Дело№1-2/2019 

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

п. Прохоровка 18 января 2019 года

Прохоровский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Абрамовой С.И. 

при секретарях Чурсиной М.А., Козменковой Е.В., 

с участием государственного обвинителя – прокурора отдела по надзору за исполнением законодательства о противодействии коррупции прокуратуры Белгородской области Струковой В.В.,

подсудимых ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4,

их защитников – адвокатов Чернова О.В., Уколова А.М., Дороганова В.В., Исаева А.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке материалы уголовного дела в отношении 

ФИО1, 

<

данные изъяты>, осужденного приговором Прохоровского районного суда Белгородской области от 04.04.2014 по ч.2 ст. 312 УК РФ к штрафу в размере 150 000 руб. с освобождением от наказания на основании п.«а» ч.1 ст. 78 УК РФ, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 35, ч. 1 ст. 286 УК РФ,

ФИО2, 

<

данные изъяты>, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.35, ч.1 ст.286 УК РФ;

ФИО3, 

<

данные изъяты>, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.35, ч.1 ст.286 УК РФ;

ФИО4, 

<

данные изъяты>, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.35, ч.1 ст.286 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 превысили должностные полномочия, то есть, будучи должностными лицами, совершили действия, явно выходящие за пределы их полномочий и повлекшие существенное нарушение законных интересов организации, охраняемых законом интересов общества и государства.

Преступление совершено 02.03.2010 

<

адрес> при следующих обстоятельствах.

01.03.2010 оперуполномоченные ОБЭП ОВД по Белгородскому району ФИО2 и ФИО3 совместно со старшим оперуполномоченным отдела ОРЧ (по линии БЭП) УВД по Белгородской области ФИО4 принимали участие в проведении оперативно-розыскных мероприятий, а ФИО2, кроме того, проводил проверку в порядке ст.144,145 УПК РФ по факту контрабандного перемещения из Республики Украины на территорию Российской Федерации помимо таможенного контроля средств мобильной связи и других товарно-материальных ценностей, которые были обнаружены и изъяты в домовладении по адресу: 

<

адрес>.

02.03.2010 ФИО2 и ФИО3 совместно со ФИО4 на основании разрешения и.о. начальника УВД по Белгородской области организовали доставку в специализированное складское помещение – 

<

адрес>, вышеназванных средств мобильной связи и других товарно-материальных ценностей, прием которых на ответственное хранение осуществил заместитель начальника ОВД по Прохоровскому району ФИО1

02.03.2010 после 14 часов 53 минут 

<

адрес> у сотрудников милиции ФИО2, ФИО3, ФИО4 и ФИО1, являющихся должностными лицами, возник и сформировался совместный преступный умысел на совершение активных действий, явно выходящих за пределы их полномочий, которые никто и ни при каких обстоятельствах не вправе совершать, а именно на незаконное завладение частью изъятых средств мобильной связи, фактическое количество которых не было документально установлено на месте происшествия при их изъятии 01.03.2010 в 

<

адрес>.

Реализуя совместный преступный умысел, ФИО2, ФИО3, ФИО4 и ФИО1, являясь должностными лицами органов внутренних дел Российской Федерации, находясь при исполнении своих служебных обязанностей, вопреки интересам службы, осознавая, что действуют за пределами своих полномочий, в целях осуществления своего преступного умысла, предвидя наступление общественно опасных последствий в виде существенного нарушения охраняемых законом интересов общества и государства, а также организации – УВД по Белгородской области и желая наступления таких последствий, до момента документальной фиксации количества средств мобильной связи, в отсутствие посторонних лиц, из корыстной заинтересованности, в период с 15 часов до 20 часов 02.03.2010, находясь на территории склада-гаража 

<

адрес>, в нарушение:

- ст.15 Конституции Российской Федерации, согласно которой, органы государственной власти, органы местного самоуправления, должностные лица, граждане и их объединения обязаны соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы.

- ст.2 Закона о милиции, согласно которой задачами милиции являются, в числе прочего, выявление и раскрытие преступлений, охрана общественного порядка и обеспечение общественной безопасности;

- ст.10 Закона о милиции, согласно которой в обязанности милиции входит, в числе прочего, предотвращать и пресекать преступления и административные правонарушения; выявлять обстоятельства, способствующие их совершению, и в пределах своих прав принимать меры к устранению данных обстоятельств; выявлять и раскрывать преступления;

- приказа МВД России от 26.03.2008 №280дсп «Об утверждении положения об организации взаимодействия подразделений ОВД Российской Федерации при раскрытии и расследовании преступлений»;

- п.5 раздела II Должностные обязанности Должностной инструкции заместителя начальника Отдела внутренних дел по тыловому обеспечению Отдела внутренних дел по Прохоровскому району подполковника милиции ФИО1, утвержденной 19.02.2010 начальником ОВД по Прохоровскому району, согласно котором, ФИО1 организует, направляет и контролирует деятельность тылового подразделения, несет персональную ответственность за качественное и эффективное выполнение возложенных задач и функций; 

- ст.2 Федерального закона от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», согласно которой задачей оперативно-розыскной деятельности, помимо прочего, являются выявление, предупреждение, пресечение и раскрытие преступлений, а также выявление и установление лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших;

- п. 6.1. раздела III Обязанности Должностной инструкции оперуполномоченного ОБЭП ОВД по Белгородскому району, утвержденной 30.08.2009 начальником ОВД по Белгородскому району, согласно которому ФИО2 обязан осуществлять организацию работы по выявлению и пресечению экономических преступлений в сфере агропромышленного комплекса;

- п. 6.6. раздела III Обязанности Должностной инструкции оперуполномоченного ОБЭП ОВД по Белгородскому району, утвержденной 30.08.2009 начальником ОВД по Белгородскому району, согласно которому ФИО2 обязан организовывать проведение профилактических и оперативно-розыскных мероприятий, направленных на выявление преступлений на обслуживаемых направлениях деятельности;

- п. 6.6. раздела III Обязанности Должностной инструкции оперуполномоченного ОБЭП ОВД по Белгородскому району, утвержденной 30.08.2009 начальником ОВД по Белгородскому району, согласно которому ФИО2 обязан проводить оперативно-розыскные мероприятия по выявлению лиц, занимающихся приготовлением к преступлению и покушением на преступления в сфере экономики, принимать к ним меры в соответствии с законодательством Российской Федерации;

- п.5.1 раздела II Должностные обязанности Должностной инструкции оперуполномоченного отделения по борьбе с экономическими преступлениями ОВД по Белгородскому району ФИО3, утвержденной 11.01.2010 начальником ОВД по Белгородскому району, согласно которому в его обязанности входит осуществление организации работы по выявлению и пресечению экономических преступлений; 

- п.4 раздела II Должностные обязанности Должностной инструкции старшего оперуполномоченного отдела по борьбе с преступлениями в финансово-кредитной системе и внешнеэкономической деятельности ОРЧ (по линии БЭП) УВД по Белгородской области ФИО4, утвержденной 31.12.2009 начальником ОРЧ (по линии БЭП) УВД по Белгородской области, согласно которому в его обязанности входит организация работы по выявлению, предупреждению и пресечению тяжких и имеющих общественный резонанс экономических преступлений на объектах внешнеэкономической деятельности, в том числе связанных с контрабандным перемещением товарно-материальных ценностей и иных грузов через таможенную границу России; 

- п.12 раздела II Должностные обязанности Должностной инструкции старшего оперуполномоченного отдела по борьбе с преступлениями в финансово-кредитной системе и внешнеэкономической деятельности ОРЧ (по линии БЭП) УВД по Белгородской области ФИО4, утвержденной 31.12.2009 начальником ОРЧ (по линии БЭП) УВД по Белгородской области, согласно которому в его обязанности входит оказание практической помощи сотрудникам БЭП ОВД по раскрытию преступлений на курируемом участке оперативно-служебной деятельности, обучение их передовым методам борьбы с экономической преступностью;

выполнили действия, которые никто и ни при каких обстоятельствах не вправе совершать, а именно незаконно завладели средствами мобильной связи из партии изъятых товарно-материальных ценностей: 

<

данные изъяты>.

После совершенного преступления ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 распорядились вышеобозначенными средствами мобильной связи по своему усмотрению. 

04.03.2010 ФИО2, осознавая необходимость сокрытия факта завладения как им лично, так и ФИО3, ФИО4, ФИО1 средствами мобильной связи, с участием последнего, о чем было известно ФИО3, составил протокол осмотра места происшествия, умышленно не отразив сведения о средствах связи, которыми он, ФИО4, ФИО1, ФИО3 незаконно завладели 02.03.2010.

Своими преступными действиями, выразившимися в незаконном завладении изъятыми в ходе проверки по сообщению о совершении преступления средствами мобильной связи, ФИО1, ФИО3, ФИО2 и ФИО4 существенно нарушили охраняемые законом интересы общества и государства, поскольку средства мобильной связи, которыми они завладели, наряду с другими подлежали обязательному исследованию в рамках проводимой проверки в порядке ст. 144, 145 УПК РФ, а в дальнейшем – в рамках расследования уголовного дела №, возбужденного по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 188 УК РФ, так как являлись предметами преступления — контрабанды по уголовному делу, но фактически не были осмотрены и вещественными доказательствами по уголовному делу не признаны, что повлияло на объективность, полноту и достоверность в доказывании по уголовному делу по факту контрабанды. В результате преступной деятельности, в последующем указанные мобильные телефоны не были обращены в доход государства.

Учитывая, что ФИО1, ФИО3, ФИО2 и ФИО4 являлись сотрудниками МВД Российской Федерации, то есть должностными лицами органа государственной власти, их преступные действия повлекли существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, выразившееся в подрыве авторитета государственной власти, дискредитации органов внутренних дел Российской Федерации, создании негативного общественного мнения о сотрудниках милиции, обязанных неукоснительно соблюдать законодательство Российской Федерации, пресекать и предотвращать преступления и административные правонарушения, а также осуществлять свою деятельность только в пределах предоставленных полномочий.

Кроме того, преступные действия ФИО1, ФИО3, ФИО2 и ФИО4 повлекли существенное нарушение прав и законных интересов УВД по Белгородской области, на котором лежала ответственность по обеспечению сохранности изъятого имущества. 

В судебном заседании ФИО1, ФИО3, ФИО2 и ФИО4 свою вину в инкриминируемом им преступлении не признали. От дачи показаний отказались.

Как следует из оглашенных показаний ФИО1, в 2010 году он работал заместителем начальника ОВД по Прохоровскому району по тыловому обеспечению. 02.03.2010 ему позвонил ФИО3 и сказал, что дано указание сдать на склад контрабандный товар. Сотрудники милиции ФИО3, ФИО5, ФИО4, С.Б. и Г. доставили на хранение автомобиль Мазда Бонго со средствами мобильной связи и автомобиль МАЗ с запасными частями для автомобилей. В присутствии понятых Л. и П. разгрузили запасные части. Автомобиль Мазда Бонго загнали в склад, ворота закрыли и опечатали. 03.03.2010 ФИО3, ФИО5 и он в присутствии понятых вскрыли склад, открыли автомобиль Мазда Бонго, в котором были средства мобильной связи. Данные телефоны были разгружены, разложены по видам, пересчитаны и переписаны, после чего склад опечатали и уехали все вместе. 04.03.2010 ФИО5 и ФИО3 привезли протокол осмотра места происшествия – автомобиля Мазда Бонго и находившиеся в нем средств мобильной связи. Сведения о количестве и наименовании обнаруженных в автомобиле средств мобильной связи, указанные в протоколе осмотра, соответствовали количеству телефонов, находившихся в складе. Он и понятые расписались в протоколе осмотра. Все средства мобильной связи были помещены на хранение на склад по акту приема-передачи. Никто из сотрудников ни ему, ни понятым, ни Ч. не предлагали средства мобильной связи, из числа доставленных на склад. Телефоны, завладение которыми ему инкриминируется, были приобретены у знакомых П. и У. Считает, что свидетель Ч. оговаривает подсудимых, поскольку намеревается таким образом избежать ответственности за хищение телефонов им лично (т.28, л.д.25-28).

Согласно оглашенным показаниям ФИО4, он в 2010 году работал в должности старшего оперуполномоченного отдела по борьбе с преступлениями в финансово-кредитной системе и внешнеэкономической деятельности оперативно – розыскной части (по линии БЭП) УВД по Белгородской области. В его должностные обязанности входило выявление, предупреждение и пресечение экономических преступлений, связанных с контрабандным перемещением товарно-материальных ценностей через таможенную границу России. 01.03.2010 была получена информация о задержании контрабандно перемещенных со стороны Украины на территорию России товарно-материальных ценностей. Он со Г. прибыл к домовладению 

<

адрес> по поручению начальника отдела для организации соответствующей работу по документированию факта пересечения границы. Вызвали сотрудников ОБЭП ОВД по Белгородскому району, следственно-оперативную группу. Во дворе домовладения был обнаружен автомобиль Мазда Бонго с мешками и коробками, в которых находились средства мобильной связи. Следователь осмотрел домовладение, автомобиль Мазда Бонго, оформил все. После чего автомобиль Мазда Бонго закрыли, опечатали и отогнали в ОВД по Белгородскому району. 02.03.2010 он выехал к пограничникам для более полного сбора информации, к нему подошел незнакомый мужчина и предложил купить телефоны. Он согласился и приобрел несколько телефонов, оплатив часть суммы. На сумму долга составил расписку, которую передал продавцу, впоследствии последний – Ч. – инициировал гражданское дело предъявлением иска мировому судье. 02.03.2010 он с Г. и С. прибыли в 

<

адрес> для организации погрузки и доставки товара. Автомобиль МАЗ был загружен контрабандным товаром, находившемся в сарае домовладения. Автомобиль МАЗ с автомобилем Мазда Бонго под управлением ФИО3 были доставлены в склад 

<

адрес>. Также в Прохоровку приехали вместе с ним Г. С., ФИО5, Б. Склад открыл ФИО1 Автомобиль МАЗ с запасными автомобильными частями был разгружен в склад в присутствии понятых и с их помощью. 02.03.2010 автомобиль Мазда Бонго не разгружался. В его присутствии данный автомобиль не открывали, его загнали в склад, который закрыли и опечатали. Никто из сотрудников милиции, охраны телефоны себе не брал. Он был на складе в п.Прохоровка только 02.03.2010 (т.28, л.д.29-30оборот).

Из оглашенных показаний ФИО3 усматривается, что в 2010 году он работал оперуполномоченным отделения по борьбе с экономическими преступлениями ОВД по Белгородскому району. В его должностные обязанности входило выявление и пресечение экономических преступлений, осуществление оперативно-розыскной деятельности в целях выявления, предупреждения, пресечения и раскрытия преступлений. 01.03.2010 по поступившему сообщению о контрабанде он вместе с ФИО5 прибыл к домовладению 

<

адрес>. На территории домовладения был обнаружен автомобиль Мазда Бонго с мешками и коробками, в которых находились средства мобильной связи. Проводились мероприятия, направленные на установление лиц, которые причастны к перемещению товарно-материальных ценностей. Следователь осмотрел место происшествия, в том числе автомобиль Мазда Бонго. Один мешок из данного автомобиля был вскрыт, там находились мобильные телефоны. Затем автомобиль был опечатан и доставлен в ОВД по Белгородскому району. 02.03.2010 они с ФИО5 по указанию руководства отдела внутренних дел, вместе со ФИО4, С.Б. и Г. отогнали автомобиль Мазда Бонго и автомобиль МАЗ с контрабандным товаром, также изъятым в 

<

адрес> 01.03.2010, в склад 

<

адрес>. В этот день автомобиль Мазда Бонго не разгружался, его загнали в склад, который закрыли и опечатали. 03.03.2010 они с ФИО5 приехали на склад, произвели выгрузку автомобиля Мазда Бонго, телефоны складировали по наименованиям, пересчитали, был составлен черновик протокола осмотра места происшествия, склад закрыли и уехали. 04.03.2010 они с ФИО5 приехали в 

<

адрес> на склад и привезли протокол осмотра места происшествия с перечнем обнаруженных в Мазда Бонго средств мобильной связи. В присутствии понятых пересчитали телефоны, был зачитан протокол осмотра и подписан. Данные телефоны были переданы ФИО6 по акту приема-передачи. Ни он, ни сотрудники милиции средства мобильной связи, привезенные на склад, не брали, охраннику Ч. не передавали. Телефоны, завладение которыми ему инкриминируется, были приобретены им и его женой у ранее незнакомого К., матерью – в 

<

адрес> (т.28, л.д.32оборот-34оборот). 

Как следует из оглашенных показаний ФИО2, он в 2010 году работал оперуполномоченным отделения по борьбе с экономическими преступлениями ОВД по Белгородскому району. В его должностные обязанности входило выявление и пресечение экономических преступлений, осуществление оперативно-розыскной деятельности в целях выявления, предупреждения, пресечения и раскрытия преступлений. 01.03.2010 поступило сообщение о задержании контрабанды. Он с ФИО3 и Б. прибыл к домовладению по 

<

адрес>. Там находились сотрудники УБЭП УВД Белгородской области ФИО4 и Г. Во дворе домовладения находился автомобиль Мазда Бонго с фургоном, внутри данного транспортного средства были обнаружены мешки, коробки, в которых находились мобильные телефоны. Следователь осмотрел домовладение, автомобиль Мазда Бонго, после чего он с ФИО3 отогнали данный автомобиль на стоянку в ОВД по Белгородскому району. Следователь автомобиль опечатывал. 02.03.2010 по указанию руководства ОВД они с ФИО3, Б. совместно со ФИО4, С. и Г. доставили автомобиль Мазда Бонго и автомобиль МАЗ с контрабандным товаром, также изъятым в 

<

адрес> 01.03.2010, в склад 

<

адрес>. Склад открывал ФИО1 В этот день разгрузили автомобиль МАЗ. Автомобиль Мазда Бонго 02.03.2010, его загнали в склад, ворота которого опечатали. Никто из присутствующих телефонов себе не брал. 03.03.2010 он вместе с ФИО3 приехал в 

<

адрес>. Понятые помогали разгружать автомобиль Мазда Бонго. Телефоны раскладывали по моделям, он на черновик записывал их количество. 04.03.2010 он с ФИО3 привезли протокол осмотра места происшествия и акт приема-передачи, в которых были указаны сведения о количестве и наименовании обнаруженных в автомобиле Мазда Бонго средств мобильной связи. Данные сведения совпадали с количеством и наименованием телефонов, находящихся в складе. Протокол осмотра подписали он, понятые и ФИО6, акт приема-передачи также был подписан ФИО6. Все средства мобильной связи были помещены на хранение в склад. Ни он, ни другие подсудимые средства мобильной связи, доставленные в склад, не брали, Ч. не передавали. Телефоны, завладение которыми ему инкриминируется, были приобретены у знакомого – ФИО5 (т.28, д.л.37оборот-40 оборот).

Вина ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 в совершении инкриминируемого преступления объективно подтверждается следующими доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Согласно выписке из приказа начальника УВД Белгородской области от 19.05.2000 № ФИО1 назначен на должность заместителя начальника ОВД по тыловому обеспечению ОВД Прохоровского района (т.1, л.д.24).

01.01.2008 года ОВД по Прохоровскому району и ФИО1 заключили договор о полной индивидуальной материальной ответственности, согласно которому последний принимает на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему работодателем имущества и обязуется: бережно относиться к переданному ему для осуществления возложенных функций (обязанностей) имуществу работодателя и принимать меры к предотвращению ущерба; своевременно сообщать работодателю либо непосредственному руководителю обо всех обстоятельствах, угрожающих обеспечению сохранности вверенного ему имущества; вести учёт, составлять и представлять в установленном порядке товарно-денежные и другие отчёты о движении и остатках вверенного ему имущества; участвовать в проведении инвентаризации, ревизии, иной проверке сохранности и состояния вверенного ему имущества (т.1, л.д. 23).

Также приказом начальника ОВД по Прохоровскому району от 01.12.2008 № на подполковника милиции ФИО1 как заместителя начальника ОВД по тыловому обеспечению возложены обязанности по контролю за технической эксплуатацией зданий и помещений ОВД по Прохоровскому району (т.3, л.д. 158).

В соответствии с должностной инструкции заместителя начальника Прохоровского РОВД по тыловому обеспечению, утвержденной 19.02.2010, ФИО1 был обязан организовывать, направлять и контролировать деятельность тылового подразделения, нести персональную ответственность за качественное и эффективное выполнение возложенных задач и функций, обеспечивать контроль за их исполнением; организовывать правильное оформление и ведение технической документации на здания и сооружения, учёт, рациональное использование топливно-энергетических, материальных ресурсов; осуществлять своевременное и полное обеспечение ОВД по Прохоровскому району материально-техническими средствами и ресурсами; был вправе осуществлять оперативное управление имуществом ОВД по Прохоровскому району, обеспечивать рациональное и эффективное использование транспортных, оперативно-технических средств, иных материальных ценностей; для достижения общих целей ОВД по Прохоровскому району и для эффективности исполнения обязанностей взаимодействует с управлениями, отделами, подразделениями, непосредственно подчинёнными УВД по Белгородской области, и ОВД по муниципальным образованиям Белгородской области по вопросам организации работы тылового обеспечения ОВД по Прохоровскому району; несёт ответственность за правонарушения, совершенные в процессе осуществления своей деятельности, в пределах, определённых действующим административным, уголовным и гражданским законодательством РФ, нормативными правовыми актами МВД России (т.1, л.д. 46-49).

Нахождение в оперативном управлении ОВД по Прохоровскому району 

<

адрес> - 1 подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 14.01.2009 (т.1, л.д.29).

Согласно техническому паспорту здания склада-гаража, 

<

адрес>, данный объект поставлен на баланс ОВД по Прохоровскому району с 22.08.2008 (т.1, л.д.30-34).

Приказом и.о. начальника ОМВД России по Белгородскому району от 15.09.2006 № ФИО2 назначен на должность оперуполномоченного отделения по борьбе с экономическими преступления (т.8, л.д.169).

Положениями должностной инструкции оперуполномоченного ОБЭП ОВД по Белгородскому району ФИО2, утвержденной 30.08.2009, предусмотрено, что ФИО2 вправе пользоваться в пределах своей компетенции и в связи с исполнением обязанностей правами, предусмотренными ст. 11 Закона РФ «О милиции», ст. 15 Закона РФ «Об оперативно-розыскной деятельности», п. 1 ст. 27.3 КоАП РФ; обязан осуществлять организацию работы по выявлению и пресечению экономических преступлений в сфере агропромышленного комплекса, проводить оперативно-розыскные мероприятия по выявлению лиц, занимающихся приготовлением к преступлению и покушением на преступления в сфере экономики, принимать к ним меры в соответствии с законодательством Российской Федерации; несет ответственность за противоправные действия или бездействие при исполнении служебных обязанностей. 

ФИО3 назначен на должность оперуполномоченного отделения по борьбе с экономическими преступления на основании приказа начальника ОВД Белгородского района от 23.11.2004 № (т. 8, л.д. 29).

Как усматривается из должностной инструкции оперуполномоченного ОБЭП ОВД по Белгородскому району ФИО3, утвержденной 11.01.2010, последний обязан осуществлять организацию работы по выявлению и пресечению экономических преступлений в сфере потребительского рынка, фальшивомонетничества, проводить оперативно-розыскные мероприятия по выявлению лиц, занимающихся приготовлением к преступлению и покушением на преступления в сфере экономики, принимать к ним меры в соответствии с законодательством Российской Федерации; вправе пользоваться в пределах своей компетенции и в связи с исполнением обязанностей правами, предусмотренными ст. 11 Закона РФ «О милиции», ст. 15 Закона РФ «Об оперативно-розыскной деятельности», п. 1 ст. 27.3 КоАП РФ; несет ответственность за правонарушения, совершенные в процессе осуществления своей деятельности – в пределах, определённых действующим административным, уголовным и гражданским законодательством Российской Федерации, нормативными правовыми документами МВД России (т. 8, л.д. 40-45).

На основании приказа начальника УВД по Белгородской области от 01.12.2004 № ФИО4 назначен на должность старшего оперуполномоченного отдела по борьбе с преступлениями в финансово-кредитной системе и внешнеэкономической деятельности оперативно-розыскной части (по линии БЭП) УВД по Белгородской области (т. 8, л.д. 152).

Согласно должностной инструкции старшего оперуполномоченного ОРЧ (по линии БЭП) УВД по Белгородской области ФИО4, утвержденной 31.12.2009, ФИО4 обязан осуществлять организацию работы по выявлению, предупреждению и пресечению тяжких и имеющих общественный резонанс экономических преступлений на объектах внешнеэкономической деятельности, в том числе связанных с контрабандным перемещением товарно-материальных ценностей и иных грузов через таможенную границу России, проводить оперативно-розыскные мероприятия по выявлению лиц, занимающихся приготовлением к преступлению и покушением на преступления на обслуживаемом участке оперативно-служебной деятельности, принимать к ним меры в соответствии с законодательством Российской Федерации; вправе пользоваться в пределах своей компетенции и в связи с исполнением обязанностей правами, предусмотренными ст. 11 Закона РФ «О милиции», ст. 15 Закона РФ «Об оперативно-розыскной деятельности», п. 1 ст. 27.3 КоАП РФ; несет ответственность за правонарушения, совершенные в процессе осуществления своей деятельности – в пределах, определённых действующим административным, уголовным и гражданским законодательством Российской Федерации, нормативными правовыми документами МВД России (т. 8, л.д.88-93).

В соответствии с должностной инструкцией, а также письменными указаниями об организации взаимодействия с территориальными подразделениями УВД по Белгородской области в 2010-2011 гг. оперативное сопровождение по фактам контрабанды на территории Белгородской области осуществлялось сотрудником ОРЧ (по линии БЭП) УВД по Белгородской области ФИО4, что следует из ответа заместителя начальника УЭБ и ПК УМВД России по Белгородской области от 02.04.2012 (т. 8, л.д. 192).

Как следует из оглашенных показаний Г., 01.03.2010 по указанию дежурного ОВД по Белгородскому району выезжал на место происшествия в 

<

адрес> в качестве следователя. В ходе осмотра места происшествия по факту контрабанды в автомобиле «Мазда Бонго» обнаружены упакованные в коробки мобильные телефоны, в хозяйственных постройках находились автомобильные запчасти, рулоны с тканью, пластиковая фурнитура. По окончании осмотра отсек фургона автомобиля был закрыт и опечатан, автомобиль с телефонами изъят с места происшествия. Остальное имущество должен был вывезти по договоренности оперуполномоченный ОБЭП ОВД по Белгородскому району ФИО2 К сдаче указанного имущества на склад ОВД по Прохоровскому району отношения он не имел, так как проверку проводили сотрудники ОБЭП ОВД по Белгородскому району (т. 3, л.д. 55-58).

01.03.2010 следователем Г. осмотрено место происшествия по адресу: 

<

адрес>, изъят автомобиль Мазда Бонго с товарно-материальными ценностями – средствами мобильной связи (т.1, л.д.50-55). 

По оглашенным показаниям П.К. они. участвовали в качестве понятых в ходе осмотра домовладения по адресу: 

<

адрес>. К участию в осмотре была приглашена представитель администрации 

<

адрес>. В ходе осмотра они видели автомобиль «Мазда» с будкой-рефрижератором, в котором находились мешки с упакованными в них коробами. Мешки были опечатаны пломбой с хомутом. При них были вскрыты 2 или 3 мешка с коробками с мобильными телефонами. Все мешки не вскрывались, пересчет телефонов не производился. От «Мазды» они пошли к сараю, где находились другие товарно-материальные ценности. Когда отходили от «Мазды», то дверь будки оставалась открытой. Когда закончили осмотр в сарае и пошли назад, они увидел, что двери будки «Мазды» закрыты и опечатаны. Они не видели, чтобы кто-то забирал себе мобильные телефоны (т. 6, л.д. 144-147; т. 22, л.д. 127-131; т. 6 л.д. 148-151; т. 22, л.д. 132-135).

Согласно оглашенным показаниям П. 01.03.2010 по приглашению сотрудников милиции она принимала участие в осмотре домовладения по адресу: 

<

адрес>. в качестве представителя администрации 

<

адрес>. Осмотр проводился с участием 2-х понятых. В ходе осмотра она видела автомобиль «Мазда» с будкой-рефрижератором, стоявший во дворе дома, в нём были обнаружены мешки с упакованными коробами с мобильными телефонами. Были вскрыты несколько мешков, им продемонстрировали 3 коробки с телефонами. Все мешки не вскрывались и пересчет телефонов не производился. От автомобиля они пошли к сараю, где находились другие товарно-материальные ценности. Когда отходили от «Мазды», дверь будки оставалась незапертой. Она не видела, чтобы кто-то забирал себе мобильные телефоны из находящихся в автомобиле (т. 6 л.д. 169-172; т. 22, л.д. 210-213).

Из оглашенных показаний Р. и Н. усматривается, что 02.03.2010 они были привлечены сотрудником милиции для участия в качестве понятого при осмотре домовладения по адресу: 

<

адрес>. Когда они приехали к домовладению, то увидели находившихся там еще 2-х сотрудников милиции, а также грузовой автомобиль «МАЗ», государственный регистрационный №. Протокол осмотра места происшествия составлялся там же. В ходе осмотра они, 3 милиционера, 2 сотрудника пограничной службы загружали товарно-материальные ценности (запасные части к автомобилям, генераторы, фурнитуру, рулоны ткани) в указанный грузовой автомобиль. При погрузке товар не пересчитывался. После того как погрузка была завершена, они расписались в протоколе осмотра. Погрузка проходила в течение 1 часа (т. 6, л.д. 152-155; т. 22, л.д. 91-93; т. 27, л.д. 201-203; т. 6, л.д. 160-163; т. 22, л.д. 94-99).

Как следует, из оперативной сводки УВД по Белгородской области от 01.03.2010 №, 01.03.2010 на место происшествия в 

<

адрес> по факту контрабандного перемещения товарно-материальных ценностей через границу России выезжали, в том числе, ФИО2 и ФИО4 (т.1, л.д.107).

По оглашенным показаниям А. он до июня 2010 г. работал в ОВД по Белгородскому району в должности начальника ОБЭП, а в дальнейшем стал работать в должности начальника криминальной милиции. 01.03.2010 от дежурного поступила информация о задержании в 

<

адрес> контрабандно перемещенного товара из Украины. Он дал указание оперуполномоченным БЭП ФИО3, ФИО2 и Б. проследовать на место происшествия со следственно-оперативной группой для оказания помощи в раскрытии преступления, установлении очевидцев и лиц, причастных к преступлению. По указанному выезду организована проверка в порядке ст. 144, 145 УПК РФ, которая вначале была поручена ФИО2 02.03.2010 в связи с тем, что часть задержанных товарно-материальных ценностей, кроме автомобиля «Мазда Бонго» с мобильными телефонами, находилась на территории частного домовладения, он поручил вышеуказанным подчиненным вывезти имущество и согласно согласованному рапорту с руководством УВД по Белгородской области поместить на склад ОВД по Прохоровскому району. Сотрудники произвели погрузку и вывоз имущества на склад 

<

адрес>. Сотрудник УВД по Белгородской области ФИО4 являлся куратором по линии преступлений, совершенных в сфере внешнеэкономической деятельности (т. 13, л.д. 93-96; т.22, л.д. 112-117; т. 27, л.д. 207-212).

Согласно рапорту начальника ОВД по Белгородскому району И. от 01.03.2010 на основании разрешения и.о. начальника УВД по Белгородской области 02.03.2010 принято решение о размещении изъятых по материалу проверки товарно-материальных ценностей в специализированном складском помещении ОВД по Прохоровскому району (т.1, л.д.20).

Протокол осмотра места происшествия от 04.03.2010, составленный ФИО2 в рамках проверки, содержит сведения о том, что в складе-гараже ОВД по Прохоровскому району произведен пересчет средств мобильной связи, изъятых 01.03.2010 в 

<

адрес> при контрабандном перемещении из Республики Украины и доставленных на хранение из ОВД по Белгородскому району. В ходе осмотра установлено количество помещаемых на хранение средств мобильной связи, которое составило 942 средства мобильной связи (т. 1, л.д. 39-44).

Как усматривается из акта приема-передачи на ответственное хранение товарно-материальных ценностей от 04.03.2010 оперуполномоченный ОБЭП ОВД по Белгородскому району ФИО2 передал на хранение заместителю начальника по тыловому обеспечению ОВД по Прохоровскому району ФИО1 средства мобильной связи в количестве 942 штук (т. 1, л.д. 21-22).

В журнале № учета вещественных доказательств ОВД по Прохоровскому району, составленном ФИО1, отражен учет поступающих на хранение вещественных доказательств, в том числе поступивших 04.03.2010 от оперуполномоченного ОБЭП по Белгородскому району ФИО2 средств мобильной связи (т.1, л.д.84-86).

Согласно оглашенным показаниям Ч., 02.03.2010 он находился на суточном дежурстве на складе ОВД по Прохоровскому району, примерно после обеда к складу подъехали автомобили «Мазда» с будкой и «МАЗ» в сопровождении автомобиля «ВАЗ-2107» с двумя сотрудниками ОВД по Белгородскому району (ФИО3, ФИО2), автомобиля «КИА» под управлением ФИО4, автомобиля «ВАЗ-2107» под управлением ФИО1 Он открыл центральные ворота, и автомобили поехали в верхний склад. «Мазда» осталась во дворе на территории склада. Грузовой автомобиль стали выгружать, при этом ФИО1 привез «суточников». После выгрузки товара «суточников» отвезли в ОВД по Прохоровскому району, а «Мазду» с будкой загнали в нижний склад. ФИО2, ФИО3, ФИО4 и ФИО1 закрылись в складе. Они говорили, что в «Мазде» находятся мобильные телефоны. Через некоторое время ФИО2, ФИО3, ФИО4 стали выносить из склада мобильные телефоны и складывать их в свои машины «ВАЗ-2107» и «КИА» в багажник и салон. После этого к нему подошел ФИО4, и сказал, чтобы подошел к ФИО1 Последний взял 4 мобильных телефона, которые лежали рядом с машиной, и отдал ему. Он с телефонами обошел вокруг машины, и подошел к ФИО3 и ФИО2, которые копались в коробках с телефонами, и попросил еще 2 телефона ребятам. ФИО4 тогда в складе не было. ФИО3 и ФИО2 положили перед ним 2 коробки с телефонами, которые он забрал себе. На улице он видел, как ФИО1 нес большой короб, в который были сложены коробки с мобильными телефонами. Видел, как до этого ФИО1 складывал в короб коробки с мобильными телефонами. Указанный короб с телефонами ФИО1 поставил в багажник автомобиля «ВАЗ-2107». После этого опечатали склад. Затем ФИО1 сказал, чтобы никому ничего не говорил о том, что получил мобильные телефоны. После этого сотрудники милиции уехали с территории склада. Примерно через 2-3 дежурства, когда он зашел в склад и увидел, что дверь, ведущая в кабинет, где лежала краска, открыта, в этой комнате на полу в коробке лежали 15-20 коробок с мобильными телефонами. ФИО1 приехал на склад, забрал короб с мобильными телефонами и отнес к себе в машину. Также ФИО1 приезжал на склад с внуком Н.. Когда он зашли на КПП, внук ФИО1 подошел к телефону, ранее подаренному ему Ч. ФИО1, взял и стал играться. Он спросил у внука ФИО1: «Что дед не подарил телефон?». На что внук сказал: «Дед привёз целый мешок телефонов». После этого ФИО1 и внук уехали со склада. 

07.07.2011 на склад приезжал ФИО1 и сказал, что недоказуем факт хищения мобильных телефонов, нужно говорить, что все телефоны куплены в 

<

адрес>. ФИО3 сказал ФИО7, что ситуация с телефонами недоказуема, так как нет IMEI партии телефонов, помещенных на хранение, и нужно сообщать, что телефоны куплены в 

<

адрес>. ФИО6 сказал, чтобы говорил, что телефоны купил в 

<

адрес> на рынке. Факт приезда ФИО1 был зафиксирован камерой наружного наблюдения. 26.09.2012 и 04.07.2013 ФИО1 также приезжал к нему и говорил, чтобы на суде сказал, что те телефоны, которые ФИО1 ему передал на складе, он нашел, когда сжигал на складе мусор. Он отказался давать такие показания. Ранее данные им показания в ходе следствия он подтверждает в полном объеме, на них настаивает (т. 1 л.д. 139-140; т. 5, л.д. 206-212, 241-243; т. 18, л.д. 114-116; т. 22, л.д. 170-194; т. 27, л.д. 181-190).

Согласно графику дежурств Ч за март 2010 г., составленному ФИО1, свидетель находился на дежурстве 02.03.2010 (т. 3, л.д. 177).

На очных ставках с подсудимыми Ч. дал показания, которыми полностью изобличил ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 в завладении 02.03.2010 средствами мобильной связи, помещенными на хранение в склад ОВД по Прохоровскому району. Свидетель №7 показал, что спустя некоторое время на склад к ФИО1 приезжал ФИО3 с коробкой из-под мобильного телефона, проходил на склад и выходил обратно с коробкой из-под мобильного телефона, пояснив ему, что производил замену неудачного телефона (т.6, л.д.15-20; т.7, л.д.26-30, л.д.142-146, л.д.179-185).

Постановлением от 02.04.2012 в возбуждении уголовного дела в отношении Ч. отказано. Данное постановление не обжаловалось и не отменялось уполномоченными на то лицами (т.13, л.д.144-148).

11.01.2012 произведен осмотр места происшествия с участием Ч. осмотрена комната хранения мобильных телефонов на складе вещественных доказательств ОМВД России по Прохоровскому району. В ходе осмотра Ч. продемонстрировал, куда именно проследовал ФИО3 к ФИО1, чтобы поменять поломавшийся мобильный телефон 

<

данные изъяты> в корпусе золотистого цвета. Также обнаружен и изъят 1 мобильный телефон 

<

данные изъяты> с незначительными следами потертости (т. 10, л.д. 171-173).

Как следует из оглашенных показаний Ч., в марте 2010 г. после работы супруг Ч. принес мобильный телефон 

<

данные изъяты> и сказал, что телефон дал ему ФИО1 Телефон был в коробке с инструкцией. Супруг пояснил, что во время дежурства привезли на хранение мобильные телефоны. Также супруг подарил телефон дочери Ч. У самого супруга появился в пользовании новый телефон 

<

данные изъяты> в корпусе золотистого цвета. Муж пояснил, что телефон ему также подарил ФИО1 Всего в марте 2010 г. муж принес домой 4 телефона, пояснив, что все телефоны подарил ему ФИО1 (т. 5, л.д. 217-221; т. 22, л.д. 118-121; т. 27, л.д. 176-178).

Согласно оглашенным показаниям К. в марте 2010 г. ее отец Ч. подарил ей и матери Ч. по одному мобильному телефону 

<

данные изъяты>». Также она видела, что отец принес домой ещё телефон 

<

данные изъяты>, и у него также в пользовании появился новый телефон 

<

данные изъяты>. О происхождении телефонов отец ничего не сообщал (т. 5. л.д. 225-227).

По оглашенным показаниям Ч. примерно весной 2010 г., когда он пришел в гости к брату Ч., последний сказал, что ФИО1 подарил несколько мобильных телефонов со склада ОВД по Прохоровскому району. Брат подарил ему мобильный телефон 

<

данные изъяты>, который был новым и находился в коробке. Он сразу же активировал данный телефон. 7 июля 2011 г. брат позвонил и сказал, что телефон, который ранее подарил, необходимо вернуть следователю, так как было установлено, что телефоны находились на складе, ими ФИО1 незаконно завладел (т. 5, л.д. 231-233; т. 22, л.д. 122-125).

При этом из оглашенных показаний Н. следует, что в период с 31.08.2009 он занимал должность прокурора Белгородского района. В середине марта 2010 г. к нему на работу приехал знакомый работник прокуратуры Харьковской области Р. и сообщил, что сотрудники ОВД по Белгородскому району за возврат изъятых 01.03.2010 в 

<

адрес> товарно-материальных ценностей, в том числе и средств мобильной связи, требуют взятку в размере 100 000 долларов США. На задержанный товар имеются достоверные документы, подтверждающие факт приобретения в России. Через некоторое время Б. приехал к нему с жителем Украины К., попросил его Н. как прокурора района разрешить вопрос о законном возвращении изъятого груза. Он сказал, что составит соответствующий разговор с начальником ОВД по Белгородскому району И., и если товар будет возвращен, то они должны будут доставить товар в прокуратуру Белгородского района и написать заявление о вымогательстве взятки со стороны сотрудников милиции. Через некоторое время у него в кабинете состоялся разговор с И., который сообщил, что все вопросы, которые решаются с возвратом грузов, необходимо согласовать с и.о. начальника УВД по Белгородской области Т. По истечении какого-то времени он познакомил И. с К., которые в его присутствии договорились о встрече и обсуждении вопроса о возврате груза. К. ему сказал, что договорился с И. о передаче сотрудникам милиции 65 000 долларов США после возвращения груза. В дальнейшем К. передал ему Н. список средств мобильной связи с указанием моделей, цвета, IMEI номеров и их количества, которые были изъяты сотрудниками милиции в 

<

адрес>, и попросил сверить указанные сведения с количеством телефонов, зафиксированных в протоколе осмотра места происшествия, составленного сотрудниками ОВД, так как опасался хищения части мобильных телефонов сотрудниками правоохранительных органов. У него есть все достаточные основания полагать, что мобильные телефоны были разворованы сотрудниками милиции дважды, первоначально при их непосредственном обнаружении 01.03.2010, а впоследствии со склада в 

<

адрес> (т. 4, л.д. 14-18, т. 16, л.д. 52-53; т. 22, л.д. 76-86; т. 27, л.д. 153-160; т. 29, л.д. 20-22).

Протоколом выемки от 31.03.2011 у свидетеля Н. изъят список средств мобильной связи, обнаруженных 01.03.2010 в 

<

адрес> (т.4, л.д.20-21). 

Изложенные выше показания подтвердил Б., указав, что до 2009 г. работал в органах прокуратуры Украины и познакомился с прокурором Белгородского района Н. В начале марта 2010 г. к нему обратился знакомый К. и сообщил, что с марта 2010 г. сотрудники Белгородского РОВД незаконно вымогают у его приятелей денежное вознаграждение в размере более 100 000 долларов США за возвращение принадлежащего им товара, ранее задержанного 01.03.2010 в 

<

адрес>. В связи с обращением он созвонился с Н. и договорился о встрече в 

<

адрес>. В середине марта 2010 он и К. встречались с Н. Последний сказал, что переговорит с начальником РОВД и, если вопрос с возвращением товара будет разрешен, они должны будут оказать дальнейшее содействие в изобличении работников милиции во взяточничестве. По истечении времени он вновь с К.. приезжал к Н., К. передал Н. список средств мобильной связи, которые были задержаны в 

<

адрес>. При очередной встрече в 

<

адрес> К. сообщил, что изучил опись доставленных на хранение телефонов и более 30 процентов телефонов в описи не указаны, в связи с чем был сделан вывод о расхищении мобильных телефонов работниками милиции. О данном факте они сообщили Н. Список средств мобильной связи, который он и К. передали Н., также сохранился у него Б. (т. 9, л.д. 93-96).

25.08.2011 у свидетеля Б. изъят список средств мобильной связи, обнаруженных 01.03.2010 в 

<

адрес> (т.9, л.д.100-101). При осмотре 01.09.2011 указанного списка средств мобильной связи установлена идентичность списку, изъятому в ходе выемки 31.03.2011 у свидетеля Н. (т.9, л.д.102-130).

Согласно оглашенным показаниям К. примерно в марте 2010 г. к нему за помощью обратился его украинский знакомый, данные которого в настоящее время не помнит, и с которым отношения в настоящее время не поддерживает. Помощь заключалась в следующем. Указанному гражданину кто-то сообщил, что он К. поддерживает хорошие отношения с работником прокуратуры 

<

адрес> Б., последний в свою очередь общается с прокурором Белгородского района Н. На приграничной территории России в 

<

адрес> у гражданина на хранении находились запасные части к автомобилям, еще какие-то вещи, а также мобильные телефоны. По непонятным причинам указанные товарно-материальные ценности, в том числе средства мобильной связи, были изъяты из домовладения сотрудниками Белгородского РОВД по подозрению в их контрабандном перемещении. Знакомый попросил Б. оказать содействие в возврате изъятых товарно-материальных ценностей. Он решил оказать помощь в возврате товара и обратился с соответствующим вопросом к Б. Примерно в конце марта 2010 г. с Б. он поехал к Н., который сказал, что окажет помощь в возврате товара, но при этом он должен будет изобличить работников милиции в вымогательстве денежных средств за возврат товара. Он К. дал согласие на сотрудничество в изобличении работников милиции. По просьбе Б. он взял у знакомого собственника товара документы на товар и список средств мобильной связи, в котором были сведения о моделях, их количестве с указанием IMEI, и они направились к Н., которому передали список изъятых средств мобильной связи. К Н. также приехал начальник ОВД по 

<

адрес> И. Последний сказал, чтобы за изъятым товаром приехали собственники с документами и написали соответствующие заявления. Так как его знакомый не имел возможности прибыть в Россию, то за возвратом товара в милицию должны были обратиться другие лица, с которыми его К. познакомил Б. Примерно в мае-июне 2010 г. он прибыл в ОМВД по Белгородскому району, где И. потребовал выплатить за возвращение товара 65 000 долларов США. Они достигли договоренности, но он попросил предоставить список товара, находившегося на хранении в милиции. Спустя некоторое время И. передал список телефонов, при сравнении которого с имевшимся у него обнаружилось, что большинство дорогостоящих телефонов на хранении в милиции отсутствовали. И. предложил уменьшить сумму денежного вознаграждения с 65 000 до 55 000 – 50 000 долларов США. Об этом он сообщил Н. Б.. и собственнику мобильных телефонов. Через некоторое время при возвращении изъятого товара он и знакомые собственника были задержаны сотрудниками милиции. Товар возвращен не был. После этого никаких мер к возврату товара из милиции он больше не предпринимал.

В ходе допроса свидетелю на обозрение предъявлен список средств мобильной связи – приложение к протоколу выемки от 31 марта 2011 г., изъятый у свидетеля Н. на что свидетель показал, что данный список он передавал Н., а второй такой же список передавал Б. (т. 18, л.д. 124-129).

По оглашенным показаниям И. в 2010 г. он занимал должность начальника ОВД по Белгородскому району. Весной 2010 г. к нему обратился прокурор Белгородского района Н. с просьбой об оказании помощи его знакомым за денежное вознаграждение в возврате изъятого 01.03.2010 в 

<

адрес> контрабандного товара, в том числе средств мобильной связи. Н. познакомил его со своим знакомым жителем Украины К., который выступал посредником в разрешении вопроса о возврате средств мобильной связи. Лично с К. он общался в ОВД по Белгородскому району, когда последний приносил документы на изъятый товар. Имелись ли документы на мобильные телефоны, он не помнит. О противоправном поведении прокурора Белгородского района Н. он доложил заместителю начальника УВД по Белгородской области Т. По результатам обращения в отношении Н. проведена проверка в порядке ст.144, 145 УПК РФ. Никакого списка средств связи, находящихся на хранении на складе ОВД по Прохоровскому району, он К. не предоставлял. Н. сам лично показывал ему список мобильных телефонов, который был оформлен рукописным способом. Н. сообщал, что на складе находятся не все мобильные телефоны, которые были задержаны 01.03.2010, предположив хищение. Также Н. просил предоставить копию протокола осмотра и изъятия товаров от 01.03.2010. После этого он направил последнему материал проверки по данному факту. О собственниках средств мобильной связи ему ничего неизвестно (т. 3, л.д. 147-149).

Согласно оглашенным показаниям Ф 01.03.2010, когда он занимался оказанием услуг в сфере грузоперевозок на автомобиле «Мазда Бонго», с ним созвонился неизвестный парень, который спросил его о возможности перевозки груза из 

<

адрес>. Он ответил согласием, при этом парень ему пояснил, что груз будет находиться в мешках, и его необходимо будет забрать с территории частного домовладения ранее знакомого ему М.. Когда он приехал домой к М., то загнал «Мазда Бонго» во двор, при этом автомобиль был пустой. Когда он стал разговаривать с М., последний сообщил, что в этот день товар вывозиться не будет, так как ко двору подошли пограничники, а документы на груз отсутствуют. В дальнейшем он был задержан сотрудниками Белгородского РОВД, которым сообщил о вышеизложенных обстоятельствах, автомобиль «Мазда Бонго» был задержан и отправлен на штрафстоянку. Он узнал, что в автомобиль были загружены сотовые телефоны, ему телефоны не принадлежали. Через некоторое время с ним созвонился парень, который представился С. из 

<

адрес> К. Последний сообщил, что может оказать помощь в возврате изъятого автомобиля, при этом сообщил о необходимости написать соответствующее заявление в милицию о возврате машины и мобильных телефонов. Из разговора он понял, что С. является собственником изъятых телефонов, либо имеет к ним непосредственное отношение, но сам официально по каким-то причинам обратиться с возвратом телефонов не мог. В дальнейшем, согласно договоренности они встретились со С. около Белгородского РОВД. На встречу также подъехал М. На этой встрече К. продиктовал текст заявлений на возврат изъятых у М. товарно-материальных ценностей, в том числе и мобильных телефонов. Он написал заявление на возврат машины и мобильных телефонов. После того как они написали заявления на возврат товара, К. пошел с данными заявлениями в Белгородский РОВД. После этого они уехали. Примерно через месяц ФИО8 позвонил ему и сказал, что заявление о возврате товара рассмотрено, в связи с чем необходимо проехать на склад, чтобы забрать машину «Мазда Бонго» и мобильные телефоны. Согласно договоренности они проследовали в 

<

адрес>, когда прошли на склад, то были задержаны сотрудниками милиции. В УВД по Белгородской области он дал вышеуказанные пояснения, в том числе и сообщил, что не является собственником мобильных телефонов и ему ничего не известно по поводу документов на телефоны, так как телефонами занимался К. (т. 18, л.д. 132-134; т.22, л.д. 135-147).

Как следует из оглашенных показаний Б., с 1992 г. он проживает в 

<

адрес>, на период 2010 г. занимался грузоперевозками на личном автомобиле-фургоне «Фольксваген ЛТ46». Ему знаком гражданин Украины К. В марте 2010 г. в 

<

адрес> у знакомого М. во дворе был обнаружен контрабандный товар (автозапчасти, текстиль и сотовые телефоны). Товар был изъят сотрудниками милиции и доставлен на склад в 

<

адрес>, а вопросы по возвращению товара стал урегулировать К., со слов которого известно, что последний пообещал собственнику мобильных телефонов и других товаров вернуть изъятое за денежное вознаграждение, но не смог решить вопросы по возврату имущества. К. мог являться собственником автозапчастей, так как занимался перевозкой именно запчастей, а собственниками текстиля и мобильных телефонов были другие лица – знакомые К. жители Украины, но кто именно это был, последний не сообщал по каким-то причинам. Полагает, что собственники опасались ответственности за контрабанду. От К. он слышал, что сотовые телефоны с усадьбы М. должны были быть доставлены кому-то в 

<

адрес> для последующей транспортировки или продажи. Ему лично неизвестен собственник изъятых телефонов, собственника знает только К. Собственник телефонов – это реальный человек (т.29, л.д. 26-29).

28.10.2010 по уголовному делу № произведен осмотр места происшествия – склада-гаража ОВД по Прохоровскому району. В ходе осмотра осуществлен перерасчет средств мобильной связи, изъятых (дата) в 

<

адрес> при контрабандном перемещении из Республики Украины. Установлено наличие 699 средств мобильной связи. В ходе осмотра изъяты пустые коробки от мобильных телефонов 

<

данные изъяты>. 01.02.2011 обозначенные ранее пустые коробки из-под мобильных телефонов осмотрены (т.2, л.д.162-167).

12.11.2010 КРО УВД по Белгородской области произведена ревизия на складе-гараже при ОВД по Прохоровскому району, в результате которой выявлена недостача средств мобильной связи, принятых на ответственное хранение 04.03.2010 (т. 1, л.д. 56-83).

03.04.2011 осмотрены список средств мобильной связи, изъятый в ходе выемки у Н., и акт КРО УВД по Белгородской области от 12.11.2010 ревизии средств мобильной связи фактически находящихся на складе при ОВД по Прохоровскому району. В ходе осмотра списка, изъятого у Н., установлено 621 совпадение IMEI номеров средств мобильной связи, указанных в списке, со средствами мобильной связи, фактически находящихся на складе, из числа обнаруженных 01.03.2010 в 

<

адрес> (т.4, л.д.78-96).

Как усматривается из содержания исследованных в судебном заседании Списков средств мобильной связи, изъятых у Н. и У Б., они представляют два одинаковых списка, выполненные на листах форматом А4 в виде таблицы с использованием компьютерной техники. Таблица имеет 5 граф: 1 графа пустая, 2 графа - наименование и марка средства мобильной связи, 3 графа – цвет, 4 графа- IMEI, 5 графа к-во. В конце таблицы указано общее количество средств мобильной связи – 1232. Сам список не имеет какого-либо наименования, сведений о его собственнике, лице его составившем, даты составления и сведений о правоустанавливающих документах на средства мобильной связи. На первом листе списка, изъятого у Б., имеется рукописная запись «Приложение к протоколу осмотра Список средств мобильной связи» (Том 9, л.д.104-130, Том 4, л.д.20-49).

Постановлением Прохоровского районного суда от 22.04.2011 удовлетворено ходатайство следователя об установлении данных о телефонных номерах, интегрировавшихся сим-картах в средствах мобильной связи, которыми незаконно завладели ФИО6, ФИО5, ФИО4, ФИО3 по операторам связи ЗАО «Белгородская сотовая связь» «ТЕЛЕ – 2», филиал ОАО «МТС в Белгородской области», Белгородский филиал ОАО «Вымпел - Коммуникации» и Воронежское региональное отделение Кавказского филиала ОАО «Мегафон» за период с 04.03.2010 по 21.04.2011 с предоставлением анкетных данных лиц, на кого они зарегистрированы (т.4, л.д.135).

В ходе следствия получены достоверные данные об индивидуальных номерах (IMEI) мобильных телефонов, в том числе изъятых со склада ОВД по Прохоровскому району.

Так, 09.06.2011 осмотрены и распечатаны сведения, содержащиеся на компакт дисках CD-R 8/298 дсп от 23.05.2011 и 8/304 дсп от 27.05.2011, которые поступили из УФСБ России по Белгородской области, о лицах активировавших средства мобильной связи, ранее обнаруженные 01.03.2010 в 

<

адрес>. Установлены факты активации средств мобильной связи, которые использовались подсудимыми, их родственниками и знакомыми. 

Согласно протоколу дополнительного осмотра от 11.06.2011 в сравнительной таблице по данным, представленным из УФСБ России по Белгородской области, полученным от свидетеля Н.., и сведениям о нахождении средств мобильной связи на складе при ОВД по Прохоровскому району, установлены данные о лицах, активировавших средства мобильной связи, изъятые 01.03.2010 в 

<

адрес> (т.5 л.д.1-108).

Из имеющихся данных усматривается следующее:

- телефон № был активирован 02.03.2010 с используемого супругой ФИО1 – С. номера №, зарегистрированного на ФИО1;

- телефон 

<

данные изъяты> был активирован 05.03.2010 с используемого супругой ФИО1 – С. номера №, при этом 07.03.2010 указанный телефон активирован с используемого ФИО1 номера №; 

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 06.03.2010 с номера №, находящегося в пользовании сына ФИО1 – С.;

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 01.08.2010 с номера №, находящегося в пользовании сына ФИО1 – С.;

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 30.07.2010 с номера №, находящегося в пользовании сына ФИО1 – С.;

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 18.04.2010 с номера №, находящегося в пользовании сына ФИО1 – С.;

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 06.03.2010 с номера №, находящегося в пользовании сына ФИО1 – С.;

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 21.07.2010 с номера №, находящегося в пользовании дочери ФИО1 – К.;

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 03.03.2010 с номера №, находящегося в пользовании дочери ФИО1 – К.;

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 05.03.2010 с номера №, находящегося в пользовании дочери ФИО1 – К.;

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 16.10.2010 с номера №, находящегося в пользовании дочери ФИО1 – К.;

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 03.03.2010 с номера №, находящегося в пользовании дочери ФИО1 – К.;

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 03.03.2010 с номера №, находящегося в пользовании дочери ФИО1 – К.;

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 17.04.2010 с номера №, находящегося в пользовании коллеги ФИО1;

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 01.04.2010 с номера №, находящегося в пользовании родственницы ФИО1;

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 21.11.2010 с зарегистрированного на имя ФИО2 номера №; 

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 20.03.2010 с находящегося в пользовании ФИО2 номера №; 

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 20.03.2010 с находящегося в пользовании ФИО2 номера 8№; 

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 03.05.2010 с номера №, находящегося в пользовании коллеги ФИО2 – П.;

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 11.03.2010 с номера №, находящегося в пользовании отца ФИО2 – Л.;

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 06.03.2010 с номера №, находящегося в пользовании матери ФИО2;.

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 04.03.2010 с номера №, находящегося в пользовании знакомого ФИО2 – Л.;

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 19.11.2010 с номера №, находящегося в пользовании двоюродного брата ФИО2 – И.;

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 21.03.2010 с номера №, находящегося в пользовании ФИО3; 

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 11.04.2010 с номера №, находящегося в пользовании супруги ФИО3;

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 08.03.2010 с номера №, находящегося в пользовании матери ФИО3;

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 07.03.2010 с номера №, находящегося в пользовании супруги ФИО3;

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 11.06.2010 с зарегистрированного на ее имя номера №, находящегося в пользовании супруги ФИО3;

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 04.03.2010 с номера №, находящегося в пользовании супруги ФИО3;

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 24.04.2011 с номера №, находящегося в пользовании ФИО4;

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 14.03.2010 с номера №, находящегося в пользовании супруги ФИО4 – С. (зарегистрирован на ФИО4); 

- телефон 

<

данные изъяты> активирован 09.03.2010 с зарегистрированного на имя ФИО4 номера №, находящегося в пользовании дочери ФИО4 

Также 23.03.2010 ФИО4 активировал с зарегистрированного на его имя номера №, находящегося в пользовании у дочери С. телефон 

<

данные изъяты>, 14.05.2010 активировал телефон 

<

данные изъяты> и 21.06.2010 активировал телефон 

<

данные изъяты>. 

Кроме того, подсудимые 02.03.2010 передали в пользование осуществлявшего охрану склада Ч. следующие мобильные телефоны: 

<

данные изъяты>. 

Согласно протоколу осмотра предметов (документов) от 22.10.2011 в сравнительной таблице по уточненным данным, представленным из УФСБ России по Белгородской области, полученным от свидетеля Н., и сведениям о нахождении средств мобильной связи на складе при ОВД по Прохоровскому району, установлены данные о лицах, активировавших средства мобильной связи, изъятые 01.03.2010 в 

<

адрес> (т. 10, л.д. 49-54, 62-71).

Заключением эксперта от 06.09.2011 № установлена среднерыночная стоимость по состоянию на 01-03.03.2010 средств мобильной связи, которыми 02.03.2010 завладели ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 (т. 9, л.д. 14-84).

Как следует из заключения экспертов от 18.10.2016 №, рыночная стоимость движимого имущества (средств мобильной связи в количестве 16 единиц) на дату оценки 1-3.03.2010, временно (на момент исследования) находящегося по адресу: 

<

адрес>, в условиях продажи на рынке России при полной подготовке к продаже, при условии, что данные средства не подвергались эксплуатации, составляет 224 660 рублей; представленные на исследование средства мобильной связи (16 штук) можно считать оригинальными (т. 31, л.д. 41-98).

В судебном заседании оглашались показания родственников и знакомых подсудимых, пользовавшихся средствами мобильной связи, которыми незаконно завладели ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4:

- Ш. показывала, что перед праздником 08.03.2010 ФИО1 подарил ей мобильный телефон 

<

данные изъяты> в корпусе золотистого цвета. Телефон был в коробке с документами. Коробку от телефона она выбросила, а инструкцию выдала работнику УСБ УВД по Белгородской области 03.11.2010. Ни кассового, ни товарного чека на подаренный телефон не было. ФИО1 ей не пояснял, откуда взял телефон. Примерно 04.08.2010 телефон 

<

данные изъяты>, подаренный ФИО1, упал в воду и утонул, что видел сам ФИО1 Примерно 07.08.2010 ФИО1 вновь подарил ей аналогичную модель телефона 

<

данные изъяты>, который был без документов, но с зарядным устройством. В октябре 2010 г. ей стало известно, что вскрылось крупное хищение на складе ОВД по Прохоровскому району, где работал ФИО6, и ей стало известно, что были расхищены мобильные телефоны. Примерно 28-29.10.2010 к ней в кабинет пришёл ФИО1 и попросил вернуть подаренный телефон 

<

данные изъяты>. Она достала из стола указанный телефон и передала его ФИО1 16.06.2010 в период с 4 часов 26 минут до 4 часов 39 минут в подаренном ей ФИО1 мобильном телефоне 

<

данные изъяты>, была активирована сим-карта Свидетель №4 Указанный мобильный телефон она на время давала С., чтобы тот осуществил звонок. Также указанный телефон она передавала на время в пользовании дочери Х., которая использовала его с номером № (т. 1, л.д. 117-121; т. 11, л.д. 183-185; т. 22, л.д. 43-46; т. 27, л.д. 191-193);

- С. показывала, что в 2010 г. супруг ФИО1 подарил ей мобильный телефон 

<

данные изъяты> (как ей известно, супруг купил его у П.), также у мужа был телефон 

<

данные изъяты> с телевизором (как ей известно, супруг приобрел его у У.). В связи с поломкой телефона у мужа она отдала ему свой (ранее подаренный) телефон (т. 3, л.д. 21-24);

- К. показывала, что ФИО1 является ее родным отцом. Она живет с супругом К., который является милиционером взвода охраны административных зданий УВД по Белгородской области, и малолетним сыном К.. Со слов отца ей известно, что он осуществлял контроль за работой склада в 

<

адрес>, где хранились контрабандные предметы. В ходе прокурорской проверки на складе была обнаружена недостача мобильных телефонов в большом количестве. У нее в пользовании имеется телефон 

<

данные изъяты>, который приобрела на рынке в 

<

адрес>. До этого у нее был телефон «

<

данные изъяты>, который ей подарил отец ФИО1 в феврале – марте 2010 г., также отец в это время дарил телефон ее мужу и невестке. Отец говорил, что данные телефоны ему привезли из 

<

адрес>. В ходе допросов 07.07.2011 свидетель К. от дачи показаний отказалась на основании ст. 51 Конституции РФ (т. 3, л.д. 29-32; т. 5, л.д. 198-199, 203-205);

- Свидетель №23 показывал, что в его пользовании имеются 2 мобильных телефона 

<

данные изъяты> (приобретен в 

<

адрес>) и 

<

данные изъяты> (приобретен через отца ФИО1 в 

<

адрес>), в настоящее время у него в пользовании телефон 

<

данные изъяты>. Он также мог использовать другие мобильные телефоны по абонентским номерам № и №, которые находились у его супруги. В ходе допроса 12.03.2012 Свидетель №23 от дачи показаний отказался на основании ст. 51 Конституции РФ (т. 3, л.д.37-40; т. 13, л.д. 51-53);

- К. показывал, что работает в должности милиционера взвода охраны административных зданий УВД по Белгородской области. Непосредственно его рабочее место находится по адресу: 

<

адрес> «а»-1 – территория склада ОВД по Прохоровскому району. К. является ему супругой, у них есть сын К.. До ноября 2010 г. службу по охране склада он осуществлял согласно графикам, которые составлял тесть ФИО1 К товарно-материальным ценностям, находящимся на хранении в складских помещениях, ни он, ни другие сотрудники милиции никого отношения не имели. Их задача проверять сохранность запорных устройств, наличия пломб и печатей. Ключи от дверей, ведущих в помещения склада, находились только у ФИО1 Последний лично осуществлял прием и выдачу товарно-материальных ценностей со склада. Машины заезжали на территорию склада только в присутствии ФИО1 Были случаи, когда ФИО6 заезжал на территорию склада на служебном автомобиле, при выезде ФИО1 с территории, автомобиль не досматривался, так как ФИО1 являлся его начальником. В его пользовании имелись несколько телефонов 

<

данные изъяты> (приобрел в 

<

адрес>) и 

<

данные изъяты> (летом 2010 г. подарил тесть ФИО1). Также тесть дарил телефон 

<

данные изъяты> дочери (его супруге). Он использовал по своему номеру № разных телефонов (т. 3, л.д. 43-46);

- Свидетель №35 показывал, что его сын Л. работает в УВД по Белгородской области. Примерно весной 2010 г. сын приехал домой и подарил ему мобильный телефон 

<

данные изъяты>, который он использовал до осени 2010г. по зарегистрированному на него номеру №. Указанный телефон он продал незнакомому мужчине 

<

адрес> за 2 500 рублей, так как нуждался в деньгах из-за поломки личного автомобиля (т. 5, л.д. 173-175; т. 13, л.д. 28-30); 

- Л. показывала, что ее сын ФИО2 работает в УВД по Белгородской области. Примерно весной 2010 г. сын приехал домой и подарил отцу Л. мобильный телефон 

<

данные изъяты>, а ей подарил мобильный телефон 

<

данные изъяты>. Подаренным ей телефоном она пользовалась всё время с номером №. Подаренный сыном мобильный телефон 

<

данные изъяты> супруг продал (т. 5, л.д.178-180; т. 13, л.д. 31-33);

- И. показывал, что ФИО2 приходится ему двоюродным братом. С ФИО2 и родителями последнего он поддерживает отношения и приезжает примерно 1-2 раза в год в гости. Относительно использования коммуникатора 

<

данные изъяты> с номером № в период с 22 часов 42 минут 19.11.2010 по 21.06.2011, пропавшего со склада ОВД по Прохоровскому району, он пояснил, что купил данный коммуникатор у продавца в магазине в 

<

адрес> (т. 13, л.д.37-40);

- Л. показывал, что ФИО2 является его знакомым, поддерживает с последним дружеские отношения, так как родственники проживают в одном селе в 

<

адрес>. Также ФИО2 является крестным отцом его сына 

<

данные изъяты>. О происхождении мобильных телефонов может пояснить, что большую партию телефонов он приобрел на центральном рынке 

<

адрес>, часть из которых продал ФИО2 (т. 7, л.д. 164-167);

- П. показывал, что в 2010 г. ФИО2 перевелся на службу из ОВД по Белгородскому району в ОРЧ БЭП УВД по Белгородской области. Примерно летом 2010 г. он обратился к ФИО2 с вопросом о наличии мобильного телефона для использования в оперативных целях, на что ФИО2 передал ему в пользование телефон 

<

данные изъяты> без коробки. Откуда ФИО2 взял данный телефон, он не спрашивал. Указанным телефоном он пользовался непродолжительный период времени. Собирался вернуть телефон назад ФИО2, который сказал, что не надо, так как есть в пользовании другой телефон (т. 13, л.д. 99-101);

- М. показывала, что ФИО3 является ее мужем. 

<

данные изъяты> она приобрела в 2009 г. у «валютчика» К. на центральном рынке по 

<

адрес>. За коммуникатор заплатила 10 000 рублей. Телефон был без документов и валютчик пояснил, что он не новый. Телефоны ей муж не давал. Она пользовалась разными моделями телефонов. Впоследствии супруг купил у К. телефон 

<

данные изъяты>. Также в связи с поломкой телефона 

<

данные изъяты> она с доплатой покупала у последнего другой телефон 

<

данные изъяты> (т. 5, л.д. 147-150; т. 16, л.д. 42-45);

- М. показывала, что ФИО3 является ее сыном. Мобильный телефон 

<

данные изъяты> она использует с 2009 г., активировав с используемого ею номера №. Указанный телефон купила в 

<

адрес>. Документы на телефон не сохранились (т. 5, л.д. 160-163; т. 22, л.д. 202-203);

- С. показывала, что супруг ФИО4 на 08.03.2010 подарил ей и дочери С. 2 одинаковых телефона 

<

данные изъяты>, которые они сразу стали использовать. Об обстоятельствах приобретения супругом средств мобильной связи она не интересовалась. Телефон использовала с абонентским номером № (т. 5, л.д. 123-125; т. 22, л.д. 165-166);

- С. показывала, что ее отец ФИО4 на праздник 08.03.2010 подарил ей и матери С. телефоны 

<

данные изъяты>, которые они сразу стали использовать. Об обстоятельствах приобретения отцом средств мобильной связи она не интересовалась. Телефон использовала с абонентским номером № (т. 5, л.д. 130-132; т. 22, л.д. 166-167).

Не подтвержденные документально показания И. о приобретении телефона у продавца в магазине в 

<

адрес>; Л. о приобретении большой партии мобильных телефонов на центральном рынке 

<

адрес>, часть из которых была продана ФИО2, суд расценивает как данные из дружеских и родственных побуждений, с целью ввести в заблуждение относительно противоправных действий подсудимого ФИО2

Показания М. о приобретении телефона у К.; М. о приобретении телефона в 

<

адрес> суд признает недостоверными, поскольку они даны заинтересованными в исходе дела лицами – супругой и матерью подсудимого, а потому направлены на освобождение от уголовной ответственности ФИО3

Нахождение средств мобильной связи, которыми незаконно завладели ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, в пользовании последних, их родственников и знакомых подтверждается протоколами выемки и осмотра изъятых телефонов: 

- акт от 03.11.2010 об изъятии у Ш. руководства по эксплуатации ранее подаренного ей ФИО1 мобильного телефона 

<

данные изъяты> (т. 1, л.д. 114-115); 

- протокол выемки от 07.07.2011, в ходе которой у свидетеля Ч. изъят мобильный телефон 

<

данные изъяты> (т. 5, л.д. 214-215);

- протокол выемки от 08.07.2011, в ходе которой у свидетеля Ч. изъят коммуникатор 

<

данные изъяты> (т. 5, л.д. 238-239);

- протокол выемки от 07.07.2011, в ходе которой у свидетеля Ч. изъяты мобильные телефоны 

<

данные изъяты> (т. 5, л.д. 223-224); 

- протокол выемки от 07.07.2011, в ходе которой у свидетеля Ч. изъят мобильный телефон 

<

данные изъяты> (т. 5, л.д. 229-230);

- протокол выемки от 08.07.2011, в ходе которой у свидетеля Ч. изъят мобильный телефон 

<

данные изъяты>(т. 5, л.д. 235-236);

- протокол выемки от 07.07.2011, в ходе которой у свидетеля К. изъят мобильный телефон 

<

данные изъяты> (т. 5, л.д. 201-202);

- протокол осмотра предметов (документов) от 21.10.2011, в ходе которого осмотрен компакт-диск CD-R «TDK» № со сведениями об активации телефона 

<

данные изъяты>, которым незаконно завладел ФИО2 и 

<

данные изъяты> Л. и Л. (т. 2, л.д. 186-191);

- протокол выемки от 04.07.2011, согласно которому у Л. изъят мобильный телефон 

<

данные изъяты> (т. 5, л.д. 183-186);

- протокол выемки от 16.03.2012, согласно которому у И. изъят коммуникатор 

<

данные изъяты> (т. 13, л.д. 43-44);

- протокол выемки от 01.07.2011, согласно которому у Л. изъят мобильный телефон 

<

данные изъяты> (т. 5, л.д. 116-117);

- протокол выемки от 17.07.2012, согласно которому у ФИО2 изъят мобильный телефон 

<

данные изъяты>, с идентичным IMEI мобильного телефона со склада 

<

данные изъяты> (т. 16, л.д. 90-91);

- протокол осмотра предметов от 17.07.2012, согласно которому осмотрен мобильный телефон 

<

данные изъяты> (т. 16, л.д. 92-93);

- протокол осмотра предметов (документов) от 31.03.2012, в ходе которого осмотрены вещественные доказательства – изъятые средства мобильной связи (т. 10, л.д. 194-202).

- протокол выемки от 01.07.2011, в ходе которой у М. изъят коммуникатор 

<

данные изъяты> (т. 5, л.д. 152-155);

- протокол выемки от 01.07.2011, в ходе которой у М. изъят мобильный телефон 

<

данные изъяты> (т. 5, л.д. 165-168);

- протокол выемки от 01.07.2011, согласно которому у ФИО3 изъят мобильный телефон 

<

данные изъяты> (т. 5, л.д. 143-146);

- протокол выемки от 05.07.2012, в ходе которой у К. изъят коммуникатор 

<

данные изъяты> в разукомплектованном виде с коробкой (т. 16, л.д. 28-31);

- протокол осмотра предметов от 05.07.2012, в ходе которого осмотрен коммуникатор 

<

данные изъяты> в разукомплектованном виде с коробкой (т. 16, л.д. 32-33);

- протокол выемки от 01.07.2011, согласно которому у С. изъят телефон 

<

данные изъяты> (т. 5, л.д. 127-129)

- протокол выемки от 01.07.2011, согласно которому у С. и С. изъят телефон 

<

данные изъяты> (т. 5, л.д. 134-136).

28.01.2012 осмотрены протоколы телефонных соединений, представленные компаниями сотовой связи 

<

данные изъяты>, и компакт диски CD-R со сведениями о соединениях ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 и Ч., в том числе, и по состоянию на 02.03.2010 с указанием местонахождения базовых станций, обслуживающих абонентов (т.10, л.д.142-168).

Так, по состоянию на 17 час. 21 мин. 02.03.2010 определено местонахождение ФИО3 по адресу: 

<

адрес>.

По состоянию на 16 час. 34 мин. 02.03.2010 определено местонахождение ФИО2 по адресу: 

<

адрес>.

Также установлено, что на телефон ФИО1 № в 14 час. 55 мин. 02.03.2010 поступил входящий звонок от ФИО4 с номера №. Адрес расположения базовой станции: 

<

адрес>. 

ФИО4 в 14 час. 53 мин. 02.03.2010 с номера № сделан исходящий звонок. Адрес расположения базовой станции: 

<

адрес>. По состоянию на 17 час. 53 мин. 02.03.2010 место расположения базовой станции, обслуживающей ФИО4, не менялось. 

Анализом соединений абонента Ч. по номеру № установлено, что 02.03.2010 адрес расположения обслуживающей его базовой станции не менялся и значился по адресу: 

<

адрес>. 

Также установлены факты активации и смены ФИО1 средств мобильной связи, его сыном С., дочерью К., Ш. 

По оглашенным показаниям З. с 2000 г. он занимал должность начальника тыла УВД по Белгородской области. В его обязанности входит контроль за подчиненными сотрудниками по линии тылового обеспечения. В 

<

адрес> в течение 20 лет строился склад неприкосновенного запаса для пожарной охраны УВД Белгородской области, входившей на тот период времени в систему МВД России. После выхода сил пожарной охраны из системы МВД в МЧС указанный склад продолжал оставаться на балансе УВД Белгородской области, как незавершённое строительство. В дальнейшем строительство указанного склада завершено, и склад был передан в оперативное управление в ОВД Прохоровского района, согласно приказу начальника УВД области. Также с 2005 г. на указанном складе осуществляется круглосуточная охрана склада-гаража сотрудниками УВД Белгородской области. Примерно в 2008 г. начальник УВД области А. задал ему вопрос о наличии на территории области складских помещений, которые можно использовать для хранения вещественных доказательств по делам о контрабанде. Он сообщил А., что в 

<

адрес> имеется склад-гараж, который можно использовать для вышеуказанных целей. После этого он и А. осмотрели склад в присутствии заместителя начальника по тыловому обеспечению ОВД по Прохоровскому району ФИО1 На тот момент указанный склад находился в оперативном управлении ОВД по Прохоровскому району, и соответственно являлся объектом, который контролировался ФИО1, согласно приказу, которым были возложены обязанности по контролю за технической эксплуатацией зданий и помещений ОВД по Прохоровскому району. Так как ФИО1 являлся материально-ответственным лицом за сохранностью имущества Прохоровского ОВД, последнему было дано указание о приёме вещественных доказательств на склад до введения должности кладовщика. Данное указание было принято ФИО1 к сведению, и против этого ФИО1 не возражал. Весной 2008 г. начальник УВД по Белгородской области А. дал ему указание поместить на склад в 

<

адрес> 4 автомобиля «УАЗ», стоявших на территории ОВД по 

<

адрес>. Данное указание он довёл до сведения ФИО1, который принял указанные автомобили на хранение. В дальнейшем на указанный склад товарно-материальные ценности помещались на основании рапортов, инициируемых службами, изъявшими вещественные доказательства. Указанные рапорта согласовывались с начальником УВД либо его заместителями. С 29.10.2010 введена должность кладовщика. До указанного времени вопросов по работе склада, в том числе к ФИО1, не возникало. Лично ФИО1 какие-либо возражения по поводу осуществления функций по приему имущества на склад не высказывал. Указанные функции по приему товарно-материальных ценностей на склад были возложены на ФИО1 договором о полной индивидуальной материальной ответственности, заключённым с начальником ОВД по Прохоровскому району (т. 13, л.д.104-107; т. 22, л.д. 196-200; т. 27, л.д. 204-206).

Как следует из оглашенных показаний Ч. до февраля 2010 г. он работал в должности начальника ОВД по Прохоровскому району. ФИО1 работал в должности заместителя начальника ОВД по тыловому обеспечению. 01.01.20108 между ОВД по Прохоровскому району и заместителем начальника ОВД по Прохоровскому району ФИО1 был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, согласно которому на ФИО1 возложены обязанности: бережно относиться к переданному ему для осуществления возложенных функций (обязанностей) имуществу работодателя и принимать меры к предотвращению ущерба; своевременно сообщать работодателю, либо непосредственному руководителю обо всех обстоятельствах угрожающих обеспечению сохранности вверенного ему имущества; вести учет, составлять и представлять в установленном порядке товарно-денежные и другие отчеты о движении и остатках вверенного ему имущества; участвовать в проведении инвентаризации, ревизии, иной проверки сохранности и состояния вверенного ему имущества. Кроме этого, согласно приказу от 01.12.2008 № на ФИО1 возложены обязанности по контролю за технической эксплуатацией зданий и помещений ОВД по Прохоровскому району. На балансе УВД Белгородской области значился склад-гараж, расположенный на территории 

<

адрес> как незавершенное строительство. После завершения строительства склада, он был передан в оперативное управление в ОВД Прохоровского района. С 2005 г. осуществлялась круглосуточная охрана данного склада-гаража сотрудниками УВД Белгородской области. Ему известно, что на склад-гараж 22.08.2008 был оформлен технический паспорт, в связи с чем на ФИО1 также возлагались обязанности по контролю за технической эксплуатацией как здания ОВД по Прохоровскому району. ФИО1 ему каких- либо возмущений по факту закрепления обязанности по приему на склад имущества не высказывал, и ФИО1 всегда лично занимался вопросом приемки товарно-материальных ценностей на хранение. Как осуществлял свою работу на складе ФИО1, ему неизвестно. Довольно часто ФИО1 уведомлял его о том, что необходимо проехать на склад по рабочим вопросам. Вопросов по работе склада к нему от ФИО1 никогда не поступало (т. 13, л.д. 114-116; т. 22, л.д. 99-102).

Согласно оглашенным показаниям К. с 21.05.2010 назначен на должность начальника ОВД по Прохоровскому району. ФИО1 работал в должности заместителя начальника ОВД по тыловому обеспечению. Согласно приказу на ФИО1, как заместителя начальника ОВД по тыловому обеспечению, возложены обязанности по контролю за технической эксплуатацией зданий и помещений ОВД по Прохоровскому району. Во время работы ему стало известно, что в оперативном управлении ОВД по Прохоровскому району находится склад-гараж, который используется для хранения товарно-материальных ценностей, изъятых по делам о контрабанде. От ФИО1 ему известно, что последний является ответственным лицом за приемку на хранение имущества на указанный склад. ФИО1 часто находился на обозначенном складе. О необходимости проследовать на склад ему в устной форме сообщал лично ФИО1 Также вместе с ФИО1 он посещал склад-гараж, чтобы узнать о местонахождении и условиях хранения имущества. У ФИО1 были ключи от всех дверей склада. Ответственным за склад был только ФИО1, и последнего никто не подменял, все возникающее вопросы по помещению товара на склад и посещению склада работниками милиции согласовывались только с ФИО1 За время работы ФИО1 каких-либо возмущений по факту закрепления обязанности по приёмке на склад имущества не поступало. ФИО1 всегда лично занимался вопросом приёмки имущества на хранение, и каких-либо сообщений о пропаже товарно-материальных ценностей со склада не поступало, тем более склад находился на круглосуточной охране (т.13, л.д. 118-120; т. 22, л.д. 87-90).

Также в судебном заседании оглашались показания сотрудников милиции, осуществлявших охрану склада:

- по показаниям К. с июля 2009 г. он состоит в должности милиционера взвода охраны административных зданий УВД по Белгородской области. В подчинении у заместителя начальника ОВД по тыловому обеспечению ФИО1 они не находились, при этом ФИО1 разрабатывал график дежурства, который утверждал их непосредственный начальник Г. Со стороны ФИО1 осуществлялся контроль за несением ими службы по охране склада-гаража ОВД по Прохоровскому району. В их обязанности входила охрана склада, гаража, сохранность замков, печатей на дверях склада, сохранность имущества на территории. Ключей от склада у него и у других сотрудников не было, доступа в склад они не имели. За время его службы, фактов вскрытия склада, сообщений о хищении из склада и с территории товарно-материальных ценностей не было. На его смене ФИО1 несколько раз заезжал в склад на служебном автомобиле ВАЗ-2107, при этом после заезда мог закрывать двери склада, мог не закрывать. О краже узнал после того, как на складе начала работать комиссия, вскрывшая факт недостачи. Считает, что посторонними лицами кража совершена быть не могла с учётом ограждения, охраны и наличия запорных устройств (т. 1, л.д. 127-128; т. 22, л.д. 72-76; т. 27, л.д. 178-181);

- по показаниям Х. он несет службу по охране склада при ОВД по Прохоровскому району с августа 2009 г. ФИО1 их непосредственным начальником не являлся, при этом на последнего возложена функция по контролю за несением ими службы, так как руководство находится в 

<

адрес>. В задачи милиционеров взвода охраны входит охрана склада, территории склада, где находился изъятый автотранспорт. При обходе они должны смотреть на сохранность замков и печатей на дверях склада. Доступа в склад они не имели, ключей от склада не выдавалось, по инструкции им не положено и не нужно заходить вовнутрь склада. За время службы никогда срывов замков, пломб, и заявлений о хищении со склада и с территории не было. Помимо журнала рапортов на КПП, где они осуществляют дежурство, имеется журнал учёта посетителей территории склада, где отмечаются лица, приходящие на склад и заезжающий автотранспорт. С чем заезжал транспорт на территорию склада и с чем выезжал, в журнале не отмечалось, так как транспорт они не досматривали. Сотрудник милиции Ч. говорил ему, что ФИО1 подарил золотистый телефон 

<

данные изъяты>. Он не видел, чтобы на складе мобильные телефоны находились без коробок (т. 1, л.д. 129-131; т. 11, л.д. 161-163; т. 22, л.д. 47-54; т. 27, л.д. 161-165);

- по показаниям Ч. в его обязанности, как милиционера взвода охраны административных зданий УВД по Белгородской области входит соблюдение пропускного режима, предотвращение незаконного проникновения на территорию склада и в сам склад ОВД Прохоровского района. Дежурство он и другие сотрудники осуществляют согласно графику дежурств, который составлял ФИО1 Так как они не касаются имущества, находящегося на складе, то не проверяют его сохранности. Прием и выдача товарно-материальных ценностей, находящихся на складе, осуществлялись исключительно ФИО1 Они никакого участия в приеме имущества и выдаче не принимали и не осуществляли никакого контроля за данным процессом. В склад они также попасть не могут, так как ключи находились только у ФИО1 В январе – феврале 2010 г. ФИО1 давал ключи от одного из складских помещений милиционеру взвода охраны Ч., который несколько раз ставил в склад свой автомобиль, так как в то время были сильные морозы. Также и он несколько раз ставил свой личный автомобиль в склад. В том месте, где ставили они свои автомобили, никаких товаров не было. При каких обстоятельствах на склад завозились мобильные телефоны он не видел. Примерно в марте 2010 г. он помогал ФИО1 выносить из склада пачки бумаги. Находясь в одном из складских помещений, он увидел мобильные телефоны в коробках. Доступ в это и в другие помещения имел только ФИО1 За время службы ни одного случая проникновения в склад или недостачи имущества не было. Считает, что хищение имущества со склада посторонними лицами совершено быть не могло, потому что ни одного факта проникновения в склады не было, ни одного случая срыва или повреждения замков на дверях склада не было, свободный доступ в склад имел только ФИО1 и без ключей в склад попасть невозможно. О факте дарения мобильных телефонов ФИО1 ему рассказывал охранник Ч., которому ФИО1 подарил 2 мобильных телефона из партии доставленных на хранение оперативными сотрудниками (т. 1, л.д. 132-134; т. 6, л.д. 23-25; т. 11, л.д. 157-159; т. 22, л.д. 54-64; т. 27, л.д. 165-171);

- по показаниям Г. в его обязанности, как милиционера взвода охраны административных зданий УВД по Белгородской области, входит соблюдение пропускного режима, предотвращение незаконного проникновения на территорию склада ОВД по Прохоровскому району и в сам склад. В его обязанности не входит проверка сохранности и наличия имущества на складе. О том, что в марте 2010 г. на склад были завезены мобильные телефоны, он узнал примерно через 2 недели от Ч. Выгрузка имущества на склад либо их отпуск со склада осуществлялась всегда и исключительно ФИО1 Помимо ФИО1 в складе могли находиться лицо, сдававшее имущество (следователь, сотрудник милиции), иногда понятые. Лично он и другие сотрудники взвода охраны при этом не присутствовали, так как это в их обязанности не входит. Ключи от склада находились у ФИО1, на контрольно-пропускном пункте он никогда ключи не оставлял. ФИО1 неоднократно заезжал внутрь складских помещений на служебном автомобиле «ВАЗ-2107», где закрывался изнутри, находился не менее 30-ти минут. Когда ФИО1 уезжал с территории склада, досмотр его автомобиля они не производили, так как были зависимы от того в силу служебного положения. Часто ФИО1 выходил из склада с пакетами, говорил, что едет в 

<

адрес>, что выносил в пакетах, ему неизвестно. Считает, что хищение имущества со склада посторонними лицами совершено быть не могло, потому что ни одного факта проникновения в склады не было, ни одного случая срыва или повреждения замков на дверях склада не было, свободный доступ в склад имел только ФИО1 Ч. сообщал, что ФИО1 подарил тому мобильный телефон 

<

данные изъяты> и еще 1 телефон (т. 1, л.д. 135-137; т. 11, л.д. 165-169; т. 22, л.д. 64-68; т. 27, л.д. 171-174).

Представитель потерпевшего К. в судебном заседании показал, что в марте 2010 года в результате действий ФИО1, ФИО3, ФИО2 и ФИО4, которые на момент совершения преступления являлись сотрудниками милиции, подорван авторитет УВД по Белгородской области (в настоящее время – УМВД России по Белгородской области), дискредитированы органы внутренних дел, создано негативное общественное мнение среди населения Белгородской области, а также среди сотрудников УВД Белгородской области. Средства мобильной связи были помещены сотрудниками ОВД на специализированный склад в 

<

адрес>, соответственно, обязанность по хранению данного имущества возложена на УВД по Белгородской области, а потому необеспечение условий надлежащего хранения повлекло за собой негативное общественное мнение об УВД России по Белгородской области как о государственном органе.

Оценив собранные по делу доказательства, исследованные в ходе судебного следствия, как в их совокупности, так и каждое отдельно, суд приходит к выводу, что вина ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 в деянии, изложенном в описательно-мотивировочной части настоящего приговора, доказана.

Оценивая имеющиеся в материалах дела доказательства, суд признает их относимыми, допустимыми и достоверными, поскольку они согласуются между собой, дополняют друг друга и подтверждаются совокупностью иных, исследованных в судебном заседании доказательств.

Основания полагать, что свидетели оговорили подсудимых, у суда отсутствуют. 

Бездоказательные суждения стороны защиты относительно того, что Ч. оговорил подсудимых во избежание ответственности за совершенное им самим преступление, а Н. заинтересован в постановлении обвинительного приговора по делу ввиду получения возможности восстановиться на службе в органах прокуратуры, основаны на предположениях, а потому не могут быть приняты судом во внимание.

Существенных противоречий, влияющих на разрешение вопроса о виновности подсудимых, в вышеизложенных показаниях свидетелей по настоящему уголовному делу не имеется.

Вопреки мнению стороны защиты, заключения экспертов соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, содержат необходимую информацию об исследованиях и выводах по вопросам, поставленным перед экспертами, они обоснованы и аргументированы, не противоречат обстоятельствам, установленным по делу, экспертизы проведены экспертами, имеющими соответствующую квалификацию и стаж работы по специальности, в связи с этим, у суда отсутствуют основания сомневаться в компетентности экспертов и не доверять их выводам.

Согласно протоколу осмотра предметов (документов) от 22.09.2016 с участием специалиста – представителя авторизированного сервисного центра «Инженер-Сервис» осмотрены вещественные доказательства – 4 изъятых средства мобильной связи производителя 

<

данные изъяты>. В результате осмотра установлено, что все телефоны являются оригинальными, IMEI соответствует серийному номеру (т. 30, л.д. 160-169). 

28.09.2016 с участием специалиста – представителя авторизированного сервисного центра «Твой мобильный сервис» осмотрены вещественные доказательства – 11 изъятых средств мобильной связи производителей 

<

данные изъяты>. В результате осмотра установлено, что все телефоны являются оригинальными, сомнений в подлинности аппаратов не установлено, IMEI соответствует серийному номеру (т. 30, л.д. 182-196). 

04.10.2016 с участием специалиста – представителя авторизированного сервисного центра «Бел-Сервис» осмотрены вещественные доказательства – 2 изъятых средства мобильной связи производителя 

<

данные изъяты>. В результате осмотра установлено, что телефоны являются оригинальными, сомнений в подлинности аппаратов не установлено, IMEI соответствует серийному номеру (т. 30, л.д. 219-222).

Принимая во внимание вышеизложенное, исходя из отсутствия обусловленности технических характеристик и фактической стоимости средств мобильной связи фактом их сертификации на территории Российской Федерации, суд не усматривает оснований для признания результатов оценки стоимости средств мобильной связи недостоверными. 

Достоверность сведений, содержащихся в изъятом у Н. и Б. списках средств мобильной связи, сомнений не вызывает. Так, названные лица пояснили происхождение списков – они получены от К. Свидетелю К. указанные списки переданы знакомым – собственником товарно-материальных ценностей, обратившимся за помощью в их возвращении. Указанные списки в процессуальном порядке изъяты органом предварительного расследования. В связи с изложенным доводы стороны защиты о недопустимости названного доказательства суд признает необоснованными. 

Кроме того, содержащаяся в списках информация подтверждается фактическим наличием на складе мобильных средств связи, IMEI номера которых совпадают с обозначенными в списке. 

Все доказательства, исследованные в судебном заседании, получены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона.

Анализируя приведенные доказательства, суд приходит к выводу о том, что в ходе судебного следствия бесспорно установлены обстоятельства преступной деятельности ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4

Что касается показаний подсудимых об их невиновности в совершении преступления, установленного в описательной части приговора, суд признает их неубедительными, поскольку они полностью опровергаются совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании, даны с целью ввести суд в заблуждение относительно истинных обстоятельств дела и избежать ответственности за содеянное.

Утверждения подсудимого ФИО1 о приобретении средств мобильной связи у У и П. несостоятельны, поскольку подсудимый ссылается на покупку телефонов 

<

данные изъяты>, в то время как используемые им и его родственниками телефоны – 

<

данные изъяты>, которые совпадают с данными телефонов, находящимися в списках, изъятых у Н. и Б. 

Доводы ФИО3 о приобретении изъятых телефонов в 2009 году у К. вызывают у суда сомнения в их достоверности. Показания свидетеля К. о продаже им телефонов М.и ФИО3 документально не подтверждены. При этом М. с зарегистрированного на нее номера стала использовать телефон 

<

данные изъяты> с 08.03.2010, мать ФИО3 – М. пользовалась мобильным телефоном 

<

данные изъяты> с 08.03.2010. Сведений о более ранней дате активации данных средств связи не имеется, что указывает на недостоверность их показаний об использовании мобильных телефонов с 2009 года. 

Ссылки ФИО2 на совпадение IMEI номеров в двух различных марках мобильных телефонов опровергаются материалами дела, подтверждающими обнаружение и изъятие на складе ОВД по Прохоровскому району пустой коробки от мобильного телефона 

<

данные изъяты>, с указанным имей IMEI №, а также сведениями от представительства 

<

данные изъяты> о том, что аппарат 

<

данные изъяты>, не выпускался (т. 16, л.д.104).

Согласно ответу Технического центра «Бел-Сервис», являющегося авторизованным центром обслуживания клиентов 

<

данные изъяты> на территории Российской Федерации мобильный телефон 

<

данные изъяты> не выпускался и по базе производителя не значится. 

Допрошенный в ходе предварительного следствия Л. показал, что сын подарил ему именно телефон 

<

данные изъяты>. Измененные в ходе судебного разбирательства показания свидетеля относительно марки подаренного сыном телефона суд расценивает как данные из родственных побуждений, а потому признает неубедительными.

Не могут быть приняты во внимание судом как обоснованные суждения ФИО4 относительно приобретения телефонов у Ч. В расписке, написанной ФИО4, о наличии долга перед Ч. обозначены телефоны с 14-тизначным IMEI номером, при этом ФИО4 пояснил, что данные IMEI номеров переписывались с коробок и с самих аппаратов. Между тем, у изъятые у родственников ФИО4 телефоны с15-тизначным IMEI номером. Кроме того, вступившее в законную силу решение мирового судьи по гражданскому делу о взыскании со ФИО4 в пользу Ч. денежных средств не имеет преюдициального значения при рассмотрении данного уголовного дела. При этом в ходе предварительного следствия Ч. не допрашивался, от производства следственных действий уклонялся.

Суд также признает существенным обстоятельством, что все телефоны, находящиеся в пользовании подсудимых, их родственников и знакомых, совпадают по моделям и IMEI номерам с телефонами, которые указаны в изъятом у Н. и Б. списке. 

Суд принимает во внимание, что вышеобозначенные средства мобильной связи были активированы после 02.03.2010, то есть после их транспортировки в 

<

адрес> на специализированный склад.

Довод стороны защиты о неполноте IMEI номеров (14 цифр), по которым в ходе следствия устанавливалась идентичность изъятых у подсудимых и их родственников телефонов и телефонов, указанных в изъятом у Н. списке, ввиду их расхождения на одну последнюю цифру (15-тую), несостоятелен. Согласно ответам операторов сотовой связи оборудование оператора связи регистрирует 14 цифр IMEI номеров, последующая цифра – контрольная (проверочная) и не всегда отображается, поскольку не является составной частью IMEI номера, 15-тая цифра может быть одинакова у всей партии (т.10, л.д.56, 58, 61).

Что касается представленных стороной защиты показаний свидетелей, ранее не знакомых с подсудимыми, не имеющими родственников и знакомых в правоохранительных органах, которые подтвердили факт пользования мобильными телефонами, указанными в изъятом у Н. списке, то они не могут быть признаны доказательствами невиновности подсудимых, поскольку завладение их средствами мобильной связи не вменяется ФИО1, ФИО3, ФИО9, ФИО4, следовательно, не имеют отношения к рассматриваемому уголовному делу. В соответствии с ч. 1 ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

По приведенным выше мотивам судом отвергаются ссылки стороны защиты на активацию некоторых телефонов из изъятого у Н. списка до изъятия контрафактного товара в 

<

адрес> и до его поступления на склад в 

<

адрес>, а также на обнаружение на специализированном складе ОВД Прохоровского района телефонов, не указанных в данном списке.

Сторона защиты также приводила доводы относительно того, что показания присутствовавших на территории склада понятых Л. и П. подтверждают их версию относительно разгрузки автомобиля «Мазда Бонго» 03.03.2010.

Между тем, данные показания не опровергают факт завладения изъятыми у подсудимых, их родственников и знакомых средствами мобильной связи до 03.03.2010. Так, Л. показывал, что в марте 2010 г. был подвергнут административному аресту. Арест отбывал в ОВД по Прохоровскому району. Также с ним арест отбывал житель 

<

адрес> П. 04.03.2010 их привлекли для оказания помощи по уборке на складе-гараже в 

<

адрес>. Они прошли вовнутрь складского помещения, расположенного напротив проходной, где ФИО1 сказал вынести пустые короба и сжечь их на улице. ФИО10 было много, без каких-либо обозначений. Внутри склада они видели стоящий внутри микроавтобус, из которого 2 других неизвестных человека, как он понял сотрудники милиции (ФИО2, ФИО3), доразгружали коробки с мобильными телефонами и складывали в маленькую комнату, расположенную с левой стороны склада. Он и П. коробки с телефонами не носили, а только выносили большие короба, в которых лежали сами мобильные телефоны в фирменных коробках. Сколько было выгружено телефонов из микроавтобуса, он не видел, так как, когда они пришли на склад, телефоны уже разгружались работниками милиции. ФИО1 также помогал переносить мобильные телефоны в комнату. Он и П. проходили в указанную комнату, чтобы забрать пустые коробки. Они находились на складе около 2-х часов. ФИО1 также предоставил ему протокол осмотра места происшествия от 04.03.2010, чтобы расписался в качестве понятого. Указанный протокол был подписан на складе у охранника в кабинете. Фактически в осмотре и пересчете мобильных телефонов он участие не принимал. Сколько было осмотрено телефонов и каким образом, не знает (т. 13, л.д. 122-125; т. 22, л.д. 150-157). Показания П. аналогичны показаниям свидетеля Л. (т. 13, л.д. 127-129).

Показания сотрудников милиции Б., С., Г. не могут быть признаны судом доказательствами невиновности ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 в совершении инкриминируемого преступления, поскольку не содержат сведений о нереализации подсудимыми возможности завладения средствами мобильной связи 02.03.2010 до составления протокола осмотра места происшествия от 04.03.2010.

Суд оценивает все доказательства не только по отдельности, а потому приходит к выводу о том, что совокупность исследованных в судебном заседании доказательств, которые являются допустимыми, достоверными и при их рассмотрении в совокупности со всем объемом доказательств преступной деятельности ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, представленных стороной обвинения, безусловно ее подтверждают.

Действия ФИО1 суд квалифицирует по ч.1 ст.286 УК РФ (ред. №61 от 21.02.2010) как превышение должностных полномочий, то есть, совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение законных интересов организации, охраняемых законом интересов общества и государства.

Действия ФИО2 суд квалифицирует по ч.1 ст.286 УК РФ (ред. №61 от 21.02.2010) как превышение должностных полномочий, то есть, совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение законных интересов организации, охраняемых законом интересов общества и государства.

Действия ФИО3 суд квалифицирует по ч.1 ст.286 УК РФ (ред. №61 от 21.02.2010) как превышение должностных полномочий, то есть, совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение законных интересов организации, охраняемых законом интересов общества и государства.

Действия ФИО4 суд квалифицирует по ч.1 ст.286 УК РФ (ред. №61 от 21.02.2010) как превышение должностных полномочий, то есть, совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение законных интересов организации, охраняемых законом интересов общества и государства.

Преступление совершено ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 с прямым умыслом, поскольку являясь сотрудниками правоохранительных органов, призванных защищать интересы граждан и государства от преступных посягательств, они достоверно знали, что совершают уголовно-наказуемое деяние, подрывая тем самым авторитет как правоохранительных органов, так и власти в целом, и превысили должностные полномочия.

Существенное нарушение прав УВД по Белгородской области в результате превышения должностных полномочий ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, являвшихся сотрудниками милиции, заключается в том, что в результате их действий подорван авторитет государственной власти, дискредитированы органы внутренних дел, создано негативное общественное мнение о сотрудниках милиции, обязанных неукоснительно соблюдать законодательство Российской Федерации, пресекать и предотвращать преступления и административные правонарушения, а также осуществлять свою деятельность только в пределах предоставленных полномочий.

Оснований для квалификации действий ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 по ч.2 ст.35 УК РФ суд не усматривает, поскольку диспозицией ч.1 ст.286 УК РФ не предусмотрен такой квалифицирующий признак как совершение преступления группой лиц по предварительному сговору. Ссылка на ч.2 ст.35 УК РФ подлежит исключению.

При назначении наказания ФИО1 суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные, характеризующие его личность, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающее наказание, а также влияние назначенного наказания на его исправление.

Как следует из материалов дела, ФИО1 являлся участником контртеррористической операции; ветеран труда; по месту работы и месту жительства характеризуется положительно.

Обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, не имеется.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1, является совершение преступления группой лиц по предварительному сговору. 

Учитывая все установленные по делу обстоятельства в их совокупности, исходя из критериев назначения наказания, установленных ст.60 УК РФ, суд полагает, что исправлению подсудимого и достижению целей уголовного наказания, закрепленных в ч. 2 ст. 43 УК РФ, будет соответствовать назначение ФИО1 наказания в виде штрафа. Размер штрафа определяется судом с учетом тяжести совершенного преступления, имущественного положения подсудимого, а также с учетом возможности получения осужденным заработной платы или иного дохода.

При назначении наказания ФИО2 суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные, характеризующие его личность, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающее наказание, а также влияние назначенного наказания на его исправление.

Из материалов дела следует, что ФИО2 по месту работы и месту жительства характеризуется положительно, не судим.

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО2, признается наличие малолетнего ребенка.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО2, является совершение преступления группой лиц по предварительному сговору. 

Учитывая все установленные по делу обстоятельства в их совокупности, исходя из критериев назначения наказания, установленных ст.60 УК РФ, суд полагает, что исправлению подсудимого и достижению целей уголовного наказания, закрепленных в ч. 2 ст. 43 УК РФ, будет соответствовать назначение ФИО2 наказания в виде штрафа. Размер штрафа определяется судом с учетом тяжести совершенного преступления, имущественного положения подсудимого, а также с учетом возможности получения осужденным заработной платы или иного дохода.

При назначении наказания ФИО3 суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные, характеризующие его личность, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающее наказание, а также влияние назначенного наказания на его исправление.

Согласно материалам дела ФИО3 является ветераном боевых действий; по месту работы и месту жительства характеризуется положительно, не судим.

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО3, признается наличие малолетнего ребенка.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО3, является совершение преступления группой лиц по предварительному сговору. 

Учитывая все установленные по делу обстоятельства в их совокупности, исходя из критериев назначения наказания, установленных ст.60 УК РФ, суд полагает, что исправлению подсудимого и достижению целей уголовного наказания, закрепленных в ч. 2 ст. 43 УК РФ, будет соответствовать назначение ФИО3 наказания в виде штрафа. Размер штрафа определяется судом с учетом тяжести совершенного преступления, имущественного положения подсудимого, а также с учетом возможности получения осужденным заработной платы или иного дохода.

При назначении наказания ФИО4 суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные, характеризующие его личность, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающее наказание, а также влияние назначенного наказания на его исправление.

Из материалов дела усматривается, что ФИО4 является ветераном боевых действий; по месту работы и месту жительства характеризовался положительно, не судим.

Обстоятельств, смягчающих наказание ФИО4, не имеется.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО4, является совершение преступления группой лиц по предварительному сговору. 

Учитывая все установленные по делу обстоятельства в их совокупности, исходя из критериев назначения наказания, установленных ст.60 УК РФ, суд полагает, что исправлению подсудимого и достижению целей уголовного наказания, закрепленных в ч. 2 ст. 43 УК РФ, будет соответствовать назначение ФИО4 наказания в виде штрафа. Размер штрафа определяется судом с учетом тяжести совершенного преступления, имущественного положения подсудимого, а также с учетом возможности получения осужденным заработной платы или иного дохода.

Согласно ч.1 п. 3 ст.24 УПК РФ уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению за истечением сроков давности уголовного преследования.

В соответствии с ч.3 ст.15 УК РФ преступление, предусмотренное ч.1 ст.286 УК РФ, относится к преступлениям средней тяжести.

Положениями п. «б» ч.1 ст.78 УК РФ регламентировано, что лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления средней тяжести истек 6-летний срок.

Со дня его совершения ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 преступления в 2010 году прошло более 6 лет.

В судебном заседании ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 возражали против прекращения уголовного преследования за истечением сроков давности, считая себя невиновными. 

В силу ч.8 ст.302 УПК РФ если основание прекращения уголовного дела, указанное в п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, обнаруживаются в ходе судебного разбирательства, то суд продолжает рассмотрение уголовного дела в обычном порядке до его разрешения по существу. В случае, предусмотренном п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, постановляется обвинительный приговор с освобождением осужденного от наказания.

Таким образом, ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 подлежат освобождению от наказания в связи с истечением срока давности.

Процессуальных издержек по делу не имеется.

Разрешая судьбу вещественных доказательств суд, с учетом требований ст.81 УПК РФ, считает необходимым: 

1) обратить в доход государства:

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

- 

<

данные изъяты>

2) хранить при деле:

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

3) уничтожить:

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

4) оставить по принадлежности:

<

данные изъяты>

На основании изложенного и руководствуясь ст. 296-299, 302-304, 307-310 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ (ред. №61 от 21.02.2010), назначить наказание в виде штрафа в размере 75 000 руб. В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 78 УК РФ в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности освободить ФИО1 от отбывания наказания.

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ (ред. №61 от 21.02.2010), назначить наказание в виде штрафа в размере 70 000 руб. На основании п. «б» ч. 1 ст. 78 УК РФ в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности освободить ФИО2 от отбывания наказания.

Признать ФИО3 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ (ред. №61 от 21.02.2010) и назначить наказание в виде штрафа в размере 70 000 руб. На основании п. «б» ч. 1 ст. 78 УК РФ в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности освободить ФИО3 от отбывания наказания.

Признать ФИО4 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ (ред. №61 от 21.02.2010) и назначить наказание в виде штрафа в размере 75 000 руб. На основании п. «б» ч. 1 ст. 78 УК РФ в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности освободить ФИО4 от отбывания наказания.

Меру пресечения ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства по делу: 

1) обратить в доход государства:

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Белгородского областного суда в течение 10 суток со дня его провозглашения.

Судья подпись С.И. Абрамова

Копия верна:

Судья С.И. Абрамова