Дело № 2-1-3/2018

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г.Собинка 21 мая 2018 года

Собинский городской суд Владимирской области в составе:

председательствующего Кондратьевой И.В.,

при секретаре судебного заседания Демидовой И.А.,

с участием помощника Собинского межрайонного прокурора Кривовой О.В.,

представителя истца ФИО2

представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к АО «Рязаньавтодор» о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился в суд с иском к ОАО «Рязаньавтодор» о возмещении материального ущерба, компенсации морального вреда. В обоснование иска указал, что 20.09.2015 года около 02.55 час. на 109 км автодороги Владимир-Гусь-Хрустальный-Тума Клепиковского района Рязанской области произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Opel Corsa, государственный регистрационный знак NN, под управлением истца. При совершении обгона автопоезда указанный автомобиль наехал на препятствие в виде мокрых опилок, рассыпанных по поверхности проезжей части, в результате чего автомобиль занесло, и он съехал в кювет по ходу своего движения с последующим наездом на дикорастущие растения. В результате ДТП автомобиль Opel Corsa получил механические повреждения, а водитель ФИО4 и пассажир К. получили телесные повреждения. Полагает, что ДТП произошло по вине ответчика, который не принял меры по обеспечению безопасности дорожного движения путем установки дорожных знаков, ограничивающих скоростной режим при приближении к установленной эпидемиологической границе, в период проведения государственной инспекцией по ветеринарии Рязанской области противоэпидемиологических мероприятий. Указывает, что мероприятия по ступенчатому ограничению скорости движения автотранспортных средств до эпидемиологической зоны Клепиковским ДРСУ были выполнены с нарушением требований нормативного документа, регламентирующего правила применения дорожных знаков. Несоответствие в организации дорожного движения при применении дорожных знаков стало причиной указанного ДТП. Просил суд взыскать с ответчика в свою пользу в возмещение вреда, причиненного имуществу в результате ДТП, 285670 рублей, компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей, государственную пошлину в размере 6341 рублей 70 копеек; издержки, связанные с рассмотрением дела: расходы на оплату услуг юриста в связи с оказанием юридической помощи в размере 20000 рублей, расходы по оплате независимой технической экспертизы транспортного средства в размере 8000 рублей, расходы по оплате автотехнического заключения в размере 8000 рублей, расходы на оплату услуг эвакуатора в размере 12500 рублей, расходы на оформление нотариальной доверенности на право представления интересов в суде в размере 2000 рублей. 

В процессе рассмотрения дела истец в лице представителя ФИО2 увеличил исковые требования, в соответствии с которыми просил суд взыскать с ответчика в возмещение вреда, причиненного его имуществу в результате дорожно-транспортного происшествия, денежные средства в размере 522044 рублей, расходы на оплату услуг эвакуатора в размере 12500 рублей, компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей, госпошлину в размере 8545 рублей 44 копеек, а также расходы на оплату услуг представителя в размере 20000 рублей, расходы по оплате экспертизы в размере 8000 рублей, расходы по оплате автотехнического заключения в размере 20000 рублей (л.д.123 том 1). 

В окончательно сформулированных требованиях истец просит суд взыскать с ответчика «Клепиковское дорожное ремонтно-строительное управление» филиала АО «Рязаньавтодор» в пользу истца ФИО4 в возмещение вреда, причиненного его имуществу в результате дорожно-транспортного происшествия 202 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, госпошлину в размере 6341 руб. 70 коп., расходы на оплату услуг юриста в связи с оказанием юридической помощи в размере 20 000 рублей, расходы по оплате независимой технической экспертизы транспортного средства в размере 8000 рублей, расходы по оплате автотехнического заключения в размере 20 000 рублей, расходы на оплату услуг эвакуатора в размере 12500 рублей, расходы на проведение судебной экспертизы в сумме 50 000 рублей. 

Определением суда от 21.08.2017 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных исковых требований относительно предмета спора, привлечена администрация Клепиковского района Рязанской области (л.д.170 том 1).

В связи с изменением наименования в качестве ответчика по делу признано АО «Рязаньавтодор».

В судебное заседание истец ФИО4 не явился. Извещен надлежащим образом о дате, времени и месте рассмотрения дела. 

Представитель истца ФИО2 в суде настаивал на удовлетворении исковых требований. Пояснил, что ФИО4 двигался по 109 км автодороги Владимир - Гусь-Хрустальный - Тума Клепиковского района Рязанской области. Погода была хорошая, ночное время суток, проезжая часть не была загружена, впереди двигался автопоезд. Истец начал обгонять автопоезд. Справа по ходу движения были установлены знаки, ограничивающие скорость 70 км\ч, 50 км\ч, 20 км\ч. Знаки были выставлены с нарушением ГОСТа. Не был установлен знак о снижении скорости. Впереди было препятствие в виде мокрых опилкой, пропитанных антисептиком. Обнаружить знаки он не мог, поскольку обгонял автопоезд, загораживавший знаки. Считает, что в момент дорожно-транспортного происшествия истец действовал в соответствии с Правилами дорожного движения Российской Федерации. Он не создавал опасности и помех другим участникам дорожного движения. При завершении маневра обгона автопоезда ФИО4 не имел технической возможности предотвратить наезд на препятствие и это обстоятельство находится в прямой причинно-следственной связи с малым расстоянием между дорожными знаками 3.24 перед препятствием и отсутствием таблички 8.2.1 Правил дорожного движения РФ. Считает, что именно несоответствие расположения дорожных знаков 3.24 требованиям ГОСТа и отсутствие таблички 8.2.1 явилось причиной создания опасной дорожо-транспортной ситуации, которая и привела к ДТП. В связи чем, причиненный истцу ФИО4 материальный ущерб и моральный вред подлежат возмещению с ответчика АО «Рязаньавтодор». Непосредственно после ДТП ФИО4 и его пассажир К. обращались в отделение скорой помощи Тумской больницы Рязанской области, соответственно факт причинения вреда здоровью истца также подтвержден в судебном заседании. Кроме того, ФИО4 испытал сильный эмоциональный стресс и физическую боль, душевные переживания за здоровье близкого ему человека. Он сам проходил длительное лечение, не мог полноценно пользоваться руками при выполнении домашней работы, а также при управлении автомобилем. Длительное время испытывал боли в области травм. Также испытал стресс, поскольку в результате дорожно-транспортного происшествия был вынужден общаться с сотрудниками полиции, ранее участником дорожно-транспортного происшествия он не являлся, что безусловно причинило ему моральные и нравственные страдания. 

Представитель ответчика ФИО3, действующий по доверенности, возражал против заявленных требований. Пояснил, что истец проигнорировал выставленные знаки и продолжал движение без снижения скорости, в связи с чем именно он виновен в данном дорожно-транспортном происшествии. В процессе рассмотрения дела пояснил, что ДРСУ ликвидировано. 

Представитель третьего лица по делу, не заявляющего самостоятельные исковые требования относительно предмета спора, администрации МО Клепиковский муниципальный район, в судебное заседание не явился. Извещены надлежащим образом о дате, времени и месте рассмотрения дела. Направили в суд отзыв, в котором указали, что в соответствии с решением комиссии по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций и обеспечению пожарной безопасности при администрации муниципального образования Клепиковский муниципальный район от 06.08.2015 года № 10 «О введении режима чрезвычайной ситуации в связи с обнаружением заболевания африканской чумы свиней на территории муниципального образования Клепиковский муниципальный район» указанная ситуация была признана чрезвычайной. Распоряжением администрации МО Клепиковский муниципальный район от 06.08.2015 года № 106 был введен режим чрезвычайной ситуации на территории муниципального образования –Клепиковский муниципальный район. Распоряжением администрации МО Клепиковский муниципальный район от 07.09.2015 года № 131 режим чрезвычайной ситуации был отменен. Постановлением администрации Владимирской области от 18.09.2015 года № 921 был установлен карантин по африканской чуме свиней на территории личного подсобного хозяйства П. 

<

...>. Указанным постановлением был утвержден план мероприятий по предотвращению распространения и ликвидации очага африканской чумы свиней в Гусь-Хрустальном районе. В том числе, запланированы мероприятия по установке круглосуточного охранно-карантинного ветеринарно-полицейского поста на съезде с трассы Владимир-Рязань в п.Великодворский в направлении д.Парахино. В связи с выявлением случаев африканской чумы свиней в п.Великодворский Гусь-Хрустального района Владимирской области, распоряжением администрации МО Клепиковский муниципальный район от 18.09.2015 года № 141 органы управления, сил и средств Клепиковского муниципального района звена ТП РСЧС Рязанской области были приведены в режим повышенной готовности в связи с угрозой возникновения вируса заболевания африканской чумы свиней. Однако, сам режим чрезвычайной ситуации на территории МО Клепиковский муниципальный район после 18.09.2015 года не вводился. На 20.09.2015 года администрацией МО Клепиковский муниципальный район никаких санитарно-эпидемиологических мероприятий либо мероприятий для эпизоотического очага не проводилось (л.д.209-226 том 1, 1-17 том 2). 

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, учитывая заключение прокурора, полагавшего, что ответственность по возмещению морального вреда должен нести ответчик с учетом степени вины, суд считает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Судом установлено, что 20 сентября 2015 года в 2 часа 55 мин. на 109 км автодороги Владимир-Тума водитель ФИО4, управляя автомобилем Опель Корса, государственный регистрационный знак NN, двигавшийся со скоростью около 90 км\час при обгоне грузового автомобиля совершил наезд на препятствие в виде мокрых опилок, рассыпанных на проезжей части, не справился с управлением и совершил съезд в левый кювет по ходу движения с наездом на препятствие в виде дикорастущих растений. 

В результате ДТП автомобиль «Опель Корса» получил механические повреждения, а водитель ФИО4 и его пассажир ФИО5 получили телесные повреждения. 

В соответствии с данными справки о дорожно-транспортном происшествии 62 АА № NN в результате ДТП у автомобиля Опель Корса были повреждены передний бампер, передний фартук, передние фары, радиатор, капот, левые и правые передние крылья, задний бампер, сработала передняя подушка безопасности, левое зеркало заднего вида, правое переднее колесо, левый и правый пороги (л.д.16-17 том 1). Определением, вынесенным ИДПС ОГИБДД ОМВД России по Клепиковскому району ФИО6, от 20.09.2015 года было отказано в возбуждении дела об административном правонарушении за отсутствием состава какого-либо административного правонарушения (л.д.17, 194 том 1). 

Исходя из содержания объяснений в административном материале истца ФИО4, а также ФИО и ФИО1, ехавших на автомобиле «Рено Конгу» следом за автомобилем истца, они ехали со стороны рабочего поселка Тума в сторону г.Владимира. На расстоянии около 5 км от рабочего поселка Тума на неосвещенном участке дороги ФИО4, управлявший автомобилем «Опель Корса» стал совершать обгон попутно идущего грузового транспортного средства и сразу же после обгонного маневра впереди идущего автомобиля его занесло на рассыпанных на дороге сырых опилках, он не справился с управлением и съехал в левый кювет по ходу движения (л.д.179-181 том 1). 

В своих объяснениях в административном материале истец ФИО4 указал, что при совершении маневра обгона знаков ограничения не видел. До обгона двигался со скоростью 90 км\час. При обгоне немного успел скинуть скорость (л.д.181 том 1).

ФИО и ФИО1, допрошенные в суде в качестве свидетелей, пояснили, что ехали на автомобиле Рено Конгу за автомобилем истца. У них на автомобиле велась запись видеорегистратором. Предупреждающие дорожные знаки до начала момент обгона они не видели.

В соответствии со схемой места совершения административного правонарушения от 20.09.2015 года ширина проезжей части дороги – 6,3 м, ширина правой обочины по ходу движения автомобиля Опель Корса – 3 м и левой обочины – 3,5 м. Также указаны дорожные знаки 3.24, ограничивающие максимальную скорость движения транспортного средства (70 км\час, 50 км\час, 20 км\час), которые располагались справа по ходу движения автомобиля Опель Корса. Расстояние между знаками, ограничивающими скорость 70 км\час и 50 км\час составляло 68,4 м, между знаками 50 км\час и 20 км\час составляло 45,2 м, между знаком ограничивающим скорость до 20 км\час и рассыпанными опилками расстояние составило 54 м (л.д.192 том 1). 

В соответствии с распоряжением Министерства транспорта и автомобильных дорог Рязанской области, отраженным в письме № ЕМ\6-5237 от 18.09.2015 года, на основании письма государственной инспекции по ветеринарии Рязанской области от 18.09.2015 года № МБ\29-1926, на ОАО «Рязаньавтодор» была возложена обязанность срочно установить временные дорожные знаки 3.24 «Ограничение максимальной скорости» (70, 50, 20) на автодороге Владимир - Гусь-Хрустальный - Тума (в месте организации круглосуточного контрольно-пропускного ветеринарно-полицейского поста) (л.д.218 том 1). 

Таким образом, именно ОАО «Рязаньавтодор» в силу указанного документа являлось лицом, ответственным за расстановку на дороге предупреждающих дорожных знаков. 

Акционерное общество «Рязаньавтодор» является корпоративным юридическим лицом, непубличным акционерным обществом, учредителем которого от имени Рязанской области является Министерство имущественных и земельных отношений Рязанской области (л.д.146-164 том 1). 

В соответствии с изменениями, внесенными в Устав, зарегистрированными в Едином государственном реестре юридических лиц 28.06.2017 года, ОАО «Рязаньавтодор» было реорганизовано в непубличное акционерное общество АО «Рязаньавтодор» (л.д.168-169 том 1). 

Судом в качестве ответчика по делу было признано АО «Рязаньавтодор», изначально указанное в иске как ОАО «Рязаньавтодор».

Как пояснил в суде представитель ответчика Клепиковское дорожное ремонтно-строительное управление, являвшееся филиалом АО «Рязаньавтодор», прекратило свое действие. 

В соответствии с положениями статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическим лицом признается организация, которая имеет обособленное имущество и отвечает им по своим обязательствам, может от своего имени приобретать и осуществлять гражданские права и нести гражданские обязанности, быть истцом и ответчиком в суде.

Истец просит суд возместить ему причиненный ущерб с Клепиковского дорожного ремонтно-строительного управления филиала АО «Рязаньавтодор».

Суд полагает, что надлежащим ответчиком, а соответственно лицом, ответственным за причиненный вред, является не Клепиковское дорожное ремонтно-строительное управление, а АО «Рязаньавтодор», поскольку именно на данную организацию были возложены полномочия по установке временных дорожных знаков, указанное акционерное общество имеет статус юридического лица, то есть способно отвечать за причиненный вред, а кроме того, поскольку Клепиковское дорожное ремонтно-строительное управление прекратило свое действие. 

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред... (п. 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2).

В силу положений статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для наступления деликтной ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего в себя в совокупности наступление вреда; противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между наступившим вредом и противоправными действиями (бездействием) причинителя вреда; вину причинителя вреда (кроме случаев, когда вина не является основанием ответственности).

В силу ст. 17 Федерального закона от 08.11.2007 № 257-ФЗ «Об автомобильных дорогах и о дорожной деятельности в Российской Федерации» содержание автомобильных дорог осуществляется в соответствии с требованиями технических регламентов в целях поддержания бесперебойного движения транспортных средств по автомобильным дорогам и безопасных условий такого движения, а также обеспечения сохранности автомобильных дорог.

Согласно требованиям п. 5.4.22 ГОСТа Р 52289-2004 «Национальный стандарт Российской Федерации. Технические средства организации дорожного движения. Правила применения дорожных знаков, разметки, светофоров, дорожных ограждений и направляющих устройств", утвержденного Приказом Ростехрегулирования от 15.12.2004 N120-ст, Знак 3.24 "Ограничение максимальной скорости" применяют для запрещения движения всех транспортных средств со скоростью выше указанной на знаке при необходимости введения на участке дороги иной максимальной скорости, чем на предшествующем участке.

При ограничении скорости движения на опасных участках дороги (крутые повороты, необеспеченная видимость встречного автомобиля, сужение дороги и т.п.) зона действия знака должна соответствовать протяженности опасного участка.

Если на данном участке устанавливают максимальную скорость, отличающуюся от максимальной скорости движения на предшествующем участке на 20 км/ч и более, применяют ступенчатое ограничение скорости с шагом не более 20 км/ч путем последовательной установки знаков 3.24 на расстоянии 100 - 150 м друг от друга.

Ступенчатое ограничение скорости допускается не применять перед населенным пунктом, обозначенным знаком 5.23.1 или 5.23.2, в случае, если расстояние видимости знака более 150 м.

Знак 3.24 с табличкой 8.2.1 перед искусственной неровностью устанавливают совместно со знаком 5.20 на одной опоре. Значение скорости, указываемое на знаке, должно соответствовать конструкции неровности.

Как было указано выше, что отражено в справке о дорожно-транспортном происшествии знаки 3.24, с указанием ступенчатого ограничения скорости (70 км\ч, 50 км\ч, 20 км\ч) были установлены с нарушением ГОСТа, а именно не на расстоянии 100-150 м друг от друга, а на меньшем расстоянии: 68,4 м, 45,2 м и 54 м соответственно. 

Табличка 8.2.1 и знак 5.20 установлены не были. Однако, в указании Министерства транспорта и автомобильных дорог Рязанской области по установке временных знаков, их установка не требовалась. 

Соответственно, в действиях АО «Рязаньавтодор» по установке временных знаков, ограничивающих скорость движения перед искусственной неровностью в виде сырых опилок, обработанных дезинфицирующим раствором, имелись нарушения, поскольку расстояние между выставленными знаками не соответствовали ГОСТу, а именно были сокращены.

В соответствии с пунктами 1.3 и 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами. Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В силу п.11.1 Правил дорожного движения РФ, прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения.

На основании п.11.2 ПДД РФ, водителю запрещается выполнять обгон в случаях, если транспортное средство, движущееся впереди, производит обгон или объезд препятствия; транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево; следующее за ним транспортное средство начало обгон; по завершении обгона он не сможет, не создавая опасности для движения и помех обгоняемому транспортному средству, вернуться на ранее занимаемую полосу.

В силу п.10.3 ПДД РФ, вне населенных пунктов разрешается движение мотоциклам, легковым автомобилям и грузовым автомобилям с разрешенной максимальной массой не более 3,5 т на автомагистралях - со скоростью не более 110 км/ч, на остальных дорогах - не более 90 км/ч.

В соответствии с п.19.1 ПДД РФ, в темное время суток и в условиях недостаточной видимости независимо от освещения дороги, а также в тоннелях на движущемся транспортном средстве должны быть включены следующие световые приборы на всех механических транспортных средствах - фары дальнего или ближнего света, на велосипедах - фары или фонари, на гужевых повозках - фонари (при их наличии).

В соответствии с положениями п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Для определения обстоятельств дорожно-транспортного происшествия истец ФИО4 до обращения с иском в суд обращался в ООО «Владимир-Тест». В соответствии с заключением специалистов № 31\17-С от 30 апреля 2017 года, водитель автомобиля «Opel Corsa», государственный регистрационный знак NN ФИО4 в данной дорожно-транспортной ситуации должен был руководствоваться требованиями п.п. 1.3; 1.5 абз.1; 10.1; 11.1; 11.2 и дорожного знака 3.24 Правил дорожного движения РФ. Водитель ФИО4 не имел технической возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие и остановиться до препятствия путем применения экстренного торможения. Причиной дорожно-транспортного происшествия с технической точки зрения в данной дорожной ситуации является несоответствие в организации дорожного движения при применении дорожных знаков (л.д.50-59 том 1). 

По делу была назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой было поручено ООО «ЭКЦ Независимость». В соответствии с заключением эксперта от 11.12.2017 года, согласно приведенным расчетам, полученные значения расстояний тормозного пути автомобиля существенно ниже, расстояния между дорожными знаками, что, с технической точки зрения, в сложившихся дорожных условиях позволяло водителю путем применения рабочего торможения соблюдать требования дорожных знаков 3,24 «Ограничение максимальной скорости 70 км\ч, 50 км\ч, 20 км\ч», то есть событие дорожно-транспортного происшествия не находится в прямой причинно-следственной связи с фактом несоответствия расстояния между временными дорожными знаками, ограничивающими скоростной режим. Полученный вывод справедлив при условии, что у водителя Опель Корса ФИО4 была объективная возможность вовремя обнаружить относящиеся к нему требования Правил дорожного движения РФ в виде установленных по ходу его движения дорожных знаков 3.24 «Ограничение максимальной скорости». 

Водитель автомобиля Опель Корса в сложившейся ситуации, с технической точки зрения, должен был руководствоваться требованиями пунктов 10.1,10.3, 11.1, 11.2, 19.1 Правил дорожного движения, а также требованиями дорожных знаков 3.24 «Ограничение максимальной скорости 70, 50, 20 км\ч». В связи с тем, что в представленных материалах административного дела отсутствуют сведения о следах колес автомобиля Опель Корса, установить скорость данного автомобиля до наезда и в момент наезда на осыпь опилок не представляется возможным. В случае, если скорость автомобиля согласно объяснениям ФИО4 составляла 90 км\час, в зоне действия запрещающих знаков 3.24, то в его действиях, с технической точки зрения, усматривается несоответствие требованиям п.10.1 абз.1 Правил дорожного движения Российской Федерации. В действиях водителя автомобиля Опель Корса ФИО4 с технической точки зрения, несоответствия требованиям п.п. 11.1, 11.2 Правил дорожного движения не усматривается, так как на данном участке дороги отсутствовали условия, запрещающие обгон. Наиболее вероятной причиной рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия, при отсутствии умысла водителя, могла явиться потеря управляемости транспортным средством на покрытии с различными сцепными качествами в совокупности с действиями водителя по технике управления транспортным средством, не соответствующими сложившимся дорожным условиям. С технической точки зрения, движение автомобиля с максимально допустимой скоростью, установленной знаком 3.24 «Ограничение максимальной скорости 20 км\ч», снижало до минимума вероятность заноса и потери управляемости транспортного средства в совокупности с применением приемов управления, соответствующим сложившейся дорожной ситуации (сохранение прямолинейного движения, отсутствие тяги на ведущих колесах, отсутствие тормозного усилия и т.п.). Кроме того, как показали расчеты, водитель автомобиля располагал технической возможностью двигаться со скоростью меньшей установленного ограничения 20 км\ч при преодолении осыпи опилок. И, наоборот, движение автомобиля с избранной водителем скоростью 80-90 км\ч увеличивало вероятность заноса и потери управляемости транспортного средства, и как следствие, возникновение дорожно-транспортного происшествия, в совокупности с применением приемов управления, не соответствующим сложившейся дорожной ситуации (воздействие на рулевое управление; наличие тормозного усилия на колеса, имеющих различные сцепные свойства с покрытием; изменение тяги на ведущих колесах и т.п.). Достоверно установить причину рассматриваемого ДТП и ответить на вопрос, состоят ли действия водителя автомобиля Опель Корса ФИО4, не соответствующие требованиям п.10.1 абз.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, с технической точки зрения, в причинно-следственной связи с ДТП, в категоричной форме, не представляется возможным, ввиду наличия не поддающихся учету факторов, способствующих потери управляемости транспортного средства и наступлению вредных последствий (л.д.53-125 том 2). 

При проведении указанного экспертного исследования не учитывалась видеозапись регистратора, поскольку она на момент назначения экспертизы не была приобщена к материалам дела.

По делу была назначена комплексная судебная автотехническая и видеотехническая экспертиза, проведение которой было поручено ООО «Московский Центр экспертизы и оценки». 

В соответствии с заключением эксперта № 41 по назначенной судом комплексной судебной автотехнической и видеотехнической экспертизе, проведенной АНО «Московский центр экспертизы и оценки» 19 апреля 2018 года, определить расчетным путем скорость движения автомобиля Опель Корса, государственный регистрационный знак NN в момент начала обгона эксперту не представляется возможным. Если начало выполнения обгона водителем автомобиля Опель Корса грузового автопоезда производилось до установленного дорожного знака 3.24 (70 км\ч), то данный знак находится в поле зрения водителя ФИО4 В представленных материалах отсутствуют сведения о моменте нахождения грузового автопоезда в процессе его движения по проезжей части относительно уровня установленного дорожного знака 3.24 (70 км\час), который мог бы ограничивать обзорность в момент начала совершения его обгона автомобилем Опель Корса. При этих условиях, выбранная водителем скорость движения 90 км\ч не противоречила требованиям Правил дорожного движения. Однако, даже превышающее установленное первым по ходу движения транспортных средств дорожным знаком 3.24 (70 км\час) ограничение, движение автомобиля Опель Корса со скоростью 90 км\час, обеспечивало его водителю устойчивость и управляемость на сухом асфальтированном покрытии проезжей части и возможность постоянного контроля в процессе движения транспортных средств и эти действия не находятся в причинной связи с фактом ДТП. Водитель автомобиля Опель Корса при совершении обгона грузового автопоезда своими действиями не создавал опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения и его действия не противоречили требованиям п.11.1 и 11.2 Правил дорожного движения. Заканчивая маневр обгона автопоезда, водитель ФИО4 не имел техническую возможность снизить скорость до 20 км\час и предотвратить наезд на препятствие, это обстоятельство находится в причинной связи с малым расстоянием между дорожными знаками 3.24 перед препятствием и отсутствием таблички 8.2.1 Правил дорожного движения Российской Федерации. Несоответствие расположения дорожных знаков 3.24 (70 км\час, 50 км\час, 20 км\час) требованиям пункта 5.4.22 ГОСТ Р 52289-2004 и отсутствие таблички 8.2.1 явилось причиной создания опасной дорожно-транспортной ситуации, которая затем трансформировалась в аварийную и привела к дорожно-транспортному происшествию. В данной дорожной ситуации водитель автомобиля Опель Корса ФИО4 должен был руководствоваться требованиями п.п.1.3, 1.5, 11.1, 11.2 Правил дорожного движения. Действии водителя ФИО4 не противоречили требованиям указанных пунктов Правил дорожного движения. Также он должен был руководствоваться п.10.1 ч.1 Правил дорожного движения, дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости». При условии начала совершения обгона автомобилем Опель Корса грузового автопоезда до установки дорожного знака 3.24 «Ограничения максимальной скорости» (70 км\час), действия водителя автомобиля Опель Корса ФИО4 не противоречили требованиям указанных пунктов Правил дорожного движения. При условии начала совершения обгона автомобилем Опель Корса грузового автопоезда после установки дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости» (70 км\час), действия водителя автомобиля Опель Корса ФИО4 не соответствовали требованиям указанного пункта Правил дорожного движения. Также ФИО4 должен был руководствоваться п.10.1 ч.2 Правил дорожного движения. В связи с тем, что с момента возникновения опасности для движения водитель автомобиля Опель Корса, государственный регистрационный знак NN ФИО4 не имел техническую возможность предотвратить наезд на препятствие, его действия не противоречили требованиям указанного пункта Правил дорожного движения РФ. В создавшейся дорожной ситуации с технической точки зрения однозначно выявить причины дорожно-транспортного происшествия и ответить на вопрос о том, что послужило причиной дорожно-транспортного происшествия с технической точки зрения, эксперту не представляется возможным в виду имеющихся многочисленных обстоятельств, а также наличия как объективных так и субъективных факторов, которые могли привести к заносу автомобиля Опель Корса (л.д.200-222 том 2). 

Соответственно, эксперт, в том числе и с учетом записи видеорегистратора, не смог определить находился ли в пределах видимости истца до начала обгона им грузового автомобиля знак, предупреждающий о временном ограничении скорости до 70 км\час. 

Суд приходит к выводу, что в действиях водителя ФИО4 и АО «Рязаньавтодор» имеется обоюдная вина, которая и привела к возникшему дорожно-транспортному происшествию. Вина ФИО4 заключается в том, что он, выполняя маневр обгона грузового автомобиля, на прямом, ровном участке дороге, в темное время суток, выбрал неверный скоростной режим, в связи с чем не успел заметить выставленный знак ограничения скорости и имевшуюся на пути преграду. При этом движение со скоростью, не превышающей установленного ограничения при обычных условиях, то есть в данном случае 90 км\час, не освобождает водителя от предусмотренной п.10.1 ПДД РФ обязанности выбрать скорость движения с учетом дорожных условий, обеспечивающую возможность постоянного контроля за движением транспортного средства. 

Однако, степень вины истца и ответчика является различной. Суд определяет степень вины АО «Рязаньавтодор» по установке временных дорожных знаков ограничивающих скорость движения с нарушением требований ГОСТа равной 20 %. Соответственно, вина самого водителя ФИО4 в случившемся дорожно-транспортном происшествии составляет 80 %. 

С целью определения размера причиненного вреда автомобилю, истец обращался к ИП ФИО7 до обращения с иском в суд. В соответствии с заключением специалиста ИП ФИО7 № 260-10\16 от 03.10.2016 года, стоимость восстановительного ремонта автомобиля ««Opel Corsa», государственный регистрационный знак NN по состоянию на 20 сентября 2015 года составляет без учета износа заменяемых запасных частей 522044 руб., с учетом износа заменяемых запасных частей – 285670 рублей (л.д.23-48 том 1).

В соответствии с заключением эксперта ООО «Экспертно-консультационный центр «Независимость», в рамках проведенной судебной автотехнической экспертизы, рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца Опель Корса, государственный регистрационный знак NN, на дату дорожно-транспортного происшествия 20 сентября 2015 года составляет с учетом эксплуатационного износа транспортного средства 420607 рублей, без учета эксплуатационного износа транспортного средства – 769485 рублей. Рыночная стоимость автомобиля истца на дату дорожно-транспортного происшествия 20 сентября 2015 года составляет 296 000 рублей. Рыночная стоимость годных остатков автомобиля истца на дату дорожно-транспортного происшествия могла составлять 94 000 рублей (л.д.53-125 том 2).

У суда отсутствуют основания для сомнения в объективности указанного экспертного заключения, поскольку оно является полным, обоснованным, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. 

Поскольку стоимость восстановительного ремонта выше рыночной стоимости автомобиля, определенной в результате экспертного исследования, усматривается полное уничтожение автомобиля Опель Корса, государственный регистрационный знак NN в результате ДТП 20.09.2015 года. Таким образом, реальный ущерб, причиненный истцу в результате повреждения автомобиля, с учетом данных экспертизы составляет 202 000 рублей (рыночная стоимость автомобиля в размере 296 000 рублей за вычетом годных остатков в размере 94 000 рублей). Указанная сумма заявлена представителем истца в последнем уточнении в качестве размера возмещения ущерба, причиненного истцу в результате повреждения автомобиля. 

С учетом того, что судом установлен размер вины АО «Рязаньавтодор» в размере 20 %, взысканию в пользу истца в качестве возмещения причиненного материального ущерба, в связи с гибелью автомобиля, подлежит 40 400 рублей. 

Поскольку автомобиль после дорожно-транспортного происшествия был не на ходу, между ИП Тризна И.А. и ФИО4 был заключен договор на оказание услуг эвакуации автомобиля марки «Opel Corsa», государственный регистрационный знак NN из р.п. Тума Клепиковского района Рязанской области в г.Собинка Владимирской области. Дата заключения договора указана как 10 августа 2015 года. За услуги эвакуации ФИО4 было оплачено ИП Тризна И.А. за доставку транспортного средства Opel Corsa № NN 12500 рублей, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № 68 от 20.09.2015 года (л.д.15, 18-19 том 1). 

Суд полагает, что указание даты заключения договора 10 августа 2015 года, то есть до случившегося дорожно-транспортного происшествия, является опиской, допущенной при составлении договора, поскольку квитанция об оплате выдана в день совершения дорожно-транспортного происшествия, а следовательно в день эвакуации автомобиля. Также факт описки подтверждается составлением акта выполненных работ по эвакуации именно 20 сентября 2015 года (л.д.19 том 1). 

Расходы, понесенные на эвакуацию автомобиля, являются убытками, понесенными истцом ФИО4 в результате дорожно-транспортного происшествия, а следовательно подлежат возмещению истцу с причинителя вреда, то есть с АО «Рязаньавтодор», пропорционально размеру вины, то есть в размере 20 % от суммы 12500 рублей, что составляет 2500 рублей. 

В силу положений абзаца 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно абз. 1 и 2 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Пункт 2 ст. 1101 ГК РФ устанавливает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Таким образом, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от конкретных обстоятельств дела.

В силу п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК Российской Федерации). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В результате дорожно-транспортного происшествия здоровью ФИО4 был причинен вред. Исходя из карты вызова скорой и неотложной медицинской помощи № 1053 от 20.09.2015 года следует, что он жаловался на 

<

...>. В соответствии со справкой № 9 от 22.05.2017 года, выданной ГБУ Рязанской области «Клепиковская центральная районная больница» ФИО8 на основании записи в журнале амбулаторном за № 1053, ФИО4 обращался в отделение скорой медицинской помощи Тумской больницы 20 сентября 2015 года и ему был поставлен под вопросом диагноз «

<

...>», 

<

...> (л.д.20-21 том 1). 

Безусловно, в результате дорожно-транспортного происшествия истец ФИО4 испытал сильный эмоциональный стресс и физическую боль, душевные переживания, связанные со здоровьем близкого ему человека, пассажира его автомобиля ФИО5 Однако, доказательств подтверждающих обращение за медицинской помощью после дорожно-транспортного происшествия по месту жительства, подтверждающих сам по себе факт лечения и длительность лечения, а также установленный диагноз, истец суду не представил. Причиненный истцу моральный вред суд оценивает в размере 7000 рублей. 

В соответствии со статьями 88, 94 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в частности расходы на оплату услуг представителей и другие признанные судом необходимыми расходы, суммы, подлежащие выплате экспертам и специалистам. 

Вопрос о взыскании судебных расходов рассматривается судом по правилам главы 7 ГПК РФ. При условии, если вопрос о судебных расходах не был разрешен при вынесении окончательного судебного акта, то он разрешается тем же судьей по заявлению заинтересованного лица. 

В соответствии с п.1 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации № 1 от 21 января 2016 года «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу. 

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

На основании положений статьи 48 ГПК РФ граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. В силу положений статьи 53 ГПК РФ, полномочия представителя должны быть выражены в доверенности, выданной и оформленной в соответствии с законом.

При рассмотрении дела интересы истца представлял ФИО2, действовавший на основании доверенности № 33 АА NN, выданной на его имя 18.05.2017 года (л.д. 13 том 1). 

Между ФИО4 и ИП ФИО2 26 мая 2017 года был заключен договор на оказание юридических услуг № 160\2017, по условиям которого ФИО2 взял на себя обязательство по оказанию юридических услуг, а именно юридического заключения, подготовки и правового сопровождения различных документов по вопросам, связанным с возмещением материального вреда, вреда здоровью, возмещению морального вреда, полученного в результате дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 20.09.2015 года на 109 км автодороги Владимир-Тума Клепиковского района Рязанской области. Стоимость работ на основании протокола согласований стоимости, объемов работ и сроков их выполнения, составила 20 000 рублей (л.д.114-117 том 1). 

За юридические услуги ФИО4 было оплачено ФИО2 20 000 рублей, что подтверждается квитанцией серия АБ № 071703 от 26 мая 2017 года (л.д.14 том 1). 

Работа представителя заключалась в составлении искового заявления, подготовке ходатайств об уточнении исковых требований, а также о назначении судебной экспертизы, в участии в судебных заседаниях 2 августа 2017 года, 21 августа 2017 года, 11 сентября 2017 года, 25 января 2018 года, 14 февраля 2018 года, 27 марта 2018 года и в настоящем судебном заседании.

Суд находит заявленный размер расходов объективно понесенным и подтвержденным в суде, однако считает его завышенным. 

Учитывая указанные положения закона в их совокупности, в том числе и учитывая частичное удовлетворение иска, суд находит разумным возмещение расходов на оплату услуг представителя в размере 15 000 руб.

Как уже было указано, интересы истца ФИО4 в суде представлял ФИО2, действовавший на основании нотариально удостоверенной доверенности от 18.05.2017 года со сроком действия три года (л.д.13 том 1). За оформление доверенности была оплачена государственная пошлина в размере 200 рублей и оплачено за оказание услуг правового и технического характера 1800 рублей, что следует из текста доверенности. 

В первоначально заявленных требованиях истец просил суд взыскать с ответчика расходы на оформление нотариальной доверенности на право представления интересов в суде в размере 2000 рублей (л.д.11 том 1). 

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации № 1 от 21.01.2016 года «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оформление доверенности представителя могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Из содержания доверенности следует, что указанная доверенность выдана не только на участие в данном конкретном деле, а соответственно расходы на ее оформление возмещению не подлежат.

Для определения обстоятельств дорожно-транспортного происшествия ФИО4 обращался в ООО «Владимир-Тест» (л.д.50-59 том 1). По условиям договора на информационно-консультационное обслуживание № 34\ИКО от 20 апреля 2017 года стоимость работ составила 20 000 рублей (л.д.127-128 том 1). За проведенное исследование ФИО4 в ООО «Владимир Тест» было оплачено 20 000 рублей, что подтверждается квитанцией от 16 мая 2017 года (л.д.124-124а том 1). 

С целью определения размера причиненного вреда истец ФИО4 обращался к ИП ФИО7, которым было составлено заключение по определению размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства (л.д.23-48 том 1). Стоимость заключения специалиста составила 8 000 рублей, что подтверждается квитанцией № 016260 серия БТ от 03.10.2016 года (л.д. 49 том 1).

В соответствии с п. 2 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. Например, расходы на проведение досудебного исследования состояния имущества, на основании которого впоследствии определена цена предъявленного в суд иска, его подсудность. 

Поскольку перечисленные расходы в размере 20 000 рублей и 8 000 рублей за досудебные заключения специалистов были понесены истцом ФИО4, что подтверждено подлинными квитанциями в материалах дела, были вызваны необходимостью обращения с иском в суд, то есть для обоснования исковых требований и установления суммы иска, а также учитывая вышеуказанные разъяснения закона, суд полагает необходимым взыскать с АО «Рязаньавтодор» в пользу ФИО4 пропорционально размеру удовлетворенных требований расходы, понесенные на оплату заключений специалистов в размере 1600 рублей и 4000 рублей. 

При рассмотрении дела определением суда от 27 марта 2018 года была назначена судебная комплексная автотехническая и видеотехническая экспертиза, проведение которой было поручено ООО «Московский Центр экспертизы и оценки». Оплата экспертизы была возложена на ФИО4 В соответствии с выставленным к оплате счетом № 15 от 5 апреля 2018 года стоимость экспертизы составила 50 000 рублей. Стоимость экспертизы в размере 50 000 рублей была оплачена истцом ФИО4, что подтверждается кассовым чеком от 11.04.2018 года. 

В связи с частичным удовлетворением иска, с ответчика в пользу истца подлежат возмещению расходы, понесенные на оплату проведенной экспертизы, пропорционально удовлетворенной части иска в размере 10 000 рублей. 

Эксперт ФИО9, проводивший судебную экспертизу, порученную ООО «ЭКЦ «Независимость» вызывался в судебное заседание по инициативе представителя истца ФИО4 За выезд в судебное заседание им было заявлено ходатайство о возмещении расходов в размере 13100 рублей (л.д.161 том 2).

Поскольку участие эксперта в судебном заседании было необходимо для правильного рассмотрения иска, было вызвано ходатайством стороны по делу, с учетом частичного удовлетворения исковых требований, суд полагает необходимым взыскать с ФИО4 в пользу ООО «ЭКЦ «Независимость» за выезд эксперта в судебное заседание 10480 рублей, с АО «Рязаньавтодор» подлежит возмещению в экспертное учреждение 2620 рублей. 

При обращении с иском в суд истец оплатил государственную пошлину в размере 6341 руб. 70 коп. В связи с увеличением суммы иска истец дополнительно оплатил государственную пошлину в размере 3200 рублей (л.д. 5, 125 том 1).

С учетом положений п.п. 1 и 3 п. 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, поскольку взыскание компенсации морального вреда носит неимущественный характер, с ответчика в пользу истца подлежит возмещению государственная пошлина в размере 300 рублей, за удовлетворенные требования имущественного характера подлежит возмещению государственная пошлина в размере 1487 рублей.

На основании изложенного, и руководствуясь ст. ст.194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО4 к АО «Рязаньавтодор» о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с АО «Рязаньавтодор» в пользу ФИО4 в возмещение материального ущерба 40400 рублей, в возмещение расходов по оплате эвакуатора 2500 рублей, компенсацию морального вреда в размере 7000 рублей.

В остальной части оставить исковые требования без удовлетворения.

Взыскать с АО «Рязаньавтодор» в пользу ФИО4 в возмещение расходов на оплату услуг представителя 15000 рублей, в возмещение расходов на досудебное заключение специалистов 1600 рублей и 4000 рублей, в возмещение расходов за проведенную судебную экспертизу 10 000 рублей, в возмещение расходов по оплате государственной пошлины 300 рублей и 1487 рублей. 

Взыскать с АО «Рязаньавтодор» в пользу ООО Экспертно-консультационный центр «Независимость» за выезд эксперта в судебное заседание 2620 рублей.

Взыскать с ФИО4 в пользу ООО Экспертно-консультационный центр «Независимость» за выезд эксперта в судебное заседание 10480 рублей 

Решение может быть обжаловано во Владимирский областной суд через Собинский городской суд в течение месяца с даты изготовления мотивированного решения суда.

Судья: /подпись/ Кондратьева И.В.