых отношениях

В случае, если заинтересованное лицо имеет заинтересованность в сделке, стороной которой является или намеревается быть некоммерческая организация, а также в случае иного противоречия интересов указанного лица и некоммерческой организации в отношении существующей или предполагаемой сделки: оно обязано сообщить о своей заинтересованности органу управления некоммерческой организацией или органу надзора за ее деятельностью до момента принятия решения о заключении сделки (в бюджетном учреждении - соответствующему органу, осуществляющему функции и полномочия учредителя); сделка должна быть одобрена органом управления некоммерческой организацией или органом надзора за ее деятельностью (в бюджетном учреждении - соответствующим органом, осуществляющим функции и полномочия учредителя).

Из представленного гражданского - правового договора, заключенного между ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» в лице директора ФИО1 и ФИО1 об оказании услуг преподавания не следует, что он был согласован, и данная сделка получила одобрение со стороны Учредителя (том 1, л. д. 142-143).

Так, в деле в качестве примера имеется приказ регионального отделения ДОСААФ России Липецкой области от 28.02.2018 года № 33 «О разрешении преподавательской деятельности начальнику ПОУ «Хлевенский УСЦ РО ДОСААФ России» Липецкой области».

Приказ аналогичного содержания в отношении ФИО1 на 2017 год отсутствует, что с учетом отрицательной позиции регионального отделения свидетельствует о несогласовании ФИО1 возможности осуществления преподавания по гражданско-правовому договору.

Учитывая, что представителями ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» и регионального отделения фактически оспаривался данный договор в связи с отсутствием согласования и последующего одобрения Учредителем, то данное обстоятельство свидетельствует об его недействительности, как не соответствующему закону.

Вместе с тем, согласно п. 12.3 Положения об оплате труда работников ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» обучение в ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» может осуществляться с привлечением индивидуальных предпринимателей и частных лиц, оплата образовательных услуг которых осуществляется на основании договоров гражданско-правового характера. Заключение и исполнение договоров производится в соответствии с требованиями Гражданского кодекса Российской Федерации. Установлен рекомендуемый размер вознаграждения (л. д. 130- 141, том 1).

Согласно п. 2.5 трудового договора, заключенного с ФИО1, как с начальником учреждения, работник может работать по совместительству только с разрешения работодателя (л. д. 7, том 1).

В силу п. 7 Устава право на занятие педагогической деятельностью в Учреждении имеют лица, имеющие среднее профессиональное или высшее образование и отвечающие квалификационным требованиям, указанным в квалификационных справочниках и профессиональным стандартам (л. д. 34-61, том 1).

В соответствии с частью 1 статьи 46 Федерального закона от 29 декабря 2012 г. N 273-ФЗ "Об образовании в Российской Федерации" право на занятие педагогической деятельностью имеют лица, имеющие среднее профессиональное или высшее образование и отвечающие квалификационным требованиям, указанным в квалификационных справочниках, и (или) профессиональным стандартам.

Согласно требованиям к квалификации в едином квалификационном справочнике должностей руководителей, специалистов и других служащих (ЕКС) 2017 г. и профессиональным стандартам от 01.06.2016 года преподаватель должен иметь высшее профессиональное образование или среднее профессиональное образование по направлению подготовки «Образование и педагогика» или в области, соответствующей преподаваемому предмету, без предъявления требований к стажу работы либо высшее профессиональное образование или среднее профессиональное образование и дополнительное образование по направлению деятельности в образовательном учреждении.

Установлено, что ФИО1 имеет диплом Усманского совхоза-техникума по специальности «агрономия» от 1979 года и Московского государственного университета экономики, статистики и информатики (МЭСИ) квалификация «экономист», по специальности «финансы и кредит».

Из материалов дела следует, что ФИО1 в 2016 году прошел профессиональную переподготовку в АНО высшего образования «Российский новый университет» в сфере социально-педагогической деятельности, неоднократно проходил курсы повышения квалификации (л. д. 38-40, том 3, л. д. 155-158, том 2).

В силу пп. 25 ст. 2 ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» от 29.12.2012 года направленность (профиль) образования - ориентация образовательной программы на конкретные области знания и (или) виды деятельности, определяющая ее предметно-тематическое содержание, преобладающие виды учебной деятельности обучающегося и требования к результатам освоения образовательной программы.

Исходя из общеизвестных понятий педагогическая деятельность- это разновидность профессиональной деятельности, направленная на передачу социокультурного опыта посредством обучения и воспитания, на создание условий для личного развития обучаемых.

Социально-педагогическая деятельность- это разновидность профессиональной деятельности, направленная на оказание помощи ребенку в процессе его социализации, освоения им социокультурного опыта и создание условий для самореализации в обществе.

Таким образом, данные направленности различны, социально-педагогическая деятельность не соответствует направлению подготовки «Образование и педагогика», а вместе с тем и преподаваемому ФИО1 предмету, что позволяет суду прийти к выводу о том, что имеющееся у ФИО1 образование не позволяло ему заниматься педагогической деятельностью по ведению теоретических часов вождения.

Допрошенная в судебном заседании свидетель Свидетель №3- заместитель начальника по учебно-производственной части ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» показала, что докладывала начальнику ФИО1 об изменениях в законе «Об образовании» по квалификационным требованиям к преподавателю, он знал, что не имел право на преподавание.

Вместе с тем, согласно п. 6.4 руководства по организации учебно-воспитательного процесса в образовательных учреждениях ДОСААФ России к работе в качестве преподавателя допускаются лица, имеющие, как правило, высшее специальное образование, соответствующее профилю подготовки специалистов, а для преподавания Правил дорожного движения- знания основ управления автомобилем и безопасности движения и наличие водительского удостоверения на право управления транспортными средствами (л. д. 36-38, том 2).

Согласно ответу на запрос РЭО ОГИБДД «МОМВД России «Тербунский» ФИО1 был лишен права управления транспортными средствами 08 февраля 2017 года за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 12.2 КоАП РФ на срок 6 месяцев, срок лишения права закончился 21.09.2017 года, водительское удостоверение получено 03.10.2017 года (л. д. 40, том 2).

Таким образом, ФИО1 не мог быть допущен к осуществлению преподавания Правил дорожного движения по вышеуказанному гражданско-правовому договору на время срока, на который он был лишен права управления транспортными средствами.

Как следует из журналов и контрольных листов по преподавательской деятельности за 2017 год ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России», в них имеются не соответствия: 

журнал за период 09.01.2018 года -28.02.2018 г. гр. 1, контрольные листы подписывает преподаватель ФИО1, к журналу подложен приказ на преподавателя Свидетель №4; журнал за период 09.01.2018-28.02.2018 г. гр. 2, контрольные листы подписывает преподаватель ФИО1, к журналу подложен приказ на преподавателя Свидетель №4; журнал за период 09.01.2018 года по 28.02.2018 год гр. 4, контрольные листы подписывает преподаватель ФИО1, к журналу подложен приказ на преподавателя Свидетель №4; за период 01.03.2018 г. -31.03.2018 г гр. 10 кат. «Д», нет приказа и журнала, контрольные листы заполнены на ФИО1; журнал за период 28.04.2018-29.06.2018г. и контрольные листы подписывает преподаватель ФИО1, к журналу подложен приказ на преподавателя Свидетель №4; за период 01.07.2018 года -31.07.2018 года гр. 29 кат. «С»: нет приказа и журнала, контрольные листы заполнены на ФИО1; за период 01.08.2018 года по 15.09.2018 года гр. 30 кат. «Д»: нет приказа и журнала, контрольные листы заполнены на ФИО1; за период 01.10.2018 года по 18.10.2018 года гр. 34 кат. «С» нет приказа и журнала, контрольные листы заполнены на ФИО1 (л. д. 68-138, том 2).

Из выше перечисленного следует, что по приказам проходит преподаватель Свидетель №4, а контрольные листы и журнал заполнены на преподавателя ФИО1, таким образом, исходя из приказов, начисление оплаты по договорам должно было производиться на преподавателя Свидетель №4, а не преподавателя ФИО1

При этом из текста договора № 4 следует, что заказчик поручил, а исполнитель обязался выполнять работы по ведению теоретических часов вождения на категории «А», «Д», «СЕ», однако контрольные листы за январь, февраль, апрель, март, май, июнь 2017, представлены на категории «В» и «С», в то время как полномочия на ведение преподавания по данным категориям в силу гражданско-правового договора не имелось (л. д. 159-217, том 1). 

Допрошенная в судебном заседании свидетель Свидетель №2, работавшая бухгалтером в ПОУ «Тербунская ДОССААФ России» с декабря 2015 года по август 2017 года показала, что начисляла оплату ФИО1 по гражданско-правовому договору № 4 от 2017 года без предоставления актов выполненных работ и подписей в некоторых контрольных листах и предупреждала начальника о необходимости их предоставления, но он настаивал на начислении оплаты и оказывал давление. Кроме того показала, что никогда не видела, что ФИО1 осуществлял преподавание, так как была на рабочем месте.

Свидетель Свидетель №3 показала, что в 2017 году и до настоящего времени работала в должности заместителя начальника по учебно-производственной части ПОУ «Тербунская ДОССААФ России». Необходимости в заключении с ФИО1 договора о преподавательской деятельности не было, так как нагрузка была не высокой. Руководитель должен был обеспечить нагрузкой всех штатных преподавателей. Она осуществляла контроль всех классов по категориям, за 2017 год ФИО1 преподающим после 16 ч. 00 мин. она не видела, преподавание осуществлял Свидетель №4

Как следует из штатного расписания ПОУ «Тербунская ДОССААФ России» от 10.01.2017 года на период с 01.01.2017 года до конца года оно предусматривало должность начальника автошколы с установленным окладом и преподавателей в количестве 2 штатные единицы с оплатой 149 руб. 17 коп за час работы ( л. д. 52, том 3).

Из объяснений сторон следует, что фактически 1 штатная единица преподавателя была занята, одна на протяжении всего 2017 года вакантна. Вакансия имелась из- за небольшого количества учащихся и нецелесообразности принятия второго преподавателя по трудовому договору. Два преподавателя в 2017 году оказывали услуги преподавания на условиях гражданско - правовых договоров: Свидетель №4 (с. Тербуны) и ФИО15 (с. Землянск Семилукского района Воронежской области).

Согласно объяснениям представителя ответчика ПОУ «Тербунская ДОССААФ России» ФИО3 в с. Землянске находится удаленный класс по подготовке (переподготовке) водителей транспортных средств, в котором обучение проводил ФИО15 Наполняемость групп была незначительная, он привлекался к выполнению работ о мере необходимости (л. д. 53, том 3). 

Так, в 2017 году в с. Землянск проходила 20-ти часовая переподготовка водителей транспортных средств в январе. В связи с чем, с ФИО15 заключен гражданско-правовой договор от 09.01.2017 года со сроком действия до 31.01.2017 года, с марта по май 2017 года сформирована группа обучения на основании приказа № 11 по подготовке по категории «В» в количестве 10 человек. В связи с чем, с ФИО15 заключены гражданско-правовые договоры от 01.04.2017 года со сроком действия до 30.04.2017 года и от 02.05.2017 года по 31.05.2017 года. Акты выполненных работ по результатам исполнения данных договоров преподавателем представлены и имеются в материалах дела (л. д. 56-66, том 3).

Согласно объяснениям представителя ответчика ПОУ «Тербунская ДОССААФ России» ФИО3 в с. Долгоруково имеется филиал ПОУ «Тербунская ДОССААФ России», в котором работает штатный преподаватель ФИО16, что подтверждается заключенным с ним трудовым договором от 15.05.2014 года (л. д. 67-71, том 3).

В с. Тербуны в основном здании ПОУ «Тербунская ДОССААФ России» имеется преподаватель Свидетель №4, который в 2017 году оказывал услуги преподавания на основании гражданско-правового договора от 09.01.2017 года со сроком действия по 31.12.2017 года (л. д. 54-55, том 3).

Из показаний свидетеля Свидетель №4 следует, что он на протяжении с 23 мая 2016 года в течение двух лет осуществлял услуги преподавания на основании гражданско-правовых договоров в ПОУ «Тербунская ДОССААФ России» в с. Тербуны по всем категориям и со всеми группами, в частности сформированными в 2017 году: изучали устройство, законодательство, правила дорожного движения. Занятия начинались каждый день в рабочую неделю с 16 ч. 00 мин., заканчивались по разному в 18 ч. 00 мин и в 20 ч. 00 мин. В ПОУ «Тербунская ДОССААФ России» в с. Тербуны имеется всего 1 учебный класс, где установлены компьютеры, иных подобных классов не имелось, в них никто не занимался. В месяц обучались 4-5 группы в среднем по 20 человек на категорию «В», на остальные категории человек было меньше, им преподавалась одна и та же теория, группы объединялись. Подтвердил, что он один занимался преподаванием в с. Тербуны, обучил учащихся из 45 групп в течение 2017 года, иных преподавателей не было, и необходимости их привлечения не имелось, так как была низкая наполняемость групп. ФИО1 он не видел преподающим в 2017 году, хотя ФИО1 просил его заполнять журналы и контрольные листы, как за преподавателя.

Допрошенный судебном заседании свидетель ФИО16 показал, что работает штатным преподавателем ПОУ «Тербунская ДОССААФ России» филиал в с. Долгоруково по трудовому договору, занятия проводит ежедневно в рабочую неделю с 17 ч. до 19 ч. В 2017 году было мало желающих пройти обучение, всего около 40 человек. Случаев осуществления преподавания ФИО1 не знает, в с. Долгоруково он не преподавал. Подтвердил, что с учетом наполняемости групп отсутствовала необходимость иметь 2 штатного преподавателя, поэтому 2 преподавателей привлекали для выполнения услуг по гражданско-правовым договорам в с. Тербуны и в с. Землянск. Преподавал устройство автомобиля и ПДД, что входит в единый курс образовательной программы. ФИО1 в 2017 году, как руководитель обращал внимание, на необходимость проведение агитации с целью увеличения количества обучающихся.

Свидетель Свидетель №5 работавшая бухгалтером и специалистом по кадрам ПОУ «Тербунская ДОССААФ России» с 20.05.2013 года по 01.10.2017 года показала, что приказов для начисления оплаты по гражданско- правовому договору на ФИО1 не было, начисления производились без них, по указанию ФИО1 Подтвердила, что в 2017 году хватало 1 штатного преподавателя и 2 оказывающих услуги по гражданско-правовым договорам в с. Тербуны и с. Землянске периодически, привлекать иных преподавателей не имело смысла из-за небольшого количества обучающихся и низкой учебной нагрузке. ФИО1 осуществляющим услуги преподавания не видела.

Свидетель ФИО17- мастер производственного обучения показал, что так же не видел, чтобы ФИО1 в 2017 году осуществлял преподавание в автошколе, в случае отсутствия Свидетель №4, данный свидетель мог заменить его, но это было 2 или 3 раза за весь 2017 год.

Показания свидетелей согласуются с объяснениями представителя ответчика ПОУ «Тербунская ДОССААФ России» ФИО3 о том, что наполняемость групп была небольшая, что прослеживается из приказов на формирование групп по подготовке водителей транспортных средств разных категорий. Из-за небольшого количества обучающихся они объединялись в одну, теоретическая часть проводилась совместно, не зависимо от того на какую категорию пришел человек обучаться.

Из анализа представленных документов за 2017 год действительно следует, что в ПОУ «Тербунская ДОССААФ России» за 2017 год всего было подготовлено 45 групп, за время работы ФИО1 в 2017 год подготовлено 37 групп. Отметки о выполнении ФИО1 занятий отсутствуют во всей документации. Группа №1-категория А, имеется приказ на зачисление №1, назначен преподаватель Свидетель №4, журнал заполнен им же, подписи проведенных им занятий имеются, подписей проведенных занятий, якобы ФИО1 не имеются, в приказе о назначении ФИО1 преподавателем сведений нет. Группа №2- категория «СЕ», имеются: приказ на зачисление №2, назначен преподаватель ФИО1, в журналах отметок о проведении занятий ФИО1 не имеется, зато имеются отметки проведения занятий Свидетель №4, его же рукой заполнен журнал. Группа №3 -категория «Д», имеются: приказ на зачисление №3, назначен преподаватель ФИО1, в журналах отметок о проведении занятий ФИО1 не имеется, имеются отметки проведения занятий Свидетель №4, его же рукой заполнен журнал. Группа №4 -категория «В», имеются: приказ на зачисление №4, назначен преподаватель Свидетель №4, журнал заполнен им же, подписи проведенных им занятий имеются, подписей проведенных занятий, якобы ФИО1 не имеются, в приказе о назначении ФИО1 преподавателем сведений нет. Группа №5 -категория «В», имеются: приказ на зачисление №5, назначен преподаватель Свидетель №4, журнал заполнен им же, подписи проведенных им занятий имеются, подписей проведенных занятий, якобы ФИО1 не имеются, в приказе о назначении ФИО1 преподавателем сведений нет. Группа №6-категория «СЕ», имеются: приказ на зачисление №6, назначен преподаватель ФИО1, в журналах отметок о проведении занятий ФИО1 не имеется, имеются отметки проведения занятий Свидетель №4 Группа №7 -категория «С», имеются: приказ на зачисление №7,назначен преподаватель Свидетель №4, подписи проведенных им занятий имеются, подписей проведенных занятий, якобы ФИО1 не имеются, в приказе о назначении ФИО1 преподавателем -сведений нет. Группа №8 -категория «С», имеются: приказ на зачисление №8, назначен преподаватель Свидетель №4, журнал заполнен им же, подписи проведенных им занятий имеются, подписей проведенных занятий, якобы ФИО1 не имеются, в приказе о назначении ФИО1 преподавателем -сведений нет. Группа №9- категория «СЕ», имеются: приказ на зачисление №9, назначен преподаватель ФИО1, в журналах отметок о проведении занятий ФИО1 не имеется, имеются отметки проведения занятий Свидетель №4, его же рукой заполнен журнал. Группа №10 -категория «Д», имеются: приказ на зачисление №10, назначен преподаватель ФИО1, в журналах отметок о проведении занятий ФИО1 не имеется, имеются отметки проведения занятий Свидетель №4, его же рукой заполнен журнал. Группа №11 -категория «В», имеются: приказ на зачисление №11, назначен преподаватель Свидетель №4, журнал заполнен им же, подписи проведенных им занятий имеются, подписей проведенных занятий, якобы ФИО1 не имеются, в приказе о назначении ФИО1 преподавателем сведений не имеется. Группу №12-категория «А», имеется: приказ на зачисление №12,назначен преподаватель ФИО1, в журналах отметок о проведении занятий ФИО1 не имеется, имеются отметки проведения занятий Свидетель №4, его же рукой заполнен журнал. Группа №13 -категория «В», имеются: приказ на зачисление №13, назначен преподаватель Свидетель №4, журнал заполнен им же, подписи проведенных им занятий имеются, подписей проведенных занятий, якобы ФИО1 не имеются, в приказе о назначении ФИО1 преподавателем сведений не имеется. Группа №14 -категория «Д», имеются: приказ на зачисление №14, назначен преподаватель ФИО1, в журналах отметок о проведении занятий ФИО1 не имеется, имеются отметки проведения занятий Свидетель №4 Группа №15-категория «СЕ», имеются: приказ на зачисление №15, назначен преподаватель ФИО1, в журналах отметок о проведении занятий ФИО1 не имеется, имеются отметки проведения занятий Свидетель №4 Группа №16 -категория «С», имеются: приказ на зачисление №16, назначен преподаватель Свидетель №4, журнал заполнен им же, подписи проведенных им занятий имеются, подписей проведенных занятий, якобы ФИО1 не имеются, в приказе о назначении ФИО1 преподавателем -сведений нет. Группу №17-категория «А», имеется: приказ на зачисление №17, назначен преподаватель Свидетель №4, журнал заполнен им же, подписи проведенных им занятий имеются, подписей проведенных занятий, якобы ФИО1 не имеются, в приказе о назначении ФИО1 преподавателем сведений нет. Группа №18 -категория «В», имеются: приказ на зачисление №18, назначен преподаватель Свидетель №4, журнал заполнен им же, подписи проведенных им занятий имеются, подписей проведенных занятий, якобы ФИО1 не имеются, в приказе о назначении ФИО1 преподавателем сведений нет. Группа №19 -категория «Д», имеются: приказ на зачисление № 19, назначен преподаватель ФИО1, в журналах отметок о проведении занятий ФИО1 не имеется. Группа № 20-категория «СЕ», имеются: приказ на зачисление № 20, назначен преподаватель ФИО1, в журналах отметок о проведении занятий ФИО1 не имеется, имеются отметки проведения занятий Свидетель №4 Группа №21 -категория «С», имеются: приказ на зачисление №21, назначен преподаватель Свидетель №4, подписей проведенных занятий, якобы ФИО1 не имеются, в приказе о назначении ФИО1 преподавателем -сведений нет. Группа № 22-категория «А», имеется: приказ на зачисление №22, назначен преподаватель Свидетель №4, журнал заполнен им же, подписи проведенных им занятий имеются, подписей проведенных занятий, якобы ФИО1 не имеются, в приказе о назначении ФИО1 преподавателем сведений нет. Группа №23 -категория «В», имеются: приказ на зачисление №23,назначен преподаватель Свидетель №4, журнал заполнен им же, подписи проведенных им занятий имеются, подписей проведенных занятий, якобы ФИО1 не имеются, в приказе о назначении ФИО1 преподавателем сведений нет. Группа №24 -категория «Д», имеются: приказ на зачисление №24, назначен преподаватель Свидетель №4, подписей проведенных занятий, якобы ФИО1 не имеются, в приказе о назначении ФИО1 преподавателем -сведений нет. Группа №25 -категория «С», имеются: приказ на зачисление №25,назначен преподаватель Свидетель №4, журнал заполнен им же, подписи проведенных им занятий имеются, подписей проведенных занятий, якобы ФИО1 не имеются, в приказе о назначении ФИО1 преподавателем -сведений нет. Группа №27 -категория «В», имеются: приказ на зачисление №27,назначен преподаватель Свидетель №4, подписей проведенных занятий, якобы ФИО1 не имеются, в приказе о назначении ФИО1 преподавателем сведений нет. Группа №28-категория «СЕ», имеются: приказ на зачисление № 28, назначен преподаватель Свидетель №4, подписей проведенных занятий, якобы ФИО1 не имеются, в приказе о назначении ФИО1 преподавателем сведений нет. Группа №29 -категория «С», имеются: приказ на зачисление №29, назначен преподаватель Свидетель №4, подписей проведенных занятий, якобы ФИО1 не имеются, в приказе о назначении ФИО1 преподавателем -сведений нет. Группа №30 -категория «Д», имеются: приказ на зачисление № 30, назначен преподаватель Свидетель №4, подписей проведенных занятий, якобы ФИО1 не имеются, в приказе о назначении ФИО1 преподавателем -сведений нет. Группа №31-категория «СЕ», имеются: приказ на зачисление №31, назначен преподаватель Свидетель №4, подписей проведенных занятий, якобы ФИО1 не имеются, в приказе о назначении ФИО1 преподавателем сведений нет. Группа №32 -категория «В», имеются: приказ на зачисление №32, назначен преподаватель Свидетель №4, подписей проведенных занятий, якобы ФИО1 не имеются, в приказе о назначении ФИО1 преподавателем сведений нет. Группу №33-категория «А», имеется: приказ на зачисление № 33, назначен преподаватель Свидетель №4, подписи проведенных им занятий имеются, подписей проведенных занятий, якобы ФИО1 не имеются, в приказе о назначении ФИО1 преподавателем сведений нет. Группа №34 -категория «Д», имеются: приказ на зачисление № 34, назначен преподаватель Свидетель №4, подписи проведенных им занятий имеются, подписей проведенных занятий, якобы ФИО1 не имеются, в приказе о назначении ФИО1 преподавателем -сведений нет. Группа №35 -категория «В», имеются: приказ на зачисление №35, назначен преподаватель Свидетель №4, подписи проведенных им занятий имеются, подписей проведенных занятий, якобы ФИО1 не имеются, в приказе о назначении ФИО1 преподавателем сведений нет. Группа №36 -категория «С», имеются: приказ на зачисление №36,назначен преподаватель Свидетель №4, подписей проведенных занятий, якобы ФИО1 не имеются, в приказе о назначении ФИО1 преподавателем -сведений нет. Группа №37-категория СЕ, имеются: приказ на зачисление №37, назначен преподаватель Свидетель №4, подписей проведенных занятий, якобы ФИО1 не имеются, в приказе о назначении ФИО1 преподавателем сведений нет. Группа №39 -категория «В», имеются: приказ на зачисление №39,назначен преподаватель Свидетель №4, подписи проведенных им занятий имеются, подписей проведенных занятий, якобы ФИО1 не имеются, в приказе о назначении ФИО1 преподавателем сведений нет (том 4).

Кроме того, в следующих журналах отсутствуют отметки о выполнении ФИО1, как преподавателем, осуществления занятий с обучающимися: № № 2,3,6 8,10,12, 14, 15, 19, 20.

Допрошенный свидетель Свидетель №4- преподаватель ПОУ «Тербунская ДОССААФ России» по гражданско-правовому договору при обозрении приказов за 2017 год показал, что помнит, что именно он преподавал у некоторых людей, где по приказам указан преподавателем ФИО1

Вместе с тем, из анализа контрольных листов за 2017 год преподавательской деятельности ФИО1 следует, что им отработано по гражданско-правовому договору в январе 114 часов преподавания, феврале 162 часа, марте 78 часов, апреле 270 часов, мае 124 часов, июне 180 часов, июле 144 часов, августе 130 часов, сентябре- 185 часов, октябрь -116 часов, в то время по производственному календарю при 36 часовой рабочей неделе указанные показатели соответствовали либо превышали нормы рабочего времени.

Кроме того, установлено, что ФИО1 в 2017 году на основании контрольных листов в общей сложности фактически отработано за спорный период 986,84 ч., в то время, как по производственному календарю положено 819 ч., что превышает на 167,84 ч., т. е. в день более 8 часов только преподавания. Вместе с тем, как ранее установлено судом ФИО1 в спорный период занимал должность начальника учреждения по основному месту работы (л. д. 72-73, том 3). 

Правилами внутреннего трудового распорядка работников НОУ «ФИО2 ДОСААФ России», утвержденных 10.02.2015 года для работников установлена пятидневная рабочая неделя, с двумя выходными днями, начало работы 8 ч. 00 мин. окончание 17 ч. 00 мин., обеденный перерыв с 12 ч. до 13 ч., т. е. 8- ми часовой рабочий день. Сверхурочные работы и работы в выходные и праздничные дни не допускаются (л. д. 119-129, том 1). Учитывая вышеизложенное, выполнение работы по гражданско-правовому договору исключало исполнение в полной мере работы по основному месту работы ФИО1

Вместе с тем, совмещение ставки с преподавательской деятельностью согласно ст. 284 Трудового кодекса Российской Федерации не может превышать более четырех часов в день продолжительность рабочего времени. Однако из анализа контрольных листов и журналов следует, что у ФИО1 день имело место 5-6,8,9,10, 11 часов преподавания в разные дни.

Суд критически относится к показаниям свидетеля ФИО18 о том, что в 2013 году ФИО1 осуществлял у нее преподавание устройства автомобиля при ее обучении на категорию «В» в ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России», поскольку указанный период не относится к спорному периоду 2017 года.

Иных доказательств, свидетельствующих о том, что при небольшом количестве обучающихся требовалось осуществление услуг преподавания начальником ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» в 2017 году и фактическое исполнение им договорных обязательств не представлено.

При этом суд обращает внимание на то, что фактически договор был заключен с ФИО1 на период с 09.01.2017 года по 31.12.2017 года, в то время как после увольнения ФИО1 с должности начальника Учреждения 28.11.2017 года по какой либо причине после указанной даты данный договор ими не был исполнен, хотя и не был расторгнут. В то же время в данный период продолжалось обучение слушателей силами имеющихся преподавателей без привлечения иных лиц.

На основании вышеизложенного, суд полагает, что со стороны ФИО1, являющегося руководителем ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» одновременно оформившим гражданско-правовой договор на осуществление преподавание имело место недобросовестность в связи с ненадлежащим заключением и исполнением указанного договора, фактически им указанный договор не исполнялся, в то время как денежные средства по нему получены, что не им не оспаривалось, что свидетельствует об умышленном причинении ущерба работодателю.

Доводы истца ФИО1, его представителя Клишиной А. А. о неоднократном поощрении его по месту работы и представленные в связи с этим доказательства не опровергают выводов суда о недобросовестности действий ФИО1 по заключению и исполнению договора № 4 на оказание услуг преподавания от 09.01.2017 года.

Таким образом, с ФИО1 в пользу ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» подлежит взысканию в качестве ущерба в связи с неправомерными действиями ответчика денежная сумма, выплаченная за 2017 год по гражданско-правовому договору, в размере 147 207 рублей 76 копеек.

Доводы адвоката Клишиной А. А. о том, что у ФИО1 не были отобраны объяснения, не влияют на выводы суда об удовлетворении иска в этой части, поскольку на момент обнаружения ущерба ФИО1 был уволен, в связи с чем, не имелось объективной возможности для получения от него объяснений.

Ссылка истцов в исковом заявлении на положения статей 1102 и 1003 Гражданского кодекса Российской Федерации (неосновательное обогащение) в качестве основания для взыскания с ФИО1 выплаченных ему сумм по гражданско-правовому договору при доказанности факта неправомерности его действий, направленных на получение указанных выплат, не препятствует суду самостоятельно определять закон, подлежащий применению при разрешении дела.

Возражая относительно встречных требований, ФИО1 не предоставил доказательств, опровергающих выводы суда о неправомерности его действий, связанных с получением выплат по гражданско-правовому договору.

Суд не находит оснований для применения в данном случае срока исковой давности по данному требованию в связи со следующим.

В силу чт. 392 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.

Установлено, что наличие ущерба работодателем обнаружено при проведении проверки учреждения региональным отделением в феврале 2018 года, ранее о наличии данного договора Учредителю, с которым требовалось его согласовать, известно не было. Таким образом, срок для обращения в суд (30.03.2018 года) пропущен не был.

Кроме того, установлено, что в 2017 году проверка деятельности ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» региональным отделением (Учредителем) не проводилась.

При этом суд не находит оснований для снижения размера ущерба на основании ст. 250 Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно ст. 250 Трудового кодекса Российской Федерации орган по рассмотрению трудовых споров может с учетом степени и формы вины, материального положения работника и других обстоятельств снизить размер ущерба, подлежащий взысканию с работника. Снижение размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, не производится, если ущерб причинен преступлением, совершенным в корыстных целях.

Ответчиком ФИО1 не представлено доказательств, свидетельствующих о его затруднительном материальном положении, либо об иных обстоятельствах, позволяющих снизить размер ущерба.

Относительно требований о взыскании с ФИО1 денежных средств, неправильно начисленных бухгалтером при расчете отпускных и компенсации за неиспользованный отпуск в размере 34 782 рубля 72 коп. и 34 897 рублей 98 коп., суд приходит к следующему.

Положениями ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что заработная плата и приравненные к ней платежи, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения.

Вместе с тем, недобросовестность и наличие счетной ошибки при начислении и оплате отпускных ФИО1 за июль 2017 года и ноябрь 2017 года, компенсации за неиспользованный отпуск, со стороны ФИО1 не установлена, доказательств обратного стороной, заявившей иск не представлено.

Допрошенная в судебном заседании бухгалтер Свидетель №1, производившая начисления по оплате труда за вышеуказанный период показала, что она не знала, как правильно их производить, поэтому ошибочно включала выплаченные по гражданско-правовому договору суммы в расчет отпускных и компенсации за неиспользованный отпуск и брала неверный период для расчета.

Однако неправильное применение законодательства или нормативно-правовых актов организации счетной ошибкой не является.

Законодателем предусмотрено, что "счетной ошибкой", упомянутой в статье 137 Трудового кодекса Российской Федерации, является любая арифметическая ошибка, приведшая к переплате работнику денежных сумм. Иные ошибки не являются основанием для удержания из зарплаты работника. Доказательств того, что имела место арифметическая ошибка при перечислении ФИО1 денежных средств истцом суду не представлено. В связи с чем, не имеется оснований для возврата данных денежных сумм в качестве неосновательного обогащение. 

В силу ст. ст. 7, 8 Федерального закона от 06 декабря 2011 года N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта. Руководитель экономического субъекта обязан возложить ведение бухгалтерского учета на главного бухгалтера или иное должностное лицо этого субъекта либо заключить договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета, если иное не предусмотрено настоящей частью. Экономический субъект самостоятельно формирует свою учетную политику (совокупность способов ведения экономическим субъектом бухгалтерского учета), руководствуясь законодательством РФ о бухгалтерском учете, федеральными и отраслевыми стандартами.

Согласно должностной инструкции бухгалтера и главного бухгалтера (том 3, л.д. 124-134) именно на них возложена обязанность по контролю и ведению бухгалтерского учета.

При таких обстоятельствах, отсутствуют основания для взыскания неосновательного обогащения с ФИО1 в этой части в размере 34 782 рубля 72 коп. и 34 897 рублей 98 коп. 

Вместе с тем, суд полагает подлежащим частичному удовлетворению требования о взыскании с ФИО1 неосновательного обогащения в виде переданных ему подотчетных денежных средств, которые были израсходованы им, но не представлено документов, подтверждающих их целевое использование.

Согласно ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В силу ст. 1104 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество, составляющее неосновательное обогащение приобретателя, должно быть возвращено потерпевшему в натуре. Приобретатель отвечает перед потерпевшим за всякие, в том числе и за всякие случайные, недостачу или ухудшение неосновательно приобретенного или сбереженного имущества, происшедшие после того, как он узнал или должен был узнать о неосновательности обогащения. До этого момента он отвечает лишь за умысел и грубую неосторожность.

Установлено, что ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» 30.05.2016 года была открыта корпоративная банковская карта VIZA Business №, держателем которой являлся ФИО1, действовавшая до 30.11.2017 года, в настоящее время имеет статус блокирована.

Согласно Правилам использования корпоративной карты, имеющимся на сайте ПАО «Сбербанк России» карточка оформляется на конкретного человека, который использует поступившие на баланс средства компании и отчитывается за их исполнение. Расчетные операции производятся по наличному и безналичному расчету. Для подтверждения правомерности трат работник предоставляет в бухгалтерию отчеты в качестве чеков с терминалов о снятии средств и оплате товара (л. д. 135-139, том 3).

ФИО1 при рассмотрении дела не оспаривал, что использовал данную банковскую карту для расчетов и утверждал, что подтверждал в бухгалтерии все расходные операции. Одновременно утверждал, что данной картой могли пользоваться и другие работники.

Из выписки по лицевому счёту № за период с 01.01.2017 года по 30.11.2017 года следует, что работник ФИО1 совершал расходные операции по данной банковской карте относительно заявленной суммы 11 690 рублей 52 копейки (л. д. 1-127, том 5). Истцом заявлено ко взысканию 11 690 рублей без учета копеек.

Однако из материалов дела следует, что по журналу ордеру № 7 за июнь 2017 года за ФИО1 числится задолженность 16 руб. 02 коп., по мемориальному ордеру № 509012 от 01.08.2017 года- 932 рубля 50 копеек (оплата по карте, покупка ГСМ), по мемориальному ордеру №93314 от 11.08.2017 года- 742 рубля (оплата по карте, покупка ГСМ «Рамонь), по мемориальному ордеру № 633431 от 30.10.2017 года 10000 рублей - (выдача наличных), а всего 11 690 рублей 52 копейки. Указанная задолженность связана с расходованием денежных средств, за которые ФИО1 не отчитался, что подтверждается сведениями журналов.

Впоследствии в ходе рассмотрения дела ФИО1 представлены суду дубликаты товарных чеков: от 30.10.2017 года на сумму 2 550 рублей и 4 950 рублей за набор деклараций и их отправку ИП ФИО19, (том 6, л. д. 73).

ФИО1 суду объяснил, что 10 000 рублей снимались им 30.10.2017 года в целях оплаты подачи декларацию относительно деятельности ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» в налоговый орган за 9 месяцев. Данные товарные чеки им сдавались в бухгалтерию.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО20 показала, что работает бухгалтером у ИП ФИО19 и подтвердила, что 30.10.2017 года по заказу ФИО1 отправляла декларации 6 НДФЛ и расчеты по страховым взносам за 9 месяцев ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России», за что в кассу ИП ФИО19 ФИО1 оплачено по двум товарным чекам: 4950 рублей и 2550 рублей, всего 7500 рублей.

Представленный прайс -лист ИП ФИО19 и сами декларации (л. д. 135-267, том 5) подтверждают оказание данной услуги в интересах «ФИО2 ДОСААФ России». В связи с чем, суд не находит оснований для удовлетворения иска в этой части, полагая, что имеются оправдательные документы о расходовании данных денежных средств.

Доводы истца по встречному иску о том, что ФИО1 в нарушении положений закона в срок не представил авансовый отчет в бухгалтерию, не свидетельствуют о том, что в этой части имеются основания для взыскания данной суммы, во избежании неосновательного обогащения организации.

Допрошенная в судебном заседании свидетель Свидетель №2, работавшая бухгалтером в ПОУ «Тербунская ДОСААФ России» с декабря 2015 года по август 2017 года показала, что в период ее работы ФИО1 использовал корпоративную карту и зачастую не предоставлял подтверждающие расходы документы.

Свидетель Свидетель №5, занимавшая должность бухгалтера до 01.10.2017 года так же подтвердила, что ФИО1 предоставлял отчеты не по всем подотчетным денежным средствам.

Учитывая, что денежные средства, которые выдаются организацией ответственному лицу для нужд организации, образуют задолженность физического лица перед организацией; в случае, когда они не израсходованы на цели, на которые были выданы, либо израсходованы не полностью, подлежат возврату; за целевое расходование денежных средств подотчётное лицо должно отчитаться перед организацией; в случае, когда денежные суммы не израсходованы полностью, подотчётное лицо должно вернуть в кассу организации остаток неиспользованного аванса по приходному кассовому ордеру, то поскольку ответчиком ФИО1 не представлено доказательств того, что находящиеся на корпоративной карте денежные средства в остальной сумме 1690 рублей (932,50 +742+16,02 без учета копеек в пределах заявленных требований) и 2500 рублей (10000- 7500) были потрачены на нужды организации; равно, как и не представлены документы, подтверждающие расходование данных средств и отсутствие задолженности, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика денежных средств в размере 4190 рублей (1690 + 2500 = 4190) в пользу работодателя ПОУ «Тербунская ДОСААФ России».

Доводы ФИО1 о том, что никаких претензий к нему при оформлении акта приема передачи по поводу какой либо задолженности не предъявлялось, не свидетельствует об отсутствии ущерба и неосновательного обогащения перед ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России», поскольку при его оформлении дебиторскую кредиторскую задолженность в акте отразить не представилось возможным из -за отсутствия бухгалтерских регистров и книги журнал-главная (л. д. 16-20, том 1). Кроме того, о наличии неподтвержденных израсходованных по карте денежных средств стало известно при проведении проверки в 2018 году.

Доводы ФИО1 о том, что корпоративной картой мог пользоваться иной сотрудник, не подтверждают данного обстоятельства, поскольку он, как держатель карты обязан был пользоваться ею лично, не сообщая никому пин-код и не передавая в пользование иному лицу. Следовательно, именно на него возлагается обязанность отчитаться за расходование денежных средств по карте.

При этом суд полагает отказать в иске регионального отделения ДОСААФ России по Липецкой области к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения, ущерба поскольку права данного истца произведенными выплатами затронуты не были, денежные средства, полученные ФИО1, являлись имуществом ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России». Доказательств несения имущественных потерь региональным отделением ДОСААФ России по Липецкой области по вине ФИО1 не представлено.

Вместе с тем, суд не находит оснований для удовлетворения иска ФИО1 о признании отношений по заключенному между ним и ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» гражданско-правовому договору на оказание услуг от 09.01.2017 года № 4 трудовыми по следующим основаниям.

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 19 мая 2009 N 597-О-О, суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст. ст. 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

Статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации определяет трудовые отношения как отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации, конкретного вида поручаемой работы работнику), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Положениями ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Сформулированное понятие трудового договора позволяет выделить его основные элементы (признаки), позволяющие отличать трудовой договор от гражданско-правовых договоров, связанных с применением труда, - договора подряда, договора на выполнение научно-исследовательских работ, договора возмездного оказания услуг и т.д.

К таким элементам относятся: специфика обязанности, выражающаяся в выполнении работы по определенной должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации, то есть обусловленной соглашением сторон трудовой функции; выполнение работы с подчинением внутреннему трудовому распорядку; обязанность работодателя обеспечить работнику условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором, а также своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату.

Особенности регулирования труда лиц, работающих по совместительству, определяются гл. 44 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст. 281 Трудового кодекса Российской Федерации совместительство - выполнение работником другой регулярной оплачиваемой работы на условиях трудового договора в свободное от основной работы время. Заключение трудовых договоров о работе по совместительству допускается с неограниченным числом работодателей, если иное не предусмотрено федеральным законом. Работа по совместительству может выполняться работником как по месту его основной работы, так и у других работодателей.

В силу ст. 60.2 Трудового кодекса Российской Федерации с письменного согласия работника ему может быть поручено выполнение в течение установленной продолжительности рабочего дня (смены) наряду с работой, определенной трудовым договором, дополнительной работы по другой или такой же профессии (должности) за дополнительную оплату (статья 151 настоящего Кодекса).

Как установлено ранее судом, на основании договора № 4 возмездного оказания услуг от 09.01.2017 года, заключенному между ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» в лице начальника ФИО1 «заказчик» и ФИО1 «исполнитель», заказчик поручил, а исполнитель обязался выполнить лично работы по ведению теоретических часов вождения на категории «А», «Д», «СЕ». Заказчик обязался оплатить выполненные работы. Период действия договора с 09.01.2017 года по 31.12.2017 года, оплата 149,17 рублей за час на основании акта выполненных работ за прошедший месяц, оформленного в установленном порядке.

Учитывая, что судом установлено, что решений ответчиком ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» с предварительного согласования в отношении истца ФИО1 относительно его работы по совместительству (или совмещению должностей), в то время как он занимал основную должность руководителя ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» не принимались, приказы о приеме и его увольнении на должность преподавателя не издавались, правилам внутреннего трудового распорядка во время действия договора он не подчинялся, фактически трудовую функцию, а так же обязанности по гражданско-правовому договору непосредственно в интересах ответчика он не выполнял, в то время, как в спорный период времени истец работал по основной должности, где учитывалось его рабочее время, в соответствии с условиями трудового договора, выплачивалась заработная плата, то оснований для признания трудовых отношений по гражданско- правовому договору не имеется.

То обстоятельство, что ФИО1 начислялась и выплачивалась заработная плата в отсутствие акта выполненных работ с необходимыми страховыми отчислениями в соответствующие организации само по себе в отсутствие иных доказательств выполнения трудовой функции по договору не может свидетельствовать о наличии трудовых отношений по совместительству, а является следствием ошибки бухгалтера, производившего начисления. Вместе с тем, действующее законодательство предусматривает уплату страховых взносов на ОМС и ОПС по договорам на оказание услуг.

Кроме того, ответчиком заявлено о пропуске срока по данному требованию, который на момент предъявления иска в этой части истек (28.04.2018 года, л. д. 54, том 6), поскольку истец знал о наличии данного договора с момента его подписания с 09.01.2017 года, однако да рассмотрения дела в суде таких требований не заявлял.

Доводы представителя ФИО1 - адвоката Клишиной А. А. о том, что ей стало известно о наличии данного договора при ознакомлении с материалами дела, не являются основанием для восстановления срока, поскольку истец знал о данном договоре с 09.01.2017 года, каких либо препятствий для обращения в суд с этого времени в случае нарушения его прав не имелось.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

К судебным расходам относятся: государственная пошлина и издержки, связанные с рассмотрением дела (ч. 1 ст. 88 ГПК РФ).

Исходя из ст. 94 ГПК РФ, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в числе прочего, расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд; расходы на оплату услуг представителей; другие признанные судом необходимыми расходы.

Суд не находит оснований для возмещения судебных издержек, понесенных региональным отделением ДОСААФ России по Липецкой области, поскольку во встречном иске о взыскании неосновательного обогащения к ФИО1 ему отказано. 

Кроме того, как объяснил представитель ответчиков ФИО4 в судебном заседании 28.04.2018 года судебные расходы, о которых ими заявлено, связаны с предъявлением ФИО1 необоснованного иска к региональному отделению ДОСААФ России о взыскании оплаты труда при увольнении.

Однако, то обстоятельство, что в первоначальном иске ФИО1 к региональному отделению ДОСААФ России по Липецкой области было отказано, не является основанием для возмещения с истца судебных расходов в пользу данного ответчика в связи со следующим.

В соответствии со статьей 393 Трудового кодекса Российской Федерации, которая является специальной нормой, при обращении в суд с иском по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, в том числе по поводу невыполнения либо ненадлежащего выполнения условий трудового договора, носящих гражданско-правовой характер, работники освобождаются от оплаты пошлин и судебных расходов.

Таким образом, в целях предоставления дополнительных гарантий по обеспечению судебной защиты работниками своих трудовых прав, трудовое законодательство предусматривает освобождение работников от судебных расходов, что является исключением из общего правила, установленного статьей 98 Гражданского процессуального кодекса.

Вместе с тем, то обстоятельство, что ФИО4 в то же время являлся представителем по доверенности ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России», иск которого удовлетворен, не является основанием для взыскания заявленных расходов, фактически понесенных региональным отделением ДОСААФ России.

На основании статьи 99 ГПК РФ со стороны, недобросовестно заявившей неосновательный иск или спор относительно иска либо систематически противодействующий правильному и своевременному рассмотрению и разрешению дела, суд может взыскать в пользу другой стороны компенсацию за фактическую потерю времени. Размер компенсации определяется судом в разумных пределах и с учетом конкретных обстоятельств.

Из разъяснений Конституционного Суда Российской Федерации, содержащихся в Определении от 16.03.2006 года N 139-О, следует, что статья 99 ГПК РФ, предусматривающая возможность взыскания судом компенсации со стороны, недобросовестно заявившей неосновательный иск или спор относительно иска либо систематически противодействующий правильному и своевременному рассмотрению и разрешению дела, в пользу другой стороны за фактическую потерю времени, направлена на предупреждение злоупотребления лицами, участвующими в деле, своими процессуальными правами и тем самым - на защиту прав добросовестных участников процесса.

Таким образом, положения статьи 99 ГПК РФ подлежат применению лишь в тех случаях, когда в судебном заседании будет доказано, что сторона недобросовестно заявила неосновательный иск или спор относительно иска, либо систематически злоупотребляла процессуальными правами, противодействовала правильному и быстрому рассмотрению и разрешению спора, при этом действовала виновно.

При этом недобросовестность в поведении истца должна наличествовать в совокупности с неосновательностью иска, что должно быть установлено в процессе рассмотрения и разрешения дела, а стороной, которая ходатайствует о выплате ей компенсации за потерю времени, должно быть доказано, что в результате указанных действий противоположной стороны, она теряет доходы, заработную плату или понесла иные убытки. Добросовестное заблуждение не может быть основанием для взыскания компенсации за потерю времени.

Противодействие правильному и своевременному рассмотрению и разрешению дела может выражаться в непредоставлении требуемых доказательств, неявке без уважительных причин, уклонении от прохождения экспертизы и т.д.

В силу правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Обзоре законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за третий квартал 2003 года, истец, заявляющий требование о взыскании в его пользу вознаграждения за фактическую потерю времени в порядке, предусмотренном статьей 92 ГПК РСФСР (статья 99 ГПК РФ), должен представить доказательства, которые свидетельствовали бы о недобросовестности ответчика в заявлении спора против иска либо о его систематическом противодействии правильному и быстрому рассмотрению и разрешению дела.

Из материалов дела усматривается, что ФИО1 обратился в суд за защитой своих прав трудовых прав, которые, как он полагал, были нарушены ответчиками: ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России», региональным отделением ДОСААФ России по Липецкой области.

Неоспоримых доказательств недобросовестного поведения истца, направленного на предъявление заведомо необоснованного иска, равно как и совершения с его стороны противодействия правильному рассмотрению и разрешению дела, представителем ответчика регионального отделения представлено не было. Иск к ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» частично удовлетворен.

Поскольку обращение истца было произведено с целью защиты права, что не противоречит статье 46 Конституции Российской Федерации, статьям 11, 12 ГК РФ и статье 3 ГПК РФ, то сам по себе отказ в иске к ненадлежащему ответчику региональному отделению ДОСААФ России по Липецкой области, исходя из процессуальной тактики защиты своих прав, избранной ФИО1, не может быть расценен, как недобросовестное предъявление неосновательного иска.

В связи с чем, отсутствуют основания для взыскания расходов на бензин, командировочных расходов, компенсации за потерю времени, понесенных региональным отделением в связи с проведением проверки и рассмотрением дела в суде, как по первоначальному, так и по встречному иску.

Вместе с тем, учитывая, что требования ФИО1 к ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» были удовлетворены, а при подаче иска он был освобожден от оплаты госпошлины, то с ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» в доход бюджета Тербунского муниципального района Липецкой области подлежит взысканию госпошлина пропорционально удовлетворенным требованиям в размере 2351 рубля и за требование о компенсации морального вреда 300 рублей, всего 2 651 рубль.

Учитывая, что требования ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» к ФИО1 о признании договора недействительным, взыскании ущерба и неосновательного обогащения удовлетворены частично, то с него в пользу ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» подлежит взысканию госпошлина, оплаченная ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» при подаче встречного иска и уточнения к нему (л. д. 44, том 2 и л. д. 178, том 3) пропорционально удовлетворенным требованиям в размере 4428 рублей.

На основании вышеизложенного,руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Взыскать с ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» в пользу ФИО1 компенсацию при увольнении 61 080 рублей; заработную плату за период с 01 ноября 2017 года по 06 ноября 2017 года 2 908 рублей 57 копеек; пособие по временной нетрудоспособности 2 204 рубля 10 копеек, денежную компенсацию за нарушение сроков выплат 5513 рублей 21 коп., компенсацию морального вреда 1000 (одна тысяча) рублей, а всего 72 705 (семьдесят две тысячи семьсот пять) рублей 88 копеек.

Компенсацию по ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации выплатить ФИО1 по день фактического расчета включительно.

Решение суда в части взыскания оплаты труда в размере 63 988 рублей (шестьдесят три тысячи девятьсот восемьдесят восемь) 57 копеек подлежит немедленному исполнению.

В остальной части исковых требований ФИО1 к ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России», региональному отделению ДОСААФ России по Липецкой области, Общероссийской общественно-государственной организации «Добровольное общество содействия армии, авиации и флоту России «ДОСААФ России» о взыскании заработной платы, пособия по временной нетрудоспособности, денежной компенсации за нарушение сроков выплат, компенсации морального вреда, начисленной, но невыплаченной премии за 2016 год, признании отношений по гражданско-правовому договору от 09.01.2017 года № 4, заключенному между ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» и ФИО1 , трудовыми, признании трудового договора от 01.08.2012 года заключенного с ФИО1 на неопределенный срок, - отказать.

Признать недействительнымгражданско-правовой договор возмездного оказания услуг от 09.01.2017 года № 4, заключенный между ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» и ФИО1, как не соответствующий закону.

Взыскать с ФИО1 в пользу ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» ущерб 147 207 руб. 76 коп., неосновательное обогащение в размере 4190 рублей, возврат госпошлины 4428 рублей, а всего 155 825 рублей 76 копеек.

В остальной части иска ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения, - отказать.

В иске регионального отделения ДОСААФ России по Липецкой области к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения, ущерба, судебных расходов,- отказать.

Взыскать с ПОУ «ФИО2 ДОСААФ России» в доход бюджета Тербунского муниципального района Липецкой области государственную пошлину в размере 2 651 (две тысячи шестьсот пятьдесят один) рубль.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме в Липецкий областной суд через Тербунский районный суд Липецкой области.

Председательствующий 

Мотивированное решение изготовлено 18.05.2018 года.