УИД 78RS0022-01-2024-018332-24 дело № 2-311/2026

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 января 2026 года г. Волгодонск

Волгодонской районный суд Ростовской области в составе:

Председательствующего судьи Персидской И.Г.

при секретаре Жилиной И.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора г.Волгодонска в интересах ФИО2 к банку ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора недействительным, применении последствий недействительности сделки,

установил:

Истец прокурор г.Волгодонска, действующий в интересах ФИО2 обратился в суд с иском к банку ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора недействительным, применении последствий недействительности сделки, указав следующее.

В производстве следователя ОП № 1 СУ МУ МВД России «Волгодонское» находится уголовное дело №, возбужденное ДД.ММ.ГГГГ по признакам состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.159 УК РФ, в отношении неустановленного лица.

Согласно материалам данного уголовного дела, неустановленное лицо, находясь в неустановленном месте, путем обмана и злоупотребления доверием в ходе телефонного разговора со ФИО2, имея умысел на хищение денежных средств последней, 27.09.2024 убедило ее скачать на свой смартфон приложение «Документы», после чего от ее имени заключило с ПАО Банк «ВТБ» кредитный договор № на потребительские нужды на общую сумму 29999 руб. путем оформления в сети Интернет соответствующей заявки.

Постановлениями следователя ОП №1 СУ МУ МВД России «Волгодонское» от 08.10.2024 ФИО2 признана потерпевшей по уголовному делу.

Установлено, что во избежание необходимости уплаты процентов за пользование займом и возможных рисков возникновения штрафных санкций со стороны банка, ФИО5 08.10.2024 обратилась в банк ВТБ (ПАО) с заявлением о досрочном полном погашении задолженности по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в сумме 30538,16 руб., которое было исполнено ею в тот же день.

Требование прокурора о признании кредитного договора недействительным мотивировано тем обстоятельством, что сделка совершена в отсутствие волеизъявления ФИО2, а именно в результате ее обмана неустановленным лицом и денежные средства банка фактически предоставлены не обманутому заемщику, а неустановленному лицу, которое впоследствии ими распорядилось по своему усмотрению.

Вышеуказанные действия свидетельствуют об их незаконности со стороны третьего лица, которые обманным путем похитило у ФИО2 денежные средства, получив ее персональные данные, необходимые для заключения кредитного договора с Банком ВТБ (ПАО) бесконтактным способом, то есть без посещения заемщиком офиса банка (посредством сети Интернет).

Таким образом, кредитный договор № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО2 и Банк ВТБ (ПАО), является ничтожной сделкой.

На основании вышеизложенного просит признать недействительным кредитный договор № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО2 и Банком ВТБ (ПАО). Применить последствия недействительности сделки, возложив на Банк ВТБ (ПАО) обязанность возвратить ФИО2 уплаченные ею денежные средства, в том числе проценты, в счет погашения займа по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ, в общей сумме 30538,16 руб.

В судебном заседании истец заместитель прокурора г.Волгодонска ФИО6 поддержал исковые требования и доводы в его обоснование, просил удовлетворить исковые требования в полном объеме.

Истец ФИО2 в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивала, пояснив, что 27 сентября 2024 примерно в 13 часов на принадлежащий ей номер телефона № поступил звонок в мессенджере Телеграмм контакта с надписью «Военный клинический госпиталь 1602», но соединение не произошло. Поскольку ее сын ФИО7 с июля 2024 года числится без вести пропавшим в связи с участием в СВО, она сама написала сообщение на контакт Военный клинический госпиталь. Затем с номера мессенджера Телеграмм позвонил неизвестный ей мужчина, который сказал, что является сотрудником Ростовского областного комиссариата и спросил кем приходится ей ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на что ответила, что сыном. После этого, звонивший сообщил ей, что ее сын героически погиб при выполнении задания и в течение недели вещи сына будут переданы в Волгодонской военный комиссариат, а тело ее сына будет передано в течение 2 недели, что более подробно ей объяснят в 16 часов, а до этого времени необходимо установить программу «Мои документы», которое понадобится для получения пособия. После сообщения о гибели ее сына она пришла в состояние шока и не осознавая значения своих действий установила это приложение. После этого звонивший сообщил ей номер ее счета в банке ВТБ и остаток денежных средств в сумме361 рубль, эти сведения соответствовали действительности. После выполнения всех указания звонившего, она осмотрела папку «Документы», которая оказалась пустой затем она осмотрела установленное приложение Онлайн приложение ВТБ Банк и обнаружила, что на ее имя неизвестное лицо оформило кредитный договор № № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 29 999 рублей, который впоследствии был зачислен на счет, открытый на ее имя. С указанного счета неизвестное лицо 27.09.2024 в 14.15 произвело списание путем онлайн перевода денежных средств в сумме 30 000 рублей на счет ИП ФИО1 в Альфа Банке за приобретение товара. Просит учесть, что она не понимала, что в результате ее действий на ее имя заключен кредитный договор, она не имела намерений и не выражала волеизъявления на заключение спорного кредитного договора, денежные средства по кредитному договору ею получены не были, договор заключен вопреки ее воле и интересам, она находилась в шоковом состоянии после сообщения о смерти ее сына.

Представитель ответчика ПАО Банк «ВТБ» в судебное заседание не явилась, о месте и времени судебного заседания была уведомлена надлежащим образом, представила возражения в которых указала, что с заявленными требования Банк ВТБ (ПАО) не согласен, считает их незаконными, необоснованными и не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

ДД.ММ.ГГГГ посредством дистанционной подачи заявки от имени Клиента был оформлен кредитный договор № на сумму 29 999 рублей.

В этот же день в 14:00:03 Клиент осуществил вход в личный кабинет путем ввода разового кода, направленного смс-сообщением на телефон Клиента и создал заявку на получение кредита.

В 14:08:11 Клиенту на телефонный № было направлено смс-сообщение с основными условиями и просьбой подтвердить согласие на получение кредита в ВТБ-онлайн путем ввода разового кода.

В 14:09:40 после введения клиентом всех подтверждающих кодов клиенту было направлено сообщение о перечислении денежных средств по кредитному договору на его расчетный счет.

В 14:15:00 после направления клиентом распоряжения на перевод денежных средств Клиенту по дистанционным каналам связи Банком было направлено смс-сообщение, содержащее одноразовый код, для подтверждения распоряжения на перевод денежных средств в размере 30 000 руб., после ввода которого Клиентом в Системе быстрых платежей (СБП) была проведена операция по переводу денежных средств в размере 30 000 руб. в качестве оплаты за товар/услуги.

Данные действия Клиента подтверждаются выпиской из системного протокола за 27.09.2024.

Оспариваемая операция была совершена дистанционно, посредством введения Клиентом кодов, направленных на его номер телефона, указанный им в качестве контактного, а также в системе «ВТБ-Онлайн» после авторизации с вводом логина, пароля и кода подтверждения.

08.10.2024 Клиент произвел погашение задолженности по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в размере 30538,16 руб., что является подтверждением согласия клиента с условиями кредитного договора и признания им наличия обязательств перед Банком по возврату кредитных денежных средств.

Банк уведомил клиента об операциях, совершенных через онлайн кабинет посредством указания статуса электронного документа о переводе денежных средств.

На момент проведения оспариваемых операций доступ к учетной записи в онлайн кабинете заблокирован не был. Сообщения об утрате или компрометации средств подтверждения в банк не поступали, таким образом, у Банка не было оснований для отказа в проведении операций, распоряжение на проведение которых поступили в рамках дистанционного обслуживания.

Приостановить операции, уже совершенные с использованием системы дистанционного обслуживания «ВТБ-Онлайн», а также с использованием банковской карты, банк не может. Перевод денежных средств на основании распоряжения становится безотзывным и окончательным после исполнения банком распоряжения клиента в соответствии с законом (пункт 3.4.6 Правил).

Также представитель ответчика указывает, банк не несет ответственности за ущерб, возникший вследствие несанкционированного использования третьими лицами идентификаторов и/или средств подтверждения клиента, если такое использование стало возможным не по вине банка. Учитывая изложенное, у банка отсутствуют основания для удовлетворения требований истца.

Между истцом и ответчиком было достигнуто соглашение об использовании при совершении сделок электронной подписи либо иного аналога собственноручной подписи, по условиям которого информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью.

В заявлении на предоставление комплексного обслуживания в Банке пунктом 1 которого Клиент просит предоставить комплексное обслуживание в порядке и на условиях, изложенных в Правилах комплексного обслуживания физических лиц, клиентом указан контактный номер телефона №, на который необходимо направлять пароль для доступа в ВТБ-онлайн, sms/Push-коды, коды 3DS, сообщения в рамках sms- пакета и юридически значимые сообщения (п. 1.3.2 Заявления на ДКО).

Оспариваемые операции по заключению кредитного договора были совершены в системе «ВТБ-Онлайн» после авторизации с вводом логина и кода подтверждения SMS-кода. При этом средство подтверждения является действительным, если на момент использования не истек срок его действия, оно не отменено Клиентом или не ограничено Банком, в связи с чем, у Банка не было оснований для отказа в проведении операций.

На момент совершения операций доступ к дистанционным каналам связи заблокирован не был. С учетом правильного ввода паролей истцом, у Банка имелись безусловные основания полагать, что распоряжения даны уполномоченным лицом. У оператора денежных средств не возникли и объективно не должны были возникнуть сомнения относительно совершения операций третьими лицами.

Мобильный телефон на момент заключения кредитного договора и совершения операции по переводу денежных средств по дистанционным каналам связи из владения истца не выбывал.

Согласно материалам уголовного дела действия, направленные на оформление кредита и перевод денежных средств, были совершены в результате действий самого Клиента, в ходе телефонного разговора истца с неустановленным лицом.

В материалах уголовного дела отсутствуют сведения о совершении Банком мошеннических действий в отношении истца.

При указанных обстоятельствах, и с учетом отсутствия вины Банка, у истца отсутствуют правовые основания для признания оспариваемых им сделок совершенными без его согласия и, следовательно, о признании кредитного договора недействительным (ничтожным). Истец не лишен возможности истребования неосновательного обогащения от получателей денежных средств.

Банк ВТБ (ПАО) предпринял исчерпывающие меры, направленные на идентификацию клиента, его аутентификацию в информационной системе, подтверждение действительного волеизъявления на совершение операций; Истец, не проявив должную степень заботливости и осмотрительности, осуществил или содействовал оформлению кредита и осуществлению денежных переводов в пользу третьих лиц.

Обращение истца в суд с заявленными исковыми требованиями является злоупотреблением принадлежащими гражданскими правами, поскольку представляет собой попытку переложить ответственность за собственные неосмотрительные или неосторожные действия на Банк ВТБ (ПАО), обслуживающий его банковские счета.

На основании вышеизложенного в удовлетворении исковых требований просит отказать.

С учетом положений ст.167 ГПК РФ, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося представителя ответчика.

Изучив материалы дела, выслушав истца, прокурора, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Статья 35 Конституции Российской Федерации гарантирует охрану права частной собственности законом (пункт 1).

Гражданское законодательство, как следует из пункта 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора (пункт 2).

В соответствии со статьей 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (пункт 1).

К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 данного кодекса, если иное не установлено этим же кодексом (пункт 2).

В пункте 1 постановления Пленума N 25 разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 г. N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" (далее - Закон о потребительском кредите), заключению договора должно предшествовать обращение заемщика с заявлением о предоставлении кредита, а в соответствии с пунктом 6 этой же статьи договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 данного федерального закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств.

При заключении договора потребительского кредита, а также при предложении дополнительных услуг, оказываемых кредитором и (или) третьими лицами, включая страхование жизни и (или) здоровья заемщика в пользу кредитора, а также иного страхового интереса заемщика, в том числе с помощью электронных либо иных технических средств кредитором до сведения заемщика должна быть своевременно доведена необходимая и достоверная информация об услугах, обеспечивающая возможность их правильного выбора, при этом индивидуальные условия договора потребительского кредита должны быть в обязательном порядке согласованы кредитором и заемщиком индивидуально.

В случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств его письменная форма считается соблюденной, если эти средства позволяют воспроизвести на материальном носителе содержание договора в неизменном виде (в частности, при распечатывании).

Информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами или соглашением между участниками электронного взаимодействия, которые должны предусматривать в том числе правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи.

Соответственно, для обеспечения документа, подписанного простой электронной подписью, юридической силой необходимо идентифицировать лицо, которое использует простую электронную подпись, понятие которой в законе определено не только через наличие присущих ей технических признаков - использование кодов, паролей или иных средств, но и через ее функциональные характеристики - необходимость подтверждения факта формирования электронной подписи определенным лицом.

Учитывая изложенное, легитимность электронного документа с простой электронной подписью, содержащего условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение, подтверждается наличием указания в нем лица, от имени которого составлен и отправлен электронный документ.

Судом установлено, что 27 сентября 2024 примерно в 13 часов ФИО2 на принадлежащий ей номер телефона № поступил звонок в мессенджере Телеграмм контакта с надписью «Военный клинический госпиталь 1602», но соединение не произошло. Поскольку ее сын ФИО7 с июля 2024 года числится без вести пропавшим в связи с участием в СВО, она сама написала сообщение на контакт Военный клинический госпиталь. Затем с номера мессенджера Телеграмм позвонил неизвестный ей мужчина, который сказал, что является сотрудником Ростовского областного комиссариата и спросил кем приходится ей ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на что ответила, что сыном. После этого, звонивший сообщил ей, что ее сын героически погиб при выполнении задания и в течение недели вещи сына будут переданы в Волгодонской военный комиссариат, а тело ее сына будет передано в течение 2 недели, что более подробно ей объяснят в 16 часов, а до этого времени необходимо установить программу «Мои документы», которое понадобится для получения пособия. После сообщения о гибели ее сына она пришла в состояние шока и не осознавая значения своих действий установила это приложение. После этого звонивший сообщил ей номер ее счета в банке ВТБ и остаток денежных средств в сумме361 рубль, эти сведения соответствовали действительности.

После выполнения всех указания звонившего, она осмотрела папку «Документы», которая оказалась пустой затем она осмотрела установленное приложение Онлайн приложение ВТБ Банк и обнаружила, что на ее имя неизвестное лицо оформило кредитный договор № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 29 999 рублей, который впоследствии был зачислен на счет, открытый на ее имя. С указанного счета неизвестное лицо 27.09.2024 в 14.15 произвело списание путем онлайн перевода денежных средств в сумме 30 000 рублей на счет ИП ФИО1 в Альфа Банке за приобретение товара.

В результате мошеннических действий истцу причинен материальный ущерб на общую сумму 30 000 рублей.

Согласно пояснениям истца, данным ею в судебном заседании и в рамках уголовного дела, она не понимала что в результате ее действий на ее имя заключен кредитный договор. Истец не имела намерений и не выражала волеизъявления на заключение спорного кредитного договора, денежные средства по кредитному договору ею получены не были, договор заключен вопреки ее воле и интересам, она находилась в шоковом состоянии после сообщения о смерти ее сына.

Судом установлено, что все действия по оформлению заявки на кредит и заключению кредитного договора со стороны заемщика выполнены путем набора цифрового кода-подтверждения, истец выполнял все поступавшие указания, так как думал, что они поступают от сотрудника Военный областного комиссариата.

С учетом указанных истцом обстоятельств заключения кредитного договора от ее имени, но без ее участия, необходимо установить не только соответствие действий внутренним правилам банка, но и могут ли рассматриваться совершенные действия как проставление простой электронной подписи от имени заемщика, является ли она аналогом его собственноручной подписи в соответствии с требованиями Федерального закона от 6 апреля 2011 г. N 63-ФЗ "Об электронной подписи".

Согласно позиции Банка России, изложенной в информационном письме от 3 февраля 2022 г. N ИН-02-59/6 "О порядке согласования с заемщиками индивидуальных условий договора потребительского кредита (займа)", индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) подлежат отражению в табличной форме и подписанию заемщиком. При этом частью 14 статьи 7 Закона о потребительском кредите установлена возможность подписания заемщиком индивидуальных условий договора потребительского кредита (займа) также с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность заемщику в соответствии с требованиями федеральных законов.

Банком России выявлено использование кредиторами практик заключения договора потребительского кредита (займа), при которых согласие заемщика выражается посредством совершения действий, свидетельствующих о его согласии с предлагаемыми кредитором индивидуальными условиями (конклюдентные действия), либо телефонного звонка в адрес кредитора с информированием последнего о согласии на получение потребительского кредита (займа) на предложенных индивидуальных условиях. Как в первом, так и во втором случае, по мнению Банка России, устанавливающего правила проведения банковских операций, заемщиком индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) не подписываются ни собственноручной подписью, ни ее аналогом.

Таким образом, по мнению Банка России, подобные практики не могут быть признаны надлежащими и соответствующими требованиям Закона о потребительском кредите.

Из объяснений истца следует, что он не имел намерений на заключение спорного кредитного договора, такой договор заключен не истцом, вопреки его воле и интересам.

Банк при этом должен был доказать, что порядок подписания договора соблюден, то есть убедится, что намерение заключить договор исходит от надлежащего лица и обеспечить безопасность дистанционного предоставления услуг, идентифицировать клиента надлежащим образом, что исключило бы хищение денежных средств третьими лицами.

С учетом изложенного, подлежащими установлению по делам такой категории, является то, кем именно была принята публичная оферта банка на заключение договора, было ли волеизъявление лица, от имени которого с банком заключен договор, или данное лицо совершало лишь технические действия, позволившие третьему лицу реализовать свое волеизъявление, в пользу кого банком произведено исполнение обязательств по сделке.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, N 1 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24 апреля 2019 г., указано, что согласно статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор, и являющегося применительно к статье 168 (пункт 2) Гражданского кодекса Российской Федерации третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.?

В силу пункта 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающегося ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

Двусторонние (многосторонние) сделки могут совершаться способами, установленными пунктами 2 и 3 статьи 434 данного кодекса.

Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон могут устанавливаться дополнительные требования, которым должна соответствовать форма сделки (совершение на бланке определенной формы, скрепление печатью и тому подобное), и предусматриваться последствия несоблюдения этих требований. Если такие последствия не предусмотрены, применяются последствия несоблюдения простой письменной формы сделки (пункт 1 статьи 162).

Статьей 820 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что кредитный договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

В соответствии со статьей 307 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию (пункт 3).

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом I статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 153 названного выше кодекса сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

Так, в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 25) разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачёте, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и по специальным основаниям в случае порока воли при её совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме того, если сделка нарушает установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признаётся недействительной по этому основанию (пункты 7 и 8 постановления Пленума № 25).

Законодательством о защите прав потребителей установлены специальные требования к заключению договоров, направленные на формирование у потребителя правильного и более полного представления о приобретаемых (заказываемых) товарах, работах, услугах, позволяющего потребителю сделать их осознанный выбор, а также на выявление действительного волеизъявления потребителя при заключении договоров, и особенно при заключении договоров на оказание финансовых услуг.

Так, статьёй 8 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее - Закон о защите прав потребителей) предусмотрено право потребителя на информацию об изготовителе (исполнителе, продавце) и о товарах (работах, услугах).

При этом пунктом 2 данной статьи предписано, что названная выше информация доводится до сведения потребителя при заключении договоров купли-продажи и договоров о выполнении работ (оказании услуг) способами, принятыми в отдельных сферах обслуживания потребителей, на русском языке, а дополнительно, по усмотрению изготовителя (исполнителя, продавца), на государственных языках субъектов Российской Федерации и родных языках народов Российской Федерации.

Частью 6 статьи 3 Закона Российской Федерации от 25 октября 1991 г. № 1807-1 «О языках народов Российской Федерации» установлено, что алфавиты государственного языка Российской Федерации и государственных языков республик строятся на графической основе кириллицы. Иные графические основы алфавитов государственного языка Российской Федерации и государственных языков республик могут устанавливаться федеральными законами.

Обязанность исполнителя своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора, предусмотрена также статьёй 10 Закона о защите прав потребителей.

В пункте 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках товара (работы, услуги), имея в виду, что в силу Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (статья 12 Закона о защите прав потребителей). При этом необходимо учитывать, что по отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации (пункт 1 статьи 10 Закона о защите прав потребителей). При дистанционных способах продажи товаров (работ, услуг) информация должна предоставляться потребителю продавцом (исполнителем) на таких же условиях с учётом технических особенностей определённых носителей.

Обязанность доказать надлежащее выполнение данных требований по общему правилу возлагается на исполнителя (продавца, изготовителя).

Специальные требования к предоставлению потребителю полной, достоверной и понятной информации, а также к выявлению действительного волеизъявления потребителя при заключении договора установлены Федеральным законом от 21 декабря 2013 г. № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» (далее - Закон о потребительском кредите), в соответствии с которым договор потребительского кредита состоит из общих условий, устанавливаемых кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения и размещаемых в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (части 1, 3, 4 статьи 5), а также из индивидуальных условий, которые согласовываются кредитором и заёмщиком индивидуально, включают в себя сумму кредита; порядок, способы и срок его возврата; процентную ставку; обязанность заёмщика заключить иные договоры; услуги, оказываемые кредитором за отдельную плату, и т.д. (части 1 и 9 статьи 5).

Индивидуальные условия договора отражаются в виде таблицы, форма которой установлена нормативным актом Банка России, начиная с первой страницы договора потребительского кредита (займа) чётким, хорошо читаемым шрифтом (часть 12 статьи 5).

С банковского счёта заёмщика может осуществляться списание денежных средств в счёт погашения задолженности заёмщика по договору потребительского кредита (займа) в случае предоставления заёмщиком кредитной организации, в которой у него открыт банковский счёт (банковские счета), распоряжения о периодическом переводе денежных средств либо заранее данного акцепта на списание денежных средств с банковского счёта (банковских счетов) заёмщика, за исключением списания денежных средств, относящихся к отдельным видам доходов (части 22.1 и 22.2 статьи 5).

Согласно статье 7 Закона о потребительском кредите договор потребительского кредита (займа) заключается в порядке, установленном законодательством Российской Федерации для кредитного договора, договора займа, с учётом особенностей, предусмотренных данным федеральным законом (часть 1).

Договор потребительского кредита считается заключённым, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 данного федерального закона. Договор потребительского займа считается заключённым с момента передачи заёмщику денежных средств (часть 6).

Документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с данной статьёй, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим её принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет». При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заёмщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заёмщиком может быть заключён договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с данным федеральным законом (часть 14).

Из приведённых положений закона следует, что заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности, формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

Распоряжение предоставленными и зачисленными на счёт заёмщика денежными средствами осуществляется в соответствии со статьями 847 и 854 Гражданского кодекса Российской Федерации на основании распоряжения клиента, в том числе с использованием аналога собственноручной подписи.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 г. № 2669-0 указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершённые под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

Судом установлено, что 27.09.2024 посредством дистанционной подачи заявки от имени ФИО2 оформлен кредитный договор № на сумму 29 999 рублей.

В этот же день в 14:00:03 ФИО2 осуществила вход в личный кабинет путем ввода разового кода, направленного смс-сообщением на телефон клиента и создала заявку на получение кредита.

08.10.2024 Клиент произвел погашение задолженности по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в размере 30538,16 руб., что является подтверждением согласия клиента с условиями кредитного договора и признания им наличия обязательств перед Банком по возврату кредитных денежных средств.

Банк уведомил клиента об операциях, совершенных через онлайн кабинет посредством указания статуса электронного документа о переводе денежных средств.

На момент проведения оспариваемых операций доступ к учетной записи в онлайн кабинете заблокирован не был. Сообщения об утрате или компрометации средств подтверждения в банк не поступали, таким образом, у Банка не было оснований для отказа в проведении операций, распоряжение на проведение которых поступили в рамках дистанционного обслуживания.

Приостановить операции, уже совершенные с использованием системы дистанционного обслуживания «ВТБ-Онлайн», а также с использованием банковской карты, банк не может. Перевод денежных средств на основании распоряжения становится безотзывным и окончательным после исполнения банком распоряжения клиента в соответствии с законом (пункт 3.4.6 Правил).

Как следует из возражений ответчика, распечатке SMS/PUSH-сообщений (л.д.63) направленных банком истцу на номер его мобильного телефона, протоколом операции цифрового подписания (л.д.51) в дату выдачи кредита банком были направлены следующие сообщения истцу системе

В 14:08:11 ФИО2 на телефонный № было направлено смс-сообщение с основными условиями и просьбой подтвердить согласие на получение кредита в ВТБ-онлайн путем ввода разового кода.

В 14:09:40 после введения клиентом всех подтверждающих кодов клиенту было направлено сообщение о перечислении денежных средств по кредитному договору на его расчетный счет.

В 14:15:00 после направления клиентом распоряжения на перевод денежных средств ФИО2 по дистанционным каналам связи Банком было направлено смс-сообщение, содержащее одноразовый код, для подтверждения распоряжения на перевод денежных средств в размере 30 000 руб., после ввода которого Клиентом в Системе быстрых платежей (СБП) была проведена операция по переводу денежных средств в размере 30 000 руб. в качестве оплаты за товар/услуги.

Данные действия истца подтверждаются выпиской из системного протокола за 27.09.2024.

Оспариваемая операция была совершена дистанционно, посредством введения ФИО2 кодов, направленных на ее номер телефона, указанный в качестве контактного, а также в системе «ВТБ-Онлайн» после авторизации с вводом логина, пароля и кода подтверждения.

Таким образом, судом установлено, что все действия по заключению договора потребительского займа: анкета клиента, заявка (оферта) на предоставление займа, перевод денежных средств в другой банк, подписание согласия на обработку и передачу персональных данных третьим лицам, согласие на обработку персональных данных и получение сведений в бюро кредитной истории со стороны потребителя совершены одномоментно действием - путём введения шестизначного цифрового кода, направленного банком СМС-сообщением на мобильный номер истца в течение 9 минут, в период времени с 27.09.2024 14.00.03 по 27.09.2024 14.09.40.

Затем, 27.09.2024 в 14.15.00 после направления ФИО2 распоряжения денежные средства были перечислены ИП ФИО1, имеющей регистрацию и осуществляющей деятельность в г. Волгограде.

В соответствии с пунктом 3 Признаков осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, утвержденных приказом Банка России от 27 сентября 2018 г. N ОД-2525 (действующим на момент возникновения спорных отношений), к таким признакам относится несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции, место осуществления операции, устройство, с использованием которого осуществляется операция и параметры его использования, сумма осуществления операции, периодичность (частота) осуществления операций, получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

Отклоняя доводы ответчика о том, что к заключению кредитного договора привел ряд последовательных действий заемщика, свидетельствующих о направленности его воли на их заключение, информация доведена до истца должным образом, в данном случае именно действия истца, в результате которых был открыт полноценный доступ третьим лицам к личному кабинету "ВТБ-онлайн", повлекли к осуществлению оспариваемых банковских операций, руководствуясь положениями вышеприведенных норм права, а также положений статей 10, 307 Гражданского кодекса Российской Федерации, правовой позицией сформулированной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 года N 2669-О, пункта 3 Признаков осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, утвержденных приказом Банка России от 27 сентября 2018 года N ОД-2525, действующим в период совершения оспариваемого договора, суд исходит из того, что кредитный договор заключен между сторонами с использованием системы дистанционного обслуживания, подключение к которой выполнено в порядке и на условиях договора ДБО.

Вместе с тем, направленная в адрес истца информация, содержащаяся в sms-сообщениях, фактически не отражает условий кредитного договора, может быть частью рекламной акции Банка и не свидетельствует о заключении кредитного договора между сторонами, не свидетельствует о доведения Банком ВТБ (ПАО) до истца как потребителя финансовых услуг всей предусмотренной законом информации о кредитном договоре, об условиях заключаемой сделки, при этом не получено добровольного изъявления на заключение указанного кредитного договора, о чем свидетельствует обращение ФИО2 в тот же день, 27.09.2024 в правоохранительные органы, что подтверждается материалами дела.

После перечисления банком кредитных денежных средств на счет клиента, банк не приостановил совершение подозрительных и нетипичных для клиента операций, а именно: осуществление перевода, полученных по кредиту денежных средств сразу после зачисления на счет, на счет ИП ФИО1 в другом субъекте РФ, а именно г. Волгограде.

По мнению суда, предоставление кредитных средств осуществлено банком без установления действительной воли истца, в связи с чем. действия банка не отвечают критериям добросовестности, разумности и осмотрительности при заключении договора.

Суд полагает, что действия, произведенные ответчиком 27.09.2024 в промежутке времени 27.09.2024 с 14.00.03 по 14.15.00 по одновременному совершению ряда действий, а именно по заключению кредитного договора, в том числе в отсутствие оценки размера ежемесячного дохода истца, являющейся пенсионером и исполнению распоряжений клиента по перечислению кредитных средств ИП ФИО1, ведущей деятельность в г. Волгограде за приобретение товара истцом, проживающим в 

<

...>, не отвечают критериям добросовестности поведения профессионального участника кредитных правоотношений, обязанного учитывать интересы потребителя и обеспечивать безопасность дистанционного предоставления услуг.

Банк действовал неосмотрительно, что привело к моментальному хищению денежных средств третьими лицами, что подтверждается материалами уголовного дела №, а факт наличия волеизъявления ФИО2 на распоряжение зачисленными на ее счет денежными средствами банком не доказан.

Как разъяснено в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2025), утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ ДД.ММ.ГГГГ, кредитный договор, заключенный от имени клиента путем его обмана или в результате иных неправомерных действий третьих лиц с использованием мобильного приложения банка, является ничтожным.

Суд отмечает, что порядок заключения договора потребительского кредита с использованием информационно-телекоммуникационного сервиса должен обеспечивать безопасность дистанционного предоставления банковских услуг и соблюдение установленных законом гарантий прав потребителей, включая право на осознанный выбор финансовых услуг.

Банком не доказан факт заключения кредитного договора именно истцом, а также что кредитные средства были предоставлены именно ему. Введение с телефонного номера истца одноразовых sms-кодов, присылаемых Банком на тот же номер, не доказывает, что эти операции совершены истцом. При этом банк не подтвердил, что до этого был заемщику предоставлен проект договора, содержащий общие и индивидуальные условия кредита, доказательств обратному в материалы дела не представлено.

В судебном заседании установлено, что намерений получить в кредит денежные средства у банка у истца не имелось, его воля на заключение кредитного договора отсутствовала, в свое распоряжение денежные средства истец фактически не получила, указанный кредитный договор заключен иным неустановленным лицом, неуполномоченным действовать от имени истца, в связи с чем имеются правовые основания для признания кредитного договора недействительным.

Как следует из пояснений истца и подтверждается материалами дела, задолженность по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ погашена в размере 30538,16 рублей, что не оспаривается сторонами и является основанием для взыскания с ПАО ВТБ в пользу ФИО2 денежных средств, выплаченных истцом в пользу банка в рамках спорного кредитного договора.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Признать недействительным кредитный договор № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО2 и ПАО «Банк ВТБ» на сумму 29 999, 00 руб.

Применить последствия недействительности сделки, взыскав с ПАО ВТБ денежные средства, полученные от ФИО2 в рамках кредитного договора № от ДД.ММ.ГГГГ, в сумме 30538,16 рублей в пользу ФИО2.

Взыскать с ПАО ВТБ в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 4000 руб.

Решение суда может быть обжаловано в Ростовский областной суд в течение месяца со дня составления решения суда в окончательной форме через Волгодонской районный суд.

Мотивированное решение суда составлено 29.01.2026.

Судья