дело № 3а-454/2017 

ВОЛГОГРАДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Волгоград 6 июня 2017 года 

Волгоградский областной суд в составе

председательствующего Ждановой С.В.,

с участием представителя 

административного истца Кочерьяна Г.Н., 

представителей административного 

ответчика - Министерства финансов 

Российской Федерации в лице 

Управления Федерального казначейства 

по Волгоградской области ФИО1 и ФИО2,

представителя административного 

ответчика МВД России и заинтересованного

лица - Главного управления МВД РФ 

по Волгоградской области ФИО3, 

представителей заинтересованных лиц:

Управления МВД России 

по городу Волгограду ФИО4,

прокуратуры Волгоградской области Фоменко А.А.,

при секретаре Дробковой Е.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО5 о присуждении компенсации за нарушение права на досудебное производство по уголовному делу в разумный срок, 

установил:

ФИО5 обратился в суд с административным исковым заявлением о присуждении компенсации за нарушение права на досудебное производство по уголовному делу в разумный срок в размере 500 000 рублей.

В обоснование заявленных требований указал на то, что 29 августа 2012 года он обратился в ОП-3 УМВД России по г.Волгограду с заявлением о привлечении к уголовной ответственности Т.Д.С., который в период с февраля 2011 года по 2012 год путём обмана завладел принадлежащим ему имуществом на сумму 

<

.......> рублей. 7 сентября 2012 года старшим следователем СО ОП № 3 СУ Управления МВД России по г.Волгограду возбуждено уголовное дело № 

<

...> по признакам преступления, предусмотренного частью 2 статьи 159 УК РФ. Подозреваемым по данному делу был признан Т.Д.С. Однако до настоящего времени дело не расследовано. Предварительное следствие по делу многократно приостанавливалось. Общая продолжительность досудебного производства по уголовному делу со дня подачи заявления о преступлении до настоящего времени составила 4 года 8 месяцев. Административный истец полагает, что на длительность досудебного производства по уголовному делу повлияли действия органов предварительного расследования, которые, по его мнению, эффективными не являлись.

Административный истец в судебное заседание не явился, направил в суд ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

Представитель административного истца адвокат Кочерьян Г.Н. исковые требования поддержал в полном объёме. Также пояснил, что в результате столь длительного расследования дела у ФИО5 возникло чувство разочарования в правовой системе.

Интересы Российской Федерации в Волгоградском областном суде в соответствии с частью 9 статьи 3 Федерального закона от 30 апреля 2010 года № 68-ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» (далее - Закон о компенсации) представляют Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Волгоградской области и главный распорядитель средств федерального бюджета.

В судебном заседании представитель административного ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице УФК по Волгоградской области ФИО1 просила в удовлетворении иска отказать в связи с отсутствием у истца права на обращение в суд с настоящим заявлением. Указала, что в срок, за который истец считает необходимым получить компенсацию, не включается период до 25 июня 2013 года, так как до этой даты право на подачу заявления у истца отсутствовало. Также в срок судопроизводства по делу не засчитываются периоды, когда дело было приостановлено на основании пункта 1 части 1 статьи 208 УПК РФ. Таким образом, за вычетом указанных периодов, общий срок судопроизводства по делу составляет 20 месяцев 29 дней. Следовательно, право ФИО5 на судопроизводство в разумный срок не нарушено. Кроме того, указала на то, что поведение самого истца, который оформлял сделку купли - продажи ненадлежащим образом, лишило органы следствия возможности собрать необходимую доказательственную базу для установления истины по делу, что повлияло на ход расследования.

Представитель этого же органа ФИО2 поддержала доводы ФИО1

Представитель МВД России и ГУ МВД России по Волгоградской области ФИО3 против удовлетворения заявленных требований возражала по доводам, изложенным в письменном виде, полагая их необоснованными, пояснила, что нарушения права потерпевшего ФИО5 на досудебное производство по уголовному делу в разумный срок допущено не было. Все необходимые следственные действия со стороны сотрудников правоохранительных органов были выполнены в полном объеме. Кроме того, указала, что истцом не представлены доказательства причинения ему неимущественного вреда и не обоснован размер требуемой компенсации. Также, по мнению ФИО3, действия самого потерпевшего являлись неэффективными, поскольку он не предпринимал меры для расследования уголовного дела: не заявлял ходатайства о допросе каких-либо лиц, не знакомился с материалами дела, не обращался с заявлением об ускорении рассмотрения дела. 

Представитель УМВД России по г.Волгограду ФИО4 также возражала против удовлетворения заявленных требований по основаниям их необоснованности, поскольку продолжительность по уголовному делу не содержит признаков нарушения разумного срока, предусмотренного пунктом 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Кроме того, обратила внимание на несвоевременное обращение ФИО5 с заявлением о преступлении, ввиду чего у органа предварительного расследования не было возможности достаточной фиксации преступления. 

Представитель прокуратуры Волгоградской области Фоменко А.А. просила в удовлетворении административного искового заявления отказать.

Изучив материалы административного дела, обозрев материалы уголовного дела № № 

<

...>, возбужденного по заявлению ФИО5 в отношении неизвестного лица по признакам состава преступления, предусмотренного частью 2 статьи 159 УК РФ, материалы надзорного производства № 

<

...> по жалобам ФИО5 и адвоката Кочерьяна Г.Н., выслушав объяснения явившихся лиц, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении административного искового заявления ФИО5 по следующим основаниям.

Конвенцией о защите прав человека и основных свобод (заключена 4 ноября 1950 года в г. Риме) закреплено право каждого на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона (п. 1 ст. 6).

Согласно части 2 статьи 1 Закона о компенсации компенсация за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок присуждается в случае, если такое нарушение имело место по причинам, не зависящим от лица, обратившегося с заявлением о присуждении компенсации, за исключением чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств (непреодолимой силы). При этом нарушение установленных законодательством Российской Федерации сроков рассмотрения дела или исполнения судебного акта само по себе не означает нарушения права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок.

В соответствии со статьёй 6.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации уголовное судопроизводство осуществляется в разумный срок; уголовное судопроизводство осуществляется в сроки, установленные данным Кодексом, продление этих сроков допустимо в случаях и в порядке, которые предусмотрены названным Кодексом, но уголовное преследование, назначение наказания и прекращение уголовного преследования должны осуществляться в разумный срок; при определении разумного срока уголовного судопроизводства, который включает в себя период с момента начала осуществления уголовного преследования до момента прекращения уголовного преследования или вынесения обвинительного приговора, учитываются такие обстоятельства, как правовая и фактическая сложность уголовного дела, поведение участников уголовного судопроизводства, достаточность и эффективность действий суда, прокурора, руководителя следственного органа, следователя, начальника подразделения дознания, органа дознания, дознавателя, производимых в целях своевременного осуществления уголовного преследования или рассмотрения уголовного дела, и общая продолжительность уголовного судопроизводства (ч. ч. 1 - 3).

Как следует из материалов уголовного дела № 

<

...>, находившегося в производстве СО ОП-3 УМВД РФ по г.Волгограду, на основании поданного 29 августа 2012 года заявления ФИО5, 7 сентября 2012 года возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 2 статьи 159 УК РФ. 

17 октября 2012 года ФИО5 признан потерпевшим и в этот же день он был допрошен.

Как следует из заявления ФИО5 о совершении в отношении него преступления, он указал лицо, которое совершило преступление, его фамилию и инициалы. 

Из материалов уголовного дела следует, что постановлением следователя предварительное следствие многократно (14 раз) приостанавливалось по мотиву истечения срока предварительного следствия по делу и выполнения следственных действий, производство которых возможно в отсутствие подозреваемого (обвиняемого) - 7 ноября, 23 декабря 2012 года, 15 февраля, 16 ноября 2013 года, 11 апреля, 1 августа, 6 сентября, 6 декабря 2014 года, 3 сентября, 21 октября 2015 года, 20 февраля, 3 декабря 2016 года, 12 января, 23 апреля 2017 года. 

23 ноября 2012 года руководителем следственного органа - начальником СО ОП № 3 СУ УМВД России по г.Волгограду было отменено постановление следователя от 7 ноября 2012 года о приостановлении уголовного дела в отношении неустановленного лица вследствие необоснованности данного решения, поскольку оно было принято преждевременно, без полного, всестороннего и объективного исследования обстоятельств произошедшего. 

Начальником СО ОП-3 Управления МВД России по г.Волгограду 15 января 2012 года было отменено постановление следователя о приостановлении уголовного дела от 23 декабря 2012 года, ввиду того, что Т.Д.С. был доставлен в ОП-3 УМВД России по г.Волгограду, в связи с чем основания приостановления предварительного следствия пропали.

15 октября 2013 года заместителем начальника СУ Управления МВД России по г.Волгограду было отменено постановление следователя о приостановлении уголовного дела от 15 февраля 2013 года, в связи с тем, что решение о приостановлении производства по делу принято преждевременно.

27 февраля 2014 года начальником Следственного управления Управления МВД России по г.Волгограду было отменено постановление следователя о приостановлении уголовного дела от 16 ноября 2013 года, в связи с тем, что по делу необходимо выполнить следственные действия, направленные на установление истины по уголовному делу.

1 июля, 6 августа 2014 года, 21 сентября 2015 года, 20 января, 21 июня, 12 декабря 2016 года руководителем следственного органа - начальника СО-3 СУ Управления МВД по г.Волгограду отменены постановления следователя о приостановлении уголовного дела от 11 апреля, 1 августа 2014 года, 3 сентября, 21 октября 2015 года, 20 февраля, 3 декабря 2016 года, поскольку решение о приостановлении предварительного следствия принято преждевременно, без полного и всестороннего, объективного исследования обстоятельств произошедшего, при этом указано на необходимость совершения следователем конкретных следственных действий.

6 октября 2014 года, 29 апреля 2015 года и 26 января 2017 года заместителем, а затем и.о.прокурора Дзержинского района г.Волгограда отменены постановления следователя о приостановлении уголовного дела от 6 сентября, 6 декабря 2014 года и 12 января 2017 года, ввиду того, что решения о приостановлении предварительного следствия являлись преждевременным, так как не выполнен в полном объёме комплекс необходимых следственных действий, направленных на установление истины по делу, указано на необходимость совершения следователем конкретных следственных действий.

Из материалов административного, уголовного и надзорного дел следует, что адвокат потерпевшего неоднократно обращался с жалобами на действия (бездействия) следственного органа в прокуратуру в порядке статьи 123 УПК РФ. 

Из ответа заместителя прокурора района Б.И.С. от 4 июля 2014 года на жалобу адвоката Кочерьяна Г.Н. следует, что при проверке материалов уголовного дела № 

<

...> выявлен ряд нарушений федерального законодательства, в связи с чем прокуратурой района внесено требование об их устранении на имя начальника ГСУ ГУ МВД России по Волгоградской области.

Из ответа этого же должностного лица от 10 октября 2014 года следует, что при проверке материалов уголовного дела № 

<

...> выявлен ряд нарушений федерального законодательства, в связи с чем прокуратурой района внесено требование об их устранении на имя начальника ГСУ ГУ МВД России по Волгоградской области, в котором поставлен вопрос о привлечении к дисциплинарной ответственности должностных лиц следственного отдела, допустивших нарушения закона.

В ответах от 30 апреля и 28 сентября 2015 года, 26 января 2017 года заместитель прокурора указал, что прокуратурой района в 2014 году по уголовному делу № 

<

...> внесено представление на имя начальника СУ УМВД России по г.Волгограду и 2 требования в адрес начальника ГСУ ГУ МВД России по Волгоградской области об устранении нарушений закона, допущенных в ходе предварительного расследования. Акты реагирования рассмотрены и признаны обоснованными.

Поскольку до настоящего времени в полном объёме не устранены нарушения закона, допущенные по данному уголовному делу, прокуратурой района подготовлено представление на имя начальника ГСУ ГУ МВД России по Волгоградской области, в котором поставлен вопрос о привлечении к дисциплинарной ответственности должностных лиц следственного отдела, которое направлено в прокуратуру Волгоградской области для рассмотрения вопроса о возможности его направления адресату. 

Согласно части 6 статьи 250 КАС РФ административное исковое заявление о присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок может быть подано в суд также до окончания производства по уголовному делу потерпевшим или иным заинтересованным лицом, которому деянием, запрещенным уголовным законом, причинен вред, в шестимесячный срок со дня принятия дознавателем, начальником подразделения дознания, органом дознания, следователем, руководителем следственного органа постановления о приостановлении предварительного расследования по уголовному делу в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого, если продолжительность досудебного производства по уголовному делу со дня подачи заявления, сообщения о преступлении до дня принятия решения о приостановлении предварительного расследования по уголовному делу по указанному основанию превысила четыре года и имеются данные, свидетельствующие о непринятии прокурором, руководителем следственного органа, следователем, органом дознания, начальником подразделения дознания, дознавателем мер, предусмотренных уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации и необходимых в целях своевременного возбуждения уголовного дела, осуществления предварительного расследования по уголовному делу и установления лица, подлежащего привлечению в качестве подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 52 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 марта 2016 года № 11 «О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» если заявление о компенсации подано лицом, обратившимся с заявлением о преступлении, по уголовному делу, по которому не установлено лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого, и приостановлено предварительное расследование по указанному основанию, общая продолжительность судопроизводства исчисляется со дня подачи заявления о преступлении до дня вынесения названного постановления (часть 7.1 статьи 3 Закона о компенсации, часть 6 статьи 250 КАС РФ).

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 208 УПК РФ предварительное следствие приостанавливается, если лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого, не установлено.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 51 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 марта 2016 года № 11, общая продолжительность уголовного судопроизводства определяется с момента начала осуществления уголовного преследования до момента принятия решения по результатам досудебного производства либо вступления в законную силу итогового судебного решения.

При исчислении общей продолжительности судопроизводства по уголовному делу, производство по которому не окончено, учитывается период с момента начала осуществления уголовного преследования до дня поступления заявления о компенсации в суд, уполномоченный рассматривать такое заявление.

Если с заявлением о компенсации обращается потерпевший, гражданский истец, гражданский ответчик, общая продолжительность судопроизводства исчисляется с момента признания таких лиц соответственно потерпевшим, гражданским истцом, гражданским ответчиком.

В случае, если в нарушение требований части 1 статьи 42 УПК РФ лицо, пострадавшее от преступления, не было незамедлительно признано потерпевшим, при исчислении общей продолжительности судопроизводства по уголовному делу учитывается период со дня подачи таким лицом заявления о преступлении.

В соответствии с частью 1 статьи 42 УПК РФ потерпевшим является физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред, а также юридическое лицо в случае причинения преступлением вреда его имуществу и деловой репутации. Решение о признании потерпевшим принимается незамедлительно с момента возбуждения уголовного дела и оформляется постановлением дознавателя, следователя, судьи или определением суда. Если на момент возбуждения уголовного дела отсутствуют сведения о лице, которому преступлением причинен вред, решение о признании потерпевшим принимается незамедлительно после получения данных об этом лице.

Административной истец обратился с заявлением о совершении преступления 29 августа 2012 года, уголовное дело возбуждено 7 сентября 2012 года, ФИО5 признан потерпевшим 17 октября 2012 года, исковое заявление о взыскании компенсации поступило в суд 2 мая 2017 года.

Учитывая, что постановлением следователя СО ОП-3 УМВД РФ по г.Волгограду от 23 апреля 2017 года предварительное следствие по уголовному делу № № 

<

...> приостановлено по пункту 1 части 1 статьи 208 УПК РФ, то по данному делу общая продолжительность судопроизводства по уголовному делу, производство по которому не окончено, составляет 4 года 7 месяцев и 25 дней (с 29 августа 2012 года по 23 апреля 2017 год).

Соответственно, у ФИО5 наступило право на обращение в суд с данным административным иском.

Согласно части 4 статьи 258 КАС РФ при рассмотрении административного искового заявления о присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок суд устанавливает факт нарушения права административного истца на уголовное судопроизводство в разумный срок исходя из доводов, изложенных в административном исковом заявлении, содержания принятых по уголовному делу судебных актов, из материалов дела и с учетом следующих обстоятельств: 1) правовая и фактическая сложность дела; 2) поведение административного истца и иных участников уголовного процесса; 3) достаточность и эффективность действий суда, прокурора, руководителя следственного органа, следователя, начальника подразделения дознания, органа дознания, дознавателя, производимых в целях своевременного осуществления уголовного преследования или рассмотрения уголовного дела; 4) общая продолжительность уголовного судопроизводства или применения меры процессуального принуждения в виде наложения ареста на имущество в ходе уголовного судопроизводства.

Из материалов уголовного дела следует, что следователем осуществлялись действия по расследованию уголовного дела: допрошены потерпевший, подозреваемый и свидетели, между потерпевшим и подозреваемым проведена очная ставка, из лечебного учреждения, информационного центра МВД РФ, ГИБДД и по месту жительства запрошены ряд документов в отношении участников уголовного дела, вынесены процессуальные решения о наложении ареста на имущество, о производстве выемки.

Вместе с тем, действия следователя нельзя признать достаточно эффективными. Предварительное следствие постоянно безосновательно приостанавливалось, впоследствии отменялось руководителем следственного органа либо прокурором, по той причине, что до принятия решения о приостановлении предварительного следствия следователь не выполнил все следственные действия, производство которых возможно в отсутствие подозреваемого или обвиняемого; при отмене указывалось на необходимость совершения следователем конкретных следственных действий, но и впоследствии их осуществление затягивалось. Бездействие следственного органа неоднократно подтверждалось и органами прокуратуры при рассмотрении жалоб представителя ФИО5 - адвоката Кочерьяна Г.Н. Более двух лет (в период с 6 декабря 2014 года по настоящее время) следственные действия по уголовному делу, направленные на установление виновного лица, надлежащим образом не проводились - в материалах уголовного дела не содержится сведений о должном принятии органами предварительного следствия мер, направленных на установление лица, виновного в совершении преступления и подлежащего привлечению к уголовной ответственности, при том, что потерпевшим указывалось конкретное лицо, о привлечении к уголовной ответственности которого он заявил. Данные обстоятельства указывают в целом на наличие недостатков в действиях следователя.

Конституция Российской Федерации гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод (части 1, 2 статьи 46).

Право на судебную защиту - как по буквальному смыслу статьи 46 Конституции Российской Федерации, так и по ее смыслу во взаимосвязи с другими положениями главы 2 «Права и свободы человека и гражданина» Конституции Российской Федерации, а также с общепризнанными принципами и нормами международного права - является неотчуждаемым правом каждого человека. Закрепляющая данное право статьи 46 Конституции Российской Федерации находится в неразрывном единстве с ее статьёй 21, согласно которой государство обязано охранять достоинство личности во всех сферах, чем утверждается приоритет личности и ее прав (часть 2 статьи 17, статья 18Конституции Российской Федерации).

Из статьи 46 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 19 (часть 1), 47 (часть 1) и 123 (часть 3), устанавливающими принцип равенства всех перед законом и судом, право каждого на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом, и принцип осуществления судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон, следует, что право на судебную защиту - это не только право на обращение в суд, но и возможность получения реальной судебной защиты в форме восстановления нарушенных прав и свобод в соответствии с законодательно закрепленными критериями, которые в нормативной форме (в виде общего правила) предопределяют, в каком суде и в какой процедуре подлежит рассмотрению конкретное дело, что позволяет суду (судье), сторонам, другим участникам процесса, а также иным заинтересованным лицам избежать правовой неопределенности в этом вопросе.

Одним из важных факторов, определяющих эффективность восстановления нарушенных прав, является своевременность защиты прав участвующих в деле лиц. Это означает, что правосудие можно считать отвечающим требованиям справедливости, если рассмотрение и разрешение дела судом осуществляется в разумный срок. Соответственно, устанавливаемые федеральным законодателем институциональные и процедурные условия осуществления процессуальных прав должны отвечать требованиям процессуальной эффективности, экономии в использовании средств судебной защиты и тем самым обеспечивать справедливость судебного решения, без чего недостижим баланс публично-правовых и частноправовых интересов.

Чрезмерная длительность досудебного производства по уголовному делу презюмирует нарушение права потерпевшего от преступления на справедливое и публичное рассмотрение его требований, включая требование о возмещении причиненного преступлением вреда, в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона.

Реализация прав потерпевшего, гарантированных статьями 45 (часть 1), 46 (часть 1) и 52 Конституции Российской Федерации, осуществляется, в частности, посредством использования механизмов уголовно-процессуального регулирования, предполагающих обязанность органов предварительного расследования при выявлении признаков преступления возбуждать уголовные дела, осуществлять от имени государства уголовное преследование по делам публичного и частнопубличного обвинения, обеспечивая тем самым неотвратимость ответственности виновных лиц и защиту прав лиц, пострадавших от преступлений; невыполнение или ненадлежащее выполнение данной обязанности, выражающееся в том числе в длительном затягивании решения вопроса о наличии оснований для возбуждения уголовного дела, в неоднократном необоснованном прерывании проверки по заявлению о преступлении, приводит к нарушению разумного срока рассмотрения дела и ограничению доступа потерпевших к правосудию (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 25 июня 2013 года № 14-П, Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 17 октября 2006 года № 425-О и от 28 июня 2012 года № 1258-О).

При этом как потерпевший, так и иное заинтересованное лицо, обратившееся в защиту своих прав с требованием возбудить уголовное дело, не могут быть лишены права на судебную защиту и на доступ к правосудию лишь потому, что по данному уголовному делу не установлены подозреваемые или обвиняемые, т.е. отсутствуют формальные основания для начала публичного уголовного преследования конкретного лица от имени государства в связи с совершенным преступным деянием и, соответственно, для последующих процессуальных действий органов дознания и предварительного следствия, на которые возлагаются обязанности по раскрытию преступлений, изобличению виновных, формулированию обвинения и его обоснованию, для того чтобы уголовное дело могло быть передано в суд, разрешающий его по существу и тем самым осуществляющий правосудие (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2000 года № 1-П и от 25 июня 2013 года № 14-П).

Реализация потерпевшими и иными заинтересованными лицами, которым запрещенным уголовным законом деянием причинен физический или материальный вред, права на судопроизводство в разумный срок в целях получения реальной судебной защиты в форме восстановления нарушенных прав и свобод также должна осуществляться в соответствии с законодательно закрепленными критериями определения разумности сроков уголовного судопроизводства. При этом, однако, их процессуальный статус предопределяет необходимость учета дополнительных параметров, позволяющих при отнесении срока разбирательства конкретного дела к разумному исключить его произвольную оценку, в том числе имея в виду, что обеспечение их права на уголовное судопроизводство в разумный срок зависит не столько от продолжительности досудебного производства по делу (которая может быть связана с большим объемом процессуальных и оперативно-розыскных действий), сколько от своевременности, тщательности, достаточности и эффективности предпринятых мер для объективного рассмотрения соответствующих требований (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 25 июня 2013 года № 14-П, Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 02 июля 2013 года № 1056-О).

Из материалов уголовного дела следует, что следователем не были приняты все должные меры в целях своевременного завершения судопроизводства, своевременного осуществления процессуальных действий, о которых также неоднократно указывалось прокуратурой и руководителем следственного органа. Произведенные следователем процессуальные и следственные действия не были достаточными для эффективного и тщательного расследования уголовного дела. Надлежащий контроль за полнотой предварительного следствия отсутствовал.

На необходимость обеспечения быстрых и эффективных средств правовой защиты ориентирует и принятая Генеральной Ассамблеей ООН 29 ноября 1985 года Декларация основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотреблений властью, согласно которой лица, которым был причинен вред, включая моральный, имеют право на доступ к механизмам правосудия и скорейшую компенсацию за нанесенный им ущерб в соответствии с национальным законодательством (пункт 4); судебные и административные процедуры должны в наибольшей степени отвечать потребностям таких лиц, в том числе путем предоставления им надлежащей помощи на протяжении всего судебного разбирательства и предотвращения неоправданных задержек при рассмотрении дел (пункт 6).

Конституционно важно, чтобы доступ потерпевшего к правосудию был реальным и обеспечивал ему эффективное восстановление в правах.

В соответствии со статьёй 162 УПК РФ предварительное следствие по уголовному делу должно быть закончено в срок, не превышающий 2 месяцев со дня возбуждения уголовного дела. В срок предварительного следствия включается время со дня возбуждения уголовного дела и до дня его направления прокурору с обвинительным заключением или постановлением о передаче уголовного дела в суд для рассмотрения вопроса о применении принудительных мер медицинского характера либо до дня вынесения постановления о прекращении производства по уголовному делу. В срок предварительного следствия не включается время на обжалование следователем решения прокурора в случае, предусмотренном пунктом - части первой статьи 221 УПК РФ, а также время, в течение которого предварительное следствие было приостановлено по основаниям, предусмотренным УПК РФ. Срок предварительного следствия может быть продлен до 3 месяцев руководителем соответствующего следственного органа. По уголовному делу, расследование которого представляет особую сложность, срок предварительного следствия может быть продлен руководителем следственного органа по субъекту Российской Федерации и иным приравненным к нему руководителем следственного органа, а также их заместителями до 12 месяцев. Дальнейшее продление срока предварительного следствия может быть произведено только в исключительных случаях Председателем Следственного комитета Российской Федерации, руководителем следственного органа соответствующего федерального органа исполнительной власти (при федеральном органе исполнительной власти) и их заместителями.

По смыслу вышеприведенных положений предварительное следствие должно быть окончено в соответствующие сроки и их продление в отсутствие исключительных случаев недопустимо, тем самым, предварительное следствие имеет ограничительно-временной характер. Время, в течение которого предварительное следствие было приостановлено, в срок предварительного следствия не включается, вместе с тем, суд полагает необходимым отметить тот факт, что предварительное следствие по уголовному делу № 

<

...> до настоящего времени не окончено. Предварительное следствие по данному уголовному делу многократно приостанавливалось по пункту 1 части 1 статьи 208 УПК РФ. 

Согласно части 3 статьи 209 УПК РФ после приостановления предварительного следствия производство следственных действий не допускается.

В то же время, в силу части 2 статьи 209 УПК РФ после приостановления предварительного следствия следователь: в случае, предусмотренном пунктом 1 части 1 статьи 208 данного Кодекса, принимает меры по установлению лица, подлежащего привлечению в качестве подозреваемого или обвиняемого.

То обстоятельство, что предварительное следствие многократно безосновательно приостанавливалось, в данном конкретном случае свидетельствует о нарушении права ФИО5 на объективное и своевременное расследование уголовного дела.

В силу статьи 35 Конституции Российской Федерации право частной собственности охраняется законом.

ФИО5, находясь в статусе потерпевшего по указанному уголовному делу, длительное время лишен возможности восстановления его нарушенных прав в судебном порядке.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что на органах следствия лежала обязанность действовать с усердием с тем, чтобы избежать негативных последствий. Тем не менее, обстоятельства уголовного дела свидетельствуют о том, что такая обязанность органами следствия не была исполнена.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что продолжительность досудебного производства по данному уголовному делу является чрезмерной и не соответствует требованию разумности. С учетом изложенного, суд полагает нарушенным право административного истца на досудебное производство по уголовному делу в разумный срок.

ФИО5 просит присудить ему компенсацию за нарушение права на досудебное производство по уголовному делу в разумный срок в размере - 500 000 рублей.

Механизм определения компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок не связан с разрешением вопросов о правах заявителя в частноправовых отношениях, то есть размер компенсации не может определяться величиной предполагаемых убытков заявителя, возникших у него как у участника гражданских или трудовых правоотношений, он определяется только с учетом критериев, установленных Законом о компенсации. 

Положениями статьи 2 названного Закона предусмотрено, что компенсация за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок присуждается судом в денежной форме. Размер компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок определяется судом исходя из требований заявителя, обстоятельств дела, по которому было допущено нарушение, продолжительности нарушения и значимости его последствий для заявителя, а также с учетом принципов разумности, справедливости и практики Европейского Суда по правам человека.

При определении размера компенсации, подлежащей присуждению в пользу административного истца, суд учитывает, что общая продолжительность нарушения его права достаточно значительна, а обстоятельства дела свидетельствуют о неэффективности предварительного следствия.

Вместе с тем, суд считает, что сумма требуемой административным истцом компенсации существенно завышена. С учетом принципов разумности, справедливости и практики Европейского Суда по правам человека, суд считает необходимым присудить в пользу административного истца компенсацию в размере - 50000 рублей.

Указанная сумма, по мнению суда, позволит в полном объеме компенсировать установленный судом факт нарушения права административного истца на досудебное производство по уголовному делу в разумный срок. 

На основании требований пункта 2 статьи 4 Закона о компенсации названная компенсация присуждается за счет средств федерального бюджета.

В силу пункта 4 статьи 4 Закона о компенсации судебное решение о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок подлежит немедленному исполнению.

Доводы представителя Министерства финансов РФ о необходимости вычета из срока производства по делу периодов приостановления предварительного следствия по делу и периода до 25 июня 2013 года, поскольку в соответствии с положениями Федерального закона от 21 июля 2014 года № 273-ФЗ у истца только с этой даты возникло право на обращение в суд с настоящим иском, являются несостоятельными, основанными на неправильном толковании норм права.

Исходя из совокупности анализа вышеприведённых положений Уголовно-процессуального кодекса РФ, Закона о компенсации, пунктов 51 и 51 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 марта 2016 года № 11 следует, что срок, на который предварительное следствие было приостановлено, не включается в срок предварительного следствия, однако он учитывается при определении разумного срока судопроизводства.

Федеральный закон от 21 июля 2014 года № 273-ФЗ «О внесении изменений в статью 3 Федерального закона «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» и отдельные законодательные акты Российской Федерации», которым Закон о компенсации был дополнен частью 7.1, как следует из его статьи 5, вступает в силу с 1 января 2015 года и распространяется на правоотношения, возникшие с 25 июня 2013 года. 

Как было установлено судом, истец своё право на обращение в суд с настоящим иском связывает с постановлением следователя о приостановлении предварительного следствия на основании пункта 1 части 1 статьи 208 УПК РФ от 23 апреля 2017 года. 

Таким образом, правоотношения по настоящему делу возникли после 25 июня 2013 года, следовательно, у истца имелось право на обращение в суд с административным исковым заявлением о присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок. 

Как было указано выше, согласно разъяснениям, данным в пункте 51 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 марта 2016 года № 11, при исчислении общей продолжительности судопроизводства по уголовному делу, производство по которому не окончено, учитывается период с момента начала осуществления уголовного преследования до дня поступления заявления о компенсации в суд, уполномоченный рассматривать такое заявление.

Исключение периода до 25 июня 2013 года из общей продолжительности производства по уголовному делу, как на то указывает административный ответчик, не предусмотрено нормами действующего законодательства. 

Доводы представителя Министерства финансов РФ о том, что поведение ФИО5, который ненадлежащим образам оформлял сделку купли - продажи, что повлияло на ход расследования, и доводы представителя УМВД России по г.Волгограду об отсутствии у органа предварительного расследования возможности достаточной фиксации преступления, ввиду несвоевременного обращения ФИО5 с заявлением о преступлении, сами по себе не могут оправдать столь длительного расследования уголовного дела.

Доводы представителя МВД России и ГУ МВД России по Волгоградской области о неэффективности действий ФИО5, который не предпринимал меры для расследования уголовного дела, являются несостоятельными.

Из правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 24 апреля 2003 года № 7-П, в Постановлении от 25 июня 2013 года № 14-П следует, что конституционное предписание об обязанности государства гарантировать защиту прав потерпевших от преступлений предполагает обязанность государства не только предотвращать и пресекать в установленном законом порядке какие бы то ни было посягательства, способные причинить вред и нравственные страдания личности, но и обеспечивать пострадавшему от преступления возможность отстаивать свои права и законные интересы любыми не запрещенными законом способами, поскольку иное означало бы умаление чести и достоинства личности не только лицом, совершившим противоправные действия, но и самим государством.

Реализация прав потерпевшего осуществляется посредством использования механизмов уголовно-процессуального регулирования, предполагающих обязанность органов предварительного расследования при выявлении признаков преступления возбуждать уголовные дела, осуществлять от имени государства уголовное преследование, обеспечивая тем самым неотвратимость ответственности виновных лиц и защиту прав лиц, пострадавших от преступлений.

Обязанность потерпевшего предпринимать меры для расследования уголовного дела нормами Уголовно-процессуального кодекса не предусмотрена.

Доводы этого же представителя о том, что потерпевший не обращался с заявлением об ускорении дела, опровергаются материалами надзорного производства № 

<

...>, из которого следует, что адвокат потерпевшего ФИО5 неоднократно обращался в прокуратуру с жалобами в порядке статьи 123 УПК РФ.

Требование представителя Министерства финансов РФ об исключении Управления федерального казначейства по Волгоградской области из числа административных ответчиков как ненадлежащего административного ответчика не подлежит удовлетворению. 

Из административного искового заявления усматривается, что в качестве административного ответчика истец указал Министерство финансов РФ в лице УФК по Волгоградской области, что соответствует положениям Приказа Министерства финансов Российской Федерации № 114н, Казначейства России № 9н от 25 августа 2006 года «О порядке организации и ведения работы по представлению в судебных органах интересов Министерства финансов Российской Федерации и интересов Правительства Российской Федерации в случаях, когда их представление поручено Министерству финансов Российской Федерации» и разъяснениям пункта 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 марта 2016 года № 11, согласно которым представление интересов Министерства финансов Российской Федерации на территории субъектов Российской Федерации осуществляют управления Федерального казначейства по субъекту Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 111, 175 - 180, 259 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

административное исковое заявление ФИО5 о присуждении компенсации за нарушение права на досудебное производство по уголовному делу в разумный срок, удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств федерального бюджета в пользу ФИО5 компенсацию за нарушение права на досудебное производство по уголовному делу в разумный срок в размере - 50000 рублей, перечислив указанные денежные средства на его банковский счет по следующим реквизитам: 

<

.......>, БИК № 

<

...>, ИНН № 

<

...> КПП № 

<

...> ОГРН № 

<

...>, К.сч.№ 

<

...> счёт получателя: № 

<

...>.

В удовлетворении остальной части административного искового заявления ФИО5 отказать.

Решение в части присуждения компенсации за нарушение права на досудебное производство по уголовному делу в разумный срок подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Волгоградский областной суд через Волгоградский областной суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Жданова С.В.

решение в окончательной

форме принято 7 июня 2017 года

Судья Жданова С.В.