Дело № 2-4229/2018

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

09 ноября 2018 г. г. Белгород

Октябрьский районный суд г. Белгорода в составе:

председательствующего судьи: Погореловой С.С.,

при секретаре: Новиковой А.П., 

с участием прокурора Рыбниковой Н.С.,

истцов ФИО1, ФИО2, ответчика ФИО3, ее представителя ФИО4 (по доверенности),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5, ФИО1, ФИО6, ФИО2 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

01 января 2018 г. около 18 час. 48 мин. в районе пересечения ул. 

<

улицы> г. Белгорода произошло дорожно-транспортное происшествие: столкновение автомобиля АУДИ А 3, регистрационный знак 

<

номер> под управлением водителя Беликовой (после заключения 27 апреля 2018 г. брака - Федорович) Ю.А., с автомобилем ВАЗ-111930, регистрационный знак 

<

номер>, под управлением водителя ФИО1 Вследствие столкновения водитель ФИО1 и пассажиры - ФИО5, ФИО6, ФИО2 получили телесные повреждения.

Согласно постановлению от 07 февраля 2018 г. по делу об административном правонарушении ФИО8 признана виновной в совершении правонарушения, предусмотренного пунктами 1.3., 1.5., 13.4. Правил дорожного движения Российской Федерации и на основании части 2 статьи 12.13 КоАП РФ ей назначено административное наказание в виде штрафа в размере 1000 руб.

Истцы обратились в суд с данным заявлением, в котором просят взыскать с ФИО9 в счет компенсации морального вреда в пользу: ФИО5 - 30000 руб., ФИО1 - 20000 руб., ФИО6 - 25000 руб., ФИО2 - 15000 руб.

В судебном заседании истцы ФИО1, ФИО2 заявленные требования поддержали в полном объеме.

Истцы ФИО5 и ФИО6 в судебное заседание не явились, о времени и месте слушания дела извещены смс-сообщением, представили заявления о рассмотрении дела в их отсутствие.

Ответчик ФИО3, ее представитель ФИО4 (по доверенности) исковые требования не признали, возражали против их удовлетворения, ссылаясь на обоюдную вину водителей в ДТП, а также на отсутствие каких-либо повреждений у истцов. Полагали, что моральный вред может быть компенсирован в размере 2-3 тысячи рублей, но не более 5000 руб. в пользу всех истцов только за то, что ДТП произошло 01 января, то есть в новогодние праздники, и ДТП - это всегда стресс, нервные переживания.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению с учетом требований разумности и справедливости, суд приходит к следующему. 

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно статье 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Как установлено судом, 01 января 2018 г. около 18 час. 48 мин. в районе пересечения ул. 

<

улицы> г. Белгорода произошло дорожно-транспортное происшествие: столкновение автомобиля АУДИ А 3, регистрационный знак 

<

номер> под управлением водителя ФИО9, с автомобилем ВАЗ-111930, регистрационный знак 

<

номер>, под управлением водителя ФИО1 Вследствие столкновения водитель ФИО1 и пассажиры - ФИО5, ФИО6, ФИО2 получили телесные повреждения.

На основании постановления от 07 февраля 2018 г. по делу об административном правонарушении ФИО8 признана виновной в совершении правонарушения, предусмотренного пунктами 1.3. (Участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами), 1.5. (Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда), 13.4. (При повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо) Правил дорожного движения Российской Федерации и на основании части 2 статьи 12.13 КоАП РФ ей назначено административное наказание в виде штрафа в размере 1000 руб.

В установленный законом срок данное постановление ответчиком обжаловано не было. Лишь 22 сентября 2018 г. ФИО3 направлена жалоба в прокуратуру Белгородской области. 12 октября 2018 г. данная жалоба поступила в управление ГИБДД УМВД России по Белгородской области. 31 октября 2018 г. заместителем начальника управления ГИБДД УМВД России по Белгородской области вынесено определение об отказе в принятии к рассмотрению жалобы на постановление по делу об административном правонарушении в связи с пропуском срока обжалования.

При разрешении спора суд исходит из вины ответчика в ДТП, так как доказательств обратного в судебном заседании не представлено.

Судом установлено, что в рамках дела об административном правонарушении по факту дорожно-транспортного происшествия № 5 от 01 января 2018 г. в отношении истцов была назначена судебно-медицинская экспертиза по медицинской документации, проведение которой поручено межрайонному отделению судебно-медицинской экспертизы потерпевших, обвиняемых и других лиц г. Белгорода ОГБУЗ «Белгородское бюро судебно-медицинской экспертизы». На разрешение экспертизы были поставлены следующие вопросы: 1) какие телесные повреждения имеются у истцов и какова давность их образования? 2) какой вред причинен их здоровью?

Из заключения эксперта 

<

номер> от 01 февраля 2018 г. в отношении ФИО1 следует, что 02 января 2018 г. в 17 час. 10 мин. он обратился в ОГБУЗ «Городская больница № 2», травмпункт г. Белгород с жалобами на головные боли, тяжесть в голове, слабость. Объективно: болезненность в лобной области. Отека нет в данной области. Диагноз: 

<

данные изъяты>. Согласно выводам эксперта: у ФИО1 каких-либо повреждений в предоставленной медицинской документации не имеется. Диагноз «

<

данные изъяты>» при квалификации тяжести вреда здоровью во внимание не принимался, так как диагноз «

<

данные изъяты> не имеет медицинского обоснования.

В заключении эксперта 

<

номер> от 06 февраля 2018 г. в отношении ФИО5 указано, что 02 января 2018 г. в 17 час. 15 мин. она обратилась в ОГБУЗ «Городская больница № 2» с жалобами на боли в области шеи. Объективно: болезненность в области шеи по заднебоковой поверхности справа, припухлость. 09 января 2018 г. осмотр травматолога (повторный). Диагноз: 

<

данные изъяты>. 09 января 2018 г. находилась на обследовании в приемном отделении ОГБУЗ «Городская клиническая больница № 1 г. Белгорода», осмотрена нейрохирургом. Диагноз: 

<

данные изъяты>. 09 января 2018 г. осмотрена неврологом Поликлиники № 7. Диагноз: 

<

данные изъяты> не выявлено. Имеет место растяжение связочного аппарата шейного отдела. Рекомендации: консультация вертебролога, ношение воротника Шанца. Согласно выводам эксперта: у ФИО5 каких-либо повреждений в предоставленной медицинской документации не отмечено. Для подтверждения диагноза 

<

данные изъяты> необходимо компьютернотомографическое исследование шейного отдела позвоночника. Диагноз 

<

данные изъяты> объективными клиническими данными не подтвержден, а поэтому при определении тяжести вреда здоровью во внимание не принимался. Нахождение на лечении ФИО5 связано с ее жалобами, обследованием и наблюдением.

Согласно заключению эксперта 

<

номер> от 02 февраля 2018 г. в отношении ФИО6, 01 января 2018 г. в 20 час. 26 мин. она обратилась в ОГБУЗ «Городская больница № 2», травмпункт с жалобами на головные боли, в пояснице, в левом коленном суставе. Объективно: болезненность, отек мягких тканей головы. 10 января 2018 г. осмотрена нейрохирургом. Диагноз: 

<

данные изъяты>. 10 января 2018 г. в ОГБУЗ «Городская клиническая больница № 1 г. Белгорода» поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>. Неврологом поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>. Эксперт в выводах указал, что: у ФИО6 каких-либо повреждений в представленной медицинской документации не отмечено. Нахождение ее на лечении связано с ее жалобами, диагностикой и дообследованием. Диагнозы 

<

данные изъяты> при квалификации тяжести вреда здоровью во внимание не принимались, так как диагноз 

<

данные изъяты> не имеет медицинского обоснования. Диагноз 

<

данные изъяты> при оценке тяжести вреда здоровью во внимание не принимался, так как в предоставленной медицинской документации отсутствуют объективные клинические, неврологические данные, подтверждающие его. Диагнозы 

<

данные изъяты> при квалификации тяжести вреда здоровью во внимание не принимались, так как данные диагнозы являются самостоятельными заболеваниями и с травмой связать их не представляется возможным. Диагноз 

<

данные изъяты> при квалификации тяжести вреда здоровью во внимание не принимался, так как данный диагноз стоит под знаком «?» и не был подтвержден при рентгенологическом исследовании.

Из заключения эксперта 

<

номер> от 06 февраля 2018 г. в отношении ФИО2 следует, что 01 января 2018 г. в 20 час. 30 мин. он обратился в ОГБУЗ «Городская больница № 2», травмпункт г. Белгород с жалобами на боль в левом коленном суставе. Объективно: болезненность, отек в левом коленном суставе. Движения в суставах в полном объеме, болезненные. Лечение: фиксирующая повязка. Диагноз: 

<

данные изъяты> Согласно выводам эксперта: у ФИО2 каких-либо повреждений в предоставленной медицинской документации не отмечено. Оценить диагноз 

<

данные изъяты> не представляется возможным из-за отсутствия в медицинской документации динамических осмотров травматолога.

В силу статей 20, 41 Конституции Российской Федерации, статьи 150 ГК РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как разъяснено в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», объектом неправомерных посягательств являются по общему правилу любые нематериальные блага (права на них) вне зависимости от того, поименованы ли они в законе и упоминается ли соответствующий способ их защиты.

В силу пункта 2 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Компенсация морального вреда не преследует цель восстановить прежнее положение потерпевшего. Это невозможно, поскольку произошло умаление неимущественной сферы гражданина. До настоящего времени нет критериев человеческих страданий, нет способов их возмещения, если они уже имели место. К тому же каждый человек - это индивидуальность, имеющая только ей присущие эмоции, переживания, радости, страдания и другие психические процессы жизнедеятельности. Денежная компенсация за причинение морального вреда призвана вызвать положительные эмоции, которые могли бы максимально сгладить негативные изменения в психической сфере личности, происшедшие в результате причинения морального вреда.

Согласно статье 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В силу статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степени вины причинителя вреда, требований разумности и справедливости.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий. Размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств.

В судебном заседании установлено наличие нравственных и физических страданий истцов, которые явились следствием действий ответчика ФИО9, управлявшей источником повышенной опасности, в связи с чем суд приходит к выводу о законности требований истцов о взыскании компенсации морального вреда.

Довод стороны ответчика о том, что по заключениям эксперта у истцов каких-либо повреждений в представленной медицинской документации не отмечено, опровергается содержанием, исследовательской частью этих заключений. 

Определяя размер компенсации истцам нравственных и физических страданий, причиненных в результате дорожно-транспортного происшествия, судом учитываются обстоятельства указанного дорожно-транспортного происшествия, характер и степень причиненных нравственных страданий.

По мнению суда, несостоятельны доводы истцов о том, что ФИО6 до настоящего времени состоит на учете у невролога, ей назначено лечение, так как не представлено медицинское заключение о связи заболеваний - 

<

данные изъяты> с дорожно-транспортным происшествием, имевшим место 01 января 2018 г.

Доводы ответчика ФИО3 о том, что она в настоящее время не работает, не свидетельствуют о наличии оснований для освобождения ее, как владельца источника повышенной опасности и непосредственного причинителя вреда, от ответственности за причиненный истцам вред здоровью. 

Исследовав письменные доказательства, которым дана оценка в порядке статьи 67 ГПК РФ, учитывая фактические обстоятельства дела, а также требования закона о разумности и справедливости размера компенсации морального вреда, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика ФИО3 в пользу каждого из истцов компенсации морального вреда в размере по 5 000 руб.

По мнению суда, указанная сумма является соразмерной причиненным истцам физическим и нравственным страданиям, оснований ко взысканию морального вреда сверх указанной суммы судом не усматривается, ввиду чего иск в указанной части подлежит частичному удовлетворению.

Учитывая, что на основании пункта 3 части 1 статьи 333.36 Налогового кодекса РФ истцы освобождены от уплаты государственной пошлины за подачу искового заявления в суд, в соответствии с частью 1 статьи 103 ГПК РФ государственная пошлина в размере 1 200 руб. (по 300 руб. за каждого из истцов) подлежит взысканию с ответчика ФИО3 в доход муниципального образования городской округ «Город Белгород».

Руководствуясь статьями 194 - 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО5, ФИО1, ФИО6, ФИО2 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда признать обоснованными в части.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО5, ФИО1, ФИО6, ФИО2 компенсацию морального вреда в размере по 5000 руб. в пользу каждого из них.

Взыскать с ФИО3 государственную пошлину в доход муниципального образования городской округ «Город Белгород» в размере 1 200 руб. 

Решение может быть обжаловано в Белгородский областной суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения суда путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Белгорода.

Судья