Судья Нестребенко М.М. Дело № 22-2121/2025

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Томск 25 сентября 2025 года

Томский областной суд в составе

председательствующего Ильиной Е.Ю.,

при секретаре Тегичеве М.В., 

с участием: прокурора Ваиной М.Ю.,

лица, в отношении которого прекращено уголовное дело, Т.,

адвоката Сурда Е.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционной жалобе Т. на постановление Ленинского районного суда г. Томска от 27 мая 2025 года, которым в отношении

Т., /__/, не судимого,

прекращено уголовное дело по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст. 177 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. 

Меру процессуального принуждения в виде обязательства о явке постановлено отменить по вступлении постановления в законную силу.

Гражданский иск потерпевшей Т. оставлен без рассмотрения, разъяснено право обратиться с иском в порядке гражданского судопроизводства.

Заслушав выступления Т. и его защитника-адвоката Сурда Е.А., поддержавших доводы жалобы, мнение прокурора Ваиной М.Ю., возражавшей по доводам жалобы, полагавшей необходимым постановление оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

органом предварительного следствия Т. обвинялся в злостном уклонении руководителем организации или гражданином от погашения кредиторской задолженности в крупном размере или от оплаты ценных бумаг после вступления в законную силу соответствующего судебного акта.

31 октября 2023 года уголовное дело поступило в Ленинский районный суд г. Томска для рассмотрения по существу.

В судебном заседании 27 мая 2025 года подсудимым Т. и его защитником – адвокатом Ревиной Т.А. было заявлено ходатайство о прекращении уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Обжалуемым постановлением суда ходатайство было удовлетворено.

В апелляционной жалобе Т. выражает несогласие с решением суда. Приводя положения ст. 27 УПК РФ, п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», отмечает, что данное им согласие на прекращение уголовного дела не являлось его добровольным решением, согласие было дано в отсутствие полного понимания юридических последствий прекращения уголовного дела по нереабилитирующему основанию (например, формирование дополнительной доказательственной базы для взыскания с него ущерба в гражданско-правовом порядке, а также возможное восприятие в обществе такого лица как, вероятно, причастного к совершению преступления).

Кроме того, исходя из правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом РФ в Постановлении от 19.05.2022 № 20-П «По делу о проверке конституционности п. 3 ч. 1 ст. 24 и ч. 2 ст. 27 УПК РФ в связи с жалобой гражданина ФИО1»; от 28 октября 1996 г. № 18-П, от 2 марта 2017 г. № 4-П, от 7 марта 2017 г. № 5-П, от 19 мая 2022 г. № 20-П, а также положений ст. 78 УК РФ, 213 УПК РФ, суду надлежало при рассмотрении ходатайства подсудимого и его защитника о прекращении уголовного дела по нереабилитирующему основанию убедиться в том, что предъявленное обвинение в совершении преступления обоснованно, подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу, и в материалах дела содержатся достаточные сведения, позволяющие суду принять итоговое решение о прекращении уголовного дела по данному основанию, при этом не просто констатировать наличие или отсутствие указанных в законе оснований для освобождения от уголовной ответственности, а принять справедливое и мотивированное решение с учетом всей совокупности данных, характеризующих, в том числе, обстоятельства совершенного подсудимым деяния и правильность его квалификации.

Указывает, что судом не получено допустимых доказательств того, что Т. в период с 29.06.2022 по 26.05.2023 являлся единственным руководителем /__/, имеющим доступ к счетам организации, и, соответственно, субъектом преступления, предусмотренного ст. 177 УК РФ. Так, в материалах уголовного дела отсутствуют платежные поручения с подписью Т., подтверждающие его активные действия по перечислению денежных средств /__/ на банковский счет Д. Также отсутствуют выписки по банковским счетам Т., подтверждающие получение им денежных средств организации от Д., что указывает на отсутствие у него корыстного умысла. Судом не дана оценка того, что Т. без Д. не имел возможности на доступ в систему дистанционного банковского обслуживания (ДБО) в ПАО Банк «ФК «Открытие» путем получения смс-оповещений с одноразовыми паролями на свой номер телефона для перевода денежных средств с расчетного счета /__/, в то время как Д. имела такие возможности, поскольку именно она получала на свой номер телефона смс-коды для распоряжения денежными средствами /__/, без согласования с Т. Данные обстоятельства подтверждаются запросом в ПАО БАНК «Финансовая Корпорация «Открытие» от 02.11.2023 № 070-11/23 и ответом филиала ПАО БАНК «Финансовая Корпорация «Открытие» от 09.11.2023 № 56696104.

Судом не было рассмотрено ходатайство Т. об истребовании сведений из банка о том, что такими полномочиями обладала финансовый директор, главный бухгалтер /__/ Д., указавшая свой номер телефона в банке ПАО БАНК «Финансовая Корпорация «Открытие» для направления ей смс-кодов для распоряжения денежными средствами /__/. Д., фактически являясь основным фигурантом уголовного дела, об обстоятельствах совершения инкриминируемого Т. деяния как в ходе дознания, так и в ходе судебного разбирательства не допрошена, поскольку после описанных событий скрылась в /__/.

Также, судом и дознанием неверно определено время совершения преступления - с 29.06.2022 по 26.05.2023, поскольку проигнорированы материалы уголовного дела, где содержится постановление судебного пристава - исполнителя о приостановлении исполнительного производства от 12.07.2022, которым исполнительное производство в пользу потерпевшей Т. было приостановлено с 12.07.2022 по 08.10.2022. Это означает, что в указанный период судебный акт исполнению не подлежал как судебными приставами, так и Т.; неверно установлено место совершения преступления (/__/), поскольку оставлены без внимания сведения, изложенные в протоколе допроса судебного пристава Я., которая показала, что /__/ не находилось по указанному адресу, что было отражено в обвинительном акте.

Неверно установлен судом и размер ущерба, причиненного ИП Т. Учитывая, что индивидуальным предпринимателем Т. приобретены права требования на общую сумму 128 515601 рубль 54 копейки, из которых требование к /__/ в размере 4 331912 рублей 08 копеек проценты за пользование чужими денежными средствами по состоянию на 06.06.2018, фактический ущерб индивидуальному предпринимателю Т., исходя из вышеуказанной пропорции, составил 66592 рубля 18 копеек.

Таким образом, принимая во внимание отсутствие крупного ущерба, причиненного индивидуальному предпринимателю Т., в рассматриваемом случае отсутствует не только субъективная, но и объективная сторона состава преступления, предусмотренного ст. 177 УК РФ.

Просит постановление изменить, уголовное дело прекратить по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, в связи с непричастностью Т. к совершению преступления, предусмотренного ст. 177 УПК РФ, либо по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии Т. состава преступления.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Трушин Е.В. указывает на обоснованность принятого судом решения, просит апелляционную жалобу Т. оставить без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе и возражений на них, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно положениям ч. 1 ст. 254 УПК РФ, суд прекращает уголовное дело в судебном заседании в случае, если во время судебного разбирательства будут установлены обстоятельства, указанные в п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению, если истекли сроки давности уголовного преследования.

Органом предварительного расследования Т. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ст. 177 УК РФ, в период времени с 29 июня 2022 года по 26 мая 2023 года.

Санкция ст. 177 УК РФ предусматривает наказание в виде лишения свободы сроком до 2 лет, в связи с чем данное деяние в соответствии с ч. 2 ст. 15 УК РФ является преступлением небольшой тяжести. Таким образом, срок давности уголовного преследования истек.

В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести прошло два года.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 июня 2013 года N 19 "О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности", в случае, если во время судебного разбирательства будет установлено обстоятельство, указанное в п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, суд прекращает уголовное дело и (или) уголовное преследование только при условии согласия на это подсудимого. 

По настоящему уголовному делу указанные требования закона судом соблюдены.

Согласно представленным материалам уголовного дела Т. и адвокат Ревина Т.А., представлявшая интересы последнего начиная со стадии предварительного расследования, обратились к суду первой инстанции с письменным ходатайством о прекращении уголовного дела (л.д. 85-86). 

Как следует из протокола судебного заседания суда первой инстанции, Т. были понятны последствия прекращения дела по нереабилитирующему основанию, последний имел консультацию с защитником и поддержал ходатайство о прекращении уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Сведений о том, что Т. уклонялся от органов предварительного следствия и суда, в материалах дела нет.

При изложенных обстоятельствах у суда первой инстанции не имелось оснований для отказа в удовлетворении ходатайства стороны защиты, поддержанного Т. в ходе судебного следствия 27 мая 2025 года, а потому решение суда о прекращении в отношении Т. уголовного дела в связи с истечением сроков давности является законным и обоснованным.

Таким образом, доводы Т. о том, что согласие на прекращение уголовного дела не являлось его добровольным решением, было дано в отсутствие полного понимания юридических последствий прекращения уголовного дела по нереабилитирующим основаниям, опровергаются материалами дела. 

Согласно ст. 24 УПК РФ истечение срока давности при согласии подсудимого на прекращение уголовного дела исключает возможность дальнейшего производства по нему в силу прямого указания закона.

Ввиду такового, доводы Т. об отсутствии в материалах дела доказательств наличия объективной и субъективной сторон состава преступления, предусмотренного ст. 177 УК РФ, не влекут отмены обжалуемого постановления.

Придя к выводу о прекращении уголовного дела по нереабилитирующему основанию, суд принял обоснованное решение об оставлении без рассмотрения вопроса по заявленному гражданскому иску. Однако, принятое судом решение не является препятствием для рассмотрения вопроса по заявленному гражданскому иску в порядке гражданского судопроизводства, о чем судом дано разъяснение в резолютивной части постановления.

Вопреки доводам апелляционной жалобы постановление суда первой инстанции соответствует требованиям ст. 213 УПК РФ и не противоречит Постановлению Конституционного Суда РФ от 19.05.2022 N 20-П "По делу о проверке конституционности пункта 3 части первой статьи 24 и части второй статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО1", согласно которому положения статьи 78 УК Российской Федерации, пункта 3 части первой статьи 24, статьи 27 в единстве с частью четвертой статьи 7, статьей 213 УПК Российской Федерации обязывают дознавателя, следователя при вынесении постановления о прекращении уголовного дела и (или) уголовного преследования в том числе в связи с истечением срока давности указать обстоятельства, послужившие поводом и основанием для возбуждения уголовного дела; пункт, часть, статью Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающие преступление, по признакам которого уголовное дело было возбуждено; результаты предварительного следствия с указанием данных о лицах, в отношении которых осуществлялось уголовное преследование; применявшиеся меры пресечения; пункт, часть, статью Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, на основании которых прекращаются уголовное дело и (или) уголовное преследование; привести соответствующее фактическое и правовое обоснование прекращения уголовного дела.

При этом доводы апелляционной жалобы относительно причастности иного лица к совершению инкриминируемого преступления, являются безосновательными. В соответствии со ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, соответственно доводы жалобы в данной части не могли быть предметом судебного разбирательства.

Следует отметить, что действующим уголовно-процессуальным законом предусмотрено только согласие обвиняемого (подсудимого) на прекращение уголовного дела; не признание лицом своей вины не имеет правового значения для освобождения его от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Данное обстоятельство согласуется Постановлением Конституционного Суда РФ от 02.03.2017 N 4-П "По делу о проверке конституционности положений пункта 3 части первой статьи 24, пункта 1 статьи 254 и части восьмой статьи 302 УПК РФ", согласно которому при установлении в ходе судебного разбирательства обстоятельства, указанного в пункте 3 части первой статьи 24 УПК Российской Федерации, суд прекращает уголовное дело и (или) уголовное преследование только при условии согласия на это обвиняемого (подсудимого).

У суда отсутствовала необходимость для продолжения судебного разбирательства, вынесения обвинительного приговора и последующего освобождения Т. от наказания, поскольку в соответствии с правовыми позициями, выраженными в определении Конституционного Суда РФ от 15 января 2008 г. N 292-О-О, производство по уголовному делу при обнаружении в ходе судебного разбирательства такого основания прекращения уголовного дела, как истечение сроков давности, может быть продолжено лишь в случае возражения обвиняемого против прекращения уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Для решения вопроса о прекращении уголовного дела за истечением срока давности, исследование и оценка всех собранных доказательств, а также процессуальных документов, не требуется, доводы о недоказанности вины в данном обвинении, оценке и проверке не подлежат.

Материалы дела не содержат сведений, указывающих на вынужденный характер действий Т. при согласии на прекращение уголовного дела по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Нарушения права на защиту адвокатом Ревиной Т.А., участвовавшей в суде первой инстанции, не усматривается. Как следует из протокола судебного заседания, адвокат Ревина Т.А. надлежаще осуществляла защиту Т., мнение адвоката с мнением ее подзащитного не расходилось. Представленные в материалах дела возражения адвоката Ревиной Т.А., фактически сводятся к сообщению о прекращении соглашения на осуществление защиты Т. Иные сведения, содержащиеся в возражении, о нарушении права на защиту не свидетельствуют, в связи с расторжением соглашения и осуществлением защиты Т. другим адвокатом. 

Постановление соответствует требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ. Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену обжалуемого постановления, судом не допущено. Каких-либо данных, свидетельствующих о нарушении прав участников процесса, не установлено.

Руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Ленинского районного суда г. Томска от 27 мая 2025 года в отношении Т. оставить без изменения, его апелляционную жалобу – без удовлетворена.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке гл. 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции. 

Председательствующий