дело № 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ДД.ММ.ГГГГ г. Богородск

Богородский городской суд Нижегородской области в составе председательствующего судьи Новожиловой А.А., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Коротиной М.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Богородске Нижегородской области гражданское дело по иску ООО «РусТех» к ФИО1 о возврате имущества,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с иском с названным иском, в обосновании которого указал, что ДД.ММ.ГГГГг. истец ООО «РусТех» в лице генерального директора Р.В.В, передало ответчику по акту приема-передачи дистрибутив проектирующей системы 

<

данные изъяты> сетевым электронным ключом защиты ( фирменная коробка 

<

данные изъяты> с диском программы, накопителем USB-ключом справочными материалами) и Права на использование сетевой версии на одно рабочее место - зарегистрировано на ООО «Рустех». Согласно акта, ответчик обязан был возвратить оборудование по первому требованию истца. Истец устно и письменно обращался к ответчику о возврате данного оборудования, которое до настоящего времени не возвращено, в связи с чем истец обратился в суд и просил :

- истребовать из чужого незаконного владения ответчика дистрибутив проектирующей системы 

<

данные изъяты> сетевым электронным ключом защиты (фирменная коробка 

<

данные изъяты> с диском программы, накопителем USB-ключом справочными материалами) и Права на использование сетевой версии на одно рабочее место - зарегистрировано на ООО «Рустех» (л.д.х

В судебном заседании представитель истца (л.дх) на заявленных исковых требованиях настаивал, указав, что ответчик обязан вернуть истцу указанное в акте оборудование, принадлежащее истцу.

Ответчик ФИО1, иск не признал, в обосновании письменных возражений (л.дх) указал, что на момент составления акта приема-передачи стороны состояли в трудовых отношениях, так как ответчик работал техническим директором в ООО «Рустех», данный спор является индивидуальным трудовым спором, в соответствии с положениями ст. 292 ТК РФ, истец имел право обратился в суд за разрешением данного спора в течении одного года с момента обнаружения причиненного работником материального ущерба. Акт приема – передачи составлен ДД.ММ.ГГГГг., иск предъявлен в суд ДД.ММ.ГГГГг. Истец не доказал факт ущерба, день причинения вреда, и срок для защиты своего права пропустил. Кроме того, ответчик оспаривал подлинность своей подписи в акте, указывая, что она выполнена с использованием технических средств. Он не мог подписать данный акт, так как находился в отпуске. Как его подпись оказалась на акте не понимает.

Указывал на то, что удовлетворить данное требование невозможно, так как в акте не определен предмет передаваемого имущества, поскольку в акте нет существенных условий. Истец не мог передать права на использование данной программы с третьим лицам без разрешения ООО 

<

данные изъяты>».

При рассмотрении дела дополнительно показал, что у истца в ООО «РусТех» он работал с ДД.ММ.ГГГГг. по ДД.ММ.ГГГГг. в качестве технического директора. Затем с ДД.ММ.ГГГГг. его приняли на работу в ООО «РусТехПром НН в качестве генерального директора. И он работал в двух организациях. Указывал на то, что истец данной программой пользуется до сих пор, из его владения не выбывала, обновлялась в ДД.ММ.ГГГГ, с ней работали иные лица, что невозможно было бы сделать, если бы у истца не было ключа.

Свидетель К.М.К показал, что он работал с этой программой в ДД.ММ.ГГГГ., она обновлялась в ДД.ММ.ГГГГ., с новым ключом защиты, а впоследствии она была возвращена У.М.А., вместе с компьютерами, что оформлялось актом, которого у него нет.

Свидетель Д.А.С пояснил, что работал в ООО «РусТехПромНН» инженером, где директором был ФИО1, которому он непосредственно подчинялся. Сотрудники разных фирм и ООО «РусТехПромНН» и ООО «РусТех» работали в одном кабинете. К. работал в ООО «РусТех» но по вопросам проектирования они подчинялись ему, несмотря на то, что он числился в другой компании. В начале ДД.ММ.ГГГГ., видел, как данную программу К. передавал ФИО2, который на ней работал. Впоследствии К. вернул флэшку У., который был владельцем ООО «РусТех». Компьютеры не передавал. Никаких актов не подписывали.

Рассматривая исковые требования, суть которых сводится к возврату ответчиком истцу указанного в акте от ДД.ММ.ГГГГг. на л.дх оборудования, суд учитывает, что в соответствии с положениями ст. 309 ГК РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Из содержания лицензионного договора № от ДД.ММ.ГГГГг., заключенного между истцом ООО «Рустех» и ООО»

<

данные изъяты>» следует, что истцу были переданы права на использование(простую неисключительную лицензию) сетевой версии подсистемы 

<

данные изъяты> проектирующей системы 

<

данные изъяты> на одно рабочее место для выполнения прочностных расчетов конструкции для предусмотренных договором пределах.

Пунктом 1.2. указано, что истцу был передан дистрибутив проектирующей системы 

<

данные изъяты>., который передан в стандартной комплектации с оформлением накладной и акта сдачи – приемки.

Определена цена договора : стоимость прав на использование версии – 517 500 рублей, стоимость дистрибутива проектирующей системы 

<

данные изъяты> сетевым электронным ключом защиты составляет 5000 рублей. (л.дх

Стороны соглашения подписали акт, в соответствии с которым истцу были переданы права на использование указанной сетевой версии (л.дх) дистрибутив с сетевым электронным ключом защиты передан по накладной (л.дх

Срок действия данного договора оставил один год. По истечении срока договора ООО «Рустех» вправе был использовать программный продукт бесплатно.

Таким образом, из имеющихся доказательств видно что истец приобрел на основании товарной накладной № от ДД.ММ.ГГГГ. материальный носитель(диск) содержащий дистрибутив проектирующей системы, электронный ключ защиты, а по лицензионному соглашению –право на использование такой системы.

Из представленного истцом акта от ДД.ММ.ГГГГг., подлинник которого судом осмотрен, следует, что ООО «Рустех» передало ответчику Галстян по акту приема-передачи дистрибутив проектирующей системы 

<

данные изъяты> сетевым электронным ключом защиты ( фирменная коробка 

<

данные изъяты> с диском программы, накопителем USB-ключом справочными материалами) и Права на использование сетевой версии на одно рабочее место- зарегистрировано на ООО «Рустех». Согласно акта, ответчик обязан был возвратить оборудование по первому требованию истца.

Указанное в акте оборудование не возвращено истцу в ответ на претензию (л.д.х), в связи с чем удерживается ответчиком незаконно.

Рассматривая доводы ответчика о том, что данный акт им не подписывался, суд усчитывает, что каких-либо доказательств, с очевидностью подтверждающих данное обстоятельство, суду, вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ, ответчик не представил, в то время как судом разъяснялось, что указанное обстоятельство, в данном случае может быть подтверждено результатами почерковедческой экспертизы.

От заявления ходатайства о назначении экспертизы ответчик отказался, указывая, что данная экспертиза должна быть проведена по инициативе истца или суда, но не ответчика.

Между тем, в соответствии с положениями ст. 56 ГПК РФ, именно на ответчике лежала обязанность предоставить суду доказательства, что подпись в акте ему не принадлежит.

Таких доказательств суду не представлено, в связи с чем суд разрешая данное дело исходит из представленных истцом доказательств, что указанный акт ответчиком был подписан. 

Необоснованным суд считает и доводы ответчика о том, что сторонами не определен предмет передаваемого ответчику оборудования.

Истец представил суду пояснения о том, что представляет из себя проектирующая система 

<

данные изъяты>(л.дх), в связи с чем суд не принимает доводы ответчика о том, что предмет, указанный в акте от ДД.ММ.ГГГГг. не определен и он не понимает, что истец с него требует.

В акте, подписанном ответчиком достаточно ясно указано, что данный дистрибутив находится на диске, диск – в фирменной коробке, а ключ защиты на USB накопителе.

Каких либо доказательств, что в момент подписания акта от ДД.ММ.ГГГГг., ответчик, работающий в этот момент также и в качестве директора в 

ООО «РусТехПром НН» не поднимал суть и содержание подписываемого им акта, и не отдавал отчет совершаемым им действий, и их юридического значения, суду не представлено.

Доводы ответчика о том, что данный программный продукт до сих пор находится во владении истца, и из его владения не выбыл, потому что использовался сотрудниками ООО «РусТехПром НН и в ДД.ММ.ГГГГ, и обновлялся истцом в ДД.ММ.ГГГГ. достаточными и допустимыми доказательствами не подтвержден.

Так из показаний допрошенных свидетелей К.М.К., и Д.А.С со всей очевидностью не следует, что они работали в ДД.ММ.ГГГГ. в указанной системе используя дистрибутив проектирующей системы 

<

данные изъяты> сетевым электронным ключом защиты переданным ответчику, который впоследствии был возвращен У.. 

Из ответа на судебный запрос ООО 

<

данные изъяты>» сообщило, что обновление программных продуктов для истца ООО «Рустех» не проводилось и использовать программный продукт без дистрибутива невозможно (л.д.х).

При этом, суд находит несостоятельным доводы ответчика том, что истец якобы требует его вернуть в качестве оборудования права, в смысле прав, переданных истцу по лицензионному соглашению, поскольку из содержания искового заявления это не следует.

Из содержания ответа ООО 

<

данные изъяты> следует, что истец не имеет возможности пользоваться приобретенным им программным продуктом и правами переданными ему по указанному выше лицензионному договору, без наличия в его распоряжении материального носителя дистрибутива проектирующей системы 

<

данные изъяты> сетевым электронным ключом защиты, находящимся в распоряжении ответчика, возврат которого и является целью обращения истца в суд.

Из текста лицензионного соглашения следует, что замена ключа защиты была возможна только в случае если он вышел из строя не по вине лицензиата и с условием его обязательного возврата.

Удерживание ответчиком указанного в акте оборудования, в том числе и электронного ключа, нарушает права истца на использование программного продукта, указанного в лицензионном соглашении, в связи, с чем права истца подлежат защите избранным им способом - понуждению ответчика к возврату указанного в акте оборудования, являющегося средством использования истцом переданных ему по лицензионному соглашению прав. 

Тот факт, что на дату указанную в акте, ответчик Галстян работал у истца, не свидетельствует вопреки доводам ответчика, что данное имущество было передано истцу в связи с его работой в ООО «Рустех», поскольку указанное ответчиком, из содержания подписанного сторонами акта не следует.

Из объяснений сторон и свидетелей видно, что на ДД.ММ.ГГГГг., на момент подписания данного акта, ответчик ФИО1, работал еще и в ООО «РусТехПром НН» в качестве генерального директора. Данная организация в связи со своей уставной деятельностью, данную программу использовала.

Доводы ответчика о том, что спорные правоотношения должны регулироваться не нормами гражданского законодательства а нормами трудового законодательства о привлечении работника к ответственности за прямой действительный ущерб работодателю, не влияют на выводы суда о наличии обязанности ответчика вернуть указанное в акте оборудование, удерживаемое им в настоящее время без законных на то оснований. 

Основанием иска являются фактические обстоятельства, истец ссылается на получение ответчиком указанного в акте оборудования во временное пользование и обязанности его вернуть по первому требованию истца, поэтому указание истцом конкретной правовой нормы в обоснование иска не является определяющим при решении судом вопроса о том, каким законом следует руководствоваться при разрешении гражданского дела (ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). 

Заявленное требование о возврате оборудования имеет гражданско-правовой характер, в связи, с чем к спорным правоотношениям нормы Трудового Кодекса РФ об исковой давности, а именно положения ст. 392 ТК РФ, применению не подлежат, в связи, с чем с доводами ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, о недоказанности истцом как работодателем наличия причиненного ущерба, его размера и вины ответчика, суд не соглашается.

Принимая во внимание, что на момент рассмотрения дела, допустимых доказательств возврата ответчиком оборудования указанного в акте, не представленного, суд считает, что требования истца о возврате данного оборудования обоснованы и подлежат удовлетворению.

Тот довод ответчика, что в соответствии положениями ст. 1259, 1261, 1270, 1238 ГК РФ, право на использование полученного истцом от ООО 

<

данные изъяты>» программного продукта, истец мог передать ответчику только с согласия ООО «

<

данные изъяты>», на обязанность ответчика вернуть переданное ему истцом оборудование не влияет, поскольку приведенные ответчиком положения законодательства об авторском праве в данном случае относятся к возникшим правоотношениям между ООО «Рустех» и ООО «

<

данные изъяты>», в рамках заключенного между ними лицензионного соглашения, осуществление прав и обязанностей по которому, в том числе и в случае несоблюдения какой-либо из сторон условий соглашения, в данном случае п.2.5.1, находится в компетенции сторон соглашения, участником которого ответчик не является.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд,

Р Е Ш И Л:

Иск ООО « РусТех» к ФИО1 возврате имущества удовлетворить. Обязать Галстяна вернуть ООО «РусТех» дистрибутив проектирующей системы 

<

данные изъяты> с сетевым электронным ключом защиты (фирменная коробка 

<

данные изъяты> с диском программы, накопителем USB – ключом, с правом на использование сетевой версии на х рабочее место.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционную инстанцию по гражданским делам Нижегородского областного суда через Богородский городской суд Нижегородской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Федеральный судья А.А. Новожилова