Дело № 2-385/2019 года принято в окончательной форме 24 июня 2019 года 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.ФИО3 18 июня 2019 года

Осташковский городской суд Тверской области в составе: 

председательствующего федерального судьи Ежелого В.Л.,

при секретаре Галаховой Ю.С.,

истца ФИО1,

третьего лица Свидетель №2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Дирекция единого заказчика ФИО3» в лице конкурсного управляющего ФИО2 об установлении трудовых отношений, обязании внести записи о приеме и увольнении в трудовую книжку, взыскании невыплаченной заработной платы и денежных компенсаций за задержку заработной платы и морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО УК «ДЕЗ ФИО3» об установлении трудовых отношений, обязании внести записи о приеме и увольнении в трудовую книжку, взыскании невыплаченной заработной платы за июнь, август – декабрь 2018 года, январь 2019 года в размере 150000 руб. и денежной компенсации за задержку заработной платы, ссылаясь на то, что 16.05.2018 года была принята на работу в качестве дворника в ООО УК «ДЕЗ ФИО3», где проработала до 23.01.2019 года и была уволена по собственному желанию. Трудовой договор при этом не составлялся. В день увольнения окончательный расчет с ней произведен не был. Задолженность по заработной плате составляет 150000 рублей (за июнь, август – декабрь 2018 года, январь 2019 года – 26100 руб. в месяц). Запись о приеме на работу в качестве дворника с 16.05.2018 года, а также об увольнении с должности 23.01.2019 года в трудовую книжку не занесена. Кроме того, просила взыскать компенсацию за задержку заработной платы за оспариваемый период.

Определением Осташковского городского суда Тверской области от 30.05.2019 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечен Свидетель №2 (л.д.47-48) 

В ходе судебного заседания истец ФИО1 увеличила заявленные требования и просила кроме ранее заявленных требований взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 100000 руб. 

В судебном заседании истец ФИО1 поддержала увеличенные исковые требования и пояснила, что с 20.11.2016 года состояла в трудовых отношениях с ответчиком, была принята на должность уборщицы придомовой территории на три ставки, при этом трудовой договор в письменной форме не заключался. Заработная плата по занимаемой ею должности по 1 ставке составляла 10000 руб., соответственно по трем ставкам она составляла 30000 руб. с учетом НДФЛ 13% - 26100 руб. По состоянию здоровья 28.02.2018 года была уволена по собственному желанию. В данный период заработная плата выплачивалась регулярно. 16.05.2018 года была вновь принята в ООО УК «ДЕЗ ФИО3» на должность уборщицы придомовой территории на три ставки. Как и ранее трудовой договор не заключался. В связи с невыплатой заработной платы в течение 6 месяцев уволилась по собственному желанию. В день увольнения 23.01.2019 года окончательный расчет с ней произведен не был, осталась невыплаченной заработная плата за август-декабрь 2018 года и январь 2019 года в сумме 150000 рублей, которую просила обязать взыскать. Кроме того, просила обязать ООО УК «ДЕЗ ФИО3» внести в трудовую книжку сведения о периоде работы с 16.05.2018 года по 23.01.2019 года в должности дворника, взыскать компенсацию за задержку заработной платы в размере 100000 руб., а также денежную компенсацию морального вреда в размере 100000 руб. за нарушение своих трудовых прав, которое привело к стеснению материального благополучия ее семьи в повседневной жизни.

Решением Арбитражного суда Тверской области от 16 ноября 2018 года ООО УК «ДЕЗ ФИО3» признано несостоятельным (банкротом). В отношении общества введено конкурсное производство сроком на 6 месяцев. Конкурсным управляющим утвержден ФИО2 (л.д.15-17).

Определением Арбитражного суда Тверской области от 22.04.2019 года срок конкурсного производства продлен на 6 месяцев – до 15.11.2019 года (л.д.18-19)

Ответчик - ООО УК «ДЕЗ ФИО3» - в лице конкурсного управляющего ФИО2 исковые требования ФИО1 признал частично, о чем представил письменное заявление с ходатайством о рассмотрении дела в его отсутствие, которое удовлетворено судом на основании ч.5 ст.167 ГПК РФ (л.д.50-52). В дополнительном письменном отзыве подтвердил факт разовых выполнений истцом уборки вверенной управляющей компании территории. К данной трудовой деятельности истица привлекалась инженером по благоустройству территорий Свидетель №2 по поручению генерального директора ООО УК «ДЕЗ ФИО3» Свидетель №1 При этом возражал против выполнения истцом работы, объем которой выходил за пределы 1 ставки, в связи с отсутствием документального подтверждения. Таким образом, ссылаясь на положения ст.133 ТК РФ полагал возможным возникновение задолженности по заработной плате в размере 29414 руб. 54 коп. (без учета НДФЛ), а также компенсации за неиспользованный отпуск в размере 7319 руб. 75 коп. (без учета НДФЛ). Относительно взыскания компенсации за задержку выплаты заработной платы пояснил, что на дату рассмотрения дела установить ее размер не представляется возможным и в соответствии со ст.134 Закона о банкротстве в настоящее время осуществляются расчеты с кредиторами по текущим обязательствам 2 очереди. Размер денежной компенсации морального вреда за нарушение трудовых прав работника считает необоснованным и неразумным. Ранее в судебном заседании ссылался на пропуск истцом трехмесячного срока для разрешения индивидуального трудового спора, предусмотренного ст.392 ГК РФ.

Третье лицо Свидетель №2 оставил решение на усмотрение суда и пояснил, что является инженером по благоустройству территории ООО УК «ДЕЗ ФИО3». Подтвердил, что в период с 16.05.2018 года по 23.01.2019 года он по поручению генерального директора Свидетель №1 приглашал истца для выполнения разовых работ по уборке обслуживаемой предприятием по договору управления многоквартирными домами территории не реже 1 раза в неделю, а зимой или по мере накопления мусора на контейнерных площадках, чаще. При этом трудовой договор не заключался по просьбе ФИО1, так как с ее слов у нее имелись долги по кредитам и за коммунальные услуги. Расчет за выполненные работы с истцом осуществлялся директором Свидетель №1, в каком точно размере ему неизвестно. Выполнение ФИО1 порученных работ контролировал лично. Денежных расчетов с истцом никогда не осуществлял. Должности дворника в управляющей компании не имелось. 

Выслушав истца ФИО1, третье лицо Свидетель №2, свидетелей, исследовав письменные доказательства, суд считает требования ФИО1 подлежащими частичному удовлетворению.

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательства и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 г. принята Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении (далее - Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении, Рекомендация).

В пункте 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках индивидуального трудового правоотношения, должны определяться национальными законодательством или практикой либо и тем, и другим, принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы.

В пункте 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно в первую очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорный или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами.

Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового правоотношения (в частности, работа выполняется работником в соответствии с указаниями и под контролем другой стороны; интеграция работника в организационную структуру предприятия; выполнение работы в интересах другого лица лично работником в соответствии с определенным графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается стороной, заказавшей ее; периодическая выплата вознаграждения работнику; работа предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов стороной, заказавшей работу).

В целях содействия определению существования индивидуального трудового правоотношения государства-члены должны в рамках своей национальной политики рассмотреть возможность установления правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков (пункт 11 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении).

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Согласно статье 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

В силу части первой статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с данным Кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть третья статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

В статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть первая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Если физическое лицо было фактически допущено к работе работником, не уполномоченным на это работодателем, и работодатель или его уполномоченный на это представитель отказывается признать отношения, возникшие между лицом, фактически допущенным к работе, и данным работодателем, трудовыми отношениями (заключить с лицом, фактически допущенным к работе, трудовой договор), работодатель, в интересах которого была выполнена работа, обязан оплатить такому физическому лицу фактически отработанное им время (выполненную работу) (часть первая статьи 67.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью первой статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудового правоотношения, возникшего на основании заключенного в письменной форме трудового договора, относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (часть третья статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Цель указанной нормы - устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности оформить в письменной форме с работником трудовой договор в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок может быть расценено как злоупотребление правом со стороны работодателя вопреки намерению работника заключить трудовой договор.

Таким образом, по смыслу статей 15, 16, 56, части второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.

Приведенные нормы трудового законодательства, определяющие понятие трудовых отношений, их отличительные признаки, особенности, основания возникновения, формы реализации прав работника при разрешении споров с работодателем по квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых, необходимо применять с учетом Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации. 

Следовательно, суд при рассмотрении данного дела должен исходить не только из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (трудового договора, гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

Согласно части первой статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, конкретизирующей статью 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В развитие указанных принципов статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены в том числе из показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств (часть 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Как следует из показаний свидетеля Свидетель №1 – генерального директора ООО УК «ДЕЗ ФИО3», в период с мая 2018 года по январь 2019 года он давал поручения инженеру по благоустройству территории Свидетель №2 для привлечения по выполнению разовых задач по уборке обслуживаемой предприятием по договору управления территории ФИО1, контроль за работой которой осуществлял Свидетель №2 При этом расчет с истцом им осуществлялся из личных средств, без использования финансовых средств ООО УК «ДЕЗ ФИО3». Привлечение ФИО1 к работе в указанный ею период времени осуществлялось каждый понедельник, а в зимнее время или в другое время года при скоплении мусора на придомовой территории обслуживаемого участка, чаще. Сколько точно и в каком точно размере осуществлял денежные расчеты за выполненные ФИО1 работы, пояснить не может, так как не помнит. Трудовой договор с истицей не заключался, в штате предприятия она не состояла, должности дворника в штатном расписании ООО УК «ДЕЗ ФИО3» не имелось. Свидетель Свидетель №4 –главный бухгалтер ООО УК «ДЕЗ ФИО3» пояснила, что действительно ФИО1 в 2018 году по поручению генерального директора управляющей компании Свидетель №1 привлекалась инженером по благоустройству территории Свидетель №2 для выполнения работ по уборке обслуживаемой предприятием по договору управления территории, за что она ей выдавала вознаграждение из личных денежных средств Свидетель №1 Точный размер данных выплат не помнит, но расчет производился после выполнения работы каждый раз по разному от 1 до 5 тысяч рублей. В штате предприятия ФИО1 не состояла, поэтому выплаты никак документально не оформлялись.

Свидетель Свидетель №6 показал, что является сыном истицы и знает, что мать выполняла ежедневно работу по уборке территории, обслуживаемой ООО УК «ДЕЗ ФИО3» продолжительностью по 6-8 часов. В другом месте трудоустроена не была, в связи с чем данная заработная плата была ее единственным источником дохода. Со слов матери ее заработная плата по трем ставкам составляла 26100 руб. Зарплату часто задерживали, а с августа 2018 года перестали платить. Из этих денежных средств мать также выплачивала кредит. В связи с невыплатой заработной платы его мать оказалась в тяжелом положении, у нее ухудшилось здоровье, образовалась большая задолженность по кредиту.

Свидетель Свидетель показала, что она проживает в 

<

адрес>, где на территории у дома ежедневно видела истицу ФИО1, которая убирала двор. В основном видела ее с утра.

В силу части 3 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

В своих объяснениях генеральный директор ООО УК «ДЕЗ ФИО3» Свидетель №1, инженер по благоустройству территории Свидетель №2, не отрицая наличие между сторонами правовых отношений, указывали, что ФИО1 некоторое время выполнялись в интересах Общества возмездные услуги, оплачиваемые из личных средств Свидетель №1

Между тем какого-либо гражданско-правового договора, который бы подтверждал возникновение между сторонами именно гражданско-правовых отношений, стороны не заключали, ответчик не представил доказательств, свидетельствующих о наличии гражданско-правовых отношений.

В нарушение действующего законодательства ответчик не опроверг доводы истца и представленные им доказательства – показания свидетелей, не представил доказательств, свидетельствующих о наличии гражданско-правовых отношений между сторонами, иных отношений (не трудовых).

При этом в данном случае бремя доказывания отсутствия трудовых отношений между сторонами возлагается на ответчика.

Суд отмечает, что работник является более слабой стороной в споре с работодателем, на котором в силу прямого указания закона лежит обязанность по своевременному и надлежащему оформлению трудовых отношений (ст. 68 ТК РФ). Неисполнение работодателем этой обязанности затрудняет или делает невозможным предоставление работником доказательств в обоснование своих требований, в связи с чем он не должен нести ответственность за недобросовестные действия работодателя.

В этой связи суд приходит к выводу, что представленные доказательства с учетом положений статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации подтверждают наличие между сторонами трудовых отношений.

При данных обстоятельствах суд приходит к выводу, что ответчик фактически допустил ФИО1 к определенной работе в должности дворника на обслуживаемой управляющей компанией территории под контролем работодателя и с подчинением режиму рабочего времени, установленному работодателем, что свидетельствует о наличии оснований для квалификации отношений сторон как трудовых исходя из реальных условий ее выполнения и выявления вышеназванных признаков, предусмотренных статьями 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

С учетом представленных доказательств – показаний свидетелей, которые последовательны и согласуются между собой, и которым не доверять у суда оснований не имеется, мнением представителя ответчика, третьего лица суд полагает доказанным факт трудовых отношений между сторонами с 16.05.2018 года по 23.01.2019 года, в связи с чем данное требование истца подлежит удовлетворению.

Согласно части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Частью 3 статьи 66 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работодатель (за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями) ведет трудовые книжки на каждого работника, проработавшего у него свыше пяти дней, в случае, когда работа у данного работодателя является для работника основной.

В этой связи суд обязывает ООО УК «ДЕЗ ФИО3» внести в трудовую книжку ФИО1 сведения о работе в должности дворника с 16 мая 2018 года по 23 января 2019 года.

В силу ч.3 ст.37 Конституции РФ каждый имеет право на вознаграждение за труд, без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.

Согласно положениям статей 21, 22 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы, а работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Частью 3 ст. 133 ТК РФ предусмотрено, что месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда.

В связи с тем, что заработная плата в заявленном истцом размере (30 000 рублей без учета НДФЛ) ничем не подтверждена, суд полагает необходимым ее исчислять из минимального размера оплаты труда по месту осуществления трудовых отношений – г.ФИО3 Тверской области.

С 1 мая 2018 года по 1 января 2019 года величина минимального размера оплаты труда составила 11163 рубля (ст.1 Федерального закона от 7.03.2018 года №41-ФЗ «О внесении изменений в статью 1 Федерального закона «О минимальном размере оплаты труда»), с 1 января 2019 года - 11280 рублей рубля (ст.1 Федерального закона от 25.12.2018 года №481-ФЗ «О внесении изменений в статью 1 Федерального закона «О минимальном размере оплаты труда»).

Следовательно, за работу в мае 2018 года (12 рабочих дней) истцу должна быть начислена заработная плата в размере 6697 руб. 80 коп., в июне – 11163 руб., в июле – 11163 руб., в августе -11163 руб., в сентябре – 11163 руб., в октябре – 11163 руб., в ноябре – 11163 руб., в декабре – 11163 руб., в январе 2019 года (11 рабочих дней) - 7298 руб. 82 коп., всего - 92137 руб. 62 коп. Поскольку, как указывает ФИО1, работодатель выплатил ей 52200 руб. (июнь-июль 2018 г. по 26100 руб.) + 6697 руб. 80 коп. (за май 2018 года – истец сумму не помнит), задолженность за указанный период, подлежащая взысканию в пользу работника с работодателя, составляет 33239 руб. 82 коп.

Так как доказательств уплаты подоходного налога работодателем не представлено, то задолженность по заработной плате подлежит взысканию в начисленном размере. Взыскание же заработной платы без вычета НДФЛ в принудительном порядке не препятствует работодателю направить в адрес налогового органа сообщение о невозможности удержания подоходного налога, который в данном случае подлежит уплате налогоплательщиком самостоятельно.

Указанная сумма подлежит взысканию с начислением процентов, предусмотренных ст. 236 ТК РФ, в размере 3658 руб. 60 коп. из расчета:

- с 17 ноября 2018 г. по 16 декабря 2018 г. (30 дн.) в сумме 498 руб. 60 коп. (33239 руб. 82 коп. x 7.5% x 1/150 x 30 дн.);

- с 17 декабря 2018 г. по 18 июня 2019 г. (184 дн.) в сумме 3160 руб. (33239 руб. 82 коп. x 7.75% x 1/150 x 184 дн.).

В соответствии с частью 1 статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

Выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника при прекращении трудового договора (ст. 140 ТК РФ).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной неоднократно (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 5 февраля 2004 года N 29-О, от 28 мая 2009 года N 758-О-О, от 17 ноября 2009 года N 1385-О-О и от 19 октября 2010 года N 1355-О-О), частью первой статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации закреплен особый порядок реализации права на отпуск при увольнении работника. Данная норма представляет собой специальную гарантию, обеспечивающую реализацию конституционного права на отдых для тех работников, которые прекращают трудовые отношения по собственному желанию или по инициативе работодателя и по различным причинам на момент увольнения своевременно не воспользовались своим правом на ежегодный оплачиваемый отпуск, по своему буквальному смыслу предполагает выплату денежной компенсации за все неиспользованные отпуска.

Как указано выше, трудовые отношения между сторонами прекращены, в связи с чем с ответчика подлежит взысканию компенсация за неиспользованный отпуск расчет которого представлен ответчиком и составляет 7319 руб. 75 коп. 

С данным расчетом суд соглашается, как документально подтвержденным и основанным на законе, в связи с чем в пользу ФИО1 с ООО УК «ДЕЗ ФИО3» подлежит взысканию компенсация за неиспользованный отпуск в размере 7319 руб. 75 коп. 

Кроме того, представитель ответчика во время рассмотрения дела ссылался на пропуск истцом трехмесячного срока для разрешения индивидуального трудового спора, предусмотренного ст.392 ГК РФ.

С доводами представителя ответчика о пропуске истицей срока для обращения в суд согласиться нельзя.

В соответствии со статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

В силу пунктов 3, 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 2 от 17 марта 2004 года "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" заявление работника о восстановлении на работе подается в районный суд в месячный срок со дня вручения ему копии приказа об увольнении или со дня выдачи трудовой книжки, либо со дня, когда работник отказался от получения приказа об увольнении или трудовой книжки, а о разрешении иного индивидуального трудового спора - в трехмесячный срок со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, статья 24 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Поскольку требования истицы направлены на установление факта трудовых отношений с ответчиком, которые возникли, но в установленном трудовым законодательством порядке не оформлены, следовательно, на момент подачи иска факт трудовых отношений не установлен, то и последствия пропуска срока, предусмотренные указанной нормой закона, не могут быть применены.

Кроме того, суд принимает во внимание, что ФИО1 до подачи иска обращалась за защитой своих нарушенных прав в соответствии с законом во внесудебном порядке (л.д.22,55,56-57).

В п.63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда. Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). В соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из фактических обстоятельств данного дела, характера нравственных страданий истца, который был лишен заработка, степени вины работодателя, а также принимая во внимание период неисполнения ответчиком своих обязательств (5 месяцев с момента увольнения истца) и размер задолженности (33239 руб. 82 коп.).

С учетом указанных обстоятельств, требований разумности и справедливости, суд определяет размер денежной компенсации морального вреда подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца в сумме 5000 рублей.

Согласно ч.1 ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Судом удовлетворены 2 требования истца неимущественного характера и 1 требование имущественного характера на сумму 44218 руб. 17 коп.

В соответствии с подп.1 п.1 ст.333.19 НК РФ при подаче искового заявления имущественного характера, подлежащего оценке, при цене иска от 20 001 рубля до 100 000 рублей государственная пошлина уплачивается в размере 800 рублей плюс 3 процента суммы, превышающей 20 000 рублей.

В силу подп.3 п.1 ст.333.19 НК РФ при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера для организаций государственная пошлина уплачивается в размере 300 рублей.

Размер государственной пошлины, подлежащей взысканию с ответчика-ООО УК «ДЕЗ ФИО3» в федеральный бюджет составляет 2126 руб. 55 коп. (800 руб.+3%х24218,17 руб.+300+300 руб.)

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между ФИО1 и обществом с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Дирекция единого заказчика ФИО3» в период с 16 мая 2018 года по 23 января 2019 года в должности дворника.

Возложить на ООО УК «ДЕЗ ФИО3» в лице конкурсного управляющего ФИО2 обязанность внести в трудовую книжку ФИО1 сведения о периоде работы с 16.05.2018 года по 23.01.2019 года в должности дворника.

Взыскать с ООО УК «ДЕЗ ФИО3» в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате в размере 33239 (тридцать три тысячи двести тридцать девять) рублей 82 коп., компенсацию за не использованный отпуск в размере 7319 (семь тысяч триста девятнадцать) рублей 75 коп., компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере 3658 (три тысячи шестьсот пятьдесят восемь) рублей 60 коп. и 5000 (пять тысяч) рублей в счет компенсации морального вреда.

В остальной части иск оставить без удовлетворения.

Взыскать с ООО УК «ДЕЗ ФИО3» государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 2126 (две тысячи сто двадцать шесть) рублей 55 копеек. 

Решение может быть обжаловано в Тверской областной суд через Осташковский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме-24 июня 2019 года.

Федеральный судья: В.Л. Ежелый.