Судья Иваненко Е.В. Дело № 22-3994/2024 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ростов-на-Дону 23 августа 2024 года

Судья Ростовского областного суда Черкасова Т.В., 

при секретаре судебного заседания Большаковой Г.Н., 

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Ростовской области Минькова М.Д., 

осужденного ФИО1,

защитника осужденного ФИО2 - адвоката Горбенко А.И.,

защитника осужденного ФИО1- адвоката Ворониной О.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело, поступившее с апелляционным представлением государственного обвинителя Рыжкина В.В. и апелляционной жалобой адвоката Ворониной О.А. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Целинского районного суда Ростовской области от 5 июня 2024 года, которым

ФИО2, ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА года рождения, уроженец АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, гражданин Российской Федерации, ранее не судимый, 

осужден по ч.3 ст.264 УК РФ к 2 годам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 2 года 10 месяцев, на основании ст.73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 3 года;

ФИО1, ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА года рождения, уроженец АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, гражданин Российской Федерации, ранее не судимый, 

осужден по ч.3 ст.264 УК РФ к 2 годам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 2 года 10 месяцев, на основании ст.73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 3 года.

Испытательный срок в отношении каждого осужденного постановлено исчислять с момента вступления приговора в законную силу, и засчитать время, прошедшее со дня провозглашения приговора с 05.06.2024.

На ФИО2 и ФИО1 возложены обязанности не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно 

осужденного, являться на регистрацию в указанный орган в соответствии с установленным графиком два раза в месяц.

Мера пресечения ФИО2 и ФИО1 оставлена прежней в виде подписки о невыезде до вступления приговора в законную силу.

Приговором разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Автомобиль «Daewoo Matiz» регистрационный знак ФИО3 ОБЕЗЛИЧЕНА, находящийся на специализированной стоянке, принадлежащий ФИО2, постановлено конфисковать в доход государства.

Автомобиль КАМАЗ 53212 регистрационный знак ФИО3 ОБЕЗЛИЧЕНА, с прицепом марки «СЗАП 9327» регистрационный знак ФИО3 ОБЕЗЛИЧЕНА, хранящийся у ФИО1, передать законному владельцу ФИО8

Изучив материалы дела, доводы апелляционного представления, апелляционной жалобы, выслушав прокурора Минькова М.Д., поддержавшего доводы представления, возражавшего против удовлетворения доводов жалобы, осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Воронину О.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы защиты, возражавших против удовлетворения апелляционного представления, защитника осужденного ФИО2 - адвоката Горбенко А.И., возражавшего против удовлетворения доводов апелляционных представления и жалобы, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 и ФИО2, каждый из них, осуждены за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекших по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено в Целинском районе Ростовской области в период времени и при обстоятельствах, изложенных в приговоре. 

В судебном заседании первой инстанции ФИО2, ФИО1 вину в инкриминируемом преступлении не признали.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Рыжкин В.В. считает приговор незаконным и необоснованным по следующим основаниям. Решая вопрос о мере наказания ФИО2 и ФИО1, суд указал, что с учетом данных о личности ФИО2, его возраста и состояния здоровья, наличия обстоятельства, смягчающего наказание, отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, а также о личности ФИО1, наличия у него на иждивении малолетнего ребенка, который является ФИО3 ОБЕЗЛИЧЕНА, с учетом наличия обстоятельства, смягчающего наказание, отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, суд посчитал возможным исправление осужденных без реального отбывания наказания с применением ст. 73 УК РФ, с установлением им испытательного срока. Однако в нарушение требований ч.2 ст. 73 УК РФ, суд не учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления. Ссылаясь на положения ст.73 УК РФ, ПП ВС РФ № 58 от 22.12.2015 «О практике назначения судами РФ уголовного наказания», отмечает, что при решении вопроса о назначении наказания суд формально сослался на общие начала назначения наказания, однако фактически не учел их, оставил без внимания характер и степень общественной опасности совершенного преступления, при этом им не были учтены обстоятельства преступления. Суд сослался лишь на сведения о личности осужденных и смягчающие наказание обстоятельства, но не указал, какие именно обстоятельства снижают степень общественной опасности совершенного преступления и позволяют применить ст.73 УК РФ. Также судом оставлено без внимания, что основным объектом преступления являются иные отношения в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств. Общественная опасность содеянного заключается в причинении вреда интересам государства и общества в сфере эксплуатации транспортных средств, являющихся источником повышенной опасности. Дополнительный объект преступного посягательства - это здоровье и жизнь человека. Осужденные свою вину не признали, в содеянном не раскаялись, ущерб не возместили или иным образом вред, причиненный преступлением, извинения не принесли. Таким образом, судом в должной мере не учтены личности ФИО2, ФИО1 и о содеянном ими, об их безразличном отношении к безопасности дорожного движения, ставящем под угрозу жизнь и здоровье его участников, а примененное к осужденным условное наказание не отвечает целям восстановления социальной справедливости, грубо искажает принцип справедливости вследствие его чрезмерной мягкости. Просит приговор изменить, исключить из описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора указание на применение к назначенному ФИО2, ФИО1 наказанию в виде лишения свободы правил ст.73 УК РФ, в соответствии с п. «а» ч.1 ст. 58 УК РФ отбывание лишения свободы назначить каждому в колонии-поселении.

В апелляционной жалобе защитник - адвокат Воронина О.А. в интересах осужденного ФИО1 выражает несогласие с приговором, считает его незаконным, необоснованным по следующим основаниям. В действиях ФИО1 отсутствует вина, что было подтверждено заключением эксперта № 5/1505 от 19.01.2023 года, однако данное экспертное заключение судом при постановлении приговора не исследовалось, без приведения соответствующих мотивов. Суд основывался только на заключениях эксперта №399/07-1 от 29.03.2023 года и № 7-1 от 24.05.2023 года. Несмотря на то, что в нескольких заключениях экспертов содержались различные выводы по одним и тем же вопросам, суд не принял мер по их устранению путём назначения дополнительной экспертизы, поскольку допрос эксперта ФИО19 в судебном заседании не был возможным. Суд не дал оценки исследованным заключениям в совокупности с другими доказательствами, как и не привёл мотивов, по которым принял часть выводов экспертных заключений и отверг другие. Так в экспертизе № 5/1505 от 19.01.2023 года экспертом было указано на нарушение водителем Део Матиз абз.2 п.11.2 ПДД РФ, согласно которому водителю запрещается выполнять обгон в случаях, если транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево. В экспертизах №399/07-1 от 29.03.2023 и № 2455/07-1 от 24.05.2023 данный пункт не применялся, указано, что в нарушении п.8.2 ПДД водитель Камаза должен был предоставить преимущество. За исходные данные в экспертизах бралась схема происшествия от 06.10.2022 года, которая была подписана ФИО1, но также брались показания водителя Део Матиз, а он был не согласен с данными, отображенными в схеме происшествия, в связи с чем защитник полагает, что следователем были даны не верные исходные данные для проведения экспертиз. Ссылаясь на показания эксперта ФИО20, приходит к выводу, что в момент, когда водитель автомобиля Камаз включил сигнал поворота и начал маневр, он видел, что Део Матиз движется не по стороне, предназначенной для встречного движения, он видел, что отсутствовали участники движения, пользующиеся преимуществом, и с такими данными эксперт не мог дать заключение о виновности водителя автомобиля Камаз. Просит приговор отменить, вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционное представление и апелляционную жалобу потерпевшая Потерпевший №1, с обоснованием своей позиции, считает, что ФИО2 должен понести реальное наказание за содеянное, он виноват в ДТП. Поддерживает апелляционную жалобу в отношении ФИО1, который не виноват в ДТП, она готова была с ним примириться, писала заявление, которое ей вернул следователь, но в суд она не могла его предоставить ввиду нахождения в Пензенской области. Претензий к ФИО1 она не имеет, ходатайствует о примирении с ним, и о назначении реального наказания в отношении ФИО2

Изучив материалы уголовного дела, доводы апелляционных представления и жалобы, заслушав участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции проходит к следующему. 

Уголовное дело в отношении ФИО2, ФИО1 рассмотрено судом первой инстанции с соблюдением уголовно-процессуального закона, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, с непосредственным исследованием всех доказательств, их проверке на соответствие закону.

Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам уголовного дела, мотивированы и сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывают. При производстве по уголовному делу не допущено нарушений уголовно-процессуального закона, которые ставили бы под сомнение законность возбуждения дела, его расследования. Для возбуждения уголовного дела имелись законный повод и основание, при этом само решение о возбуждении уголовного дела принято надлежащим должностным лицом. 

Каких-либо нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, которые могли повлиять на постановление законного и обоснованного приговора либо влекущих безусловную отмену или изменение приговора, судом не допущено. Все заявленные сторонами ходатайства судом рассмотрены, по ним приняты мотивированные решения, в том числе об отказе в назначении дополнительной, повторной экспертизы, исключении из числа доказательств заключения эксперта ФИО13, не согласиться с которыми суд апелляционной инстанции оснований не усматривает. Доводы о несогласии с принятыми судом решениями по заявленным ходатайствам, не ставят под сомнение законность и обоснованность приговора, и не свидетельствуют как об обвинительном уклоне судебного разбирательства, так и принятии судом позиции стороны защиты. Как следует из протокола судебного заседания, стороны не были ограничены в праве предоставления доказательств в обоснование своей позиции по делу. При этом отказ в удовлетворении некоторых заявленных сторонами ходатайств при соблюдении процедуры их рассмотрения, не является нарушением уголовно-процессуального закона и права осужденных на защиту и справедливое судебное разбирательство. Оснований для переоценки решений суда по заявленным в ходе судебного разбирательства ходатайствам суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Из протокола судебного заседания следует, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. ст. 273 - 291 УПК РФ. Нарушений процессуального закона, связанных с нарушением права осужденных на защиту, влекущих безусловную отмену или иные изменения приговора, органами предварительного следствия и судом при рассмотрении дела допущено не было.

Обвинительное заключение по делу в целом соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, в нем указаны все необходимые сведения в достаточном объеме для реализации обвиняемыми своего права на защиту от предъявленного обвинения. Описание деяний, признанных судом доказанными, содержат все необходимые сведения, в том числе об обстоятельствах их совершения, форме вины, и иных данных, позволяющих судить о событии преступления, причастности к нему осужденных и их виновности. 

Вопреки мнению защитников, нарушений процессуального закона при принятии следователем, в чьем производстве находилось дело, постановлений о назначении экспертных исследований не установлено. Приняты они в рамках производства предварительного расследования с соблюдением прав всех участников процесса.

Таким образом, постановленный приговор соответствует требованиям закона, предъявляемым к его содержанию. В нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку с приведением ее мотивов, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к делу, из числа предусмотренных ст. 299 УПК РФ.

Доводы защиты о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, невиновности ФИО1, а также ФИО2 с учетом его позиции в суде первой инстанции, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, поскольку они опровергаются доказательствами, анализ которых приведен в приговоре с подробным изложением содержания каждого из них и проверкой доводов, приведенных участниками судебного разбирательства, которым суд дал должную оценку.

Вина осужденных ФИО2 и ФИО1 в указанном преступлении подтверждается показаниями потерпевшей Потерпевший №1, данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании в установленном законом порядке, эксперта ФИО13, которые соответствуют письменным доказательствам: рапорту, протоколам осмотра места ДТП, осмотра места происшествия, осмотра предметов, копиям свидетельства о регистрации ТС, заключениям эксперта №625 от 18.09.2023, №2455/07-1 от 24.05.2023, №399/07-1 от 29.03.2024.

Суд не ограничился в приговоре указанием на доказательства, но и дал им надлежащую оценку, мотивировав свои выводы, почему он признал допустимыми доказательствами именно те, которые положил в основу приговора, в том числе обосновано не привел в качестве доказательства заключение эксперта №5/1505 от 19.01.2023, на которое ссылается защитник Воронина О.А. в обоснование невиновности ФИО1, поскольку в данном экспертном заключении отсутствуют ответы на часть поставленных эксперту следственным органом вопросов, в связи с чем и были назначены и проведены последующие экспертизы №2455/07-1 от 24.05.2023, №399/07-1 от 29.03.2024.

Показания допрошенных лиц не содержат противоречий в части юридически значимых обстоятельств и, в совокупности с письменными доказательствами по делу, которые обоснованно признаны судом относимыми, допустимыми и достоверными, отражают обстоятельства, при которых ФИО2 и ФИО1, управляющие указанными в приговоре автомобилями, нарушили правила дорожного движения, повлекшие по неосторожности смерть человека, что подробно изложено в описательной части приговора.

Каких-либо объективных данных, свидетельствующих о наличии оснований для оговора ФИО2, ФИО1 со стороны допрошенных лиц в материалах дела не содержится и судом не установлено.

Признание вещественными доказательствами и приобщение к уголовному делу автомобилей, которыми управляли осужденные в момент ДТП, было произведено надлежащим образом, на основании постановлений следователя, в соответствии с нормами УПК РФ.

В апелляционной жалобе защиты не приводится, какие имеются противоречия в показаниях эксперта и заключениях экспертных исследований, приведенных в приговоре в обоснование виновности осужденных, которые могли повлиять на выводы суда. 

Оснований ставить под сомнение заключения экспертиз №2455/07-1 от 24.05.2023, №399/07-1 от 29.03.2024 у суда первой инстанции не имелось, не имеется таких оснований и у суда апелляционной инстанции, поскольку данные заключения даны экспертом после предупреждения об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, исследования проведены в соответствии с требованиями ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ", изложенные в них выводы последовательны и научно обоснованы.

Доводы стороны защиты сводятся к несогласию с выводами эксперта и позиции самих осужденных относительно причины и обстоятельств ДТП, которая была известна суду первой инстанции и опровергнута исследованными в судебном заседании доказательствами, а также получила надлежащую оценку суда в приговоре.

Судом надлежаще оценены заключения автотехнических экспертиз, которые подтверждают нарушение Правил дорожного движения каждым осужденным, что находится в причинной связи с ДТП, поскольку ФИО1 при своевременном выполнении требований п.п. 1.5, 8.1, 8.2 ПДД РФ располагал возможностью предупредить столкновение транспортных средств, а действия ФИО2 не соответствовали требованиям абз.2 п.10.1 ПДД РФ, и он располагал технической возможностью торможения предотвратить столкновение транспортных средств.

Выводы экспертных заключений не противоречивы, согласуются между собой и иными доказательствами по делу. Эксперт ФИО13 в судебном заседании пояснил о несоответствии действий обоих водителей требованиям ПДД РФ, которые находятся в причинно-следственной связи с ДТП, указав, что когда автомобиль ФИО2 начинал выезжать, на автомобиле ФИО1 не было указателя поворота, опасность для движения заключалась в пересечении траектории движущихся автомобилей, при этом автомобиль ФИО2 вынужден реагировать на эту опасность применяя торможение, торможение было применено поздно, уступить дорогу является требованием, согласно которому участник дорожного движения не должен начинать маневр, включение за 30-40 метров, это не освобождало его от принятия мер предосторожности и не давало ему преимущества, маневр водителя Камаз (ФИО1) был начат после выезда автомобиля «DAEWOO MATIZ» (ФИО2) на полосу встречного движения, что вынуждало ФИО2 снижать скорость или менять траекторию движения, от момента возникновения опасности до столкновения прошло 6 секунд.

Таким образом, показания эксперта ФИО13, вопреки доводам жалобы защитника осужденного ФИО1, не свидетельствуют о невиновности последнего, эксперт прямо указал как в своих заключениях, так и в показаниях в ходе судебного разбирательства на допущенные каждым осужденным нарушения ПДД РФ, которые находятся в причинно-следственной связи с ДТП, при этом оснований для признания неверными исходных данных, используемых им при проведении экспертиз, не имеется. Эксперту были представлены все имеющиеся материалы уголовного дела, каких-либо замечаний к протоколу осмотра места и схеме ДТП от ФИО1 при их оформлении не поступало, указанные документы не оспаривал и осужденный ФИО2, отсутствовали у него и замечания к экспертным заключениям, о чем имеются его собственноручные подписи в протоколах ознакомления с заключениями эксперта.

Относительно доводов жалобы защитника осужденного ФИО1 о необходимости назначения дополнительной, повторной судебной автотехнической экспертизы по ходатайству стороны защиты, в удовлетворении которого судом первой инстанции было отказано, суд апелляционной инстанции отмечает, что данная экспертиза может быть назначена только при наличии оснований, предусмотренных ст. 207 УПК РФ. Следовательно, вопреки доводам жалоб, одно лишь обращение стороны защиты с ходатайством о назначении повторной экспертизы, при отсутствии оснований для ее назначения, предусмотренных ст. 207 УПК РФ, не может повлечь удовлетворения ходатайства защиты в обязательном порядке.

Верховный Суд Российской Федерации в решениях по конкретным уголовным делам неоднократно подчеркивал, что вопросы достоверности доказательств относятся к исключительной компетенции суда и не могут быть разрешены путем привлечения специалиста или эксперта, в связи с чем суд апелляционной инстанции соглашается с решением суда об отказе в удовлетворении ходатайства защиты о назначении повторной автотехнической экспертизы.

Экспертные исследования проведены квалифицированным специалистом, заключения эксперта оформлены надлежащим образом, соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, выводы эксперта являются ясными и понятными, надлежащим образом мотивированы и оценены судом в совокупности с другими исследованными доказательствами.

Вопреки доводам защиты выводы суда соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела, нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона судом не допущено, приведенные в приговоре доказательства отвечают требованиям закона и оснований для признания их порочными не усматривается. 

Установленные судом обстоятельства дела свидетельствуют о том, что действия ФИО2 и ФИО1, управляющими автомобилями, не соответствовали указанным в приговоре пунктам ПДД РФ, находятся в причинной связи с фактом ДТП, которое каждый имел техническую возможность предотвратить. В результате ДТП пассажирка автомобиля ФИО2 – ФИО14 получила телесные повреждения, подлежащие квалификации как тяжкий вред здоровью человека, между ними и наступившей смертью имеется прямая причинная связь, что установлено на основании заключения эксперта №625 от 18.09.2023.

Каких-либо данных, свидетельствующих об односторонности предварительного следствия, фальсификации и недопустимости собранных доказательств, из материалов дела не усматривается. 

В целом доводы жалобы по существу сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанций, и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела, и влияли бы на законность судебного решения либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с этим признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Оценив все доказательства с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела по существу, суд пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО2 и ФИО1 в указанном преступлении, правильно квалифицировал их действия по ч.3 ст.264 УК РФ, что соответствует установленным фактическим обстоятельствам.

Суд в приговоре дал должную оценку показаниям осужденных об их невиновности в преступлении, приведя при этом убедительные аргументы о доказанности вины каждого осужденного в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека при указанных в приговоре обстоятельствах, с чем соглашается суд апелляционной инстанции. Оснований для оправдания ФИО1, а также и ФИО2 суд апелляционной инстанции также не усматривает. 

Вопреки доводам автора апелляционного представления при назначении ФИО2 и ФИО1 наказания суд в соответствии со ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ в полной мере в отношении каждого из них учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства его совершения, данные о личности виновных, смягчающие наказание обстоятельства, отсутствие отягчающих обстоятельств, влияние назначаемого наказания на их исправление и на условия жизни их семей.

Учитывая фактические обстоятельства дела, данные о личности осужденного ФИО2, которому ФИО3 ОБЕЗЛИЧЕНА, по месту жительства характеризуется положительно, холост, на учете в наркологическом кабинете не состоит, под наблюдением у врача психиатра не находится, ранее не судим, его состояние здоровья, материальное положение, а также наличие у него инвалидности в качестве смягчающего наказание обстоятельства, данные о личности ФИО1, которому ФИО3 ОБЕЗЛИЧЕНА, по месту жительства характеризуется положительно, холост, на учете в наркологическом кабинете не состоит, под наблюдением у врача психиатра не находится, ранее не судим, трудоспособен, имеет постоянное место работы, холост, имеет на иждивении ребенка-ФИО3 ОБЕЗЛИЧЕНА что признано судом в качестве смягчающего наказание обстоятельства, суд пришел к верному выводу о возможности исправления ФИО2 и ФИО1 без изоляции от общества и применения при назначении наказания положений ст. 73 УК РФ, с назначением дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами. 

Отягчающих наказание обстоятельств в отношении каждого осужденного судом не установлено.

Судом в достаточной степени учтены перечисленные обстоятельства, возраст осужденных, обсуждено влияние назначенного наказания на условия жизни семей ФИО2, ФИО1 и на их исправление. В приговоре приведены мотивы, по которым суд пришел к выводу о необходимости назначения им наказания в виде лишения свободы условно, с применением ст. 73 УК РФ. 

Суд апелляционной инстанции имел возможность убедиться в том, что явившийся в первое судебное заседание осужденный ФИО2 имеет проблемы со здоровьем, обозначенные судом в приговоре, передвигается при помощи вспомогательных средств «ходунков» и сопровождающего.

Кроме того, в суде апелляционной инстанции были приобщены сведения о наличии у ФИО1 малолетних детей ФИО3 ОБЕЗЛИЧЕНА, которые не были известны суду первой инстанции при назначении наказания, так как осужденный не значился официально в свидетельстве о рождении их отцом, несмотря на совместное проживание. Оформление отцовства имело место уже после постановления приговора, что суд апелляционной инстанции полагает необходимым учесть в качестве смягчающего наказание обстоятельства, дополнительно к установленным судом первой инстанции, что не влечет смягчения назначенного наказания, учитывая правильный выбор вида и размера наказания судом первой инстанции.

С учетом изложенного, не находит оснований для усиления назначенного ФИО2, ФИО1 наказания и суд апелляционной инстанции, в том числе путем исключения применения положений ст. 73 УК РФ, как об этом ставится вопрос в апелляционном представлении, и указано в возражениях потерпевшей Потерпевший №1 по отношению к назначенному наказанию ФИО2, поскольку приходит к выводу, что осужденные смогут исправиться без изоляции от общества.

Каких-либо исключительных обстоятельств, оправдывающих цели и мотивы совершенного преступления, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного виновными, позволяющих при назначении наказания применить положения ст. 64 УК РФ, а также ч.6 ст.15 УК РФ судом не установлено, суд апелляционной инстанции таких обстоятельств также не усматривает. 

То обстоятельство, что осужденные не признали себя виновными, а полагали, что причиной ДТП явились действия друг друга, вопреки мнению прокурора, не является основанием для усиления наказания, поскольку их право на защиту и отображение своей позиции по обвинению закреплено процессуальным законом и Конституцией РФ. 

Таким образом, вопреки доводам апелляционного представления, а также позиции потерпевшей в отношении ФИО2, назначенное осужденным наказание отвечает принципу справедливости, закрепленному в ч. 1 ст. 6 УК РФ, соответствует характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновных. Суд апелляционной инстанции считает, что наказание ФИО2, ФИО1 назначено соразмерно содеянному ими, с учетом данных об их личности, всех обстоятельств дела, является справедливым, отвечает принципам справедливости и гуманизма, и считать его явно несправедливым либо чрезмерно мягким оснований не имеется.

Вопреки доводам потерпевшей о назначении ФИО2 наказания в виде реального лишения свободы, указанная ею позиция не является основанием для усиления наказания ФИО2

Так, согласно правовой позиции, высказанной Конституционным Судом Российской Федерации в Определении от 25 сентября 2014 года N 2053-0, положения ст. 6 УК РФ о соблюдении принципа справедливости при назначении наказания во взаимосвязи с законоположениями ст. 60 УК РФ не называют мнение потерпевшего в числе обстоятельств, учитываемых при назначении наказания, поскольку обязанность государства обеспечивать права потерпевших от преступлений не предполагает наделение их правом определять необходимость осуществления публичного уголовного преследования в отношении того или иного лица, а также пределы возлагаемой на это лицо уголовной ответственности и наказания - такое право в силу публичного характера уголовно-правовых отношений принадлежит только государству в лице его законодательных и правоприменительных органов; вид и мера ответственности лица, совершившего правонарушение, должны определяться, исходя из публично-правовых интересов, а не частных интересов потерпевшего.

Вместе с тем, суд первой инстанции допустил нарушение требований закона при принятии решения о конфискации автомобиля ФИО2 в доход государства.

Согласно п.30 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 09.12.2008 № 25 (ред. от 25.06.2024) "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения", в силу положений п. "д" ч. 1 ст.104.1 УК РФ транспортное средство, которое принадлежит обвиняемому (находится в его собственности, а также в общей собственности обвиняемого и других лиц, в том числе в совместной собственности супругов) и было использовано им при совершении преступления, предусмотренного статьей 264.1, 264.2 или 264.3 УК РФ, подлежит конфискации с соблюдением условий, определенных нормами главы 15.1 УК РФ. При применении указанных норм необходимо учитывать разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 июня 2018 года № 17 "О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве".

При решении вопроса о конфискации транспортного средства при совершении указанных в Пленуме преступлений необходима совокупность двух обстоятельств – принадлежность транспортного средства виновному лицу и использование им этого транспортного средства при совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 264.1, 264.2, 264.3 УК РФ, то есть при совершении умышленных преступлений, при этом ч.3 ст.264 УК РФ в указанный перечень не включена, в связи с чем решение суда о конфискации автомобиля «Daewoo Matiz», регистрационный знак ФИО3 ОБЕЗЛИЧЕНА, принадлежащего ФИО2 по указанному в приговоре основанию, что автомобиль являлся орудием преступления, не основан на положениях закона.

Таким образом, по изложенному основанию указание в приговоре о конфискации в доход государства автомобиля «Daewoo Matiz» регистрационный знак ФИО3 ОБЕЗЛИЧЕНА, находящегося на специализированной стоянке, принадлежащего ФИО2, подлежит исключению.

Суд апелляционной инстанции не усматривает иных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих изменение приговора, в том числе по доводам апелляционного представления, апелляционной жалобы, в связи с чем приговор суда необходимо оставить без изменения за исключением изложенного выше, а апелляционное представление и апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционная инстанция не может согласиться с защитником осужденного ФИО2 о нарушенном праве последнего на подачу апелляционной жалобы, поскольку судом разъяснены право, порядок и сроки апелляционного обжалования, как в приговоре, так и в судебном заседании после провозглашения приговора при участии осужденного и его защитника, которым в последующем направлялись копии апелляционных представления и жалобы, поданные иными участниками процесса. Материалы дела не содержат обращений от осужденного, его защитника о намерении обжаловать решение суда, о восстановлении срока обжалования приговора и иных сведений, в том числе о проблемах со здоровьем, препятствующих обратиться с апелляционной жалобой. Данное заявление защитника с учетом изложенного при отсутствии каких-либо данных в подтверждение намерения осужденного и защитника обжаловать приговор и не иметь возможности в силу уважительных причин это сделать не является состоятельным и заслуживающим внимания.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Целинского районного суда Ростовской области от 5 июня 2024 года в отношении ФИО2,Я и ФИО1 изменить:

-признать дополнительно к установленным судом смягчающим наказание обстоятельством в отношении ФИО1 наличие малолетних детей 2017 и ДД.ММ.ГГГГ года рождения;

-исключить указание о конфискации в доход государства автомобиля «Daewoo Matiz» регистрационный знак ФИО3 ОБЕЗЛИЧЕНА, находящийся на специализированной стоянке, принадлежащий ФИО2.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, а апелляционное представление государственного обвинителя Рыжкина В.В. и апелляционную жалобу защитника осужденного ФИО1 - адвоката Ворониной О.А. - без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в соответствии с положениями главы 47.1 УПК РФ через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня его вынесения.

Осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья 

Судья