Дело № 2-1256/2019г. 

74RS0038-01-2019-000943-50 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

село Долгодеревенское «06» ноября 2019 года 

Сосновский районный суд Челябинской области в составе: 

Председательствующего судьи Самусенко Е.В., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Антоновой И.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО "Энерготехника" об установлении трудовых отношений, внесении сведений в трудовую книжку, выдаче трудовой книжки, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за нарушение срока выплаты заработной платы и проведения расчета при увольнении, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда, судебных расходов, 

к ООО "Энергосервис" об установлении трудовых отношений, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за нарушение срока выплаты заработной платы и проведения расчета при увольнении, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда, судебных расходов, 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в Сосновский районный суд Челябинской области с исковым заявлением к ООО «Энерготехника», ООО «Энергосервис», в котором с учетом уточнений исковых требований в порядке ст. 39 ГПК РФ просила: 

- признать факт трудовых отношений между ФИО1 и ООО «Энерготехника» (ИНН №) по основному месту работы, ООО «Энергосервис» (ИНН №) по совместительству, с 01 марта 2017 года по 04 июня 2018 года в должности главного бухгалтера; 

- обязать ООО «Энерготехника» (ИНН № внести в трудовую книжку ФИО1 запись об увольнении по п. 3 ч. 1 ст. 77 (по собственному желанию) по день вынесения решения суда; 

- выдать ФИО1 трудовую книжку в десятидневный срок после вступления решения суда в законную силу;

- взыскать с ООО «Энерготехника» и ООО «Энергосервис» в пользу ФИО1 заработную плату за период работы с 01.04.2018 года по 01.06.2018 года в размере 54544 рубля с ООО «Энерготехника» и 25456 рублей с ООО «Энергосервис»; 

- взыскать с ООО «Энерготехника» и ООО «Энергосервис» заработную плату за время вынужденного прогула с 04.06.2018 года по день вынесения решения суда в размере 40000 рублей за каждый месяц вынужденного прогула, соответственно по состоянию на 01 апреля 2019 года с ООО «Энерготехника» 272720 рублей, с ООО «Энергосервис» 127280 рублей и далее до дня вынесения решения суда; 

- взыскать с ООО «Энерготехника» и ООО «Энергосервис» в пользу ФИО1 компенсацию за нарушение работодателем срока выплаты заработной платы, размер которой по состоянию на 15 апреля 2019 года составляет с ООО «Энерготехника» 30123 рубля, с ООО «Энергосервис» 14058 рублей и далее до вынесения решения судом; 

- взыскать с ООО «Энерготехника» и ООО «Энергосервис» в пользу ФИО1 компенсацию за неиспользованный отпуск, размер которой на 15 апреля 2019 года составляет с ООО «Энерготехника» 44121 рубль; с ООО «Энергосервис» 20592 рубля и далее до вынесения решения судом; 

- взыскать с ООО «Энерготехника» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей, с ООО «Энергосервис» в пользу ФИО1 5000 рублей; 

- взыскать с ООО «Энерготехника» в пользу ФИО1 расходы по оплате услуг представителя в размере 13636 рублей, с ООО «Энергосервис» в пользу ФИО1 расходы по оплате услуг представителя в размере 6364 рубля 00 копеек;

- присудить в пользу ФИО1 на случай неисполнения ООО «Энерготехника» и ООО «Энергосервис» решения суда денежную сумму в размере 100 рублей в день, начиная со дня, следующего за днем окончания установленного судом срока для исполнения данного решения. (том 1 л.д. 59-61).

В обоснование исковых требований истец указывает на следующие обстоятельства. 

08 августа 2016 года истец ФИО1 устроилась на работу в ООО «Энерготехника» на должность главного бухгалтера, с условием об испытательном сроке 3 месяца. При этом на период испытательного срока с ней был заключен гражданско-правовой договор подряда. В период испытательного срока заработная плата составляла 10500 рублей, при этом фактический размер заработной платы составлял 30000 рублей, после испытательного срока 40000-42000 рублей. 01 марта 2017 года на истца был составлен приказ о приеме на работу, подписан трудовой договор, однако его экземпляр выдан не был. За нее начали отчислять налоги и страховые взносы. Также оплачивался ежегодный оплачиваемый отпуск. Истец работала на условиях полного рабочего дня с 08 часов 30 минут до 17 часов 30 минут, выходные суббота и воскресенье. В должностные обязанности истца входило ведение бухгалтерского и налогового учета в двух организациях ООО «Энерготехника» и ООО «Энергосервис». 21 мая 2018 года было подано заявление об увольнении по собственному желанию с 03 июня 2018 года. С 03 июня 2018 года истец прекратила выполнение должностных обязанностей в ООО «Энерготехника» и ООО «Энергосервис». Однако до подачи искового заявления трудовая книжка не выдана, расчет не произведен. Соответственно сумма невыплаченной заработной платы на момент прекращения работы составляет 80000 рублей. Ссылаясь на положения ст. 234 ТК РФ полагает, что ответчики должны возместить заработную плату за время вынужденного прогула. Также просит взыскать компенсацию за нарушение сроков выплаты заработной платы на 15 апреля 2019 года размер которой составляет 44181 рубль 33 коп.; компенсацию за неиспользованный отпуск, количество которого по состоянию на 15 апреля 2019 года составляет 46,67 дней, соответственно размер компенсации составляет 63713 рублей 42 коп. Истец полагает, что неправомерными действиями ответчиков ей причинен моральный вред, размер которого она оценивает в сумме 10000 рублей, соответственно по 5000 рублей с каждой организации. Также просит взыскать расходы на представителя. 

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель участвовали, исковые требования поддержали в полном объеме. 

Представитель ответчиков ООО «Энерготехника» и ООО «Энергосервис» в судебном заседании участвовал, возражал относительно доводов искового заявления, представив письменный отзыв на исковое заявление. При этом указал на то, что со стороны истца пропущен срок обращения в суд по исковым требованиям. После перерыва в судебное заседание не явился.

Суд, выслушав в судебном заседании истца, представителей сторон, исследовав письменные материалы гражданского дела, приходит к следующему выводу. 

В соответствии со ст. ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, при этом в силу ст. 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Согласно статье 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения представляют собой отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии с частями 1, 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, заключаемого им в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Частью 1 статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В силу частей 1, 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами. Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

В судебном заседании установлено, что ответчик ООО "Энергосервис" (ИНН № зарегистрировано в качестве юридического лица 04.02.2008 года, основным видом деятельности является ремонт компьютеров и периферийного компьютерного оборудования; директором организации и лицом, имеющим действовать от имени юридического лица является ФИО2, адрес (место нахождения) АДРЕС (л.д. 9-11 том 1). 

Ответчик ООО "Энерготехника" (ИНН 

<

***>) зарегистрировано в качестве юридического лица 02.10.2002 года, основным видом деятельности является деятельность консультативная и работы в области компьютерных технологий; директором организации и лицом, имеющим действовать от имени юридического лица является Каретный М.Я., являющийся генеральным директором, адрес (место нахождения) АДРЕС. 

Согласно объяснений истца, она работала в ООО "Энергосервис" и ООО "Энерготехника" в должности главного бухгалтера, в ООО "Энерготехника" по основному месту работы, в ООО "Энергосервис" по совместительству, ей был установлен режим работы с 08 часов 30 мину до 17 часов 30 минут. Истец утверждала, что она подписывала трудовой договор с ООО "Энерготехника" и ООО "Энергосервис", однако ее экземпляры ей переданы не были. Свою трудовую книжку она передала непосредственно руководителю ООО "Энерготехника" ФИО3 Условия труда, а также трудовую функцию она обсуждала с ФИО3 по организации ООО "Энерготехника" и с ФИО4 по организации ООО "Энергосервис". Со слов ФИО5 она поняла, что именно он является непосредственным руководителем двух организаций. 

В судебном заседании представитель ответчиков ООО "Энерготехника" и ООО "Энергосервис" отрицал заключение трудовых договоров с истцом ФИО1, издания приказов о приеме на работу, а также получение трудовой книжки истца. 

В судебном заседании ФИО1 поясняла, что в ее служебные обязанности входило в ООО «Энерготехника» функции главного бухгалтера: начисление зарплаты, формирование бухгалтерской, налоговой отчетности, взаиморасчеты с поставщиками и подрядчиками, взаиморасчеты с покупателями, учет основных средств, учет товарно-материальных ценностей, учет кассы, учет по движению расчетных счетов. При этом все платежные документы подавались на подпись ФИО5, после чего на основании этих документов осуществляла платежи. В ООО «Энергосервис» выполняла те же функции главного бухгалтера: направляла финансовую отчетность в налоговую инспекцию, в органы статистики, в пенсионный фонд, делала отчет основных ценностей, зарплаты, осуществляла взаиморасчеты с поставщиками и подрядчиками, вела учет основных средств, учет материальных ценностей, учет кассы, учет по движению расчетных счетов.

Оценивая представленные сторонами доказательства в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд приходит к выводу, что совокупностью исследованных в суде доказательств подтверждается, что ФИО1 лично выполняла трудовые обязанности в ООО "Энерготехника" и ООО "Энергосервис" по установленному режиму рабочего времени, она допущена до работы ответчиками, ей предоставлено рабочее место, в период работы она имела доступ к финансовой, бухгалтерской, налоговой документации ответчиков, данные обстоятельства позволяют прийти к выводу о том, что между сторонами сложились трудовые отношения. 

Указанные обстоятельства суд установил из следующих представленных доказательств. 

Согласно представленной ПАО "Челябинвестбанк" заверенной копии трудовой книжки ФИО1 следует, что в трудовой книжке имеется запись о приеме на работу 01.03.2017 года в ООО "Энерготехника" в должности главного бухгалтера приказ № от 01.03.2017 года, имеется подпись генерального директора и печать юридического лица, также имеется указание о том, что ФИО1 работает по настоящее время. Следует отметить, что листы трудовой книжки заверены печатью ООО "Энерготехника" (том 1 л.д. 168-173). 

Ответчик своим правом на оспаривание представленного доказательства (в части подлинности подписи ФИО3 в трудовой книжке о приме на работу), в том числе путем назначения судебной почерковедческой экспертизы, не воспользовался.

В трудовых отношениях работник является более слабой стороной в споре с работодателем, на котором в силу прямого указания закона лежит обязанность по своевременному и надлежащему оформлению трудовых отношений (ст. 68 ТК РФ), что затрудняет или делает невозможным предоставление работником доказательств в обоснование своих требований, в связи с чем он не должен нести ответственность за недобросовестные действия работодателя.

При этом суд учитывает, что Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлениях от 15.03.2005 г. № 3-П, от 25.05.2010 г. № 11-П, Определении от 16.12.2010 г. № 1650-О-О и ряде других актов, неоднократно указывал о том, что при разрешении трудовых споров надлежит учитывать не только экономическую (материальную), но и организационную зависимость работника от работодателя, в распоряжении которого находится или должен находиться основной массив доказательств по делу. Игнорирование данной позиции не согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации и может привести к нарушению прав более слабой стороны в трудовом правоотношении - работника, лишенного возможности представления доказательств.

В связи с чем суд считает возможным принять во внимание запись о приеме на работу ФИО1 в должности главного бухгалтера в ООО "Энерготехника" с 01 марта 2017 года. 

Согласно сведениям ОПФР по Челябинской области за период с 01 марта 2017 года по апрель 2018 года осуществлялись отчисления ООО "Энерготехника" и Энергосервис" на застрахованное лицо ФИО1 (том 1 л.д. 174-175). 

В соответствии с пп. 10 п. 2 ст. 6 ФЗ от 01.04.1996 г. № 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" в общей части индивидуального лицевого счета застрахованного лица указываются периоды трудовой и (или) иной деятельности, включаемые в страховой стаж для назначения трудовой пенсии, а также страховой стаж, связанный с особыми условиями труда, работой в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях.

Согласно пункту 1 статьи 8 Федерального закона от 1 апреля 1996 года № 27-ФЗ, сведения о застрахованных лицах представляются страхователями. Страхователь представляет в соответствующий орган Пенсионного фонда Российской Федерации сведения о всех лицах, работающих у него по трудовому договору, а также заключивших договоры гражданско-правового характера, на вознаграждения по которым в соответствии с законодательством Российской Федерации начисляются страховые взносы, за которых он уплачивает страховые взносы.

Данные сведения, в соответствии с пунктом 2 статьи 9 Федерального закона от 1 апреля 1996 года № 27-ФЗ, страхователь представляет в орган Пенсионного фонда Российской Федерации на гражданина, не имевшего до этого страхового стажа и страхового свидетельства обязательного пенсионного страхования, а также при изменении сведений, содержащихся в индивидуальном лицевом счете работающего у данного страхователя застрахованного лица.

В материалы дела представлена выписка индивидуального лицевого счета застрахованного лица ФИО1, в соответствии с которой за период с 01 марта 2017 года по апрель 2018 года осуществлялись отчисления ООО "Энерготехника" и Энергосервис" на застрахованное лицо ФИО1 (том 1 л.д. 174-175), при этом указанные организации указаны в качестве страхователя истца. 

Следовательно, сведения индивидуального лицевого счета застрахованного лица подтверждают факт трудовых отношений между истцом и ООО «Энерготехника» и ООО «Энергосервис». 

Кроме того, в производстве Металлургического районного суда г. Челябинска рассматривалось гражданское дело по иску ФИО6 к ООО "Энерготехника" и ООО "Энергосервис" об обязании выдать трудовую книжку, взыскании заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации за нарушение сроков выплат при увольнении, компенсации морального вреда. Согласно протоколу судебного заседания от 08.06.2017 года в качестве свидетеля была опрошена ФИО1, которая в присутствии представителей ООО «Энергосервис» и ООО «Энерготехника» сообщала суду, будучи предупрежденной об уголовной ответственности, о том, что является главным бухгалтером ООО "Энерготехника". При этом от представителей ответчиков ООО "Энерготехника" и ООО "Энергосервис" каких либо возражений относительно указанных утверждений ФИО1 не поступило (том 1 л.д. 120-130). При этом ФИО1 также объяснила в судебном заседании, что, давая показания о том, что она не работает в ООО «Энергосервис» следовала указаниям руководства организации, которые просили дать именно такие показания. При этом со стороны ответчика указанные утверждения истца опровергнуты не были. 

О выполнении трудовой функции истца в организациях ответчиков свидетельствуют и иные исследованные в судебном заседании доказательства, содержащиеся в материалах гражданского дела. 

Оценивая представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о наличии трудовых отношений ФИО1 с ООО «Энерготехника» по основному месту работы и ООО «Энергосервис» по совместительству в должности главного бухгалтера.

Суд не может согласиться с доводами представителя ответчика о том, что со стороны ФИО1 нарушен срок обращения в суд с требованиями об установлении факта трудовых отношений и, как следствие, с требованиями о взыскании задолженности по заработной плате, а также о выполнении истцом обязанностей по гражданско-правовому договору. 

Как следует из разъяснений, изложенных в пунктах 17, 18, 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" в целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции. К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 ТК РФ относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату. К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация № 198 о трудовом правоотношении, принятая Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 г.). При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статьей 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 ТК РФ необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям.

Учитывая положения вышеуказанных статей Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, при доказанности допуска работодателем работника к работе доказательства отсутствия трудовых отношений и наличия гражданско-правовых отношений должны быть представлены ответчиком, поскольку в соответствии с частью 3 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Согласно п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

По договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (п. 1 ст. 779 ГК РФ).

По смыслу приведенных норм, договор возмездного оказания услуг заключается для выполнения исполнителем определенного задания заказчика, согласованного сторонами при заключении договора. Целью договора возмездного оказания услуг является не выполнение работы как таковой, а осуществление исполнителем действий или деятельности на основании индивидуально-конкретного задания к оговоренному сроку за обусловленную в договоре плату.

От договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица - работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.

В ходе рассмотрения дела в суде установлен факт допуска истца к работе ООО «Энерготехника» и ООО «Энергосервис» для выполнения ФИО1 трудовых обязанностей главного бухгалтера в офисное помещение ответчика, наличия между ними соглашения о работе истца по графику работы за определенную плату.

Вопреки доводам ответчика об отсутствии доказательств допуска истца к работе уполномоченным работодателем лицом, исполнение работы с ведома или под контролем работодателя, суд приходит к выводу, что допуск истца к работе в ООО «Энерготехника» осуществлен генеральным директором ФИО3, а организации ООО «Эрегосервис» ФИО5, занимающим должность главного инженера. При этом как пояснила истец в судебном заседании именно Каретный Я.М. осуществлял общее руководство обеими организациями. 

Отсутствие трудового договора и приказа о приеме на работу, обязанность по оформлению которых возложена законом на работодателя, не исключает факт наличия между сторонами трудовых отношений, а свидетельствует о неисполнении ответчиком обязанности, предусмотренной трудовым законодательством.

Указание представителя ответчиков на пропуск истцом срока исковой давности в части требований об установлении факта трудовых отношений являются необоснованными. 

Согласно частям 1, 4 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки. При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

Фактически отношения между истцом и ответчиком приобретут статус трудовых после установления их таковыми судом. Срок, предусмотренный статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, для защиты своих трудовых прав истцом не пропущен, так как на основании части 1 статьи 14 Трудового кодекса Российской Федерации течение сроков, с которыми Трудовой кодекс Российской Федерации связывает возникновение трудовых прав и обязанностей, начинается с календарной даты, которой определено начало возникновения указанных прав и обязанностей, то есть срок должен исчисляться с момента установления факта трудовых отношений.

Представленные стороной ответчика договоры подряда от 08 августа 2016 года, заключенный между ФИО1 и ООО «Энергосервис», а также от 12 января 2015 года, заключенный между ФИО1 и ООО «Энерготехника» суд оценивает критически, поскольку они опровергаются совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании. Какие-либо доказательства исполнения договоров подряда со стороны ответчика не представлено. Следует отметить, что представитель ответчика ООО «Энергосервис», ссылался на заключенный договор подряда от 08 августа 2016 года, как на доказательство по гражданскому делу, при этом указанный договор со стороны ООО «Энергосервис» подписан непосредственно ФИО5 (том 1 л.д. 235).

Таким образом суд приходит к выводу об установлении трудовых отношений с 01 марта 2017 года по 04 июня 2018 года между ФИО1 и ООО «Энерготехника» по основному месту работы в должности главного бухгалтера, а также факта трудовых отношений в период с 01 марта 2017 года по 04 июня 2018 года между ФИО1 с ООО «Энергосервис» по совместительству в должности главного бухгалтера. 

При определении даты увольнения ФИО1 из ООО «Энергосервис» и ООО «Энерготехника» суд приходит к выводу, что датой увольнения является 04 июня 2018 года. 

В судебном заседании истец ФИО1 пояснила, что 21 мая 2018 года ею было написано заявление об увольнении из обеих организаций с 03 июня 2018 года, которые были переданы ФИО3 С 03 июня 2018 года она прекратила выполнение трудовых обязанностей в организациях. Указанные заявления также были направлены в адрес ответчиков посредством почтовых отправлений. С учетом того обстоятельства, что указанные заявления имелись у ответчиков, так как их копии были предоставлены в судебном заседании со стороны ответчика, истец выразила свое добровольное волеизъявление на увольнение по собственному желанию, обратившись к работодателю с письменным заявлением об увольнении, которое им не отзывалось, по истечении срока предупреждения к работе не приступала, трудовые отношения сторон подлежат прекращению с 04 июня 2018 года по пункту 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса РФ. 

Учитывая, что представленными истцом доказательствами подтверждается, что трудовая книжка работодателем ООО «Энерготехника» не была выдана ни в день увольнения, ни в последующем, суд приходит к выводу об удовлетворении в этой части исковых требований истца ФИО1 и возложении на ответчика ООО «Энерготехника» выдать ей трудовую книжку. 

Согласно пунктам 14 и 15 Постановления Правительства Российской Федерации от 16 апреля 2003 года № 225 «О трудовых книжках» записи в трудовую книжку о причинах прекращения трудового договора вносятся в точном соответствии с формулировками Трудового кодекса РФ или иного федерального закона. При прекращении трудового договора по основаниям, предусмотренным ст. 77 Трудового кодекса РФ (за исключением случаев расторжения трудового договора по инициативе работодателя и по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон (пункт 4 и 10 этой статьи)) в трудовую книжку вносится запись об увольнении (прекращении трудового договора) со ссылкой на соответствующий пункт части первой указанной статьи. 

В соответствии с пунктом 5. 2 Инструкции по заполнению трудовых книжек, утвержденных постановлением Минтруда России от 10 октября 2003 года № 69, при прекращении трудового договора по основаниям, предусмотренным статей 77 Трудового кодекса РФ (за исключением случаев расторжения трудового договора по инициативе работодателя и по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон (пункт 4 и 10 этой статьи), в трудовую книжку вносится запись об увольнении (прекращении трудового договора) со ссылкой на соответствующий пункт указанной статьи. Например "Уволен по собственному желанию", пункт 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса РФ". 

Суд находит обоснованными требования истца ФИО1 о возложении на ответчика ООО «Энерготехника» обязанности оформить ее увольнение со ссылкой на пункт 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса РФ. 

Разрешая требования истца ФИО1 о взыскании с ответчиков ООО «Энерготехника» и ООО «Энергосервис» задолженности по заработной плате за период апрель 2018 года и май 2018 года, суд приходит к следующему выводу. 

В судебном заседании истец ФИО1 утверждала, что заработная плата за указанный период выплачена не была, при этом размер задолженности по заработной плате составляет в размере 54544 рубля с ООО «Энерготехника» и 25456 рублей с ООО «Энергосервис». 

Представитель ответчика, ссылаясь на отсутствие трудовых отношений с ФИО1, указывал на необоснованность требований истца о взыскании задолженности по заработной плате. 

Однако в судебном заседании установлен факт трудовых отношений ФИО1 как с ООО «Энерготехника», так с ООО «Энергосервис», в связи с отсутствием каких либо доказательств со стороны ответчика о выплате заработной плате истцу ФИО1 в спорный период времени, то указанные требования являются обоснованными. 

При исчислении размера задолженности по заработной плате за апрель и май 2018 года суд не может согласиться с расчетом, представленным истцом. 

В соответствии со сведениями, представленными ОПФР по Челябинской области, которые также не были оспорены истцом ФИО1, заработная плата истца ФИО1 в ООО «Энерготехника» составляла 10580 рублей, в ООО «Энергосервис» составляла 5290 рублей. 

В судебном заседании ФИО1 согласилась с тем, что в соответствии с подписанным трудовым договором ООО «Энерготехника», а также в соответствии с условиями оплаты труда, которые были обговорены с работодателем, составляли с ООО «Энерготехника» 10580 рублей, с ООО «Энергосервис» 5290 рублей. При этом на вопросы суда истец пояснила, что фактически она просит взыскать задолженность по заработной плате за апрель и май 2018 года. 

В связи с тем, что не представлены иные доказательства размера заработной платы, то суд приходит к выводу, что размер заработной платы ФИО1 в ООО «Энерготехника» составлял 10580 рублей 00 копеек, в ООО «Энергосервис» 5290 рублей. 

Соответственно, размер задолженности по заработной плате ООО «Энерготехника» за 01 апрель 2018 года по 31 мая 2019 года составляет 21160 рублей 00 копеек (10580 руб.+10580 руб.), в ООО «Энергосервис» составляет 10580 рублей 00 копеек (5290 руб.+5290 руб.).

Реализация права на отпуск при увольнении работника производится в порядке, предусмотренном статьей 127 ТК РФ, предписывающей, что при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за неиспользованные отпуска. 

Согласно статьей 139 ТК РФ для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления. Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат. При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. Средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев путем деления суммы начисленной заработной платы на 12 и на 29,3 (среднемесячное число календарных дней). 

Учитывая, что истцом не оспаривались сведения, которые были предоставлены ОПФР по Челябинской области о лицевом счете ФИО1, то при исчислении среднего дневного заработка для определения компенсации за неиспользованный отпуск суд считает возможным руководствоваться размером начисленной истцу работодателями заработной платы за отчетный период. 

При этом отчетным периодом в силу требований пункта 4 Положений об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного постановлением Правительства РФ от 24.12.2007 года № 922, следует исчислять 01 июня 2017 года по 31 мая 2018 года. 

Размер среднего дневного заработка истца в ООО «Энерготехника» составляет 360 руб.05 коп. (10580+10580+10784,88+10580+10580+10580+10580+10580+10328,16+10261,83+10580+10580/12/29,3). 

Размер среднего дневного заработка истца в ООО «Энергосервис» составляет 179 руб. 62 коп. (5290+5290+5424,57+5290+5290+5258,33+5290+5290+5179,98+5004,92+5258,33+5290/12/29,3). 

В судебном заседании истец поясняла, что ею было использовано в обеих организациях по 14 дней отпуска, по условиям трудового договора продолжительность отпуска в обеих организациях 28 календарных дней. Таким образом, общий размер отпуска ФИО1 в ООО «Энергосервис» и ООО «Энерготехника» составляет 35 дней (28 дней за период работы с 01.03.2017 года по 28.02.2018 год и 7 дней за период с 01 марта 2018 года по 04.06.2018 года). Соответственно ответчикам следовало выплатить компенсацию за 21 день неиспользованного отпуска. 

Размер компенсации за неиспользованный отпуск подлежащий взысканию с ООО «Энерготехника» составит 7561 рубль 05 коп. (360,05 руб.х21), с ООО «Энергосеривс» составит 3772 рубля 02 коп. (179,62х21). 

В силу статьи 236 Трудового кодекса при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Тогда размер компенсации, подлежащей взысканию с ООО «Энерготехника» в пользу ФИО1 составит 7607 рублей 86 коп., согласно следующему расчету: 

В связи с тем, что работнику ФИО1 была задержана оплата труда в сумме 10580,00 руб., размер компенсации за период: c 01 мая 2018 г. по 4 июня 2018 г. (37 дн.) в сумме 189 руб. 21 коп. (10580,00 руб. х 7.25% х 1/150 х 37 дн.); 

В связи с тем, что ФИО1 была задержана выплата заработной платы в сумме 21160 рублей и компенсации за неиспользованный отпуск в размере 7561 рубль 05 коп. на общую сумму 28721,05 руб., размер компенсации составит 7418 рублей 65 коп.:

- за период: c 5 июня 2018 г. по 16 сентября 2018 г. (104 дн.) в сумме 1 443 руб. 71 коп. (28721,05 руб. х 7,25% х 1/150 х 104 дн.)+ 

- c 17 сентября 2018 г. по 16 декабря 2018 г. (91 дн.) в сумме 1 306 руб. 81 коп. (28721,05 руб. х 7,5% х 1/150 х 91 дн.)+

- c 17 декабря 2018 г. по 16 июня 2019 г. (182 дн.) в сумме 2 700 руб. 74 коп. (28721,05 руб. х 7,75% х 1/150 х 182 дн.)+

- c 17 июня 2019 г. по 28 июля 2019 г. (42 дн.) в сумме 603 руб. 14 коп. (28721,05 руб. х 7,5% х 1/150 х 42 дн.)+

- c 29 июля 2019 г. по 8 сентября 2019 г. (42 дн.) в сумме 583 руб. 04 коп. (28721,05 руб. х 7.25% х 1/150 х 42 дн.)+

- c 9 сентября 2019 г. по 27 октября 2019 г. (49 дн.) в сумме 656 руб. 75 коп. (28721,05 руб. х 7% х 1/150 х 49 дн.)+

c 28 октября 2019 г. по 6 ноября 2019 г. (10 дн.) в сумме 124 руб. 46 коп. (28721,05 руб. х 6,5% х 1/150 х 10 дн.). 

Общий размер компенсации составит 7607 рублей 86 коп. (7418,65+189,21). 

Размер компенсации, подлежащей взысканию с ООО «Энергосервис» в пользу ФИО1 составит 3801 рубль 73 коп., согласно следующему расчету: 

В связи с тем, что ФИО1 была задержана заработная плата за апрель 2018 года в сумме 5290,00 руб., размер компенсация за период c 01 мая 2018 г. по 4 июня 2018 г. (37 дн.) в сумме 94 руб. 60 коп. (5290,00 руб. х 7.25% х 1/150 х 37 дн.).

В связи с тем, что ФИО1 была задержана выплата заработной платы в сумме 10580 рублей и компенсации за неиспользованный отпуск в размере 3772 рубля 02 коп. на общую сумму 14352,02 руб., размер компенсации составит 3707 рублей 13 коп.:

- c 5 июня 2018 г. по 16 сентября 2018 г. (104 дн.) в сумме 721 руб. 43 коп. (14352,02 руб. х 7,25% х 1/150 х 104 дн.)+

- c 17 сентября 2018 г. по 16 декабря 2018 г. (91 дн.) в сумме 653 руб. 02 коп. (14352,02 руб. х 7,5% х 1/150 х 91 дн.)+

- c 17 декабря 2018 г. по 16 июня 2019 г. (182 дн.) в сумме 1 349 руб. 57 коп. (14352,02 руб. х 7,75% х 1/150 х 182 дн.)+

- c 17 июня 2019 г. по 28 июля 2019 г. (42 дн.) в сумме 301 руб. 39 коп. (14352,02 руб. х 7,5% х 1/150 х 42 дн.)+

- c 29 июля 2019 г. по 8 сентября 2019 г. (42 дн.) в сумме 291 руб. 35 коп. (14352,02 руб. х 7,25% х 1/150 х 42 дн.)+

- c 9 сентября 2019 г. по 27 октября 2019 г. (49 дн.) в сумме 328 руб. 18 коп. (14352,02 руб. х 7% х 1/150 х 49 дн.)+

- c 28 октября 2019 г. по 6 ноября 2019 г. (10 дн.) в сумме 62 руб. 19 коп. (14352,02 руб. х 6,5% х 1/150 х 10 дн.). 

Общий размер компенсации составит 3801 рубль 73 коп. (3707,13+94,60). 

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействиями работодателя, возмещаются работнику в денежной форме в размерах, определенных соглашением сторон трудового договора. 

Кроме того, суд принимает во внимание правовую позицию, изложенную в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии с которой, учитывая, что ТК РФ не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 ТК вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Заявленную истцом компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей с каждого ответчика суд находит обоснованной. Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает наличие самого факта невыплаты ответчиком заработной платы, длительность периода невыплаты таковой и вынужденность истца вследствие неправомерных действий ответчиков обращаться за защитой своих прав в суд. С учетом изложенного суд полагает, что указанный размер компенсации морального вреда является разумным, справедливым.

При этом суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований истца о взыскании с ООО «Энерготехника» компенсации за задержку выдачи трудовой книжки по следующим основаниям. 

В соответствии со ст. 234 Трудового кодекса РФ предусмотрена материальная ответственность работодателя в виде возмещения работнику не полученного им заработка вследствие незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность работодателя в частности, наступает в случае, если заработок не получен в результате задержки выдачи работнику трудовой книжки. 

Из содержания указанной нормы права следует, что для удовлетворения требований работника о взыскании с работодателя неполученного заработка за время вынужденного удержания работодателем трудовой книжки работника необходимо установить не только факт задержки выдачи трудовой книжки работодателем работнику, но и установить, что такая задержка лишила работника возможности трудиться. Только совокупность всех этих условий дает основания для применения указанного способа защиты права на основании статьи 234 ТК РФ. 

Как предусмотрено ст. 65 Трудового кодекса РФ, в случае отсутствия у лица, поступающего на работу трудовой книжки, в связи с утратой, повреждением или по иной причине, работодатель обязан по письменному заявлению этого лица (с указанием причины отсутствия трудовой книжки) оформить новую трудовую книжку. 

В соответствии со ст.ст. 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон, как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

Между тем истцом не представлено достоверных и достаточных доказательств, свидетельствующих о нарушении ее права на трудоустройство в связи с отсутствием у нее трудовой книжки. 

В связи с чем оснований для удовлетворения исковых требований в указанной части не имеется. 

Также суд не усматривает оснований для присуждения в пользу ФИО1 на случай неисполнения ООО «Энерготехника» и ООО «Энергосервис» решения суда денежную сумму в размере 100 рублей в день, начиная со дня, следующего за днем окончания установленного судом срока для исполнения данного решения. 

В соответствии с п. 1 ст. 308.3 ГК РФ в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства. Суд по требованию кредитора вправе присудить в его пользу денежную сумму (пункт 1 статьи 330) на случай неисполнения указанного судебного акта в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1).

В абз. 2 п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" разъяснено, что указанная в п. 1 ст. 308.3 ГК РФ судебная неустойка может быть присуждена только на случай неисполнения гражданско-правовых обязанностей, она не может быть установлена по спорам административного характера, рассматриваемым в порядке административного судопроизводства и главы 24 АПК РФ, при разрешении трудовых, пенсионных и семейных споров, вытекающих из личных неимущественных отношений между членами семьи, а также споров, связанных с социальной поддержкой.

В связи с чем оснований для взыскания судебной неустойки с ответчиков не имеется. 

В соответствии с ч.1 ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истцом ФИО1 в материалы дела представлен договор на оказание юридических услуг от 08 апреля 2019 года, заключенный между ФИО1 и ФИО7, предметом которого является оказание комплекса юридических и представительских услуг по представлению интересов заказчика в рамках настоящего гражданского дела. Стоимость услуг по договору определена сторонами на сумму 20000 руб., которые переданы по акту приема-передачи денежных средств исполнителю ФИО7 (л.д. 18-20).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 17 июля 2007 года № 382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 100 ГПК Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. Вместе с тем, вынося мотивированное решение об изменении размера сумм, взыскиваемых в возмещение расходов по оплате услуг представителя, суд не вправе уменьшать его произвольно, тем более, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Учитывая вышеприведенные требования гражданского процессуального законодательства, связанные с возмещением судебных расходов, а также обстоятельства настоящего гражданского дела, в частности степень сложности данного дела, объема работы, выполненной представителем истца, который участвовал в судебных заседаниях, и, исходя из требований разумности и справедливости, судья считает возможным удовлетворить требования истца частично и взыскать расходы в пользу истца ФИО1 в размере 9000 рублей с ООО "Энерготехника" и 6000 рублей с ООО "Энергосервис".

На основании ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ с ответчиков в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина от уплаты которой осовбожден истец, с ответчика ООО «Энерготехника» в сумме 1589 рублей, с ООО «Энергосервис» в сумме 1026 рублей 00 копеек. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично. 

Установить факт трудовых отношений в период с 01 марта 2017 года по 04 июня 2018 года между ФИО1 и ООО "Энерготехника" (ИНН №) по основному месту работы в должности главного бухгалтера. 

Возложить на ООО "Энерготехника" (ИНН №) обязанность оформить увольнение ФИО1 по пункту 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса РФ с 04 июня 2018 года, выдать ФИО1 трудовую книжку в течение 10 дней со дня вступления решения суда в законную силу. 

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "Энерготехника" (ИНН №) в пользу ФИО1 заработную плату в размере 21160 (двадцать одна тысяча сто шестьдесят) рублей, компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 7561 (семь тысяч пятьсот шестьдесят один) рубль 05 копеек, компенсацию за нарушение срока выплаты заработной платы и проведения расчета при увольнении в размере 7607 (семь тысяч шестьсот семь) рублей 86 коп., компенсацию морального вреда в размере 5000 (пять тысяч) рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 9000 (девять тысяч) рублей. 

Установить факт трудовых отношений в период с 01 марта 2017 года по 04 июня 2018 года между ФИО1 и ООО "Энергосервис" (ИНН №) по совместительству в должности главного бухгалтера. 

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "Энергосервис" (ИНН №) в пользу ФИО1 заработную плату в размере 10580 (десять тысяч пятьсот восемьдесят) рублей, компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 3772 (три тысячи семьсот семьдесят два) рубля 02 коп., компенсацию за нарушение срока выплаты заработной платы и проведения расчета при увольнении в размере 3801 (три тысячи восемьсот один) рубль 73 коп., компенсацию морального вреда в размере 5000 (пять тысяч) рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 6000 (шесть тысяч) рублей. 

В остальной части исковых требований ФИО1 отказать. 

Взыскать с ООО «Энерготехника» в доход местного бюджета расходы по оплате государственной пошлины в размере 1589 рублей 00 копеек.

Взыскать с ООО "Энергосервис" в доход местного бюджета расходы по оплате государственной пошлины в размере 1026 рублей 00 копеек. 

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд, путем подачи апелляционной жалобы через Сосновский районный суд Челябинской области, в течение одного месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Судья: 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> Е.В. Самусенко