Дело № 2-158/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

«08» ноября 2018 год с. Романово

Романовский районный суд Алтайского края в составе председательствующего судьи Блем А.А., 

при секретаре судебного заседания Киселевой О.И.,

с участием заместителя прокурора Романовского района Мошкина С.А.,

истца ФИО1,

третьего лица ФИО2,

ответчиков ФИО3, ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Романовского района в интересах ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в результате пожара,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор Романовского района обратился в Романовский районный суд с иском в интересах ФИО1 к ФИО3 и ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в результате пожара. В обоснование требований указано, что 02 июня 2018 г. в двухквартирном доме 

<

адрес> Алтайского края произошел пожар. ФИО1 проживает в квартире № 2 указанного дома. В результате сгорела крыша дома, в том числе и квартиры ФИО5; на её восстановление он потратил 82 993 руб. 22 коп.. Согласно выводам заключения экспертиз, проведенных в ходе проверки, очаг пожара находился внутри чердачного помещения квартиры № 1, принадлежащей ответчикам ФИО3, ФИО4 и их несовершеннолетним детям. Кроме того, установлено, что причиной возникновения пожара стал аварийный режим работы электросетей. Поскольку ответчики, как собственники, несут бремя содержания своего имущества, в том числе, и электросетей, обязаны содержать их в надлежащем состоянии, аварийных режимов работы, они и должны отвечать за ущерб, причиненных ФИО1 в результате пожара. Просит взыскать в солидарном порядке с ФИО3 и ФИО4 денежные средства в сумме 82 993 руб. 22 коп. в пользу ФИО1.

Процессуальный истец заместитель прокурора Романовского района Алтайского края Мошкин С.А. в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Истец ФИО6 в судебном заседании так же поддержал исковые требования, пояснил, что во время начала пожара находился в сарае, вышел во двор и увидел дым во дворе и в чердаке крыши над домом, больше дыма было над квартирой соседей, огня сначала не видел, супруга его уже тоже была во дворе, он решил попробовать тушить, подтащил лестницу к лазу посередине крыши и стал тянуть поливочный шланг с водой, но в чердаке уже в его сторону было пламя огня и частично над кровлей, поэтому он слез и стал звонить пожарным, но они ответили, что вызов уже приняли. В результате пожара пострадала крыша над всем домом, в том числе и над его квартирой, произошла деформация листов металлопрофиля, обрешетка и стропила обгорели практически полностью, частично сгорел утеплитель, потолки и стены закоптились, были протечки на стенах, пришлось переклеивать обои в двух комнатах, электрокабель сгорел, пришлось его менять. Для восстановления крыши он заключил договор подряда на выполнение строительных работ от 11 июня 2018 года, общая стоимость работ и расходного материала составила 82 993 руб. 22 копейки. Считает, что пожар произошел по вине ответчиков, так как он возник из-за аварийного режима работы электросети; очаг пожара находился в чердаке над их квартирой, где проходит только их электрокабель. У них с ними разные вводы от столба электрокабеля. Его (ФИО5) кабель проходил от столба к коньку крыши посередине крыши, там входил в чердак и над его квартирой по чердачному помещению был протянут к подсобному помещению и входил в него, там - в распределительный щиток. У ответчиков электрокабель был протянут от столба к стене их квартиры в распределительный щиток на стене их квартиры ближе к середине, затем по стене вверх под крышу под перекрытием и заходил в их квартиру. Чердачное помещение у них было общее, но системы электроснабжения разные. Поэтому за аварийный режим работы электросети ответчиков должны отвечать они. 

Третье лицо на стороне истца ФИО2 исковые требования поддержала, пояснила аналогично. Пожар она обнаружила раньше супруга, она находилась во дворе около бани, а он в сарае. Она увидела сначала дым в чердачном помещении над кочегаркой соседей Медведь, а из лаза посередине чердака дыма ещё не было, но из-за ветра дым очень быстро распространился к центру, после этого она услышала, что соседи тоже обнаружили пожар. По поводу ущерба и восстановления крыши пояснила аналогично. Дополнила, что крышу восстанавливали и им, и соседям - ответчикам одна бригада строителей одновременно. 

Ответчики ФИО3 и ФИО4 исковые требования не признали, пояснили, что не согласны с установлением их вины в пожаре. С размером ущерба согласились и с заключениями экспертиз так же согласились, о чем подали письменные заявления. Об устройстве систем электроснабжения пояснили аналогично пояснениям ФИО1. Действительно, у них с соседями отдельные входы электросети от столба. 

Ответчик ФИО3 пояснил, что, когда заметил пожар, он находился на улице во дворе, увидел дым из лаза в чердаке, который располагается посередине чердака, и услышал потрескивание от горения. Он через свой лаз, который со стороны их квартиры, поднялся посмотреть, увидел огонь, горела балка в середине крыши. Затем он спустился, хотел самостоятельно водой попробовать потушить, сходил за ведрами, с ними вновь стал подниматься, но на него уже в их лаз огонь стал распространяться. Считает, что поскольку огонь он увидел сначала в центре крыши, где проходит электросеть истцов Ж-вых, то их (Медведь) вины в возникновении пожара и причинении ущерба истцу не имеется. Не согласен, что огонь ветром с их стороны разнесло на сторону соседей. Наоборот, когда он в первый раз лазил смотреть дым, он оставил дверку их лаза открытой, поэтому огонь с середины крыши понесло на их половину. На их половине чердака было много старых вещей, поэтому и выгорела крыша с их стороны больше.

Ответчик ФИО4 пояснила, что во время начала пожара она находилась дома, вышла от того, что погас свет, и её супруг сказал о пожаре. Она стала кричать, чтобы вызвали пожарных. Ветер был в тот день сильный, но направление его было не в сторону Ж-вых, а, наоборот, от них. Так же считает, что сначала загорелась середина крыши, и потом огонь распространился на их половину, так как у них на чердаке было много старых вещей легковоспламеняющихся.

Третье лицо ФИО6 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, ходатайств об отложении судебного заседания не заявлял.

Выслушав пояснения сторон, допросив свидетеля ФИО7, изучив материалы дела, отказной материал по факту пожара № 7/4, суд приходит к следующим выводам.

В силу части 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно части 2 данной правовой нормы под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По общему правилу, установленному в части 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (ч. 2 ст. 1064 ГК РФ).

Согласно статье 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Частью 4 статьи 17 Жилищного кодекса Российской Федерации предусматривается, что пользование жилым помещением осуществляется с учетом соблюдения прав и законных интересов проживающих в этом жилом помещении граждан, соседей, требований пожарной безопасности, санитарно-гигиенических, экологических и иных требований законодательства, а также в соответствии с правилами пользования жилыми помещениями, утвержденными уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

В силу части 3 и части 4 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации, собственник жилого помещения несет бремя содержания данного помещения и, если данное помещение является квартирой, общего имущества собственников помещений в соответствующем многоквартирном доме, если иное не предусмотрено федеральным законом или договором. Собственник жилого помещения обязан поддерживать данное помещение в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда N 14 от 05.06.2002 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 ГК РФ, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В соответствии с положениями статьи 34 Федерального закона от 21.12.1994 N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" граждане имеют право на защиту их жизни, здоровья и имущества в случае пожара, возмещение ущерба, причиненного пожаром, в порядке, установленном действующим законодательством, а также граждане обязаны соблюдать требования пожарной безопасности. 

Ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества (ст. 38 Федерального закона "О пожарной безопасности").

Таким образом, действующее законодательство устанавливает обязанность собственника по содержанию принадлежащего ему имущества, в том числе, и по соблюдению правил пожарной безопасности.

В судебном заседании из пояснения сторон и из акта о пожаре установлено, что 02 июня 2018 г. произошел пожар дома 

<

адрес>. Сообщение о пожаре поступило в пожарную часть в 14 час. 16 мин. от ответчика ФИО3. Первое подразделение пожарной охраны прибыло в 14 час. 20 мин., пожар был ликвидирован в 14 час. 33 мин.. В результате пожара дом был поврежден. Условиями, способствовавшими развитию пожара, указаны позднее обнаружение пожара и ветер 22-25 м/с..

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 02 июня 2018 года зафиксировано, что крыша дома была с чердаком, двускатная, с деревянной стропильной системой, обрешеткой и покрыта листами металлопрофиля. В результате деформировались листы металлопрофиля, в центральной части крыши произошло обрушение одного из листов кровли и деревянных конструкций кровли, стропила и обрешетка кровли обуглились во всей крыше; труба дымохода отопительной печи одной из квартир упала.

В судебном заседании из пояснений сторон, а так же из технического паспорта дома установлено, что дом сторон является двухквартирным жилым домом, имеет только одно общее помещение - чердак; канализация, водопровод и система электроснабжения у каждой из квартир - собственные, входы в каждую из квартир отдельные, организованы с разных своих земельных участков, принадлежащих соответствующим собственникам. 

В соответствии со ст. 289 Гражданского кодекса Российской Федерации, Собственнику квартиры в многоквартирном доме наряду с принадлежащим ему помещением, занимаемым под квартиру, принадлежит также доля в праве собственности на общее имущество дома (статья 290).

Из положений части первой статьи 290 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что на праве общей долевой собственности собственникам квартир в многоквартирном доме принадлежат: общие помещения дома, несущие конструкции дома, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование за пределами или внутри квартиры, обслуживающее более одной квартиры.

Статья 36 Жилищного кодекса Российской Федерации устанавливает, что собственникам помещений в многоквартирном доме принадлежит на праве общей долевой собственности общее имущество в многоквартирном доме, а именно:

1) помещения в данном доме, не являющиеся частями квартир и предназначенные для обслуживания более одного помещения в данном доме, в том числе межквартирные лестничные площадки, лестницы, лифты, лифтовые и иные шахты, коридоры, технические этажи, чердаки, подвалы, в которых имеются инженерные коммуникации, иное обслуживающее более одного помещения в данном доме оборудование (технические подвалы);

2) иные помещения в данном доме, не принадлежащие отдельным собственникам и предназначенные для удовлетворения социально-бытовых потребностей собственников помещений в данном доме, включая помещения, предназначенные для организации их досуга, культурного развития, детского творчества, занятий физической культурой и спортом и подобных мероприятий;

3) крыши, ограждающие несущие и ненесущие конструкции данного дома, механическое, электрическое, санитарно-техническое и другое оборудование (в том числе конструкции и (или) иное оборудование, предназначенные для обеспечения беспрепятственного доступа инвалидов к помещениям в многоквартирном доме), находящееся в данном доме за пределами или внутри помещений и обслуживающее более одного помещения;

4) земельный участок, на котором расположен данный дом, с элементами озеленения и благоустройства, иные предназначенные для обслуживания, эксплуатации и благоустройства данного дома и расположенные на указанном земельном участке объекты. Границы и размер земельного участка, на котором расположен многоквартирный дом, определяются в соответствии с требованиями земельного законодательства и законодательства о градостроительной деятельности.

Поскольку в судебном заседании установлено, что чердачное помещение жилого дома сторон являлось единым не разделенным помещением, предназначенным для пользования собственниками обеих квартир, и обслуживания обеих квартир, постольку в силу указанных норм оно является общим имуществом собственников помещений многоквартирного дома. Соответственно, и крыша данного дома так же является общим имуществом собственников помещений многоквартирного дома.

Установлено, что восстановление поврежденной в результате пожара части крыши дома над квартирой истца происходило силами истца ФИО1.

Согласно Договору подряда на выполнение строительных работ от 11 июня 2018 г. ФИО1 по указанному договору демонтировали и восстановили крышу по адресу: 

<

адрес>. Из акта приемки выполненных работ следует, что истец за выполненные работы произвел оплату в размере 31 000 рублей.

Кроме того, истцом представлены товарные чеки о приобретении необходимых для восстановления крыши материалов: товарный чек № 565 от 18 июня 2018 г. на сумму 33269 руб.; товарный чек №29 на сумму 15 299 руб.; товарный чек № 18 от 15 июня 2018 г. на 319 руб.; товарный чек от 04 июня 2018 г. на сумму 320 руб.; товарный чек от 04 июня 2018 г. на сумму 320 руб.; товарный чек от 02 июня 2018 г. на сумму 2306 руб. 22 коп.; товарный чек от 15 июня 2018 г. на 160 руб.. Всего на общую сумму: 51 993 руб. 22 коп.. Таким образом, на восстановление части крыши дома 

<

адрес>, расположенной над квартирой истца им понесены расходы в общей сумме 82 993 руб. 22 коп., что не оспаривается ответчиками ФИО3 и ФИО4 в судебном заседании.

В соответствии со ст. 39 Жилищного кодекса Российской Федерации, собственники помещений в многоквартирном доме несут бремя расходов на содержание общего имущества в многоквартирном доме. Доля обязательных расходов на содержание общего имущества в многоквартирном доме, бремя которых несет собственник помещения в таком доме, определяется долей в праве общей собственности на общее имущество в таком доме указанного собственника.

В судебном заседании установлено, что собственниками квартиры № 1 являются: ответчики супруги ФИО3, ФИО4 и их несовершеннолетние дети 

<

данные изъяты>, у каждого по 1/4 доли в праве собственности.

Собственниками квартиры № 2 являются: истец ФИО1, и третьи лица его супруга ФИО2 и их сын ФИО6, по 1/3 доли в праве собственности у каждого.

Данное обстоятельство подтверждается представленными и исследованными свидетельствами о государственной регистрации права.

Согласно пояснениям истца ФИО1 и третьего лица ФИО2 восстановление всей крыши дома происходило одновременно одной строительной бригадой, расходы за восстановление части крыши над их квартирой несли они, против чего не возражали ответчики и не оспаривали это в судебном заседании, что свидетельствует о согласованности расходов по восстановлению общего имущества - крыши дома.

В обоснование исковых требований прокурор, как процессуальный истец, и ФИО1, как материальный истец, ссылаются на то, что пожар, в результате которого причинен ущерб общему имуществу, произошел по вине ответчиков, соответственно, расходы по восстановлению общего имущества истцом ФИО1 так же понесены по вине ответчиков. 

Суд находит данный довод обоснованным по следующим основаниям.

Согласно выводам заключения экспертов № 185 ФГБУ Судебно-экспертного учреждения Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория по Алтайскому краю» от 22 августа 2018 г. следует, что очаг пожара находился внутри чердачного помещения квартиры №1 двухквартирного жилого дома, расположенного по адресу: 

<

...>. Причиной возникновения пожара послужило возгорание горючих материалов от теплового проявления аварийного режима работы электросети. 

В судебном заседании ответчики ФИО3 и ФИО4 соглашались с заключениями экспертиз, проведенных в ходе предварительной проверки, что подтвердили письменно. Однако, фактически в пояснениях они частично были не согласны с выводами указанной экспертизы, поясняя, что очаг возгорания находился в середине крыши, а не внутри чердачного помещения над их квартирой.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля командир пожарного отделения, являвшегося участником тушения пожара, ФИО7 пояснил, что к моменту их приезда на пожар центр крыши ещё не горел, огонь был из чердачного помещения над квартирой ответчиков Медведь, и из-за сильного ветра, дующего в направлении к квартире истца, пламя распространялось в центральную часть. Внимание на направление ветра он обратил, так как это необходимо для расположения пожарного автомобиля. 

Показания свидетеля ФИО7 согласуются с заключением экспертизы № 185. В связи с чем, суд соглашается с её выводами, изложенными выше. Доказательств обратному ответчики ФИО3 и ФИО4 суду не представили, возражали против назначения повторной пожарно-технической экспертизы.

Таким образом, суд считает доказанным, что очаг пожара находился внутри чердачного помещения над квартирой ответчиков, а причиной возникновения пожара является аварийный режим работы электросети.

Из исследованной в судебном заседании схемы подключения жилого дома 

<

адрес> к линии электропередач усматривается, что квартиры № 1 и № 2 имели разные линии подключения от столба 20/П. 

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 02 июня 2018 года, в ходе осмотра, проведенного дознавателем после ликвидации пожара установлено, что от опоры линии электропередач к дому проложены два ввода подачи электроэнергии. На квартиру № 1 (квартира ответчиков ФИО3 и ФИО4) ввод выполнен к кирпичной стене дома, далее кабель заведен в электрораспределительный щит с автоматическими аппаратами электрозащиты. От электрораспределительного щита кабель проложен по стене в крышу дома. Ввод подачи электроэнергии в квартиру № 2 (квартира истца ФИО1) выполнен от опоры линии электропередач до кровли дома, проложен воздушным способом к коньку центральной части кровли дома и закреплен к кровельному шурупу металлической проволокой, далее электрический кабель и провод введены в чердачное помещение под металлическим ветровым коньком кровли; далее в крыше кабель ввода подачи электроэнергии и электрический одножильный провод проложены в сторону северного угла дома в квартиру № 2. В хозяйственном помещении квартиры № 2 кабель и провод введены в электрораспределительный щит с автоматическим аппаратом электрозащиты. В ходе осмотра были изъяты в пакет № 1 - фрагменты проводов и кабеля линии электроснабжения квартиры № 1; в пакет № 2 - фрагменты провода и кабеля линии электроснабжения квартиры № 2.

В судебном заседании стороны не оспорили зафиксированные в протоколе осмотра места прохождения линий электропередач каждой из квартир. Указанное свидетельствует о том, что в чердачном помещении над квартирой № 1, то есть, в установленном месте очага пожара проходили линии электропередач системы электроснабжения квартиры № 1, поскольку линии электропередач квартиры № 2 проходили в центральной части крыши и далее уходили в сторону северного угла дома. 

Кроме того, в исследовательской части заключения пожарно-технической экспертизы № 185 от 22.08.2018 при ответе на вопрос номер два указано на нахождение в очаговой зоне участков электросети и при этом имеется ссылка на фото №№ 11-12 фототаблицы. Согласно фототаблице к протоколу осмотра на указанных фото изображен ответчик ФИО3, указывающий на ввод подачи электроэнергии в квартиру № 1 и фрагменты проводов. 

Из заключения пожарно-технической экспертизы № 184 от 22 августа 2018 года, проведенной ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория по Алтайскому краю» так же в ходе дознания, установлено, что на концах жил проводников из Пакета № 2 (из системы электроснабжения квартиры истца ФИО1) обнаружены оплавления, которые образовались в результате действия электрической дуги короткого замыкания; данные оплавления имеют признаки «вторичного» короткого замыкания, то есть, произошли во время развития пожара. На представленных на исследование проводниках из Пакета № 1 (из системы электроснабжения квартиры ответчиков ФИО3 и ФИО4) следов, характерных для аварийных пожароопасных режимов работы электрической природы, не обнаружено. На концах проводников из Пакета № 1 обнаружены оплавления, которые образовались в результате внешнего термического воздействия, поэтому эксперт не может исключить возможность утраты на них признаков, характерных для пожароопасных режимов работы электрической природы, в результате воздействия тепла пожара.

Оценивая указанные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о доказанности ненадлежащего исполнения ответчиками ФИО3 и ФИО4 обязанности содержать принадлежащее им имущество - систему электросети их квартиры в состоянии, не допускающем возникновения от её работы пожара. При этом, учитывает, что в месте очага пожара система электросети квартиры № 1 хоть и находилась в общем помещении, однако, она предназначена для обслуживания только квартиры № 1. В связи с чем, в силу ст. 36 Жилищного кодекса Российской Федерации, не может признаваться общим имуществом собственников многоквартирного дома. 

При отсутствии доказательств возникновения пожара по иным причинам, суд считает, что достаточным основанием для отнесения имущественной ответственности на собственников имущества, послужившего причиной возникновения пожара, обязанных его содержать надлежащим образом, является принадлежность ответчикам этого имущества, за надлежащее противопожарное состояние которого последние несут ответственность в силу закона, согласно положениям ст. 38 Федерального закона от 21.12.1994 N 69-ФЗ "О пожарной безопасности".

В соответствии со ст. 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

По указанным основаниям исковые требования о взыскании с собственников системы электросети, работа которой послужила причиной возникновения пожара, - ФИО3 и ФИО4 в солидарном порядке убытков, понесенных истцом ФИО1 для восстановления общего имущества - части крыши дома, вред которому был причинен в результате этого пожара.

Размер убытков, указанный в исковом заявлении 82 993 рубля 22 копейки подтвержден представленными указанными выше доказательствами и не оспорен ответчиками, поэтому подлежит возмещению в полном объеме.

Согласно разъяснениям в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", если лица, не в пользу которых принят судебный акт, являются солидарными должниками или кредиторами, судебные издержки возмещаются указанными лицами в солидарном порядке (часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ, часть 5 статьи 3 АПК РФ, статьи 323, 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

В связи с изложенным, на основании ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчиков подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 2689 руб. 80 коп., от уплаты которой процессуальный истец был освобожден, так же в солидарном порядке.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования прокурора Романовского района в интересах ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в результате пожара, удовлетворить.

Взыскать в пользу ФИО1 в солидарном порядке с ФИО3, ФИО4 в возмещение ущерба, причиненного в результате пожара, 82 993 рубля 22 копейки. 

Взыскать с ФИО3, ФИО4 в солидарном порядке государственную пошлину в доход местного бюджета муниципального образования «Романовский район Алтайского края» в размере 2 689 руб. 80 коп..

Решение может быть обжаловано в течение месяца с даты вынесения решения в окончательной форме в Алтайский краевой суд, путем подачи жалобы в Романовский районный суд.

Судья А.А. Блем

Решение в окончательной форме составлено 13 ноября 2018 года.