Мотивированное 

решение

 изготовлено 19.02.2024.

УИД 66RS0002-02-2023-001353-69

Дело № 2-42/2024

РЕШЕНИЕ 

именем Российской Федерации

12 февраля 2024 года г. Екатеринбург

Железнодорожный районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Цициковской Е.А.,

при секретаре Мотовиловой Ю.П.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

представителя ответчиков ФИО3,

третьего лица ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО5, ФИО6 о возложении обязанности, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО5, ФИО6 о возложении обязанности, взыскании компенсации морального вреда. 

В обоснование требований указала, что владеет на праве собственности земельным участком и расположенным на нем домом по адресу: ***, где постоянно проживает с членами своей семьи. В соседнем доме по адресу: ***, проживают ответчики ФИО5, ФИО6 На углу жилого дома, расположенного на участке ответчиков, а так же фонарных столбах, расположенных в непосредственной близи от участков истца и ответчиков, последними установлены видеокамеры, которые направлены на участок истца, охватывают своим действием съемку большей части территории, принадлежащей истцу. Истец считает, что своими действиями ответчики производят по сбор, обработку и хранению информации о частной жизни истца, что является незаконным, нарушающим права и законные интересы истца и членов ее семьи. Неправомерными действиями ответчиков истцу причинен моральный вред, который истец оценивает в размере 150000 руб. На основании изложенного, истец просила возложить на ответчиков обязанность демонтировать видеокамеры, установленные на столбах со стороны улицы, развернуть камеру, установленную на доме ответчиков, таким образом, чтобы участок и дом истца не попадал в угол ее обзора, взыскать с ответчиков в пользу истцов компенсацию морального вреда в размере 150000 руб. 

Истец, представитель истца, действующий по устному ходатайству, в судебном заседании требования искового заявления поддержали в полном объеме.

Представитель ответчиков, действующий на основании доверенности в судебном заседании возражал против удовлетворения иска, представил письменный отзыв, в котором возражал против удовлетворения требований иска, указав, что в настоящее время ответчики являются ненадлежащими, поскольку *** зарегистрирован переход права собственности на спорный объект недвижимости, где расположены видеокамеры, собственниками земельного участка, дома и всех принадлежащих к ним объектов ответчики в настоящее время не являются.

Третье лицо ФИО4 в судебном заседании пояснил, что в настоящее время собственниками дома и земельного участка по адресу: *** являются он, его жена и несовершеннолетние дети, ранее установленные на столбах и доме видеокамеры в настоящее время демонтированы, блок памяти, видеомониторы от камер были вывезены ответчиками после продажи дома.

Третье лицо ФИО7 в судебное заседание не явилась, представила письменные возражения, в которых указала на аналогичные обстоятельства.

Иные третьи лица в судебное заседание не явились, ходатайств об отложении и возражений не представили.

Суд, с учетом мнения сторон, в соответствии с положением ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, полагает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав участников судебного заседания, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

В силу части 1 статьи 23, части 1 статьи 24 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени. Сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (абзац первый статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В судебном заседании установлено, что истец ФИО1 является собственником 4/5 доли в праве общей долевой собственности на дом и земельный участок, расположенные по адресу: *** (л.д. 12-13).

В период с 01.08.2016 по 11.09.2023 собственниками на праве общей совместной собственности на смежный земельный участок и жилой дом, расположенный на нем, по адресу: ***, являлись ответчики ФИО5, ФИО6 (л.д. 70-75).

На основании договора купли-продажи от ***, право собственности зарегистрировано в установленном законом порядке ***, собственниками вышеуказанного дома и земельного участка являются ФИО4, ФИО7, несовершеннолетние 

<

...>. (л.д. 159-169).

Как следует из представленных суду фотоматериалов, договора *** от 19.06.2019 на установку системы видеонаблюдения, не оспаривалось ответчиками, в период их владения земельным участком, смежным с земельным участком истца, ими установлены три видеокамеры: одна на углу дома и две на столбах электроснабжения (л.д. 7-11, 40-43).

Истец в обоснование своих доводов ссылалась на то, что все три видеокамеры имеют угол обзора, захватывающий территорию участка истца, в связи с чем у ответчиков имеется возможность осуществлять сбор, обработку и хранение информации о частной жизни истца и членов ее семьи.

По ходатайству стороны истца судом назначена и проведена судебная техническая экспертиза, проведение которой поручено эксперту ФИО8 ООО «Мичкова групп».

Согласно выводам заключения эксперта № 188 (Э)/2023 от 20.11.2023, вблизи земельного участка ФИО1, расположенного по адресу: *** имеются три видеокамеры, принадлежащие ФИО5, ФИО6, на 17.07.2023 камеры являлись работоспособными, как следует из акта об их обслуживании, расположение видеокамер позволяет обеспечить поле зрения на всей длин земельного участка около 27 м, с возможностью идентификации знакомого человека, с возможностью фиксации действий на земельном участке ФИО1, частично с хорошим изображением (л.д. 174-204).

Оснований сомневаться в достоверности выводов экспертного заключения, суд не усматривает, поскольку заключение отвечает требованиям ч. 2 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса РФ, является ясным, полным, объективным, определенным, не имеющим противоречий, содержит подробное описание проведенных исследований, сделанные в результате их выводы и ответы на поставленные судом вопросы, исследование произведено на основании непосредственного осмотра земельных участков, а также установленных видеокамер, эксперт имеет соответствующее образование и квалификацию, был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения и не заинтересован в исходе дела, сторонами заключение не оспорено. 

Согласно ч. 1 ст. 3 Федерального закона от 27 июля 2006 г. N 152-ФЗ "О персональных данных" (далее - Закон о персональных данных) персональные данные - любая информация, относящаяся прямо или косвенно к определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных).

Согласно ст. 2 Закона о персональных данных его целью является обеспечение защиты прав и свобод человека и гражданина при обработке его персональных данных, в том числе защиты прав на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну.

Под обработкой персональных данных понимается любое действие (операция) или совокупность действий (операций), совершаемых с использованием средств автоматизации или без использования таких средств с персональными данными, включая сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, передачу (распространение, предоставление, доступ), обезличивание, блокирование, удаление, уничтожение персональных данных (п. 3 ст. 3 Закона о персональных данных).

В силу ч. 1 ст. 11 Закона о персональных данных сведения, которые характеризуют физиологические и биологические особенности человека, на основании которых можно установить его личность (биометрические персональные данные) и которые используются оператором для установления личности субъекта персональных данных, могут обрабатываться только при наличии согласия в письменной форме субъекта персональных данных, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 настоящей статьи (в связи с реализацией международных договоров Российской Федерации о реадмиссии, в связи с осуществлением правосудия и исполнением судебных актов, в связи с проведением обязательной государственной дактилоскопической регистрации, а также в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации об обороне, о безопасности, о противодействии терроризму, о транспортной безопасности, о противодействии коррупции, об оперативно-разыскной деятельности, о государственной службе, уголовно-исполнительным законодательством Российской Федерации, законодательством Российской Федерации о порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию, о гражданстве Российской Федерации, законодательством Российской Федерации о нотариате).

Согласно ч. 1 ст. 152.1 ГК РФ обнародование и дальнейшее использование изображения гражданина (в том числе его фотографии, а также видеозаписи или произведения изобразительного искусства, в которых он изображен) допускаются только с согласия этого гражданина. После смерти гражданина его изображение может использоваться только с согласия детей и пережившего супруга, а при их отсутствии - с согласия родителей. Такое согласие не требуется в случаях, когда: 1) использование изображения осуществляется в государственных, общественных или иных публичных интересах; 2) изображение гражданина получено при съемке, которая проводится в местах, открытых для свободного посещения, или на публичных мероприятиях (собраниях, съездах, конференциях, концертах, представлениях, спортивных соревнованиях и подобных мероприятиях), за исключением случаев, когда такое изображение является основным объектом использования; 3) гражданин позировал за плату.

Согласно ч. 1 ст. 152.2 ГК РФ если иное прямо не предусмотрено законом, не допускаются без согласия гражданина сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни, в частности сведений о его происхождении, о месте его пребывания или жительства, о личной и семейной жизни.

Не являются нарушением правил, установленных абзацем первым настоящего пункта, сбор, хранение, распространение и использование информации о частной жизни гражданина в государственных, общественных или иных публичных интересах, а также в случаях, если информация о частной жизни гражданина ранее стала общедоступной либо была раскрыта самим гражданином или по его воле.

Как указано выше и не оспаривалось ответчиками, ими без согласия истца были установлены три камеры наружного видеонаблюдения, позволяющие с учетом широкого угла их обзора и иных технических характеристик не только фиксировать часть домовладения ответчиков, но и истца, а также перемещение любых лиц по земельному участку при вышеуказанном домовладении, в частности, ФИО1, с возможности точной идентифицировать данных лиц с расстояния 3,6 м. Что подтверждено выводами судебной технической экспертизы.

Возможность дальнейшего использования видеозаписей с данных камер стороной ответчиков не опровергнута, доказательств того, что записи с камер видеонаблюдения уничтожены, либо не использовались ранее. 

Таким образом, вопреки вышеприведенным требованиям закона, камеры, установленные ответчиками, фиксирующие, в том числе частную территорию истца и пребывание на ней собственника и членов его семьи, позволяли ответчику собирать сведения об истце и членах его семьи, нарушая неприкосновенность частной жизни истца.

Доводы стороны ответчиков о том, что камеры видеонаблюдения не использовались для наблюдения за истцом, по мнению суда, не свидетельствуют об отсутствии указанных выше нарушений прав истца действиями ответчиков, установивших данные камеры, поскольку доказательств отсутствия приватности на всей охватываемой камерами территории ответчиками не представлено, а отсутствие согласия истца на обработку его персональных данных при осуществлении видеонаблюдения ответчиками является бесспорным нарушением законных прав истца.

Вместе с тем, требования истца о возложении на ответчиков обязанности устранить допущенные нарушения ее личных неимущественных прав путем возложения обязанности демонтировать камеры и зафиксировать угол обзора не могут быть удовлетворены, поскольку из представленных суду фотоматериалов и пояснений третьих лиц следует, что спорные видеокамеры в настоящее время демонтированы, данное обстоятельство истцом не оспорено. Кроме того, судом учитывается, что с 11.09.2023 ответчики не являются собственниками смежного с истцом земельного участка и жилого дома, таким образом не являются надлежащими ответчиками в отношении указанного требования.

Разрешая требования о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (п. 1 ст. 151 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст. ст. 1064 - 1101) ГК РФ и ст. 151 ГК РФ.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (п. 2 ст. 151 ГК РФ).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

Как следует из материалов дела и установлено судом, стороной ответчика установкой системы видеонаблюдения нарушались личные неимущественные права истца, а именно право на неприкосновенность частной жизни.

Указанное нарушение имело место быть с 19.06.2019, когда спорные камеры были установлены на домовладение, по 11.09.2023, то есть, в течение более четырех лет. Просьба демонтировать камеры в добровольном порядке ответчиками удовлетворена не была, даже после обращения истца за судебной защитой.

При таких обстоятельствах с учетом степени и характера нравственных страданий истца, степени вины ответчиков, принципов разумности и справедливости суд полагает, что с ответчиков солидарно в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 10000 руб., при этом судом учитывается, что каких-либо тяжких неблагоприятных последствий для истца не наступило.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса.

Согласно ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

При обращении в суд с данным иском истцом уплачена государственная пошлина в размере 900 рублей за три требования неимущественного характера.

Поскольку требования истца нашли свое подтверждение в судебном заседании частично, с ответчиков подлежат взысканию в пользу истца солидарно расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к ФИО5, ФИО6 о возложении обязанности, взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО5, ФИО6 солидарно в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 10 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 рублей.

В остальной части требований – отказать.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, с подачей апелляционной жалобы через Железнодорожный районный суд города Екатеринбурга.

Судья Е.А. Цициковская