УИД: 42RS0017-01-2025-000803-54 Дело № 2-576/2025 

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Новокузнецк 14 июля 2025 года

Кузнецкий районный суд г. Новокузнецка Кемеровской области в составе судьи Шипицыной В.А.,

при секретаре Ефимцевой В.А.,

с участием старшего помощника прокурора Кузнецкого района г. Новокузнецка Козловой Н.Б.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «РУСАЛ Новокузнецкий Алюминиевый Завод», о взыскании компенсации морального вреда в связи с повреждением здоровья и утратой профессиональной трудоспособности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «РУСАЛ Новокузнецкий алюминиевый завод», в котором просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 1000 000 рублей в связи с полученным по вине ответчика профессиональным заболеванием, причинившим вред его здоровью, частичную утрату профессиональной трудоспособности, физические и нравственные страдания. 

Заявленные требования мотивирует тем, что он проработал у ответчика во вредных условиях труда более 25 лет электролизником расплавленных солей в период с 07.07.1998 по 11.04.2025, последние шесть лет бригадиром. Работал он добросовестно, о чем свидетельствует соответствующий раздел трудовой книжки. Кроме как у ответчика контакта с вредным производственным фактором фтором и его соединениями не имел. 

Актом о случае профессионального заболевания ему установлен заключительный диагноз – ... Причиной указанного профессионального заболевания послужило длительное воздействие на его организм вредного производственного фактора – фтора газообразного и солей фтористоводородной кислоты. Вины истца в получении указанного профессионального заболевания не установлено. В п.22 указанного акта указано, какие мероприятия необходимо выполнять работодателю в целях предотвращения подобных профессиональных заболеваний. 

По заключению бюро медико-социальной экспертизы степень утраты профессиональной трудоспособности истца составила 20%. 

В результате полученного профессионального заболевания истец частично лишился профессиональной трудоспособности и здоровья. Он чувствует себя .. В связи с наличием данного заболевания он вынужден был сменить свой образ жизни. 

Истец ФИО1 в судебном заседании просил удовлетворить заявленные требования в полном объеме. Пояснив, что первые проблемы со здоровьем у него начались около 5 лет назад, далее его общее самочувствие и состояние здоровья становилось только хуже. Врачи при обращении истца с конкретными болями и проблемами не придавали должного значения изменениям в его состоянии здоровья, ввиду наличия у него сопутствующих заболеваний. На данный момент он не может помогать супруге по дому, тогда как сын .. и ему также требуется дополнительный уход. В связи с приобретением профессионального заболевания работодатель никаких выплат истцу не производил. Ухудшение состояния его здоровья он связывает только с приобретенным профессиональным заболеванием. Он вынужден принимать лекарственные препараты ..., но существенно общее состояние не улучшается, чтобы снять болевые симптомы он принимает ... С момента постановки диагноза о наличии у него профессионального заболевания, истец продолжал осуществлять трудовую деятельность в занимаемой должности, т.к. трудовые функции «бригадира» не сложные, к тому же он некоторые промежутки времени находился на больничных. 

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании заявленные требования поддержал, пояснив, что в данный момент истец не имеет возможности осуществлять трудовую деятельность на прежних условиях, социальные последствия приобретенного заболевания отразятся на всей его оставшейся жизни. На данный момент вся работа по дому, уход за ... перешли на плечи супруги истца. 

Представитель ответчика АО «РУСАЛ Новокузнецкий Алюминиевый Завод» ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании заявленные требования не признала. Возражая против удовлетворения заявленных требований, пояснила, что работодателем в соответствии со ст. 212 ТК РФ были созданы надлежащие условия труда для истца. Так, ФИО1 был обеспечен средствами индивидуальной защиты, также ему были предоставлены: доплата за работу с вредными и опасными условиями труда в размере 12%, дополнительный отпуск – 14 календарных дней, особый режим труда и отдыха. При этом ответчик не скрывает от своих сотрудников наличие вредных факторов на производстве, работники оснащаются имеющимися актуальными средствами защиты. Работать или не работать во вредных условиях труда – это личный выбор работника. Профессия «электролизник расплавленных солей» включена в Список №1 производств, работ, профессий, должностей и показателей на подземных работах, на работах с особо вредными и особо тяжелыми условиями труда, занятость в которых дает право на пенсию по возрасту (по старости) на льготных условиях. В связи с чем, считает, что истец сам способствовал возникновению у него профессионального заболевания, сознательно добровольно проработав во вредных условиях труд. С учетом фактических обстоятельств дела, учитывая, что степень утраты профессиональной трудоспособности истца не привела к установлению инвалидности и не лишила его возможности трудиться в более комфортных условиях, считает соответствующим принципам разумности и справедливости установить размер компенсации морального вреда в сумме от 110 000 по 120 000 руб. за 10% утраты трудоспособности. 

Суд, выслушав пояснения сторон, заключение старшего помощника прокурора Кузнецкого района г. Новокузнецка Козловой Н.Б., полагавшей необходимым удовлетворить заявленные исковые требования, допросив в судебном заседании свидетеля, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.

В соответствии с Конституцией РФ в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (ч. 2 ст. 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (ч. 1 ст. 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч. 3 ст. 37), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (ч. 1 ст. 39).

Трудовым Кодексом РФ, а именно ч.2 ст. 22 на работодателя возложена обязанность по соблюдению трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечению безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещению вреда, причиненного работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсации морального вреда в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. 

Трудовой кодекс РФ особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (ст. 219 Трудового кодекса РФ).

Согласно ст. 220 ТК РФ государство гарантирует работникам защиту их права на труд в условиях, соответствующих требованиям охраны труда. Условия труда, предусмотренные трудовым договором, должны соответствовать требованиям охраны труда.

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возложена на работодателя статьей 212 ТК РФ.

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью застрахованного при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных законом случаях, предоставляется в порядке обязательного социального страхования. 

Отношения по данному виду обязательного социального страхования регулируются Федеральным законом от 24.07.1998 N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Из положений статьи 22 ТК РФ следует, что работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены данным Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Из разъяснений, изложенных в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" следует, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права, например, здоровье.

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац 2 ч. 3 ст. 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда. 

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 1, 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости, о чем разъяснено в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации». 

Из приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что по общему правилу необходимыми условиями для возложения на работодателя обязанности по компенсации морального вреда работнику являются: наступление вреда, противоправность деяния причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Следовательно, обязанность по компенсации морального вреда может быть возложена на работодателя при наличии его вины в причинении вреда.

Статья 184 ТК РФ предусматривает, что при повреждении здоровья вследствие профессионального заболевания виды, объемы и условия предоставления гарантий и компенсаций определяются федеральными законами.

Федеральным законом ФЗ-125 «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 02.07.1998 дано определение понятию «профессиональное заболевание» как острое или хроническое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

Из материалов дела следует и судом установлено, что ФИО1 проработал на предприятии ответчика более 25 лет. Так, 07.07.1998 истец принят в электролизный цех № электролизником расплавленных солей по 5 разряду в ОАО «Новокузнецкий Алюминиевый завод», 01.06.2006 он переведен в 6-ую серию корпусов электролиза дирекции по электролизу электролизником расплавленных солей по 5 разряду. 01.08.2006 ему присвоен 6 разряд электролизника расплавленных солей, в том же подразделении. 15.05.2009 ФИО1 переведен в 8-ой корпус электролиза дирекции по электролизному производству электролизником расплавленных солей по 6 разряду. 15.11.2009 переведен в 6-ую серию корпусов электролиза дирекции по электролизному производству электролизником расплавленных солей по 6 разряду. 23.04.2019 истец переведен электролизником расплавленных солей (бригадиром) 6 разряда в том же подразделении. 11.04.2025 трудовой договор расторгнут с истцом по инициативе работника (по собственному желанию) п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ (л.д. 7-12). 

Санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания № от 13.09.2021 установлено, что вредным производственным фактором в развитии заболевания ... является фтор и его соединения, с которыми ФИО1 контактировал в профессиях электролизника расплавленных солей, электролизника расплавленных солей (бригадир) в АО «РУСАЛ Новокузнецк» (п.4). Условия труда электролизника расплавленных солей характеризуется комплексом одновременно действующих неблагоприятных производственных факторов: загазованностью и запыленностью воздуха рабочей зоны, неблагоприятным микроклиматом, физическими нагрузками. Время воздействия вредных производственных факторов составляет около 80% продолжительности времени смены (п.4.1) (л.д. 14-17). 

По результатам нахождения ФИО1 в период с 12.04.2022 по 25.04.2022 в стационарном отделении № клиники НИИ КПГПЗ на обследовании и лечении, у него выявлены признаки действия фтора и его соединений в ... Рекомендовано динамическое наблюдение и лечение у .., профилакторий, установлено, что в профессии электролизника расплавленных солей истец трудоспособен.

В результате нахождения в стационарном отделении № клиники НИИ КПГПЗ на обследовании и лечении в период с 03.04.2023 по 14.04.2023, установлено, что в динамике наблюдения с 2022 у истца сохраняются признаки действия фтора и его соединений в ... При этом истец трудоспособен в профессии электролизника расплавленных солей. Рекомендовано динамическое наблюдение и лечение у терапевта и ...

В период с 08.04.2024 по 25.04.2024 истец находился в стационарном отделении № клиники НИИ КПГПЗ на обследовании и лечении с диагнозом: ... По результатам лечения истцу противопоказана работа в условиях воздействия фтора и его соединений, рекомендовано динамическое наблюдение и лечение у .. (л.д. 35). 

Актом о случае профессионального заболевания от 20.06.2024, утвержденного зам. 

руководителя Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Кемеровской области –Кузбассу, истцу установлен заключительный диагноз: .. Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм вредного производственного фактора: гидрофторида (в перерасчете на фтор). Воздействию данного фактора ФИО1 подвергался в течение 25 лет, при исполнении трудовых обязанностей в профессиях электролизник расплавленных солей, электролизник расплавленных солей (по технологической обработке), электролизник расплавленных солей (бригадир), концентрации которого превышали гигиенические нормативы, вследствие несовершенства технологических процессов. При этом наличие вины работника в получении профессионального заболевания не установлено (л.д.18-23). 

В п.22 исследуемого акта работодателю истца в целях ликвидации и предупреждения профессиональных заболеваний или отравлений предлагается, в том числе: разработать мероприятия в профессии электролизник расплавленных солей (бригадир) дирекции по производству, направленные на приведение концентраций гидрофторида (в перерасчете на фтор) до гигиенических нормативов с учетом требований п.4.26, 4.32 СП 2.2.3670-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям труда», обеспечить диспансерное наблюдение работников с выявленными профессиональными заболеваниями либо отклонениями в состоянии здоровья, которые можно связать с профессиональным фактором. 

Бюро медико-социальной экспертизы №24 ФКУ «ГБ МСЭ по Кемеровской области» Минтруда России» степень утраты профессиональной трудоспособности, на основании представленных документов, установлена ФИО1 в размере 20% с 21.11.2024 г. до 01.12.2026 (л.д. 13). 

Обращаясь в суд с заявленными исковыми требованиями, истец просит взыскать с ответчика АО «РУСАЛ Новокузнецк» компенсацию морального вреда в сумме 1000 000 рублей. Считает, что данная сумма является достаточной для удовлетворения нравственно-физических страданий, которые он понес в связи с установленной утратой профессиональной трудоспособности в размере 20 % ввиду наличия профессионального заболевания.

Программой реабилитации пострадавшего в результате профессионального заболевания истцу назначено применение лекарственных препаратов: .. установлена нуждаемость в санаторно-курортном лечении. При изменении условий труда ему доступна профессиональная деятельность в оптимальных, допустимых условиях труда (л.д. 24-26). 

В обоснование возражений на заявленные исковые требования, представитель ответчика ссылается на тот факт, что заявленная истцом сумма компенсации морального вреда не соответствует объему и характеру причиненных истцу нравственных и физических страданий. 

Изучив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что в ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что имеющееся у истца профессиональное заболевание возникло в результате его работы в профессиях электролизник расплавленных солей, электролизник расплавленных солей (по технологической обработке), электролизник расплавленных солей (бригадир) дирекции по производству – более 25 лет подвергался длительному воздействию на организм вредного производственного фактора: гидрофторида (в перерасчете на фтор). Заболевание является профессиональным, что подтверждается актом о случае профессионального заболевания от 20.06.2024 которым установлено, что непосредственной причиной профессионального заболевания явилось длительное воздействие на организм истца гидрофторида (в перерасчете на фтор). 

Доказательств, бесспорно подтверждающих, что профессиональное заболевание возникло у истца не в периоды работы у ответчика, суду предоставлено не было, факт трудовых отношений истца на предприятии ответчика не оспаривался, а также факт наличия вредных производственных факторов, указанных в Акте о случае профессионального заболевания от 20.06.2024 и в санитарно-гигиенической характеристике. Более того, АО «РУСАЛ Новокузнецкий алюминиевый завод» на протяжении всей профессиональной деятельности истца являлся его единственным работодателем. 

Из чего следует, что истец осуществлял трудовую деятельность в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов на предприятии ответчика, вред здоровью истца причинен ответчиком АО «РУСАЛ Новокузнецк», на котором лежали обязанности по обеспечению безопасных условий труда истцу. В акте о случае профессионального заболевания указано ответчику на необходимость разработки мероприятий в профессиях электролизник расплавленных солей (бригадир) дирекции по производству, направленные на приведение концентраций гидрофторида (в перерасчете на фтор) до гигиенических нормативов с учетом требований п.4.26, 4.32 СП 2.2.3670-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям труда»; обеспечить диспансерное наблюдение работников с выявленными профессиональными заболеваниями либо отклонениями в состоянии здоровья, имеющих наличие на рабочем месте химического производственного фактора – гидрофторид (в перерасчете на фтор). При этом наличие вины работника ФИО1 в возникновении у него профессионального заболевания не установлено. Полученное истцом профессиональное заболевание находится в причинно-следственной связи с выполнением им работы и условиями труда в АО «РУСАЛ Новокузнецк». 

Устанавливая степень вины ответчика, суд принимает во внимание, что профессиональное заболевание возникло у истца не одномоментно, а в течение длительного времени работы (на протяжении более 25 лет), так как причиной данного профессионального заболевания является длительное воздействие на организм вредных производственных факторов. Наличие таких факторов установлено санитарно-гигиенической характеристикой условий труда. 

В соответствии с п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания. 

При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Из разъяснений, данных в абзаце 2 п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», следует, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как указано, что в случае спора размер компенсации морального вреда должен быть определен судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

В соответствии с разъяснениями п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

В п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В ходе судебного разбирательства судом достоверно установлено, что ФИО1 причинены физические страдания, выразившиеся в физической боли, которые он переносит в результате профессионального заболевания – болезненные ощущения из-за воздействия гидрофторидов .., в связи с чем истец испытывает нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях по поводу .. заниматься любым делом, помогать своим близким. 

Факт физических страданий подтверждается самим характером заболеваний истца: ... а также показаниями истца, свидетеля, медицинским заключением. 

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля БНН пояснила, что истец является ее мужем. Около 5 лет назад супруг стал жаловаться на боли ... с каждым днем боли становятся все сильнее. Помогать по дому муж ей больше не может. Данные боли она связывает с наличием у него профессионального заболевания, которое было приобретено в результате длительной работы у ответчика во вредных производственных факторах 

Из доказательств, имеющихся в материалах дела усматривается, что при изменении условий труда, истцом возможно продолжение выполнения профессиональной деятельности, предшествующей установлению профессионального заболевания, при изменении условий труда, влекущим снижение заработка пострадавшего. 

ФИО1 в обоснование заявленных исковых требований предоставляет сведения о прохождении рекомендованного лечения в медицинских учреждениях. При этом из выписки из медицинской карты стационарного больного ФГБУ «НИИ комплексных проблема гигиены и профессиональных заболеваний» ФИО1 № по результатам его нахождения на обследовании и лечении в период с 08.04.2024 по 25.04.2024 ему рекомендован контроль в клинике через год с актом расследования профзаболевания. Однако в материалы дела сведения о прохождении истцом контроля профессионального заболевания не представлены. Вместе с тем, ФИО1 представлены медицинские документы о прохождении лечении и контроле общего состояния здоровья в иных медицинских учреждениях. 

В соответствии с пунктом 25 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Также судом учитывается, что в добровольном внесудебном порядке ответчик выплату компенсации морального вреда истцу не произвел ввиду отсутствия указанных положений в отраслевом соглашении и коллективном договоре. 

Доводы представителя ответчика о наличии у истца возможности выбора осуществления трудовой деятельности во вредных условиях, не исключают вины ответчика в развитии профессионального заболевания истца, как и не исключает причинение истцу моральных и нравственных страданий именно в связи с получением профессионального заболевания, и не могут являться основанием для освобождения от ответственности. 

Обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности истца, наличии в его действиях признаков злоупотребления правом не установлено. Из материалов дела видно, что вины ФИО1 в возникновении у него профессионального заболевания не установлено, доказательств неприменения истцом эффективных специальных средств защиты органов дыхания, предоставленных работодателем в материалы дела не представлены. 

Доводы представителя ответчика о наличии у истца возможности выбора осуществления трудовой деятельности во вредных условиях, не исключают вины ответчика в развитии профессионального заболевания истца, как и не исключает причинение истцу моральных и нравственных страданий именно в связи с получением профессионального заболевания, и не могут являться основанием для освобождения от ответственности. Тем более представленными в материалы дела медицинскими документами (копий из амбулаторных карт) усматривается факт наличия у истца жалоб .. с 2019 года. Санитарно-гигиенической характеристикой № от 13.09.2021 установлено контактирование ФИО1 с вредными производственными факторами в профессиях электролизника расплавленных солей, электролизника расплавленных солей (бригадир), действуя последовательно, истец ежегодно проходил необходимое обследование в НИИ КПГПЗ, но диагноз о наличии у него профессионального заболевания был установлен только в 2024 году. 

Доводы представителя ответчика о наличии у истца общих сопутствующих заболеваний не исключают вины ответчика в развитии профессионального заболевания истца, как и не исключает причинение истцу моральных и нравственных страданий именно в связи с получением профессионального заболевания, и не могут являться основанием для освобождения от ответственности. 

Таким образом, в ходе судебного разбирательства судом достоверно установлено, что ФИО1 понесены физические страдания, выразившиеся в физической боли, перенесенной в результате профессионального заболевания – болезненные ощущения из-за хронической интоксикации гидрофторидом, нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях по поводу .. Установив данные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что вина ответчика в пережитых нравственных и физических страданиях истца установлена.

Определяя сумму компенсации морального вреда, суд учитывает, что истцу установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 20% до 01.12.2026, учитывает возраст истца (45 лет), пояснения свидетеля, показавшего о состоянии истца и имеющихся у него болей, а также ввиду наличия в материалах дела доказательств систематического обращения истца за медицинской помощью, прохождения лечения по профессиональному заболеванию, суд полагает необходимым взыскать компенсацию морального вреда в размере 230 000 рублей.

Ссылка представителя ответчика на практику судов города по взысканию компенсации морального вреда в отношении иных работников АО «РУСАЛ Новокузнецкий алюминиевый завод», не является основанием для снижения определенного судом по данному гражданскому делу размера компенсации морального вреда в отношении истца, поскольку физические и нравственные страдания оцениваются и рассматриваются судом в каждом конкретном случае индивидуально, с учетом всех обстоятельств по делу и не являются шаблонными.

В соответствии со ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Учитывая, что истец в силу закона освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче в суд иска о взыскании компенсации морального вреда, причиненного здоровью, с ответчика, не освобожденных законом от оплаты государственной пошлины, подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина, согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ и в размере, определенном ст.333.19 НК РФ, в сумме 3000 рублей. 

Руководствуясь ст.ст. 11-12, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с Акционерного общества «РУСАЛ Новокузнецкий Алюминиевый Завод» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (паспорт серии № компенсацию морального вреда, причиненного в связи с повреждением здоровья и утратой профессиональной трудоспособности в размере 230 000 рублей.

Взыскать с Акционерного общества «РУСАЛ Новокузнецкий Алюминиевый Завод (ИНН 

<

***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца с момента его изготовления в окончательной форме через кузнецкий районный суд г.Новокузнецка.

Мотивированное решение изготовлено 28.07.2025 года.

Судья В.А. Шипицына