УИД 86RS0014-01-2024-001524-38

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 февраля 2025 г. г. Урай

Урайский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа — Югры в составе:

председательствующего судьи Бегининой О.А.,

при секретаре Гайнетдиновой А.К.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-75/2025 по иску ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации, Министерству Финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с вышеназванным иском. Требования мотивированы тем, что в период с ДД.ММ.ГГГГ в виду производства по уголовным делам он содержался в ИВС ОМВД России по г. Ураю он содержался в ИВС ОМВД России по г. Ураю. В период содержания ему причинены мучения и страдания, которые выражались в том, что камеры, не соответствовали санитарной норме в размере 4 кв.м. на человека. Окна в камере маленькие, вследствие чего не хватало солнечного света, окна плотно не закрывались, продували, в камерах было сыро, постоянно происходил прорыв канализации, из-за чего было невозможно дышать. В камере № отсутствует точка радиовещания, нет холодильника и телевизора. За весь период нахождения в ИВС не выдавались средства гигиены, не разносили кипяток. Санитарный узел установлен с нарушением норм приватности, при помывке пропадала холодная вода, происходили ожоги. Не выдавали канцелярские принадлежности. Камеры не оборудованы столами, приходилось принимать пищу на скамьях. Не соблюдались санитарные нормы и нормы пожарной безопасности. В период содержания истец ни разу не выдавалась положенная терапия, 

<

данные изъяты>, прием данных лекарственных средств жизненно необходим ежедневно, и не предусматривает перерывов в лечении. 

Просил взыскать с Российской Федерации, за которое действует Министерство Финансов Российской Федерации в лице казначейства Российской Федерации по ХМАО – Югре денежную компенсацию в размере 200000 рублей. 

В судебном заседании истец на удовлетворении иска настаивал в полном объеме, по доводам, изложенным в иске. 

В судебном заседании представитель ответчика - Министерства внутренних дел Российской Федерации ФИО2, действующая на основании доверенности возражала против удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в возражении. 

Представитель казначейства Российской Федерации в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения административного дела извещен надлежащим образом, в письменных возражениях просил отказать в удовлетворении иска, ссылаясь на то, что являются ненадлежащими ответчиками. 

Привлеченные к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно перемета спора на стороне ответчика - ГУФСИН России по Свердловской области, ГУФСИН России по Тюменской области о дате и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомили, письменных возражений не направили, об отложении не просили. 

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассмотрел дело в отсутствие не явившихся лиц. 

Суд, выслушав объяснения сторон, исследовав материалы дела, приходит к следующему. 

В соответствии с ч. 1 ст. 33.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при обращении в суд с заявлением, содержащим несколько связанных между собой требований, из которых одни подлежат рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства, другие - в порядке административного судопроизводства, если разделение требований невозможно, дело подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства.

Учитывая, что ФИО1 обосновывает свои требования, в том числе и тем, что бездействиями ответчика были нарушены его неимущественные права, в частности право на охрану здоровья и медицинскую помощь, в период содержания истцу не выдавалась положенная терапия, прием лекарственных средств жизненно необходим ежедневно, дело рассмотрено в порядке гражданского судопроизводства. 

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Статьей 21 Конституции Российской Федерации установлено, что достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Частью 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации определено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Согласно ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу ст. ст. 150 - 151, 1100 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права (жизнь и здоровье), суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Правовой статус подозреваемых и обвиняемых определяется ст. 6 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», в соответствии с которой подозреваемые и обвиняемые пользуются правами и свободами и несут обязанности, установленные для граждан Российской Федерации, с ограничениями, предусмотренными данным законом и иными федеральными законам.

Согласно ст. 4 Федерального закона №103-ФЗ содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В соответствии со ст. 9 Федерального закона № 103-ФЗ изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел и пограничных органов федеральной службы безопасности предназначены для содержания под стражей задержанных по подозрению в совершении преступлений. В изоляторах временного содержания в случаях, предусмотренных УПК РФ, могут временно содержаться подозреваемые и обвиняемые, в отношении которых в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу.

Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденными Приказом МВД РФ от 22.11.2005 № 950, установлено, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, пожарной безопасности, нормам санитарной площади в камере на одного человека, установленным Федеральным законом.

Подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место, бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров, что предусмотрено ст.23 Федерального закона № 103-ФЗ.

В судебном заседании установлено, что истец ФИО1 содержался в ИВС ОМВД России по г. Ураю, с периодичной отправкой в ФКУ СИЗО №1 ГУФСИН России по г. Ураю, в следующие периоды с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается справкой начальника ИВС ОМВД России по г. Ураю ХМАО – Югры (том – 3 л.д. 52 – 126, том – 3 л.д. 52 – 61). 

Как следует из акта, составленного от ДД.ММ.ГГГГ комиссией в составе Врио начальника ИВС по ОМВД России по г. Ураю майором полиции ФИО3, дежурным ИВС ОМВД России по г. Ураю лейтенантом полиции ФИО4, помощником дежурного ИВС ОМВД России по г. Ураю старшим сержантом полиции ФИО5, было проведено обследование камер изолятора временного содержания подозреваемых и обвиняемых ОМВД России по г. Ураю, в ходе которого установила: для содержания подозреваемых и обвиняемых, административно арестованных имеются: четыре камеры, из которых: камера №, четырехместная, площадью 12,3 кв.м.; камера №, четырехместная, площадью 12,5 кв.м.; камера №, четырехместная, площадью 12,5 кв.м.; камера №, четырехместная, площадью 12,9 кв.м.; Общая площадь всех камер составляет 50,2 кв.м., лимит мест - 16. Каждая камера оборудована: 2 двухъярусными металлическими кроватями, столом со скамьей (расстояние до санитарного узла 1,5 м), санитарным узлом (необходимые требования приватности соблюдены, высота перегородки 1,2 м.), кран с водопроводной водой (подключена холодная вода), два шкафа для хранения индивидуальных принадлежностей и продуктов в наличии, пять вешалок для верхней одежды, полка для туалетных принадлежностей. Воздухообмен в камерах осуществляется за счет системы вентиляции и состоит из двух магистралей. Радио динамик отсутствует (имеется 2 радиоточки в камерном блоке). Естественное освещение в соответствии с санитарными нормами доступно, два оконных проема в камере размером 0,5x1,2м, на высоте 1,8 м от уровня пола, форточки в наличие, исправны, лампы освещения установлены на стенах над дверьми камер. Кнопка вызывной сигнализации в камере, включение которой регистрируется на концентраторе на посту у камер и сопровождается звуковым или световым сигналом. Стены покрашены водоэмульсионной краской. Нагревательные приборы системы отопления в наличии, размещены под окнами, прикреплены наглухо к стене. В каждой камере в углу на потолке, установлена камера видеонаблюдения (в зону камеры видеонаблюдения не попадает санитарный узел). Каждая камера оборудована 2 дверьми, толщиной 5 см, выполнена из листового железа толщиной 2 мм. Закрываются на накладной замок коробчатого типа. Имеются окна для раздачи пищи. Оборудованы смотровыми глазками с размерами отверстий 5 см., оборудованы оргстеклом, со стороны коридора закрываются металлической крышкой вращающейся на штыре. Со стороны коридора изготовлены ограничители открывания дверей (том – 2 л.д. 171 – 202). 

Согласно п. 3.2 «СП 60.13330.2016. Свод правил. Отопление, вентиляция и кондиционирование воздуха. Актуализированная редакция СНиП 41-01-2003», утвержденного приказом Минстроя России от 16.12.2016 № 968/пр, под вентиляцией понимается организация естественного или искусственного обмена воздуха в помещениях для удаления избытков теплоты, влаги, вредных и других веществ с целью обеспечения допустимого микроклимата и качества воздуха в обслуживаемой или рабочей зонах.

Допустимое качество воздуха определяется как состав воздуха в помещении, при котором при длительном и систематическом воздействии на человека обеспечивается допустимое состояние организма человека (ГОСТ 30494).

В силу п. 6.1.2 «СП 336.1325800.2017. Свод правил. Системы вентиляции и кондиционирования воздуха. Правила эксплуатации», утвержденного приказом Минстроя России от 15.09.2017 № 1222/пр, по способу подачи и удаления воздуха в помещения зданий (сооружений) различают системы с естественной вентиляцией, механической (с механическим побуждением), смешанные (комбинированные) системы: при естественной вентиляции воздухообмен между улицей и помещениями происходит за счет естественной разности давлений через неплотности ограждающих конструкций, оконные и дверные проемы (неорганизованная система) или специально устроенные регулируемые вентиляционные проемы (организованная система); при механической вентиляции воздухообмен между улицей и помещениями происходит за счет разности давлений, создаваемой с помощью специального оборудования; при смешанной системе: механический приток - естественная вентиляция; естественный приток - механическая вентиляция.

Вентиляцию с механическим побуждением следует предусматривать: а) если параметры микроклимата и качество воздуха не обеспечиваются вентиляцией с естественным побуждением в течение года; б) для помещений и зон без естественного проветривания, на что указано в п. 7.1.3 «СП 60.13330.2016. Свод правил. Отопление, вентиляция и кондиционирование воздуха. Актуализированная редакция СНиП 41-01-2003», утвержденного приказом Минстроя России от 16.12.2016№ 968/пр.

Как установлено в судебном заседании, в камерных помещениях, где содержался, доступ в указанные камеры дневного света осуществлялся через два окна, размером 0,5x1,2м, на высоте 1,8 м от уровня пола, количество и размер оконных проемов соответствуют установленным требованиям проектирования. Лампы освещения установлены на стенах над дверьми камер - отдельно работает дневное и ночное освещение (том – 3 л.д. 110). Площадь оконных проемов составляет 1,2 кв.м. На каждом оконном проеме установлена стационарная решетка. В камерах все оконные проемы находятся в застекленном состоянии. На окнах отсутствуют предметы препятствующие проникновению в камерные помещения дневного света. По убеждению суда, истец не был ограничен в возможности открывать форточку по необходимости. Иного судом не установлено (том - 2 л.д. 170 – 201).

Кроме того, судом установлено, что в ИВС ОМВД России по г. Ураю для проведения прогулок на охраняемой территории оборудован специальный прогулочный двор. На прогулочном дворе отсутствуют скопления мусора. Участки сетки, засыпанные листвой, не препятствуют поступлению дневного света, а также свежего воздуха. В период нахождения в ИВС ОМВД России по г. Урай истец регулярно выводился на утреннюю прогулку продолжительностью 1 час (том – 3 л.д. 139 – 142, том – 3 л.д. 62 – 127).

Согласно п. 2.7 Санитарно-эпидемиологических требований к эксплуатации помещений, зданий, сооружений, оборудования и транспорта, а также условиям деятельности хозяйствующих субъектов, осуществляющих продажу товаров, выполнение работ или оказание услуг, утвержденных Постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 24.12.2020 № 44, покрытия пола и стен помещений, используемых хозяйствующими субъектами, не должны иметь дефектов и повреждений, следов протеканий и признаков поражений грибком и должны быть устойчивыми к уборке влажным способом с применением моющих и дезинфицирующих средств.

В судебном заседании установлено, что все камеры окрашены масляной краской светлых тонов, потолок водоэмульсионной краской, пол покрыт деревянными досками. Отопительные приборы в исправном состоянии, без видимых следов протечек. В камерах чисто, напольное покрытие сухое, видимых дефектов, повреждений, следов протекания и признаков поражений грибком не имеется. Журнал санитарного содержания ИВД ОМВД России по г. Урай ведется регулярно. Вентиляция естественная, осуществляется путем проветривания через проемы. Искусственная вентиляция представлена вытяжной вентиляцией с механическим побуждением. 

В камерах ИВС ОМВД России по г. Ураю ХМАО – Югры имеется 2 оконных проема размером 0,5x1,2м, на высоте 1,8 м от уровня пола, оборудованы для вентиляции форточками п. 17.12 СП 12-95 от 01.07.1995, что обеспечивает естественное проветривание. 

Ежегодно ответчиком заключаются государственные контракты по оказанию услуг по аварийно - диспетчерскому, техническому обслуживанию ремонту систем энергоснабжения, инженерных систем (том – 2 л.д. 51 – 146). 

Данные факты также подтверждаются материалами дела, в частности справкой от 26.04.2022 ФКУЗ «МСЧ МВД России по ХМАО – Югре» о проведении мероприятий по санитарно-эпидемиологическому обследованию», фотоматериалами, бракеражными журналами, журналом регистрации времени, отработанного бактерицидными лампами в камерах, журналом санитарного состояния ИВС, договорами, заключенными с ЦХиСО УМВД России по г. Ураю, журналами санитарного состояния (том – 3 л.д. 139-142, том - 2 л.д. 170 – 201, том – 2 л.д. 212 – 215, том – 2 л.д. 218-223, том – 2 л.д. 227 – 231). 

Таким образом, в судебном заседании не нашли своего подтверждения доводы истца о недостаточности освещения, неисправной работы канализации, перебоев в подачи воды, о несоблюдении санитарных норм. 

Доводы истца о нарушении правил пожарной безопасности суд находит несостоятельными, действительно, 16.05.2023 на имя начальника ОМВД России по г. Ураю было внесено представление об устранении нарушений закона, в том числе, и в части касающейся пожарной безопасности, между тем, данные нарушения касаются отсутствия предусмотренной положениями ФЗ «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности» от 22.08.20228 № 123 – ФЗ необходимой документации (том – 3 л.д. 194 – 206, том – 2 л.д. 147 – 152).

Факт получения истцом ожогов при помывке, в связи с перепадом температур опровергается материалами дела, представленные ответчиком журнал обращений за медицинской помощью и журнал вызова неотложной помощи ИВС ОМВД России по г. Ураю, за период содержания истца в рассматриваемый период не содержат сведений об оказании ФИО1 медицинской помощи, связанной с получением ожогов (том – 3 л.д. 1 –12, 144 – 149, том – 2 л.д. 232 – 249). 

Из материалов дела также не следует, что истец извещал ИВС ОМВД России по г. Ураю о неисправности системы вентиляции, порыва канализации, перепадов температуры воды при помывке, в камерах, в которых он содержался в период нахождения в указанном учреждении (том – 1 л.д. 51 – 221, том – 2 л.д. 1 – 44, том – 3 л.д.13 – 37).

Проверяя довод административного истца об отсутствии зоны приватности, суд исходит из следующего. 

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, в том числе в определениях от 16.02.2006 № 63-О, от 20.03.2008 № 162-О-О, от 23.03.2010 № 369-О-О, от 19.10.2010 № 1393-О-О и от 23.04.2013 № 688-О, применение к лицу, совершившему преступление, наказания в виде лишения свободы, имея целью защиту интересов государства, общества и его членов, предполагает изменение привычного уклада жизни осужденного, его отношений с окружающими и оказание на него определенного морально-психологического воздействия, чем затрагиваются его права и свободы как гражданина и изменяется его статус как личности; в любом случае лицо, совершающее умышленное преступление, должно предполагать, что в результате оно может быть лишено свободы и ограничено в правах и свободах, т.е. такое лицо сознательно обрекает себя и своих близких на ограничения, в том числе в правах на общение с членами семьи, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну.

В соответствии с инструкцией по проектированию объектов органов внутренних дел МВД России (СП 12-95 от 01.07.1995), носящей рекомендательный характер, все камеры оборудованы санузлами, которые размещены в отдельных кабинках с перегородкой высотой более одного метра от пола санитарного узла (1,2 м.), которая полностью отсекает санузел от жилой секции и имеет режим приватности. В зону камеры видеонаблюдения не попадает санитарный узел. Размещение же санузла напротив смотрового глазка не свидетельствует о нарушении правил, и связано с режимом объекта и контингента. При этом, суд критически суд относится к доводам истца о том, что в камерах в период его содержания от санузла шел неприятный запах, отчего принимать пищу было неприятно, поскольку как установлено судом принудительная приточная и вытяжная вентиляции находились в исправном состоянии, что истцом не опровергнуто.

Как закреплено в ст. 23 Федерального закона № 103-ФЗ, подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности; подозреваемым и обвиняемым бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин).

Согласно п. 43 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утв. приказом МВД России от 22.11.2005 № 950, подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования: спальным местом; постельными принадлежностями: матрацем, подушкой, одеялом; постельным бельем: двумя простынями, наволочкой; полотенцем; столовой посудой и столовыми приборами на время приема пищи: миской, кружкой, ложкой. Указанное имущество выдается бесплатно во временное пользование. 

Из представленных материалов дела следует, что истцу своевременно выдавались необходимые постельные и гигиенические принадлежности, которые закупались в достаточном количестве, что подтверждается договорами поставки сводными актами оказанных услуг, государственными контрактами, книгами учета вещевого имущества, выдаваемого во временное пользование по ИВС ОМВД России по г. Ураю ХМАО – Югры (том – 2 л.д. 51 – 58, том – 2 л.д. 203 – 211, том – 2 л.д. 225 – 226). 

Вопреки доводу истца, камеры ИВС ОМВД России по г. Ураю в соответствии с п. 45 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных приказом МВД России от 22.11.2005 № 950 оборудованы столом и скамейками по лимиту мест в камере. Оборудование камер ИВС, холодильниками, тепловентиляторами не предусмотрено.

Доводы истца о допущенных ответчиком нарушениях условий его содержания под стражей в связи с отсутствием в камерах радиоточек, не могут быть приняты во внимание, исходя из следующего. 

В соответствии с п. 45 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных приказом МВД России от 22.11.2005 № 950 камеры ИВС оборудуются радиодинамиком для вещания общегосударственной программы. 

В судебном заседании установлено, что в камеры, в которых содержался истец в заявленный период не оборудованы радиодинамиком для вещания общегосударственной программы, между тем, камерный блок оборудован динамиком, следовательно, радиовещание обеспечивалось за счет громкоговорящей связи, следовательно, допущенное отклонение, от установленных условий принудительного содержания в ИВС не является существенным отклонением от установленных требований. 

Кроме того, предусмотренное п. 45 Правил оборудование камер ИВС, утвержденных приказом МВД России от 22.11.2005 № 950 где подозреваемые и обвиняемые находятся кратковременно, не может рассматриваться как противоречащее Федеральному закону «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», нормами которого не установлен обязательный перечень предметов, которыми оборудуются камеры в местах содержания под стражей, что отражено в решении Верховного суда Российской Федерации от 19.04.2019 № АКПИ19-100. 

В соответствии со ст.41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Согласно ст.24 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» оказание медицинской помощи и обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия в местах содержания под стражей организуются в соответствии с законодательством в сфере охраны здоровья. Администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых.

Порядок оказания медицинской, в том числе психиатрической, помощи подозреваемым и обвиняемым, а также порядок их содержания в медицинских организациях и привлечения к их обслуживанию медицинских работников этих организаций определяются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения, федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, федеральным органом исполнительной власти в области обеспечения безопасности и федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел. 

При ухудшении состояния здоровья подозреваемого или обвиняемого сотрудники мест содержания под стражей безотлагательно принимают меры для организации оказания подозреваемому или обвиняемому медицинской помощи. 

В силу ч. 1 ст. 26 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» лица, задержанные, заключенные под стражу, отбывающие наказание в виде ограничения свободы, ареста, лишения свободы либо административного ареста, имеют право на оказание медицинской помощи, в том числе в необходимых случаях в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, в соответствии с законодательством Российской Федерации. 

Приказом Минюста России от 28.12.2017 № 285 утвержден Порядок организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы. 

На основании положений п. 2 Порядка № 285 оказание медицинской помощи лицам, заключенным под стражу, или осужденным осуществляется структурными подразделениями (филиалами) медицинских организаций, подведомственных ФСИН России, и СИЗО уголовно-исполнительной системы, подчиненных непосредственно ФСИН России, а при невозможности оказания медицинской помощи в медицинских организациях уголовно-исполнительной системы - в иных медицинских организациях государственной и муниципальной системы здравоохранения.

К структурным подразделениям (филиалам) медицинских организаций уголовно-исполнительной системы, оказывающим медицинскую помощь лицам, заключенным под стражу, или осужденным, в СИЗО, в учреждениях уголовно-исполнительной системы, лечебно-профилактических учреждениях, лечебных исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы, относятся медицинские части (здравпункты), больницы, в том числе специализированные (психиатрические, туберкулезные), дома ребенка. 

В силу указания п. 43 Порядка оказания медицинской помощи № 285 при наличии медицинских показаний к непрерывному приему лекарственных препаратов при перемещении лиц, заключенных под стражу, или осужденных они обеспечиваются необходимыми лекарственными препаратами и медицинскими изделиями на весь период следования. 

Лекарственные препараты и медицинские изделия, необходимые для продолжения лечения, передаются начальнику караула по конвоированию или сопровождающему медицинскому работнику. 

Приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации и Министерства здравоохранения Российской Федерации от 31.12.1999 № 1115/475 утверждена Инструкция о порядке медико-санитарного обеспечения лиц, содержащихся в изоляторах временного содержания органов внутренних дел. 

Согласно п.21 Инструкции лица, поступившие в изоляторы временного содержания из учреждений уголовно-исполнительной системы, а также осужденные к лишению свободы, обеспечиваются медицинской помощью (кроме скорой) в медицинских учреждениях уголовно-исполнительной системы.

О результатах медицинского обследования и характере оказанной медицинской помощи нуждавшимся из этой категории лиц производятся необходимые записи в медицинской документации, находящейся в их личном деле. 

Следовательно, обязанность медицинского обеспечения лиц, содержащихся в следственных изоляторах, возлагается на медицинские части следственных изоляторов, которые проводят медицинский осмотр лица перед отправкой его из следственного изолятора, оценивают состояние здоровья и определяют возможность этапирования, п.21 Инструкции правомерно предусматривает таким лицам, поступившим в изолятор временного содержания, оказание только скорой (неотложной) медицинской помощи. Указанная правовая позиция выражена Верховным Судом Российской Федерации в определении от 06.11.2011 № КАС11-506. 

В судебном заседании установлено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ и по настоящее время ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области, ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Тюменской области, ФКУ ИК – 25 УФСИН России. 

Из ответа на запрос следует, что ФИО1 прибыл в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области ДД.ММ.ГГГГ. По прибытию осмотрен дежурным фельдшером, состояние удовлетворительное, телесных повреждений нет, в экстренной и неотложной медицинской помощи не нуждался. Согласно имеющейся медицинской документации, был поставлен на диспансерный учет по диагнозу 

<

данные изъяты>). ФИО1 убывал из учреждения в ИВС г.Урая. ХМАО-Югры ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ. При убытии, лекарственные препараты, необходимые для продолжения лечения на весь период следования, передавались начальнику караула по конвоированию. На передачу лекарственных препаратов составлялись акты, которые представлены в материалы дела (том – 4 л.д. 141 – 142). 

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец содержался в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России. За период пребывания наблюдался в филиале «Медицинская часть № 8» ФКУЗ МСЧ-72 ФСИН России, находился на диспансерном учете у врача - инфекциониста, получал постоянное лечение (APT). При убытии из учреждения в изолятор временного содержания ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ сотрудникам отдела по конвоированию передавались необходимые ФИО1 медикаменты в расчете на 10 календарных дней. К ответу приложена выписка из журнала, из которой следует, что ДД.ММ.ГГГГ истцом получены лекарственные препараты лично, данное обстоятельство не оспаривалось в ходе рассмотрения дела ФИО1 (том – 4 л.д. 170 – 173). 

По сведениям отдела специального учёта ГУ ФСИН России по Свердловской области обвиняемый ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-1 ГУ ФСИН России по Свердловской области в периоды: 24.10 - ДД.ММ.ГГГГ, 05.11 - ДД.ММ.ГГГГ, 29.11 - ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ - ДД.ММ.ГГГГ, 30.01 - ДД.ММ.ГГГГ, 18.02 - ДД.ММ.ГГГГ, 08.03 - ДД.ММ.ГГГГ. Согласно имеющейся медицинской документации филиала «Медицинская часть № 1» ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России (дислокация СИЗО-1) ФИО1 в 2021, 2022 в период нахождения в СИЗО-1 на прием к дежурному фельдшеру (терапевту) за медицинской помощью не обращался. Так же заявлений, обращений от ФИО1 об имеющемся диагнозе «

<

данные изъяты> и приеме препаратов 

<

данные изъяты> в филиал «Медицинская часть № 1», СИЗО-1 не поступало. Личное дело с медицинской документацией на период этапирования не вскрывалось, что следует из ответа ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России (том – 4 л.д. 144). 

Согласно выписке из медицинской карты ФИО1 следует, что истец содержится в ФКУ ИК-25 с ДД.ММ.ГГГГ. Первичный осмотр терапевта ДД.ММ.ГГГГ диагноз: 

<

данные изъяты> Осужденный прибыл в учреждение с 

<

данные изъяты> на 10 дней. В амбулаторной карте отметок о выдаче 

<

данные изъяты> на момент этапирования (путь следования до ФКУ ИК-25 ГУФСИН России по Челябинской области) осужденного и кому выдавались, нет. В настоящее время осужденный получает 

<

данные изъяты> терапию в полном объеме (том – 3 л.д. 175–176, том – 4 л.д. 172). 

Сопоставляя период убытия истца из следственных изоляторов, где он содержался в ИВС ОМВД России по г. Ураю, можно сделать вывод о том, что в большинстве случаев, время его этапирования и нахождения в ИВС ОМВД России по г. Ураю значительно превышало 10 календарных дней. 

С учетом конституционного права на охрану здоровья и медицинскую помощь качество необходимого медицинского обслуживания, предоставляемого в местах принудительного содержания, должно быть надлежащего уровня с учетом режима мест принудительного содержания и соответствовать порядкам оказания медицинской помощи, обязательным для исполнения на адрес всеми медицинскими организациями, и стандартам медицинской помощи (ст.41 Конституции Российской Федерации, ст.4, ч.2,4 и 7 ст.26, ч.1 ст.37, ч.1 ст.80 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Имеет значение, в частности, доступность такого обслуживания (обеспеченность лекарственными препаратами с надлежащими сроками годности), своевременность, правильность диагностики, тождественность оказания медицинской помощи состоянию здоровья, лечебную и профилактическую направленность, последовательность, регулярность и непрерывность лечения. Само по себе состояние здоровья лишенного свободы лица не может свидетельствовать о качестве оказываемой ему медицинской помощи.

Как установлено судом, подтверждено материалами дела, при поступлении в ИВС ОМВД России по г. Урай и убытии регулярно проводились медицинские осмотры ФИО1, жалоб на состояние здоровья истец не предъявлял. 

Судом установлено, что при ухудшении состояния здоровья истца сотрудниками ИВС ОМВД России г.Ураю принимались меры для организации оказания медицинской помощи, так ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ была вызвана скорая медицинская помощь, в связи с полученными травмами, общим заболеванием, также в ИВС ОМВД России по г. Ураю истцу ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ выданы лекарственные препараты в связи с вирусным заболеванием (том – 3 л.д. 1 – 12, том – 3 л.д. 144 – 149, том – 2 л.д. 232 – 249).

Из ответа БУ ХМАО «Урайская городская клиническая больница» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что на учете врача – инфекциониста истец не состоит, антиретровирусную терапию не получал (том – 3 л.д. 173 – 174).

Оценив доказательства в их совокупности и принимая во внимание, что обязанность медицинского обеспечения лиц, содержащихся в следственных изоляторах, возлагается на медицинские части следственных изоляторов, учитывая, что в судебном заседании не установлено, обстоятельств того, что в рассматриваемый период в ИВС ОМВД России по г. Ураю истец находился в беспомощном состоянии, равно как и не установлено судом обстоятельств, позволяющих прийти к выводу о том, что в указанный период содержания в ИВС, с учетом имеющегося у истца хронического заболевания его состояние здоровья ухудшилось, суд приходит к выводу о необоснованности заявленных требований в данной части. 

Статьей 23 Федерального закона № 103-ФЗ от 15.07.1995 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» установлена норма санитарной площади в камере на одного человека в размере 4-х квадратных метров. 

В судебном заседании установлено, подтверждено объяснениями административного истца, не оспаривалось ответчиком, подтверждено справкой (том - 3 л.д. 126), журналами содержащихся в ИВС, что в периоды времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (5 дней), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (17 дней); с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (25 дней); с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (10 дней); с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (2 дня); с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (7 дней); с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; (16 дней); с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (8 дней); с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; (16 дней), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (14 дней), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (7 дней), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (8 дней), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (16 дней) в общей сложности 151 день размещался в камерах, наполняемость которых превышала установленную норму (менее 4 кв.м. на одного человека).

Несоблюдение указанной нормы при размещении истца период его пребывания в ИВС ОМВД России по г. Ураю не было восполнено созданием истцу условий для полезной деятельности вне помещений камер; доказательств обратного ответчиком не представлено, а судом не установлено. По убеждению суда, несоблюдение нормы площади помещений на одного человека, в которых лица содержатся под стражей, является существенным нарушением условий содержания в ИВС. 

Изложенное свидетельствует о том, что в отношении истца все же имело место нарушение условий содержания под стражей, периоды содержания истца в изоляторе временного содержания, которые превышали в несколько раз допустимые нормы площади помещений на одного человека, по мнению суда, признать сложившуюся ситуацию вне сферы контроля администрации изолятора временного содержания невозможно, поскольку государство несет ответственность за действия любого государственного учреждения. При этом, отсутствие вины государственного органа не может исключить установление факта нарушения.

Таким образом, доводы истца в данной части, заслуживают внимания.

При разрешении настоящего спора, суд принимает во внимание характер и продолжительность допущенных нарушений, учитывая, что истец в общей сложности 151 день содержался в камерах, наполняемость которых превышала установленную норму, учитывая обстоятельства, при которых эти нарушения были допущены, отсутствие каких – либо негативных последствий для истца, суд считает возможным определить размер компенсации в размере 8000 рублей, так как данная сумма в наибольшей степени отвечает требованиям разумности и справедливости, способствует восстановлению баланса между нарушенными правами административного истца и ответственностью государства.

Определяя надлежащего ответчика, суд учитывает, что согласно ст. 9 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» изоляторы временного содержания органов внутренних дел являются подразделениями полиции и финансируются за счет средств федерального бюджета по смете федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел. Решения об их создании, реорганизации и ликвидации принимаются в порядке, установленном федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел.

Согласно разъяснениям, данным в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.05.2019 № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации» если орган государственной власти, уполномоченный на основании пп. 1 п. 3 ст. 158 БК РФ отвечать в судах от имени Российской Федерации по искам о возмещении вреда в порядке, предусмотренном ст. 1069 ГК РФ, имеет территориальные органы с правами юридического лица и вред причинен гражданину или юридическому лицу действиями (бездействием) должностных лиц такого территориального органа, то иск к Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств о возмещении вреда подлежит рассмотрению в суде по месту нахождения его территориального органа, действиями должностных лиц которого причинен вред (ст.28 ГПК РФ, ст.35 АПК РФ), если иное не предусмотрено законодательством.

При этом в любом случае выступать от имени Российской Федерации в суде будет федеральный орган государственной власти - представитель финансового органа, выступающего от имени казны, либо главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности, а территориальный орган, действиями должностных лиц которого причинен вред, привлекается к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора и выступающего на стороне ответчика.

Изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел относятся к местам содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых, предназначены для содержания под стражей задержанных по подозрению в совершении преступлений, являются подразделениями полиции и финансируются за счет средств федерального бюджета (ст. 7 и 9 Федерального закона № 130-ФЗ).

На основании п. п. 5 и 100 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 21.12.2016 № 699, МВД России осуществляет свою деятельность непосредственно и (или) через органы внутренних дел. Министерство осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета.

Таким образом, по смыслу вышеприведенных норм, по настоящему иску, за счет казны Российской Федерации от имени Российской Федерации в суде выступает и отвечает Российская Федерация в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации, которая и является надлежащим ответчиком по заявленным требованиям.

В соответствии с п. 19 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации государственные органы, органы местного самоуправления, выступающие по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, а также мировыми судьями, в качестве истцов или ответчиков, освобождены от уплаты госпошлины.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

решил:

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 8000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, путем подачи жалобы через Урайский городской суд.

Председательствующий судья О.А.Бегинина 

Решение в окончательной форме принято 10.03.2025.