Производство № 2-1771/2020

УИД 67RS0003-01-2020-00210080

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Смоленск 22 сентября 2020 года

Промышленный районный суд г. Смоленска

в составе:

председательствующего судьи Соболевской О.В.,

с участием прокурора Ивановой Е.В.,

при секретаре Блиновой Е.Э.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО МК «Чистая монета» о признании увольнения незаконным, изменении формулировки увольнения, взыскании задолженности по заработной плате, выходного пособия, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО МКК «Чистая монета» о признании увольнения незаконным, взыскании заработной платы и компенсации морального вреда, указав в обоснование заявленных требований, что 31.03.2020 уволена из ООО МКК «Чистая монета» с формулировкой о расторжении трудового договора по инициативе работника (п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ). При этом никаких заявлений об увольнении с ее стороны работодателю не подавалось. Фактически о своем увольнении ФИО1 узнала 07.04.2020, когда пришла на работу для выполнения свих трудовых обязанностей. Указывает, что инициатива расторжения трудовых отношений исходила от работодателя в связи с сокращением штатного расписания работников на основании устного распоряжения работодателя, и соответственно, основание увольнения должно быть отражено в приказе и трудовой книжке согласно реальной причине увольнения, то есть по инициативе работодателя в связи с сокращением штата. Ее увольнение на основании собственного желания является надуманным и не соответствует реальному обстоятельству дел. Такие действия работодателя лишают истца гарантий и компенсаций при увольнении в связи с сокращением штата работников, которое фактически имело место быть. ООО МКК «Чистая монета» должно было выплатить истцу выходное пособие в размере среднемесячного заработка за три месяца. 10.04.2020 в адрес ответчика направлена претензия, которая оставлена без ответа. Расчет при увольнении истцу выдан 22.04.2020 в размере 9 219,17 руб., с которым она не согласна. Ответчик не только лишил истца возможности трудиться, но и нарушил трудовое законодательство, не исполнив свои обязанности по выплате выходного пособия, оставив истца без средств к существованию. В условиях карантина истец лишена возможности трудоустроиться. Действиями ответчика ей причинены нравственные страдания.

Просила суд признать формулировку основания и причину увольнения истца неправильной, не соответствующей реальным фактам; изменить формулировку ее увольнения из ООО МКК «Чистая монета» от 31.03.2020 с п. 3. ч. 1 ст. 77 ТК РФ на п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ (в связи с сокращением численности или штата работников организации); взыскать с ответчика в пользу истца выходное пособие в размере 3-хкратного среднемесячного заработка 75 905,83 руб.; в счет компенсации морального вреда, причиненного невыплатой выходного пособия за 3 месяца, в размере 60 000 руб.

Впоследствии истец уточнила исковые требования и просила суд признать формулировку основания и причину увольнения, а также Приказ № 20 от 31.03.2020 об увольнении – незаконным; изменить формулировку увольнения из ООО МКК «Чистая монета» от 31 марта 2020 года с п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ на п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ (в связи с сокращением численности или штата работников организации); взыскать с ответчика в свою пользу выходное пособие в размере 3-х кратного среднемесячного заработка 85 125 (28375 руб. х 3 месяца); взыскать с ответчика в свою пользу недоплаченную заработную плату в размере 17 500 руб.: 28 375 руб. - 5 000 руб. (аванс) - 5 875 руб. (выплачено при расчете); взыскать с ответчика в свою пользу недоплаченную компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 5 229,63 руб.: 8 573,80 руб. – 3 344,17 руб., компенсацию морального вреда, причиненного незаконным увольнением в размере 70 000 руб., а также проценты по ст. 236 ТК РФ в размере 5 982,34 руб., исходя из фактически не выплаченной общей суммы в размере 107 854,63 руб. за период с 07.04.2020 по 22.09.2020. 

Истец ФИО1 и её представитель по устному ходатайству ФИО2 в судебном заседании иск поддержали по основаниям, изложенным выше. В ходе судебного разбирательства истец поясняла, что работала у ответчика в должности менеджера по развитию регионов, с окладом в 11 500 руб. Заработная плата выплачивалась двумя частями на карту: 10 000 руб. – аванс и 18 000 руб. – заработная плата. Размер заработной платы зависел от выполнения плана, премиальные выплаты помимо оклада устанавливались по устной договоренности с работодателем. Заявление об увольнении по собственному желанию от 31.03.2020 не писала, данный день был нерабочим, работодатель отправил ее в отпуск за свой счет с 18.03.2020 по 31.03.2020. В рабочей группе в сети Интернет руководитель истца Оксана Александровна написала, что отпуск за свой счет продлен до 6 апреля. 3 апреля 2020 г. руководитель позвонила и сообщила, что отдел, где работала истец, ликвидирован, и 07.04.2020 необходимо явиться в офис на бульвар Гагарина за получением трудовой книжки. 07.04.2020 в офисе работодателя ей предложили написать заявление об увольнении по собственному желанию, однако, она отказалась это сделать. С приказом об увольнении ее не знакомили, расчет не осуществили, выдали лишь трудовую книжку. В настоящее время она трудоустроилась. Представитель истца в судебном заседании полагала, что факт получения заработной платы истцом в большем, нежели установлено трудовым договором, размере подтвержден материалами дела и свидетельскими показаниями, из документов, представленных, в том числе Пенсионным фондом видно, что у организации была штатная единица – менеджер по развитию регионов, в штатном расписании, представленном на сегодняшний день ответчиком, данная должность отсутствует. Инициатива расторжения трудового договора исходила от работодателя, а не от работника, в связи с сокращением штатного расписания работников по устному заявлению работодателя, и основание увольнения должно быть отражено в приказе и трудовой книжке в соответствии с реальной причиной увольнения, т.е. по инициативе работодателя в связи с сокращением. Сообщения в месенджерах и телефонные звонки свидетельствуют об отсутствии добровольности со стороны истца на увольнение, а, по сути, являются понуждением к увольнению. Такие действия лишают истца гарантий и компенсаций при увольнении в связи с сокращением штата работников, которое фактически имело место. Незаконное увольнение произошло в период действия карантинных мер, веденных на территории РФ в целом и в Смоленской области в том числе, в результате которого истец оказалась в крайне тяжелом материальном положении ввиду отсутствия возможности трудоустроиться в период пандемии. Просили исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика ООО МКК «Чистая монета» в судебное заседание не явился по неизвестной суду причине, о времени и месте слушания дела извещен надлежащим образом, своевременно. Ранее в судебных заседания представитель ответчика ФИО3 исковые требования не признавал, пояснял, что истец написала заявление об увольнении по собственному желанию, после чего была уволена. Сокращения численности штата в организации не происходило, не отрицал, что истец работала на должности менеджер по развитию регионов, которая в штатном расписании организации отсутствовала. При увольнении с ФИО1 расчет не был произведен, поскольку от предложенных выплат она отказалась, не согласившись с ними, полагая, что расчет должен был быть в размере, положенном при сокращении. ООО МКК «Чистая монета» направило в адрес истца уведомление о получении расчета при увольнении от 07.04.2020, после чего истец 22.07.2020 пришла и получила расчет. Поощрения работникам были предусмотрены, однако документально не закреплялись, устанавливались на усмотрение руководителя. Заявление об увольнении истец написала по собственному желанию после того, как в конце марта получила заработную плату в размере 5 000 руб. без премии, 07.04.2020 пришла за трудовой книжкой, забрала свое заявление об увольнении и порвала его. Просил в иске отказать.

Представитель третьего лица Государственной инспекции труда в Смоленской области в судебное заседание не явился по неизвестной суду причине, о времени и месте слушания дела извещен надлежащим образом. 

Руководствуясь положениями ст. 167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав пояснения стороны истца, показания свидетелей, исследовав письменные доказательства, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что иск подлежит удовлетворению в части требований о признании незаконным приказа об увольнении по собственному желанию, а также в части компенсации морального вреда с учетом принципов разумности и справедливости, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п.п. 3, 4 ст. 77 Трудового кодекса РФ основаниями прекращения трудового договора являются, в том числе расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса), расторжение трудового договора по инициативе работодателя (статьи 71 и 81 настоящего Кодекса).

Согласно статье 80 Трудового кодекса РФ работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении. 

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении. 

В силу п. 2 ст. 81 Трудового кодекса РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя.

Заявляя исковые требования, истец ссылается на то обстоятельство, что 31.03.2020 заявления об увольнении по собственному желанию не писала, данный день был для всех сотрудников выходным. Увольнение по собственному желанию считает незаконным, поскольку должна была быть уволена в связи с сокращением численности штата, что произошло фактически, ее отдел был полностью ликвидирован. Незаконное увольнение лишило ее гарантий и компенсаций, положенных действующим законодательством при увольнении по сокращению численности штата. 

Сторона ответчика, возражая против удовлетворения заявленных требований, ссылается на то обстоятельство, что сокращения численности штата в период увольнения истца в организации не происходило, истец уволилась по собственному желанию на основании личного заявления, которое 07.09.2020 забрала вместе с трудовой книжкой, а потом порвала.

Разрешая вопрос об обоснованности заявленных истцом требований в данной части, суд исходил из следующего.

В судебном заседании установлено, что 11.12.2019 ФИО1 принята на работу в ООО МКК «Чистая монета» в должности менеджера по развитию регионов, с окладом 11 500 руб. (Приказ о приеме работника на работу от 11.12.2019 № 59) (л.д. 15 оборот. стор., 74, 78).

11 декабря 2020 г. между ООО МКК «Чистая монета» и ФИО1 заключен трудовой договор, по условиям которого выплата заработной платы производится работнику два раза в месяц в следующие дни: 15 и 30 числа каждого месяца; работнику устанавливается оклад в размере 11 500 руб., оплата производится ежемесячно по следующей схеме: авансовый платеж 30 числа месяца, за который производится оплата в размере 40 % от оклада, текущий платеж 15 числа месяца, следующего за месяцем, за который производится оплата; оплата производится посредством внесения (перечисления) денежных средств на указанный работником расчетный счет или выплачивается на руки по соглашению сторон; размер заработной платы может быть пересмотрен по соглашению сторон трудового договора; договоренность сторон о новом размере заработной платы должна быть оформлена в письменном виде, как дополнительное соглашение к настоящему договору и подписана сторонами; работнику может выплачиваться премия и иные поощрительные выплаты (л.д. 17-19).

Приказом работодателя от 31.03.2020 № 20 трудовой договор с ФИО1 расторгнут по инициативе работника, п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, на основании заявления на увольнение (л.д.75).

7 апреля 2020 г. истцу выдана трудовая книжка, 22.04.2020 она получила на руки окончательный расчет в сумме 9 219,17 руб., с которым не согласилась, окончательный расчет произведен 22.07.2020 (л.д. 76, 77).

Из представленного в материалы дела скриншота переписки, датированной 30.03.2020 усматривается, что сотрудник компании ООО МКК «Чистая монета» по имени ФИО12 сообщила, что отдел развития, прекращает свою деятельность до 6 апреля в связи с введением на территории Российской Федерации новых ограничительных мер из-за распространения вируса (л.д. 52-54).

Как поясняла в судебном заседании истец ФИО1, 03.04.2020 руководитель отдела ФИО12 посредством телефонной связи сообщила, что отдел ликвидирован, и необходимо явиться 07.04.2020 за получение трудовой книжки в офис на бульваре Гагарина. 07.04.2020 в офисе ей выдали трудовую книжку и предложили написать заявление об увольнении по собственному желанию, однако от написания такого заявления она отказалась, полагая, что увольнение должно произойти по сокращению численности штата, от получения расчета отказалась, не согласившись с его размером.

Из показаний допрошенной в ходе судебного разбирательства свидетеля ФИО7 усматривается, что с 23.12.2019 по 31.03.2020 работала в ООО МКК «Чистая монета» также как и истец менеджером по развитию регионов. 19 марта, во второй половине, дня руководитель ФИО12 сообщила, что она (свидетель) уходит в отпуск до конца марта за свой счет. 1 апреля 2020 г. на работу не вызвали. 3 апреля 2020 г. позвонила ФИО12 и сообщила, что отдел сокращается, можно подойти за трудовой книжкой и расчетом. 7 апреля 2020 г. в офис компании, расположенный на бульваре Гагарина, она пришла вместе с истцом. Им предложили написать заявление об увольнении по собственному желанию. Она (ФИО7) написала заявление об увольнении по собственному желанию задним числом - 31.03.2020 и о том, что получила трудовую книжку и расчет за отработанные дни в марте около 9 тысяч рублей, ранее получила аванс в размере 10 000 руб. А вообще, в месяц получала около 30 000 руб. Заявления писала параллельно с истцом. Со слов ФИО1, ей известно, что заявление она (истец) порвала, однако, что содержалось в данном заявлении ей неизвестно, также в этот день ФИО1 написала заявление о получении трудовой книжки, расчет получать отказалась, полагая, что он неверен, должен быть больше.

Свидетель ФИО8 в судебном заседании показал, что находится в дружеских отношениях с истцом, проживали в одной квартире. Ему известно, что с конца марта 2020 года ФИО1 находилась на самоизоляции. 7 апреля 2020 г. вышла на работу, однако быстро вернулась, около 13-14 часов, сообщив, что ее уволили задним числом 31.03.2020. Намерений увольняться у истца не было. Ему известно, что заработная плата ФИО1 составляла 30 000 руб. ежемесячно. 

Допрошенная свидетель со стороны ответчика ФИО9 суду показала, что работает в ООО МКК «Чистая монета» бухгалтером. Истец и ФИО7 хотели уволиться, звонили (кто именно, пояснить не смогла) и уточняли, когда можно подойти написать заявление и получить расчет. Истец приходила вместе с ФИО7, написала заявление об увольнении по собственному желанию, а также о том, что получен расчет и трудовая книжка, затем, получив в руки трудовую книжку, выхватила свои заявления об увольнении и о получении расчета, порвала их и ушла. Заявления разорвала после того, как узнала, что премиальные не будут выплачены при увольнении. В адрес истца было направлено уведомление о необходимости получить расчет, после чего она пришла и получила его. Заработная плата истца состояла из оклада 12 500 руб. и премиальных, около 5 000 – 10 000 руб., которые зависели от работы. Сокращения штата в организации не происходило, изменений в штатное расписание не вносилось.

Свидетель ФИО10 суду показала, что работает в ООО МКК «Чистая монета» юристом. Процедура увольнения истца происходила 07.04.2020, она видела, как истец заходила в кабинет, со слов бухгалтера знает, что порвала написанные ею заявления на увольнение и на получение расчета. Полагает, что истец решила уволиться, поскольку всех сотрудников перевели на один оклад, без выплаты премиальных. Сокращения численности штата не было, изменения в штатное расписание не вносились.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что ФИО1 31.03.2020 заявление об увольнении по собственному желанию, явившееся основанием для издания оспариваемого приказа № 20 от 31.03.2020, не писала, при этом трудовой договор с ней был прекращен 31.03.2020 по инициативе работника п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

Доводы стороны истца о том, что 31.03.2020 истец не могла писать заявление об увольнении по собственному желанию по той причине, что указанный день был нерабочим, заслуживают вниманию. Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО9 и ФИО10 показали, что заявление об увольнении от 31.03.2020 ФИО7 и ФИО1 писали 07.04.2020, однако ФИО1 свое заявление об увольнении порвала. ФИО7 так же подтвердила, что заявление об увольнении от 31.03.2020 писала 07.04.2020. 

При рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (пункт 3 части первой статьи 77, статья 80 ТК РФ) судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением (п. 22 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 (ред. от 24.11.2015) «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации». 

При таких обстоятельствах, в отсутствие заявления истца об увольнении по собственному желанию от 31.03.2020 работодатель не имел права издать приказ № 20 о расторжении трудового договора с ФИО1 по инициативе работника от 31.03.2020, поскольку отсутствовало ее волеизъявление на увольнение.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что приказ № 20 от 31.03.2020 об увольнении ФИО1 по собственному желанию является незаконным, издан в отсутствие заявления работника ФИО1, с нарушением установленного порядка увольнения.

При этом истец полагает, что она фактически была уволена по сокращению численности штата, поскольку ее отдел был ликвидирован, в связи с чем ответчик должен произвести соответствующие выплаты при увольнении, положенные при сокращении штата работников, и изменить формулировку увольнения от 31.03.2020 с п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ на п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ (в связи с сокращением численности или штата работников организации). 

Реализуя закрепленные Конституцией РФ (ст. 34 ч. 1; ст. 35 ч. 2) права, работодатель вправе самостоятельно, под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения, обеспечивая при этом в соответствии с требованиями ст. 37 Конституции РФ, закрепленные трудовым законодательством гарантии трудовых прав работников. Принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации относится к исключительной компетенции работодателя.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ основанием прекращения трудового договора является сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя;

Статьей 81 Трудового кодекса РФ установлено, что увольнение по основанию, предусмотренному пунктом 2 или 3 части первой настоящей статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договор.

Из приведенных норм права следует, что обязательными условиями увольнения по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ являются изменение организационной структуры предприятия, реального сокращения штата предприятия и если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу).

Согласно штатному расписанию на 2019 год в штате ООО МКК «Чистая монета» находись 24 штатных единицы, согласно штатному расписанию на период с 01.01.2020 по 31.12.2020 в штате ответчика числится 57 единиц, и по состоянию на 21.07.2020 изменений в штатном расписании не усматривается. При этом должность менеджера по развитию регионов (должность, на которой работала истец) в штатном расписании отсутствует (л.д. 89, 90, 91). 

Осуществление истцом трудовой деятельности на должности, отсутствующей в штатном расписании ответчика, свидетельствует о нарушении обществом трудового законодательства, вместе с тем материалы дела не содержат доказательств, свидетельствующих о проведении ответчиком мероприятий по сокращению штата.

В силу положений статьи 394 ТК РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный спор. В случае признания увольнения незаконным орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, может по заявлению работника принять решение об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию.

Однако материалами дела факт сокращения численности или штата работников организации не подтвержден. Из представленных материалов дела не имеется оснований полагать, что в ООО МКК «Чистая монета» произошло сокращение численности штата, в связи, с чем оснований для изменения формулировки увольнения истца на «по сокращению численности штата» не имеется.

Исходя из разъяснений, содержащихся в абз. 3 п. 60 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» по заявлению работника, увольнение которого признано незаконным, суд может ограничиться вынесением решения об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию (ч. ч. 3 и 4 ст. 394 ТК РФ).

Поскольку истец просит изменить формулировку увольнения на увольнение в связи с сокращением численности или штата работников, то удовлетворение данного требования невозможно, поскольку сокращения штата в организации не проводилось, а применение иной формулировки при отсутствии соответствующих обстоятельств законом не предусмотрено, по этим же основаниям не подлежат удовлетворению требования истца о выплате выходного пособия по сокращению численности или штата работников в соответствии со ст. 178 ТК РФ.

Разрешая требования истца о взыскании недоплаченной заработной платы, суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Согласно ст. 22 ТК РФ работодатель обязан выплачивать в полном объеме причитающуюся работнику заработную плату в сроки, установленные ТК РФ, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка организации, трудовыми договорами.

При этом ст. 140 ТК РФ предусмотрено, что при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете. В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

При увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска (ст. 127 ТК РФ).

В судебном заседании установлено, что 07.04.2020 ФИО1 получила на руки трудовую книжку (л.д. 76).

При этом в этот же день истец от получения расчета при увольнении, приказа об увольнении отказалась ввиду несогласия с размером расчета, о чем составлен акт от 07.04.2020 в присутствии юриста ФИО3, начальника юридического отдела ФИО10 и главного бухгалтера ФИО9, указанное обстоятельство не оспаривалось и самим истцом (л.д.72)

08 апреля 2020 г. ФИО1 обратилась к ответчику с заявлением о выдаче документов, связанных с работой (л.д. 20).

10 апреля 2020 г. в адрес ответчика ФИО1 направлена претензия о выплате всех причитающихся при увольнении по сокращению штата сумм (л.д. 22).

При этом в материалы дела представлено уведомление о получении расчета, датированное 07.04.2020, направленное ответчиком по месту жительства и регистрации истца 14.04.2020 и полученное ФИО1 18.04.2020 (л.д. 67, 68 70-71).

22 апреля 2020 г. истец получила на руки расчет в сумме 9 219,17 руб., указав, что с расчетом не согласна (л.д. 77).

Согласно расчетному листку за март месяц ФИО1 к выплате начислено 14 219 руб. (5 000 руб. аванс, выплаченный 15.03.2020, + выплата отпускных 3 417 руб. + 5 875 руб. – выплата зарплаты за март) (л.д.79).

Истец полагает, что расчет заработной платы произведен ответчиком неверно, исходя лишь из ее оклада, при этом ежемесячно она получала премии и ее доход составлял порядка 30 000 руб. и именно исходя из этой суммы и должна быть выплачена задолженность по заработной плате за март, которая, согласно расчету истца, составляет 17 500 руб. (28 375 руб. - 5 000 руб. (аванс) - 5 875 руб. (выплачено при расчете).

В силу ст. 191 ТК РФ работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии).

Условиями трудового договора от 11.12.2019 (п. 4.6) предусмотрено, что работнику может выплачиваться премия и иные поощрительные выплаты. 

Согласно п. 6 Правил внутреннего трудового распорядка ООО МКК «Чистая монета» за образцовое выполнение трудовых обязанностей, повышение эффективности и качества работы, продолжительную и безупречную работу, новаторство в труде и за другие достижения в работе применяются поощрения, в том числе, в виде премирования.

Таким образом, премиальная часть заработной платы выплачивается работнику по усмотрению работодателя и фиксированного размера премии ежемесячно ни трудовым договором, ни правилами внутреннего трудового распорядка не установлено. 

Доказательств того, что в марте истцу установлена поощрительная выплата в виде премии, материалы дела не содержат.

Выплата премии работнику за месяц не является гарантированной формой дохода и представляет собой поощрительную выплату стимулирующего характера. Определение условий для выплаты такой премии относится к исключительной компетенции работодателя, который вправе самостоятельно устанавливать размер таких премий и порядок их выплаты. Выплата премии является правом, а не обязанностью работодателя в соответствии со ст. 22 ТК РФ, в связи с чем на работодателя не может быть возложена обязанность по выплате ее истцу.

Расчет сумм при увольнении, исходя из представленного в материалы дела расчетного листка ФИО1, произведен арифметически верно, сомнений у суда не вызывает.

При таких обстоятельствах суд не находит оснований к выплате истцу заработной платы за март месяц в размере большем, чем произвел ответчик, а равно и компенсации за неиспользованный отпуск.

Оснований для взыскания процентов (денежной компенсации) в порядке ст. 236 ТК РФ на требуемые ко взысканию с ответчика суммы в общем размере 107 854,63 руб. (85 125 руб. - выходное пособие, 17 500 руб. - заработная плата, 5 229, 63 - компенсация за неиспользованный отпуск) за период с 07.04.2020 по 22.09.2020 не имеется, поскольку во взыскании данных сумм с ответчика судом отказано. 

При этом судом установлен факт нарушения трудовых прав истца, требование ФИО1 о взыскании в ее пользу денежной компенсации морального вреда подлежит удовлетворению.

Согласно ч. 9 ст. 394 ТК РФ в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

При определении размера компенсации морального вреда суд руководствуется требованиями ст. 1101 ГК РФ и учитывает характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степени вины причинителя вреда, индивидуальные особенности потерпевшего, а также требования о разумности и справедливости.

С учетом всех обстоятельств дела суд оценивает причиненный ФИО1 моральный вред незаконными действиями работодателя в размере 2 000 рублей.

В силу положений ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Оснований для выхода за пределы заявленных требований не имеется.

Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец была освобождена.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично. 

Признать приказ ООО МКК «Чистая монета» от 31.03.2020 № 20 о расторжении трудового договора с работником ФИО1 по инициативе работника, п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации незаконным.

Взыскать с ООО МКК «Чистая монета» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 2 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ООО МКК «Чистая монета» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 600 рублей.

Решение может быть обжаловано в Смоленский областной суд через Промышленный районный суд г. Смоленска в течение месяца с момента принятия решения суда в окончательной форме. 

Председательствующий судья О.В. Соболевская