Дело №2-3/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Норильск 06 февраля 2018 года 

Норильский городской суд Красноярского края в составе председательствующего Лубенец Е.В.

при секретаре Ковалевой И.В.,

с участием старшего помощника прокурора Верхотуровой Т.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Норильская городская поликлиника №2», Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Норильский межрайонный родильный дом» овозмещении вреда здоровью при оказании медицинской помощи ненадлежащего качества, взыскании убытков, утраченного заработка, 

у с т а н о в и л:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Норильская городская поликлиника №2» (далее – КГБУЗ «НГП №2», или НГП №2) и Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Норильский межрайонный родильный дом» (далее по тексту- КГБУЗ «Норильский родильный дом») о возмещении вреда здоровью при оказании медицинской помощи ненадлежащего качества, взыскании убытков, утраченного заработка, мотивируя тем, что она наблюдалась в женской консультации КГБУЗ «НГП №2», состояла на диспансерном учете по поводу 

<

данные изъяты> с 2001 года, в настоящее время страдает онкогинекологическим заболеванием 

<

данные изъяты>, которое ей не было своевременно и правильно диагностировано по месту учета. В связи с оказанием вышеуказанным медицинским учреждением медицинской помощи ненадлежащего качества, на момент оперативного лечения в КГБУЗ «Норильский родильный дом» 31.05.2012 заболевание было уже в запущенной стадии и оперативное лечение было категорически противопоказано ввиду распространения метастазов 

<

данные изъяты>, крайнего усугубления течения основного заболевания и угрозой для жизни. 31.05.2012 по направлению НГП №2 на плановое оперативное лечение с диагнозом 

<

данные изъяты> в КГБУЗ «Норильский родильный дом» ей была проведена плановая операция- 

<

данные изъяты>. При этом врачами роддома в результате отсутствия должного предоперационного осмотра и описания клинических признаков шейки матки, выставлен неверный диагноз, неверно определены показания к оперативному лечению, которое являлось абсолютным противопоказанием при раке 

<

данные изъяты>, так как усугубляло течение основного заболевания ввиду распространения метастазов 

<

данные изъяты> и создавало угрозу для жизни и здоровья. По направлению Министерства здравоохранения Красноярского края ей была оказана высокотехнологичная медицинская помощь в ФГБУ «МРНЦ» Министерства здравоохранения России в г. Обнинске, где был установлен диагноз 

<

данные изъяты> и проведено лечение. Она постоянно переживает состояние тревоги, горя, страха, опасности предстоящей мучительной смерти ввиду запущенного онкологического заболевания. Истец считает, что повреждение ее здоровья стало возможным в результате ненадлежащего исполнения профессиональных обязанностей медицинскими работниками ответчиков, оказания медицинской помощи ненадлежащего качества, в связи с чем, просит взыскать в свою пользу с ответчиков компенсацию морального вреда, связанного с повреждением здоровья в размере 15 000000 руб. с каждого, утраченный средний заработок за период нахождения на листках нетрудоспособности с 04.12.2013 по 26.12.2016 в размере 2022 002 руб., расходы на приобретение медикаментов, проведенные обследования и консультации врачей -93 664,0 руб., расходы на проезд к месту лечения и обратно по маршруту Норильск-Москва-Норильск, Москва-Курск-Москва в размере 49286 руб., возложить обязанность по оплате расходов на предстоящее лечение, а также расходы, связанные с посторонним уходом по состоянию здоровья. Кроме того, просит взыскать с КГБУЗ «Норильский родильный дом» утраченный заработок за период временной нетрудоспособности за период с 30.05.2012 по 04.07.2012 в сумме 134971,0 руб.

Протокольным определением суда от 26.07.2017 произведена замена третьего лица ОАО «РОСНО-МС» на ООО «ВТБ МС» (т.7 л.д.88).

В судебном заседании истец ФИО1 поддержала исковые требования по вышеизложенным основаниям, суду дополнила, что дефектами медицинской помощи каждого лечебного учреждения являются недообследование, установление неверного диагноза основного заболевания и не выявление на ранних стадиях заболевания 

<

данные изъяты>, не сообщение истцу врачом-гинекологом указанного диагноза и не своевременное направление на лечение такого заболевания, что привело к развитию у истца данного заболевания до 3 стадии, когда исход лечения такого заболевания менее благоприятный, к повреждению здоровья и установлению ей инвалидности 2 группы бессрочно. Ей причинен моральный вред, выразившийся в нравственных и физических страданиях, причинении вреда здоровью, ей установлена 2 группа инвалидности. 

Представитель ответчика КГБУЗ «НГП №2» Суковатая С.Г., действующая на основании доверенности, исковые требования не признала по основаниям, изложенным в письменных возражениях, кроме того, суду дополнила, что истцом пропущен общий (3 года) и специальный (1 год) срок исковой давности для обращения в суд с иском. Просила в удовлетворении иска отказать в полном объеме.

Представители соответчика КГБУЗ «Норильский родильный дом» ФИО2, ФИО3, действующие на основании доверенностей, исковые требования не признали по тем основаниям, что врачами учреждения истцу оказана медицинская помощь надлежащего качества, действия врачей были правомерными в рамках общепринятой лечебной практики. В ходе предоперационного обследования истец осмотрена на кресле в зеркалах, взят анализ крови, остальные обследования сделаны ФИО1 в НГП №2 по месту наблюдения до ее госпитализации и имелись в амбулаторной карте. На момент осмотра врачами родильного дома патологии онкологического заболевания 

<

данные изъяты> выявлено не было и не было заподозрено, поэтому необходимости в проведении расширенной кольпоскопии не было. Операция проведена по показаниям без дефектов.

В судебном заседании третье лицо- ФИО4 просила в удовлетворении иска отказать и суду пояснила, что она, как врач акушер-гинеколог, заведующая женской консультации осматривала ФИО1 17.11.2012 в рамках дополнительной диспансеризации медицинских работников. В ходе осмотра ею был взят мазок с 

<

данные изъяты> на цитологию и атипию, при взятии мазка было небольшое контактное кровотечение. Ею был выставлен диагноз 

<

данные изъяты> и пациент была направлена к участковому врачу, выдано направление на кольпоскопию. Она заподозрила у истца «

<

данные изъяты> о чем ей сказала, но в карту больного сведения об этом не внесла.

Представитель третьего лица- ФИО5 адвокат Доложевский К.В., действующий по ордеру, просил в удовлетворении иска отказать, указав на отсутствие к тому правовых оснований.

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора- Территориального фонда обязательного медицинского страхования Красноярского края (далее- ТФОМС) ФИО6; Филиала №14 ГУ-Красноярского РО Фонда социального страхования РФ ФИО7; ООО «ВТБ Медицинское страхование» ФИО8; Министерства здравоохранения Красноярского края -просили рассмотреть дело без их участия. 

Третьи лица- ФИО9, ФИО10 в судебное заседание не явились по неизвестной причине, о дате, времени и месте судебного заседания извещались своевременно, надлежащим образом судебной повесткой.

Выслушав стороны, заслушав заключение старшего помощника прокурора Верхотуровой Т.М. об удовлетворении исковых требований частично с уменьшением суммы компенсации морального вреда до 200000 руб. с каждого соответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу об обоснованности исковых требований и удовлетворении их частично по следующим основаниям. 

Согласно статьи 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. 

Отношения, возникающие в сфере охраныздоровьяграждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом «Об основах охраныздоровьяграждан в Российской Федерации» от 21 ноября 2011 года № 323. Согласно правовой позиции, изложенной в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ 17 от 28 июня 2012 года «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг,оказываемыхмедицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется также законодательство о защите прав потребителей.

Согласно ст. 22 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", каждый имеет право получить в доступной для него форме имеющуюся в медицинской организации информацию о состоянии своего здоровья, в том числе сведения о результатах медицинского обследования, наличии заболевания, об установленном диагнозе и о прогнозе развития заболевания, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных видах медицинского вмешательства, его последствиях и результатах оказания медицинской помощи.

Пункт 21 ст.2 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определяет качество медицинской помощи как совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В соответствии со ст.1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых обязанностей при наличии общих условий ответственности за вред, предусмотренный ст.1064 ГК РФ. 

По общему правилу, установленному п. 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Регламентированная указанной нормой презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред (п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1).

Из этого следует, что именно медицинское учреждение обязано представить доказательства своей невиновности в причинении вреда жизни или здоровью пациента.

Юридически значимым обстоятельством при рассмотрении данного спора является непосредственно качество оказанной медицинской услуги.

Судом установлено, что КГБУЗ «Норильская городская поликлиника №2» является юридическим лицом и осуществляет медицинскую деятельность, в том числе первичную, доврачебную, врачебную и специализированную, в том числе медицинскую помощь женщинам по акушерству и гинекологии, что подтверждается Уставом. 

Судом установлено, что КГБУЗ «Норильский межрайонный родильный дом» является юридическим лицом и осуществляет медицинскую деятельность, в том числе доврачебную, стационарную, врачебную и специализированную, первичную медико-санитарную помощь населению в амбулаторных, стационарных условиях, в том числе медицинскую помощь женщинам по акушерству и гинекологии, что подтверждается лицензией учреждения и Уставом. 

ФИО9 работал врачом акушер-гинекологом гинекологического отделения КГБУЗ «Норильский родильный дом», откуда уволен 30.10.2015 по собственному желанию, ФИО4 работает врачом акушер-гинекологом, заведующей женской консультации в КГБУЗ «НГП №2», ФИО5, ФИО10 работают врачами акушерами-гинекологами в КГБУЗ «НГП №2» – т.е. являются (-лись) работниками ответчиков, что не оспаривается сторонами.

ФИО1 работает 

<

данные изъяты> с 03.04.1992 по настоящее время, наблюдалась в женской консультации КГБУЗ «НГП №2» с 1996 года, с 2001 года состояла на диспансерном учете по поводу диагноза 

<

данные изъяты> Лечащим врачом являлась ФИО5

ФИО1 застрахована в системе ОМС и имеет страховой медицинский полис страховой компании «РОСНО-МС» серия №

Начиная с 2006 года, на приеме у врача гинеколога у истца были жалобы на 

<

данные изъяты> на фоне стойкой 

<

данные изъяты> с 2003 года, дискомфорт внизу живота и в области половых органов, чувство тяжести внизу живота, проблемы с мочеиспусканием (прием у врача 27.12.2006; 29.07.2010; 26.10.2011; 03.02.2012; 18.02.2012; 23.05.2012, 31.10.2012). 

Согласно записям амбулаторной карты, ФИО1 проходила ежегодные профосмотры медицинских работников, в том числе у врачей женской консультации. 

29.07.2010 при осмотре ФИО1 врачом акушер-гинекологом ФИО5 был впервые выставлен диагноз: 

<

данные изъяты> Жалобы истца: дискомфорт внизу живота, в области половых органов, учащенное мочеиспускание. Назначено лечение, обследование: УЗИ органов малого таза. После этого, в 2011г. и 2012г. она неоднократно осматривалась врачами гинекологами ФИО5, ФИО10, которыми выставлен диагноз: 

<

данные изъяты> 03.02.2012 после осмотра врачом акушер-гинекологом ФИО5 назначены обследования и консультация главного акушер-гинеколога родильного дома для определения тактики дальнейшего ведения и возможного оперативного лечения, то есть по истечении более 1 года 6 месяцев с даты выставления диагноза: 

<

данные изъяты> что по мнению суда, является не- разумным сроком в тактике лечащего врача ФИО5 для достижения положительного результата в излечении больного.

18.02.2012 истец была осмотрена врачом акушер-гинекологом КГБУЗ «Норильский родильный дом» ФИО9, дана консультация, выставлен диагноз: 

<

данные изъяты> Рекомендовано оперативное лечение

<

данные изъяты>.

30.05.2012 истец госпитализирована в гинекологическое отделение КГБУЗ «Родильный дом», где осмотрена главным врачом ФИО11, подтвердившей необходимость оперативного лечения, составлена предоперационная концепция. При этом пациенту выставлен основной диагноз: 

<

данные изъяты>, что подтверждается предоперационной концепцией от 30.05.2012, подписанной врачами ФИО11 и ФИО12 На операцию в указанном объеме ФИО1 дала добровольное согласие, что подтверждается ее подписью (т.1 л.д.55). 

Вместе с тем, в материалы дела представлена копия предоперационной концепции от 30.05.2012, где основной диагноз указан: 

<

данные изъяты> Данный документ также подписан врачами ФИО11 и ФИО12, а также пациентом ФИО1

Согласно протоколу операции от 31.05.2012 и выписному эпикризу из истории болезни № по поводу основного диагноза: 

<

данные изъяты> ФИО1 проведена операция – Передняя кольпорафия. MESH-пластика цистоцеле с использованием проленовой сетки (ETHICON). Стоимость проленовой сетки (ETHICON) составила 3100,0 руб., данные расходы понесла истец, что подтверждается товарным чеком.

Как пояснила истец в судебном заседании, после указанного оперативного лечения никакого улучшения ее состояния здоровья не наступило. 

Данные обстоятельства подтверждаются и записями в амбулаторной карте больного, согласно которым истец после проведенного оперативного лечения продолжала обращаться к врачам женской консультации с аналогичными жалобами, а именно на дискомфорт в области половых органов, кровянистые выделения из половых путей 

<

данные изъяты> ноющие, тянущие боли внизу живота (15.10.2012, 31.10.2012, 08.11.2012, 17.11.2012, 19.11.2013, 03.12.2013).

17.11.2012 истец была осмотрена врачом акушер-гинекологом, заведующей женской консультацией ФИО4 в рамках дополнительной диспансеризации медицинских работников. В ходе осмотра ею был взят мазок с 

<

данные изъяты> на цитологию и атипию, при взятии мазка у истца было контактное кровотечение. ФИО4 был выставлен диагноз 

<

данные изъяты> и пациент была направлена к участковому врачу, выдано направление на кольпоскопию. Сведений о подозрении у пациента диагноза онкозаболевания 

<

данные изъяты> врачом внесено в медкарту не было, что подтверждается записями в амбулаторной карте. Тот факт, что в ходе осмотра врач ФИО4 заподозрила наличие у истца вышеуказанного онкозаболевания, однако запись об этом в амбулаторную карту не внесла, суд считает установленным, подтверждается пояснениями самой ФИО4 в судебном заседании, а также ее письменным объяснением от 21.04.2014, имеющимся в материалах дела (т.5 л.д.59). 

В данном случае нарушено право истца получить имеющуюся в медицинской организации информацию о состоянии своего здоровья, в том числе сведения о результатах медицинского обследования, наличии заболевания, об установленном диагнозе и о прогнозе развития заболевания.

19.11.2013 на приеме врача акушер-гинеколога ФИО5 после осмотра, где истец предъявляла жалобы на кровянистые выделения из половых путей в течение недели, ей выставлен диагноз: 

<

данные изъяты> Пациент записана на ЛДВ в КГБУЗ «Норильская городская больница №1». 19.11.2013 и повторно 26.11.2013 истцу проведено обследование УЗИ органов малого таза. 03.12.2013 истец осмотрена врачом акушер-гинекологом ФИО5, выдано направление на госпитализацию в КГБУЗ «Норильская городская больница №1» с диагнозом 

<

данные изъяты>.

05.12.2013 истцу проведена операция- ножевая биопсия 

<

данные изъяты>, что подтверждается выписным эпикризом КГБУЗ «Норильская городская больница №1».

При этом, как следует из протокола операции от 05.12.2013 при начале манипуляции 

<

данные изъяты> обильно кровоточит. Выполнить выскабливание полости 

<

данные изъяты> не представляется возможным, взята ножевая биопсия 

<

данные изъяты>, в связи с прорезыванием пораженных опухолевым процессом ткани 

<

данные изъяты> наложение гемостатических швов невозможно. 

По результатам гистологического исследования ткани 

<

данные изъяты> дано заключение от 11.12.2013: «

<

данные изъяты>

Таким образом, впервые истцу выставлен диагноз гинекологического онкологического заболевания 

<

данные изъяты> врачами КГБУЗ «Норильская городская больница №1» в декабре 2013 года.

По направлению Министерства здравоохранения Красноярского края истец направлена для оказания ей высокотехнологичной медицинской помощи в ФГБУ «Медицинский радиологический научный центр» Минздрава России в г. Обнинске (т.1 л.д.62).

С 09.01.2014 по 31.01.2014 истец находилась на обследовании и лечении в отделении лучевых и комбинированных методов лечения гинекологических заболеваний ФГБУ МРНЦ Минздрава России с диагнозом: 

<

данные изъяты> где ей проведено химио-лучевое лечение, что подтверждается выписным эпикризом истории болезни №.

В период с 02.02.2014 по 28.02.2014 истец госпитализирована в это же учреждение, где ей проведен второй этап химио-лучевого лечения, что подтверждается выписным эпикризом истории болезни №. Лечение осложнилось обострением хронического 

<

данные изъяты>. В удовлетворительном состоянии ФИО1 выписана. Рекомендовано наблюдение участкового онколога (т.1 л.д.60).

С 25.09.2014 по 24.10.2014 ФИО1 проходила лечение там же. Кроме основного заболевания 

<

данные изъяты> врачами отмечено прогрессирование заболевания в виде 

<

данные изъяты>. Лечение осложнилось обострением 

<

данные изъяты>. В удовлетворительном состоянии ФИО1 выписана. Рекомендовано наблюдение участкового онколога (т.1 л.д.61). 

В период с 18.11.2014 по 28.11.2014 истец проходила лечение в отделении хирургического лечения лучевых повреждений МРНЦ им. А.Ф. Цыба- Филиал ФГБУ «ФМИЦ им. П.А. Герцена» Минздрава России с диагнозом: 

<

данные изъяты> Выписана в удовлетворительном состоянии под наблюдение по месту жительства (т.1 л.д.63). 

В последующем истец наблюдалась и проходила стационарное лечение в МРНЦ, в КГБУЗ «Норильская межрайонная больница №1», в ОБУЗ «КГКБ СМП» г. Курска по поводу поздних местных лучевых повреждений 

<

данные изъяты> начиная с ноября 2014 года по 16.09.2016 (т.1 л.д.76-88).

В настоящее время истец наблюдается у врача-уролога, врача гинеколога и врача онколога.

Согласно справке МСЭ-2013 №№ ФИО1 впервые установлена вторая группа инвалидности с 28.07.2014 по общему заболеванию 

<

данные изъяты> Согласно справке МСЭ-2016 № указанная группа инвалидности установлена истцу бессрочно.

Согласно п.3 Правил организации деятельности врача-акушер-гинеколога женской консультации (Приложение N 4 к Порядку оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология») к обязанностям врача-акушер-гинеколога относится, в том числе, организация и проведение профилактических мероприятий по выявлению, предупреждению и снижению гинекологических и онкологических заболеваний.

В соответствии с Должностной инструкцией врача акушер-гинеколога женской консультации КГБУЗ «Норильская городская поликлиника №2», врач акушер-гинеколог обязан осуществлять проведение лечебно-профилактических мероприятий, направленных на предупреждение осложнений беременности, послеродового периода, гинекологических заболеваний на уровне современных достижений (п.3.2.), выявление гинекологических больных, нуждающихся в стационарном лечении (п.3.8), диспансеризацию гинекологических больных (своевременное взятие на учет, полное обследование, оздоровительные мероприятия) (п.3.9), контроль правильности проведения диагностических и лечебных процедур (п.3.12), качественно вести учетно-отчетную медицинскую документацию в соответствии с формами, утвержденными МЗ (п.3.16), осуществлять связь с родильным домом, поликлиниками, другими лечебными учреждениями- в комплексе АТПК (п.3.19) (т.5 л.д.77-79).

В соответствии с Должностной инструкцией заведующей женской консультации КГБУЗ «Норильская городская поликлиника №2», в должностные обязанности заведующей женской консультации входит проведение лечебно-профилактических мероприятий, направленных на предупреждение осложнений беременности, послеродового периода, гинекологических заболеваний на уровне современных достижений (п.3.1.), осуществление контроля за качеством ведения всей медицинской документации (п.3.9), обеспечение квалифицированной помощи женскому населению территории (п.3.17), осуществление преемственности с родильным домом, скорой помощью, детскими поликлиниками, городской больницей и другими лечебными учреждениями (п.3.18) (т.5 л.д.80-81).

Разрешая требования истца, суд приходит к выводу, что как на амбулаторном этапе (КГБУЗ «Норильская городская поликлиника №2), так и на стационарном этапе оказания медицинской помощи (КГБУЗ «Норильский межрайонный родильный дом) истцу оказана медицинская помощь ненадлежащего качества, допущен ряд дефектов, что привело к несвоевременной диагностике патологии 

<

данные изъяты>, к не выявлению у пациента онкологического заболевания 

<

данные изъяты> на ранних стадиях и, безусловно, обусловило прогрессирование онкологического заболевания в 3 стадию, значительно уменьшило вероятность положительного исхода излечения данного заболевания, выявленного на поздней стадии, и создало угрозу для жизни и здоровья истца. 

Согласно Акту экспертизы качества медицинской помощи и протокола оценки качества медицинской помощи, оказанной ФИО1 КГБУЗ «Норильский родильный дом» с 30.05.2012 по 05.06.2012, составленных филиалом «Красноярск-РОСНО-МС» ОАО «РОСНО-МС» на основании обращения ФИО1 следует, что экспертом сделан однозначный вывод о наличии дефекта медицинской помощи (код дефекта 3.2.3) в виде неполного обследования для плановой операции (отсутствует расширенная кольпоскопия, цитологическое исследование, цистоскопия, УЗИ органов малого таза), отсутствия информационного согласия пациента о возможности операции без применения новых технологий. Экспертом сделан вывод о том, что из-за неполного обследования не исключена патология 

<

данные изъяты>, пропущено и незаподозрено онкологическое заболевание 

<

данные изъяты>. При этом, на данном этапе оказания медицинской помощи экспертом качества медицинской помощи не исключается своевременность выявления онкологического заболевания, учитывая стадию процесса на гистологическом исследовании 

<

данные изъяты>, давность заболевания предположительно более 3 лет. 

Данные выводы эксперта подтверждаются медицинскими картами больного.

Согласно Акту экспертизы качества медицинской помощи, составленного ТФОМС Красноярского края, врачами КГБУЗ «НГП №2» допущены дефекты медицинской помощи, а именно, недостаточное проведение углубленных исследований (УЗИ, кольпоскопия, гистероскопия), что привело к ухудшению состояния здоровья ФИО1, запоздалой диагностике 

<

данные изъяты> и прогрессированию заболевания (т.4 л.д.79-80). 

Согласно Акту экспертизы качества медицинской помощи, составленного ТФОМС Красноярского края, врачами КГБУЗ «Норильский родильный дом» допущены дефекты медицинской помощи: ненадлежащее КМП, создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания (код 3.2.3), недостаточное обследование, необходимое в соответствии со стандартами (УЗИ, цистоскопия, кольпоскопия, цитология мазков), что способствовало запоздалой диагностике 

<

данные изъяты>

Судом принимаются указанные акты экспертизы качестваоказаниямедицинской помощи и экспертные заключения (протоколы оценки качества медицинской помощи) качества медицинской помощи ТФОМС и филиала «Красноярск-РОСНО-МС» ОАО «РОСНО-МС» Красноярского края в качестве доказательств по делу, поскольку они основаны на данных медицинской документации пооказаниюмедицинской помощиистцу и никем не оспорены, недействительными не признавались.

Как следует из записи в амбулаторной карте ФИО1 от 19.11.2013, а также подтверждается данными компьютерного учета посещений с 08.11.2012 по 19.11.2013г. ФИО1 к акушер-гинекологам КГБУЗ «Норильская городская поликлиника №2» не обращалась. В данной ситуации ее активно не вызывали на осмотр, у лечащего врача отсутствовала онкологическая настороженность, контроль за излечением пациента, поскольку имеющееся у ФИО1 заболевание 

<

данные изъяты>, где преобладает воспалительный процесс, могло подвергнуться обратному развитию, но этого не произошло, так как отсутствовал контроль за лечением. В связи с чем, заболевание приобрело агрессивное течение, в результате чего у ФИО1 развился 

<

данные изъяты> в запущенной стадии. 

Бездействие врача ФИО5, выразившееся в непринятии активных мер для вызова пациента и его осмотра в период с 17.11.2012 по 19.11.2013, отсутствии контроля за лечением в течение года, подтверждается амбулаторной медицинской картой, отсутствием в ней информированного отказа ФИО1 от прохождения конкретного обследования. Данное бездействие также послужило причиной запущенности онкологического заболевания - 

<

данные изъяты>, поскольку выявленное у истца заболевание - 

<

данные изъяты> требовало проведение лечения с цитологическим и гистологическим контролем.

Согласно медицинскому стандарту скрининг 

<

данные изъяты> у пациенток группы повышенного онкологического риска следует проводить ежегодно. Пациентка ФИО1 относилась к группе риска по причине установленного диагноза 

<

данные изъяты>, а в последующем по причине установления диагноза 

<

данные изъяты>, однако она не была внесена в группу риска по развитию онкологических заболеваний, которым показано проведение более углубленного обследования.

В материалы дела ответчиком НГП №2 представлены результаты мазка на атипические клетки с ложноотрицательными результатами. Частота ложноотрицательных результатов у пациента ФИО1 с диагнозом 

<

данные изъяты> обусловлена, в том числе, дефектом взятия или переноса материала для приготовления мазков, неадекватным исследованием мазков, что подтверждается отсутствием в медицинской карте описания техники забора мазка в каждом случае, что также свидетельствует о некачественном оказании медицинской помощи медицинским учреждением КГБУЗ «НГП №2».

Определением суда от 06.02.2017 по делу назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено КГБУЗ «Красноярское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно выводам Заключения экспертизы №327 КГБУЗ «Красноярское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» от 23.03.2017-10.05.2017 следует, что при первичном и последующих обращениях за медицинской помощью в женскую консультацию КГБУЗ «НГП №2», ФИО1 были установлены диагнозы: 

<

данные изъяты>. Диагноз 

<

данные изъяты> при госпитализации ФИО1 в КГБУЗ «Норильский родильный дом» установлен правильно. Оперативное лечение не имело противопоказаний, проведено в соответствии рекомендациями Комитета по хирургическому лечению генитaльного пролапса ВОЗ (2005г). Однако, при оказании помощи в КГБУЗ «Норильский межрайонный родильный дом» были допущены нарушения: плановая госпитализация для оперативного лечения при отсутствии необходимого исследования (УЗИ, расширенной кольпоскопии, результатов цитологии и т.д.); данные исследования регламентированы приложением к приказу Минздрава России от 7 ноября 2012г. № 595н «Стандарт специализированной медицинской помощи при опущении и выпадении внутренних половых органов». О точных сроках возникновения у ФИО1 

<

данные изъяты>, по имеющимся данным, высказаться не представляется возможным. Четких временных критериев перехода одной стадии в другую не существует, установление перехода одной стадии ракового процесса в другой производится по наличию соответствующих клинических и морфологических признаков, в каждом случае индивидуально. Медицинских стандартов, определяющих временные критерии перехода одной стадии 

<

данные изъяты> в другую, не существует. Диагноз 

<

данные изъяты> определен (диагностирован) правильно. 

Экспертами отмечено, что выявление у пациента онкозаболевания на ранних стадиях возможно. Не исключается вероятность невыявления онкозаболевания в связи со скрытым его течением на этапе обследования в женской консультации поликлиники НГП №2, а также в период предоперационного обследования в КГБУЗ «Норильский родильный дом».

Однако экспертная комиссия также отметила, что при выявлении 

<

данные изъяты>, пациентке не назначается дополнительное обследование (соскоб из цервикального канала, ВПЧ-тестирование, прицельная биопсия 

<

данные изъяты>). К обязательным методам инструментального обследования передгоспитализацией относят электрокардиографию, УЗИ органов малого таза, кольпоскопию с цитологическим исследованием мазка, с целью исключения злокачественного процесса. 

Экспертами указано, что при надлежащем наблюдении за больной, своевременном применении диагностических методик: кольпоскопия, раздельное диагностическое выскабливание полости 

<

данные изъяты> и цервикального канала, проведение конизации 

<

данные изъяты> можно было выявить заболевание на ранней стадии. 

<

данные изъяты> можно выявить цитологическим методом путем взятия мазков, диагностическим выскабливанием цервикального канала, при необходимости провести конизацию 

<

данные изъяты>. При имеющейся клинической картине в первую очередь необходимо исключить 

<

данные изъяты> При надлежащем проведении профилактики (при качественном проведении скрининговых осмотров) своевременно выявить патологию 

<

данные изъяты> возможно.

Согласно выводам экспертов по данным представленных медицинских документов, при оказании медицинской помощи ФИО1, были допущены недостатки:

- на амбулаторном этапе: в 2012г., при проведении кольпоскопии была выявлена 

<

данные изъяты>, при этом отсутствуют указания на дальнейшее обследование больной (диагностическое выскабливание цервикального канала, прицельная биопсия 

<

данные изъяты>, ВПЧ-тестирование) и рекомендации по лечению; отсутствие активных вызовов на осмотр длительно не являющихся пациенток; отсутствие преемственности; отсутствие онконастороженности; недостаточный объем инструментальных исследований женщин с гинекологической патологией, регламентированный Порядком оказания медицинской помощи женщинам с гинекологическими заболеваниями (Приложение N 4 к Порядку оказания медицинской помощи по профилю "Акушерство и гинекология», утвержденному приказом Министерства здравоохранения РФ от 1 ноября 2012 N 572н; Правилами организации деятельности врача-акушера-гинеколога женской консультации (Приложение N 20 к Порядку оказания медицинской помощи по профилю «Акушерство и гинекология»), утвержденному приказом Министерства здравоохранения РФ от 01.11.2012 N 572н);

- на стационарном этапе: произведена плановая госпитализация для оперативного лечения при отсутствии необходимого исследования (УЗИ, расширенной кольпоскопии, результатов цитологии и т.д.), регламентированного приложением к приказу Минздрава России от 7 ноября 2012 г. № 595н «Стандарт специализированной медицинской помощи при опущении и выпадении внутренних половых органов»;

- на каждом из этапов: низкое качество ведения медицинской документации.

Лечение 

<

данные изъяты> произведено правильно. К моменту проведения экспертизы исход заболевания (выздоровление, стойкая ремиссия и т.д.) не наступил. Неблагоприятные последствия 

<

данные изъяты> установление ФИО1 второй

группы инвалидности) связаны с особенностями течения и терапии основного заболевания - 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> не является ятрогенным заболеванием, поэтому прямой причинно-следственной связи между его возникновением, неблагоприятными последствиями проводимого лечения и допущенными недостатками оказания медицинской помощи нет. Действиями медицинских работников КГБУЗ «НГП № 2» и КГБУЗ «Норильский родильный дом» (в т.ч. недостатками оказания медицинской помощи) вред здоровью ФИО1 не причинен (т.6 л.д.79-194).

В соответствии с положениями ст.86 ГПК РФ заключение эксперта является доказательством по гражданскому делу, оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования.

Суд признает данное заключение экспертов достоверным и допустимым доказательством по делу, так как данное заключение составлено на основании всех собранных по делу доказательств: пояснений сторон, медицинской документации, имеющейся в распоряжении суда, о чем указано в тексте заключения. Каких-либо противоречий между заключением и данными медицинских документов, пояснениями сторон, а также вышеизложенных доказательств судом не установлено.

Суд не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность данного Заключения судебно-медицинской экспертизы, поскольку оно соответствует процессуальным требованиям (ст.86 ГПК РФ), заключение соответствует вопросам, поставленным перед экспертами и содержит аргументированные ответы на поставленные перед ними вопросы, кроме того обоснован отказ дать ответы на часть вопросов, были исследованы все представленные на экспертизу материалы, лабораторные исследования, подлинники амбулаторных (стационарных) карт и использованы рекомендованные современной наукой и судебно-экспертной практикой методы и методики, каждый эксперт был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ и не заинтересован в исходе дела.

Эксперты комиссионной экспертизы имеют соответствующее образование, квалификацию государственного судебно-медицинского эксперта, либо врача соответствующей категории и продолжительный стаж экспертной или врачебной работы. 

Данное заключение согласуется с другими исследованными судом доказательствами и им не противоречит.

Ответчиками выводы экспертизы допустимыми доказательствами не опровергнуты, ходатайств о проведении дополнительной или повторной экспертизы ими не заявлено. Протокольным определением суда от 05.02.2018 в удовлетворении ходатайства истца о проведении по делу дополнительной экспертизы в Санкт-Петербургском институте независимой экспертизы и оценки отказано за необоснованностью. При этом суд отмечает, что ходатайство экспертного учреждения КГБУЗ «Красноярское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» о предоставлении дополнительных материалов для проведения судебно-медицинскойэкспертизы (в т.ч. гистологических архивов) в суд не поступало.

Оценив вышеизложенные доказательства в их совокупности, с учетом их анализа, а также анализа медицинской документации, суд считает установленным факт наличия дефектов оказания медицинской помощи истцу ФИО1 со стороны обоих лечебных учреждений. 

Суд приходит к выводу о том, что на амбулаторном этапе оказания медицинской помощи ФИО1 КГБУЗ «НГП №2» допущены следующие дефекты оказания медицинской помощи в виде недообследования пациента, что привело к не выявлению онкологического заболевания на ранней стадии:

- в ноябре 2012г. при выявлении диагноза 

<

данные изъяты> врачом женской консультации не назначается дообследование больной (диагностическое выскабливание цервикального канала, прицельная биопсия 

<

данные изъяты>, ВПЧ-тестирование), отсутствуют рекомендации лечащего врача по лечению выявленной патологии;

- отсутствие информирования пациента ФИО1 об имеющейся у нее онкологической патологии 

<

данные изъяты> (17.11.2012 врачом акушер-гинекологом, заведующей женской консультацией ФИО4 был выставлен диагноз 

<

данные изъяты> сведений о подозрении у пациента диагноза онкозаболевания 

<

данные изъяты> врачом внесено в медкарту не было, чем нарушено право истца получить имеющуюся в медицинской организации информацию о состоянии своего здоровья, в том числе сведения о наличии заболевания, об установленном диагнозе и о прогнозе развития заболевания);

- отсутствие активных вызовов на осмотр пациента, относящегося к группе повышенного онкологического риска (по причине установленного диагноза 

<

данные изъяты>) в период с 17.11.2012 по 19.11.2013;

- отсутствие онконастороженности у лечащего врача и заведующего женской консультации в отношении пациента, относящегося к группе повышенного онкологического риска;

- недостаточный объем инструментальных исследований ФИО1 с гинекологической патологией, регламентированный Порядком оказания медицинской помощи женщинам с гинекологическими заболеваниями (Приложение N 4 к Порядку оказания медицинской помощи по профилю "Акушерство и гинекология», утвержденному приказом Министерства здравоохранения РФ от 01.11.2012 N 572н; Правилами организации деятельности врача-акушера-гинеколога женской консультации (Приложение N 20 к Порядку оказания медицинской помощи по профилю «Акушерство и гинекология»), утвержденному приказом Министерства здравоохранения РФ от 01.11.2012 N 572н);

- несвоевременность применения диагностических методик (кольпоскопия, взятие мазков, диагностическое выскабливание цервикального канала и т.д.), поскольку несмотря на наличие жалоб на дискомфорт в области половых органов, кровянистые выделения из половых путей и менопаузу, пациенту своевременно не проведена расширенная кольпоскопия, УЗИ органов малого таза, мазок на цитологию;

- не проведение полного клинико-лабораторного обследования пациента на амбулаторном этапе перед плановой операцией 31.05.2012 (УЗИ органов малого таза, кольпоскопия с цитологическим исследованием мазка с целью исключения злокачественного процесса). По медицинской карте ФИО1 упоминание об ультразвуковом исследовании органов малого таза датируется за 7 месяцев, а кольпоскопия за три года до операции;

- отсутствие дачи рекомендаций врачом Черкасской (после осмотра истца 17.11.2012) о консультации врача-онколога в случае подозрения у ФИО1 онкологического заболевания;

- низкое качество ведения медицинской документации, отсутствие описания техники забора материала на исследование.

Соответственно, неполный объем обследования при плановых и внеплановых посещениях ФИО1 врачей- гинекологов женской консультации КГБУЗ «НГП №2» привел к позднему выявлению у нее онкологического заболевания.

Кроме того, суд приходит к выводу о том, что несмотря на проведение оперативного лечения ФИО1 в соответствии с медицинскими показаниями, выполнение объема оперативного вмешательства, на стационарном этапе оказания медицинской помощи КГБУЗ «Норильский родильный дом» допущены следующие дефекты оказания медицинской помощи в виде недообследования пациента, что привело к не выявлению онкологического заболевания на ранней стадии:

- не проведение предоперационного обследования в полном объеме перед плановой операцией по пластике влагалища с целью исключения злокачественного процесса (УЗИ, расширенной кольпоскопии, результатов цитологии и т.д.), регламентированного приложением к приказу Минздрава России от 07.11.2012 № 595н «Стандарт специализированной медицинской помощи при опущении и выпадении внутренних половых органов», что подтверждается отсутствием данных о фактах назначений и проведения ультразвукового исследования органов брюшной полости и малого таза, расширенной кольпоскопии в истории болезни №23189;

- отсутствие описания вагинального статуса и об объемах предоперационного обследования в медицинской карте при консультативном осмотре 18.02.2012 врачом ФИО9 (перед плановой операцией 

<

данные изъяты> проводится кольпоскопия. Данные об этом исследовании датируются за три года до операции 08.12.2009г., других, более поздних упоминаний о кольпоскопии перед операцией в медицинской документации нет. Согласно стандартам, перед плановой операцией по пластике 

<

данные изъяты>, гинекологи родильного дома должны были исключить патологию 

<

данные изъяты> путем проведения ультразвукового исследования, мазков на атипические клетки и кольпоскопии. Обследование УЗИ органов малого таза датируется за 7 месяцев до госпитализации истца. Описание вагинaльного статуса при консультативном приеме и необходимый объем исследований мог способствовать выявлению сопутствующей патологии);

- низкое качество ведения медицинской документации.

Данные выводы суда подтверждаются также базовым спектром обследования в амбулаторных и стационарных условиях и этапностью оказания медицинской помощи женщинам с гинекологическими заболеваниями, определенными в Приложении N 20 «Порядка оказания медицинской помощи по профилю "акушерство и гинекология», утвержденному приказом Министерства здравоохранения РФ от 1 ноября 2012г. N 572н.

Соответственно, выявленные дефекты оказания медицинской помощи, а именно недообследование на амбулаторном этапе в поликлинике КГБУЗ «НГП №2», недообследование на стационарном этапе в КГБУЗ «Норильский родильный дом», привели к значительной отсрочке лечения рака шейки матки 3 ст., проведенного истцу в ФГБУ МРНЦ, а значит, к неблагоприятным последствиям в виде распространения метастазов лимфогенным путем, характерных для 3 стадии данного заболевания, установлении 2 группы инвалидности. При этом суд учитывает, что к моменту проведения экспертизы исход заболевания (выздоровление, стойкая ремиссия и т.д.) не наступил.

Ответчиками в силу ст. 56 ГПК РФ доказательств добросовестного выполнения их работниками своих обязанностей при оказании медицинской помощи истцу и наличия обстоятельств, препятствовавших своевременному диагностированию заболевания, представлено не было.

Суд считает, что при должном выполнение всех установленных стандартов оказания медицинской помощи как на амбулаторном, так и на стационарном этапе, истцу могло быть своевременно диагностировано онкологическое заболевание (на ранних стадиях его течения). 

Допущенные дефекты диагностики и обследования ФИО1 снизило шанс на благоприятный исход лечения заболевания 

<

данные изъяты> который, согласно выводам экспертов, не наступил. 

Вопреки доводам ответчиков, пациент, обращаясь за оказанием медицинской помощи, вправе рассчитывать не только на то, что врачом при проведении избранного им способа лечения будут соблюдены медицинские стандарты по оказанию медицинской амбулаторной (стационарной) помощи или медико-технологические требования, но и на то, что избранный врачом способ лечения, а также диагностики и обследования будет эффективным, то есть излечит пациента или приведет к улучшению состояния здоровья, своевременно выявит патологию.

Обязанность по доказыванию обстоятельств, освобождающих ответчиков от ответственности за ненадлежащее исполнение обязательства, возложена на ответчиков.

Доводы ответчика КГБУЗ «НГП №2» о том, что истец своевременно направлялась на оперативное лечение в 2001 году, однако истец от него отказалась, ничем не подтверждается, информированный отказ пациента от рекомендованного врачом лечения суду не представлен. К записи в амбулаторной карте от 15.03.2001, сделанной во время осмотра врачом- гинекологом ФИО5 об отказе ФИО13 от оперативного лечения, суд относится критически, поскольку не подтверждается отказом пациента от медицинского вмешательства, оформленным в письменной форме в соответствии с требованиями Федерального закона от 21.11.2011 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", содержащим цели, объем и последствия оперативного лечения, а также возможные последствия такого отказа.

Согласно ч. 3 ст. 20 Федерального закона от 21.11.2011 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" гражданин имеет право отказаться от медицинского вмешательства или потребовать его прекращения, за исключением случаев, предусмотренных ч. 9 настоящей статьи.

В силу ч. 4 ст. 20 названного выше Федерального закона при отказе от медицинского вмешательства гражданину в доступной для него форме должны быть разъяснены возможные последствия такого отказа.

Отказ от медицинского вмешательства оформляется в письменной форме, подписывается гражданином, медицинским работником и содержится в медицинской документации пациента (ч. 7 ст. 20 Федерального закона от 21.11.2011 323-ФЗ).

Такового отказа ФИО1 суду не представлено.

Доказательств того, что действия врачей, наблюдавших ФИО1 в женской консультации, проводивших ей оперативное лечение в мае 2012 года, и выбранные ими методы были достаточными и эффективными для правильной оценки динамики имеющихся гинекологических заболеваний 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>, своевременного направления истца на обследование с целью уточнения диагноза 

<

данные изъяты> и решения вопроса о необходимости оказания истцу высокотехнологичного лечения, ответчики суду не представили. 

Данные обстоятельства также подтверждаются приказом №96/ОК от 08.05.2014 главного врача КГБУЗ «Норильская городская поликлиника №2» В.И. ФИО14 о применении дисциплинарного взыскания к заведующей женской консультацией, врачу акушеру-гинекологу ФИО4, врачу акушер-гинекологу ФИО5, врачу акушер-гинекологу ФИО10 в виде выговора за допущенные нарушения по результатам проверки по обращению ФИО15 При этом, как следует из данного приказа, факты ведения пациентки врачами акушер-гинекологами имели место на всех этапах: записи в амбулаторной карте краткие, без детализации жалоб, без сбора анамнеза; объективные статусы не полные; диагнозы не развернутые; стандарт обследования при направлении пациентки на госпитализацию не соблюден; отсутствует контроль заведующего женской консультацией, врача акушер-гинеколога за ведением персоналом медицинской документации. Данные факты отразились на выявлении злокачественного заболевания своевременно. Заболевание у пациентки ФИО15 выявлено в запущенной стадии. Данный приказ в судебном порядке не оспорен (т.5 л.д.86).

Данные обстоятельства также частично подтверждаются Актом служебного расследования КГБУЗ «Норильская городская поликлиника №2» по факту диспансерного наблюдения ФИО1 от 07.05.2014 №13, из которого следует, что в течение всего времени наблюдения с 1996 по 2013 мазки на атипичные клетки показывали отрицательный результат. Только ножевая биопсия в ноябре 2013 года, проведённая в стационарных условиях ГКБУЗ «Норильская городская больница №1» показала наличие злокачественных клеток. На каждом этапе наблюдении пациентки ФИО1 имеются дефекты оформления медицинской документации (неполно собранный анамнез, жалобы не детализируются, объективные статусы описаны не достаточно полно, диагнозы выставляются не развернутые, не проводится полный спектр обследований) (т.6 л.д.7-11).

Указанные нарушения работниками ответчиков своих обязанностей являются нарушением личного неимущественного права истца на охрану здоровья и медицинскую помощь, что причинило истцу моральный вред, выразившийся в нравственных и физических страданиях.

Согласно ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах, определившими, что к числу наиболее значимых человеческих ценностей относятся жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной.

Согласно части 1 статьи 12 Международного пакта "Об экономических, социальных и культурных правах граждан" участвующие в настоящем пакте государства признают право каждого человека на наивысший достижимый уровень физического и психического здоровья.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст. ст. 1095 - 1097 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 3 ст. 12 и п. п. 1 - 4 ст. 14 Закона РФ "О защите прав потребителей" моральный вред подлежит возмещению исполнителем услуги в полном объеме независимо от его вины (за исключением случаев, предусмотренных ст. 1098 ГК РФ, п. 5 ст. 14 Закона РФ "О защите прав потребителей") в случае некачественного оказания медицинской услуги.

Из представленных доказательств судом установлено, что в результатенекачественногооказаниямедицинских услуг врачами КГБУЗ «Норильская городская поликлиника №2» и врачами КГБУЗ «Норильский межрайонный родильный дом» здоровье и жизнь истицы были поставлены под угрозу, вследствие чего она не могла не переживать нравственных и физических страданий.

Определяя размер компенсации морального вред суд учитывает, характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, фактические обстоятельства дела, при которых был причинен моральный вред, степень нарушения каждым соответчиком права истца на охрану здоровья и медицинскую помощь, что ФИО1 испытывала физические и невосполнимые нравственные страдания, связанные с дефектом оказания медицинской помощи, несвоевременной диагностикой онкологического заболевания 3 стадии, необходимостью обращения истца за защитой своих прав в правоохранительные органы, органы контроля качества оказания медицинской помощи, в суд, длительность оказания медицинской помощи с дефектом в каждом медицинском учреждении, с учетом требований разумности и справедливости, установленных правилами статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, полагает возможным взыскать в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в долевом порядке: с КГБУЗ «Норильская городская поликлиника №2» -в размере 300000,0 руб., а с КГБУЗ «Норильский межрайонный родильный дом» – в размере 150000,0 руб. 

Вместе с тем, при определении размера компенсации морального вреда суд также учитывает, что заболевание 

<

данные изъяты> не является ятрогенным заболеванием, поэтому прямой причинно-следственной связи между его возникновением, неблагоприятными последствиями проводимого лечения и допущенными недостатками оказания медицинской помощи нет, что подтверждается выводами судебной экспертизы и, безусловно, учитывается судом при определении размера компенсации морального вреда.

Заявленный истцом размер компенсации морального вреда в 15 000000,0 рублей с каждого соответчика суд полагает завышенным.

Кроме того, суд полагает необходимым взыскать в пользу истца с ответчика КГБУЗ «Норильский межрайонный родильный дом» расходы на приобретение сетки (ETHICON) в размере 3 100 руб., понесенные истцом ФИО1 в ходе оперативного лечения, поскольку данное лечение было проведено пациенту в рамках договора ОМС, поэтому истец не должна покрывать дополнительные расходы на лечение, обратное противоречило бы основному принципу осуществления обязательного медицинского страхования (п.1 ст.4 ФЗ от 29.11.2010 № 326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации"). Обязанность обеспечивать граждан, проходящих лечение в условиях стационара, лекарственными средствами и изделиями медицинского назначения действующим законодательством возложена на учреждения здравоохранения, что является гарантией бесплатного оказания застрахованному лицу медицинской помощи за счет средств обязательного медицинского страхования. 

Рассматривая доводы представителя ответчика КГБУЗ «Норильская городская поликлиника №2», изложенные в дополнении к отзыву на исковое заявление, об отсутствии критериев оценки качества медицинской помощи на момент проведения экспертизы качества оказания медицинской помощи экспертом ФИО16 15.04.2015, о том, что выводы эксперта неконкретные, без ссылок на порядки и стандарты, сделаны на основе неполной медицинской документации, не установлена причинно- следственная связь и объективные основания для определения дефекта- ненадлежащее качество медицинской помощи, приведшее к ухудшению состояния больной, создание риска прогрессирования заболевания, суд находит их несостоятельными, исходя из следующего.

В соответствии с положениями ст. 3 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации" обязательное медицинское страхование - это вид обязательного социального страхования, представляющий собой систему создаваемых государством правовых, экономических и организационных мер, направленных на обеспечение при наступлении страхового случая гарантий бесплатного оказания застрахованному лицу медицинской помощи за счет средств обязательного медицинского страхования в пределах территориальной программы обязательного медицинского страхования и в установленных настоящим Федеральным законом случаях в пределах базовой программы обязательного медицинского страхования. Объектом обязательного медицинского страхования является страховой риск, связанный с возникновением страхового случая, а страховой риск - это совершившееся событие (заболевание, травма, иное состояние здоровья застрахованного лица, профилактические мероприятия), при наступлении которого застрахованному лицу предоставляется страховое обеспечение по обязательному медицинскому страхованию.

Среди основных принципов осуществления обязательного медицинского страхования в ст. 4 настоящего закона указано обеспечение за счет средств обязательного медицинского страхования гарантий бесплатного оказания застрахованному лицу медицинской помощи при наступлении страхового случая в рамках территориальной программы обязательного медицинского страхования и базовой программы обязательного медицинского страхования.

В соответствии со ст. 16 закона застрахованные лица имеют право на бесплатное оказание им медицинской помощи медицинскими организациями при наступлении страхового случая.

Данным законом предусмотрен порядок организации и проведения контроля качества и условий предоставления медицинской помощи застрахованным лицам.

Так, согласно ст. 40 Федерального закона N 326-ФЗ контроль объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи медицинскими организациями в объеме и на условиях, которые установлены территориальной программой обязательного медицинского страхования и договором на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, проводится в соответствии с порядком организации и проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи, установленным Федеральным фондом (часть 1).

Согласно ч. 2 данной статьи контроль объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи осуществляется путем проведения медико-экономического контроля, медико-экономической экспертизы, экспертизы качества медицинской помощи.

Как предусмотрено ч. 6 данной статьи экспертиза качества медицинской помощи - выявление нарушений при оказании медицинской помощи, в том числе оценка своевременности ее оказания, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, степени достижения запланированного результата.

Результаты медико-экономического контроля, медико-экономической экспертизы, экспертизы качества медицинской помощи оформляются соответствующими актами по формам, установленным Федеральным фондом (часть 9).

Как указывалось ранее, согласно Акту экспертизы качества медицинской помощи от 15.04.2015 (т.2 л.д.54) по амбулаторной карте № выявлены дефекты медицинской помощи: ненадлежащее качество медицинской помощи приведшее к ухудшению состояния здоровья больной, создание риска прогрессирования заболевания. Рекомендовано соблюдение стандартов наблюдения, обращать внимание на качество проведения скрининговых осмотров.

Наиболее значимыми ошибками экспертом указано: отсутствие онкологической настороженности у больной группы риска, недостаточное проведение углубленных исследований (УЗИ, кольпоскопия, гистероскопия).

Оценивая представленный Акт, суд полагает, что проверка качества оказанной ФИО1 медицинской помощи проведена в порядке, предусмотренном законом, а также приказом ФФОМС от 01.12.2010 №230 «Об утверждении Порядка организации и проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию». На периодэкспертизы качества оказаниямедицинскойпомощи эксперт ФИО16 не могла руководствоваться нормативными актами, вступившими в силу позже (Приказ Минздрава РФ №422ан от 07.07.2015 «Об утверждении критериев оценки качества оказания медицинской помощи»).

Кроме того, выводы, изложенные в указанном Акте взаимоподтверждаются заключением судебной экспертизы, а также заключением экспертизы качества медицинской помощи, составленным врачом-экспертом филиала «Красноярск-РОСНО-МС» ОАО СК «РОСНО-МС». 

В соответствии с положениями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Доводы истца о подложности документов (результата анализа мазка на атипические клетки от 04.02.2012, от 08.12.2009 и от 28.11.2012 по тому основанию, что данные анализы не производились; протокола предоперационной концепции от 30.05.2012, в которой изменен объем оперативного вмешательства и диагноз, а также заключение кольпоскопии от 08.12.2009, которая ей не проводилась) суд отклоняет, поскольку в медицинских документах имеются результаты данных исследований, а ходатайства о назначении почерковедческой экспертизы для идентификации лица, выполнившего подпись в графе «подпись больного» от имени ФИО1 в протоколе предоперационной концепции от 30.05.2012, как и судебной экспертизы медицинских документов, истцом не заявлено.

Доводы представителя ответчика КГБУЗ «НГП №2» о пропуске истцом сроков обращения в суд с настоящим иском (как общего срока 3 года, так и специального- 1 год) суд отклоняет, поскольку в соответствии с абз. 2 и 4 ст. 208 ГК РФ исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина. Требования истцом заявлены в связи с повреждением здоровья вследствие оказания медицинской помощи ненадлежащего качества, а также причинением морального вреда, следовательно, к возникшим правоотношениям применяются положения абз. 2 и 4 ст. 208 Гражданского кодекса РФ.

Суд не находит законных оснований для возмещения за счет ответчиков расходов по оплате проезда ФИО1 к месту лечения и обратно по маршруту Норильск- Москва-Обнинск- Норильск, Москва-Курск-Москва в общем размере 49286,0 руб., исходя из нижеследующего.

Как установлено судом, истец была направлена для оказания ей высокотехнологичной медицинской помощи в ФГБУ «Медицинский радиологический научный центр» Минздрава России в г. Обнинске по направлению Министерства здравоохранения Красноярского края (т.1 л.д.62).

Согласно ст. 1 Федерального закона от 21 ноября 2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" настоящий Федеральный закон регулирует отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации.

Статьей 32 Федерального закона от 21 ноября 2011 N 323-ФЗ определено, что одним из видов медицинской помощи оказываемой, медицинскими организациями, является специализированная, в том числе высокотехнологичная, медицинская помощь.

Направление граждан Российской Федерации, нуждающихся в оказании высокотехнологичной медицинской помощи, в медицинские организации, оказывающие высокотехнологичную медицинскую помощь (далее по тексту- ВМП) гражданам Российской Федерации за счет бюджетных ассигнований, предусмотренных в федеральном бюджете Министерству здравоохранения и социального развития Российской Федерации, в том числе предоставляемых в виде субсидий бюджетам субъектов Российской Федерации, путем применения специализированной информационной системы "Информационно-аналитическая система Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации" осуществляется в соответствии с Порядком направления граждан Российской Федерации для оказания высокотехнологичной медицинской помощи, утвержденным приказом Минздравсоцразвития России от 28 декабря 2011 года N 1689н "Об утверждении порядка направления граждан Российской Федерации для оказания высокотехнологичной медицинской помощи за счет бюджетных ассигнований, предусмотренных в федеральном бюджете Министерству здравоохранения и социального развития Российской Федерации, с применением специализированной информационной системы" (действовавшим на момент возникновения спорных правоотношений).

Согласно п. 2 Порядка направление пациентов, проживающих на территории субъекта Российской Федерации, для оказания ВМП, а также информирование о порядке и условиях оказания ВМП во взаимодействии с Министерством здравоохранения и социального развития Российской Федерации медицинскими организациями, в которых проходят лечение и наблюдение пациенты, и медицинскими организациями, оказывающими ВМП осуществляется органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации в сфере здравоохранения.

Основанием для направления пациента в медицинскую организацию для оказания ВМП является решение Комиссии органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации в сфере здравоохранения по отбору пациентов для оказания ВМП (п. 3 Порядка).

Проведение отбора пациентов и направление их в Комиссию субъекта Российской Федерации осуществляется врачебными комиссиями медицинских организаций, в которых проходят лечение и наблюдение пациенты, по рекомендации лечащего врача на основании выписки из медицинской документации пациента (п. 4 Порядка).

Постановлением Правительства Красноярского края от 20.04.2012 №165-п (в ред. от 19.04.2017 №220-п) утвержден Порядок выплаты компенсации стоимости проезда к месту получения специализированной медицинской помощи, в том числе высокотехнологичной, включая медицинское обследование, в пределах Российской Федерации и обратно гражданам, проживающим на территории Красноярского края, направленным в установленном порядке в медицинские организации, расположенные за пределами Красноярского края, для бесплатного получения такой медицинской помощи и не имеющим права на аналогичные меры социальной поддержки в соответствии с федеральным и краевым законодательством, и сопровождающим их лицам.

Данный Порядок устанавливает правила и процедуру выплаты компенсации стоимости проезда к месту получения специализированной медицинской помощи, в том числе высокотехнологичной, гражданам, проживающим на территории Красноярского края.

Согласно п.2 указанного Порядка, выплата компенсации гражданину, сопровождающему лицу осуществляется министерством здравоохранения Красноярского края на основании заявления о выплате компенсации с указанием способа ее выплаты. 

Выплата компенсации указанной выше категории граждан, осуществляется на основании направления Министерства здравоохранения Красноярского края на лечение в соответствующее учреждение здравоохранения; копии документа о предоставлении гражданину специализированной медицинской помощи, в том числе высокотехнологичной, включая медицинское обследование, выданного медицинской организацией, в которую был направлен гражданин; проездных документов. 

Как усматривается из материалов дела, решение о необходимости направления ФИО1 для оказания ВМП в ФГБУ «Медицинский радиологический научный центр» Минздрава России в г. Обнинске принималось Министерством здравоохранения Красноярского края. 

Как пояснила истец ФИО1 в судебном заседании, она не обращалась с заявлением в Министерство здравоохранения Красноярского края об оплате стоимости проезда к месту лечения и обратно. Таким образом, истцом не соблюден установленный порядок выплаты компенсации стоимости проезда к месту получения высокотехнологичной медицинской помощи, в связи с чем, предусмотренных законом оснований для возложения указанной обязанности на ответчиков у суда не имеется.

Требования истца о взыскании с ответчиков суммы утраченного заработка с учетом основной ставки и по совместительству за период временной нетрудоспособности, начиная с 04.12.2013 по 26.12.2016 в размере: за 2012 год- 134971,92 руб., за 2013 год- 20846,88 руб., за 2014 год- 1 057 050 руб., за 2015 год- 129195 руб. и за 2016 год- 814911 руб., а также за период с 30.05.2012 по 04.07.2012 в размере 134971 руб. не подлежат удовлетворению, поскольку в указанный период истцу выплачивалось в полном объеме пособие по временной нетрудоспособности, а наличие причинно-следственной связи между утратой заработка в связи с временной нетрудоспособностью, связанной с прохождением лечения онкологического заболевания и постлучевых повреждений, и действиями (бездействием) работников ответчиков, связанных с оказанием истцу медицинской помощи ненадлежащего качества, судом не установлено. 

Кроме того, не подлежат удовлетворению требования истца о взыскании расходов на приобретение лекарственных препаратов и изделий медицинского назначения, стоимости платных обследований и консультаций, оплаты социального обслуживания на дому на общую сумму 90564,0 руб. (93664,0-3100).

Суд исходит из того, что истцом не представлено доказательств вынужденности самостоятельного приобретения лекарственных препаратов и получения платных медицинских услуг, невозможности получения лекарственных препаратов в рамках договора ОМС, данные лекарственные препараты приобретались ей не по назначению врача. Невозможность получения консультаций врачей, прохождения обследования УЗИ, МРТ в медицинском учреждении по месту своего жительства в рамках договора ОМС, необходимость обращения за консультацией к врачам, а также обследования УЗИ, МРТ, взятие анализа крови в платных медицинских учреждениях истцом в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ не подтверждена. Данные обследования выполняются бесплатно в поликлинике. Причина проведения данных обследований в другом лечебно-диагностическом учреждении суду не ясна.

Суд вправе удовлетворить исковые требования о возмещении фактически понесенных расходов на приобретение лекарственных препаратов лишь в случае доказанности того, что этому истцу такие препараты были необходимы и не могли быть получены бесплатно, либо что истец фактически был лишен возможности качественно и своевременно получить требуемую ему помощь, однако таковые обстоятельства по делу не установлены.

Данные выводы суда также подтверждаются заключением дополнительной комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от 28.09.2017, проведенной КГБУЗ «Красноярское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» (т.8 л.д.65-156), назначенной по определению суда от 24.08.2017, согласно которому следует, что ФИО1, в ходе оперативного лечения онкологического заболевания 

<

данные изъяты> в стационаре, нуждалась в уходе медицинского персонала во время операции и в раннем (1-3 сутки) послеоперационном периоде. В иные периоды лечения могла обслуживать себя самостоятельно. В исковом заявлении на 46-ти страницах (т.1 л.д.2-24) не представлен перечень лекарственных препаратов использованных для лечения онкозаболевания 

<

данные изъяты>), кассовые чеки на лекарственные препараты, приобретённые ФИО1 именно для лечения

<

данные изъяты>; отсутствует перечень конкретных «дополнительных расходов», понесенных ФИО1 для лечения именно 

<

данные изъяты>, не приведены рекомендации лечащих врачей или иные объективные основания для «дополнительных расходов», требующихся для лечения 

<

данные изъяты>.

Ниже (в пункте 2) перечислены наименования лекарственных препаратов (далее-ЛП), упоминаемые в выписных эпикризах, которые были рекомендованы ФИО1 после стационарных этапов лечения для приёма на амбулаторном этапе лечения, в приёме которых (под контролем лечащего врача) ФИО1 могла нуждаться и которые могли быть приобретены за счёт личных денежных средств.

Лекарственные препараты (ЛП), рекомендованные при выписке из стационара 05.06.2012г. (история болезни №) - для амбулаторного применения в поликлинике по месту жительства:

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

За счёт средств фонда ОМС на стационарном этапе лечения ФИО1 имела право на бесплатное лечение всеми лекарственными препаратами, назначенными лечащим врачом, с записью лекарственных назначений в историю болезни. На амбулаторном этапе лечения ФИО1, являясь инвалидом второй группы с 28.07.2014 года и пенсионером по возрасту, имела право на бесплатное (или со скидкой) приобретение лекарственных препаратов по рецепту лечащего врача по коду льготы 082 или 401. Рецепты на лекарственные препараты, перечисленные в пункте 2, лечащими врачами на амбулаторном этапе лечения не выписывaлись. 

Данные обстоятельства подтверждаются амбулаторной картой ФИО1, согласно которой лечащими врачами указанные лекарственные назначения пациенту не производились.

Требование о возложении на ответчиков расходов на предстоящее лечение, консультации специалистов, необходимые как по основному заболеванию 

<

данные изъяты> так и по заболеваниям, возникшим в результате осложнений основного заболевания, проезд к месту проведения консультаций, обследований, лечения и обратно, так же предстоящие расходы, связанные с посторонним уходом по состоянию здоровья, удовлетворению не подлежит, поскольку оно не конкретное, нуждаемость и необходимость несения данных расходов на будущее никакими доказательствами не подтверждена.

На основании ст. 13 п. 6 Закона РФ "О защите прав потребителей", при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Штраф в соответствии с Законом о защите прав потребителей взыскивается за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, представляет собой штрафную санкцию и взыскивается сверх суммы основного обязательства. Взыскание штрафа за несоблюдение добровольного порядка удовлетворения требований потребителя является не правом, а обязанностью суда.

Согласно п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду. 

В судебном заседании установлен факт некачественногооказанияответчиками медицинских услуг истцу ФИО1 Наличие судебного спора по поводу компенсации моральноговредаи признание судом подлежащими удовлетворению соответствующих требований истца указывает на несоблюдение добровольного порядка удовлетворения требований потребителя ответчиками, которыми и после предъявления иска не было принято мер к добровольному урегулированию спора с истцом как потребителем медицинской услуги.

В связи с чем, у суда имеются законные основания для принятия решения о взыскании в пользу истца штрафа с ответчика КГБУЗ «НГП №2» в размере 150 000,0 руб. из расчета (300000руб.х50%)=150 000,0руб.); а с соответчика КГБУЗ «Норильский межрайонный родильный дом» -76 550 рублей из расчета: (150000+3100)х50%=76550,0 руб.). 

Выводы суда подтверждаются пояснениями сторон, третьих лиц, вышеизложенными материалами дела, подлинниками медицинских карт.

В соответствии с п.4 ч.2 ст.333.36. НК РФ от уплаты государственной пошлины освобождаются истцы по искам, связанным с нарушением прав потребителей.

В силу ст.103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований в бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации. 

Исходя из удовлетворенной части исковых требований имущественного характера, с ответчика КГБУЗ «НГП №2» в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб. (по требованию неимущественного характера) и с ответчика КГБУЗ «Норильский межрайонный родильный дом» в размере 300 руб. -по требованию неимущественного характера и в размере 400 руб. (по требованию имущественного характера (3100х4%, но не менее 400 руб.), а всего 700 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 - удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО1 с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Норильская городская поликлиника №2» компенсацию морального вреда в размере 300000 (триста тысяч) рублей 00 копеек, за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере 150 000 рублей 00 копеек.

Взыскать в пользу ФИО1 с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Норильский межрайонный родильный дом» компенсацию морального вреда в размере 150000 (сто пятьдесят тысяч) рублей 00 копеек, расходы на приобретение сетки (ETHICON) в размере 3 100 руб., за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере 76 550 рублей 00 копеек. 

Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Норильская городская поликлиника №2» государственную пошлину в размере 300 рублей 00 копеек.

Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Норильский межрайонный родильный дом» государственную пошлину в размере 700 рублей 00 копеек в доход местного бюджета.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать за необоснованностью.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда через Норильский городской суд в месячный срок со дня принятия решения судом в окончательной форме. 

Судья: Е.В. Лубенец

Решение в окончательной форме принято 13.02.2018.