Дело № 2-13/17 

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

27 марта 2017 года г. Аксай 

Аксайский районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи: Шегидевич Е.Ю.

при секретаре: Болдыревой Ю.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «КЕС» о признании незаконным увольнения в работы, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов, -

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд иском к Обществу с ограниченной ответственностью «КЕС» (далее – ООО «КЕС») о признании незаконным увольнения в работы, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов, указав следующее.

С 08.09.2015г. по 31.03.2016г. истец состоял в трудовых отношениях с ООО «КЕС», исполняя обязанности инженера СКС и водителя по совместительству. Его фактическая заработная плата со всеми начислениями составляла 50000руб. в месяц, из которых 17500руб. предприятие перечисляло на его расчетный счет, а 32500руб. выплачивались наличными денежными средствами по зарплатной ведомости.

За день до окончания срока действия трудового договора сотрудник отдела кадров сообщила истцу о том, что он уволен, ознакомила его с приказом об увольнении, из которого следовало, что он уволен по собственному желанию с должности инженера СКС, хотя такое заявление он не писал, ему была выдана трудовая книжка и расчет. С должности водителя, в которой истец работал по совместительству, он не уволен до настоящего времени, но руководство ООО «КЕС» к работе его не допускает.

С учетом уточненных в порядке ст. 39 ГПК РФ требований, ФИО1 просил признать его увольнение с работы незаконным, восстановить его на работе в ООО «КЕС» в должности инженера СКС и в должности водителя по совместительству, взыскать за время вынужденного прогула заработную плату как по основной работе, так и по совместительству в размере 271112руб., в порядке компенсации морального вреда взыскать 100000руб., а также судебные расходы по проведению судебной экспертизы – 18178руб. и оплату услуг представителя – 45000руб. (л.д. 129-130).

Истец также поставил вопрос о восстановлении срока для обращения в суд по трудовым спорам, ссылаясь на то, что срок им был пропущен по уважительной причине: после незаконного увольнения он был вынужден устроиться на работу в другую фирму, так как имеет на иждивении малолетнего ребенка, и был направлен в длительную командировку (л.д. 22). 

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2, действующая на основании доверенности, заявленные требования поддержали в полном объеме, настаивали на их удовлетворении.

Представитель ответчика ФИО3, действующая на основании доверенности, иск ФИО1 не признала по основаниям, изложенным в письменных возражениях на иск (л.д. 59-60, 168-169), в которых, в частности указано. Истец был принят на работу на должность инженера СКС с ежемесячной зарплатой 17500руб. по срочному трудовому договору до 15.12.2015г. После истечения срока действия договора истец продолжал исполнение трудовых обязанностей на условиях бессрочного договора. Других договоров или дополнительных соглашений на выполнение каких-либо работ с истцом не заключалось.

ФИО1 был уволен с должности инженера СКС на основании личного заявления, которое он передал сотруднику отдела кадров. Им были лично подписаны приказ о расторжении трудового договора, личная карточка работника, получена трудовая книжка. Служебной проверкой, проведенной ответчиком, было установлено, что в день увольнения истца с работы увольнялся и ФИО4, с которым ФИО1 договорился об изготовлении текстов об увольнении с работы вместо друг друга, что и было ими сделано.

Ответчиком заявлено о пропуске ФИО1 срока для обращения в суд с настоящим иском, а уважительных причин для восстановления пропущенного срока истцом не предоставлено.

Суд, выслушав участников процесса, изучив материалы дела, оснований для удовлетворения требований ФИО1 не усматривает.

Судом установлено, ФИО1 был принят на работу в ООО «КЕС» согласно трудового договора №Р от 08.09.2015г. на должность инженера СКС в обособленное подразделение общества, расположенное по адресу: 

<

адрес> (л.д. 10-14).

Пунктом 1.8 договора ФИО1 был принят на работу с испытательным сроком на три месяца – до 08.12.2015г.

Согласно п. 4.1 договора истцу был установлен должностной оклад в размере 17500руб. Изначально с истцом заключался срочный трудовой договор до 15.12.2015г. По истечении указанного срока ни одна из сторон не потребовала расторжения срочного трудового договора. ФИО1 продолжил работу в той же должности, а потому в соответствии с правилами ч. 4 ст. 58 ТК РФ трудовой договор с ним продолжился как договор, заключенный на неопределенный срок.

Приказом № от 31.03.2016г. ФИО1 был уволен с работы по основаниям п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ – по инициативе работника (л.д. 63). С приказом об увольнении истец ознакомлен 31.03.2016г. В суд с настоящим иском истец обратился 12.07.2016г.

Согласно ст. 392 ТК РФ, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Статья 392 Трудового кодекса Российской Федерации направлена на обеспечение функционирования механизма судебной защиты трудовых прав и в системе действующего правового регулирования призвана гарантировать возможность реализации работниками права на индивидуальные трудовые споры (статья 37, часть 4, Конституции Российской Федерации), устанавливая условия, порядок и сроки для обращения в суд за их разрешением.

Предусмотренный указанной статьей срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора является более коротким по сравнению с общим сроком исковой давности, установленным гражданским законодательством. Однако такой срок, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, выступая в качестве одного из необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений, не может быть признан неразумным и несоразмерным; установленные данной статьей сокращенный срок для обращения в суд и правила его исчисления направлены на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника, включая право на своевременную оплату труда, и по своей продолжительности этот срок является достаточным для обращения в суд (Определения от 21 мая 1999 года N 73-О, от 12 июля 2005 года N 312-О, от 15 ноября 2007 года N 728-О-О, от 21 февраля 2008 года N 73-О-О и др.).

Своевременность обращения в суд зависит от волеизъявления работника, а при пропуске срока по уважительным причинам он может быть восстановлен судом (часть третья статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации). 

Пунктом 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление Пленума N 2) установлено, что вопрос о пропуске истцом срока обращения в суд может разрешаться судом при условии, если об этом заявлено ответчиком. Признав причины пропуска срока уважительными, судья вправе восстановить этот срок (часть третья статьи 390 и часть третья статьи 392 ТК РФ). Установив, что срок обращения в суд пропущен без уважительных причин, судья принимает решение об отказе в иске именно по этому основанию без исследования иных фактических обстоятельств по делу (абзац второй части 6 статьи 152 ГПК РФ).

В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

В ходе судебного разбирательства представитель ответчика заявил о пропуске истцом срока обращения в суд с настоящим иском.

В обоснование уважительности причины пропуска срока обращения в суд истец сослался на то, что он вынужден был устроиться на работу в другую фирму и был отправлен в длительную командировку.

Истцом представлен трудовой договор между ФИО1 и ООО «ЮНЛЕН» от 08.04.2016г., согласно которому истец был принят на работу в качестве водителя.

Однако, истцом не предоставлено доказательств того, что по новому месту работы он был направлен в длительную командировку, что могло бы служить уважительной причиной для пропуска срока при обращении в суд с настоящим иском.

По правилам ч. 1 ст. 48 ГПК РФ гражданин вправе вести свои дела в суде лично или через представителя, а потому в течение месячного срока, установленного для обращения в суд с настоящим иском, истец имел возможность обратиться за защитой своего права через представителя. Таким правом истец и воспользовался, поскольку иск заявлен в суд представителем ФИО1 12.07.2016г. – ФИО2, действующей на основании доверенности от 16.06.2016г.

По этим основаниям суд приходит к выводу, что истцом не представлено уважительных причин пропуска срока для обращения в суд с иском о восстановлении на работе и вытекающих из него требований.

Суд, учитывая положения ст. 199 ГК РФ, устанавливающей, что истечение срока исковой давности, о применении которого заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске, считает необходимым исследовать и соблюдение работодателем требований трудового законодательства при увольнении ФИО1

Как установлено судом и следует из материалов дела, основанием для увольнения ФИО1 послужило его письменное заявление об увольнении по собственному желанию с 31.03.2016г. (л.д. 61).

Оспаривая личное написание указанного заявления и учинение в нем подписи, истец в процессе рассмотрения дела заявил ходатайство о проведении подчерковедческой экспертизы, которое судом было удовлетворено.

По заключению эксперта НОЦ «ЦСЭ имени Е.Ф. Буринского» ЮФУ №/э от 19.01.2017г. (л.д. 108-125) изображение подписи от имени гр. ФИО1 в копии рукописного заявления на увольнение по собственному желанию от имени ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГг. выполнено не гр. ФИО1, а другим лицом.

Указанное заключение не может являться основанием к удовлетворению требований истца о признании его увольнения незаконным и восстановлении на работе.

Так, ответной стороной в судебное заседание предоставлено заключение специалиста ООО «Оценка Центр-Союз» № от 28.11.2016г. (л.д. 148-160), согласно которого рукописный текст заявления об увольнении от имени ФИО1 от 29.03.2016г. выполнен ФИО4 (который, как пояснил представитель ответчика, увольнялся в один день с истцом), а рукописный текст от имени ФИО4 от 29.03.2016г. выполнен ФИО1

Истцовая сторона заявила о недопустимости указанного заключения в качестве доказательства по делу. С таким требованием суд согласиться не может. 

Так, представленное заключение специалиста не опровергает выводов подчерковедческой экспертизы, подтвердившей тот факт, что заявление об увольнении ФИО1 с работы выполнено не им самим, а другим лицом, а объясняет лишь появление такого заявления.

Кроме того, об увольнении с работы по собственному желанию истцу стало известно 31.03.2016г., что подтверждается его личной подписью в приказе о прекращении трудового договора № от 31.03.2016г. (л.д. 63) и личной карточкой работника (л.д. 55-58), в которой также имеется личная подпись ФИО1 Подлинность этих подписей истцом не оспаривается.

Не состоятельны требования истца и о восстановлении его на работе в качестве совместителя в должности водителя.

Во – первых, по уже указанным основаниям в связи с пропуском срока для обращения в суд.

Во – вторых, суду не представлены данные о том, что по совместительству истец в ООО «КЕС» был принят на работу в качестве водителя и уволен с работы с этой должности, что позволяло бы ему ставить вопрос о восстановлении на работе. 

Согласно ч. 1 ст. 60.1 ТК РФ работник имеет право заключать трудовые договоры о выполнении в свободное от основной работы время другой оплачиваемой работы у того же работодателя (внутреннее совместительство) и (или) у другого работодателя (внешнее совместительство).

В качестве доказательства работы по внутреннему совместительству истец предоставил табели учета рабочего времени ООО «КЕС» (л.д. 33-42), в которых занимаемые должности истца указаны и как инженера СКС, и как водителя. Однако, указанные табели не являются допустимым по делу доказательством в силу положений ст. 60, 71 ГПК РФ, так как они должным образом не заверены и способ их получения истец суду не объяснил.

Не является доказательством такой работы и представленные истцом доверенности на имя ФИО1 № от 20.11.2015г. о праве подписания товарных и товарно-транспортных накладных, актов приема-передачи имущества, и доверенности № от 01.10.2015г. на право управления транспортными средствами, принадлежащими обществу, поскольку приказ о приеме на работу истца в ООО «КЕС» по внутреннему совместительству ФИО1 не представлен, как и заявление о приеме на работу в качестве водителя. 

Поскольку суд отказывает ФИО1 в основных требованиях, не подлежат удовлетворению и производные требования о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, о компенсации морального вреда и возмещении судебных расходов. 

Руководствуясь ст.ст. 194- 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

ФИО1 в иске отказать. 

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд путем подачи апелляционной жалобы в Аксайский районный суд Ростовской области в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 3 апреля 2017 года. 

Судья