Дело № 1-221/2018 (п/д № 11801320031160579)

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Мыски 02 ноября 2018 года

Мысковский городской суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Фисуна Д.П.,

при секретарях судебного заседания Ананиной Т.П., Лысенко Е.В.,

с участием государственного обвинителя Ушковой И.В.,

потерпевшей Потерпевший №1, представителя потерпевшего ФИО2,

подсудимого ФИО3, 

защитника Наумовой Ю.А.,

рассмотрев материалы уголовного дела в отношении:

ФИО3, 

<

данные изъяты> судимого 31 октября 2017 года Мысковским городским судом Кемеровской области по ч. 2 ст. 159 УК РФ к 1 году лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года. В срок отбытия наказания зачтено время заключения под стражей с 14 октября 2017 года по 31 октября 2018 года. Постановлением Мысковского городского суда от 13 апреля 2018 года испытательный срок продлен на 1 месяц. Постановлением Мысковского городского суда от 10 сентября 2018 года испытательный срок продлен на 1 месяц, возложена дополнительная обязанность. Неотбытым является весь срок наказания,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренного п.п. «а,б,в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, ч. 1 ст. 150 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенную группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение; а также вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления путем обещаний, совершенное лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста.

Данные преступления совершены ФИО3 в гор. Мыски Кемеровской области при следующих обстоятельствах:

18 августа 2018 года около 16 час. 00 мин. ФИО3 и, несовершеннолетний ФИО1, в отношении которого уголовное преследование прекращено в связи с примирением с потерпевшими, будучи в состоянии алкогольного опьянения, движимые преступным корыстным умыслом, направленным на незаконное обогащение, по предложению ФИО3 вступили между собой в предварительный сговор о совместном совершении кражи электроинструментов из цеха, расположенного на территории Храма иконы Божией Матери «Одигитрия» Новокузнецкой епархии по адресу: 

<

...> в ходе чего распределили роли при совершении преступления.

В осуществлении своего совместного преступного корыстного умысла, ФИО3 и несовершеннолетний ФИО1, в отношении которого уголовное преследование прекращено в связи с примирением с потерпевшими, прошли к зданию цеха расположенного на территории храма по указанному выше адресу, где совместными физическими усилиями ногами выбили дверь запасного входа.

После этого, несовершеннолетний ФИО1, в отношении которого уголовное преследование прекращено в связи с примирением с потерпевшими, действуя совместно и согласованно с ФИО3, в осуществление совместного преступного умысла, направленного на кражу чужого имущества, отошел к углу здания цеха и следил за окружающей обстановкой с целью, чтобы действия ФИО3, связанные с проникновением в цех и тайным хищением электроинструментов, оставались незаметными для посторонних. 

В то же время ФИО3, действуя совместно и согласовано с ФИО1, в соответствии со своей ролью в совершении преступления, через выбитую дверь незаконно проник в помещение цеха, расположенного по адресу: 

<

...>, откуда тайно похитил угловую шлифовальную машинку «Red Verg RD-G230-230S» стоимостью 5 000 рублей, принадлежащую Храму иконы Божией Матери «Одигитрия» Новокузнецкой епархии, а также электрический перфоратор «Зубр ЭП-28-800» стоимостью 5 000 рублей, принадлежащий Потерпевший №1.

С похищенным имуществом ФИО3 и несовершеннолетний ФИО1 скрылись с места преступления, и в последующем распорядились похищенным имуществом по своему усмотрению, чем причинили Храму иконы Божией Матери «Одигитрия» Новокузнецкой епархии» и потерпевшей Потерпевший №1 имущественный ущерб на сумму по 5000 рублей, каждому.

Кроме того, 18 августа 2018 года ФИО3, являясь лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, движимый преступным корыстным умыслом, направленным на незаконное обогащение, в ходе разговора со своим знакомым ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, заведомо зная о его несовершеннолетнем возрасте, путем обещания ему денежного вознаграждения после продажи похищенного имущества, умышленно, возбудил у последнего желание и стремление участвовать совместно с ним в совершении тайного хищения чужого имущества - электроинструментов, находящихся в помещении цеха по производству тротуарной плитки, расположенной на территории Храму иконы Божией Матери «Одигитрия» Новокузнецкой епархии по адресу: 

<

...>.

Так, в осуществление совместного преступного корыстного умысла, направленного на незаконное обогащение, с целью тайного хищения чужого имущества, 18 августа 2018 года около 16 часов ФИО3 и несовершеннолетний ФИО1, действуя группой лиц по предварительному сговору, в соответствии с предварительной договоренностью, совместно прошли к зданию цеха, расположенному на территорию Храма иконы Божией Матери «Одигитрия» Новокузнецкой епархии по адресу: 

<

...> где совместными физическими усилиями ударами ногами выбили запасную дверь. После этого, действуя в соответствии с предварительно распределенными ролями, ФИО1 отошел к углу здания цеха и следил за окружающей обстановкой с целью, чтобы действия ФИО3, связанные с проникновением в цех и тайным хищением электроинструментов, оставались незаметными для посторонних. Одновременно с этим, ФИО3, действуя совместно и согласовано с ФИО1, в соответствии со своей ролью в совершении преступления, через выбитую дверь незаконно проник в помещение цеха, расположенного по адресу: 

<

...>, откуда тайно похитил угловую шлифовальную машинку «Red Verg RD-G230-230S» стоимостью 5 000 рублей, принадлежащую Храму иконы Божией Матери «Одигитрия» Новокузнецкой епархии, а также электрический перфоратор «Зубр ЭП-28-800» стоимостью 5 000 рублей, принадлежащий Потерпевший №1. С похищенным имуществом ФИО3 и несовершеннолетний ФИО1 скрылись с места преступления, и в последующем распорядились похищенным имуществом по своему усмотрению, чем причинили Храму иконы Божией Матери «Одигитрия» Новокузнецкой епархии» и потерпевшей Потерпевший №1 имущественный ущерб на сумму по 5000 рублей, каждому.

В судебном заседании подсудимый ФИО3 свою вину по предъявленному ему обвинению признал полностью, показал, что в августе 2018 года он устроился рабочим в цех по производству тротуарной плитки, расположенный на территории Храма иконы Божией Матери «Одигитрия» Новокузнецкой епархии. Совместно с ним в цехе также работал ФИО1, который заведомо для него являлся несовершеннолетним. В ходе работы у него возник умысле на кражу из цеха электроинструментов, с целью совершения чего он обратился к ФИО1 с предложением совершить преступление вместе. ФИО1 отказался. После этого он около недели уговаривал ФИО1 совершить с ним кражу, в том числе обещал поделить вырученные деньги поровну. 18 августа 2018 года они с ФИО1 распивали спиртное, в ходе чего он вновь стал уговаривать его совершить кражу, на что несовершеннолетний дал свое согласие. Они договорились, что ФИО4 проникнет в цех и похитит оттуда электроинструменты, в то время как ФИО1 должен наблюдать за окружающей территорией, чтобы предупредить его о появлении посторонних. После этого они прошли на территорию храма, где ФИО4 и ФИО1 совместными усилиями ногой выбили запасную дверь в цех. После этого ФИО1 остался на улице, чтобы наблюдать за обстановкой и предупредить ФИО4 о появлении посторонних. Он (ФИО4) прошел в цех, откуда похитил перфоратор и «болгарку», которые унес в мешке. После этого с места преступления они скрылись, а он в тот же день продал похищенный электроинструмент своему знакомому Свидетель №1 за 1500 рублей. 

Помимо показаний ФИО3, его виновность в совершении каждого указанного выше преступления подтверждается показаниями потерпевших, свидетелей, вещественными доказательствами, письменными материалами дела, исследованными в судебном заседании.

Из показаний потерпевшей Потерпевший №1, данных им в судебном заседании, следует, что она занимается изготовлением тротуарной плитки, цех располагается в арендуемом ею помещении здания, расположенного на территории Храма иконы Божией Матери «Одигитрия» Новокузнецкой епархии. В числе иных лиц. В цехе работали ФИО3 и ФИО1. 18 августа 2018 года около 12 часов она и Свидетель №2 обнаружили, что дверь запасного входа в цех выбита. Дверь была деревянная, запорного устройства не имела, была закрыта на вкрученный саморез. Осмотрев цех, они обнаружили, что из него пропали принадлежащий ей (Потерпевший №1) перфоратор и углошлифовальная машинка, принадлежащая Храму и взятая ими в пользование. О случившемся она сообщила в полицию. Позднее сотрудники полиции возвратили ей похищенное имущество, с их слов ей стало известно, что кражу совершили ФИО4 и ФИО1. Похищенный перфоратор она оценивает в 5000 рублей, причиненный ущерб для себя значительным не считает.

Допрошенный в судебном заседании в качестве представителя потерпевшего настоятель Храма иконы Божией Матери «Одигитрия» Новокузнецкой епархии ФИО2 показал, что с его согласия в отдельно стоящем здании, расположенном на территории храма, осуществлялась деятельность по производству тротуарной плитки. В августа 2018 года он передал владелице цеха Потерпевший №1 во временное пользование углошлифовальную машинку, принадлежащую храму. 18 августа 2018 года ему стало известно, что неизвестные выбили дверь в цех, откуда похитили перфоратор, принадлежащий Потерпевший №1, и углошлифовальную машинку, принадлежащую храму. Позднее сотрудники полиции изъяли похищенное имущество и возвратили его Потерпевший №1. Со слов Потерпевший №1 ему стало известно, что кражу совершили работники цеха ФИО3 и ФИО1. Похищенную углошлифовальную машинку он оценивает в 5000 рублей, ущерб храму является незначительным. 

Допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель №2 показал, что ранее он работал мастером в цехе по производству тротуарной плитки, расположенном на территории здания, расположенного на территории Храма иконы Божией Матери «Одигитрия» Новокузнецкой епархии. В числе иных лиц в цехе работали ФИО3 и ФИО1. 18 августа 2018 года около 12 часов он и владелица цеха Потерпевший №1 обнаружили, что дверь запасного входа в цех выбита. До этого указанная дверь запорного устройства не имела, была закрыта на вкрученный саморез. Осмотрев цех, они обнаружили, что из него пропали принадлежащий Потерпевший №1 перфоратор и углошлифовальная машинка, принадлежащая Храму и взятая ими в пользование. О случившемся они сообщили в полицию. Примерно в это же время ему позвонил ФИО4, который интересовался, все ли нормально в цехе, хотя ранее никогда ему не звонил. Такое поведение ФИО4 вызвало у него подозрение, о чем он сообщил сотрудникам полиции, заподозрив ФИО4 в совершенной краже. Позднее сотрудники полиции возвратили все похищенное имущество, со слов Потерпевший №1 ему стало известно, что кражу совершили ФИО4 и ФИО1.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 19 августа 2018 года (том 1 л.д. 16-21), следователем осмотрено отдельно стоящее одноэтажное здание цеха, расположенного на огороженной территории Храма иконы Божией Матери «Одигитрия» Новокузнецкой епархии по адресу: 

<

...>. На момент осмотра деревянная дверь запасного входа, ведущая в помещение цеха по производству тротуарной плитки, выбита. Следователем изъят фрагмент дверного косяка. На внешней стороне дверного полотна обнаружен и изъят след протектора подошвы обуви. Имущество, заявленное в качестве похищенного, в цехе отсутствует.

Вызванный для допроса в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО1, в отношении которого уголовное преследование по данному уголовному делу прекращено на основании постановления Мысковского городского суда от 22 октября 2018 года, от дачи показаний отказался, воспользовавшись своим правом не свидетельствовать против самого себя. 

По ходатайству государственного обвинителя, на основании ч. 4 ст. 281 УПК РФ в судебном заседании оглашены показания ФИО1, данные при производстве предварительного следствия (том 1, л.д. 77-83, 134-140), из которых установлено, что до конца августа 2018 года он работал рабочим в цехе по производству тротуарной плитки, расположенный на территории Храма иконы Божией Матери «Одигитрия» Новокузнецкой епархии. В начале августе 2018 года в цех на работу устроился ФИО4. В течение 1-1,5 недель, предшествующих совершению преступления, ФИО4 неоднократно предлагал ему (ФИО1) совместно совершить кражу электроинструментов из цеха, на что он всегда отвечал отказом. 18 августа 2018 года они с ФИО4 выпили спиртного, в ходе чего подсудимый вновь стал уговаривать его совершить кражу, обещал передать ему от вырученных денег половину, а также возвратить ранее взятые им в долг 1000 рублей. ФИО4 убеждал его, что ответственности он не понесет, поскольку в цех проникнет сам ФИО4, а ему (ФИО1) нужно будет только смотреть за окружающей территорией, чтобы предупредить подсудимого о появлении посторонних. Поддавшись этим уговорам, он дал свое согласие на соучастие в преступлении. После этого они прошли на территорию храма, где ФИО4 ногой выбил запасную дверь в цех. После этого он (ФИО1) остался на улице, чтобы наблюдать за обстановкой и предупредить ФИО4 о появлении посторонних. В это время ФИО4 через выбитую дверь проник в цех, откуда похитил перфоратор и «болгарку», которые унес в мешке. После этого с места преступления они скрылись. Похищенные электроинструменты унес ФИО4, чтобы продать. Никаких денег от продажи электроинструмента он (ФИО1) не получил, поскольку на следующий день их задержали сотрудники полиции. 

Согласно протоколу выемки от 21 августа 2018 года (том 1 л.д. 98-99) у несовершеннолетнего ФИО1 изъята пара кроссовок, надетых на нем в момент совершения преступления.

Согласно заключению судебной трасологической экспертизы № 88 от 12 сентября 2018 года (том 1 л.д. 106-110), след подошвы обуви, изъятый при осмотре места происшествия по адресу: 

<

...> пригоден для установления групповой принадлежности обуви, его оставившей, и оставлен подошвой обуви на правую ногу, изъятой у ФИО1.

След подошвы обуви, изъятый при осмотре места происшествия по адресу: 

<

...>, а также пара кроссовок, изъятых у ФИО1, являются вещественными доказательствами по уголовному делу.

При допросе в судебном заседании свидетель Свидетель №1 показал, что в середине августа 2018 года в вечернее время к нему к строящемуся дому по адресу: 

<

адрес> приехал малознакомый ему подсудимый ФИО3, который предложил купить у него «болгарку» импортного производства и перфоратор «Зубр», пояснив, что эти предметы принадлежат ему (подсудимому). Поскольку состояние электроинструментов было близким к новому, он согласился и купил их у ФИО3 за 1500 рублей. На следующий день к нему приехали сотрудники полиции, которые изъяли у него приобретенные электроинструменты.

Согласно протоколу выемки от 19 августа 2018 года (том 1 л.д. 32-33), у Свидетель №1 изъяты углошлифовальная машинка «Red Verg» и перфоратор «Зубр».

Согласно протоколу осмотра предметов от 24 августа 2018 года (том 1 л.д. 34-37), следователем были осмотрены углошлифовальная машинка «Red Verg» и перфоратор «Зубр», изъятые у Свидетель №1.

Углошлифовальная машинка «Red Verg RD-AG230-230S» и перфоратор «Зубр ЭП-28-800» являются вещественными доказательствами по уголовному делу, как предметы, на которые были направлены преступные действия.

Согласно иному документу – справке о стоимости (том 1 л.д. 117), стоимость углошлифовальной машины «Red Verg RD-AG230-230S» составляет 5000 рублей; стоимость перфоратора «Зубр ЭП-28-800» - 5000 рублей.

Собранные и исследованные в судебном заседании доказательства, приведенные в приговоре выше, суд находит достоверными, относимыми и допустимыми, в своей совокупности достаточными для доказательства виновности ФИО3 в совершении каждого инкриминируемого ему преступления. 

Оценивая протокол осмотра места происшествия, суд отмечает, что он получен с соблюдением требований закона, полностью согласуется с другими доказательствами по делу, в связи с чем суд признает его относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами. 

Оценивая заключение судебной трасологической экспертизы № 88 от 12 сентября 2018 года, суд приходит к выводу, что данное заключение соответствует требованиям законодательства, является полным, ясным, выводы эксперта обоснованы соответствующей исследовательской частью, мотивированы, заключение составлено незаинтересованным в исходе дела экспертом, обладающим необходимыми специальными познаниями и опытом работы в исследуемых областях. Не доверять заключению эксперта у суда оснований не имеется, в связи с чем, суд признаёт его допустимым и достоверным доказательством. 

Вещественные доказательства – отпечаток следа подошвы обуви, пара кроссовок, а также углошлифовальная машинка «Red Verg» и перфоратор «Зубр»,– получены в результате производства предусмотренных законом следственных действий, процедура их изъятия соблюдена, относимость указанных следа и предметов к совершенному преступлению доказывается материалами дела, показаниями допрошенных по делу лиц. Все указанные предметы и след были осмотрены следователем и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств. В связи с этим суд признает данные вещественные доказательства относимыми и допустимыми доказательствами.

Оценивая показания потерпевшей Потерпевший №1, представителя потерпевшего ФИО2, показания свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, данные ими в ходе судебного разбирательства, а также показания свидетеля ФИО1, данные им на предварительном следствии, суд приходит к выводу, что они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, при этом показания ФИО1 получены в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 11 и п. 3 ч. 4 ст. 47 УПК РФ. Показания всех указанных выше лиц согласуются по всем существенным обстоятельствам дела, как между собой, так и с письменными материалами дела, взаимно подтверждают и дополняют друг друга, и поэтому суд признает их относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами.

Каких-либо сведений о потерпевших и свидетелях при даче ими показаний в отношении подсудимого, оснований для его оговора, ставящих эти показания под сомнение, судом не установлено. 

Оценивая показания подсудимого ФИО3, данные им на всех стадиях уголовного судопроизводства, суд находит их достоверными, поскольку они в полной мере соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам, согласуются с иными доказательствами по делу. 

Приведенные выше обстоятельства, по мнению суда, свидетельствуют о том, что показания на всех стадиях уголовного судопроизводства, ФИО3 давал без какого-либо воздействия, свободно и добровольно, таким образом, воспользовался предоставленным ему правом, и самостоятельно рассказывал об обстоятельствах совершенного им преступления.

Суд также считает, что у подсудимого в указанной части не было оснований для самооговора, а со стороны ФИО1 не имелось оснований для оговора ФИО3.

Таким образом, оценив каждое из представленных доказательств с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все эти доказательства в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела, суд считает, что они позволяют сделать вывод о доказанности виновности подсудимого ФИО3 в совершении каждого инкриминируемого ему преступления при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора.

Органами предварительного расследования действия ФИО4 А,С. квалифицированы по п.п. «а,б,в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение, с причинением значительного ущерба гражданину.

Государственный обвинитель, выступая в прениях, предложил исключить из квалификации действий ФИО3 квалифицирующий признак, предусмотренный п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, поскольку обвинение в указанной части не нашло своего подтверждения на основании изученных в судебном заседании доказательств.

Так, в судебном заседании установлено, что похищенные ФИО3 электроинструменты принадлежали двум лицам: перфоратор принадлежал потерпевшей Потерпевший №1, а углошлифовальная машинка – религиозной организации – приходу Храма иконы Божией Матери «Одигитрия» Новокузнецкой епархии. Таким образом, Потерпевший №1, как гражданину, был причинен имущественный ущерб на сумму 5000 рублей. В судебном заседании потерпевшая Потерпевший №1 пояснила, что причиненный ей ущерб в размере 5000 рублей для себя она значительным не считает, поскольку ее среднемесячный доход составляет от 15 до 35 тыс. рублей, в зависимости от объема выполненных работ. 

С учетом изложенного, в соответствии с ч. 8 ст. 246 УПК РФ государственный обвинитель изменила обвинение ФИО3 в сторону смягчения, исключив из его объема квалифицирующий признак «с причинением значительного ущерба гражданину».

В силу положений ст. 246 УПК РФ в том случае, если в ходе судебного разбирательства государственный обвинитель придет к убеждению, что представленные доказательства не подтверждают предъявленное подсудимому обвинение, то он отказывается от обвинения и излагает суду мотивы отказа. Полный или частичный отказ государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства влечет за собой прекращение уголовного дела или уголовного преследования полностью или в соответствующей его части. Государственный обвинитель до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора может также изменить обвинение в сторону смягчения путем переквалификации деяния в соответствии с нормой Уголовного кодекса РФ, предусматривающей более мягкое наказание. 

Заявленное государственным обвинителем изменение обвинения не нарушает право подсудимого на защиту, поскольку при указанном изменении квалификации преступления объем нового обвинения уменьшается, составляет лишь часть ранее вмененного преступления, при этом исключение из обвинения отдельного квалифицирующего признака не устанавливает более сурового наказания.

Указанные государственным обвинителем обстоятельства, явившиеся основанием для исключения из обвинения ФИО3, квалифицирующего признака, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ основаны на анализе исследованных в судебном заседании доказательств, установленных по делу фактических обстоятельств произошедшего, должным образом мотивировано и отвечает требования уголовно-процессуального закона, не ухудшает положение подсудимых. Оснований не согласиться с доводами государственного обвинителя у суда не имеется. 

С учетом изложенного, в силу ст.ст. 246 и 254 УПК РФ изменение государственным обвинителем обвинения в сторону смягчения предопределяет принятие судом соответствующего решения, в связи с чем заявленное государственным обвинителем изменение обвинения подлежит принятию судом. 

Действия ФИО3 суд квалифицирует по п. «а,б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение.

Так, в результате судебного следствия по делу установлено, что ФИО3 и ФИО1, в отношении которого уголовное преследование прекращено в связи с примирением с потерпевшими, действуя в группе лиц по предварительному сговору, в целях достижения общей преступной цели – хищения электроинструмента из помещения цеха по производству тротуарной плитки, расположенного по адресу: 

<

...>, заранее распределив между собой роли в совершении преступления, и действуя в строгом соответствии с данными ролями, совершили непосредственные действия, направленные на хищение чужого имущества, для чего совместными усилиями взломали дверь запасного входа в цех. Затем ФИО1, в соответствии с отведенной ему ролью, остался на улице, где наблюдал за окружающей обстановкой в целях предупреждения ФИО3 о появлении на месте посторонних либо иной опасности обнаружения их противоправной деятельности. В свою очередь ФИО3 незаконно проник в помещение цеха, откуда тайно похитил углошлифовальную машинку «Red Verg» и перфоратор «Зубр». После этого ФИО3 и ФИО1 с места преступления скрылись, и распорядись похищенным имуществом по своему усмотрению, чем причинили потерпевшим имущественный ущерб. 

Поскольку в момент совершения хищения ФИО3 осознавал, что момент изъятия чужого имущества является тайным, его действия при совершении хищения обосновано квалифицированы органами предварительного следствия как кража. 

Из показаний ФИО5, а также показаний свидетеля ФИО1, в отношении которого уголовное преследование прекращено в связи с примирением с потерпевшими, следует, что указанные лица о совместном совершении преступления договорились заранее, перед началом непосредственного совершения преступных действий, при этом распределили между собой роли каждого в совершении преступления. В ходе совместного совершения преступления ФИО3 и ФИО1, в отношении которого уголовное преследование прекращено в связи с примирением с потерпевшими, действовали в соответствии с заранее разработанным планом и в соответствии с определенной для каждого из них ролью, тем самым каждый, совершили активные действия, направленные на совершение кражи. 

Согласованность действий подсудимых при совершении хищения объективно подтверждается фактическими обстоятельствами совершения кражи – согласованности действий виновных лиц, применение совместных и согласованных усилий при взломе двери запасного входа, наблюдение ФИО1 за окружающей обстановкой в целях предупреждения ФИО3 о возможной опасности обнаружения их преступных действий, а также последующее одновременное сокрытие с места преступления. 

При указанных обстоятельствах, действия ФИО3 обосновано квалифицированы, как совершенные группой лиц по предварительному сговору. 

Судом установлено, что помещение, из которого ФИО3 совершено хищение, используется потерпевшим в качестве цеха для производства тротуарной плитки, он предназначен для временного размещения в нем людей, например в момент выполнения производственных работ, а также размещаются материальные ценности (вибростенд, формы для изготовления тротуарной плитки и иное оборудование, инструменты), что соответствует п. 3 примечания к ст. 158 УК РФ,. Поскольку при совершении преступления ФИО3 противоправно, вопреки воле законного владельца, проник в указанный выше цех, в действиях подсудимого имеется такой квалифицирующий признак преступления, как его совершение с незаконным проникновением в помещение.

Учитывая, что ФИО3 вынес похищенные им электроинструменты из помещения цеха, в последующем распорядился ими по своему усмотрению, сбыв свидетелю Свидетель №1, его действия при совершении кражи подлежат квалификации, как оконченное преступление.

Помимо этого, действия подсудимого ФИО3 суд квалифицирует по ч. 1 ст. 150 УК РФ, как вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления путем обещаний, совершенное лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста.

Так, ФИО3, будучи лицом, достигшим 18-ти летнего возраста, заведомо зная о несовершеннолетнем возрасте ФИО1, путем обещания материальной выгоды от продажи совместно похищенного имущества, вызвал у последнего желание и стремление совершить преступление в группе с ФИО3, после чего указанные лица совершили активные действия, непосредственно направленные на достижение общей преступной цели.

В судебном заседании ФИО3 показал, что о несовершеннолетнем возрасте ФИО1 ему стало известно за 1-2 недели до совершения преступления от общего знакомого, позднее эту информацию ему подтвердил и сам ФИО1, указавший, что его восемнадцать лет ему исполнится 22 августа 2018 года. Таким образом, в судебном заседании установлено, что в день совершения преступления ФИО3 заведомо знал о несовершеннолетнем возрасте ФИО1. 

Кроме того, из показания ФИО1 и ФИО3, следует, что изначально ФИО1 не имел намерения совершить преступление, а инициатива его совместного совершения исходила исключительно от ФИО3, который настойчиво предлагал совершить кражу на протяжении недели, предшествующей дате совершения преступления. В ходе общения ФИО3 долгое время уговаривал несовершеннолетнего ФИО1 совместно совершить кражу электроинструментов, хранящихся в цехе по производству тротуарной плитки, где они в то время работали. После этого ФИО3 сообщил ФИО1, что за похищенное имущество с указанного адреса они смогут получить денежные средства, которые пообещал в последующем поделить между ними поровну, а также вернуть ранее принятые от ФИО1 в долг денежные средства. Только после указанного предложения у ФИО1 возникли корыстные побуждения, и он, движимый обещаниями ФИО3 о материальной выгоде, дал ему свое согласие на участие в совместном совершении преступления. 

Таким образом, ФИО3 совершил активные умышленные действия, направленные на вовлечение заведомо для него несовершеннолетнего лица – ФИО1 к совместному совершению с ним преступления.

Гражданский иск по делу не заявлен ни одним потерпевшим.

При назначении наказания подсудимому ФИО3 за каждое преступление, суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности подсудимого, смягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи, состояние здоровья подсудимого и его близких, мнение потерпевшего, не настаивающего на назначении подсудимому строгого наказания, а также иные заслуживающие внимания обстоятельства. 

Помимо этого, при назначении наказания за кражу, в соответствии с ч. 1 ст. 67 УК РФ, судом также учитываются характер и степень фактического участия подсудимого в его совершении, значение этого участия для достижения цели преступления, его влияние на характер и размер причиненного или возможного вреда.

Подсудимый ФИО3 на учете у нарколога и психиатра не состоит, по месту жительства участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно. Подсудимый ФИО3 официально не трудоустроен, однако, со слов, занимается периодической подработкой. Подсудимый находится в фактических брачных отношениях, детей и иждивенцев не имеет. 

Смягчающими наказание ФИО3 обстоятельствами по каждому преступлению суд считает: полное признание вины, раскаяние в содеянном; активное способствование раскрытию и расследованию преступления; молодой возраст подсудимого.

Помимо этого, при назначении наказания по п.п. «а,б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, суд дополнительно признает и учитывает в качестве смягчающих наказание обстоятельств: активное способствование розыску имущества, добытого в результате преступления; полное возмещение вреда, причиненного в результате преступления (возврат похищенного имущества); мнение потерпевших, не настаивающих на строгом наказании. 

Каких-либо отягчающих наказание обстоятельств судом не усматривается по каждому преступлению.

Не смотря на то, что данные преступления совершены ФИО3 в состоянии алкогольного опьянения, принимая во внимание характер и степень общественной опасности содеянного, фактические обстоятельства совершения преступлений, сведения о личности подсудимого, суд не усматривает достаточных оснований для признания в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ отягчающим обстоятельством факт совершения ФИО3 преступления в состоянии опьянения, вызванным употреблением алкоголя по каждому преступлению.

Принимая во внимание сведения о личности подсудимого, смягчающие наказание обстоятельства, характер и степень общественной опасности содеянного, суд считает, что назначение ФИО3 наказания в виде лишения свободы, в полной мере отвечает целям назначения наказания, исправления осужденного и восстановлению социальной справедливости. 

Назначение ФИО3 иного вида наказания суд полагает невозможным, поскольку данные преступления совершены ФИО3 в период условного осуждения, что свидетельствует о том, что иные наказания не будут соответствовать характеру и степени общественной опасности содеянного, сведениям о личности подсудимого.

При определении размера наказания ФИО3 за каждое совершенное им преступление, суд считает необходимым применить правила, установленные частью 1 ст. 62 УК РФ. 

В то же время, оценивая характер и степень общественной опасности совершенного им деяния, сведения о личности ФИО3, суд находит нецелесообразным назначение подсудимому по ст. 158 УК РФ дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

По делу судом не установлено каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, потому нет оснований для применения ст. 64 УК РФ по каждому преступлению. 

Оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую с применением ч. 6 ст. 15 УК РФ по делу также не имеется по каждому преступлению.

Поскольку имеет место совокупность преступлений, окончательное назначение наказания суд считает необходимым производить по правилам ч. 2 ст. 69 УК РФ – путем частичного сложения назначенных наказаний.

Учитывая, что данные преступления совершены ФИО3 в период отбывания испытательного срока условного осуждения по приговору Мысковского городского суда от 31 октября 2017 года, относятся к преступлениям средней тяжести, в соответствии с ч. 4 ст. 74 УК РФ вопрос о сохранении условного осуждения по данному приговору остается на усмотрении суда. 

Оценивая обстоятельства исполнения ФИО3 условного осуждения по указанному приговору, характер допущенных осужденным нарушений порядка и условий отбывания условного осуждения, послуживших причинами продления испытательного срока, а равно принимая во внимание характер и степень общественной опасности вновь совершенных преступлений, фактических обстоятельств их совершения и наступившие общественно опасные последствия, совокупность смягчающих наказание обстоятельств, сведения о личности ФИО3, условия жизни его семьи, суд находит возможным сохранить ФИО3 условное осуждение по приговору от 31 октября 2017 года, и при назначении наказания за вновь совершенные преступления также применить требования ст. 73 УК РФ, назначенное ему наказание считать условным с возложением обязанностей.

В связи с этим условное наказание по приговору Мысковского городского суда от 31 октября 2017 года следует исполнять самостоятельно.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ, суд 

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО3 виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а,б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, ч. 1 ст. 150 УК РФ и назначить ему наказание:

- по п.п. «а,б» ч. 2 ст. 158 УК РФ в виде лишения свободы на срок 1 год 9 месяцев;

- по ч. 1 ст. 150 УК РФ в виде лишения свободы на срок 1 год 6 месяцев.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначить ФИО3 наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев.

В силу ст. 73 УК РФ назначенное ФИО3 наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком 2 года 6 месяцев. 

Возложить на условно-осужденного ФИО3 обязанности: встать на учет в уголовно-исполнительную инспекцию по месту жительства или пребывания в течение 10 дней со дня вступления приговора в законную силу; не менять место жительства или пребывания без уведомления уголовно-исполнительной инспекции; регулярно являться в уголовно-исполнительную инспекцию по месту жительства или пребывания на регистрацию согласно установленному инспекцией графику. 

Испытательный срок исчислять со дня вступления приговора в законную силу с зачетом времени со дня провозглашения приговора. 

Приговор Мысковского городского суда Кемеровской области от 31 октября 2017 года в отношении ФИО3 исполнять самостоятельно.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО3 оставить без изменения, по вступлению приговора в законную силу – отменить. 

Вещественные доказательства: отпечаток подошвы обуви, изъятый при осмотре места происшествия – хранить в материалах уголовного дела; пару кроссовок, возвращенную ФИО1, перфоратор «Зубр ЭП-28-800» и углошлифовальную машинку «Red Verg RD-AG230-230S», возвращенные соответственно Потерпевший №1 и ФИО2 – оставить в распоряжении указанных лиц.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы, апелляционного представления осужденный, вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, заявив об этом в течение 10 дней со дня подачи апелляционной жалобы или вручения апелляционной жалобы, апелляционного представления, затрагивающих его интересы. 

Осужденный также вправе ходатайствовать об участии защитника, в том числе защитника по назначению, при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий: Фисун Д.П.

Секретарь суда Самарина Е.С.

Приговор вступил в законную силу 12 ноября 2018 г.