Мотивированное 

решение

 составлено 12 апреля 2024 года

УИД 66RS0043-01-2024-000274-35

Дело № 2-733/2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

5 апреля 2024 года город Новоуральск Свердловская область

Новоуральский городской суд Свердловской области в составе судьи Шестаковой Ю.В.,

при секретаре судебного заседания Балашовой В.В., помощнике судьи Ктасиной Е.Ю.,

с участием истца ФИО1, представителя третьего лица Прокуратуры Свердловской области - помощника прокурора закрытого административно-территориального образования город Новоуральск ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к Министерству финансов Российской Федерации с требованием о взыскании расходов на оплату юридических услуг, компенсации морального вреда. 

В обоснование заявленных требований истец указал на то, что 26 августа 2021 года в отношении него было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 2 статьи 222 Уголовного кодекса Российской Федерации. 26 августа 2021 года в 21 час 41 минуту он был задержан по подозрению в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 222 Уголовного кодекса Российской Федерации. Постановлением судьи Верх-Исетского районного суда города Екатеринбурга Свердловской области от 20 октября 2021 года в отношении него избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Далее неоднократно постановлениями судей срок содержания истца под стражей продлевался на период следствий, а затем на период судебного разбирательства. Приговором Новоуральского городского суда Свердловской области от 18 января 2023 года истец был оправдан по преступлению, предусмотренному частью 2 статьи 222 Уголовного кодекса Российской Федерации на основании пункта 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. За истцом признано право на реабилитацию. Уголовное преследование длилось на протяжении 1 года 5 месяцев. Оправдание истца по указанным основаниям безусловно свидетельствует о причинении ему нравственных страданий, связанных с необоснованным уголовным преследованием, что нанесло ему психологическую травму, заставляло постоянно переживать. Степень нравственных страданий увеличивалась разлукой с семьей, невозможностью их видеть (следователь не давал разрешение на свидания, телефонные переговоры), участвовать в воспитании детей, поддерживать их морально и материально, условиями содержания и заболеванием 

<

данные изъяты>, отсутствием должной медицинской помощи, неоднократным незаконным и необоснованным продлениям сроков содержания под стражей. Также истец переживал по поводу своей чести и своего доброго имени, обвинения, физических страданий, связанных с нахождением в психоэмоциональном напряжении. Истец полагает, что в его пользу подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 3 000 000 рублей 00 копеек.

Определением судьи Новоуральского городского суда Свердловской области от 13 февраля 2024 год истцу отказано в части принятии к производству суда искового заявления о взыскании сумм, выплаченных за оказание юридической помощи в рамках уголовного дела.

В судебном заседании истец ФИО1 требования иска поддержал по изложенным в нем основаниям, полагая, что размер заявленной компенсации соответствует тяжести перенесенных истцом нравственных и физических страданий. При этом, соглашаясь с определением суда об отказе в принятии иска в части требования о взыскании сумм, выплаченных за оказание юридической помощи в рамках уголовного дела, к производству суда, не изменяя исковых требований, полагал, что в его пользу может быть взыскана компенсация морального вреда в размере 2 500 000 рублей 00 копеек. Просил удовлетворить исковые требования.

Представитель третьего лица прокуратуры Свердловской области ФИО2 в судебном заседании указал на отсутствие оснований для компенсации морального вреда в заявленном размере, изложив доводы, приведенные в возражениях на исковое заявление. Полагал, что размер компенсации морального вреда подлежит снижению до 30 000 рублей 00 копеек. При определении размера компенсации морального вреда необходимо учесть, что в отношении ФИО1 незаконно мера процессуального принуждения не устанавливалась, поскольку истцу также было предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 222 Уголовного кодекса Российской Федерации, за которые он осужден. Кроме того, ФИО1 также было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 222.1 Уголовного кодекса Российской Федерации. В силу статьи 108 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации обвинение в совершении указанных преступлений не исключает применение меры пресечения в виде заключения под стражу. Кроме того, истцом не представлено доказательств обжалования действий должностных лиц, в том числе по непредоставлению свиданий, телефонных разговоров, по неоказанию надлежащей медицинской помощи. 

Представители ответчика Министерства финансов Российской Федерации, третьего лица Управления ФСБ России по Свердловской области надлежащим образом уведомленные о времени и месте рассмотрения дела, путем направления судебных извещений, а также публично, посредством размещения информации о дате и времени рассмотрения дела на официальном сайте суда (novouralsky.svd.sudrf.ru), в судебное заседание не явились, представили письменные возражения, в которых также ходатайствовали о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Из содержания представленного суду письменного отзыва Министерства финансов Российской Федерации следует, что истцом не представлено никаких доказательств в подтверждение претерпевания им существенных моральных страданий и переживаний, морального вреда, причиненных незаконным привлечением к уголовной ответственности. Возбуждение уголовного дела и осуществление предварительного расследования осуществлено на законных основаниях. Действия должностных лиц незаконными не признаны. Какие-либо медицинские документы в подтверждение доводов иска суду не представлены. Законные основания для удовлетворения требований ФИО3 отсутствуют, а в случае их удовлетворения это приведет к его неосновательному обогащению. Представитель ответчика просил в удовлетворении заявленных ФИО1 требований отказать в полном объеме. 

Представитель третьего лица Управления ФСБ России по Свердловской области в письменных возражениях выразил несогласие с заявленными требованиями в полном объеме. В обоснование возражений указал на правомерное содержание ФИО1 под стражей ввиду его осуждения по иным преступлениям. Дополнительно указал на то, что срок содержания под стражей в полном объеме засчитан ФИО1 в исчисление наказания в виде ограничения свободы.

Поскольку участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лица, участвующего в деле, но каждому гарантируется право на рассмотрение дела в разумные сроки, суд, руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, счел возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц.

Заслушав объяснения истца, представителя третьего лица, исследовав письменные доказательства дела, суд приходит к следующему.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2018) указано, что реабилитация - это «реинтеграция осужденных в общество, является обязательной для любого общества, в системе ценностей которого человеческое достоинство занимает центральное место...».

Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами прав, охраняемых законом, обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 52), а также государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (статья 45, часть 1; статья 46).

В силу части 1, 2 статьи 17, статьи 18 Конституции Российской Федерации право на судебную защиту в числе других основных прав и свобод человека признается и гарантируется согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, является непосредственно действующим, определяет смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, что, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, предполагает не только право на обращение в суд, но и гарантии, позволяющие реализовать его в полном объеме и обеспечивающие эффективное восстановление в правах посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости и равенства (Постановления от 14 июля 2005 года № 8-П, от 26 декабря 2005 года № 14-П, от 25 марта 2008 года № 6-П и др.).

В соответствии с пунктами 34, 35, 55 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской реабилитация – это порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда; реабилитированный - лицо, имеющее в соответствии с данным кодексом право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием; уголовное преследование - процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

Право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (часть 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской).

Пунктом 3 части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской установлено, что право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 названного кодекса.

Согласно пункту 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 17 от 29 ноября 2011 года «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», исходя из положений Конституции Российской Федерации о праве каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, и пункта 4 части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию имеет не только лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным частью 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, по делу в целом, но и лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по указанным основаниям по части предъявленного ему самостоятельного обвинения.

В соответствии со статьей 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии с положениями главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения, а также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу. Суд в приговоре, постановлении признает за оправданным лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Судом установлено и подтверждается материалами гражданского дела, а также не оспаривается сторонами, что 26 августа 2021 года Следователем следственного отдела УФСБ России по Свердловской области возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 2 статьи 222 Уголовного кодекса Российской Федерации, уголовное дело возбуждено в отношении ФИО1, в действиях которого усматривались признаки состава преступления, предусмотренного частью 2 статьи 222 Уголовного кодекса Российской Федерации.

ФИО1 задержан 26 августа 2021 года в 20 часов 41 минуту в порядке статей 91, 92 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, допрошен в качестве подозреваемого, ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 222 Уголовного кодекса Российской Федерации.

27 августа 2021 года постановлением судьи Верх-Исетского районного суда города Екатеринбурга Свердловской области в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, которая неоднократно, последовательно продлевалась в рамках предварительного следствия и в рамках судопроизводства по уголовному делу.

Из материалов уголовного дела также следует, что в отношении ФИО1 возбуждены уголовные дела по признакам преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 222 Уголовного кодекса Российской Федерации (два преступления), частью 1 статьи 222.1 Уголовного кодекса Российской Федерации. Все указанные уголовные дела соединены в одно уголовное дело.

Приговором Новоуральского городского суда Свердловской области от 18 января 2023 года ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 222 Уголовного кодекса Российской Федерации. Этим же приговором уголовное дело в отношении ФИО1 по преступлению, предусмотренному частью 1 статьи 222.1 Уголовного кодекса Российской Федерации прекращено на основании примечания к статье 222.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (часть 2 статьи 75 Уголовного кодекса Российской Федерации). Указанным приговором ФИО1 оправдан по преступлению, предусмотренному частью 2 статьи 222 Уголовного кодекса Российской Федерации на основании пункта 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, за отсутствием состава преступления, в этой части за ФИО1 признано право на реабилитацию. Мера пресечения в виде содержания под стражей до вступления приговора суда в законную силу изменена на подписку о невыезде. 

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 4 апреля 2023 года приговор Новоуральского городского суда Свердловской области от 18 января 2023 года изменен в части судьбы вещественных доказательств, в остальной части приговор суда оставлен без изменения.

Необоснованное уголовное преследование в отношении ФИО1 по части 2 статьи 222 Уголовного кодекса Российской Федерации длилось с 26 августа 2021 года по 18 января 2023 года.

Указанные обстоятельства сторонами и третьими лицами по делу не оспариваются.

В связи с тем, что в отношении ФИО1 незаконно осуществлялось уголовное преследование по обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 222 Уголовного кодекса Российской Федерации, в соответствии с пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации он имеет право на компенсацию морального вреда, который подлежит возмещению за счет средств казны Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, который является надлежащим ответчиком по делу.

Из разъяснений, приведенных в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении его оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, либо об отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера.

Право на реабилитацию признается за лицом дознавателем, следователем, прокурором, судом, признавшими незаконным или необоснованным его уголовное преследование (принявшими решение о его оправдании либо прекращении в отношении его уголовного дела полностью или частично) по основаниям, перечисленным в части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, о чем в соответствии с требованиями статьи 134 названного кодекса они должны указать в резолютивной части приговора, определения, постановления.

После вступления в законную силу указанных решений суда, а также вынесения (утверждения) постановлений дознавателем, следователем, прокурором реабилитированному лицу должно быть направлено извещение с разъяснением установленного статьями 133, 135, 136, 138, 139 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием, в котором, в частности, должно быть указано, какой вред возмещается при реабилитации, а также порядок и сроки обращения за его возмещением.

Отсутствие в приговоре, постановлении, определении указания на признание за лицом права на реабилитацию не может служить основанием для отказа в реабилитации.

Обращаясь в суд с требованием о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием, истец действует в рамках признанного за ним права на реабилитацию, которое следует из прямого указания закона ввиду прекращения уголовного преследования по реабилитирующему основанию, следовательно не требует дополнительного признания за истцом в решении суда, принятом по гражданскому делу. Кроме того, истец не лишен возможности восстановить иные права в установленном законом порядке в рамках Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом суд отмечает, что положениями главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в рамках реабилитации иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении подлежат рассмотрению именно в порядке гражданского судопроизводства.

При указанных обстоятельствах суд приходит выводу о том, что ФИО1 имеет право на реабилитацию, составной частью которой является компенсация причиненного ему морального вреда. 

Согласно статье 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье относятся к личным неимущественным правам и другим нематериальным благам, принадлежащим гражданину от рождения. Они неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с названным Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность компенсации морального вреда.

Из положений статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В силу статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, приведенным в пунктах 1, 12, 13, 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, по смыслу приведенного выше правового регулирования размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.

Пунктом 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Истцом предъявлено требование о компенсации морального вреда в размере 3 000 000 рублей 00 копеек, в судебном заседании, не изменяя требований, истец указал на возможность взыскания в его пользу компенсации морального вреда в размере 2 500 000 рублей 00 копеек.

Судом установлено, что в отношении ФИО1 незаконно осуществлялось уголовное преследование по обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 222 Уголовного кодекса Российской Федерации, в связи с чем, ему бесспорно причинены нравственные страдания, так как истец подвергался уголовному преследованию за преступление, которое он не совершал.

Заявленную истцом сумму компенсации морального вреда суд находит явно завышенной, не соответствующей тяжести перенесенных истцом страданий и переживаний, фактических обстоятельств дела, характеру причиненных физических и нравственных страданий, с учетом того, что уголовное преследование в отношении истца по составам преступления, за которые он осужден и по составам преступления, по которым в отношении истца уголовное дело прекращено, в том числе и по реабилитирующему основанию, осуществлялось в рамках одного уголовного дела.

Вместе с этим, при определении размера компенсации морального вреда суд также исходит из фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о том, что в отношении истца осуществлялось незаконное уголовное преследование, срок такого уголовного преследования истца по части 2 статьи 222 Уголовного кодекса Российской Федерации. Суд также принимает во внимание, что, с учетом личности ФИО1, отсутствия судимости, дат предъявления обвинения ФИО1 по преступлениям, предусмотренным частью 1 статьи 222, частью 1 статьи 222.1 Уголовного кодекса Российской федерации, тяжести инкриминируемых деяний, без учета состава преступления, предусмотренного частью 2 статьи 222 Уголовного кодекса Российской Федерации, те ограничения, которые имели место в отношении истца в период предварительного расследования и на стадии судопроизводства по уголовному делу, не обусловлены уголовным преследованием в целом, связаны именно с обвинением в совершении преступления, в отношении которого уголовное дело в отношении истца прекращено по реабилитирующему основанию. 

Также суд учитывает доказанность ограничений прав истца, в том числе материалами уголовного дела (обращения ФИО1 с ходатайствами о предоставлении свиданий и телефонных переговоров, отказы должностных лиц в удовлетворении указанных ходатайств, сведения о семейном положении, характеризующие материалы, медицинские документы), личность истца, его индивидуальные особенности, характер причиненных нравственных страданий, связанных с незаконным уголовным преследованием, период незаконного уголовного преследования, нарушение личных неимущественных прав истца и, исходя из требований разумности и справедливости, полагает необходимым определить компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей 00 копеек, поскольку указанная сумма соответствует перенесенным ФИО1 нравственным страданиям и переживаниям, соразмерна наступившим последствиям. 

При этом суд также учитывает, что вопрос качества оказанной истцу медицинской помощи в период нахождения под стражей не является предметом рассматриваемого иска, однако факты перенесенного заболевания, подтвержденные медицинскими документами, представленными в уголовное дело, в условиях содержания под стражей несомненно свидетельствуют о претерпевании истцом переживаний и опасений по вопросу состояния его здоровья.

В силу статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Доводы ответчика, третьих лиц об отсутствии доказательств моральных страданий, возникших в результате привлечения к уголовной ответственности, суд признает необоснованными, поскольку причинение морального вреда лицу, незаконно обвиняемому в совершении преступления (уголовного деяния), общеизвестный факт и дополнительному доказыванию в соответствии со статьей 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не подлежит. Факт незаконного привлечения к уголовной ответственности ФИО1 достоверно установлен, приведенные выше нормы закона в данном случае императивно предусматривают право истца на компенсацию морального вреда.

Доводы ответчика о том, что прекращение уголовного преследования в отношении истца по части 2 статьи 222 Уголовного кодекса Российской Федерации, при последующем осуждении истца по части 1 статьи 222 Уголовного кодекса Российской Федерации свидетельствует об отсутствии оснований для взыскания в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в рамках его реабилитации, основаны на неверном толковании норм права, регулирующих спорные правоотношения.

При таких обстоятельствах, требования иска подлежат частичному удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования удовлетворить частично. 

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет Казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей 00 копеек. 

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня составления мотивированного решения суда через Новоуральский городской суд Свердловской области.

Судья Ю.В. Шестакова