Дело № 2 - 107/2025

64RS0002-01-2025-000025-14

Решение

именем Российской Федерации

11 марта 2025 года город Аткарск

Аткарский городской суд Саратовской области в составе:

председательствующего Матёрной Е.Н., 

при секретаре судебного заседания Кучеренко А.А., 

с участием истца ФИО1, его представителя адвоката Герасимова В.В., представителя ответчика ООО «ТрастАгро-Нива-3» ФИО2, прокурора Земцовой Е.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 ФИО11 к обществу с ограниченной ответственностью «ТрастАгро-Нива 3» о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве, взыскании судебных расходов, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «ТрастАгро-Нива 3» о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве, в размере 500000 руб., взыскании судебных расходов в размере 36920 руб.

В обоснование заявленных требований указал, что состоял с ответчиком в трудовых отношениях на основании трудового договора № 12 от 14 февраля 2023 года в должности тракториста – машиниста сельскохозяйственного производства. 26 апреля 2024 года произошел несчастный случай на производстве, в результате которого он получил производственную травму в виде травматической ампутации дистальной части ногтевой фаланги 5 пальца правой кисти. Причиной несчастного случая явилось неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в допуске истца к выполнению ремонтных работ по замене подшипника бункера перегрузки зерна без обучения безопасным методам и приемам выполнения соответствующих работ. Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда являются главный инженер ООО «ТрастАгро-Нива 3» и ООО «ТрастАгро-Нива 3». 

Первоначально травма была признана бытовой, на что он был вынужден согласиться, поскольку состоял с ответчиком в трудовых отношениях и полагал на добровольное возмещение вреда. Однако, не получив компенсации, он обратился в трудовую инспекцию, прокурору с жалобой на действия работодателя. После проведения дополнительного расследования, полученная им травма признана производственной, оформлены необходимые документы. Согласно справке от 24 декабря 2024 года ему установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 10% с 11 декабря 2024 года по 1 января 2026 года. Полученная на производстве травма причинила истцу средний вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Причиненный истцу моральный вред заключается в перенесенных физических страданиях, связанных с причинением вреда здоровью, а также психо-эмоциональных переживаниях, которые он пережил в момент травмы и реабилитации, а также продолжает испытывать в настоящее время. В результате травмы его правая кисть полноценно не функционирует, осуществлять трудовую деятельность ему затруднительно, в первые два месяца испытывал сильные боли, плохо спал.

В данной связи истец оценивает причиненный ему моральный вред в сумме 500000 рублей, также просит взыскать судебные расходы в 36920 руб., из которых: 30000 руб. – расходы на представителя, 3000 руб. – госпошлина, 2880 руб. – услуги судебно-медицинского эксперта (специалиста), 1040 руб. – оплата электронейромиографии. 

В судебном заседании ФИО1, его представитель адвокат Герасимов В.В. иск поддержали и дополнительно пояснили, что расходы по оплате услуг судебно-медицинского эксперта (специалиста), электронейромиографии являлись необходимыми для разрешения настоящего дела и представлены в подтверждение тяжести вреда здоровью, наличия до настоящего времени слабости в правой кисти при сжатии пальцев в кулак.

В судебном заседании представитель ответчика ООО «ТрастАгро-Нива-3» ФИО2 возражала против удовлетворения иска по доводам и основаниям, изложенным в возражениях на иск, не отрицала факт самого события и обстоятельств причинения истцу вреда здоровью. Полагала, что компенсация морального вреда не должна превышать более 50000 руб. и указала, что выплаты в счет компенсации морального вреда работодателем не производились. Также просила снизить размер судебных расходов.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, показания свидетеля, а также специалиста, исследовав материалы дела, медицинскую карту, а также материалы расследования несчастного случая, заключение прокурора, полагавшего исковое заявление подлежащим удовлетворению, суд приходит к следующим выводам.

В силу статьи 22 ТК РФ работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Частью 1 статьи 214 ТК РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 214 ТК РФ).

В судебном заседании установлено и следует из материалов дела, а также из материалов дополнительного расследования несчастного случая, с 14 февраля 2023 года по июль 2024 года ФИО1 работал в ООО «ТрастАгро-Нива 3» трактористом-машинистом сельскохозяйственного производства, что подтверждается объяснениями истца, копией трудового договора № 12 от 14 февраля 2023 года, приказом о приеме на работу. 

26 апреля 2024 года с ФИО1 произошел несчастный случай на производстве.

По данному факту ООО «ТрастАгро-Нива 3» составлен акт о несчастном случае от 29 мая 2024 года № 1, в котором причинами несчастного случая указано неосторожность, невнимательность, поспешность (Код 2.15.1), а также акт о расследовании несчастного случая, в котором лицом ответственным за допущенное нарушение указан ФИО1

При выявлении сокрытого несчастного случая, поступлении жалобы, заявления, иного обращения пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), о несогласии их с выводами комиссии по расследованию несчастного случая, а также при получении сведений, объективно свидетельствующих о нарушении порядка расследования, государственный инспектор труда проводит дополнительное расследование несчастного случая независимо от срока давности несчастного случая (статья 229.3 ТК РФ).

На основании письменного обращения ФИО1, 9 июля 2024 года государственной инспекцией труда в Саратовской области было принято решение о проведении расследования сокрытого несчастного случая – 26 апреля 2024 года ООО «ТрастАгро-Нива 3». 

Из акта о несчастном случае на производстве № 1, утвержденного 25 ноября 2024 года следует, что 26 апреля 2024 года в 09.30 часов в ООО «ТрастАгро-Нива 3» с работником ФИО1 на производстве произошел несчастный случай.

Согласно пункту 6 вышеуказанного акта о несчастном случае на производстве указаны сведения о проведении инструктажей и обучении по охране труда: вводный инструктаж 14 февраля 2023 года, инструктаж на рабочем месте внеплановый 2 апреля 2024 года, целевой 26 апреля 2024 года. Стажировка, обучение по охране труда по профессии или виду работы, при выполнении которой произошел несчастный случай, проверка знаний по охране труда по профессии – не проводились.

В пункте 9 вышеуказанного акта о несчастном случае на производстве указаны обстоятельства несчастного случая: 26 апреля 2024 года трактористом-машинистом сельскохозяйственного производства ФИО1 производился технический ремонт шнека бункера перегрузчика зерна на территории ООО «ТрастАгро-Нива 3» по адресу: Саратовская область, Аткарский район, село Елизаветино. При снятии корпуса с подшипника, шнек сдвинулся с места и корпусом придавил мизинец правой руки ФИО1, в результате чего последним получена легкая травма (травматическая ампутация дистальной части ногтевой фаланги 5 пальца правой кисти (пункт 9.2 Акта). 

Как следует из пункта 10 Акта причинами несчастного случая явились неудовлетворительная организация производства работ, в том числе недостатки в создании и обеспечении функционирования системы охраны труда, в частности, допуска со стороны должностных лиц ООО «ТрастАгро-Нива 3» тракториста-машиниста сельскохозяйственного производства ФИО1 к выполнению ремонтных работ по замене подшипника бункера перегрузки зерна без обучения безопасным методам и приемам выполнения соответствующих работ в нарушение статей 22, 214, 217, 218 ТК РФ.

Из пункта 11 Акта следует, что лицами, допустившими нарушение требований по охране труда, являются: главный инженер ООО «ТрастАгро-Нива - 3», ООО «ТрастАгро-Нива - 3».

Согласно заключению государственного инспектора труда от 24 сентября 2024 года, у ФИО1 имеется повреждение – травматическая ампутация н/ф 5 пальца правой кисти, степень тяжести травмы - легкая. Причинами, вызвавшими несчастный случай явились: Основная: недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, в том числе непроведение обучения и проверки знаний охраны труда, выразившееся в допуске со стороны должностных лиц ООО «ТрастАгро-Нива 3» тракториста-машиниста сельскохозяйственного производства ФИО1 к выполнению ремонтных работ по замене подшипника бункера перегрузки зерна без обучения безопасным методам и приемам выполнения соответствующих работ в нарушение статей 22, 76, 214, 219 ТК РФ, Постановления Правительства Российской Федерации № 2464 от 24 декабря 2021 года, инструкции по охране труда для тракториста-машиниста сельскохозяйственного производства ИОТ-011, правил внутреннего трудового распорядка ООО «ТрастАгро-Нива 3». 

При таких обстоятельствах, установив, что вред здоровью причинен на рабочем месте при непосредственном исполнении истцом должностных обязанностей и вина работодателя заключается в том, что работодатель не обеспечил безопасные условия труда работнику, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 имеет право на компенсацию морального вреда в связи с получением производственной травмы при исполнении трудовых обязанностей.

При этом судом учтено, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности и работодатель обязан создать такие условия труда.

Доводы ответчика о том, что истец задание на технический ремонт шнека бункера-перегрузчика не получал, подлежат отклонению, поскольку ответчиком не были представлены относимые и допустимые доказательства соблюдения со стороны работодателя обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда, отсутствия вины ответчика в несчастном случае на производстве, произошедшим с ФИО1 

Более того, из акта о несчастном случае на производстве от 25 ноября 2024 года следует, что комиссия не усмотрела в действиях пострадавшего (истца по настоящему делу) грубой неосторожности. 

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает следующее.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 ТК РФ).

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайну, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Исходя из приведенного нормативного правового регулирования работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья, исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, работник имеет право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья работника.

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). К способам защиты гражданских прав, предусмотренным статьей 12 ГК РФ, относится, в частности, компенсация морального вреда.

В соответствии со статьей 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Понятие морального вреда конкретизировано в абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», где указано, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда (пункт 14 Постановления).

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда (пункт 15 Постановления).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 Постановления).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27 Постановления).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 Постановления).

Работник в силу статьи 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 ТК РФ).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (пункт 46 Постановления).

Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае (пункт 47 Постановления).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве является работодатель или лицо, ответственное за причинение вреда.

Как следует из материалов дела, ФИО1 в период с 27 апреля по 17 мая, 20 мая по 3 июня 2024 года находился на больничном листе, с 20 по 25 июня 2024 года находился на стационарном лечении, что подтверждается объяснениями истца, а также медицинской картой стационарного больного.

Как следует из медицинского заключения № 219 от 3 декабря 2024 года в отношении ФИО1, травматическая ампутация дистальной части ногтевой фаланги 5 пальца правой кисти, осложнившаяся нагноением послеоперационной раны, посттравматической нейропатией локтевого нерва справа квалифицируется как телесное повреждение, причинившее вред здоровью средней тяжести.

В связи с производственной травмой ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 10%, что подтверждается справкой ФКУ «ГБ МСЭ по Саратовской области» Минтруда России № 0073571, актом медико-социальной экспертизы гражданина № АМСЭ- 424-000919609 от 24 декабря 2024 года.

Свидетель ФИО4 (супруга истца) суду показала, что в связи с поученной производственной травмой ФИО1 испытывал сильные боли, около месяца плохо спал, у него снизился аппетит, два-три месяца принимал обезболивающее, рука опухала и болела. Из-за постоянных проверок ФИО1 приходилось часто ездить в город Саратов, ходить по различным учреждениям, что также доставляло ему неудобство. Руководство ООО «ТрастАгро-Нива 3» обещало выплатить ФИО1 250000 руб., однако, до настоящего времени никаких выплат не было. В день, когда ФИО1 получил травму, он не был освобожден от работы.

Показания свидетеля последовательны, согласуются между собой и другими доказательствами, оснований о заинтересованности свидетеля в исходе дела не установлено.

Специалист ФИО5 заключение специалиста № 219 от 3 декабря 2024 года поддержал и пояснил, что травматическая ампутация дистальной части ногтевой фаланги 5 пальца правой кисти, квалифицированно как телесное повреждение, причинившее средней тяжести вред здоровью по признаку длительности расстройства здоровья на срок свыше 21 дня. Также указал, что травма по признаку утраты трудоспособности в размере 10% расценивается как повреждение, повлекшие вред здоровью средней тяжести.

При таких данных, учитывая, что ФИО1 длительное время испытывал физические страдания вследствие полученной производственной травмы, проходил лечение, что сказалось на его образе жизни, последствия травмы в виде ампутации дистальной части ногтевой фаланги 5 пальца правой кисти, последующая поддерживающая терапия свидетельствуют о длительности и тяжести переносимых им физических и нравственных страданий, длительность нахождения истца на стационарном и амбулаторном лечении, степень утраты истцом профессиональной трудоспособности, характер и локализацию телесных повреждений истца (ампутация дистальной части ногтевой фаланги 5 пальца правой кисти повреждение органов зрения), категорию травмы (легкая), степень тяжести вреда здоровью (вред средней тяжести), степень вины работодателя, отсутствие грубой неосторожности самого пострадавшего, индивидуальные особенности истца (пол, возраст на момент травмы - 56 лет), принимая во внимание, нарушение ответственными лицами ООО «ТрастАгро-Нива 3» и ООО «ТрастАгро-Нива 3» требований должностных инструкций и законодательства в части обеспечения безопасных условий труда, повлекшее причинение вреда здоровью истца, требования разумности и справедливости, суд полагает необходимым определить компенсацию морального вреда в размере 150000 руб. и взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 150000 руб.

Также при определении размера компенсации морального вреда, суд учел и допущенные работодателем нарушения в части организации расследования несчастного случая на производстве, что также причинило истцу нравственные страдания.

Заявленный истцом размер компенсации морального вреда в размере 500000 руб. суд находит несоразмерным нарушенному праву истца и не подлежащим удовлетворению.

Утверждение стороны ответчика о том, что причиненные истцу повреждения квалифицированы как легкая травма, исходя из чего, полагала, что вред, причиненный здоровью истца, является легким, не может быть принят судом во внимание при определении размера компенсации морального вреда. 

Как видно из медицинского заключения от 22 июля 2024 года, выданного ГУЗ СО «Аткарская районная больница», ФИО1 поступил в указанное учреждение 26 апреля 2024 года по поводу травматической ампутации н/ф 5 пальца правой руки, относящейся согласно Схемы определения тяжести производственных травм, утвержденной приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 160, к числу легких производственных травм.

Согласно пунктам 1 и 2 указанной Схемы несчастные случаи на производстве по степени тяжести повреждения здоровья подразделяются на 2 категории: тяжелые и легкие. 

Критерии определения степени тяжести вреда здоровью, установлены Приказом Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года 2008 года № 194н, согласно пункту 3 Правил и пункту 7.1 Медицинских критериев полученные травмы относятся к среднему вреду здоровью, вызывающему временное нарушение функций органов и (или) систем (временная нетрудоспособность) продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня).

Как следует из заключения специалиста № 219, ФИО1 в результате несчастного случая на производстве получил повреждение здоровья средней тяжести (основание: пункт 7.1 приложения к приказу Минздравсоцразвития России от 24 апреля 2008 года № 194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»).

Вопреки доводам стороны ответчика критерии определения степени тяжести вреда здоровью, установленные Приказом Минздравсоцразвития Российской Федерации от 24 апреля 2008 года № 194н, не тождественны критериям определения вреда здоровью при несчастных случаях на производстве, установленных Приказом Минздравсоцразвития Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 160.

О назначении судебной экспертизы для установления степени тяжести вреда сторона ответчика не ходатайствовала. 

Разрешая вопрос о взыскании судебных расходов, суд учитывает следующее.

Согласно части 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 названного кодекса (часть 1).

В соответствии с положениями статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (часть 1).

Согласно разъяснениям, данным Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в административном деле (статья 94 ГПК РФ). Перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. Например, истцу могут быть возмещены, расходы на проведение досудебного исследования состояния имущества, на основании которого впоследствии определена цена предъявленного в суд иска, его подсудность. Расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу (пункт 2 постановления).

Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (пункт 10 постановления).

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 4 статьи 1 ГПК РФ). Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (пункт 11 постановления).

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (пункт 12 постановления).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 постановления).

Согласно материалам дела, при обращении в суд ФИО1 в подтверждение заявленных исковых требований было представлено заключение специалиста, которым определена тяжесть вреда здоровью в результате несчастного случая на производстве, стоимость проведения которой составила 2880 руб., а также результаты электронейромиографии для подтверждения наличия (после получения травмы и до настоящего времени) слабости в правой кисти при сжатии пальцев в кулак, стоимость обследования составила 1040 руб.

Данные расходы суд признает необходимыми и подлежащими взысканию с ответчика в пользу истца.

Кроме того, 28 ноября 2024 года ФИО1 заключил с адвокатом Аткарского филиала Саратовской областной коллегии адвокатов Герасимовым В.В. договор на оказание юридических услуг, по условиям которого адвокат Герасимов В.В. взял на себя обязанность по оказанию юридической помощи, представлению интересов ФИО1 в суде, подготовке к процессу о взыскании компенсации морального вреда вследствие травмы на производстве, составления иска, участия в судебных заседаниях, обжалования решения суда. Стоимость услуг по настоящему договору составила 30000 руб., которые внесены ФИО6 в кассу Аткарского филиала Саратовской областной коллегии адвокатов 28 ноября 2024 года.

Из протокола судебного заседания усматривается, что представитель истца принимал участие в трех судебных заседаниях при рассмотрении настоящего гражданского дела.

Также из материалов гражданского дела следует, что представителем истца подготовлено исковое заявление, представитель участвовал в ходе подготовки по делу.

ФИО1 понесены расходы на представителя в суде первой инстанции в размере 30000 руб., что подтверждается квитанцией от 28 ноября 2024 года. 

Принимая во внимание время нахождения дела в производстве суда, возражения стороны ответчика, сложность дела, процессуальный результат, фактический объём оказанных представителем услуг – подготовка искового заявления, искового материала, из содержания которых не следует, что их составление являлось трудоемким, участие в трех судебных заседаниях, суд приходит к выводу о том, что заявленные ФИО1 расходы на оплату услуг представителя в размере 30000 руб. нельзя признать разумными.

Сопоставляя стоимость выполненных представителем истца услуг со стоимостью аналогичных услуг в Саратовской области, учитывая возражения стороны ответчика, суд исходя из необходимости обеспечения баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, полагает правильным уменьшить размер расходов на оплату услуг представителя до 17000 руб. ( из которых: 3000 руб. – составление искового заявления, подготовка искового материала; 1000 руб. – участие в ходе подготовки по делу; 12000 руб. – участие в судебном заседании (3х4000), 1000 руб. – подготовка заявления о взыскании судебных расходов) и взыскать с ответчика в пользу истца расходы на представителя в размере 17000 руб.

Поскольку исковые требования истца удовлетворены, суд на основании статьи 98 ГПК РФ полагает, что с ответчика в пользу истца также подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 3000 руб.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию компенсация морального вреда в размере 150000 руб., судебные расходы в размере 23920 руб. (17000 руб. + 3000 руб. + 2880 руб. + 1040 руб.).

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

иск ФИО3 ФИО12 к обществу с ограниченной ответственностью «ТрастАгро-Нива 3» о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве, взыскании судебных расходов, удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ТрастАгро-Нива 3» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО3 ФИО13 (паспорт гражданина Российской Федерации 

<

данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 150000 руб., судебные расходы в размере 23920 руб., а всего 173920 руб.

В удовлетворении остальной части иска – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Саратовского областного суда через Аткарский городской суд Саратовской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Е.Н. Матёрная

Решение суда принято в окончательной форме 25 марта 2025 года.

Судья Е.Н. Матёрная