Дело № 2-10/2019

УИД 

<

номер>

Р ЕШ Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Ленинск-Кузнецкий городской суд Кемеровской области

в составе председательствующего судьи Чеплыгиной Е.И.,

при секретаре Филимоновой Н.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании в городе Ленинске-Кузнецком

«29» августа 2019 года

гражданское дело по иску ФИО1 к администрации Ленинск-Кузнецкого городского округа, ФИО2 о признании недействительным договора на передачу жилого помещения в собственность граждан в порядке приватизации, прекращении права собственности на жилое помещение, 

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском, просит признать договор на передачу жилого помещения по адресу: 

<

адрес> в собственность граждан в порядке приватизации жилого фонда от 

<

дата> недействительным, мотивируя требования тем, что 

<

дата> матерью истца – ответчиком ФИО2 приватизировано указанное жилое помещение; в момент приватизации данного жилого помещения истец имел равные права пользования этим жилым помещением с ФИО2, он проживает и зарегистрирован в квартире с 

<

дата> по настоящее время, при приватизации им был оформлен отказ от участия в приватизации квартиры, в момент написания заявления об отказе от приватизации имеющееся у истца 

<

данные изъяты> оказало существенное влияние на его поведение в юридически значимый период времени, нарушило его способность правильно оценивать сущность совершаемой сделки, понимать значение своих действий и руководить ими при написании заявления о даче согласия на приватизацию квартиры, где он проживал и проживает по настоящее время, в личную собственность ФИО2 и о не включении его в договор приватизации; на момент написания им заявления об отказе от участия в приватизации вышеуказанного жилого помещения и дачи согласия на его приватизацию ФИО2 он имел проблемы со здоровьем, 

<

данные изъяты>; в марте 2013 года ФИО2 воспользовалась ослабленным состоянием его 

<

данные изъяты> здоровья и ввела его в заблуждение относительно природы сделки и правовых последствий ее совершения, утверждая, что он будет являться таким же собственником квартиры, он не осознавал в полной мере значение своих действий и не мог руководить ими, т.е. не мог выразить свою действительную волю относительно данных действий, поскольку 

<

данные изъяты>; истец считает, что его отказ от участия в приватизации является недействительным и квартира не могла быть передана в порядке приватизации в личную собственность только ФИО2, на основании ст.177, п.2 ст.9 ГК РФ, ст.40 Конституции РФ договор приватизации является недействительным; до настоящего времени право пользования данным жилым помещением им не утрачено, право на приобретение один раз в собственность бесплатно в порядке приватизации жилого помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде социального использования, предоставленное ст.11 Закона РФ от 04.07.1991 № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» также им не утрачено; в апреле 2018 года истцу стало известно от его матери ФИО2, что она продала их квартиру по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается договором купли-продажи от 

<

дата>, выпиской из ЕГРН от 

<

дата>, тем самым нарушив права истца как члена семьи собственника; отказываясь от приватизации он, 

<

данные изъяты>, полагал, что имеет равные права наравне с собственником; на момент приватизации квартиры ему не были разъяснены его права, другого жилого помещения истец не имеет, на учете в качестве нуждающегося в жилом помещении не состоит. 

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО3, действующий на основании устного ходатайства истца, поддержали исковые требования в полном объеме, при этом истец в судебном заседании пояснил, что в 2013г. ему было известно о передаче квартиры в единоличную собственность матери ФИО2, с чем он был не согласен, но по требованию матери подписал отказ от участия в приватизации квартиры, считает, что в 

<

дата> он приобрел квартиру в собственность вместе с матерью, 

<

данные изъяты>. 

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования признала, пояснила, что решение о приватизации квартиры только на свое имя она приняла самостоятельно, ее дети отказались от участия в приватизации по ее настоянию, ФИО1 не понимал, что отказывается от участия в приватизации в силу своего болезненного состояния, он желал приобрести квартиру в собственность, о том, что ФИО1 страдает 

<

данные изъяты> при приватизации квартиры она сотрудникам администрации не сообщала, опасаясь, что данное обстоятельство станет препятствием в оформлении договора.

Представитель ответчика администрации Ленинск-Кузнецкого городского округа Карелина Е.О., действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала, заявила, что истцом пропущен срок исковой давности, при оформлении договора приватизации администрацией не было допущено каких-либо нарушений действующего законодательства.

Третье лицо ФИО4 в судебном заседании не возражал против удовлетворения заявленных требований ФИО1, пояснил, что его брат подписал заявление об отказе от участия в приватизации под влиянием матери, 

<

данные изъяты>. 

Третьи лица ФИО5, ФИО6 в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, причина неявки суду неизвестна. Ранее в судебных заседаниях против удовлетворения требований истца не возражали, поясняли, что ФИО1 на момент составления отказа от приватизации уже страдал 

<

данные изъяты>.

Третье лицо ФИО7 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, причина неявки суду неизвестна, ранее в судебном заседании против удовлетворения иска возражал.

Представитель третьего лица ФИО7 – ФИО8, действующий на основании доверенности, подтверждающей его право на представление интересов ФИО7 без его присутствия, в судебном заседании против удовлетворения требований истца, пояснил, что действия истца ФИО1 и его матери ответчика ФИО2 по оспариванию договора приватизации направлены на воспрепятствование настоящему собственнику квартиры ФИО7 в пользовании квартирой, при заключении договора купли-продажи ФИО2 скрыла информацию о том, что квартира обременена пользованием со стороны ее детей, отказавшихся от участия в приватизации, ФИО7 предлагал множество вариантов выхода из сложившейся ситуации, однако, ФИО2 не желает возвращать денежные средства полученные за квартиру.

Суд, заслушав стороны, свидетелей, проверив письменные материалы дела, приходит к следующему.

Статьей 2 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 года N 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных отношений) предусмотрено право граждан, занимающих жилые помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде, включая жилищный фонд, находящийся в хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), на условиях социального найма, приобрести эти помещения в собственность на условиях, предусмотренных указанным Законом, иными нормативными актами Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи, а также несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет.

В силу положений статьи 7 указанного Закона передача жилых помещений в собственность граждан оформляется договором передачи, заключаемым органами государственной власти или органами местного самоуправления поселений, предприятием, учреждением с гражданином, получающим жилое помещение в собственность в порядке, установленном законодательством.

В соответствии с пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Как установлено судом, 

<

дата> между Н. и ОАО «Управление единого заказчика жилищно-коммунальных услуг г.Ленинск-Кузнецкого» был заключен договор социального найма жилого помещения по адресу: 

<

адрес>, в качестве членов семьи нанимателя в указанный договор включены ФИО2 (жена) ФИО1, ФИО4, ФИО6 (сыновья), ФИО6 (дочь) (л.д. 46-49).

Н. умер 

<

дата> (л.д.79).

<

дата> ответчик ФИО2 обратилась в администрацию Ленинск-Кузнецкого городского округа с заявлением о передаче в ее собственность указанной квартиры в порядке приватизации (49 оборот, 50).

Проживающие совместно с ФИО2 в указанной квартире – истец ФИО1, а также третьи лица ФИО4, ФИО6, ФИО5 (до брака-Попова) 

<

дата> от участия в приватизации квартиры отказались, что подтверждается заявлениями (л.д. 20,41 оборот, 42 оборот, 43).

<

дата> между ФИО2 и администрацией Ленинск-Кузнецкого городского округа был заключен договор на передачу указанной квартиры в собственность ФИО2 в порядке приватизации(л.д.45), право собственности ФИО2 на спорную квартиру было зарегистрировано в установленном законом порядке, что сторонами в судебном заседании не оспаривалось.

<

дата> между ФИО2 и ФИО7 был заключен договор купли- продажи квартиры по адресу: 

<

адрес>, право собственности ФИО7 на квартиру зарегистрировано в установленном порядке в ЕГРН (л.д.24,25).

Истец ФИО1, оспаривая договор от 

<

дата> на передачу указанной квартиры в собственность ФИО2 в порядке приватизации ссылается на то, что при оформлении своего заявления об отказе от участия в приватизации квартиры он не понимал значение своих действий и не мог руководить ими в силу имеющегося у него 

<

данные изъяты>.

Согласно требованиям ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Доводы истца о том, что в момент оформления согласия от 

<

дата> на приватизацию вышеуказанной квартиры без его участия он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими нашли свое подтверждение в ходе рассмотрения настоящего дела.

На основании определения суда по ходатайству стороны истца по делу была проведена судебная психолого-психиатрическая экспертиза. По заключению комиссии экспертов ГКУЗ КО КОКПБ от 

<

дата> 

<

номер> сделан вывод, 

<

данные изъяты>, в результате выраженных волевых нарушений, повышенной подчиняемости ФИО1 легко попал под влияние заинтересованного лица, решение о подписании оспариваемого документа было принято без определенной мотивации, при его формальном участии и лишало ФИО1 способности понимать значение своих действий и руководить ими на момент подписания заявления об отказе от участия в приватизации от 

<

дата> (л.д. 224-227).

Таким образом, экспертный анализ юридически значимой ситуации и представленных материалов гражданского дела позволили экспертам сделать вывод, что ФИО1 на момент составления заявления об отказе от участия в приватизации спорной квартиры от 

<

дата> находился в таком состоянии, что не мог понимать значение своих действий и руководить ими, равно понимать их последствия.

Суд не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность экспертного заключения, поскольку заключение составлено в соответствии с требованиями статьи 86 ГПК РФ, Федерального закона от 31 мая 2001 N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы, оно подготовлено комиссией в составе трех экспертов, являющимися компетентными специалистами в области психиатрии и психологии. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, при даче заключения комиссия экспертов пришла к однозначному выводу, противоречий в заключении экспертов не имеется. Не доверять выводам данного заключения комиссии экспертов у суда не имеется. Доказательств, опровергающих выводы экспертов, суду не представлено. 

Принимая во внимание вышеуказанное заключение экспертов, суд считает, что оно не противоречит собранным по делу доказательствам, показаниям третьих лиц ФИО4, ФИО6, ФИО5, пояснявших, что их брат после службы в армии был нездоров, письменным материалам дела.

Свидетели Д., Б., М. в судебном заседании пояснили, что ФИО1 в период работы подземным горнорабочим выполнял обычную физическую работу, не требующую интеллектуальных способностей, был невнимательный, страдал забывчивостью, по характеру вспыльчивый, агрессивный, в коллективе отношений не поддерживал.

Свидетель В. в судебном заседании пояснила, что при принятии документов на приватизацию квартир, она удостоверяет личности жильцов, при принятии заявлений об отказе от участия в приватизации разъясняет о последствиях отказа, по поводу отказа от участия в приватизации ФИО1 пояснить ничего не смогла за давностью произошедшего.

У суда нет оснований не доверять показаниям данных свидетелей, поскольку они не заинтересованы в исходе дела, их показания согласуются между собой и с пояснениями истца, а также с письменными материалами дела.

Проанализировав указанное выше заключение экспертов в совокупности с иными доказательствами по делу, в том числе пояснениями сторон, третьих лиц, свидетелей, письменными доказательствами о состоянии здоровья истца при оформлении заявления об отказе от приватизации от 

<

дата>, суд приходит к выводу о том, что указанное заявление имеет порок воли, признает его отсутствующим.

Исходя из существа исковых требований, положений приведенной статьи 2 Закона «О приватизации», пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, того обстоятельства, что на момент обращения ФИО1 в администрацию с заявлением о приватизации спорной квартиры, истец был зарегистрирован и проживал в спорной квартире, обладал правом пользования ею на условиях социального найма, при этом, отсутствует его волеизъявление на дачу согласия на отказ от приватизации, суд считает, что ФИО1 имел равные с ответчиком ФИО2 права на приватизацию спорного жилого помещения и как следствие заключение договора приватизации спорной квартиры наравне с ФИО2 

Вместе с тем, суд считает заслуживающими внимание заявление представителя ответчика администрации Ленинск-Кузнецкого городского округа о применении срока исковой давности к заявленным истцом требованиям.

Нормы Гражданского Кодекса РФ об основаниях и последствиях недействительности сделок в редакции Федерального закона от 07 мая 2013 N 100-ФЗ применяются к сделкам, совершенным после дня его вступления в силу, то есть после 1 сентября 2013 года (пункт 6 статьи 3 Закона N 100-ФЗ).

В связи с тем, что договор безвозмездной передачи спорного жилого помещения в порядке приватизации был заключен 

<

дата>, к данным правоотношениям применяются нормы Гражданского Кодекса РФ об основаниях и последствиях недействительности сделок в редакции, действовавшей до момента вступления в силу указанного Федерального закона.

Согласно п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Из положений п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса РФ следует, что оспоримой является сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими. Такая сделка может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В соответствии с п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» заявление о пропуске исковой давности может быть сделано как в письменной, так и в устной форме при подготовке дела к судебному разбирательству или непосредственно при рассмотрении дела по существу в суде первой инстанции, а также в суде апелляционной инстанции в случае, если суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции.

Представителем ответчика – администрации Ленинск-Кузнецкого городского округа в судебном заседании заявлено о пропуске ФИО1 срока исковой давности.

Как следует из пояснений истца в судебном заседании, о приватизации спорной квартиры его матерью ФИО2 ему было известно в 

<

дата> – в момент написания им заявления об отказе в участии в приватизации, он не был согласен с приватизацией квартиры только ФИО2 единолично, но подписал заявление под влиянием матери, т.е. истец он осознал, что отказ от приватизации не являлся результатом его свободного волеизъявления, был совершен в состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Суд считает, что в данной ситуации срок исковой давности по требованию ФИО1 о признании договора приватизации от 

<

дата> недействительным по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса РФ, составляющий один год со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной, начинает исчисляться с момента заключения договора – 

<

дата> и на момент предъявления ФИО1 настоящего иска в суд (09 августа 2018г.) истек 07 мая 2014г.

Требования о восстановлении пропущенного срока сторона истца в судебном заседании не заявляла, поясняя, что срок его не пропущен в силу имеющегося у истца психического расстройства.

Однако, суд считает данные доводы стороны истца несостоятельными, поскольку истцом не были представлены достаточных доказательства невозможности обратиться в суд в период с 

<

дата>, т.е. в течение более 5 лет, равно как и доказательства того, что истец в указанный период (после 

<

дата> до обращения в суд с настоящим иском) также не мог отдавать отчет своим действиям, понимать значение и руководить ими и состояние здоровья, либо прием каких-либо сильнодействующих лекарственных препаратов препятствовали ему обратиться в суд. Заключение судебной экспертизы проведенной по настоящему делу, не может являться достаточным доказательством того, что истец после 

<

дата> не мог отдавать отчет своим действиям, понимать значение и руководить ими, поскольку данные вопросы на обсуждение экспертом не ставились, стороной истца ходатайств о назначении дополнительной судебной экспертизы не заявлено.

К доводам стороны истца о том, что о нарушении его прав на участие в приватизации квартиры, ему стало известно только после продажи квартиры ФИО2 в апреле 2018г. суд относится критически, поскольку истец в ходе рассмотрения дела неоднократно давал противоречивые пояснения в данной части, при этом, однозначно утверждая, что ему было известно с марта 2013г. о передаче квартиры в собственность только матери ФИО2, с чем он не был согласен.

Как установлено судом, следует из пояснений истца, а также ответчика ФИО2 в судебном заседании, истец после службы в армии занимался в спортзале, общался с родственниками, друзьями, истец на момент рассмотрения настоящего спора недееспособным не признан, до 

<

дата> имел право управления транспортным средством, что подтверждается решением суда от 

<

дата> (л.д.29-31), в период 

<

дата> по настоящее время продолжает прежнюю профессиональную деятельность в качестве горнорабочего (горномонтажника), что подтверждается записями в трудовой книжке истца (л.д. 144-150), в спорный период 

<

данные изъяты>, что подтверждается заключением судебной экспертизы (л.д.224-227), постоянно проживает в спорной квартире. 

С учетом пояснений истца, а также установленных обстоятельств дела, суд считает, что отсутствуют основания полагать, что состояние здоровья, либо прием каких-либо сильнодействующих лекарственных препаратов сделал для ФИО1 невозможным своевременное обращение в суд, доказательств обратного суду стороной истца не представлено, требований о назначении дополнительной судебной экспертизы для установления состояния здоровья истца в период после подписания отказа от приватизации не заявлено, как и не заявлено ходатайств о восстановлении пропущенного срока исковой давности.

При таких обстоятельствах, руководствуясь вышеприведенными нормами права, учитывая, что с иском об оспаривании договора приватизации от 

<

дата> истец обратился в суд только в августе 2018г., убедительных доказательств уважительности пропуска срока исковой давности стороной истца суду не представлено, ходатайств о восстановлении пропущенного срока стороной истца не заявлено, при этом, стороной ответчика в ходе судебного заседания заявлено о пропуске срока исковой давности, суд считает, что требования ФИО1 о признании недействительным договора на передачу жилого помещения по адресу: 

<

адрес> в собственность граждан в порядке приватизации от 

<

дата>, удовлетворению не подлежат в связи с пропуском срока исковой давности, предусмотренном ст. 181 ГПК РФ.

Руководствуясь ст. 199 ГК РФ, ст.ст.194-198 ГПК РФ суд

Р Е Ш И Л:

Отказать ФИО1 в удовлетворении иска к администрации Ленинск-Кузнецкого городского округа, ФИО2 о признании недействительным договора от 

<

дата> на передачу жилого помещения по адресу: 

<

адрес> в собственность ФИО2 в порядке приватизации, в связи с пропуском срока исковой давности.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Судья: подпись.

Решение в окончательной форме изготовлено 03 сентября 2019г.

Подлинник документа находится в гражданском деле № 2-10/2019 Ленинск-Кузнецкого городского суда г. Ленинска-Кузнецкого Кемеровской области.