Судья Лесникова И.Ю. Дело № 22-291/2025

Дело № 1-19/2025 67RS0003-01-2021-004082-67

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10 марта 2025 года город Смоленск 

Смоленский областной суд 

в составе:

председательствующего: судьи Зарецкой Т.Л. 

при помощнике судьи Силаенковой И.Н., 

с участием:

- прокурора отдела прокуратуры Смоленской области Прохоренкова А.А., 

- осужденной ФИО2, 

- адвоката Немковой М.Е., 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденной ФИО2 и ее адвоката Немковой М.Е. на приговор Промышленного районного суда г. Смоленска от 9 января 2025 года.

Заслушав краткое содержание обжалуемого приговора, существо апелляционных жалоб, выступления осужденной ФИО2, её адвоката Немковой М.Е., мнение прокурора Прохоренкова А.А., суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

Указанным приговором Промышленного районного суда г. Смоленска от 9 января 2025 года 

ФИО2, 

<

дата> года рождения, уроженка 

<

адрес>, гражданка Российской Федерации, не судимая, 

осуждена по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 2 годам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 1 год, в силу 73 УК РФ наказание в виде лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год.

На основании ч. 5 ст. 73 УК РФ на осужденную возложены обязанности, приведенные в приговоре.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу. 

Взыскана с ФИО2 в пользу Потерпевший №2 компенсация морального вреда в сумме 200 000 рублей.

Решена судьба вещественных доказательств. 

По приговору суда ФИО2 признана виновной в нарушении правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшее по неосторожности смерть человека. 

Преступление совершено в период времени и при обстоятельствах, приведенных в приговоре суда.

В апелляционных жалобах:

- адвокат Немкова М.Е. в защиту интересов осужденной ФИО2 находит приговор незаконным и необоснованным, вынесенным с существенными нарушениями норм уголовно-процессуального закона. Апелляционным постановлением Смоленского областного суда от 20.03.2024 был отменен предыдущий приговор по данному делу. Одним из оснований отмены приговора и направления дела на новое рассмотрение послужило установление судом апелляционной инстанции факта ненадлежащего привлечения к участию в уголовном деле потерпевшего Потерпевший №2 и его представителя по доверенности ФИО12 при рассмотрении уголовного дела в составе суда под председательством судьи Новиковой С.М., поскольку заявление о вступлении в качестве потерпевшего и возмещении морального вреда от имени Потерпевший №2 подписано ФИО12 и подано ею в адрес суда до того как в судебном заседании решался вопрос о ее допуске качестве представителя Потерпевший №2 При этом доверенность от Потерпевший №2 не наделяла ФИО12 правом подачи заявления о признании потерпевшим, ходатайства ФИО12 о допуске ее в качестве представителя в материалах дела также не имеется. Суд не проверил должным образом полномочия ФИО12 в качестве представителя потерпевшего. При рассмотрении уголовного дела судьей Лесниковой И.Ю. данное нарушение устранено не было. В основу обвинительного приговора судом положено заключение судебно-медицинской экспертизы № 65 от 04.06.2021,, при этом автор жалобы перечисляет выводы о причине смерти потерпевшей ФИО14, и отмечает, что в заключение эксперта № 727 от 29.07.2020. причиной смерти была установлена язвенная болезнь двенадцатиперстной кишки, сопровождавшаяся травмами и переломами различных частей тела и рядом заболеваний. Выводы данных экспертиз противоречат друг другу. Согласно записи акта о смерти, выданного на основе заключения патологоанатома, производившего вскрытие трупа потерпевшей, причиной ее смерти являлась язва двенадцатиперстной кишки, иных причин смерти установлено не было. Указанным документам, исследованным в ходе судебного разбирательства, судом не дано никакой оценки. Экспертное заключение № 65 от 04.06.2021 вызывает обоснованное сомнение в его объективности. Так, при установлении причины смерти эксперты указывают, в том числе множественные ссадины и кровоподтеки различных частей тела, отраженные в медицинской карте при поступлении пациентки в медицинское учреждение 

<

дата>. Однако потерпевшая до момента смерти 

<

дата> в течение трех месяцев находилась на стационарном лечении и ссадины и кровоподтеки за столь длительное время должны были исчезнуть и не могли привести к летальному исходу. Кроме того, потерпевшая по поводу лечения полученных травм находилась на лечении в травматологическом отделении в период с 17.03.2020 по 28.04.2020, а далее была переведена в хирургическое отделение для лечения пролежней, что свидетельствует о стабилизации здоровья в связи с полученными травмами и об отсутствии показаний в их дальнейшем лечении, а как следствие данные травмы не могли служить причиной смерти потерпевшей. Полагает судом не была достоверно установлена причина смерти потерпевшей. Ни документальными материалами дела, ни свидетельскими показаниями не установлены повреждения автомобиля ФИО2 Учитывая обширный перечень травм потерпевшей представляется невозможным отсутствие вмятин на автомобиле при соприкосновении с телом, что подтверждает позицию ФИО2 о том, что наезд на пешехода ею не совершался. Полагает судом также не дано надлежащей оценки экспертному заключению автотехнической экспертизы № 656р от 28.05.2021. Суд соглашается с установочными данными, отраженными в заключении, согласно которым на момент происшествия, несмотря на отсутствие нанесенной на дорожное покрытие разметки в месте расположения автомобиля ФИО2, имелось двухполосное движение, по одной полосе в каждом направлении. При этом в материалах дела на момент проведения экспертизы содержалась представленная Управлением дорожного хозяйства схема организации дорожного движения по ул. Попова, на которой даже не был отражен участок дороги, на котором произошло ДТП. По делу установлено, что на момент происшествия в зоне ДТП отсутствовала дорожная разметка. Сама ФИО2, регулярно совершавшая маневр выезда со второстепенной дороги по пр-ту Строителей на главную дорогу по ул. Попова, пояснила, что на участке, где произошло происшествие, дорога имела 3 полосы движения: 1 по направлению от Индустриальной в сторону ФИО3, и 2 полосы в обратном направлении, что подтверждается, в том числе шириной дорожного полотна, измеренного сотрудниками ДПС - 10.8 м, позднее нанесенной и действующей до настоящего времени дорожной разметкой и фотографией организации движения автомобилей с места происшествия, на которой усматривается, что движение организовано в две полосы в направлении перекрестка, автомобили едут по полосе перед стоящим автомобилем ФИО2 и в полосе справа от него. Также наличие трех полос движения подтверждается приобщенной к материалам уголовного дела стороной защиты ответом СГБУ «СМОЛЕНСКАВТОДОР» проектной документацией по объекту «Капитальный ремонт Попова (участок от ул. Шевченко до 

<

...>) в Промышленном р-не г. Смоленска», согласованной и утвержденной 24.12.2019 и действующей на момент происшествия. Учитывая, что согласно составленной инспектором ДПС схемы ДТП. взятой за основу при проведении экспертизы переднее водительское колесо находилось на расстоянии 5,51 м до левого края дороги, заднее водительское колесо на расстоянии 4,28 м до левого края дороги, определение количества полос движения имеет важное значение, поскольку при 3 полосах движении (2 в сторону ул.Индустриальной и одна в обратном направлении) автомобиль полностью находился в полосе своего движения, что имеет существенное значение при определении наличия либо отсутствия нарушения п.8.6 ПДД водителем при завершении маневра: осуществление поворота налево со второстепенной дороги. При таких обстоятельствах заключение автотехнической экспертизы от 28.05.2021 является необъективным и не может быть положено в основу приговора. Однако судом было отказано в назначении повторной автотехнической экспертизы. При таких обстоятельствах полагает ни само событие преступления, ни виновность в его совершении ФИО2 в ходе судебного разбирательства не установлены и не доказаны. Взыскание в пользу потерпевшего Потерпевший №2 в счет компенсации морального вреда денежной суммы в размере 200000 рублей судом произведено необоснованно. Просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор.

- осужденная ФИО2 приводит аналогичные доводы. Указывает, что в материалах дела имеется два разных материала проверки (КУСП) по одному и тому же событию, один из которых окончен постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела, а по второму возбуждено уголовное дело, однако двух материалов проверки по одному событию не может быть. Считает, что расследование уголовного дела было необъективным и имело обвинительный уклон, проведено без учета первоначальной проверки и отказа в возбуждении уголовного дела, с грубыми процессуальными нарушениями, неуполномоченным на то лицом, с использованием методов принуждения. Её вина в нарушении ПДД, повлекшем по неосторожности смерть человека, не установлена, а выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Согласно медицинскому заключению о смерти 6600 № от 10.06.2020 причиной смерти ФИО14 явилась «язва двенадцатиперстной кишки хроническая или неуточненная с кровотечением». Таким образом, отсутствует причинно-следственная связь между смертью ФИО14 и её действиями. Кроме того, суд первой инстанции не дал оценки тому факту, что ФИО14 умерла через продолжительное время после происшествия, накануне у нее наметилось стойкое улучшение состояния, в хирургическое отделение она была переведена с диагнозом «пролежни с некрозом мягких тканей, подлежащие хирургическому иссечению». Должный уход за ФИО14 со стороны медработников не проводился. В материалах КУСП имеется трассологическая экспертиза, которая указала, что возможности избежать столкновения она не имела, ПДД не нарушала. Отмечает, что место происшествия являлось оживленным, несколькими часами ранее автомобиль находился на мойке, происшествие было в марте 2020 года, лежал снег, в связи с чем, показания свидетелей, которые слышали шум, удар, видели след стертой пыли на крыле автомобиля, являются недостоверными. Эти свидетели не могли видеть ДТП. При этом сотрудник полиции, выезжавший на место происшествия указывал о том, что повреждений на авто нет. Осмотр места происшествия не проводился. Свидетель, который являлся понятым, также показал, что никакого удара и наезда, о котором слышали вышеуказанные свидетели, не было, однако суд и отверг показания этого свидетеля и необоснованно принял во внимание показания других свидетелей. В судебном заседании ей заявлялись ходатайства о допуске в качестве защитника наряду с адвокатом Рыбкиной Н.В., которая является её общественным защитником. Суд ходатайство оставил без удовлетворения со ссылкой на то, что защиту её интересов осуществляет профессиональный адвокат. Просит приговор отменить и направить уголовное дело на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции:

- адвокат Немкова М.Е. и непосредственно сама осужденная ФИО2 поддержали доводы апелляционных жалоб; просили приговор отменить и оправдать ФИО2, либо передать дело на новое рассмотрение;

- прокурор отдела прокуратуры Смоленской области Прохоренков А.А., приведя аргументы, полагал приговор изменить, учесть совершение ФИО2 преступления впервые, а жалобы оставить без удовлетворения.

Заслушав мнения участников процесса, проверив представленное уголовное дело, изучив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции находит приговор Промышленного районного суда г. Смоленска от 9 января 2025 года законным, обоснованным, а доводы жалоб - не подлежащими удовлетворению.

Судом первой инстанции уголовное дело в отношении ФИО2 рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон. Суд, сохраняя объективность и беспристрастность, принял все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного объективного исследования обстоятельств дела, при этом судьей, председательствующим по делу, сторонам созданы все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Вопреки доводам стороны защиты, вопросы допустимости и относимости доказательств рассмотрены судом согласно требованиям Главы 10 УПК РФ. 

Обвинительный приговор построен на допустимых и достоверных доказательствах, которые непосредственно исследованы в судебном заседании и им дана надлежащая оценка в соответствии с положениями стст. 87, 88 УПК РФ.

Выводы суда о доказанности вины осужденной ФИО2 в совершении нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, являются обоснованными, и они подтверждаются совокупностью доказательств, исследованных, оцененных судом и подробно изложенных в приговоре. 

Так, виновность ФИО2 в инкриминируемом ей преступлении, подтверждается: показаниями свидетелей Свидетель №4, Свидетель №3, Свидетель №1, Свидетель №5, Свидетель №2, протоколом осмотра места совершения административного правонарушения со схемой и фототаблицей от 17.03.2020; актом о выявленных недостатках автомобильной дороги от 17.03.2020; заключением судебно-медицинской экспертизы № 742 от 02.07.2020; заключением судебно-медицинской экспертизы № 727 от 29.07.2020; заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 65 от 04.06.2021; справкой Смоленского ЦГМС - филиал ФГБУ «Центральное УГМС»; протоколом выемки с фототаблицей от 19.05.2021; протоколом проверки показаний на месте с участием свидетеля Свидетель №3 со схемой и фототаблицей; заключением автотехнической судебной экспертизы № 656р от 11.06.2021; карточками операций с ВУ и иными письменными материалами дела в своей совокупности.

Указанные доказательства обоснованно положены судом в основу обвинительного приговора, поскольку они добыты в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, дополняют друг друга, согласовываются между собой, не содержат существенных противоречий, которые могли бы дать повод усомниться в их достоверности, и в своей совокупности подтверждают выводы суда о виновности именно осужденной ФИО2 в совершении преступления. 

Всем вышеперечисленным доказательствам, в том числе, показаниям, как подсудимой ФИО2, так и свидетелей, заключениям экспертиз, протоколам следственных действий, иным письменным доказательствам, судом дана надлежащая оценка, не согласиться с которой оснований суд второй инстанции не усматривает. 

Мотивов для оговора ФИО2 со стороны свидетелей обвинения судом первой инстанции не установлено, не находит таковых и апелляционная инстанция. 

Экспертизы по делу проведены компетентными экспертами, что подтверждено материалами дела, с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, Федерального закона от 31 мая 2001г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. Оснований сомневаться в объективности, обоснованности и непредвзятости выводов экспертных исследований, проведенных по делу, не имеется. 

Несогласие стороны защиты с экспертными исследованиями, связанными с установлением телесных повреждений у потерпевшей и причины её смерти, автотехнической экспертизы, не умаляют выводы указанных экспертиз и выводы суда относительно виновности ФИО2

Так, согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 742 от 02.07.2020, по данным медицинской документации у ФИО14 диагностированы телесные повреждения: оскольчатый перелом правой лобной кости с переходом через обе стенки лобной пазухи на верхнюю стенку орбиты; перелом тела и дуги правой скуловой кости с переходом на большое крыло клиновидной кости; перелом правой верхнечелюстной пазухи; перелом костей носа с переходом на ячейки решетчатой кости и клиновидный синус; ушиб головного мозга средней степени с наличием субдуральной гидромы лобно-теменно-височной области слева; субарахноидальное кровоизлияние; рваная рана лобной области; гематомы век и субконъюнктивальные кровоизлияния правого и левого глаза; множественные кровоподтеки лица; множественные ссадины лица, туловища, конечностей; множественные переломы ребер слева (2,3,4,5,6,7 ребер); оскольчатый перелом тела правой лопатки; перелом проксимального эпиметафиза левой большеберцовой и малоберцовой кости; рана левой голени; трехлодыжечный перелом правой голени; рана левой кисти, которые квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Повреждения не могли образоваться при падении с высоты собственного роста на широкую твердую поверхность (т.1 л.д.38-42).

Поскольку при проведении названного экспертного исследования ставился перед экспертом только вопрос о степени тяжести телесных повреждений, в дальнейшем в ходе проведения доследственной проверки 9 июня 2020 года назначена судебно-медицинская экспертиза в отношении трупа ФИО14

Согласно выводам заключения судебно-медицинской экспертизы № 727 от 29.07.2020, при исследовании трупа ФИО14 обнаружены телесные повреждения: перелом чешуи лобной кости справа с переходом на глазничную часть и малое крыло основной кости, перелом правой скуловой кости (по клиническим данным), перелом правой верхнечелюстной кости (по клиническим данным), ушиб головного мозга средней степени тяжести (по клиническим данным), кровоизлияния под мягкие мозговые оболочки (по клиническим данным), переломы 2-6 ребер слева, перелом правой лопатки, закрытый перелом диафиза левой большеберцовой кости, закрытый перелом эпифиза правой большеберцовой кости, ушибленные раны и ссадины мягких тканей лица (по клиническим данным), которые образовались незадолго до поступления пострадавшей в больницу, одновременно либо в быстрой последовательности одно за другим от ударных воздействий твердых тупых предметов и по признаку опасности для жизни расцениваются, как тяжкий вред здоровью. Причиной смерти ФИО14 явилась язвенная болезнь двенадцатиперстной кишки и тупая травма головы, груди и конечностей, сопровождавшаяся переломом костей свода, основания черепа и лицевого скелета, переломами ребер и правой лопатки, переломами большеберцовых костей и осложнившиеся аррозивным кровотечением из язвы двенадцатиперстной кишки, острым малокровием и анемией, отеком головного мозга, двусторонней фибринозно-гнойной пневмонией (т.1 л.д.68-71).

В ходе предварительного расследования 28 апреля 2021 года назначена комиссионная судебная медицинская экспертиза. 

При проведении экспертного исследования анализу подвергались – две медицинские карты стационарного больного, заключения экспертиз № 742 от 02.07.2020, № 727 от 29.07.2020.

Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 65 от 04.06.2021, комиссия экспертов пришла к следующим выводам: причинной смерти ФИО14, явилась сочетанная тупая травма головы, туловища и конечностей, которая сопровождалась переломами костей свода и основания черепа, костей лицевого скелета, ушибом головного мозга с наличием субдуральной гидромы лобно-теменно-височной области слева, раной лба, множественными кровоподтеками и ссадинами лица, множественными ссадинами туловища и конечностей, переломами ребер слева, переломом тела правой лопатки, переломами костей нижних конечностей. Данная сочетанная травма привела к развитию травматической болезни, осложнившейся двусторонней пневмонией, двусторонним плевритом, некрозами мягких тканей (пролежнями), образованием язвы двенадцатиперстной кишки с последующей аррозией сосуда и желудочно-кишечным кровотечением, отеком легких и головного мозга, малокровием внутренних органов. Таким образом, имеется прямая причинно-следственная связь между полученной ФИО14 сочетанной травмой и наступлением смерти последней. Смерть ФИО14 наступила 09.06.2020 в 06 часов 30 минут, о чем свидетельствует соответствующая запись в медицинской карте стационарного больного. ФИО14 были причинены повреждения в виде оскольчатого перелома правой лобной кости с переходом через обе стенки лобной пазухи на верхнюю стенку орбиты, перелома тела и правой скуловой кости с переходом на большое крыло клиновидной кости, перелома правой верхнечелюстной пазухи, перелома костей носа с переходом на ячейки решетчатой кости и клиновидный синус, ушиба головного мозга средней степени с наличием субдуральной гидромы лобно-теменно-височной области слева, кровоизлияния под мягкие оболочки головного мозга, рвано-ушибленной раны лба, множественных кровоподтеков и ссадин лица, множественных ссадин туловища и конечностей, переломов 2-7 ребер слева, оскольчатого перелома тела правой лопатки, перелома костей левой голени, раны левой голени, трехлодыжечного перелома правой голени, раны левой кисти. Все повреждения образовались незадолго до поступления ФИО14 в больницу 17.03.2020 в результате действия твердых тупых предметов, возможно в условиях дорожно-транспортного происшествия, имевшего место, как указано в постановлении 17.03.2020. Вышеперечисленные повреждения в совокупности квалифицируются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью человека по признаку опасности для жизни. По имеющимся судебно-медицинским данным можно сказать, что первичный удар выступающими частями движущегося транспортного средства был нанесен, вероятнее всего, в область верхней трети левой голени ФИО14, что подтверждается наличием раны на левой голени и переломами обеих конечностей левой голени в верхней трети. Таким образом, ФИО14 в момент первичного удара находилась, в вертикальном или близком к нему положении и была обращена к движущемуся автомобилю, вероятнее всего левой боковой поверхностью тела. В дальнейшем, после первичного удара, происходило отбрасывание тела с последующим ударом о твердое покрытие дороги. Повреждения, причиненные ФИО14 в результате дорожно-транспортного происшествия, состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти. (т.1 л.д.111-124).Таким образом, апелляционная инстанция приходит к выводу, что проведенные судебно-медицинские экспертные исследования по медицинской документации и трупа ФИО14 дополняют друг друга и не содержат явных существенных противоречий, тем самым доводы стороны защиты об обратном расцениваются как несостоятельные. 

Комиссия экспертов, проводивших исследование в апреле - июне 2021 года, однозначно пришла к выводу, что выявленная у ФИО14 язва двенадцатиперстной кишки явилась осложнением травматической болезни, которая развилась в результате сочетанной травмы головы, туловища и конечностей.

Тот факт, что в записи акта о смерти ФИО14 от 08.07.2020 указана причина смерти «язва двенадцатиперстной кишки хроническая или неуточненная с кровотечением», не ставит под сомнение выводы комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 65 от 04.06.2021, и экспертизы № 727 от 29.07.2020, где отражены и телесные повреждения ФИО14 и причина её смерти.

Сторона защиты акцентирует внимание на то, что на автомашине, которой управляла ФИО2, не зафиксировано повреждений. 

Вместе с тем, в протоколе осмотра места совершения административного правонарушения от 17 марта 2020 года указанно относительно осмотра транспортного средства и следов и других вещественных доказательств на транспорте - приложение к ДТП. При этом к протоколу приобщена схема ДТП и фототаблица, где на последней на фотографии 6 на бампере автомобиля зафиксирована царапина.

В рамках расследования уголовного дела осмотр автомашины был осуществлен только 19 мая 2021 года, то есть спустя более одного года с момента ДТП (т.1 л.д. 194- 198). 

Согласно исследовательской части заключения эксперта № 727 от 19.07.2020, при исследовании трупа ФИО14 установлена длина тела трупа - 149 см.

Из открытых источников автомашина «Киа Спортэйдж» (Kia Sportage, SL)» 2012 г.в. имеет следующие характеристики: клиренс (дорожный просвет) 172 мм, длина 4440 мм, ширина 1855 мм, высота 1635 мм. 

При таких обстоятельствах (рост погибшей, габариты автомобиля, а также механизм полученных ФИО14 телесных повреждений - первичный удар выступающими частями движущегося транспортного средства был нанесен в область верхней трети левой голени), учитывая установленные судом первой инстанции обстоятельства преступления, а именно, что ФИО2, Е.Б., управляя автомашиной «Киа Спортэйдж» (Kia Sportage, SL)», передней левой частью своего автомобиля совершила наезд на ФИО14, на указанной автомашине не отразились достаточно явно видимые какие-либо следы, а равно повреждения передней левой части транспортного средства. 

Не усматривает апелляционная инстанция оснований ставить под сомнение заключение автотехнической экспертизы № 656р от 11.06.2021, согласно выводам которой в указанной дорожной обстановке водитель автомобиля «Киа SLS (Sportage, SL.)» рег.знак 

<

данные изъяты> ФИО2 должна была руководствоваться требованиями п.8.6 ПДД РФ. В данной дорожной ситуации ФИО2 имела техническую возможность избежать ДТП при скорости движения 30 км/ч. В данной дорожно-транспортной ситуации, действия водителя ФИО1 не соответствовали требованиям п.8.6 ПДД РФ, по причинам указанным в исследовательской части (для предотвращения ДТП водителю достаточно было в соответствии с п.8.6 ПДД выполнять маневр поворота таким образом, чтобы не оказаться на стороне встречного движения, где в этот момент находился пешеход ФИО14). Причиной ДТП с технической точки зрения, является несоответствие действий водителя автомобиля «Киа SLS (Sportage:, SL.)» ФИО2 требованиям п.8.6 ПДД РФ, выразившимся в выезде со второстепенной дороги на сторону встречного движения главной дороги. 

Утверждение стороны защиты о том, что при проведении экспертного исследования использовались неверные данные относительно дорожного полотка (количество полос и т.д.) где произошло ДТП, апелляционная инстанция расценивает как необоснованные.

Так, в ходе проведения экспертизы исследовались материалы уголовного дела, в том числе и протокол осмотра места совершения административного правонарушения от 

<

дата> со схемой ДТП и фототаблицей, где отражены значимые обстоятельства, а также и схема организации дорожного движения по улице Попова в районе д. 44 в городе Смоленске. 

Представленная адвокатом в судебное заседание суда первой инстанции проектная документация капительного ремонта улицы Попова в Промышленном районе г. Смоленска не свидетельствует о недостоверности либо неотносимости проведенной автотехнической экспертизы № 656р от 11.06.2021. 

При этом, как установлено в судебном заседании суда первой инстанции в момент ДТП дорожная разметка на дорожном полотне отсутствовала.

В соответствии с пунктом 9.1 Правил дорожного движения количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) знаками 5.15.1, 5.15.2, 5.15.7, 5.15.8, а если их нет, то самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними. При этом стороной, предназначенной для встречного движения на дорогах с двусторонним движением без разделительной полосы, считается половина ширины проезжей части, расположенная слева, не считая местных уширений проезжей части (переходно-скоростные полосы, дополнительные полосы на подъем, заездные карманы мест остановок маршрутных транспортных средств).

Следовательно, утверждения стороны защиты о том, что ФИО2, не выезжала на встречную полосу, голословны и опровергаются исследованными судом доказательствами.

Судом тщательно проверены исследованные доказательства, в приговоре подробно изложено содержание доказательств и их мотивированная оценка, с которой суд второй инстанции соглашается. 

Апелляционная инстанция соглашается с выводами суда о том, что действия ФИО2, связанные с нарушением Правил дорожного движения РФ, состоят в причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде причинения смерти ФИО14

Вопреки доводам стороны защиты полномочия представителя потерпевшего - ФИО12 подтверждаются материалами уголовного дела. Оснований считать названное лицо ненадлежащим представителем потерпевшего не имеется. 

Требования закона о презумпции невиновности судом первой инстанции соблюдены. Каких-либо противоречий в исследованных доказательствах, которые могут быть истолкованы в пользу ФИО2, суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Предусмотренные ст. 73 УПК РФ и подлежащие доказыванию обстоятельства, в том числе время, место и способ совершения преступления, мотивы, форма вины, судом установлены.

Суждения стороны защиты об отсутствии доказательств вины осужденной в совершении преступления опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе и показаниями свидетелей, заключениями экспертиз, а также названные доводы являлись предметом судебного разбирательства в суде первой инстанции.

Так, из показаний свидетелей Свидетель №4 и Свидетель №3, которые 17 марта 2020 года находились на месте ДТП, следует, что они шли по ул.Попова около д.44 к нерегулируемому пешеходному переходу, чтобы перейти дорогу. Дорога была без ям, сухая, погода без осадков, разметка на дороге отсутствовала. Видели ближе к краю проезжей части на зеленой зоне пожилую женщину, которая смотрела в сторону ул. ФИО3. Женщина стала переходить дорогу вне пешеходного перехода, преодолев полосу движения для автомобилей по направлению к ул. Индустриальная. Когда женщина вышла на полосу для встречного движения автомобилей, автомобиль «Киа Спортэйдж» черного цвета совершил наезд на нее передним левым крылом на встречной полосе движения. Автомобиль сразу же остановился. Они подбежали к пострадавшей, которая лежала на дороге в сознании, из головы которой текла кровь. Из автомобиля вышла девушка в шоковом состоянии, сказала, что не увидела пешехода. 

Свидетель ФИО4 свои показания подтвердила и в ходе проведения проверки показаний на месте, где подробно изложила известные ей обстоятельства ДТП. 

Как видно из протокола судебного заседания, суд первой инстанции не ограничивал прав участников процесса по исследованию имеющихся доказательств. В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства. Каких-либо данных, свидетельствующих об одностороннем или необъективном, предвзятом судебном разбирательстве дела, не имеется. Нарушений принципов состязательности и равноправия сторон в судебном заседании не допущено, а также не усматривается каких-либо обстоятельств, свидетельствующих об односторонних либо обвинительных действиях председательствующего при рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО2. 

Заявленные участниками процесса ходатайства, разрешались судом в установленном законом порядке, после заслушивания мнений всех участников, принимаемые решения мотивированы, а отказ суда в удовлетворении того или иного ходатайства, в том числе и о проведении дополнительной автотехнической экспертизы, при соблюдении процедуры его рассмотрения не может расцениваться как обвинительный уклон или нарушение принципа состязательности либо нарушение права на защиту.

Не имеется оснований полагать о нарушении судом права на защиту ФИО2, выразившееся в отказе в удовлетворении ходатайства о допуске в качестве защитника наряду с адвокатом ФИО16 (т.5 л.д. 165-166).

Так, закрепленное в ч.2 ст. 48 Конституции РФ и предусмотренное ч.1 ст. 50 УПК РФ право каждого обвиняемого в совершении преступления пользоваться помощью адвоката (защитника) не означает право обвиняемого выбирать в качестве защитника любое лицо по своему усмотрению и не предполагает возможность участия в уголовном процессе любого лица в качестве защитника. Гарантируя каждому, в том числе подозреваемому и обвиняемому, право на получение квалифицированной юридической помощи, государство вправе устанавливать с этой целью определенные профессиональные и иные квалификационные требования и критерии к лицам, уполномоченным на оказание правовой помощи. Участие в качестве защитника любого лица по выбору подозреваемого или обвиняемого может привести к тому, что защитником окажется лицо, не обладающее необходимыми профессиональными навыками, что несовместимо с задачами правосудия и обязанностью государства гарантировать каждому квалифицированную юридическую помощь. 

Как следует из материалов дела, суд первой инстанции, разрешая соответствующие ходатайство подсудимой, исходил из того, что лицо, о допуске которого просила ФИО2, не имела юридического образования (образование у ФИО16 8 месяцев техникума советской торговли), не представила объективные сведения относительно опыта осуществления правового сопровождения по уголовным делам, не конкретизировала какую юридическую помощь может оказать подсудимой, ввиду чего объективно не могла осуществлять функции защитника в уголовном судопроизводстве, а её допуск к участию в судебном процессе повлек бы существенное затягивание разумных сроков судопроизводства. При этом ФИО2 была обеспечена правовой помощью профессионального защитника – адвоката, который не был каким-либо образом ограничен в возможности общения с подсудимой, ее родственниками в целях совершения каких-либо действий организационно-технического характера в интересах обеспечения защиты.

Суд первой инстанции после тщательного выяснения вопроса о наличии у ФИО16 навыков, необходимых для осуществления защиты, а также поставленными перед ней подсудимой задачами, что в полной мере вытекало из положений ст. 49 УПК РФ, согласно которой защитник - это лицо, оказывающее юридическую помощь подсудимому, установив, что ФИО16 подобными навыками не обладала, исходя также из положений ч.2 ст. 49 УПК РФ, закрепляющей, что в качестве защитника могут быть допущены один из родственников или иное лицо, обоснованно оставил ходатайство ФИО2 без удовлетворения. 

Изложенные в жалобах стороны защиты доводы фактически сводятся к переоценке доказательств, которые оценены судом по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ. 

То обстоятельство, что оценка доказательств, данная судом, не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не ставит под сомнение выводы суда и не является основанием для отмены или изменения приговора.

Апелляционная инстанция не усматривает существенного нарушения норм уголовно-процессуального закона относительно поступивших в суд первой инстанции 23 декабря 2024 года документов от представителя потерпевшего. Так, ФИО5 принимала участие в судебном заседании 20 декабря 2024 года, ее ходатайства, аналогичные по своему содержанию от 23 декабря 2024 года, были рассмотрены судом с заслушиванием позиций участников уголовного судопроизводства, приняты по ним решения. При этом суд перешел к прениям сторон, представитель потерпевшего выступала в них, каких-либо ходатайств о возобновлении судебного следствия от неё не поступило.

Суд первой инстанции, правильно установив фактические обстоятельства дела, дал им верную юридическую оценку, и на основе исследованных доказательств обоснованно придя к выводу о виновности ФИО2 в совершении преступления, верно квалифицировал его действия по ч. 3 ст. 264 УК РФ - нарушении лицом, управляющим автомобилем правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Ссылки ФИО2 о наличии двух материалов по факту смерти ФИО14, апелляционной инстанцией не принимаются как нарушения закона, поскольку как видно из материалов уголовного дела доследственные проверки в порядке ст. 144-145 УПК РФ проводились органами внутренних дел по факту дорожно-транспортного происшествия с участием пешехода ФИО14 и водителя ФИО2, и следственным отделом по городу Смоленску СУ СК России по Смоленской области в рамках установления наличия либо отсутствия признаков преступления, предусмотренного ст. 105 УК РФ (убийство) по факту смерти Шакаль. 

При назначении ФИО2 наказания суд учитывал характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновной, обстоятельства смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на её исправление и на условия жизни её семьи. 

ФИО2 совершила неосторожное преступление, относящееся к категории средней тяжести.

При изучении личности ФИО2 судом установлено, что она по месту жительства характеризуется положительно, не судима, имеет двоих детей 2010 и ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит. 

К обстоятельствам, смягчающим наказание, судом первой инстанции обоснованно отнесено – наличие двоих малолетних детей, оказание помощи потерпевшей, выразившиеся в осуществлении ухода в медицинском учреждении после ДТП, состояние здоровья.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 июня 2015 года № 29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве», с учетом взаимосвязанных положений статей 389.22, 389.23 и части 1 статьи 389.24 УПК РФ о том, что обвинительный приговор, определение, постановление суда первой инстанции могут быть отменены или изменены в сторону ухудшения положения осужденного не иначе как по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего, частного обвинителя, их законных представителей и (или) представителей, при новом рассмотрении дела в суде первой или апелляционной инстанции после отмены приговора в связи с нарушением права обвиняемого на защиту, а также по иным основаниям, не связанным с необходимостью ухудшения положения обвиняемого, не допускается применение закона о более тяжком преступлении, назначение обвиняемому более строгого наказания или любое иное усиление его уголовной ответственности.

Названные предписания судом первой инстанции не соблюдены.

Между тем, как усматривается из приговора Промышленного районного суда г. Смоленска от 31 мая 2022 года, судом в качестве смягчающего наказание обстоятельства признано совершение преступления впервые.

Однако суд первой инстанции, вопреки приведенным положениям, изложенным в вышеуказанном Постановлении Пленума Верховного суда РФ № 29 от 30.06.2015, назначая наказание ФИО2 при постановлении нового приговора, не признал это обстоятельство в качестве смягчающего наказание.

При этом приговор от 31 мая 2022 года был отменен апелляционной инстанцией Смоленского областного суда 25.07.2022 с передачей уголовного дела на новое судебное рассмотрение ввиду нарушений уголовно-процессуального закона, а не по основанием, связанным с мягкостью назначенного наказания либо необоснованного учета тех или иных обстоятельств в качестве смягчающих, 

Однако по результатам повторного рассмотрения уголовного дела судом назначено наказание ФИО2 без учета данного обстоятельства в качестве смягчающего, что ухудшило положение осужденной. 

В связи с чем суд апелляционной инстанции находит необходимым внести изменения в приговор, признав в качестве смягчающего наказание ФИО2 обстоятельства в силу ч.2 ст. 61 УК РФ совершение преступления впервые.

Следовательно, при признании второй инстанцией вышеназванного смягчающего наказание обстоятельства уменьшается общественная опасность действий ФИО2, что дает основания для смягчения ей как основного так и дополнительного наказания в пределах того же вида и снижением размера испытательного срока. 

Каких-либо иных новых данных о наличии у осужденной смягчающих наказание обстоятельствах, которые бы не были известны суду первой инстанции, в материалах дела, апелляционных жалобах не содержится и в суд апелляционной инстанции не представлено сторонами. 

Отягчающих наказание обстоятельств судом первой инстанции не установлено.

С учетом фактических обстоятельств преступления, несмотря на наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, судом первой инстанции обоснованно не применены положения ч. 6 ст. 15 УК РФ, с чем апелляционная инстанция соглашается.

Суд первой инстанции не усмотрел исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного ФИО2 преступления, предусмотренных ст. 64 УК РФ, не находит таковых и вторая инстанция.

Следуя предписаниям ч. 2 ст. 43 УК РФ, устанавливающей, что наказание за совершенное преступление применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений, суд первой инстанции, принимая во внимание данные о личности осужденной и иные значимые обстоятельства совершенного преступления, обоснованно пришел к выводу о необходимости назначения ФИО2 наказания в виде лишения свободы условно, поскольку иное наказание не отвечало бы его целям и принципу справедливости.

Свои выводы суд убедительно аргументировал, с чем суд второй инстанции соглашается.

Суд апелляционной инстанции констатирует, что назначенное ФИО2 наказание за совершенное преступление по своему виду отвечает требованиям закона, соразмерно содеянному, данным о личности осужденной.

Судом первой инстанции заявленный представителем потерпевшего гражданский иск о компенсации морального вреда разрешен в соответствии с требованиями закона, несмотря на несогласие с позиций стороны защиты.

Как усматривается из материалов уголовного дела автомашина, которой управляла ФИО2, принадлежит бывшему ее супругу, с которым расторгнут брак в 2013 году, а автомашина была приобретена в 2012 году, то есть указанная автомашина фактически является совместной собственностью супругов в силу требований ч.1 ст. 34 Семейного Кодекса РФ. В связи с чем судом обоснованно взыскана в пользу Потерпевший №2 с ФИО2 компенсация морального вреда. 

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах осужденной и ее защитника, не свидетельствуют о незаконности, необоснованности либо несправедливости постановленного судом приговора и не являются основанием для его отмены либо иного изменения. 

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона либо иного нарушения уголовного закона судом первой инстанции при рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО2 не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Промышленного районного суда г. Смоленска от 9 января 2025 года в отношении ФИО2 изменить:

- признать в качестве смягчающего наказание обстоятельства в соответствии с ч.2 ст. 61 УК РФ – совершение преступления впервые;

- смягчить назначенное ФИО2 наказание до 1 года 10 месяцев лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 10 месяцев.

В соответствии с ч. 1 ст. 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы считать условно с испытательным сроком 10 месяцев. 

В остальной части приговор Промышленного районного суда г. Смоленска от 9 января 2025 года в отношении ФИО2 оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденной ФИО2 и ее защитника Немковой М.Е. - без удовлетворения.

Постановление суда апелляционной инстанции может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, через Промышленный районный суд г. Смоленска в течение 6 месяцев со дня вступления его в законную силу. В случае же пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении – путем подачи кассационной жалобы непосредственно в суд кассационной инстанции. При поступлении кассационной жалобы или представления, затрагивающих интересы осужденной, она вправе: ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции; поручать осуществление своей защиты избранному ей защитнику либо ходатайствовать о его назначении.

Председательствующий /подпись/ Т.Л. Зарецкая 

Копия верна 

Судья Смоленского областного суда Т.Л. Зарецкая