Дело №2-1140/19

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 ноября 2019 г. п. Ленинский

Ленинский районный суд Тульской области в составе

председательствующего судьи Кольцюк В. М., 

при секретаре Балашовой В. Н.,

с участием 

истца ФИО5,

представителя истца ФИО5 по ордеру адвоката Егорова Р. В.,

ответчика ФИО6,

третьего лица ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Ленинского районного суда Тульской области гражданское дело по иску ФИО5 к ФИО6 о взыскании материального ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда и встречному иску ФИО6 к ФИО5 о взыскании материального ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда

установил:

ФИО5 обратилась в судебном порядке к ФИО6 с иском о взыскании ущерба, причинённого дорожно-транспортным происшествием, в котором указала, что ей принадлежит по праву собственности автомобиль 

<

данные изъяты>. В 21-25 часов 9 августа 2018 г. на 5 км + 650 м автодороги Тула-Шатск произошло дорожно-транспортное происшествие (далее ДТП) в результате которого водитель ФИО7, управляя принадлежавшим истцу автомобилем 

<

данные изъяты>, совершил наезд на автомобиль 

<

данные изъяты> под управлением водителя ФИО8. Данное ДТП произошло по причине создания помехи для движения коровы, которая находилась без присмотра хозяев и вышла на проезжую часть дороги. Согласно заключению ОП «Ильинское» УМВД России по г. Туле, животное, послужившее причиной ДТП принадлежит ответчику ФИО6. Для определения размера ущерба истец обратилась к независимому оценщику ООО «Тульская Независимая Оценка». Согласно отчёту об оценке № от 18 сентября 2018 г., стоимость восстановительного ремонта повреждённого транспортного средства с учётом износа составила 89 744 рубля.

Ссылаясь на нормы ГК РФ истец просит суд взыскать с собственника животного ФИО6 стоимость восстановительного ремонта автомобиля в размере 89 744 рубля, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей и судебные расходы.

Ответчик ФИО6 исковые требования не признал, полагал, что ДТП от 9 августа 2018 г. произошло по причине нарушения Правил дорожного движения водителем ФИО7, который управлял транспортным средством (далее ТС) с превышением скорости и обратился к ФИО5 с встречным иском, в котором, ссылаясь на факт гибели принадлежащей ему коровы в результате наезда на неё принадлежащим ФИО5 автомобилем, просит суд взыскать с ФИО5 в его пользу в возмещение причинённого ущерба стоимость животного в размере 90 000 рублей и компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей.

Истец (ответчик по встречному иску) ФИО5 в судебном заседании исковые требования поддержала по тем же основаниям, просила их удовлетворить в полном объёме, встречные исковые требования не признала, в их удовлетворении просила суд отказать. 

Третье лицо ФИО7, не заявляя самостоятельные исковые требования в судебном заседании исковые требования ФИО5 поддержал, просил их удовлетворить, встречные исковые требования не признал, в их удовлетворении просил суд отказать и пояснил, что вечером 9 августа 2018 г. он управлял ТС 

<

данные изъяты> и двигался на 5 км + 650 м автодороги Тула-Шатск со скоростью 75-80 км/час. На улице было темно и его ослепило светом фар встречного автомобиля. Внезапно в свете фар он увидел, как справа налево по ходу его движения дорогу переходит корова рыжей масти, которая уже прошла середину дороги. Он принял меры к экстренному торможению. Через несколько секунд в свете фар на своей полосе движения, метрах в трёх перед собой, он внезапно увидел вторую корову чёрной масти, которой до этого не было видно. Уклоняясь от столкновения, он принял вправо, на обочину, но столкновения избежать не удалось, и он совершил наезд на корову. При этом, его автомобиль совершил съезд в кювет. В настоящее время автомобиль продан.

Третье лицо ФИО8 письменным заявлением просила рассмотреть дело в её отсутствие, принятие решения по делу полагала оставить на усмотрение суда. В процессе рассмотрения дела пояснила, что вечером 9 августа 2018 г. она управляла принадлежащим ей автомобилем 

<

данные изъяты> и двигалась по автодороге Тула-Шатск в сторону г. Тулы. На улице было темно, при приближении к ложбине появился туман, поэтому она двигалась со скоростью около 40 км/ч. Внезапно, она увидела, как метрах в двадцати впереди друг за другом дорогу переходят две коровы, одна из которых уже находилась на её полосе движения, поэтому она начала притормаживать до полной остановки. В это время навстречу ей на скорости более 100 км/ч двигался автомобиль под управлением ФИО7, который начал экстренное торможение и совершил наезд на вторую корову. В этот момент её автомобиль полностью остановился. От столкновения корову отбросило вперёд, и в процессе движения вперёд, корова своим телом повредила левую сторону её автомобиля. Факт столкновения транспортных средств и факт наезда её автомобиля на корову отрицала. Ущерб от ДТП ей возместила страховая компания. 

В порядке ч.5 ст.167 ГПК РФ суд рассмотрел дело в отсутствие третьего лица ФИО8.

Заслушав пояснения участвующих в деле лиц и исследовав представленные доказательства судом установлено следующее.

Транспортное средство 

<

данные изъяты> принадлежит на праве собственности истцу ФИО5, что следует из имеющейся в материале ДТП № карточки учёта ТС. Гражданская ответственность владельца данного транспортного средства застрахована СПАО «РЕСО-Гарантия», полис МММ№ от 7 июня 2018 г., к управлению ТС кроме собственника ФИО5 допущен также ФИО7. 

Автомобиль 

<

данные изъяты> принадлежит по праву собственности ФИО8, что подтверждается карточкой учёта ТС. Её гражданская ответственность владельца ТС застрахована СПАО «РЕСО-Гарантия», полис МММ№ от 19 мая 2018 г..

Из рапорта ИДПС ГИБДД ФИО2 и Сведений об участниках ДТП следует, что в 21-25 часов 9 августа 2018 г. на 5 км + 850 м. произошло ДТП – наезд на животное с участием транспортных средств 

<

данные изъяты> под управлением водителя ФИО7 и 

<

данные изъяты> под управлением водителя ФИО8.

Из определения ИДПС ГИБДД ФИО2 от 10 августа 2018 г. следует, что 9 августа 2018 г. в 21-25 часов на 5 км + 850 м автодороги Тула-Шатск водитель ФИО7 управлял автомобилем 

<

данные изъяты> совершил наезд на корову, с последующим наездом автомобиля 

<

данные изъяты> на то же животное. На основании п.2 ч. ст.24.5 КоАП РФ, в возбуждении дела об административном правонарушении отказано за отсутствием состава административного правонарушения.

В своих письменных объяснениях от 10 августа 2018 г. ФИО7 указал, что увидев, как встречный автомобиль снизил скорость, он тоже стал притормаживать. Внезапно, в свете фар он увидел две коровы, одна из которых успела перебежать дорогу, а вторая находилась между его автомобилем и автомобилем 

<

данные изъяты>. В результате чего, корова отскочила от 

<

данные изъяты> на капот его автомобиля, а он, уходя в обочину съехал в кювет.

ФИО8 в письменных объяснениях от 10 августа 2018 г. указала, что в противоположном ей направлении с большой скоростью двигался автомобиль 

<

данные изъяты> который начал экстренное торможение, но избежать столкновения с коровой не смог. От столкновения корова «полетела» по ходу движения автомобиля 

<

данные изъяты> во время «полёта» зацепила левую часть её автомобиля, и упала ближе к обочине по ходу движения 

<

данные изъяты> 

На схеме места совершения административного правонарушения от 9 августа 2018 г. указано, что место наезда автомобиля 

<

данные изъяты> на корову находится в 1,2 м от правой обочины по ходу его движения, следы юза Chevrolet Niva имеют длину 34 м, после столкновения автомобиль находится на расстоянии 6,8 м. от обочины по ходу его движения. 

В связи с имеющимися противоречиями по обстоятельствам ДТП по ходатайству ответчика (истца по встречному иску) ФИО6 по делу была назначена судебная экспертиза, проведение которой было поручено ООО «Тульский экспертно-правовой центр «Защита». На разрешение судебной экспертизы были поставлены вопросы:

1. Каков механизм ДТП, произошедшего в 21-25 часов 9 августа 2018 г. на 5 км + 850 м автодороги Тула-Шацк с участием транспортных средств 

<

данные изъяты> под управлением водителя ФИО7 и 

<

данные изъяты> под управлением водителя ФИО8? 

2. Имелась ли техническая возможность у водителей указанных транспортных средств избежать дорожно-транспортного происшествия? 

3. Какими пунктами Правил дорожного движения РФ обязаны были руководствоваться каждый из водителей в описанной выше дорожной обстановке при ДТП от 9 августа 2018 г., действия (бездействие) кого из водителей привели к дорожно-транспортному происшествию от 9 августа 2018 г.?

4. Имеется ли причинная связь между нарушением кем-либо из водителей (водителями) требований Правил дорожного движения РФ и произошедшим дорожно-транспортным происшествием от 9 августа 2018 г.? 

5. Какова рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля 

<

данные изъяты> на дату ДТП?

7. В случае, если произошла полная (конструктивная) гибель транспортного средства 

<

данные изъяты>, то какова стоимость годных остатков?

По результатам проведения судебной экспертизы суду было представлено заключение эксперта № от 5 ноября 2019 г., содержащее выводы на поставленные вопросы: 1. Механизм ДТП описан в исследовании по первому вопросу. Скорость автомобиля 

<

данные изъяты> перед наездом на КРС (крупный рогатый скот) равна 117 км/ч, после наезда на КРС – 91 км/ч. Местом первичного контакта автомобиля и КРС является передняя центральная часть автомобиля. Столкновение лобовое блокирующее, направление усилий спереди назад. Повреждение автомобиля 

<

данные изъяты> локализованы на левой боковой поверхности от передней фары до задней двери, на высоте 85/90 см. Столкновение скользящее, направление усилий спереди назад.

2. У водителя автомобиля 

<

данные изъяты> имелась техническая возможность остановиться до линии движения КРС. При выполнении требований п.10.1 и п.19.2 ПДД РФ водитель автомобиля 

<

данные изъяты> имеет возможности избежать дорожно-транспортного происшествия.

3. Исходя из механизма ДТП, водитель автомобиля 

<

данные изъяты> в данной дорожно-транспортной ситуации должен был руководствоваться п.1.3, п.1.5, п.10.1, п.10.3, п.19.2 ПДД РФ. Водитель автомобиля 

<

данные изъяты> в данной дорожно-транспортной ситуации должен был руководствоваться п.10.1 ПДД РФ.

4. Несоответствие действий водителя автомобиля 

<

данные изъяты> с технической точки зрения требованиям п.1.3, п.1.5, п.10.1, п.10.3, п.19.2 ПДД РФ, находится в причинной связи с произошедшим ДТП от 9 августа 2018 г..

Судебный эксперт ООО ТЭПЦ «Защита» ФИО3 в судебном заседании дал необходимые пояснения по заключению эксперта №.

Из представленного истцом по первичному иску заключения ОП «Ильинское» УМВД России по Тульской области следует, что корова, погибшая в результате ДТП от 9 августа 2018 г. принадлежала ФИО6.

В обоснование встречных исковых требований ФИО6 представил договор купли-продажи № от 8 декабря 2017 г., согласно которому, ООО «Ильинское» продало в собственность ФИО6 корову голштинской коровы под № по цене 90 000 рублей. Оплата коровы подтверждена квитанцией к приходному кассовому ордеру №Иль-000047 от 8 декабря 2017 г..

Согласно ответу на запрос суда ГУ ТО «Тульская областная ветеринарная станция по борьбе с болезнями животных», данные о вакцинациях и обработке животных, принадлежащих ФИО6 не имеется. В то же время, из приложенного к данному ответу акта проведения лечебно-профилактических и иных ветеринарных мероприятий от 20 февраля 2018 г., в этот день в КФК (крестьянское фермерское хозяйство) ФИО1 в д. Георгиевское ГУ ТО «Тульская областная ВСББЖ» проводилась вакцинация животных против сибирской язвы и эмкара. В описи вакцинированных животных указана корова с биркой №, принадлежащая КФК ФИО1. Также, в период с 27 по 30 марта 2018 г. в КФК ФИО1 в д. Георгиевское ГУ ТО «Тульская областная ВСББЖ» проводилась вакцинация КРС на туберкулёз. Среди вакцинированных животных указана корова с биркой №, принадлежащая КФК ФИО1, что подтверждается актом проведения лечебно-профилактических и иных ветеринарных мероприятий.

Согласно разъяснений специалиста ФИО4, работающей в должности старшего государственного ветеринарного инспектора отдела государственного ветеринарного надзора Комитета ветеринарии Тульской области, сведения о наличии в собственности ФИО6 коровы с биркой № в Комитете отсутствуют. Согласно похозяйственной книги КФК ФИО1, корова под № принадлежит ФИО1. При проведении вакцинаций и других профилактических мероприятий в КФК ФИО1 корова под № указывалась им как его собственность. 

На запрос суда главным Управлением администрации 

<

адрес> территориальному округу дан ответ, что ФИО6 действительно зарегистрирован по месту жительства по адресу: 

<

адрес> 26 апреля 2012 г. по настоящее время. В похозяйственной книге 

<

адрес> не имеется записей о наличии коровы в подсобном хозяйстве ФИО6.

В обоснование иска истец по встречному иску ФИО6 пояснил, что его корова в стаде КФК ФИО1 не содержалась. Корова содержалась в 

<

адрес>, находилась на попечении работника, с которым у него была договоренность. Работник пас корову, доил ее, часть молока оставлял себе и часть отдавал ему. Анкетные данные лица, осуществлявшего уход за коровой ему не известны, поскольку он приезжий и письменный договор с ним не заключался. Куда девался труп животного после ДТП ему не известно.

В силу п.1.3 «Правил дорожного движения в РФ» (ПДД, Правила), утверждённых постановлением Правительства РФ №1090 от 23 октября 1993 г. участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил.

П.1.5 ПДД установлено, что участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Согласно п.10.1 Правил водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

П.10.3. Вне населенных пунктов разрешается движение легковым автомобилям, на автомагистралях - со скоростью не более 110 км/ч, на остальных дорогах - не более 90 км/ч

П.19.2. При ослеплении водитель должен включить аварийную сигнализацию и, не меняя полосу движения, снизить скорость и остановиться.

Оценив полученные доказательства по правилам ст.67 ГПК РФ суд приходит к выводу, что механизм и обстоятельства ДТП, изложенные истцом в иске не соответствуют действительности. Как следует из пояснений третьего лица ФИО8 и выводов судебной экспертизы, столкновение транспортных средств 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> и не имело место быть. Судебной экспертизой установлено, что первоначально наезд на животное был осуществлен автомобилем 

<

данные изъяты> на полосе его движения. После этого, корова некоторое время находилась на капоте автомобиля 

<

данные изъяты> по управлением ФИО7, который применяя экстренное торможение, продолжал движение вперёд. Поскольку автомобиль 

<

данные изъяты> вследствие торможения замедлял движение, корову отбросило вперёд, на левую боковую часть автомобиля 

<

данные изъяты>, что привело к повреждениям левой боковой части данного автомобиля.

Судом признаётся заключение эксперта № от 5 ноября 2019 г. относимым, допустимым и достоверным доказательством, поскольку судебная экспертиза проведена в соответствии с действующим законодательством, экспертом, предупреждённым об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Кроме того, судебный эксперт ФИО3 в судебном заседании, дал обстоятельные пояснения по вопросам № - № заключения эксперта №, его выводы согласуются с документами, имеющимися в материалах ДТП от 9 августа 2018 г..

Как установлено ч.1 ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Положениями ст.137 ГК РФ предусмотрено, что к животным применяются общие правила об имуществе, поскольку законом или иными правовыми актами не установлено иное.

Ч.1 ст.1064 ГК РФ установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии с ч.1 ст.1079 ГК РФ, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

Исходя из установленных обстоятельств дела, наезд автомобиля 

<

данные изъяты> на животное произошёл вследствие нарушения водителем ФИО7 п.1.3, 1.5, п.10.1, п.10.3, п.19.2 ПДД РФ, который, управляя транспортным средством, не учёл особенности и состояние транспортного средства, дорожные и метеорологические условия, осуществлял движение со скоростью, превышающей разрешенную ПДД на дорогах данного типа и не обеспечивающей для него возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил и при возникновении опасности для движения, которую он был в состоянии обнаружить, не принял возможные меры к своевременному снижению скорости, а вследствие ослепления встречным автомобилем, не включил аварийную сигнализацию и не принял меры к остановке транспортного средства, не справился с управлением транспортного средства и совершил наезд на животное.

При изложенных обстоятельствах правовые основания для удовлетворения иска ФИО5 отсутствуют, поскольку материальный ущерб её имуществу причинён по вине ФИО7, к которому она исковые требования не предъявляла.

Разрешая встречные исковые требования ФИО6 суд исходит из следующего. 

Предусмотренные ст.1064 ГК РФ общие условия или основания возникновения обязательства возмещения вреда включают в себя, помимо факта неправомерного действия одного лица и наличия вреда у другого лица, как следствие неправомерного действия в качестве необходимого условия также вину причинителя вреда.

По общему правилу возмещению подлежит вред, причиненный неправомерными действиями (бездействием). 

Таким образом, для наступления ответственности за причинение вреда необходимо наличие четырех условий: наличие вреда, противоправное поведение (действие, бездействие) причинителя вреда, как основание возникновения ответственности в виде возмещения убытков; причинная связь между противоправным поведением и наступившим вредом; вина причинителя вреда. Перечисленные основания признаются общими, поскольку их наличие требуется во всех случаях, если иное не установлено законом.

В силу ст.1079 ГК РФ, владелец источника повышенной опасности, обязан возместить вред, причиненный этим источником, независимо от наличия вины, если не докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Поскольку смерть животного наступила вследствие виновных действий третьего лица ФИО7, который на момент ДТП владел транспортным средством на законных основаниях и в установленном порядке был допущен к управлению транспортным средством, он является причинителем вреда и на нём лежит обязанность по его возмещению. Однако, исковые требования предъявлены ФИО6 не к причинителю вреда, а к собственнику транспортного средства, при этом основания иска к ФИО5 истцом ФИО6 не мотивированы и не обоснованы.

Кроме того, вопреки требованиям ст.56 ГПК РФ, истцом по встречному иску не представлены надлежащие доказательства принадлежности ему по праву собственности коровы, погибшей в результате ДТП от 9 августа 2018 г., то есть не представлено доказательств причинения вреда его имуществу. Имеющиеся в деле доказательства опровергают утверждения ФИО6 о том, что на момент ДТП погибшая корова принадлежала именно ему.

При изложенных обстоятельствах основания для удовлетворения исковых требований ФИО5 и встречных исковых требований ФИО6 отсутствуют, вследствие чего в удовлетворении исков надлежит отказать.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ

решил:

исковые требования ФИО5 к ФИО6 и встречные исковые требования ФИО6 к ФИО5 оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Тульский областной суд путём подачи апелляционной жалобы в Ленинский районный суд Тульской области в течение месяца со дня его принятии в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 2 декабря 2019 г..

Председательствующий Кольцюк В. М.