Дело № 2-4336/2018 23 октября 2018 года

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Кавлевой М.А.,

при секретаре Чистяковой К.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Мерседес-Бенц РУС» о взыскании уплаченной за товар суммы, неустойки, убытков, компенсации морального вреда, штрафа, судебных расходов,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга с иском к АО «Мерседес-Бенц РУС», уточнив требования в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, просил взыскать уплаченные за товар денежные средства в размере 5 000 000 рублей, неустойку за просрочку возврата денег за товар в размере 450 000 рублей, неустойку за просрочку возмещения убытков в виде процентов по банковскому кредиту в размере 450 000 рублей, расходы по приобретению дополнительного оборудования в виде колесных дисков на автомобиль в размере 70 000 рублей, автомобильных шин – 40 000 рублей, установки противоугонной поисковой закладки – 1 500 рублей и абонентской платы за ее обслуживание – 8 400 рублей, расходы по оплате процентов по кредиту на покупку автомобиля в размере 274 849,37 рублей, расходы по страхованию автомобиля в размере 171 028 рублей и страхованию жизни в размер 99 468,91 рублей, расходы по оплате нотариальных услуг в размере 1 700 рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 5 000 рублей, расходы по составлению искового заявления в размере 20 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 5 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 41 185 рублей, штраф в размере 50% от присужденной суммы, обязать ответчика принять у истца за счет и силами ответчика автомобиль с дополнительным оборудованием после выплаты присужденных судом денежным средств, ссылаясь в обоснование требований на то обстоятельство, что 14 марта 2016 года ФИО2 приобрел у ООО «Звезда Невы» по договору купли-продажи автомобиль Mercedes Benz GLE 350d 4Matic VIN 

<

№>, импортером которого является АО «Мерседес-Бенц РУС». В последующем ФИО2 по договору комиссии передал автомобиль для продажи ООО «Звезда Невы», у которого указанный автомобиль как товар, бывший в употреблении, для личных нужд приобрел истец по договору купли-продажи от 02 мая 2017 года за 5 000 000 рублей. На автомобиль установлена гарантия изготовителя сроком на 2 года. В течение гарантийного срока в автомобиле проявился неоговоренный договором купли-продажи недостаток системы помощи при парковке, ранее в отношении указанного недостатка проводились мероприятия по его устранению по акту об оказании услуг от 02 мая 2017 года, по заказам-нарядам от 28 февраля 2018 года и от 13 марта 2018 года, что свидетельствует о существенности недостатка по признаку повторного проявления после ранее проведенных мероприятий по его устранению, в связи с чем истец направил ответчику претензию об отказе от исполнения договора, возврате уплаченных денежных средств и убытков. Письмом от 16 апреля 2018 года ответчик отказал истцу в удовлетворении требований, указав на проявление недостатка переднего правого датчика один раз в период владения автомобилем ФИО2, что исключает признак повторности. Истец считает отказ ответчика в удовлетворении его требований, изложенных в претензии, необоснованным, нарушающим права истца как потребителя.

Представитель истца в судебное заседание явился, исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, указанным в иске.

Представитель ответчика в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения исковых требований, поддержал позицию, изложенную в письменном отзыве, указал на отсутствие существенных недостатков автомобиля, в случае удовлетворения требований просил применить к спорным правоотношениям положения ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снизить размер неустойки.

Третьи лица ФИО2, представитель ООО «Звезда Невы» в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, ходатайств об отложении слушания дела, документов, подтверждающих уважительность причин своей неявки, не представили, в связи с чем на основании п. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения сторон, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска в части исходя из следующего.

Из материалов дела следует, что 02 мая 2017 года между ООО «Звезда Невы» и ФИО1 был заключен договор купли-продажи бывшего в эксплуатации автомобиля № 757, по условиям которого истец приобрел автомобиль Mercedes Benz GLE 350d 4Matic VIN 

<

№> за 5 000 000 рублей /л.д. 15-17/.

В соответствии с паспортом транспортного средства импортером автомобиля является АО «Мерседес-Бенц РУС» /л.д. 41-42/.

Также из паспорта транспортного средства следует, что изначально указанный автомобиль был приобретен у ООО «Звезда Невы» ФИО2 на основании договора купли-продажи от 14 марта 2016 года.

Автомобиль Mercedes Benz GLE 350d 4Matic VIN 

<

№> был передан ФИО2 на основании акта приема-передачи от 07 апреля 2016 года /л.д. 18/.

Согласно объяснениям истца ФИО2 по договору комиссии передал автомобиль для его продажи ООО «Звезда Невы», у которого в последующем и приобрел автомобиль истец, данное обстоятельство в ходе рассмотрения дела не оспаривалось.

Обстоятельство оплаты истцом полной стоимости автомобиля 5 000 000 рублей ответчик не оспаривает, оплата произведена, в том числе, за счет кредитных денежных средств, полученных истцом на основании заключенного с АО КБ «ЛОКО-Банк» договора потребительского кредита от 04 мая 2017 года /л.д. 25-29/.

Согласно акту об оказании услуг № 231736 от 02 мая 2017 года на пробеге 9 223 км на автомобиле Mercedes Benz GLE 350d 4Matic VIN 

<

№> устранялась неисправность путем замены переднего правового датчика системы PTS (номер по каталогу А 00090555049999), ремонта жгута (проводки переднего правового центрального ПТС (окисление контакта) /л.д. 32/.

Согласно гарантийному заказу-наряду № 34525 от 28 февраля 2018 года на пробеге 19 105 км на автомобиле устранялась неисправность путем замены переднего левого среднего датчика системы помощи при парковке (артикул А 00090555049999) /л.д. 33/.

В соответствии с гарантийным заказом-нарядом № 34920 от 13 марта 2018 года на пробеге 19 566 км на автомобиле устранялась неисправность путем замены переднего левого внутреннего датчика системы помощи при парковке (артикул А 00090555049999), жгута проводов системы помощи при парковке к переднему правому внутреннему датчику /л.д. 127-129/.

Согласно заказу-наряду от 18 марта 2018 года на пробеге 19 923 км у автомобиля была диагностирована неисправность, требующая замены переднего правого крайнего датчика парковочного ассистента /л.д. 134-136/.

26 марта 2018 года истец обратился к ответчику с требованием о возврате уплаченной за автомобиль денежной суммы, возмещении убытков, ссылаясь на наличие существенного недостатка товара, проявлении недостатка после его устранения /л.д. 47-49/.

В ответе на указанное обращение истца ответчик указал на отсутствие существенных недостатков товара, замену правового переднего датчика PTS на основании заказ-наряда от 02 мая 2017 года в период нахождения автомобиля в собственности иного лица, в период владения автомобилем истцом повторность возникновения неисправностей не зафиксирована /л.д. 50/.

В силу ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно п. п. 1, 2 ст. 469 Гражданского кодекса Российской Федерации продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи. При отсутствии в договоре купли-продажи условий о качестве товара продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для целей, для которых товар такого рода обычно используется. Если продавец при заключении договора был поставлен покупателем в известность о конкретных целях приобретения товара, продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для использования в соответствии с этими целями.

Статьей 470 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что товар, который продавец обязан передать покупателю, должен соответствовать требованиям, предусмотренным статьей 469 настоящего Кодекса, в момент передачи покупателю, если иной момент определения соответствия товара этим требованиям не предусмотрен договором купли-продажи, и в пределах разумного срока должен быть пригодным для целей, для которых товары такого рода обычно используются.

В случае, когда договором купли-продажи предусмотрено предоставление продавцом гарантии качества товара, продавец обязан передать покупателю товар, который должен соответствовать требованиям, предусмотренным статьей 469 настоящего Кодекса, в течение определенного времени, установленного договором (гарантийного срока).

Гарантия качества товара распространяется и на все составляющие его части (комплектующие изделия), если иное не предусмотрено договором купли-продажи.

Поскольку договор купли-продажи автомобиля заключен истцом для личных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, на спорные правоотношения распространяется действие Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей".

В соответствии с абз. 8 п. 1 ст. 18 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" в отношении технически сложного товара потребитель в случае обнаружения в нем недостатков вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за такой товар суммы либо предъявить требование о его замене на товар этой же марки (модели, артикула) или на такой же товар другой марки (модели, артикула) с соответствующим перерасчетом покупной цены в течение пятнадцати дней со дня передачи потребителю такого товара. По истечении этого срока указанные требования подлежат удовлетворению, в частности, при обнаружении существенного недостатка товара. Перечень технически сложных товаров утверждается Правительством Российской Федерации.

Легковые автомобили включены в Перечень технически сложных товаров, утвержденный Постановлением Правительства Российской Федерации от 10 ноября 2011 года N 924.

Из преамбулы Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" следует, что существенным недостатком товара (работы, услуги) является неустранимый недостаток или недостаток, который не может быть устранен без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляется неоднократно, или проявляется вновь после его устранения, или другие подобные недостатки.

Таким образом, расторжение или отказ от договора купли-продажи технически сложного товара, к коим относится легковой автомобиль, может иметь место в случае выявления в товаре существенного недостатка. При этом закон указал условия, при наличии которых недостаток может быть признан существенным.

Возражения ответчика о том, что заявленный истцом недостаток системы помощи при парковке не отвечает всей совокупности признаков существенного недостатка, поэтому не может быть квалифицирован как существенный недостаток, не основаны на законе, поскольку обнаружение недостатка товара, обладающего хотя бы одним признаком существенности, позволяет потребителю отказаться от товара, независимо от наличия иных признаков.

Как разъяснено в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" исходя из преамбулы Закона о защите прав потребителей под существенным недостатком товара (работы, услуги) следует понимать, в частности, недостаток, который проявляется вновь после его устранения, - недостаток товара, повторно проявляющийся после проведения мероприятий по его устранению.

Обстоятельство проявления в автомобиле Mercedes Benz GLE 350d 4Matic VIN 

<

№> недостатка системы помощи при парковке после его устранения подтверждается вышеуказанными заказами-нарядами, подлинность которых ответчиком не оспорена.

Возражения ответчика о том, что работы по заказу-наряду от 02 мая 2017 года производились в период нахождения автомобиля в собственности ФИО2, не опровергают доводы истца о повторности выявленного недостатка.

Потребителем в соответствии с абзацем 3 преамбулы Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" является не только гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий товары (работы, услуги), но и использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Из указанного в преамбуле Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" понятия существенного недостатка следует, что закон не связывает существенность недостатка с необходимостью установления обстоятельства проявления недостатка вновь после его устранения в конкретный период, в том числе, в период владения товаром одним потребителем, юридическое значение имеет установление факта наличия недостатка товара, повторно проявляющегося после проведения мероприятий по его устранению.

Возражения ответчика о том, что по заказам-нарядам от 02 мая 2017 года, от 28 февраля 2018 года, от 13 марта 2018 года производилось устранение различных недостатков – замена разных датчиков системы помощи при парковке, являются несостоятельными исходя из следующего.

В соответствии с абз. 8 преамбулы Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей", недостатком товара (работы, услуги) является несоответствие товара (работы, услуги) или обязательным требованиям, предусмотренным законом либо в установленном им порядке, или условиям договора (при их отсутствии или неполноте условий обычно предъявляемым требованиям), или целям, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется, или целям, о которых продавец (исполнитель) был поставлен в известность потребителем при заключении договора, или образцу и (или) описанию при продаже товара по образцу и (или) по описанию.

В соответствии с представленным в материалы дела руководством по эксплуатации, установленные в переднем и заднем бампере автомобиля датчики составляют единую комплектующую изделия – систему помощи при парковке, указано, что данная комплектующая является электронной системой облегчения паркования с ультразвуковыми датчиками.

В ходе рассмотрения дела ответчик подтвердил невозможность надлежащего функционирования указанной системы в нерабочем состоянии одного из датчиков, а также то обстоятельство, что указанная система была включена в базовую комплектацию автомобиля истца.

Кроме того, по заказу-наряду от 02 мая 2017 года, также как и по заказу-наряду от 13 марта 2018 года производились работы по ремонту/замене жгута (проводки переднего правового датчика), по заказу-наряду от 02 мая 2017 года была произведена замена переднего правового датчика системы, в соответствии с заказом-нарядом от 18 марта 2018 года у автомобиля также диагностирована неисправность, требующая замены переднего правого датчика.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что представленные истцом заказы-наряды подтверждают наличие недостатка товара, повторно проявляющегося после проведения мероприятий по его устранению, а именно недостатка системы помощи при парковке.

Возражения ответчика о том, что само по себе наличие в транспортном средстве недостатков системы помощи при парковке не свидетельствует о существенности данных недостатков, не свидетельствуют об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Действительно, для установления существенности выявленного недостатка в таком технически сложном товаре, как транспортное средство, важен характер недостатка, его влияние на возможность эксплуатации транспортного средства, то обстоятельство, относится ли он к основным агрегатам автомобиля, возможность их устранения и влияние его на эксплуатационные качества автомобиля.

Вместе с тем, абзацем вторым пункта 6 ст. 18 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" предусмотрено, что в отношении товара, на который установлен гарантийный срок, продавец (изготовитель), уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер отвечает за недостатки товара, если не докажет, что они возникли после передачи товара потребителю вследствие нарушения потребителем правил использования, хранения или транспортировки товара, действий третьих лиц или непреодолимой силы.

Как разъяснено в пункте 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 4 статьи 13, пункт 5 статьи 14, пункт 5 статьи 23.1, пункт 6 статьи 28 Закона о защите прав потребителей, статья 1098 Гражданского кодекса Российской Федерации). Исключение составляют случаи продажи товара (выполнения работы, оказания услуги) ненадлежащего качества, когда распределение бремени доказывания зависит от того, был ли установлен на товар (работу, услугу) гарантийный срок, а также от времени обнаружения недостатков (пункт 6 статьи 18, пункты 5 и 6 статьи 19, пункты 4, 5 и 6 статьи 29 Закона).

Исходя из приведенных разъяснений, по смыслу абзаца второго пункта 6 ст. 18 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" в данном случае именно на ответчике лежала обязанность доказать, что указываемый истцом недостаток товара возник после передачи товара потребителю вследствие нарушения потребителем правил использования, хранения или транспортировки товара, действий третьих лиц или непреодолимой силы, а также несущественность данного недостатка.

Однако указанное обстоятельство нельзя признать установленным, ходатайства о назначении судебной экспертизы ответчик не заявил, несмотря на разъяснения ему указанного права судом.

Таким образом, оснований полагать, что выявленные дефекты (недостатки) не влияют на возможность эксплуатации транспортного средства, эксплуатационные качества автомобиля, не имеется.

При указанных обстоятельствах, принимая во внимание, что в приобретенном истцом автомобиле имеется недостаток, возникающий вновь после его устранения, что подпадает под признаки, установленные ст. 18 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей", суд приходит к выводу о наличии в товаре существенного недостатка по признаку его повторности после устранения.

Ввиду того, что ответчиком, как импортером автомобиля, не доказан факт возникновения существенного недостатка товара в течение гарантийного срока не по его вине (вине производителя), недостаток существует и после проведения мероприятий по его устранению, доказательств возникновения дефектов вследствие некачественного проведения ремонтных работ не представлено, суд приходит к выводу о наличии в рассматриваемом случае условий, с которыми законом связывается возможность отказа от технически сложного товара в связи с существенностью выявленного производственного недостатка автомобиля и требования о возмещении его стоимости, в связи с чем требования истца о взыскании с ответчика уплаченных за товар денежных средств в размере 5 000 000 рублей подлежат удовлетворению.Поскольку исковые требования о возврате уплаченной за товар стоимости удовлетворены, то в силу абз. 5 п. 1 ст. 18 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" суд приходит к выводу о необходимости возложения на истца обязанности по возврату указанного товара ответчику.

Согласно абзацу 7 пункта 1 статьи 18 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" потребитель в случае обнаружения в товаре недостатков, если они не были оговорены продавцом, также вправе потребовать полного возмещения убытков, причиненных ему вследствие продажи товара ненадлежащего качества.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В качестве убытков истцом заявлены ко взысканию расходы на приобретение дополнительного оборудования в виде колесных дисков на автомобиль в размере 70 000 рублей, автомобильных шин – 40 000 рублей, установки противоугонной поисковой закладки – 1 500 рублей и абонентской платы за ее обслуживание – 8 400 рублей, расходы по оплате процентов по кредиту на покупку автомобиля в размере 274 849,37 рублей, расходы по страхованию автомобиля в размере 17108 рублей и страхованию жизни в размер 99 468,91 рублей.

Так как автомобиль подлежит возврату ответчику, а истец понес расходы по приобретению дополнительного оборудования в указанный автомобиль в виде колесных дисков на автомобиль и автомобильных шин в общем размере 110 000 рублей, что подтверждается представленной в материалы квитанцией № 000067 от 01 октября 2017 года /л.д. 31/, стоимость указанного дополнительного оборудования подлежит взысканию с ответчика в пользу истца. При этом, суд учитывает, что указанные товары конструктивно связаны с некачественным автомобилем и не могут использоваться потребителем в дальнейшем при эксплуатации иного автомобиля, поскольку изготовлены и выполнены для указанной модели автомобиля, доказательств обратного ответчиком суду не представлено. Спорный автомобиль подлежит возврату ответчику, следовательно, дополнительное оборудование, приобретенное специально для данного автомобиля и установленное на него, должно следовать судьбе автомобиля.

Оснований для возложения на ответчика обязанности по возмещению истцу расходов по установке противоугонной поисковой закладки – 1 500 рублей и абонентской платы за ее обслуживание – 8 400 рублей суд не усматривает, так как надлежащих доказательств несения истцом указанных расходов в материалы дела не представлено.

Представленная истцом копия заказ-наряда от 13 мая 2017 года /л.д. 37/ не может быть расценена в качестве надлежащего доказательства несения указанных расходов, поскольку оригинала указанного документа истцом суду не представлено, при этом ответчик подлинность представленной копии оспаривал, с учетом указанной позиции ответчика в силу ч. 7 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации копия документа не может быть признана допустимым доказательством по делу, против рассмотрения дела по представленным доказательствам истец не возражал.

В соответствии с частью 6 статьи 24 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" в случае возврата товара ненадлежащего качества, приобретенного потребителем за счет потребительского кредита (займа), продавец обязан возвратить потребителю уплаченную за товар денежную сумму, а также возместить уплаченные потребителем проценты и иные платежи по договору потребительского кредита (займа).

Материалами дела достоверно подтверждено, что денежные средства, полученные истцом в кредит от АО КБ «ЛОКО-Банк», израсходованы на оплату стоимости приобретенного истцом автомобиля, в счет погашения процентов по кредитному договору истец оплатил АО КБ «ЛОКО-Банк» за период с 04 мая 2017 года по 14 марта 2018 года в размере 274 849,37 рублей /л.д. 19-22/.

Поскольку приобретенный истцом автомобиль является некачественным товаром, на основании п. 5 ст. 24 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" сумма убытков в размере 274 849,37 рублей подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

Что касается требований истца о взыскании убытков в виде расходов по оплате страховых премий по договорам добровольного страхования КАСКО в размере 171 028 рублей и страхованию жизни в размер 99 468,91 рублей, то суд не усматривает оснований для их удовлетворения, так как данные расходы истца не могут быть признаны убытками в силу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 6 ст. 24 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей", поскольку автомобиль находился в пользовании истца, эксплуатировался, договоры, заключенные по волеизъявлению истца, исполнены, указанные выше расходы не относятся к платежам по договору потребительского кредита, в причинно-следственной связи с действиями ответчика по продаже автомобиля ненадлежащего качества не состоят.

Расходы по оформлению нотариальной доверенности на представителя не являются убытками по смыслу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации и могут быть возмещены стороне на основании ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Однако требование истца о взыскании в его пользу расходов на оплату нотариальных услуг по удостоверению доверенности в размере 1 700 рублей, суд полагает не подлежащим удовлетворению, поскольку представленная в материалы дела нотариально удостоверенная доверенность /л.д. 38-39/ выдана для представления интересов истца не только в судебных органах с представлением представителям полномочий, которые не исключают представительство по данной доверенности, не связанное с рассмотрением данного гражданского дела, при этом, оригинал доверенности в материалы дела истцом не передан, при таких обстоятельствах суд не может расценить указанные расходы как издержки, необходимые для рассмотрения настоящего дела и не усматривает правовых оснований, предусмотренных ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, для их взыскания с ответчика в пользу истца.

С учетом изложенного, общая сумма убытков, подлежащая возмещению в пользу истца за счет ответчика, составляет 384 849,37 рублей (70 000+40 000+274 849,37).

В соответствии со статьей 22 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" требования потребителя о соразмерном уменьшении покупной цены товара, возмещении расходов на исправление недостатков товара потребителем или третьим лицом, возврате уплаченной за товар денежной суммы, а также требование о возмещении убытков, причиненных потребителю вследствие продажи товара ненадлежащего качества либо предоставления ненадлежащей информации о товаре, подлежат удовлетворению продавцом (изготовителем, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) в течение десяти дней со дня предъявления соответствующего требования.

Согласно пункту 1 статьи 23 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" за нарушение предусмотренных статьями 20, 21 и 22 настоящего Закона сроков, а также за невыполнение (задержку выполнения) требования потребителя о предоставлении ему на период ремонта (замены) аналогичного товара продавец (изготовитель, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер), допустивший такие нарушения, уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню) в размере одного процента цены товара.

Разрешая требования о взыскании с ответчика в пользу истца неустойки за просрочку удовлетворения требований потребителя о возврате денежных средств за товар и возмещению убытков в виде процентов по кредиту, суд исходит из того обстоятельства, что требование истца об отказе от исполнения договора купли-продажи и возврате уплаченной за товар денежной суммы и возмещения убытков было вручено ответчику 04 апреля 2018 года и не исполнено им в срок, установленный законом.

По смыслу закона неустойка подлежит взысканию до исполнения законных требований потребителя.

Представленный истцом расчет ответчиком не оспорен, суд также соглашается с расчетом истца, поскольку он арифметически верен, соответствует норме закона.

Вместе с тем, в ходе рассмотрения дела ответчиком заявлено ходатайство о снижении размера неустойки ввиду ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств на основании ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Согласно п. 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" при решении вопроса об уменьшении неустойки необходимо иметь в виду, что размер неустойки может быть уменьшен судом только в том случае, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. При оценке таких последствий судом могут приниматься во внимание, в том числе обстоятельства, не имеющие прямого отношения к последствиям нарушения обязательства (цена товаров, работ, услуг, сумма договора и тому подобное).

Таким образом, предоставляя суду право уменьшить размер неустойки, закон прямо не определяет критерии и пределы ее соразмерности. Определение несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства осуществляется судом по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и установленные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что истребуемый истцом размер неустойки явно несоразмерен последствиям нарушения обязательства ответчиком, принимая во внимание возражения ответчика, заявленный период нарушения обязательства, стоимость товара, направление ответчиком в адрес истца письменных ответов на его требования, суд считает необходимым снизить размер неустойки до 300 000 рублей. Указанный размер неустойки, по мнению суда, соответствует принципу разумности и справедливости, направлен на восстановление прав истца и не отразится на деятельности ответчика, не менее двухкратного размера ставки рефинансирования Центрального Банка Российской Федерации.

В силу ст. 15 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения исполнителем прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Согласно п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

Принимая во внимание, что факт нарушения прав истца как потребителя установлен, учитывая фактические обстоятельства дела, характер причиненных истцу нравственных страданий, длительный период нарушения прав истца со стороны ответчика, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда 10 000 рублей. Оснований для взыскания с ответчика компенсации морального вреда в заявленном истцом размере суд не усматривает, денежная сумма в размере 10 000 рублей отвечает требованиям разумности и справедливости.

Согласно п. 6 ст. 13 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Поскольку установлено, что ответчик в добровольном порядке не удовлетворил требования потребителя, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию штраф в размере 50 % от взысканной суммы, то есть в размере 2 847 424,69 рублей (5 000 000 + 384 849,37 + 300 000 +10000)/2).

Вместе с тем, суд учитывает, что штраф наряду с неустойкой является мерой гражданско-правовой ответственности, носит компенсационный характер, штрафные санкции не должны служить средством обогащения, поскольку направлены на восстановление прав, нарушенных вследствие ненадлежащего исполнения обязательств, а потому должны соответствовать степени соразмерности и последствиям нарушения обязательства.

В связи с вышеуказанным суд учитывает правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в п. 2 Определения от 21 декабря 2000 года N 263-О, по смыслу которой положения п. 1 ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации содержат обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного, а не возможного размера ущерба, разъяснения подпункта 3 пункта 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года N 20, согласно которым применение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации возможно лишь в исключительных случаях, когда подлежащий уплате штраф явно несоразмерен последствиям нарушенного обязательства, по заявлению ответчика с указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера штрафа является допустимым, принимает во внимание заявление представителя ответчика о применении ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации ввиду явной несоразмерности взысканного судом штрафа последствиям нарушения обязательства.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и установленные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что подлежащий взысканию размер неустойки несоразмерен последствиям нарушения обязательства ответчиком, в связи с чем, руководствуясь положениями статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд считает необходимым уменьшить размер штрафа до 1 000 000 рублей.

В соответствии с требованиями ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Согласно ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно договору об оказании юридических услуг от 19 апреля 2018 года, квитанциям об оплате договора истец понес расходы по оплате юридических услуг в размере 30 000 рублей, из которых, как указывает истец 5 000 рублей – на составление досудебной претензии, 20 000 рублей – на составление искового заявления, 5 000 рублей – на представителя /л.д. 51-56/.

Вместе с тем, как разъяснено в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", расходы, обусловленные рассмотрением, разрешением и урегулированием спора во внесудебном порядке (обжалование в порядке подчиненности, процедура медиации), не являются судебными издержками и не возмещаются согласно нормам главы 7 ГПК РФ, главы 10 КАС РФ, главы 9 АПК РФ.

В соответствии с п. 4 названного Постановления расходы по оплате юридических услуг могут быть признаны судебными издержками в случаях, когда законом либо договором предусмотрен претензионный или иной обязательный досудебный порядок урегулирования спора, указанные расходы вызваны соблюдением такого порядка и у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд без несения таких издержек.

Между тем, для разрешения рассматриваемого спора обязательный досудебный порядок урегулирования спора не предусмотрен.

Таким образом, расходы истца в размере 5 000 рублей на составление досудебной претензии обусловлены желанием истца разрешить и урегулировать спор во внесудебном порядке и с рассмотрением настоящего гражданского дела напрямую не связаны, соответственно, оснований для признания их необходимыми в связи с рассмотрением дела у суда не имеется.

С учетом фактической и правовой сложности дела, объема защищенного права, оказании правовой помощи по составлению искового заявления, в соответствии с принципами разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца расходы по оплате юридических услуг в размере 10 000 рублей.

Из материалов дела следует, что в связи с обращением с настоящим иском в суд истцом понесены расходы по уплате государственной пошлины в размере 41 185 рублей /л.д. 96/, с учетом размера удовлетворенных судом требований, поскольку снижение неустойки на основании ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации не свидетельствует об отказе в иске, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца в счет возмещения расходов по уплате государственной пошлины 39 624 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 56, 67, 68, 71, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить в части.

Взыскать с АО «Мерседес-Бенц РУС» в пользу ФИО1 уплаченную за товар сумму в размере 5 000 000 рублей, убытки в размере 384 849,37 рублей, неустойку в размере 300 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, штраф в размере 1 000 000 рублей, расходы на оплату юридических услуг в размере 10 000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 39 624 рублей.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Обязать ФИО1 возвратить АО «Мерседес-Бенц РУС» автомобиль и установленное дополнительное оборудование за счет и силами АО «Мерседес-Бенц РУС».

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца путем подачи апелляционной жалобы через Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья

Мотивированное решение изготовлено 26 октября 2018 года.