Дело № 2-798/19 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

12 февраля 2019г. Санкт-Петербург

Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи А.Н. Рябинина,

при секретаре А.А. Новик,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к ФИО6 о возмещении ущерба, взыскании судебных расходов, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 обратился в суд с иском к ФИО6, указывая на то, что 17.01.2017г. произошло дорожно-транспортное происшествие с участием принадлежащего истцу автомобиля БМВ г.р.з. 

<

№> под его управлением и автомобиля Ауди г.р.з. 

<

№> под управлением ФИО6 Ответственность ответчика застрахована не была. В результате ДТП автомобиль БМВ г.р.з. 

<

№> получил повреждения. Согласно заключению эксперта № 2303170344 от 04.04.2017г. величина материального ущерба, причинённого автомобилю истца, составила 461400 руб. Органами ГИБДД виновность участников ДТП установлена не была, производство по делу об административном правонарушении в отношении сторон было прекращено. Полагая, что в ДТП имеется обоюдная вина сторон, ФИО5 просил взыскать с ФИО6 в счёт возмещение ущерба, причинённого автомобилю БМВ г.р.з. 

<

№>, денежные средства в размере 272050 руб., убытки по эвакуации автомобиля в размере 20000 руб., судебные расходы по оценке ущерба в размере 12350 руб., по дефектовке в размере 9000 руб., по оплате юридических услуг представителя в размере 25500 руб., по оплате доверенности на представителя в размере 1700 руб. и по оплате государственной пошлины в размере 5921 руб. 

ФИО5 в судебное заседание не явился, просил слушать дело в его отсутствие, направил в суд своего представителя, который в заседание явился, исковые требования поддержал. 

ФИО6 и его представитель в судебное заседание явились, против удовлетворения иска возражали, полагали, что виновным в ДТП является сам истец.

Изучив и оценив материалы дела, выслушав объяснения сторон, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно п. 8.1 ПДД РФ перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Согласно п. 10.1 ПДД РФ при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Согласно п. 6.14 ПДД РФ водителям, которые при включении желтого сигнала или поднятии регулировщиком руки вверх не могут остановиться, не прибегая к экстренному торможению в местах, определяемых п. 6.13 Правил, разрешается дальнейшее движение.

Согласно п. 13.4 ПДД РФ при повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо.

Согласно п. 1.2 ПДД РФ «уступить дорогу (не создавать помех)» - требование, означающее, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость.

Как следует из материалов ОГИБДД по факту спорного ДТП, 17.01.2017г. около 17-40 по адресу: Санкт-Петербург, ул. Парашютная – ул. Долгоозёрная, имело место ДТП с участием автомобиля БМВ г.р.з. 

<

№> под управлением ФИО5 и автомобиля Ауди г.р.з. 

<

№> под управлением ФИО6 Из объяснений водителя ФИО5 следует, что он двигался по ул. Долгоозёрная от пр. Королёва в сторону ул. Парашютная со скоростью 2-5 км/ч. На перекрёсток ул. Долгоозёрная и ул. Парашютная выехал на разрешающий сигнал светофора, собирался совершить поворот налево. На середине перекрёстка остановился для того, чтобы пропустить встречный транспорт. Когда по ул. Долгоозёрная загорелся запрещающий сигнал светофора, продолжил движение, чтобы завершить манёвр. Второго участника ДТП видел на достаточном расстоянии, двигался в среднем ряду прямо в сторону ул. Долгоозёрная. При завершении поворота почувствовал удар в правую часть своего автомобиля. В данном ДТП считает себя не виновным, так как завершал манёвр на перекрёстке с поворотом налево и оценивал расстояние до встречного транспорта как достаточное для того, освобождал перекрёсток на жёлтый сигнал светофора. 

Из объяснений водителя ФИО6 следует, что он двигался по ул. Долгоозёрная от ул. Автобусная в сторону ул. Парашютная со скоростью около 50 км/ч в средней полосе движения. На перекрёстке ул. Долгоозёрная и ул. Парашютная горел зелёный сигнал светофора. Манёвров не совершал. Выехал на центр перекрёстка, за 5-7 метров увидел второго участника ДТП, он совершал манёвр поворота налево. Для предотвращения ДТП применил экстренное торможение, но столкновение избежать не удалось. В данном ДТП считает себя не виновным.

Аналогичные объяснения стороны давали в ходе рассмотрения дела.

В виду противоречивости версий водителей, отсутствие данных, позволяющих опровергнуть одну из версий и определить, каким образом развивалась дорожно-транспортная ситуация, что бы установить наличие состава административного правонарушения, производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО5 и ФИО6 было прекращено.

Из объяснений ФИО4 данных в ГИБДД, следует, что он находился в автомобиле БМВ г.р.з. 

<

№>, автомобиль БМВ совершал маневр поворота налево с ул. Долгоозёрная на ул. Парашютная. Автомобиль Ауди двигался со стороны ул. Вербная в сторону ул. Долгоозёрная. Автомобиль БМВ двигался со скоростью 2-5 км/ч, автомобиль Ауди находился на значительном расстоянии. Автомобиль БМВ выехал на зелёный сигнал светофора, пропустив встречный транспорт, продолжил манёвр. Заканчивал манёвр на жёлтый сигнал светофора. Случившаяся ранее авария на перекрёстке ул. Долгоозёрная и ул. Парашютная затрудняла проезд всему транспорту. Автомобиль Ауди выезжал на перекрёсток на жёлтый сигнал светофора. 

Согласно объяснениям ФИО1 данных в ГИБДД, она находилась в автомобиле БМВ г.р.з. 

<

№>, автомобиль БМВ совершал поворот со стороны ул. Долгоозёрная на ул. Парашютная, автомобиль Ауди двигался прямо. Автомобиль БМВ освобождал перекрёсток на жёлтый сигнал светофора.

Согласно объяснениям ФИО2 данных в ГИБДД, он находился в автомобиле Пежо г.р.з. 

<

№> в качестве пассажира, на перекрёстке ул. Долгоозёрная и ул. Парашютная он видел ДТП, в котором автомобиль Ауди двигавшийся впереди в попутном им направлении врезался в автомобиль БМВ, совершавший поворот с ул. Долгоозёрная на ул. Парашютная во встречном им направлении. Автомобиль выехал на перекрёсток достаточно резко и неожиданно, перекрыв одну из полос для движения. Сигнал светофора вероятно был зелёным, так как, если бы не произошедшее перед ними ДТП, то они бы совершили проезд перекрёстка. 

Из объяснений водителя автомобиля Пежо г.р.з. 

<

№> ФИО3 следует, что он двигался по ул. Долгоозёрная, в 17-40 на перекрёстке ул. Долгоозёрная на ул. Парашютная пред ним двигался автомобиль Ауди, который проезжал перекрёсток на зелёный сигнал светофора. На середине перекрёстка ему на встречу наперерез выехал автомобиль БМВ, который заканчивал поворот налево с ул. Долгоозёрная на ул. Парашютная, после чего произошло ДТП. Автомобиль БМВ поворачивал третьим рядом, объехав два ряда стоящих автомобилей на левый поворот. 

По ходатайству ответчика определением суда от 19.11.2018г. по делу была назначены судебная автотехническая экспертиза.

Согласно выводам заключения эксперта № 271-ат/18-19 от 09.01.2019г., столкновение было перекрёстным. В рамках представленных материалов не представило возможным установить, какая из версий водителе является наиболее состоятельной с технической точки зрения. Исследование проводилось по двум версиям: версия водителя Ауди г.р.з. 

<

№> ФИО6: он двигался через перекрёсток на зелёный сигнал светофора; версия водителя БМВ г.р.з. 

<

№> ФИО5: автомобиль Ауди выезжал на перекрёсток на жёлтый сигнал светофора. 

По версии ФИО6: в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля Ауди должен был действовать в соответствии с требованиями абз. 2 п. 10.1 ПДД РФ, водитель автомобиля БМВ должен был действовать в соответствии с требованиями пунктов 8.1, 13.4 ПДД РФ. В том случае, если в момент возникновения опасности для водителя автомобиля Ауди расстояние до места столкновения было менее 46,7 м., то водитель автомобиля Ауди не имел технической возможности предотвратить столкновение с автомобилем БМВ путём торможения. В том случае, если в момент возникновения опасности для водителя автомобиля Ауди расстояние до места столкновения было более 46,7 м., то водитель автомобиля Ауди имел техническую возможность предотвратить столкновение с автомобилем БМВ путём торможения. Предотвращение ДТП зависело от объективных действий водителя автомобиля БМВ, то есть своевременного выполнения требований пунктов 8.1, 13.4 ПДД РФ. Если водитель автомобиля Ауди не имел технической возможности предотвратить столкновении, то в его действиях несоответствия требованиям ПДД не усматривается. Если водитель автомобиля Ауди имел техническую возможность предотвратить столкновение, то его действия не соответствуют требованиям абз. 2 п. 10.1 ПДД РФ. Действия водителя автомобиля БМВ не соответствуют требованиям пунктов 8.1, 13.4 ПДД РФ. С технической точки зрения причиной ДТП явилось невыполнение водителем автомобиля БМВ требований пунктов 8.1, 13.4 ПДД РФ. Кроме того, если водитель автомобиля Ауди имел техническую возможность предотвратить столкновение, то с технической точки зрения причиной ДТП также явилось невыполнение им требований абз. 2 п. 10.1 ПДД РФ.

По версии ФИО5: в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля Ауди должен был действовать в соответствии с требованиями п. 6.14, абз. 2 п. 10.1 ПДД РФ, водитель автомобиля БМВ должен был действовать в соответствии с требованиями пунктов 8.1, 13.4 ПДД РФ. В том случае, если в момент возникновения опасности для водителя автомобиля Ауди расстояние до места столкновения было менее 46,7 м., то водитель автомобиля Ауди не имел технической возможности предотвратить столкновение с автомобилем БМВ путём торможения. В том случае, если в момент возникновения опасности для водителя автомобиля Ауди расстояние до места столкновения было более 46,7 м., то водитель автомобиля Ауди имел техническую возможность предотвратить столкновение с автомобилем БМВ путём торможения. Предотвращение ДТП зависело от объективных действий водителя автомобиля БМВ, то есть своевременного выполнения требований пунктов 8.1, 13.4 ПДД РФ. Если водитель автомобиля Ауди не имел технической возможности предотвратить столкновении, то в его действиях несоответствия требованиям ПДД не усматривается. Если водитель автомобиля Ауди имел техническую возможность предотвратить столкновение, то его действия не соответствуют требованиям абз. 2 п. 10.1 ПДД РФ. Действия водителя автомобиля БМВ не соответствуют требованиям пунктов 8.1, 13.4 ПДД РФ. С технической точки зрения причиной ДТП также явилось невыполнение водителем автомобиля БМВ требований пунктов 8.1, 13.4 ПДД РФ. Кроме того, если водитель автомобиля Ауди имел техническую возможность предотвратить столкновение, то с технической точки зрения причиной ДТП также явилось невыполнение им требований абз. 2 п. 10.1 ПДД РФ.

В том случае, если за момент возникновения опасности принимать момент обнаружения автомобиля БМВ водителем Ауди согласно его объяснениям (увидел за 5-7 м. до перекрёстка, автомобиль совершал левый поворот с ул. Долгоозёрная на ул. Парашютная), то тогда, с учётом схемы ДТП, в момент возникновения опасности водитель автомобиля Ауди располагался на расстоянии 5-7 м. до линии пересечения границ проезжих частей, и, соответственно, на расстоянии 10-12 м. до места столкновения. В данном случае это значит, что при данных условиях водитель автомобиля Ауди не имел технической возможности предотвратить ДТП. Следовательно, в действиях водителя автомобиля Ауди несоответствий требованиям ДЖЖ не усматривается. 

Суд считает, что оснований не доверять заключению эксперта № 271-ат/18-19 от 09.01.2019г. не имеется, экспертное исследование проводилось экспертом, имеющими необходимую квалификацию, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Заключение экспертизы соответствует ст. 86 ГПК РФ, содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Неясности и противоречия заключение не содержит. Экспертиза проведена в соответствии с требованиями закона, на основании определения суда. 

В ходе рассмотрения дела объяснения ответчика о том, что он увидел автомобиль БМВ за 5-7 м. до перекрёстка, опровергнуты не были. 

Оценивая имеющиеся в делу доказательства, суд приходит к выводу, что непосредственной причиной ДТП явилось невыполнение ФИО5 требований пунктов 8.1, 13.4 ПДД РФ, а в действиях ФИО6 нарушений требований ПДД РФ не имеется. 

В связи с изложенным, поскольку суд пришёл к выводу, что виновным в спорном ДТП является истец, то оснований для удовлетворения исковых требований и возложения обязанности по возмещению причинного истцу ущерба на ответчика не имеется.

Поскольку суд пришёл к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований о возмещении ущерба, то требования о взыскании судебных расходов также удовлетворению не подлежат. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 56, 67, 68, 69, 71, 194-198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО5 – отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца.

Судья: подпись

Мотивированное решение изготовлено 18.02.2019г.