Копия Дело № 2-1997/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

08 июня 2017 года г. Зеленодольск

Зеленодольский городской суд Республики Татарстан в составе:

председательствующего судьи Булатовой Э.А.

при секретаре Зверевой И.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 ФИО14 к ФИО2 ФИО15 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, 

установил:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО4 о признании недействительной сделки, заключенной 28.02.2012 между ФИО3 и ФИО4; применении последствий недействительности сделки путем восстановления права собственности за ФИО3 на однокомнатную квартиру, общей площадью 36,6 кв.м., расположенной по адресу: РТ, 

<

адрес>, пгт. Васильево, 

<

адрес>; обязании Управления Росреестра по РТ аннулировать в реестре записи о сделке и о праве собственности за ФИО4 и восстановить право собственности за ФИО3 на однокомнатную квартиру, общей площадью 36,6 кв.м., расположенную по адресу: РТ, 

<

адрес>, пгт. Васильево, 

<

адрес>.

В обоснование иска указано, что ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком была совершена сделка в отношении однокомнатной квартиры, общей площадью 36,6 кв.м., расположенной по адресу: РТ, 

<

адрес>, пгт. Васильево, 

<

адрес>. Вышеуказанная квартира была предоставлена ФИО3 на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ истцом было составлено завещание вышеуказанной квартиры на имя ФИО5, которое до настоящего времени не отменено. До заключения договора ответчик ФИО4 – сын дочери ФИО5 часто навещал, гостил, оказывал всяческую помощь. За оказанную помощь неоднократно предлагал оформить сделку, условиями которой являлись осуществление ФИО4 пожизненного содержания истца и ФИО5, а взамен, вышеуказанная квартира перейдет к ответчику. Истец указывает, что договор был предоставлен ФИО4 непосредственно перед подачей документов на государственную регистрацию, права и обязанности по договору. Времени и условия для ознакомления с текстом договора у истца не было. Ввиду плохого зрения истец положился на ФИО4, поскольку полностью ему доверял. Однако, как оказалось позже, заключенная сделка была договором дарения от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированным Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по РТ от ДД.ММ.ГГГГ. В результате совершенной сделки ФИО4 приобрел право собственности на однокомнатную квартиру, расположенную по адресу: РТ, 

<

адрес>, пгт. Васильево, 

<

адрес>. 

Истец и его представитель ФИО6, по доверенности №53 от 27.01.2017, в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме.

Ответчик в судебном заседании исковые требования не признал. 

Третье лицо ФИО5 в судебном заседании исковые требования поддержала. 

Представитель третьего лица ФИО7, по доверенности №52 от 27.01.2017, в судебном заседании исковые требования поддержала. 

Представитель третьего лица –Управления Росреестра по РТ в судебное заседание не явился, извещен. Представлен отзыв.

Выслушав лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 9 ГК РФ, граждане по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Согласно ч. 5 ст. 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Указанные принципы закрепляют добросовестность и разумность действий сторон, их соответствие действительному смыслу заключаемого соглашения, справедливость условий заключенной ими сделки; то, что стороны действуют по отношению друг к другу, основываясь на началах равенства и автономии воли, и определяют условия договора самостоятельно в своих интересах. Участники гражданского оборота, являясь субъектами отношений по сделке, несут риск наступления неблагоприятных последствий, если не имеется законных оснований к недействительности сделки.

В соответствии с ч. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Согласно п. п. 1 - 2 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

В п. п. 1 - 2 ст. 178 ГК РФ закреплено, что сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с ч.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона обязана представлять доказательства в подтверждение обстоятельств, на которые она ссылается в обоснование заявленных требований или возражений. В случае, если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, удерживает находящиеся у нее доказательства и не представляет их суду, суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны (ч.1 ст.68 ГПК РФ). 

Обязанность доказывания обстоятельств, изложенных в ст. ст. 177 - 178 ГК РФ, лежит на лице, обратившемся за защитой нарушенного права.

Как следует из материалов дела и дела правоустанавливающих документов на объект недвижимости (квартиру), ФИО3 являлся собственником жилого помещения, расположенного по адресу: РТ, 

<

адрес>, пгт. Васильево, 

<

адрес>. Право собственности на квартиру приобретено им на основании договора на передачу жилого помещения в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.27 том 1). 

ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО3 на основании договора дарения подарил ответчику ФИО4 указанную квартиру, расположенную по адресу: РТ, 

<

адрес>, пгт. Васильево, 

<

адрес> (л.д.10). 

Согласно п. 4 данного договора, ФИО3 гарантирует, что он заключает настоящий договор не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях и настоящий договор не является для него кабальной сделкой.

В силу п. 5 данного договора право собственности на передаваемую в дар квартиру по адресу: РТ, 

<

адрес>, пгт. Васильево, 

<

адрес>, возникает у ФИО4 с момента регистрации настоящего договора и регистрации перехода права собственности в Зеленодольском отделе Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по РТ.

Договор подписан сторонами, право собственности одаряемого зарегистрировано в в Зеленодольском отделе Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по РТ.

Согласно пояснениям истца ФИО3, подписывая договор он полагал, что подписывает договор пожизненного содержания, заблуждаясь относительно природы сделки, намерения заключать договор дарения квартиры у него не было. В силу отсутствия образования, плохого зрения и имеющихся у него заболеваний он не мог знать, что отчуждает квартиру в пользу истца по договору дарения. О том, что он подписал договор дарения, а не договор пожизненной ренты он узнал в 2015 году от супруги, которая ходила с данным договором в юридическую консультацию. 

Третье лицо ФИО5 в суде пояснила, что ФИО4 является ее внуком. После совершения сделки по дарению квартиры, ответчик перестал приезжать к ней и истцу, оказывать помощь по хозяйству. Совершать сделку по отчуждению квартиры у ее супруга намерений не было, она и истец желали на старости лет, чтобы внук оказывал им материальную поддержку и помогал по хозяйству. При разговоре с дочерью, матерью ответчика, она узнала, что дочь хочет поместить ее в дом престарелых. 

Свидетель ФИО8, допрошенная в судебном заседании, суду показала, что ФИО3 – ее отец. ФИО5 – ее мать. О сделке дарения квартиры ей стало известно недавно, после звонка матери, в котором она сказала, что осталась без квартиры. Сделка дарения проходила в период похорон ее супруга, и сестра, воспользовавшись ситуацией убедила родителей в необходимости совершения сделки. 

Оценивая имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что предусмотренные законом основания для удовлетворения требований истца отсутствуют по следующим основаниям.

Как пояснила свидетель ФИО9 в судебном заседании от 19.05.2017, ФИО5 ее мать, истец ее отчим. Родителями было принято решение, что двухкомнатная квартира в 

<

адрес> останется ее сестре, а квартира в 

<

адрес> подарят ей. Данное решение было принято родителями спустя год, как отцу сделали операцию на глаз по улучшению зрения. Однако, она попросила оформить квартиру на сына – ответчика по делу. 

Свидетель ФИО10, допрошенная в судебном заседании суду показала, что работает специалистом по приему документов на регистрацию сделок. При приеме документов удостоверяется личность, выясняется цель обращения, задаются стандартные вопросы. На вопрос «с какой целью пришли регистрировать договор», человек в данном случае доложен ответить «дарить». Если такого не было сказано, то документы не принимаются. Если заявление о регистрации договора было принято, значит, на вопрос о цели визита, был получен адекватный ответ «Дарить». Если возникают сомнения в дееспособности гражданина, то данные заявления не принимаются на регистрацию договора и сотрудник делает отметку, что вызывает сомнения дееспособность лица, подающего документы на регистрацию. 

Доказательств того, что в момент подписания договора дарения истец не понимал значение своих действий, был введен в заблуждение, представлено не было. Довод истца о том, что он заблуждался относительно природы сделки и думал, что заключает договор ренты, суд признает несостоятельным, поскольку истец имел возможность неоднократно на протяжении 5 лет ознакомиться с заключенным договором, экземпляр которого у него имелся. 

Из содержания оспариваемого договора дарения четко следует, что истец совершает дарение своего имущества ответчику; никакого двусмысленного значения он не содержит; в течение 5 лет истец не оспаривал данный договор, что исключает заблуждение истца относительно последствий заключенного договора дарения. 

Судом установлено, что истец присутствовал в регистрирующем органе лично, подпись в договорах ставил лично, доверенности не оформлял, доверенных лиц не привлекал. Личное участие истца и собственноручные подписи в договорах и в реестре не оспаривались истцом и его представителем.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что воля дарителя на совершение сделки дарения была ясно выражена при ее совершении, одаряемый принял имущество в дар, сделка была совершена при соблюдении баланса взаимных прав и обязанностей сторон, которые они надлежаще исполнили, заявленные истцом основания иска, являются надуманными, недоказанными.

Доводы истца о том, что из-за плохого зрения он не в состоянии был прочитать документ, из разъяснений ответчика полагал, что подписывает договор ренты, суд находит несостоятельными.

Доводы истца и третьего лица о том, что в настоящее время они не могут проживать в спорном жилом помещении, поскольку мать ответчика угрожает сдать их в дом престарелых, какими-либо надлежащими доказательствами не подтверждены.

Кроме того, договор дарения не содержит дополнительных условий, и не возлагает на ответчика каких-либо обязательств, вопреки доводам истца и его представителя, о необходимости несения ответчиком материальных расходов по содержанию истца.

Таким образом, при желании заключить договор на условиях содержания или оказания материальной или иной помощи, истец мог включить эти условия в соответствующий договор. Вместе с тем, им был подписан договор дарения, не содержащий каких-либо условий передачи квартиры в собственность одаряемому. Более того, оспариваемая сделка не могла быть заключена под каким-либо условием встречного исполнения. Запрет на дарение жилого помещения, являющегося местом жительства для дарителя, законодательство не содержит.

Для уяснения содержания и правовых последствий указанной сделки (договора дарения) какого-либо специального образования не требуется, поскольку в договоре конкретно указано о переходе права собственности на являющееся предметом сделки имущество к одаряемому безвозмездно.

С учетом этого суд не усматривает предусмотренных законом правовых оснований для признания договора дарения недействительным.

В соответствии с ч. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно п. 2 ст. 199 ГК РФ исчисление срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Согласно п. 15 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Кроме того, в процессе рассмотрения настоящего дела ответчиком и его представителем было заявлено ходатайство о применении срока исковой давности по требованиям о признании сделки дарения квартиры недействительной (ничтожной).

Проверяя указанные доводы, суд, с учетом положений ст. ст. 181, 195, 199, 200 ГК РФ, установил, что срок исковой давности по признанию недействительным (ничтожным) договора дарения от 28.02.2012 на момент обращения истца в суд истек.

Для истца срок исковой давности следует исчислять с момента заключения договора дарения от 29.07.2012, из которого следует, что истец был осведомлен обо всех условиях договора.

Доказательств уважительности пропуска срока исковой давности истцом суду представлено не было, оснований для восстановления срока исковой давности суд не усмотрел и таковых не заявлялось.

Таким образом, истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что исковые требования истца о признании сделки дарения квартиры недействительным (ничтожными), применении последствий недействительности (ничтожности) сделки, являются необоснованными и не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 55-57, 194-199 ГПК РФ,

решил:

Исковые требования ФИО1 ФИО16 к ФИО2 ФИО17 о признании недействительной сделки, заключенной ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 ФИО20 и ФИО2 ФИО18; применении последствий недействительности сделки путем восстановления права собственности за ФИО1 ФИО19 на квартиру, расположенную по адресу: РТ, Зеленодольский муниципальный район, пгт.Васильево, 

<

адрес>; обязании Управления Росреестра по РТ аннулировать в реестре записи о сделке и о праве собственности за ФИО2 ФИО21 на квартиру, расположенную по адресу: РТ, Зеленодольский муниципальный район, пгт.Васильево, 

<

адрес>, оставить без удовлетворения.

С мотивированным решением лица, участвующие в деле могут ознакомиться ДД.ММ.ГГГГ.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд РТ через Зеленодольский городской суд РТ в течение месяца, начиная с ДД.ММ.ГГГГ.

Судья: подпись.

Копия верна. 

Судья Зеленодольского 

городского суда РТ Э.А. Булатова