Мотивированное 

решение

 изготовлено 31.07.2017 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Алапаевск

26 июля 2017 г. 

Алапаевский городской суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Петрашова В.В., 

при секретаре Коробейниковой М.Ю.,

с участием помощника Алапаевского городского прокурора Шарифзяновой Е.В.,

истца ФИО1 и ее представителя ФИО2, действующего на основании доверенности,

ответчика ГБУЗ СО «Алапаевская ГБ» в лице представителя ФИО3, действующей на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-362/2017 по иску ФИО1 к ГБУЗ СО «Алапаевская городская больница» о возмещении морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в Алапаевский городской суд к ГБУЗ СО «Алапаевская городская больница» (далее – ГБУЗ СО «АГБ») с требованием о возмещении морального вреда, причиненного ненадлежащим оказанием медицинской помощи.

Так ФИО1 просит взыскать ГБУЗ СО «АГБ» компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 руб. и судебные расходы.

Истица и ее представитель в обосновании иска указали на то, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, в связи с 

<

данные изъяты>, бригадой скорой медицинской помощи была доставлена в 

<

данные изъяты> стационара ГБУЗ СО «АГБ» с диагнозом: 

<

данные изъяты>. Поскольку 

<

данные изъяты> улучшение не наступило, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была рекомендовано 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, предъявившая жалобы на 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ впервые - врачом-

<

данные изъяты>, установив ФИО1 диагноз – 

<

данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ истица была направлена в ОКБ № 1 г. Екатеринбург, где ей был поставлен диагноз 

<

данные изъяты>, в связи с чем ФИО1 была экстренно госпитализирована 

<

данные изъяты>, где ФИО1 в условиях стационара в пеериод с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, была выполнена 

<

данные изъяты> 

Сторона истца, ссылаясь на то, что ФИО1 в период ее нахождения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на стационарном излечении в терапевтическом (кардиологическом) отделении ГБУЗ СО «АГБ», несмотря на явные признаки и симптомы, указывающие на наличие заболевания в виде 

<

данные изъяты>, не была оказана надлежащая медицинская помощь по лечению указанного заболевания, что привело к безвозвратной утрате ФИО1 зрения на левый глаз, в связи с чем указанному, потере зрения на левый глаз.

Так как сторона истца считает, что причиной частичной утраты ФИО1 зрения является ненадлежащее оказание ответчиком ГБУЗ СО «АГБ» медицинской помощи в период стационарного лечения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 просит взыскать с ответчика ГБУЗ СО «АГБ» причиненный частичной утратой зрения моральный вред, компенсацию которого сторона истца оценивает заявленной суммой.

Кроме того, сторона истца просит взыскать с ответчика штраф, в связи с не удовлетворением ответчиком в добровольном порядке требований потребителя, а также судебные расходы, понесенные стороной истца на оплату судебной экспертизы и оформление доверенности представителя, соответственно в размере 56 640 руб. и 1 800 руб. 

Представитель ответчика ГБУЗ СО «АГБ» в судебном заседании и отзыве на иск требования ФИО1 не признал по мотиву их необоснованности, в связи с отсутствием вины ГБУЗ СО «АГБ» в причинении вреда здоровью истицы в виде частичной утраты зрения ФИО1, так как между утратой ФИО1 зрения на левый глаза и указанными стороной истца дефектами медицинской помощи, оказанной в период в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в стационаре ГБУЗ СО «АГБ», отсутствует причинная (прямая) связь, так как ухудшение состояния здоровья ФИО1 вызванного заболеванием - 

<

данные изъяты>, является закономерным неблагоприятным исходом острого приступа глаукомы и не может расцениваться, как причинение ГБУЗ СО «АГБ» вреда здоровью.

Представитель ответчика считает, что ГБУЗ СО «Алапаевская ГБ» ФИО1 была оказана вся необходимая, квалифицированная и качественная медицинская помощь, поэтому вины лечебного учреждения в частной утрате ФИО1 зрения и причинении вреда ее здоровью ФИО1, повлекших моральный вред - не имеется.

Представители третьих лиц на стороне ответчика - страховщики по ОМС ФИО1 в спорный период и настоящее время соответственно СМК «Астрамед-МС» и ОАО «Страховая компания» СОГАЗ-Мед» в судебное заседание не явились, просили рассмотреть дело без их участия, а в представленном ранее в суд отзывах обстоятельства, на которых истица основывает свои требования, подтвердили и иск ФИО1 поддержали. 

Представитель третьего лица на стороне ответчика - Министерство здравоохранения Свердловской области в судебное заседание не явился, в предоставленном ранее отзыве на иск ФИО1, просил рассмотреть дело в свое отсутствие, возражений на иск – не заявил, ссылаясь на то, что решение суда по делу на права и обязанности Министерства не затрагивает, так как ответчик ГБУЗ СО «АГБ» является юридическим лицом, поэтому самостоятельно несет ответственность по своим обязательствам. 

Суд, заслушав объяснения сторон, изучив материалы гражданского дела, а также заключение прокурора, считавшего иск ФИО1 обоснованным и подлежащим частичному удовлетворению, пришел к следующему.

В соответствии со ст. 41 Конституции Российской Федерации каждому гражданину гарантировано право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Согласно подпункту 9 пункта 1 статьи 16 Федерального закона «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» застрахованные лица имеют право на возмещение медицинской организацией ущерба, причиненного в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением ею обязанностей по организации и оказанию медицинской помощи, в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Также положениями указанного Федерального закона предусмотрено право на предъявление иска к медицинской организации о возмещении морального вреда.

Статьей 18 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» гарантировано право граждан на охрану здоровья, которое обеспечивается охраной окружающей среды, созданием безопасных условий труда, благоприятных условий труда, быта, отдыха, воспитания и обучения граждан, производством и реализацией продуктов питания соответствующего качества, качественных, безопасных и доступных лекарственных препаратов, а также оказанием доступной и качественной медицинской помощи.

Согласно п. 3 ст. 3, п. 9 ч. 5 ст. 19, ч.ч. 2 и 3 ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинской помощью является комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг.

Пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

В силу указанного Федерального закона медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В числе способов защиты прав, установленных статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусмотрена компенсация морального вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу вышеприведенной нормы гражданского законодательства для наступления ответственности по возмещению вреда необходима совокупность следующих обстоятельств: противоправное и виновное поведение причинителя вреда и причинно-следственная связь между его поведением и наступлением вреда.

Из заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы № (далее – СМЭ), выполненного СПб ГБУЗ «БСМЭ» по определению суда за плату в размере 56 640 руб., которое лица, участвующие в деле, не оспаривали, следует, что по данным истории болезни № ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ была госпитализирована в стационарное 

<

данные изъяты> отделение ГБУЗ «АГБ» с диагнозом 

<

данные изъяты>. Медицинская помощь, оказанная пациентке ФИО1 в этот период была направлена на диагностику и лечение заболеваний 

<

данные изъяты>, которые у нее в это время имели значение только сопутствующих, а именно, пациентке был установлен клинический диагноз 

<

данные изъяты>

При стационарном лечении пациентки ФИО1 в ГБУЗ СО «АГБ» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ медицинская помощь по основному заболеванию - требующему на тот период первоочередного оказания медицинской помощи: острому приступу глаукомы на левом глазу, не была оказана.

Так в действиях специалистов ГБУЗ СО «АГБ» в лечении пациентки ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ заключением СМЭ установлены следующие дефекты тактики ведения, диагностики и лечения при оказании медицинской помощи ФИО1:

при поступлении в стационар пациентки ФИО1 

<

данные изъяты>

лечащим врачом при сохраняющихся у больной ФИО1 ежедневных продолжительных приступах интенсивных головных болей в левой половине лица, сопровождавшихся рвотой, с «небольшим эффектом» от применения обезболивающей фармакотерапии предполагаемой невралгии тройничного нерва (финлепсина) - не назначена консультация врача-специалиста офтальмолога;

ДД.ММ.ГГГГ пациентка с жалобами на «внезапную потерю зрения на левый глаз» осмотрена только дежурным кардиологом;

ДД.ММ.ГГГГ при первичном, назначенном «по экстренным показаниям» ДД.ММ.ГГГГ офтальмологическом осмотре, у пациентки ФИО1 с жалобами на резкое снижение зрения левого глаза от ДД.ММ.ГГГГ - не проведены, даже ориентировочными методами, 

<

данные изъяты> - что не позволило врачу офтальмологу установить верный диагноз. Врачом офтальмологом не диагностирован 

<

данные изъяты> и, соответственно, избрана неверная тактика ведения - 

<

данные изъяты>

Утрата зрения на левом глазу у ФИО1 вызвана возникшим у нее патологическим процессом - 

<

данные изъяты>. Установленные дефекты медицинской помощи, оказанной ФИО1 ГБУЗ «АГБ» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не позволили своевременно прервать имевшийся у пациентки патологический процесс 

<

данные изъяты>. Поэтому между утратой зрения левого глаза ФИО1 и установленными дефектами медицинской помощи, оказанной ей в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ СО «АГБ» отсутствует прямая причинная связь.

Установленные дефекты оказания медицинской помощи не позволили своевременно прервать имевшийся у ФИО1 патологический процесс - 

<

данные изъяты>.

Суд, оценив в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заключение СМЭ находит его выводы достоверными, так как они основаны на предоставленных медицинских документах и надлежаще мотивированы, поэтому считает положить выводы СМЭ в основу решения.

Так из выводов СМЭ следует, что сохранение зрения левого глаза в период стационарного лечения ФИО1 в ГБУЗ СО «АГБ» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ при надлежащем лечении было возможным, так как при купировании острого приступа глаукомы, который начался у ФИО1 не ранее ДД.ММ.ГГГГ, в первые его сутки от начала заболевания - прогноз в отношении восстановления зрительных функций благоприятный. В случае позднего оказания специализированной офтальмологической помощи (более суток от начала заболевания) прогноз в отношении полного восстановления зрительных функций сомнительный. Без лечения 

<

данные изъяты> угрожает развитием 

<

данные изъяты> необратимой утратой зрительных функций.

<

данные изъяты>

Таким образом, сохранение зрения левого глаза у ФИО1 было возможным при условии своевременной диагностики (в период менее суток от начала заболевания) и адекватного лечения приступа 

<

данные изъяты> в условиях офтальмологического отделения стационара. 

Нормы материального права, регулирующие спорные правоотношения, не предусматривают как основание для возмещения ущерба только прямую причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими последствиями, так как для наступления деликтного обязательства достаточно лишь само наличие связи. Поэтому причинно-следственная связь, как условие деликтной ответственности в данном деле, должна была быть установлена не только при совершении противоправных действий, но и при неправомерном бездействий из-за не совершения ответчиком действий по оказанию качественной медицинской помощи.

Причинная связь это такая необходимая связь между явлениями, при которой всякий раз за одним из них неизбежно следует другое. Неизбежность эта определяется материальной внутренней связью, которая и вызывает другое явление.

Прямая причинно-следственная связь - это такая связь, в которой причина должна быть достаточной, а сама связь - жесткой и однозначной. Последняя в отличие от вероятной (синонимы: косвенной, непрямой, опосредованной) связи характеризуется постоянным (во всех случаях) наступлением следствия с особыми качественными характеристиками, которые определяются причиной.

Непрямая (синонимы: косвенная, опосредованная, вероятная) причинно-следственная связь имеет место в том случае, когда какой-то фактор, не является причиной развития определенного состояния, но наряду с другими факторами, не являющимися его (состояния) причиной, но способствующими его возникновению, обуславливает реализацию этого состояния в отдельно взятом случаев.

Несмотря на то, что между действиями (бездействием) ответчика по не оказанию ФИО1 надлежащей медицинской помощи и утратой ФИО1 зрения экспертами установлена лишь непрямая (косвенная) причинно-следственная связь, требование истца о компенсации морального вреда подлежит удовлетворению.

Из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в Постановлении от 20.12.1994 № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» установлен перечень обстоятельств, которые должны быть приняты во внимание судом при определении размера компенсации морального вреда, суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

В связи с тем, что судом установлены указанные выше обстоятельства, а именно, факт причинения вреда здоровью ФИО1, а также противоправное и виновное поведение врачей ГБУЗ «АГБ» суд, находит иск ФИО1 о компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащим оказанием медицинской помощи, обоснованным суд с учетом требований справедливости и разумных пределов считает определить размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ГБУЗ «АГБ» в пользу ФИО1 в размере 250 000 руб.

В соответствии с Преамбулой Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» и разъяснениями, данными в п. 1 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17, правоотношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой - организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортер), осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми Гражданским кодексом Российской Федерации, Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей», другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Таким образом, к данным правоотношениям необходимо применить положения Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей».

В соответствии с п. 6 ст. 13 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителя» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Согласно разъяснениям, данным в п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона).

Учитывая то, что размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ГБУЗ СО «Алапаевская ГБ» в пользу ФИО1 определен судом в размере 250 000 руб., взысканию с ответчика в пользу истца подлежит штраф в размере 125 000 руб. (250 000 руб.*50%).

Суд, обсудив требование о взыскании судебных расходов, нашел, что ФИО1, как следует из платежного поручения от ДД.ММ.ГГГГ №, расписки от ДД.ММ.ГГГГ и квитанции № от ДД.ММ.ГГГГ, для рассмотрения дела понесены расходы на оплату СМЭ и оформление доверенности представителя, соответственно в размере 56 640 руб. и 1 800 руб.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, к которым согласно ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате экспертам и другие необходимые для рассмотрения дела расходы, поэтому суд считает взыскать с ответчика заявленные стороной истца судебные расходы.

Так как соответствии с действующим законодательством ФИО1 при подаче иска была освобождена от уплаты государственной пошлины, последняя согласно ч. 4 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежит взысканию с не освобожденного от ее уплаты ответчика ГБУЗ СО «АГБ».

Руководствуясь ст. ст. 194 – 198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ГБУЗ СО «Алапаевская городская больница» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 250 000 руб., штраф в размере 125 000 руб. и судебные расходы, понесенные на оплату экспертизы и оформление доверенности представителя, соответственно в размере 56 640 руб. и 1 800 руб.

Взыскать с ГБУЗ СО «Алапаевская городская больница» госпошлину в доход местного бюджета МО г. Алапаевск в размере 300 руб. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме с подачей жалобы через Алапаевский городской суд.

Судья:

Петрашов В.В.