№2-212/18

УИД 24RS0032-01-2017-003574-95

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Красноярск 08 октября 2018 года

Ленинский районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего Левицкой Ю.В.,

с участием старшего помощника прокурора Ленинского района г. Красноярска Мироновой Н.С.,

при секретаре судебного заседания Кузьменко Е.А.,

рассматривая в судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Ленинского района г. Красноярска в интересах ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора купли-продажи квартиры недействительным; по иску ФИО2 к ФИО3 о признании договора купли-продажи квартиры недействительным, по иску ФИО3 к ФИО2, ФИО1, ФИО4 о признании утратившими право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор Ленинского района г. Красноярска обратился в суд в интересах ФИО1 с иском к ФИО2, ФИО3 о признании договора купли-продажи недействительным. Требования мотивированы тем, что в результате прокурорской проверки было установлено нарушение прав инвалида ФИО1 Его мать, ФИО2, являлась собственником 

<

адрес>. ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с декабря 2013 года зарегистрирован и постоянно проживает в указанной квартире, с матерью ФИО2 и сестрой ФИО4 Другого жилья у него не имеется. В ноябре 2016 года ФИО2 по объявлению в газете решила взять займ в Кредитном потребительском кооперативе «Сберкнижка» в сумме 50000 руб. Заключенный договор ФИО2 не выдали, денежные средства получила. 22.02.2017 между ФИО2 и ФИО20 заключены договоры займа на сумму 800000 руб. и залога (ипотеки). Договор залога (ипотеки) зарегистрирован в Управлении Росреестра по Красноярскому краю 06.03.2017. 02.05.2017 между ФИО3 и ФИО2 заключен договор купли-продажи №168 жилого помещения 

<

адрес>, которое на основании акта приема-передачи передано продавцом покупателю. Из имеющейся расписки следует, что ФИО2 от продажи данной квартиры получила денежные средства в размере 3 млн. руб. Однако, из объяснений ФИО2 следует, что указанную сумму она не получала, денежные средства никому не передавала. В квартиру вселяться никто не пытался, не приходил. Перед продажей квартиру никто не осматривал в каком она состоянии, объявлений в агентство недвижимости ФИО2 не подавала, квартиру продавать не собиралась, переезжать в другую квартиру, дом они не хотели, другие варианты жилых помещений не смотрели и не выбирали. После оформления в МФЦ документов (02.05.2017) и употребления ФИО2 спиртных напитков, 05.05.2017 она была госпитализирована в КГБУЗ КМКБСМП им. Н.С.Карповича с диагнозом: 

<

данные изъяты>. В ходе проверки ФИО2 пояснила, что продавать 

<

адрес> не намеревалась, в момент совершения сделки не понимала характер и значение своих действий и не могла ими руководить. ФИО2 в силу своего состояния здоровья не работает, денежные средства на продукты питания отсутствуют. ФИО2 заблуждалась в отношении последствий совершаемых ею действий и сделки в целом. В момент нахождения в многофункциональном центре по ул. Карамзина, 18 г. Красноярска оформление документов ей пояснили необходимостью при залоге имущества (ипотеки). Таким образом, в результате введения в заблуждение ФИО2, воспользовавшись ее правовой безграмотностью, ФИО3 оформлен договор купли-продажи под предлогом оформления договора залога (ипотеки), в результате чего ФИО1 лишился единственного жилья. Просит признать право пользования жилым помещением 

<

адрес> за Скромным Н.О.; признать недействительным договор купли-продажи 

<

адрес>, заключенный 02.05.2017 между ФИО2 и ФИО3; применить последствия недействительности сделки; признать за ФИО2 право собственности на указанную квартиру.

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3 о признании договора купли-продажи квартиры недействительным. Требования мотивирует доводами, аналогичными изложенным в иске прокурора. Указывает, что 3000000 руб. по договору купли-продажи квартиры от 02.05.2018 не получала, квартиру никому не передавала. В квартиру вселяться никто не пытался, не приходил. Продавать 

<

адрес> не намеревалась, в момент совершения сделки не понимала характер и значение своих действий и не могла ими руководить, заблуждалась в отношении последствий совершаемых ею действий и сделки в целом. Поездку в многофункциональный центр ей объяснили необходимостью снятия обременения на квартиру, а не продажей. Была введена в заблуждение, ответчик, воспользовавшись ее правовой безграмотностью, оформил договор купли-продажи под предлогом оформления договора залога (ипотеки) в результате чего она и ее дети лишились единственного жилья. Просит признать недействительным договор купли-продажи 

<

адрес>, заключенный 02.05.2017 между ФИО2 и ФИО3; применить последствия недействительности сделки; признать за ФИО2 право собственности на указанную квартиру.

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО4, ФИО1 о признании утратившим право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета. Требования мотивирует тем, что 02.05.2017 он купил у ФИО2 квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. Данная квартира принадлежала продавцу на основании договора купли-продажи от 19.12.2013. Право собственности истца на вышеуказанную квартиру было зарегистрировано 11.05.2017 Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Красноярскому краю. Пунктом 1.3 Договора купли продажи от 02.05.2017 года продавец гарантирует, что до подписания настоящего Договора недвижимое имущество свободно от прав третьих лиц, однако на сегодняшний день, согласно выписке из домовой книги на регистрационном учете в вышеуказанной квартире состоят ответчики. Данные лица не являются собственниками вышеуказанной квартиры, не принимали участия в ее приватизации и не отказывались от приватизации данной квартиры, не являются членами семьи ФИО3 Просит признать ответчиков утратившими право пользования жилым помещением по адресу: 

<

адрес>, снять указанных лиц с регистрационного учета.

В судебном заседании прокурор Миронова Н.С., ФИО2, ФИО1, ФИО4 поддержали исковые требования о признании договора купли-продажи недействительным в полном объеме, по основаниям, изложенным в исковом заявлении. 

Представитель ФИО3 ФИО5 (действующая на основании доверенности) просила отказать в удовлетворении иска прокурора и ФИО2, поскольку сделка купли-продажи состоялась, ФИО2 получила денежные средства по договору в полном объеме, доказательства наличия у нее заболевания в виде алкоголизма в деле отсутствуют, экспертное заключение, имеющееся в материалах дела не соответствует требования ФЗ «Об оценочной деятельности», выводы экспертов носят вероятностный характер, доказательства отсутствия у способности понимать и осознавать свои действия в деле отсутствуют. Просила удовлетворить исковые требования ФИО3 о признании утратившими права пользования семьи Скромных. 

Ответчик/истец ФИО3, представители третьих лиц Управление Росреестра по Красноярскому краю, ООО УК «ЖСК», ОВМ ОП № 8 МУ МВД России «Красноярское» в судебное заседание не явились, о времени и месте слушания дела извещены надлежащим образом, ходатайств об отложении судебного заседания не заявляли. 

Суд, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, счел возможным рассмотреть дело в отсутствии не явившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения дела.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства по делу, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ст. 209 ГК РФ, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно ст. 454 ГК РФ, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии со ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

На основании п. 2 ст. 168 ГК РФ, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу п. 3 ст. 154 ГК РФ, для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

Согласно п. 2 ст. 167 ГК РФ, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по смыслу части 1 статьи 196 названного Кодекса, суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. 

Таким образом, обязанность надлежащей юридической квалификации заявленных требований, определение правовых норм, подлежащих применению к обстоятельствам дела, возложены на суд.

В силу п. 1 ст. 177 ГК РФ, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО2 являлась собственником квартиры общей площадью № кв.м. по адресу: 

<

адрес>.

В квартире по указанному адресу зарегистрированы и проживают ФИО2 и ее дети ФИО1 (

<

данные изъяты>) и ФИО4

02.05.2017 ФИО2 заключила договор купли-продажи №168 указанной квартиры с ФИО3 (том 1, л.д. 69).

Согласно договору купли-продажи квартиры от 02.05.2017, цена недвижимого имущества составила 3000000 руб. (п. 2.1 договора).

На основании п. 2.2 и п. 2.3 договора, покупатель передал продавцу деньги в сумме 3000000 руб., расчет произведен полностью до подписания договора. 

11.05.2017 произведена регистрация перехода права собственности на квартиру, согласно выписке из ЕГРН (том 1, л.д. 79), собственником квартиры является ФИО3

Согласно акту приема-передачи от 02.05.2017 к договору №168 купли-продажи, квартира по адресу: 

<

адрес> была передана от ФИО2 ФИО3 (том 1, л.д. 73).

В деле имеется расписка ФИО2, согласно которой она продала квартиру ФИО3 за три миллиона рублей, деньги получила в полном объеме (том 1, л.д. 74).

Настаивая на удовлетворении исковых требований, прокурор и ФИО2 указывали на то, что продавец ФИО2 на момент заключения сделки была введена в заблуждение и не могла в полной мере понимать значение своих действий.

Из дела следует, что до продажи квартиры, у ФИО2 имелись долги по договорам займа. 

29.11.2016 между КПК «Сберкнижка» и ФИО2 был заключен договор денежного займа с залогом недвижимого имущества №282/2016от 29.11.2016, на сумму 50000 руб., под 46,32 годовых, сроком по 11.12.2021. Спорная квартира по адресу: 

<

адрес> была передана в залог в целях обеспечения возврата долга. Дополнительным соглашением от 30.11.2016 стороны изменили размер и порядок уплаты процентов, а также график платежей (том 1, л.д. 139-148).

Согласно ответу КПК «Сберкнижка» от 08.11.2017, задолженность по договору ФИО2 погашена в полном объеме 22.02.2017. Договорные отношения между КПК «Сберкнижка» и ФИО2 отсутствуют (том 1, л.д. 138). 

22.02.2017 ФИО2 заключила с ФИО17 договор займа на сумму 800000 руб. под 10% (80000 руб.), сроком до 22.02.2018. В качестве обеспечения исполнения обязательств по данному договору, между ФИО2 и ФИО18 был заключен договора ипотеки спорной квартиры (том 1, л.д. 17, 18).

Из объяснений сторон, показаний свидетеля ФИО10 в судебном заседании и его объяснений в ходе доследственной проверки КУСП № следует, что задолженность ФИО2 перед ним по договору займа от 27.02.2017 составила 1100000 руб., в том числе 800000 руб. – основной долг и 300000 руб. проценты. ФИО2 ни разу не перечисляла денежные средства, в связи с чем, он предложил ей продать квартиру и найти покупателя (том 1, л.д. 92). 

Из объяснений сторон видно, что действия по погашению задолженности перед ФИО10 и снятие обременения по договору займа, а также регистрация перехода права собственности по договору купли-продажи квартиры от 02.05.2017 производились одновременно. 

10.07.2017 ФИО2 обратилась в полицию с заявлением о возбуждении уголовного дела в связи с лишением ее и ее детей единственного жилья. 

Постановлением от 14.10.2017 в возбуждении уголовного дела отказано за отсутствием события преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Из дела также видно, что бабушка ФИО4 и ФИО1 – ФИО19 обращалась с заявлениями в общественную приемную председателя партии «Единая Россия» 19.06.2017, а также в полицию с заявлением от 14.07.2018 о проведении проверки по факту продажи квартиры. 

В ходе проверки по данному заявлению и в ходе судебного разбирательства по данному гражданскому делу, ФИО2 давала последовательные и тождественные пояснения о том, что в апреле 2017 г. до заключения договора купли-продажи и сразу после его заключения в мае 2017 находилась на стационарном лечении, квартиру продавать не желала, ее нашла сотрудник «Сберкнижки» Елена и предложила свои услуги по погашению задолженности. В результате помощи Елены, она заключила договор займа с ФИО10, а после этого договор купли-продажи квартиры с ФИО3 ФИО2 однозначно утверждала о том, что не имела намерения продавать квартиру, так как это ее единственное жилье, а желала погашения долгов по договорам займа. 

Из дела видно, что с 05.04.2017 по 21.04.2017 ФИО2 находилась на стационарном лечении в эндокринологическом отделении в КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница скорой медицинской помощи им. Карповича Н.С.» с диагнозом 

<

данные изъяты>.

В период с 05.05.2017 по 12.05.2017 ФИО2 вновь находилась на стационарном лечении в эндокринологическом отделении в КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница скорой медицинской помощи им. Карповича Н.С.» с диагнозом 

<

данные изъяты>.

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов от 06.08.2018 №, ФИО2 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>. 

Согласно заключению психолога-эксперта, ФИО2 обнаруживала выраженные признаки нарушения способности к осознанному принятию решения и его исполнению, не могла контролировать свое поведение, не ориентировалась в сложившейся ситуации, не сохраняла смысловое восприятие сути сделки, а также не прогнозировала последствия своих действий, а, следовательно, была не способна к свободному волеизъявлению и не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Анализ указанных фактических обстоятельств заключения оспариваемого договора купли-продажи в их совокупности с предшествовавшими этому событиями, активные действия ФИО2 по защите своих прав путем обращения в правоохранительные органы, в суд с настоящим иском, постоянное проживание в спорной квартире, нахождение ФИО2 и ее детей на регистрационном учете в спорной квартире, в том числе после ее отчуждения, факт отсутствия другого жилья, а также отсутствие попыток приобрести другое жилье, не дают оснований полагать, что заключение оспариваемой сделки произошло по действительному волеизъявлению ФИО2 на передачу владения квартиры иному лицу. 

На основании п. 2 ст. 218 ГК РФ, право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии со ст. 153, 154 ГК РФ сделки – это волевые действия, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей, то есть на достижение определенного правового результате. Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли сторон.

Сделка действительна при одновременном наличии таких условий, как ее законность и содержание, гражданская дееспособность участников, соответствие их воли и волеизъявления, надлежащая форма. Невыполнение хотя бы одного условия влечет за собой недействительность сделки. 

В силу ст. 301 ГК РФ, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения. 

Как разъяснено в п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №10 и Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", по смыслу пункта 1 статьи 302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством по настоящему спору является установление факта действительной воли ФИО2 на отчуждение принадлежащего ей имущества.

В данном случае, доказательств с достоверностью подтверждающих наличие действительной, четко выраженной воли ФИО2 на отчуждение спорного имущества, не имеется.

Хронология событий, предшествующих заключению договора купли-продажи свидетельствует о том, что 29.11.2016 ФИО2 получила займ в КПК «Сберкнижка» на сумму 50000 руб., указанный долг был погашен путем заключения договора займа с ФИО12 22.02.2017 на сумму 800000 руб., а впоследствии, задолженность перед ФИО12 погашена за счет продажи спорной квартиры.

Из объяснений истца/ответчика ФИО2 следует, что она зарегистрирована и проживает в спорной квартире вместе с сыном Скромным Н.О. и дочерью ФИО4 В ноябре 2016 года по объявлению в газете она решила взять займ в Кредитном потребительском кооперативе «Сберкнижка» в сумме 50000 руб. В феврале 2017 года к ней домой приехала девушка по имени Елена, предложила перевыкупить займ под более низкий процент. Потом Елена приехала к ней домой через неделю, состоялась сделка. 22.02.2017 она заключила с ФИО10 договоры займа на сумму 800000 руб. и залога (ипотеки) квартиры, которые написала под диктовку. 02.05.2017 между ФИО3 и ФИО2 заключен договор купли-продажи №168 жилого помещения 

<

адрес>. Составлены акт приема-передачи квартиры и расписка. Однако, указанную сумму в расписке она не получала, квартиру никому не передавала. В квартиру вселяться никто не пытался, не приходил. Квартиру перед продажей никто не осматривал, в каком она состоянии. Объявлений в агентство недвижимости она не подавала, квартиру продавать не собиралась. Переезжать в другую квартиру или дом не собиралась, другие варианты жилых помещений не смотрели и не выбирали. После оформления в МФЦ документов (02.05.2017) и употребления спиртных напитков, 05.05.2017 она была госпитализирована в КГБУЗ КМКБСМП им. Н.С. Карповича с диагнозом: 

<

адрес>. Поездку в многофункциональный центр ей объяснили необходимостью снятия обременения на квартиру, а не продажей. 

Указанные объяснения ФИО2 согласуются с объяснениями третьего лица/ответчика ФИО4, согласно которым, их квартиру перед заключением договора купли-продажи никто не осматривал, ФИО3 появился лишь раз, уже после заключения договора купли-продажи. Мама злоупотребляет спиртным с тех пор, как она была маленькой. С нею и братом Скромным Н.О. вопрос о продаже квартиры и переезде в другое жилое помещение никто не обсуждал.

Также из показаний свидетеля ФИО11 следует, что ФИО2 злоупотребляет спиртным, из квартиры вынесла все вещи, питаться ей было нечем, выясняя у ФИО2 о судьбе квартиры, ФИО2 отвечала, что квартиру не продавала. 

При таких обстоятельствах, учитывая фактические обстоятельства, действия ФИО2, ее состояние здоровья, нахождение на стационарном лечении непосредственно до и после заключения сделки, принимая во внимание выводы судебной психолого-психиатрической экспертизы, суд считает, что факт выбытия имущества из владения ФИО2 помимо ее воли нашел свое подтверждение, в связи с чем, она вправе истребовать квартиру из владения ФИО3

Кроме того, оценивая установленные обстоятельства и представленные сторонами доказательства, суд также приходит к выводу о том, что при написании расписки на 3000000 руб., ФИО2 не получила данную сумму, поскольку в силу своего психического состояния не ориентировалась в сложившейся ситуации, была не способна к свободному волеизъявлению, не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Между тем, из дела видно, что при заключении договора купли-продажи от 02.05.2017 были погашены долговые обязательства ФИО2 перед ФИО10 Указанное обстоятельство подтверждается письменными объяснениями ФИО10 и ФИО13 в рамах доследственной проверки по заявлению ФИО2 

Согласно договору займа с ФИО10 от 22.02.2017, по условиям которого ФИО2 получила 800000 руб. под 10% (80000 руб.) в месяц или (2666,66 руб. в день). Данный договор, его условия, ФИО2 не оспаривала, доказательств оплаты по нему не представляла, пользовалась займом с 22.02.2017 по 02.05.2017, в связи с чем, размер ее задолженности составил 991999, 92 руб. (800000 руб. – основной долг + 80000 руб. – проценты за март 2017, + 80000 руб. – проценты за апрель. + 31999, 92 руб. – проценты за период с 22.04.2017 по 02.05.2017). 

С указаниями стороны ответчика о том, что ФИО2 получила по договору займа от 22.02.2017 – 1100000 руб. (800000 руб. – основной долг и 300000 руб. – проценты), суд не может согласиться, так как данное обстоятельство ничем не подтверждено, а кроме того, не соответствует условиям договора займа. Какие-либо штрафные санкции по условиям договора на Скромную О.И. возложены быть не могли, так как в силу п. 4.1. договора займа, ответственность сторон наступает лишь в случае трехкратного нарушения условий договора, однако из дела видно, что ФИО2 нарушила условия договора лишь дважды – 22.03.2017 и 22.04.2017, не оплатив проценты по договору. 

Таким образом, суд считает необходимым установить факт получения Скромной О.И по договору купли-продажи от 02.05.2017 денежных средств в сумме 991999, 92 руб.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований прокурора Ленинского района г. Красноярска и ФИО2 о признании договора купли-продажи от 02.05.2017 недействительным и применении последствий недействительности сделки.

Также суд находит подлежащим удовлетворению требование прокурора о признании за Скромным Н.О. права пользования квартирой по адресу: 

<

адрес>, поскольку данное право закреплено законом. В силу ч. 1, 2 ст. 31 Жилищного кодекса РФ к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении дети данного собственника. Члены семьи собственника жилого помещения имеют право пользования данным жилым помещением наравне с его собственником. 

Принимая во внимание, что заключенный между ФИО2 и ФИО3 договор купли-продажи подлежит признании недействительным, предмет сделки подлежит истребованию из владения его настоящего собственника ФИО3 и передаче квартиры в собственность ФИО2, что служит основанием для внесения соответствующих записей в ЕГРПН.

Учитывая изложенное, требования ФИО3 о признании семьи Скромных утратившими право пользования, удовлетворению не подлежат, поскольку правомочия собственника у ФИО3 отсутствуют. В удовлетворении его исковых требований надлежит отказать в полном объеме.

Доводы стороны ответчика/истца ФИО3 о том, что квартира продавалась путем подачи объявлений и после ее осмотра, ничем не подтверждены. 

Стороной ответчика по первым двум искам не представлено доказательств тому, каким образом была установлена связь с риелтором ФИО13 Согласно объяснениям ФИО13 в рамках доследственной проверки по заявлению ФИО2, в один из дней февраля 2017 г. ей позвонила ФИО2 и сообщила, что взяла кредит в «Сберкнижке», который не может погасить, пояснила, что хочет продать квартиру и приобрести двухкомнатную квартиру или дом. ФИО13 согласилась помочь. Аналогичные показания ФИО13 дала в судебном заседании. 

Между тем, из показаний свидетеля ФИО10 и его объяснений в рамках доследственной проверки КУСП № следует, что ФИО2 решила продать квартиру, так как не могла рассчитаться именно с ним. 

При этом, никаких доказательств оформления отношений по оказанию риэлтерских услуг суду представлено не было. Также не представлено суду доказательств поиска и подбора иного жилья (двухкомнатной квартиры или дома) для семьи Скромных. Равно как отсутствуют доказательства осмотра квартиры ФИО2 перед ее покупкой ФИО3 

Доводы стороны ответчика/истца ФИО3 о том, что он запросил выписку из домовой книги, затребовал от ФИО2 справки о ее психическом здоровье, не свидетельствуют о его добросовестности. Анализ юридических и фактических действий ФИО3 при приобретении квартиры, свидетельствует о нетипичности его поведения при приобретении объекта недвижимости. Данное обстоятельство подтверждается тем, что между сторонами не заключался предварительный договор купли продажи, стороны не оговаривали порядок и сроки снятия продавца ФИО2 и ее детей с регистрационного учета по указанному адресу. Наличие неисполненного обязательства перед ФИО10, двукратная ипотека в течение 2016-2017 гг и отсутствие встречной сделки покупки иного жилья, свидетельствует о непроявлении ФИО3 достаточной осмотрительности при заключении сделки и непринятии мер по выяснению прав лица, отчуждающего спорную квартиру. С учетом того, что на момент заключения договора купли-продажи ФИО3 в квартире на регистрационном учете состояли трое человек, проживали в ней, выселяться не намеревались, ФИО3, полагающий себя добросовестным приобретателем, имел все основания усомниться в действительности воли ФИО2

Доводы стороны ответчика/истца ФИО3 о том, что ФИО1 является ненадлежащим истцом, так как сделка оспоримая, а он не является стороной сделки, у прокурора отсутствовали процессуальные основания для обращения в суд с иском в его интересах, основаны на неверном толковании норм права. В силу п. 2 ст. 166 ГК РФ, требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. В данном случае, прокурор обратился в суд с иском на основании ст. 27 ФЗ от 17.01.1992 N 2202-1 "О прокуратуре Российской Федерации", предусматривающей в случае нарушения прав и свобод человека и гражданина, защищаемых в порядке гражданского судопроизводства, когда пострадавший по состоянию здоровья, возрасту или иным причинам не может лично отстаивать в суде или арбитражном суде свои права и свободы, прокурор предъявляет и поддерживает в суде иск в интересах пострадавших. Принимая во внимание, что ФИО1 является инвалидом третьей группы с детства, прокурор имел возможность обращаться в суд с иском в его интересах. 

Оценивая доводы ответчика/истца ФИО3 о том, что судебная экспертиза от 06.08.2018 № проведена с нарушениями требований закона, суд исходит из следующего. 

На основании ходатайства ответчика ФИО3 по делу была назначена и проведена судебная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение исследования было назначено в экспертную организацию, о которой заявлял ответчик. В связи с чем, его доводы о заинтересованности в ходе и результатах исследования, суд расценивает как ненадлежащий способ опровержения выводов экспертизы.

Показания специалиста ФИО14 о том, что эксперты были предупреждены об уголовной ответственности после составления экспертного заключения, ничем не подтверждены. Его доводы об отсутствии упоминаний в медицинских документах об алкоголизме ФИО2, не могут быть приняты во внимание, поскольку при проведении осмотра и исследования он не участвовал, членом комиссии не являлся. Его доводы о том, что диагноз 

<

данные изъяты> выставлен ФИО2 преждевременно, не могут быть приняты во внимание и потому, что юридически значимым обстоятельством по делу не является наличие такого заболевания у ФИО2 как 

<

данные изъяты>. В ходе судебного разбирательства был установлен факт отсутствия действительной воли ФИО2 на отчуждение принадлежащей ей квартиры. Выводы экспертов, а также фактические и юридические действия сторон, имеющиеся в деле доказательства в своей совокупности свидетельствуют о том, что квартиры выбыла помимо воли из владения ФИО2 

Экспертное заключение от 06.08.2018 № составлено в соответствии с требованиями Гражданского процессуального кодекса РФ и Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности", эксперты предупреждались об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного экспертного заключения, выводы экспертов мотивированы, основаны на исследование личности истца/ответчика ФИО2 и медицинской документации.

Доказательств, опровергающих выводы экспертов, стороной ответчика/истца ФИО3 не представлено. Оснований для назначения стационарной судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы в другом городе, суд не усмотрел, поскольку сомнения в правильности и обоснованности в представленном в материалы дела судебном заключении отсутствуют, эксперты, проводившие исследование имеют необходимую квалификацию и опыт работы по данной специальности, сторона ответчика/истца ФИО3 на новые данные и медицинские документы не ссылается. Каких-либо доказательств, которые не были исследованы экспертами, проводившими судебную психиатрическую экспертизу, сторона ответчика/истца не представила.

Учитывая вышеизложенное, каких-либо оснований не доверять экспертному заключению, а также оснований усомниться в компетенции экспертов, у суда не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования прокурора Ленинского района г. Красноярска в интересах ФИО1, исковые требования ФИО2 удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи квартиры от 02 мая 2017 г., заключенный между ФИО3 и ФИО2 в отношении квартиры по адресу: 

<

адрес> 

Признать за ФИО1 право пользования квартирой по адресу: 

<

адрес>

Истребовать жилое помещение по адресу: 

<

адрес> у ФИО3, передав его в собственность ФИО2. 

В удовлетворении искового заявления ФИО3 к ФИО2, ФИО1, ФИО4 о признании утратившими право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета, отказать. 

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г.Красноярска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Ю.В. Левицкая