12-481/2021

Р Е Ш Е Н И Е

ДД.ММ.ГГ 

<

адрес>

<

адрес>

Судья Люберецкого городского суда Московской области Штейнберг О.Г., при секретаре Дьологе К.С., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу представителя ФИО1 – ФИО2 на постановление мирового судьи судебного участка № Люберецкого судебного района Московской области от ДД.ММ.ГГ, по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в отношении ФИО1, 

установил:

Постановлением мирового судьи судебного участка № Люберецкого судебного района Московской области от ДД.ММ.ГГ, ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КРФоАП и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортным средством сроком на 1 год 6 месяцев. 

Представитель ФИО1 – ФИО2 обратился в суд с жалобой на указанное постановление, ставя вопрос о его отмене и прекращении производства по делу. В обоснование жалобы указал, что материалы дела не содержат письменных объяснений понятых, в связи, с чем допустимых доказательств, подтверждающих обстоятельства, при которых они были очевидцами, в деле не имеется. Мировым судьей не выяснялось, как и в каком объеме, сотрудником ДПС им были разъяснены их права и обязанности, видели ли они признаки опьянения у ФИО1, были ли они заинтересованными лицами в исходе дела и были ли они на момент участия в качестве понятого совершеннолетними лицами. Указал, что материалы дела не содержат отметки о том, что при проведении процессуальных действий велась видеозапись. Все процессуальные действия проходили в присутствии двух понятых и применение видеозаписи в данном случае законом не предусмотрено, в связи с чем, видеозапись является недопустимым доказательством. Акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения является недопустимым доказательством, поскольку в случае отказа от прохождения освидетельствования на состояние опьянения, указанный акт не составляется. Указал, что в протоколе об административном правонарушении, в графе «разъяснение прав» стоит подпись, однако расшифровка подписи отсутствует. Мировой судья не установил, разъясняли ли сотрудники ГИБДД ФИО1 положения ст. 25.1 КРФоАП и ст. 51 Конституции РФ. Имеющиеся в материалах дела протоколы не содержат сведений о том, что ФИО1 было предоставлено право делать замечания относительно их содержания. Протокол об отстранении от управления транспортным средством является недопустимым доказательством, поскольку в нем не указаны основания отстранения. В материалах дела отсутствуют сведения о том владеет ли ФИО1 русским языком и нуждается ли в услугах переводчика, а также не указано гражданство ФИО3 В протоколе об административном правонарушении отсутствует подпись должностного лица. 

Будучи надлежаще извещенными о месте и времени рассмотрения дела, ФИО1 и его представитель ФИО2, в судебное заседание не явились, ходатайств об отложении судебного заседания не поступало.

При таких обстоятельствах суд считает возможным провести судебное заседание в отсутствии указанных лиц. В судебном заседании допрошены свидетели ФИО4, ФИО5

Свидетель ФИО4 показал, что ДД.ММ.ГГ, ночью, сотрудники ГИБДД остановили его и предложили ему принять участие в качестве понятого при проведении освидетельствования на состояние алкогольного опьянения ФИО6. Сотрудник ГИБДД разъяснял, ему, второму понятому и ФИО6 их права. Инспектор ГИБДД показывал всем, что прибор с помощью которого проводится освидетельствование опломбирован, и на него имеются документы. В присутствии него и еще одного понятого ФИО6 было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, на что последний отказался. Далее сотрудник ГИБДД предложил ФИО6 пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, на что последний также отказался. Никаких замечаний от ФИО6 в ходе оформления материалов, не поступало. Имелись ли у ФИО6 признаки алкогольного опьянения, он не может пояснить, но у ФИО6 было странное поведение. Все расписались в составленных инспектором документах, после чего, его и второго понятого отпустили. Пояснил, что ФИО6 ранее не знал, оснований для оговора ФИО6 у него не имеется. 

Свидетель ФИО5 показал, что ДД.ММ.ГГ, ночью им совместно с инспектором ФИО7 был остановлен водитель транспортного средства, которого были установлены признаки алкогольного опьянения, в связи с чем, в присутствии двух понятых, личность которых была установлена по водительскому удостоверению, ФИО6 был отстранен от управления транспортным средством. Понятым были разъяснены права, предусмотренные ст. 25.7 КРФоАП, а ФИО6 ст. 25.1 КРФоАП и ст. 51 Конституции РФ. Далее, ФИО6 в присутствии понятых и с применением видеозаписи было предложено пройти освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, на что последний отказался, в связи с чем, последнему в присутствии понятых было предложено пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, на что ФИО6 отказался. ФИО6 была разъяснена ответственность за отказ от прохождения медицинского освидетельствования. После чего, ФИО6 и понятые подписали процессуальные документы, никаких замечаний ни у кого не было. Указал, что им также были подписаны все составленные им документы. ФИО6 является гражданином РФ и владеет русским языком, в связи с чем, оснований для привлечения переводчика не было. Пояснил, что никакого давления на ФИО6 не оказывалось. Оснований для оговора ФИО6 у него не имеется. 

Проверив доводы жалобы, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 24.1 КРФоАП задачами производства по делам об административных правонарушениях является всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствующих совершению административных правонарушений. Согласно ч. 1 ст. 26. 2 КРФоАП доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Согласно ст. 26.1 КРФоАП при разбирательстве по делу об административном правонарушении выяснению подлежат обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, а именно: наличие события административного правонарушения; виновность лица в совершении административного правонарушения; иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, а также причины и условия совершения административного правонарушения.

В силу ч. 1 ст. 1.5 КРФоАП лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. 

При этом установление виновности предполагает доказывание не только вины лица, но и его непосредственной причастности к совершению противоправного действия (бездействия), то есть объективной стороны состава административного правонарушения. 

Как установлено в судебном заседании, ДД.ММ.ГГ, в № час № минут, водитель ФИО1, управляя транспортным средством Киа Рио, гос. рег. знак №, по адресу: 

<

адрес>, не выполнил законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, чем допустил нарушение п.п. 2.3.2 Правил дорожного движения. При этом действия (бездействие) ФИО1 признаков уголовно наказуемого деяния не содержат.

В соответствии с ч. 1.1 ст. 27.12 КРФоАП требование о направлении водителя на медицинское освидетельствование на состояние опьянения является законным, если у должностного лица, которому предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортных средств, имелись достаточные основания полагать, что лицо, управляющее транспортным средством, находится в состоянии опьянения.

На основании п. 2.3.2 ПДД РФ водитель по требованию должностных лиц, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью дорожного движения и эксплуатации транспортного средства, обязан проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Вина ФИО1 в совершении указанного правонарушения подтверждается совокупностью представленных доказательств: протоколом об административном правонарушении 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГ; протоколом об отстранении от управления транспортным средством 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГ; актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГ; бумажным носителем, протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГ; протоколом о задержании транспортного средства 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГ; рапортом инспектора ДПС ОГИБДД МУ МВД России «Люберецкое»; показаниями свидетелей ФИО4, ФИО5; видеозаписью согласно которой ФИО1 в присутствии двух понятых было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, на что ФИО1 отказался, в связи с чем ему было предложено пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, на что ФИО1 также отказался. 

Все процессуальные документы были составлены в соответствии с законом, в присутствии понятых и с применением видеозаписи. 

Согласно ч. 1 ст. 12.26 КРФоАП ответственность наступает за невыполнение водителем законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения. Санкция статьи предусматривает безальтернативное наказание в виде штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортным средством от 1 года 6 месяцев до 2 лет.

Наказание назначено в рамках санкции статьи. 

В соответствии с пп. "а" п. 10 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденных Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГ N 475 (далее - Правила освидетельствования), одним из оснований направления лица, которое управляет транспортным средством, на медицинское освидетельствование на состояние опьянения является наличие у него внешних признаков опьянения и отказ от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Законность требования сотрудника ОГИБДД о прохождении ФИО1 освидетельствования на состояние опьянения, а также соблюдение процедуры его направления на данное освидетельствование, сомнений не вызывают.

Как следует из протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, основанием для применения к ФИО1 указанной меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении явилось наличие у него признаков опьянения - резкое изменение окраски кожных покровов лица, поведение, не соответствующее обстановке, и отказ от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, что согласуется с требованиями ч. 1.1 ст. 27.12 КРФоАП РФ и пп. "а" п. 10 Правил освидетельствования.

Довод жалобы о том, что в материалах дела нет объяснений понятых, не свидетельствует о незаконности постановления мирового судьи и назначенного ФИО1 наказания, поскольку закон не предусматривает такого обязательного условия. Все процессуальные документы, составлены в соответствии с требованиями закона с указанием личных данных понятых и ими подписаны.

Довод о том, что видеозапись является недопустимым доказательством, в связи с тем, что материалы дела не содержат сведений о том, что велась видеозапись, суд не принимает во внимание. 

Неуказание в протоколе об административном правонарушении сведений о ведении видеозаписи не влечет признание ее недопустимым доказательством.

Согласно ч. 2 ст. 27.12 КРФоАП, отстранение от управления транспортным средством соответствующего вида, освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществляются должностными лицами, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства соответствующего вида, а в отношении водителя транспортного средства Вооруженных Сил Российской Федерации, войск национальной гвардии Российской Федерации, спасательных воинских формирований федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на решение задач в области гражданской обороны, - также должностными лицами военной автомобильной инспекции в присутствии двух понятых либо с применением видеозаписи.

Кодекс РФ об административных правонарушениях не запрещает должностному лицу в случае привлечения понятых при применении мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении вести видеозапись.

Ссылку о том, что акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения является недопустимым доказательством, поскольку в случае отказа от прохождения освидетельствования на состояние опьянения, указанный акт не составляется, суд считает несостоятельной. 

Пункт 9 Правил освидетельствования не содержит императивного запрета на составление акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, а лишь предоставляет уполномоченному должностному лицу в случае отказа водителя от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения такой акт не составлять.

Следует признать надуманными доводы жалобы о том, что ФИО1 не были разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 25.1 КРФоАП и ст. 51 Конституции РФ. Из исследованных материалов дела об административном правонарушении установлено, что протокол об административном правонарушении отвечает требованиям ст. 28.2 КРФоАП. Отсутствие в протоколе об административном правонарушении расшифровки подписи лица, привлекаемого к административной ответственности, ФИО1 не свидетельствует о том, что последнему не были разъяснены права, предусмотренные ст. 51 Конституции РФ и ст. 25.1 КРФоАП.

Ссылка на то, что протокол об отстранении от управления транспортным средством является недопустимым доказательством, поскольку в нем не указаны основания отстранения, является несостоятельной. 

Из протокола об отстранении от управления транспортным средством следует, что ФИО1 был отстранен от управления транспортным средством, в связи с наличием достаточных оснований полагать, что лицо, которое управляет транспортным средством, находится в состоянии опьянения. 

Довод жалобы о том, что в материалах дела отсутствуют сведения о том, гражданином какого государства является ФИО1 и о степени его владения русским языком, не является основанием к отмене постановления мирового судьи. 

В силу с. 24.2 КРФоАП производство по делам об административных правонарушениях ведется на русском языке - государственном языке Российской Федерации. 

ФИО1 согласно имеющимся в материалах дела сведениям из ИБД регион, родился в 

<

адрес> и является гражданином Российской Федерации, что свидетельствуют о том, что он владеет русским языком.

Утверждение заявителя о том, что протокол об административном правонарушении не подписан должностным лицом, составившим данный протокол, опровергается имеющимся в деле протоколом об административном правонарушении (л.д. 5). 

Остальные доводы жалобы не содержат правовых аргументов влияющих на выводы мирового судьи о наличии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КРФоАП и выражают несогласие с произведенной мировым судьей оценкой обстоятельств дела и представленных по делу иных доказательств, произведенной мировым судьей в соответствии с положениями ст. 26.11 КРФоАП. Между тем, несогласие с оценкой конкретных обстоятельств не может служить основанием для отмены вынесенного по делу судебного постановления, поскольку не свидетельствует о том, что мировым судьей были допущены существенные нарушения КРФоАП и предусмотренные им процессуальные требования.

При разрешении настоящего дела мировой судья всесторонне, полно и объективно исследовал все имеющиеся доказательства, проверил их достоверность и допустимость и пришел к обоснованному выводу о наличии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КРФоАП РФ. Каких-либо неустранимых сомнений по делу, которые в соответствии со ст. 1.5 КоАП РФ должны толковаться в пользу ФИО1, не усматривается, принцип презумпции невиновности не нарушен.

Оценив представленные доказательства всесторонне, полно, объективно, в их совокупности, в соответствии с требованиями ст. 26.11 КРФоАП, суд приходит к выводу о том, что мировым судьей при рассмотрении дела не допущено нарушений процессуальных требований, влекущих безусловную отмену вынесенного постановления в ходе производства по настоящему делу. 

Нарушений, гарантированных Конституцией РФ и ст. 25.1 КРФоАП прав, в том числе права на защиту, а также порядка и срока давности привлечения к административной ответственности не усматривается. 

Суд соглашается с указанными доводами мирового судьи. Жалоба не содержит доводов, влекущих отмену обжалуемого судебного постановления, доводы направлены на переоценку имеющихся доказательств.

В связи с изложенным, оснований для отмены постановления мирового судьи 116 судебного участка Люберецкого судебного района Московской области от ДД.ММ.ГГ - не имеется. 

Руководствуясь ст. 30.7 ч.1 п. 1 КРФоАП, судья

решил:

Постановление мирового судьи судебного участка № Люберецкого судебного района Московской области от ДД.ММ.ГГ, по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в отношении ФИО1, оставить без изменения, жалобу представителя ФИО1 – ФИО2, без удовлетворения.

Вступившее в законную силу решение может быть обжаловано в соответствии с требованиями статей 30.12 - 30.19 КРФоАП в Первый кассационный суд общей юрисдикции.

Судья Штейнберг О.Г.