КОПИЯ

Решение

 изготовлено в окончательной форме 23 июля 2024 года

66RS0033-01-2024-001498-94 

Дело № 2-714 /2024

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

16 июля 2024 года г. Краснотурьинск

Краснотурьинский городской суд Свердловской области в составе: 

председательствующего судьи Сёмкиной Т.М.,

при секретаре судебного заседания Слюсарь А.С.,

с участием помощника Ивдельского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях, Тихонькова И.М.,

истца ФИО1, 

представителя ответчика ФИО2, действующей на основании доверенностей от 23.11.2023 года, от 06.02.2023 года, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Ивдельского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях, в интересах ФИО1, к федеральному казенному учреждению «Исправительная колония №16 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области», Федеральной службе исполнения наказаний России о взыскании компенсации морального вреда за причинение вреда здоровью в результате несчастного случая на производстве, исковому заявлению ФИО3 к федеральному казенному учреждению «Исправительная колония №16 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области» о возложении обязанности по приобретению корсета для спины,

у с т а н о в и л:

Ивдельский прокурор по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях, в интересах ФИО1, к федеральному казенному учреждению «Исправительная колония №16 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области» (далее ФКУ ИК 16), Федеральной службе исполнения наказаний России (далее ФСИН России) указав, что апелляционным определением Свердловского областного суда от 13.04.2023 года было установлено, что 16.10.2018 года на территории ФКУ ИК 16 с ФИО1 произошел несчастный случай на производстве. Данным судебным решением было установлено, что 16.10.2018 года ФИО1 окрашивала стены в цехе по производству стирального порошка в интересах работодателя ФКУ ИК16, в ходе данных работ упала с высоты на твердую поверхность, вследствие чего был причинен вред её здоровью, повлекший временную нетрудоспособность. Во исполнение судебного решения, 03.11.2023 года ответчиком был составлен акт о несчастном случае на производстве. В результате несчастного случая на производстве истец ФИО1 обращалась с жалобами на боль в поясничной области в медицинское учреждение, ей назначался постельный режим, что отражено в медицинской документации. На основании изложенного, прокурор просит взыскать с ФКУ «Исправительная колония №16 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб., в случае недостаточности денежных средств у ФКУ «Исправительная колония №16 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области» взыскать денежную сумму с ФСИН России за счет казны Российской Федерации.

Определениями суда от 27.06.2024 года судом были приняты для совместного рассмотрения с первоначально заявленным иском требования ФИО1 к федеральному казенному учреждению «Исправительная колония №16 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области» о возложении обязанности по приобретению корсета для спины, а также привлечены третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика, ФИО4 и ФИО5

В судебном заседании помощник прокурора Тихоньков И.М. пояснил, что в Ивдельскую прокуратуру по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях поступило заявление ФИО1 по поводу защиты ее прав. В ходе изучения доводов заключенной было установлено, что 16.10.2018 года с ней на территории ФКУ ИК№16 произошел несчастный случай, связанный в производством, что было скрыто сотрудниками колонии, акт был составлен только на основании судебного решения. Поскольку ФИО1 испытала физическую боль, находилась на постельном режиме, она имеет право на компенсацию причиненного ей морального вреда. В связи с чем, поддерживает исковые требования о взыскании компенсации морального вреда в пользу ФИО1

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала и пояснила, что в 2018 году она отбывала наказание в ФКУ ИК-16. 16.10.2018 года она производила работы на высоте, осуществляла побелку стен в помещении цеха, в результате чего упала с высоты около двух метров на твердую поверхность и ударилась спиной. Непосредственный контроль за выполнением работ осуществлял ФИО5 После случившегося ее привезли в медицинскую часть на территории колонии, поставили обезболивающий препарат, отвезли в городскую больницу, где она была осмотрена врачом, сделан рентгеновский снимок. Далее она проходила амбулаторное лечение в колонии, ей был назначен постельный режим. Она испытывала боль в месте удара, не могла свободно передвигаться и работать. После данного происшествия у нее появились постоянные боли в области спины. Далее, в 2019 году она освободилась из колонии по отбытию наказания, стала проживать в 

<

адрес обезличен>. В том же году она упала с высоты, была травма спины, проходила лечение в больнице. Далее, в 2020 году она вновь была приговорена к наказанию в виде лишения свободы и направлена для отбывания наказания в ФКУ ИК№16, где находится до настоящего времени. У нее продолжаются боли в области спины, ей медицинскими работниками рекомендовано ношение корсета для спины, который, как она полагает, для нее должен приобрести ответчик. Факт несчастного случая на производстве был скрыт сотрудниками ответчика, ей удалось доказать данный факт только в судебном порядке, что также причиняло ей эмоциональные страдания и дискомфорт. Просит исковые требования прокурора в ее интересах, а также ее исковые требования удовлетворить в полном объеме. 

Представитель ответчиков ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала и пояснила, что действительно судом происшествие, случившееся с осужденной ФИО1 16.10.2018 года, было признано несчастным случаем на производстве. На основании апелляционного определения Свердловского областного суда был составлен акт о несчастном случае, где указаны обстоятельства произошедшего. Просит учесть, что в результате несчастного случая ФИО1 получила повреждение в виде ушиба поясничного отдела позвоночника, гиперемия левой ягодицы, легкая отечность, находилась на листке временной нетрудоспособности 4 дня, иных повреждений, связанных с данной травмой, не обнаружено. При этом, просит учесть, что акт о несчастном случае не содержит информацию, свидетельствующую о ненадлежащем обеспечении ответчиком безопасных условий труда, указано лишь о неудовлетворительной организации работ, при которых пострадавший имел свободный доступ к строительным конструкциям, лицом, допустившим нарушения требований охраны труда, является сама потерпевшая. Просит учесть грубую неосторожность, имеющуюся в действиях осужденной. Также полагает, что ФСИН является ненадлежащим ответчиком, поскольку трудовые отношения имели место между ФИО1 и ФКУ ИК 16. Просит отказать в удовлетворении иска в полном объеме.

Третьи лица ФИО4 и ФИО5 в судебное заседание не явились, о времени и месте его проведения были уведомлены путем направления судебной повестки, а также по телефону, о причинах неявки не сообщили, отзывов и ходатайств суду не направляли.

С учетом мнения помощника прокурора, истца, представителя ответчика, суд определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся третьих лиц.

Выслушав стороны, помощника прокурора, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии со ст.25 Всеобщей декларации прав человека и ст.12 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах, а также ст.2 Протокола № 1 от 20 марта 1952 года к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод здоровье – это состояние полного физического, душевного и социального благополучия, а не только отсутствие болезней и физических дефектов. Поэтому под охраной здоровья понимается совокупность мер политического, экономического, правового, социального, культурного, научного, медицинского, санитарно-гигиенического и противоэпидемического характера, направленных на сохранение и укрепление физического и психического здоровья каждого человека, поддержание его долголетней активной жизни, предоставление ему медицинской помощи в случае утраты здоровья.

Право на жизнь и на охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека - статьи 2, 7, часть 1 статьи 20, статья 41 Конституции Российской Федерации).

Как следует из материалов дела, ФИО1 отбывала наказание в ФКУ ИК-16 г. Краснотурьинска в период с 16.12.2015 года по 12.03.2019 года, освобождена по отбытию наказания, после чего вновь прибыла для отбытия наказания по приговору суда от 23.07.2020 года, прибыла в колонию 30.04.2020 года (справка по личному делу л.д. 48).

При отбытии наказания ФИО1 была трудоустроена: с 09.09.2016 года по 01.06.2017 года, с 14.07.2017 года по 11.03.2019 года (справка л.д. 49). 

Согласно апелляционному определению Свердловского областного суда от 13.04.2023 года (л.д. 14-19) установлено, что по состоянию на 16.10.2018 года истец была привлечена к труду на ставку укладчика –упаковщика в цехе по фасовке порошка и была выведена на работу по данной профессии. Фактически ФИО1 в указанный день была привлечена к выполнению работ по покраске стен в цехе по производству стирального порошка, получила травму при падении с высоты – «ушиб поясничного отдела позвоночника, гиперемия левой ягодицы, легкая отечность». Выполняя данные работы истец действовала в интересах работодателя, находясь на территории последнего. Данные обстоятельства свидетельствуют о наличии оснований для учета и расследования факта несчастного случая на производстве с ФИО1 и составления акта о несчастном случае на производстве. 

Также в апелляционном определении Свердловского областного суда от 13.04.2023 года отмечено, что сведений о иных повреждениях, полученных ФИО1 при падении 16.10.2018 года, не имеется. Выявленный у ФИО1 впоследствии перелом позвонка не мог быть вызван данным падением, поскольку непременно был бы выявлен при проведении рентгенологического исследования 16.10.2018 года в Краснотурьинской городской больнице.

Данные обстоятельства суд полагает установленными на основании положений ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу части 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно части 1 статьи 219 ТК РФ каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами, обязательное социальное страхование в случаях, предусмотренных федеральными законами (часть 1 статьи 21 ТК РФ).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 ТК РФ).

Обязательства вследствие причинения вреда, независимо от того, при каких обстоятельствах причинен вред, регулируются нормами главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Применительно к спорным правоотношениям основанием ответственности работодателя за вред, причиненный здоровью работника, является вина в необеспечении им безопасных условий труда (соблюдение правил охраны труда, техники безопасности, санитарии и т.п.), причем обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда здоровью работника лежит на работодателе.

Согласно Акта от 03.11.2023 года без № о несчастном случае на производстве (л.д. 21-23), 16.10.2018 года с работником ФИО1 произошел несчастный случай на производстве при следующих обстоятельствах: ФИО1 находясь в цехе по фасовке и упаковке порошка самовольно забралась на строительные леса и по личной неосторожности упала с высоты 4 метра. В результате подания ФИО1 не получила телесных повреждений. Причинами несчастного случая указано неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в свободном доступе осужденной к строительным конструкциям, нарушение пострадавшим требований техники безопасности при проведении работ. Лицом, допустившим нарушение, указана ФИО1, иных лиц, допустивших нарушение, не установлено.

Вместе с тем, как следует из судебного решения, фактически ФИО1 выполняла в интересах работодателя работы по окраске стен цеха, что подтверждено свидетельскими показаниями и упала со строительных лесов в ходе выполнения данных работ.

Данных о проведении инструктажа работника ФИО1 при проведении окрасочных работ на высоте, а также иных данных о выполнении требований охраны труда при выполнении такого рода работ, стороной ответчика не представлено.

Также не указано, какие именно нарушения были допущены ФИО1 при выполнении работ, каким инструкциям она должна была следовать и какие правила работ выполнять. В связи с чем, грубая неосторожность в действиях ФИО1 не установлена.

В связи с чем, суд приходит к выводу о том, что причиной произошедшего несчастного случая с ФИО1 является ненадлежащая организация работ со стороны работодателя, отсутствие с его стороны контроля за безопасным выполнением работ истцом ФИО1 Доказательств иного стороной ответчика не предоставлено.

При отсутствии иных указаний о лицах, допустивших нарушение, суд полагает, что обеспечение требований безопасности при выполнении ФИО1 работ должны были обеспечить начальник учреждения, которым на 16.10.2018 года был ФИО4, а также заместитель начальника колонии по производственной части ФИО5, назначенный на должность приказом от 06.12.2017 года.

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", под несчастным случаем на производстве понимается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В соответствии со статьей 8 указанного Закона возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Таким образом, общими основаниями ответственности работодателя за причинение работнику морального вреда являются: наличие морального вреда; неправомерное поведение (действие или бездействие) работодателя, нарушающее права работника; причинная связь между неправомерным поведением работодателя и страданиями работника; вина работодателя.

Как следует из материалов дела, несчастный случай с истцом произошел в результате неудовлетворительной организации производства работ сотрудниками ФКУ «ИК№16» ГУФСИН России по СО.

В результате несчастного случая на производстве истец ФИО1 получила следующие повреждения: «ушиб поясничного отдела позвоночника, гиперемия левой ягодицы, легкая отечность».

Как следует из медицинской документации, в отношении ФИО1, она обращалась с жалобами на боли в области спины 16.10.2018 года, 17.10.2018 года, 19.10.2018 года, 22.10.2018 года, 23.10.2018 года, ей были назначена медицинские препараты. Также фельдшером 

<

ФИО>8 истцу был назначен постельный режим на три дня после травмы, в течение которых она не могла осуществлять свои трудовые обязанности (л.д. 58-67). При этом, на работы ФИО1 была выведена 27.10.2018 года, что следует из табеля учета рабочего времени (л.д. 47 оборотная сторона), что свидетельствует о необоснованности утверждений истца о нахождении на постельной режиме около месяца. 

Исследованные в судебном заседании доказательства по делу в своей совокупности позволяют суду прийти к выводу о законности и обоснованности требований истца в части взыскания компенсации морального вреда, поскольку, именно по вине работодателя, не предпринимавшего достаточных мер по обеспечению безопасности проведения истцом работ, произошел несчастный случай на производстве, в результате которого ФИО1 получила травму.

Соответственно, именно работодатель должен возместить причиненные истцу нравственные и физические страдания. Исследованными медицинскими документами достоверно подтверждается причинно-следственная связь между полученной истцом на рабочем месте травмой и наступившей нетрудоспособностью.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно статье 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно п. 47 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание фактические обстоятельства, при которых были нарушены личные неимущественные права истца, физические и нравственные страдания, связанные с индивидуальными особенностями истца, которые он испытывал в связи с полученной травмой, характер полученной травмы, продолжительность прохождения лечения, степень вины работодателя, который не обеспечил работнику безопасные условия труда на рабочем месте, не предпринял мер к возмещению вреда; длительность такого нарушения, отсутствие вины работника в произошедшем несчастном случае

В связи с чем, учитывая непродолжительный период нетрудоспособности ФИО1, отсутствие тяжких последствий для здоровья истца, руководствуясь принципом разумности, соразмерности и справедливости, суд приходит к выводу, что сумма в размере 50 000 рублей будет являться справедливым возмещением тех страданий и переживаний, которые понес истец в связи с полученной травмой вследствие несчастного случая на производстве, не усматривая при этом оснований для взыскания его в большем, в том числе, заявленном истцом размере. 

При этом, суд также учитывает поведение ответчика ФКУ ИК-16, которым акт о несчастной случае на производстве не был составлен в добровольном порядке, а также указаны недостоверные данные об обстоятельствах произошедшего несчастного случая.

Обязанность по компенсации причиненного ФИО1 морального вреда суд полагает необходимым возложить на работодателя 

На основании ч. 4 ст. 123.22 Гражданского кодекса Российской Федерации, при недостаточности у казенного учреждения денежных средств субсидиарную ответственность по его обязательствам несет собственник его имущества.

В связи с чем, обоснованными являются требования прокурора в интересах ФИО1 к ФСИН России о возложении субсидиарной ответственности и взыскании денежных средств с данного ответчика при отсутствии средств у казенного учреждения.

Вместе с тем, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 к ФКУ «Исправительная колония №16 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области» о возложении обязанности по приобретению корсета для спины, поскольку никакими медицинскими документами, представленными в материалы дела, необходимость приобретения корсета не подтверждена.

Так, в сентябре 2023 года ФИО1 находилась на течении и была обследована медицинскими специалистами, в рекомендации которых не входит приобретение корсета для спины (выписной эпикриз № от 30.09.2023 года).

Более того, даже при наличии медицинских рекомендаций по приобретению корсета для спины в связи с наличием у истца ФИО1 заболеваний позвоночника, на ответчика не может возложена обязанность при его приобретению, поскольку не установлена причинно-следственная связь между травмой, полученной 16.10.2028 года и необходимостью приобретения корсета, с учетом наличия у истца иных травм спины.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 196-198, Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

решил:

иск Ивдельского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях, в интересах ФИО1, к федеральному казенному учреждению «Исправительная колония №16 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области», Федеральной службе исполнения наказаний России о взыскании компенсации морального вреда за причинение вреда здоровью в результате несчастного случая на производстве удовлетворить частично.

Взыскать с федерального казенного учреждения «Исправительная колония №16 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области» ИНН 

<

***> в пользу ФИО1, 

<

дата обезличена> года рождения, № компенсацию морального вреда за причинение вреда здоровью в результате несчастного случая на производстве в размере 50 000 руб.

В случае недостаточности денежных средств у ФКУ «Исправительная колония №16 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области» взыскать денежную сумму с ФСИН России за счет казны Российской Федерации.

В удовлетворении остальной части исковых требований Ивдельского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях, в интересах ФИО1 отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к федеральному казенному учреждению «Исправительная колония №16 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области» о возложении обязанности по приобретению корсета для спины отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме путем подачи жалобы через Краснотурьинский городской суд Свердловской области.

Председательствующий: судья (подпись) Сёмкина Т.М.