Дело № 22 - 215

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. ФИО16 25 февраля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Кировского областного суда

в составе:

председательствующего Бизяева С.Г.,

судей Ждановой Л.В., Кульгускина А.В.

при секретаре Калабиной А.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобе представителя потерпевшего ФИО1 и представлению прокурора района Онучина Ю.А. на приговор Оричевского районного суда Кировской области от 22 декабря 2025 года, которым

ФИО15, 

<

дата> рождения, 

<

данные изъяты> не судимый,

признан невиновным в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ, и оправдан на основании п.2ч.1 ст. 24, п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

За ФИО15 признано право на реабилитацию и возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, в порядке, установленном гл. 18 УПК РФ.

Мера пресечения до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Гражданский иск о взыскании с ФИО15 ущерба, причиненного преступлением, в размере 2491597 руб. 87 коп. оставлен без рассмотрения.

Заслушав после доклада судьей Ждановой Л.В. содержания приговора, существа апелляционных жалобы представителя потерпевшего ФИО1 и представления прокурора района Онучина Ю.А., поддержанного прокурором Фоминых О.Л., выступление оправданного ФИО15 и его защитника - адвоката Костиной Н.А. об оставлении приговора без изменения, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

Органами предварительного расследования ФИО15 обвинялся в совершении действий, явно выходящих за пределы его должностных полномочий главы органа местного самоуправления, повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, с причинением тяжких последствий при следующих обстоятельствах.

ФИО15, являясь главой Гарского сельского поселения Оричевского района Кировской области, т.е. должностным лицом, постоянно выполняющим организационно – распорядительные и административно – хозяйственные функции в органе местного самоуправления, зная, что в пос. Зенгино Оричевского района Кировской области на участке местности в 391 метре от окончания 

<

адрес> находится торфяное месторождение «

<

данные изъяты>», принадлежащие Российской Федерации, заключил 19.11.2018 договор мены (бартера) с ООО «

<

данные изъяты>» в лице ФИО2., по условиям которого ООО «

<

данные изъяты>» обязалось выполнить работы по очистке и расширению водоема на площади 5000 кв.м., расположенного на указанном участке местности, а администрация Гарского сельского поселения передать ООО «

<

данные изъяты>» в качестве оплаты за выполненные работы грунт, высвободившийся от расширения водоема, тем самым незаконно без получения лицензии на пользование недрами, распорядился ими и землей.

В результате действий ФИО15 на указанном участке местности в пос. Зенгино в период с19.11.2018 по 15.04.2020 ООО «

<

данные изъяты>» произведены работы, в ходе которых на площади 5000 кв.м. снята, уничтожена и испорчена почва, добыто без лицензии 5626 куб. м. полезного ископаемого – торфа на сумму 2491597 руб. 87 коп., что повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, причинение тяжких последствий.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшего ФИО1 выражает несогласие с приговором по основаниям несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, существенного нарушения уголовно-процессуального закона.

В обосновании этих доводов указывает, что суд незаконно признал протокол осмотра места происшествия от 15.04.2020 недопустимым доказательством, что повлекло признание недопустимыми доказательствами протокола испытаний грунта, изъятого в ходе данного следственного действия, расчета причиненного ущерба, основанных на данных осмотра места происшествия. Признавая данные доказательства недопустимыми, суд указал на отсутствие в протоколе осмотра места происшествия сведений о методике съемки и отбора образцов грунта в ходе его проведения. По этим же основаниям суд отверг сведения о причинении существенного вреда, а также признал недопустимым доказательством - заключение специалиста ФИО3., составленного по материалам уголовного дела, содержащего доказательства, признанные судом недопустимыми.

Утверждает, что проводившее осмотр места происшествия должностное лицо и участвовавшие в его производстве специалисты выполнили все необходимые действия, достаточность которых на начальной стадии для фиксации происшествия сомнений не вызывает.

Ссылаясь на ст.ст.164, 166, 176 и 177 УПК РФ, указывает, что положения этих статей не содержат требований о приложении к протоколу осмотра места происшествия пояснительных записок, в связи с чем выводы суда об обратном суда считает несостоятельными.

Указывает, что непринятие по делу решения о признании незначительного количества изъятых образцов грунта в качестве вещественных доказательств не имеет существенного значения и не влечет необходимость после проведения испытаний назначать еще и экспертное исследование, равно как и не влечет недопустимость произведенных расчетов причиненного вреда.

Обращает внимание на то, что ФИО15 предъявлено обвинение в изменении водоема в соответствии с объемом, изъятого ООО «

<

данные изъяты>» грунта, а не в изменении водоема на определенную глубину.

Просит приговор суда в отношении ФИО15 отменить, уголовное дело передать на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции.

В апелляционном представлении прокурор района Онучин Ю.В. также выражает несогласие с приговором суда, считая его незаконным, необоснованным и несправедливым, подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, и существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

В обоснование этих доводов указывает, что в нарушении ст. 49 Конституции РФ, ст.ст. 17, 88, 302 УПК РФ, разъяснений, данных в п.п. 6, 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 55, оправдывая ФИО15 в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ, суд, признал протокол осмотра места происшествия от 15.04.2020 и производные от него доказательства, недопустимыми, указав, что остальные доказательства, признанные судом допустимыми и относимыми, как каждое в отдельности, так и в совокупности, не свидетельствуют о виновности подсудимого в инкриминируемом ему деянии.

Данные выводы суда считает противоречащими установленным судом первой инстанции фактическим обстоятельствам дела, вынесенным ранее в отношении ФИО15 судебным решениям, в основу которых положен протокол осмотра места происшествия, как допустимое доказательство, а потому необоснованными. Несмотря на то, что в протоколе осмотра от 15.04.2020 не указаны порядок проведения и результаты маркшейдерской съемки, в том числе высотные точки для определения глубины водоема, это не ставит под сомнение её проведение специалистами в ходе осмотра места происшествия.

Отсутствие в протоколе осмотра места происшествия указания, а в фототаблице изображения мешка с грунтом, изъятого в опечатанном виде, заверенного подписью лица, проводившем осмотр, также не влечет недопустимость протокола осмотра места происшествия, т.к. изъятие грунта в ходе проведения следственного действия никем не оспаривалось.

Учитывая, отсутствие нарушений ст.ст.164, 166, 176, 177 УПК РФ при проведении осмотра места происшествия от 15.04.2020, влекущих признание данного доказательства недопустимым, считает, что протокол испытаний № 246 от 26.06.2020, согласно которому изъятый в ходе осмотра места происшествия грунт является торфом; расчет от 16.04.2020 о стоимости запасов полезных ископаемых, утраченных в результате самовольного пользования недрами в сумме 2491597 руб. 87 коп., являются по делу допустимыми доказательствами.

Тем более, что исследование грунта проводилось специалистом, которому он был передан ФИО3., изъявшим его с места происшествия, указанным в протоколе осмотра от 15.04.2020.

В связи с этим полагает, что судом ошибочно отвергнуты представленные Министерством охраны окружающей среды Кировской области сведения о стоимости запасов полезных ископаемых, утраченных в результате изъятия грунта ООО «

<

данные изъяты>», и о причинении существенного вреда окружающей среде; не принято во внимание, что Министерство охраны окружающей среды Кировской области в соответствии со своей деятельностью и процессуальным положением потерпевшего по уголовному делу наделено полномочиями по оценке стоимости утраченных запасов общераспространенных полезных ископаемых (торфа), на что ранее указывалось судом апелляционной инстанции при пересмотре в апелляционном порядке приговора суда от 09.04.2021 в отношении ФИО15

Утверждает, что ФИО3. необоснованно отведен судом от участия по делу в качестве специалиста, поскольку доказательств его заинтересованности в исходе дела, предвзятости или некомпетентности не установлено. В связи с этим отсутствуют основания для признания недопустимым доказательством и его заключения от 20.11.2020, которое составлено по доказательствам, полученным с соблюдением требований УПК РФ. Критическое отношение суда к показаниям свидетелей ФИО3. и ФИО4 об обнаружении у водоема грунта, являющегося торфом, явно ошибочное, поскольку показания указанных лиц не противоречат доказательствам о наличие торфа в месте его изъятия ООО «

<

данные изъяты>».

Считает, что показания представителя потерпевшего ФИО1. и специалиста ФИО5 не имеют существенных противоречий, получены с соблюдением требований УПК РФ, которые предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, оснований для оговора ими ФИО15 судом не установлено.

Утверждает, что показания свидетелей стороны обвинения по делу являются последовательными, логичными, согласуются между собой и с письменными материалами дела, противоречий не содержат, оснований не доверять которым не имеется, причин для оговора ФИО15 указанными свидетелями судом не выявлено.

Оценивая собранные по уголовному делу доказательства, считает, что вина ФИО15 по предъявленному обвинению подтверждается совокупностью представленных стороной обвинения доказательств, являющихся относимыми и допустимыми, полученными с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, не содержащих противоречий и дополняющих друг друга.

В то же время показания ФИО15 о том, что он не знал о нахождении торфа в месте производства работ ООО «

<

данные изъяты>», опровергаются письменными доказательствами, а необходимость очистки указанного им водоема для использования в противопожарных целях - показаниями свидетеля ФИО6

Считает, что представленными суду доказательствами подтверждается, что ФИО15, являясь главой Гарского сельского поселения Оричевского района Кировской области, заключив от имени администрации указанного сельского поселения договор мены (бартера), по которому ООО «

<

данные изъяты>» получило в качестве оплаты торф, фактически незаконно распорядился недрами.

В результате указанных действий ФИО15 причинены тяжкие последствия в виде значительного материального ущерба в размере 2 491 597 руб. 87 коп., а также нарушены конституционные права и законные интересы граждан на благоприятную окружающую среду, что повлекло подрыв авторитета и дискредитации органов местного самоуправления при регулировании отношений в сфере взаимодействия общества и природы, возникающие в результате осуществления хозяйственной деятельности, связанной с воздействием на природную среду.

В связи с этим квалификация органами предварительного следствия содеянного ФИО15 по п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ сомнений не вызывает, но суд в нарушение требований ст.ст. 87, 88 УПК РФ представленные стороной обвинения доказательства тщательно не проверил, не сопоставил между собой, что повлекло их неверную оценку и, как следствие, несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции, ошибочное истолкование им доказательств стороны обвинения в пользу подсудимого.

Считает, что оправдательный приговор в отношении ФИО15 не отвечает принципам законности и справедливости, необоснованное освобождение которого от уголовной ответственности повлекло нарушение по делу принципа неотвратимости наказания.

Просит приговор в отношении ФИО15 отменить, а уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда со стадии судебного разбирательства.

В возражениях на апелляционные представление прокурора района и жалобу представителя потерпевшего защитник ФИО15 – адвокат Костина Н.А. указывает, что изложенные в них доводы не основаны на законе и противоречат материалам уголовного дела, поэтому просит приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобу и представление - без удовлетворения.

Изучив материалы уголовного дела, проверив доводы, изложенные в апелляционных жалобе представителя потерпевшего и представлении прокурора, поступившие на них возражения защитника, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно - процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Данные требования закона судом соблюдены не в полной мере.

Оправдывая ФИО15 по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ, суд указал в приговоре, что представленные стороной обвинения рапорта об обнаружении признаков состава указанного преступления в его действиях; копии постановления прокурора о направлении материалов дела в следственный орган для решения вопроса об уголовном расследовании и постановления о выделении в отдельное производство материалов уголовного дела для проведения проверки в отношении других лиц; предостережение от 12.11.2018 о недопустимости нарушений обязательных требований пожарной безопасности по пожарному водоему в 

<

адрес>; ответ на него от 18.12.2018 главы администрации сельского поселения ФИО15; заявления ФИО2 и договоры о пожертвовании им денежных средств от 05.03.2019, 04.10.2019 и 18.03.2020, квитанции и приходные кассовые ордера о получении администрацией Гарского сельского поселения указанных пожертвований; платежные поручения и авансовые отчеты, товарные накладные, чеки на оплату, платежные поручения; акты приема – передачи зданий (сооружений) в виде пожарного водоема, прудов; постановление главы Гарского сельского поселения № 11 от 21.03.2014; решения Гарской сельской Думы Оричевского района Кировской области от 21.12.2018 № 16/7 и 12.07.2017 № 64/4, копия её решения от 28.04.2025 № 32/3; копия распоряжения главы администрации Гарского сельского округа от 14.08.2000 № 64; копия свидетельства на право собственности, владения, бессрочного (постоянного) пользования землей; копия письма Гарской сельской Думы от 22.01.2021 и ответ прокуратуры Оричевского района Кировской области от 17.02.2021; сведения о вместимости автомашин Камаз - 53111 и Камаз – 6520; копия благодарственного письма, направленного в адрес администрации Гарского сельского поселения Оричевского района Кировской области; копия решения от 26.06.1992 № 10/15; заключение кадастрового инженера от 12.05.2021; архивная справка от 01.05.2022 с копией приказов, не свидетельствуют о виновности либо невиновности ФИО15, поэтому доказательственного значения по уголовному делу не имеют.

Решение № 40/2 от 17.11.2015 о вступлении ФИО15 в должность главы муниципального образования также не может быть принято судом, поскольку оно не заверено и не подписано. Соглашение о взаимодействии от 09.01.2017 и протокол осмотра протоколов заседаний Гарской сельской Думы от 25.06.2020 не имеет отношения к рассматриваемым событиям; а протокол осмотра от 21.08.2025 не отражает данные участка водоема после проведенных на нём работ, поэтому относимыми доказательствами не являются и не могут быть положены в основу приговора. Решение Арбитражного суда Кировской области от 13.02.2024, как и решения судов вышестоящих судебных инстанций не имеют преюдициального значения, так как не устанавливают обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу.

Кроме того, суд признал недопустимыми доказательствами, не имеющими юридической силы по делу, протокол осмотра места происшествия от 15.04.2020 в части отбора и изъятия проб грунта из насыпей, обнаруженных у водоема, находящегося на расстоянии 391 м. от окончания 

<

адрес>, и проведения маркшейдерской съемки; а также производные от него расчет ущерба от 16.04.2020, протокол испытаний №246 от 26.06.2020, заключение специалиста от 20.11.2020, сведения о стоимости утраченных запасов полезных ископаемых и причинении вреда окружающей среде от 10.12.2025, так как порядок и методика проведения маркшейдерской съемки, а также отбора образцов грунта в протоколе осмотра места происшествия и в приложенной к нему схеме исполнительной съемки не указаны, а в фототаблице не отображено, что изъятый мешок с грунтом опечатан и заверен подписью лица, проводившего осмотр; в деле отсутствуют сведения о его передаче органу предварительного следствия; а заключение дано специалистом, являющимся работником Министерства охраны окружающей среды Кировской области, находящимся в служебной зависимости от потерпевшего, ранее признававшимся представителем потерпевшего по делу.

К показаниям свидетелей ФИО4 и ФИО3 о том, что обнаруженный ими у вышеуказанного водоема грунт являлся торфом; показаниям последнего в части изъятия им проб грунта не из водоема, а с прилегающей к нему территории, причиненного вреда; к показаниям представителя потерпевшего ФИО1. в части заключения ФИО15 договора, предполагающего добычу торфа, и размера причиненного вреда, к показаниям следователя ФИО7 об обстоятельствах передачи ему мешка с грунтом после принятия им к производству уголовного дела, суд отнесся критически, признал недопустимыми доказательствами, по тем основаниям, что указанные лица не проводили исследование породного состава грунта, изъятого с места происшествия, в связи с чем их показания, как и показания представителя потерпевшего носят предположительный характер и основаны на доказательствах, признанных судом недопустимыми, опровергаются показаниями свидетелей ФИО2. и ФИО8. о проведении ООО «

<

данные изъяты>» работ по очистке водоема, и не позволяют установить объем добытого и его принадлежность к торфу в связи с отсутствием достоверных данных о поступление на исследование именного тех проб грунта, которые были изъяты с места происшествия.

Показания этих же лиц о необходимости получения у Министерства окружающей среды разрешения для проведения работ на водоеме суд признал неотносимыми; а показания специалиста ФИО5 о соответствии отобранных на месте происшествия образцов грунта полезному ископаемому торфу, суд не принял во внимание, т.к. признал недопустимым доказательством протокол испытаний от 26.06.2020.

При этом суд указал в приговоре об отсутствии достоверных доказательств, свидетельствующих об умышленном характере действий ФИО15, его осведомленности при заключении договора мены (бартера) о наличии на участке местности, где находился водоем, торфа, добычи данного полезного ископаемого в объеме 5626 куб.м., о причинении им вреда в размере 2491597 руб. 87 коп. и наступлении тяжких последствий от его действий, т.к. заключение указанного договора ФИО15, который работы в водоеме сам не проводил и добытый грунт не продавал, не свидетельствует, что он был заключен с целью добычи недр (торфа).

В связи с этим суд пришел к выводу о том, что те доказательства, которые им признаны по делу допустимыми, относимыми и достаточными, не свидетельствуют о виновности ФИО15 в инкриминируемом деянии; заключив договор мены (бартера), по условиям которого ООО «

<

данные изъяты>» должно было выполнить очистку и расширение водоема на площади 5000 кв.м., а администрация сельского поселения передать в оплату проведенных работ высвободившейся от расширения водоема грунт, подсудимый действовал в пределах должностных полномочий - главы органа местного самоуправления, закрепленных в Федеральном законе «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», Законе Кировской области от 29.12.2004 № 292 – ЗО и Уставе Гарского сельского поселения Оричевского района Кировской области.

То, что указанный водоем ни до заключения 19.11.2018 договора мены (бартера), ни в последующем не использовался как противопожарный, а после его заключения ФИО15 прекратил полномочия главы сельского поселения, как и показания свидетеля ФИО6. об отсутствии необходимости в расширении данного водоема, согласно выводам суда не имеют значения по делу.

Вместе с тем, как обоснованно указано в апелляционных представлении прокурора и жалобе представителя потерпевшего, данные выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, при проверке и оценке которых суд допустил существенные нарушения уголовно – процессуального закона, повлиявшие на его выводы и, как следствие, на вынесение законного и обоснованного судебного решения по делу.

Так, из показаний подсудимого ФИО15, данных в судебном заседании и на предварительном следствии, оглашенных в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, следует, что с 18.11.2015 по 25.12.2018 он являлся главой Гарского сельского поселения. До ноября 2018 года к нему обращался ФИО2 с предложением проведения работ по очистке водоема, который приезжал в пос. Зенгино, проводил бурение, но для каких целей не знает. Специалист по земельным вопросам ФИО9. показала ему на карте водоем, созданный ранее Оричевским торфопредприятием, обследовав который, обнаружил, что он завален бытовыми отходами, мусором, зарос травой и кустарником. В начале ноября 2018 года сам позвонил ФИО2, с которым 19.11.2018 в пос. Зенгино заключил договор мены (бартера). По условиям указанного договора ООО «

<

данные изъяты>» в срок до 31.12.2018 должно было очистить и углубить водоем в 

<

адрес>, а в оплату проведенных работ забрать извлеченный грунт.

При этом утверждал, что еще до заключения договора мены разговаривал с инспектором по пожарному надзору ФИО6 по поводу водоема, который затем чистил ФИО2., и получил от него предостережение; до своего увольнения в декабре 2018 года по просьбе ФИО2 выдал акт приема–передачи грунта в количестве 2000 куб. м., но личной заинтересованности не имел, о наличии торфа в месте производства работ ООО «

<

данные изъяты>» не знал, этот вопрос с ФИО2 не обсуждал.

Кроме того, он отрицал подписание приобщенного к материалам дела договора мены (бартера) от 19.11.2018, ссылаясь на отсутствие его подписи на первом листе договора, местом заключения которого в тексте указан г. ФИО16 вместо пос. Зенгино, несоответствующие объем работ и площадь расширения водоема.

Между тем, из оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч.1ст.281 УПК РФ показаний свидетеля ФИО2., данных на предварительном следствии, следует, что ООО «

<

данные изъяты>», директором которого он является, занимается устройством, очисткой прудов и водоемов. В октябре 2018 года он предложил главе администрации Гарского сельского поселения ФИО15 услуги. Тот показал ему водоем, который необходимо было расширить и очистить, на месте производства работ указал в какую сторону его расширить, после он произвел забор образцов грунта. Проведенное бурение показало глубину грунта, который визуально на торф не был похож. О наличии в этом месте месторождения торфа не знал. Договорившись с ФИО15 о расчете за работы изъятым грунтом, 19.11.2018 в администрации Гарского сельского поселения заключил договор мены (бартера), по которому ООО «

<

данные изъяты>» приняло на себя обязательства по выполнению работ по очистке и расширению водоема на 5000 кв.м., который ФИО15 подписал. С21.11.2018 по 29.12.2018 были выполнены работы по углублению и расширению водоема, в ходе которых извлекли около 2000 куб. м. грунта, место его складирования согласовал с ФИО15 После подписания акта приема-передачи извлеченного грунта его продал и продолжил работы. Не отрицал, что в процессе проведения работ у водоема был снят почвенно - растительный слой.

Из оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч.1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетелей ФИО10., ФИО8. и ФИО11., данных на предварительном следствии, следует, что они подтвердил показания ФИО2.

Из показаний в судебном заседании свидетеля ФИО12. следует, что с 2016 по 2018 годы главой Гарского сельского поселения являлся ФИО15 Водоем, на котором проводились работы ООО «

<

данные изъяты>», был выкопан в 1960 году торфопредприятием. О заключении ФИО15 договора мены с ООО «

<

данные изъяты>» ему стало известно после его подписания. Впоследующем он, как глава Гарского сельского поселения, подписал дополнительное соглашение о продлении указанного договора, но не выяснял у ФИО2., который вывозил добытый грунт, наличие лицензии на добычу полезных ископаемых, считая, что в данном водоеме их нет.

Из показаний, данных в судебном заседании представителем потерпевшего ФИО1., следует, что согласно совместному постановлению Правительства Кировской области и Министерства природных ресурсов РФ № 49 от 12.07.2005 торф включен в перечень общераспространенных полезных ископаемых, для добычи которого в коммерческих целях согласно ст. 11 Закона «О недрах» необходима лицензия. Кроме того, он подтвердил, что пруды, обводненные карьеры, находящиеся на землях муниципальных образований вне разграниченной собственности относятся к федеральным землям, поэтому для производства работ по изменению их дна и берега в соответствии с Водным кодексом РФ требуется получение разрешения у Министерства охраны окружающей среды Кировской области.

О том, что в ноябре 2018 года глава Гарского сельского поселения ФИО15 заключил договор с ООО «

<

данные изъяты>» по очистке и расширению водоема площадью 5000 кв.м. в пос. Зенгино Оричевского района Кировской области, расположенного в пределах торфяного месторождения «Зенгинское», ему стало известно в ходе производства предварительного расследования. Заключенный ФИО15 договор предусматривал передачу ООО «

<

данные изъяты>» грунта, изъятого в ходе проведенных работ, но лицензию на добычу полезного ископаемого никто из сторон этого договора не получал, хотя в соответствии с ним фактически осуществлялась добыча торфа. Кроме того, в ходе работ, проведенных у данного водоема, окружающей среде был причинен вред в виде снятия и уничтожения почв и почвенного слоя, а также в результате незаконной добычи полезного ископаемого, ущерб от реализации которого составил 2490597 руб. 87 коп.

Из показаний свидетеля ФИО6., работающего начальником отделения надзорной деятельности и профилактической работы Оричевского района в ГУ МЧС России по Кировской области, данных в судебном заседании и на предварительном следствии, оглашенных в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, следует, что он не подтвердил показания ФИО15 о выдаче ему предостережения на водоем, находящийся в конце 

<

адрес>, так как он в перечне источников пожаротушения не значился, необходимости в нем не было, как и возможности его использования для тушения пожаров. Водоем, на который он действительно выписал предостережение главе сельского поселения в ноябре 2018 года, находился в 

<

адрес>, который не использовался в противопожарных целях, т.к. к нему не было подъезда.

Из показаний, данных в судебном заседании свидетелем ФИО4., следует, что в апреле 2020 года он принимал участие в осмотре водоема в пос. Зенгино Оричевского района Кировской области. Его задачей была транспортировка на плавсредстве геодезиста ФИО13., который производил замеры глубины, но участия в обработке полученных им данных не принимал. Вокруг водного объекта находились насыпи грунта, визуально похожего на торф. Кроме того, подтвердил, что для производства работ по выемке грунта из водоема необходимы договор на право пользования акваториями и разрешение для изменения его дна и берегов.

Из показаний свидетеля ФИО3., работающего в Министерстве охраны окружающей среды Кировской области, данных в судебном заседании и на предварительном следствии, оглашенных на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, следует, что 15.04.2020 он принимал участие в осмотре водоема в п. Зенгино, по периметру которого обнаружил следы техники и снятый плодородный слой. Для проведения замеров площади и объемов произведенных на водоеме работ, в том числе для измерения периметра и глубины, привлек маркшейдерскую службу. Кроме того, он в присутствии сотрудника полиции точечным методом отобрал из куч грунта пробы, которые на месте осмотра упаковали в пакет, опечатали скотчем, сопроводили биркой спечатью. Изъятый из куч грунт имел признаки торфа, ввиду наличия в нем корневых остатков, спресованности и жирности. Эти пробы он отвез на исследование. В результате работ, проведенных у водоема, был причинен ущерб окружающей среде в связи с уничтожением плодородного слоя, который по периметру водоема был перемешан, втоптан, нарушен воздушный режим почвы. В связи с этим экосистема поменялась на другую. Предыдущая система не восстановлена. Утверждал, что грунт изымался не из водоема, а с прилегающей к нему территории, поскольку на границах изначального водоема находилась трава, следов производства каких – либо работ не было.

Из показаний, данных в судебном заседании следователя ФИО7., следует, что в материалах уголовного дела по обвинению М.В.АБ., принятого им к своему производству, имелся протокол осмотра места происшествия от 15.04.2020, в ходе которого был изъят грунт в опечатанном мешке, переданный ему сотрудником ОБЭП. Указанный мешок с грунтом ФИО3. по его просьбе отвозил на исследование.

Из показаний свидетеля ФИО14., работающего лесничем КОГКУ «

<

данные изъяты>», данных на предварительном следствии, оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, следует, что 02.06.2020 при обходе территории лесничества в районе пос. Зенгино Оричевского района Кировской области он обнаружил рубку деревьев около котлована, который раньше был меньше размером, рядом с ним находился автомобиль «Камаз», загруженный торфом, о чем сообщил в полицию.

Из показаний специалиста ФИО5., данных в судебном заседании, следует, что он является начальником производственно-технического отдела АО «

<

данные изъяты>», которое занимается добычей и реализацией торфа, являющегося общераспространенным полезным ископаемым. Для определения является ли образец торфом, необходимо установить наличие в нем органического вещества, которого должно быть не менее 50%. Временной промежуток между изъятием и исследованием изъятого образца не влияет на определение его как торфа, характеристики которого со временем могут поменяться, но структура и вид неизменится. Из представленного ему протокола исследований показатели проверенного образца соответствуют торфу, для добычи которого в коммерческих целях необходима лицензия, выдаваемая Министерством охраны окружающей среды Кировской области. Для изъятия торфа из водного объекта также необходимо получить разрешение, предусмотренное Водным кодексом РФ, а после разработки участков недр провести рекультивацию, в т.ч. для восстановления природных функций, утраченных в процессе разработки месторождения.

Согласно протоколу осмотра от 15.04.2020 в пос. Зенгино Оричевского района Кировской области был осмотрен участок местности, расположенный в 391 м. от окончания 

<

адрес>, накотором обнаружен водоем, а рядом с ним насыпи грунта темного цвета высотой от 4 до 5 метров. В ходе осмотра места происшествия произведена маркшейдерская съемка,отобраны образцы грунта из обнаруженных насыпей. Грунт упакован в мешок белого цвета.

Из протокола испытаний № 246 от 26.06.2020 следует, что изъятый в ходе осмотра места происшествия 15.04.2020 грунт является торфом.

По сведениям Кировского филиала ФБУ «ТФГИ по Приволжскому федеральному округу» Роснедра от 22.05.2020 водоем, зафиксированный в ходе съемки, проведенной 15.04.2020, расположен на участке торфяного месторождения «Зенгинское».

Согласно расчету от 16.04.2020, сведениям, представленным от 10.12.2025 Министерством охраны окружающей среды Кировской области, и заключению специалиста от 20.11.2020 негативное воздействие, оказанное на земельный участок, расположенный в пос. Зенгино в 391 м. отокончания 

<

адрес>, и вред, нанесенный агроландшафту в результате проведенных работ по снятию плодородного слоя почвы иразработке карьера, является существенным, а последствия тяжкими. В месте проведения указанных работ поврежден плодородный слой, нарушены водный и воздушный режимы почвы, её структура, что привело к деградации и потере плодородия, атакже к утрате средообразующих функций и рекреационного значения, что требует проведение рекультивации земель.

Стоимость запасов полезных ископаемых, утраченных в результате вреда, вызванного самовольным пользованием недрами (торфом), составила 2491597 руб. 87 коп.

Из копии договора мены (бартера) от 19.11.2018, заключенного между ООО «

<

данные изъяты>» в лице ФИО2 и администрацией Гарского сельского поселения Оричевского района Кировской области в лице главы поселения ФИО15, следует, что ООО «

<

данные изъяты>» приняло на себя обязательства выполнить очистку и расширение на 5000 кв.м. водоема в пос. Зенгино, аадминистрация Гарского сельского поселения – передать высвободившийся от расширения указанного водоема грунт в качестве оплаты за оказанные услуги.

По заключению эксперта № 2137 от 19.11.2020 печатный текст договора мены (бартера) от 19.11.2020, изъятого вадминистрации Гарского сельского поселения, выполнен при помощи одного копировально-множительного устройства при единовременной последовательной печати двух его листов. Аналогичным образом выполнен печатный текст договора мены (бартера) от 19.11.2020, изъятый и усвидетеля ФИО2

Согласно копии акта приема - передачи от 24.12.2018, подписанного ФИО15, администрация Гарского поселения передала ООО «

<

данные изъяты>» 2000 куб. м. грунта в соответствии с указанным договором мены (бартера).

Из решения Гарской сельской Думы Оричевского района Кировской области от 17.11.2015 № 40/2 следует, что ФИО15 вступил в должность главы муниципального образования «Гарское сельское поселение Оричевского района Кировской области».

Согласно Уставу указанного муниципального образования, принятого решением Гарской сельской Думы 29.05.2018 № 9/5, глава сельского поселения является высшим должностным лицом поселения и обладает полномочиями должностного лица, постоянно выполняющего организационно-распорядительные иадминистративно-хозяйственные функции в органе местного самоуправления, который вправе заключать от имени администрации поселения договоры и соглашения в пределах своих полномочий. К вопросам местного значения относится обеспечение первичных мер пожарной безопасности в границах населенных пунктов поселения.

Из протокола осмотра протоколов заседаний Гарской сельской Думы от 25.06.2020, изъятых в ходе выемки 18.06.2020 в администрации Гарского сельского поселения, следует, что с 01.01.2017 по 26.12.2018 вопрос о расширении и очистки водоема на территории Гарского сельского поселения на заседания Думы не выносился.

Из постановления главы Гарского сельского поселения от 21.03.2014 №11 следует, что водоем, расположенный в 391 м. отокончания 

<

адрес>, в утвержденном перечне источников наружного противопожарного водоснабжения на территории сельского поселения не указан.

Согласно протоколу осмотра документов, изъятых в ходе выемки 03.06.2020, установлено, что предостережение, вынесенное 12.11.2018 гл. государственным инспектором ФИО6. главе Гарского сельского поселения о недопустимости нарушения требований пожарной безопасности по водоему на 

<

адрес>, на которое ФИО15 дан ответ от 18.12.2018 озаключении договора на его очистку и расширение, тогда как договор мены от 19.11.2018 заключен на выполнение работ по очистке и расширению водоема, находящегося рядом с 

<

адрес>.

Согласно протоколу осмотра от 21.08.2025 участок местности, на котором производились работы ООО «

<

данные изъяты>» по договору мены (бартера) от 19.11.2018 расположен в пос. Зенгино не на 

<

адрес>, а на расстоянии 391 м. от окончания 

<

адрес>, подъездных путей не имеется, как и признаков его использования, о чем свидетельствует высокий уровень зарастаемости растений на данном участке, проход к которому затруднен.

Таким образом, перечислив в приговоре указанные доказательства, суд фактически их не проверил, в том числе путем получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих представленных стороной обвинения доказательств; не оценил их в совокупности согласно требованиям уголовно – процессуального закона, часть из которых необоснованно признал неотносимыми и недопустимыми без достаточных для этого оснований; не устранил противоречия между ними и показаниями ФИО15, что повлекло существенное нарушение правил проверки и оценки доказательств, установленных ст.ст. 87 - 88 УПК РФ; несоответствие изложенных в приговоре выводов суда об отсутствии в действиях ФИО15 состава преступления, фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции, и, как следствие, повлияло на вынесение судом законного и обоснованного судебного решения по делу.

Так, при всей очевидности, что в период с 18.11.2015 по 25.12.2018 ФИО15 являлся главой Гарского сельского поселения Оричевского района Кировской области, что не оспаривалось и стороной защиты, суд не принял в качестве доказательства решение от 17.11.2015 № 40/2 о вступлении его в должность главы указанного муниципального образования, в связи с тем, что копия данного решения не подписана и надлежащим образом не заверена. При этом о наличии по делу препятствий для истребования подписанной и надлежаще заверенной копии указанного решения суд в приговоре не привел.

Признавая недопустимыми доказательства, в частности, протоколы осмотра места происшествия в части отбора и изъятия проб грунта, проведения маркшейдерской съемки; протокол испытаний; заключение специалиста, расчет и сведения о стоимости утраченных запасов полезных ископаемых, размере вреда, причиненного окружающей среде; оценивая критически показания представителя потерпевшего ФИО1 о размере вреда, причиненного в результате заключенного ФИО15 договора, фактически предполагающего добычу торфа; показания специалиста ФИО5 о соответствии отобранных при осмотре места происшествия образцов грунта полезному ископаемому торфу; показания свидетелей ФИО4. и ФИО3. об обнаружении ими на месте происшествия торфа, изъятого не из водоема, а с прилегающей к нему территории, повреждении у водоема почвенного покрова; суд не учел, что сведения о площади повреждения почвенного покрова, объеме извлеченного торфа и размере причиненного ущерба содержатся в других доказательствах, исследованных в ходе судебного разбирательства и приведенных выше в апелляционном определении, оснований сомневаться в допустимости и достоверности которых суд не установил.

Не противоречат этим доказательствам и признанные судом неотносимыми и недопустимыми доказательства.

Усомнившись в допустимости ряда доказательствах, зафиксированных в протоколе осмотра места происшествия от 15.04.2020, суд сослался на нарушение уголовно - процессуального закона при его составлении и показания свидетелей ФИО2. и ФИО8. о проведении ООО «

<

данные изъяты>» работ по очистке водоема.

Однако положения ст.ст. 164,166, 176 и 177 УПК РФ не предусматривают приложение к протоколу осмотра места происшествия пояснительных записок, методик, примененных специалистами при осуществлении ими маркшейдерской съемки и отбора образцов грунта.

В то же время в протоколе осмотра места происшествия, приложенных к нему схеме исполнительной съемки и фототаблице отражены все сведения, предусмотренные обязательному указанию в протоколе данного следственного действия в целях обнаружения и фиксации следов преступления, выяснения других обстоятельств, имеющих значения для уголовного дела, в том числе о применении технических средств, который подписан всеми лицами, участвующими при его производстве.

Кроме того, показания лиц, допрошенных в судебном заседании в качестве свидетелей о порядке проведения 15.04.2020 осмотра места происшествия, способе отбора и упаковки проб грунта, обнаруженного в насыпях около водоема; о принятии следователем материалов дела и проб грунта в опечатанном мешке, передачи проб грунта в опечатанном виде на исследование через участвовавшего при осмотре места происшествия специалиста ФИО3.; не свидетельствуют о недопустимости указанных доказательств, которые по делу никем и ничем не опровергнуты.

Само по себе участие в осмотре места происшествия в качестве специалиста ФИО3., работающего в Министерстве охраны окружающей среды Кировской области, признанного по делу потерпевшим, также не свидетельствует о недопустимости проведенного с его участием следственного действия и показаний ФИО3., которые подлежали проверке и оценке в совокупности с другими доказательствами, собранными по уголовному делу.

Несмотря на наличие противоречий показаний свидетелей ФИО10., ФИО8., ФИО11., ФИО2 показаниям представителя потерпевшего ФИО1., свидетелей ФИО3., ФИО4. и ФИО14. относительно породного состава грунта, обнаруженного у водоема при осмотре места происшествия, имеющих существенное значение для выводов суда, в приговоре вопреки требованиям п. 2 ст. 307 УПК РФ не указаны мотивы, по которым суд принял показания директора ООО «

<

данные изъяты>» ФИО2. и свидетелей, привлеченных им для выполнения работ по договору мены (бартера) от 19.11.2018, отрицавших добычу торфа у водоема, и отверг показания представителя потерпевшего, специалистов и свидетелей, утверждавших о добыче ООО «

<

данные изъяты>» указанного полезного ископаемого.

Кроме того, при наличии в материалах дела подписанного ФИО15 и свидетелем ФИО2 акта приема – передачи от 24.12.2018, согласно которому ООО «

<

данные изъяты>» по договору мены (бартера) от 19.11.2018 получило от администрации Гарского сельского поселения 2000 куб. м. грунта, выводы суда о недостоверности протокола осмотра места происшествия в части указанных в нём сведений и расчета ущерба вызывают сомнения.

Заслуживает внимание и доводы апелляционного представления и о том, что суд поставил под сомнение доказательства, которые ранее по тем же основаниям уже были предметом проверки и оценки судов разных инстанций по уголовному делу.

Учитывая изложенное, решение суда о признании представленных стороной обвинения доказательств недостоверными, по мнению судебной коллегии, не основано на всесторонней оценке совокупности доказательств, исследованных в ходе судебного разбирательства.

В связи с этим судебная коллегия не может согласиться с выводами суда об отсутствии по делу доказательств, свидетельствующих об умышленном характере действий ФИО15 при заключении договора мены (бартера), об отсутствии у него информации о залегании торфа возле водоема, основанных на показаниях подсудимого, данных только в судебном заседании, и без сопоставления их с другими доказательствами, собранными по уголовному делу, в том числе со сведениями о расположении пос. Зенгино Оричевского района Кировской области, уроженцем которого является ФИО15, на торфяном месторождения «Зенгинское».

Данных, свидетельствующих об отсутствии в настоящее время возможности установить объем торфа, добытого ООО «

<

данные изъяты>», и размера причиненного вреда, вопреки доводам защитника - адвоката Костиной Н.А. из материалов дела не усматривается.

При указанных обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу, что выводы суда, изложенные в приговоре, нельзя признать соответствующими фактическим обстоятельствам дела, а приговор – законным, обоснованным, мотивированным и справедливым, который на основании п. п. 1 и 2 ст. 389.15 УПК РФ подлежит отмене с направлением дела на новое судебное разбирательство в тот же суд иным составом суда, в ходе которого необходимо устранить допущенные нарушения закона, оценить представленные сторонами доказательства и принять законное, обоснованное и мотивированное решение.

В связи с отменой приговора и передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство суд апелляционной инстанции не вправе предрешать вопросы, указанные в ч. 4 ст. 389.19 УПК РФ, которые подлежат проверке и оценке судом первой инстанции при новом судебном рассмотрении уголовного дела.

Руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.24, 389.28 и 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Приговор Оричевского районного суда Кировской области от 22 декабря 2025 года в отношении ФИО15 отменить с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство в тот же суд иным составом суда, апелляционные жалобы представителя потерпевшего ФИО1 и представление прокурора района Онучина Ю.А. - удовлетворить.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции (г. Самара) в течение шести месяцев со дня его вынесения.

В случае принесения представления, либо обжалования определения суда апелляционной инстанции, стороны вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи