Судья первой инстанции Пашук И.О. Дело №22-2370/2024

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Томск 7 октября 2024 года

Томский областной суд в составе председательствующего судьи Уткиной С.С.,

при секретарях Дроздове Д.А., Типигине С.С.,

с участием осужденной ФИО1, 

ее защитника – адвоката Стародумова И.И.,

прокурора Конопатовой В.П.

рассмотрел в судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению и дополнениям к нему прокурора Томского района Томской области Иванова С.А., апелляционной жалобе и дополнениям к ней адвоката Стародумова И.И. в защиту интересов осужденной ФИО1 на приговор Томского районного суда Томской области от 17 июня 2024 года, которым 

ФИО1, родившаяся /__/, не судимая; 

осуждена по ч.1 ст.264 УК РФ к 1 году 6 месяцам ограничения свободы, с установлением ограничений: не выезжать за пределы территории муниципального образования /__/, не изменять место жительства (пребывания) без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, с возложением обязанности являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, два раза в месяц для регистрации, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года.

До вступления приговора в законную силу мера пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения.

Гражданский иск потерпевшего О. постановлено передать на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

Также по делу разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств: по вступлению приговора в законную силу постановлено снять ограничения с автопоезда в составе седельного тягача «Scania G440LA4X2HNA» с государственным регистрационным знаком /__/ и полуприцепа «Шмитц SKО24» с государственным регистрационным знаком /__/, выданного представителю собственника К., а также с автопоезда в составе автомобиля «LADA Largus» с государственным регистрационным знаком /__/ и прицепа «МЗСА» с государственным регистрационным знаком /__/, возвращенного подсудимой ФИО1; оптический диск с фотофайлами – хранить при уголовном деле.

Изучив материалы дела, заслушав выступление прокурора Конопаовой В.П., поддержавшей доводы апелляционного представления и возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы, осужденной ФИО1 и ее защитника – адвоката Стародумова И.И., поддержавших доводы апелляционной жалобы, возражавших против апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

приговором суда ФИО1 признана виновной в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшим по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека. 

Преступление совершено в период времени с 10 часов 00 минут до 10 часов 40 минут 25 декабря 2021 года на территории /__/ Томской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления не признала.

В апелляционном представлении и дополнениях к нему прокурор Томского района Томской области Иванов С.А. выражает несогласие с приговором, считает его незаконным и подлежащим отмене в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона и неправильным применением уголовного закона. Ссылаясь на положения ч.1 ст.307 УПК РФ, ст.6, ч.2 ст.15, п.«а» ч.1 ст.78 УК РФ, указывает, что на момент вынесения приговора в отношении ФИО1 срок давности привлечения ее к уголовной ответственности истек, так как инкриминируемое ей преступление относится к категории небольшой тяжести, совершено 25 декабря 2021 года, и предусмотренный ч.1 ст.78 УК РФ двухгодичный срок истек на момент постановления обжалуемого приговора. Автор представления также обращает внимание на то, что при назначении ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года, суд не мотивировал принятое решение, указав лишь, что данный вид наказания является обязательным. Однако, данный вывод суда является ошибочным, поскольку ч.1 ст.264 УК РФ не предусматривает такой вид дополнительного наказания, как лишение права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на 2 года. С учетом приведенных доводов полагает, что принятое судом решение о назначении дополнительного наказания является немотивированным и необоснованным. Просит приговор Томского районного суда Томской области от 17 июня 2024 года в отношении ФИО1 отменить, освободить ее от назначенного наказания на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Стародумов И.И. в защиту интересов осужденной также выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным, необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального и процессуального права, и подлежащим отмене. Указывает, что при рассмотрении дела в суде и постановлении приговора были нарушены положения ст.14 УПК РФ, сторона обвинения не представила доказательства виновности ФИО1 по ч.1 ст.264 УК РФ, при этом представленные стороной защиты доказательства невиновности осужденной и виновности второго водителя О. судом не приняты во внимание. Обращает внимание на то, что ДТП произошло 25 декабря 2021 года, органами следствия ФИО1 обвинялась в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ, относящегося к категории небольшой тяжести, в связи с чем срок ее привлечения у уголовной ответственности на момент рассмотрения дела в суде истек. Однако в судебном заседании перед его подзащитной вопрос о прекращении уголовного дела в связи с истечением сроков давности не ставился. Кроме того, указывает, что в случае постановки обвинительного приговора при отсутствии согласия ФИО1 на прекращение дела, суд обязан был освободить последнюю от наказания. Приведенные обстоятельства, по мнению защитника, свидетельствуют о существенном нарушении уголовно-процессуального закона и прав осужденной, влекущих отмену приговора. Отмечает, что в нарушение ч.2.1 ст.58 УПК РФ суд отказал защитнику в допросе в качестве специалиста – автотехника Д., явка которого в суд была обеспечена стороной защиты. Полагает, что показания потерпевшего О. по обстоятельствам дела не соответствуют действительности, потерпевший пытается избежать ответственности за произошедшее ДТП, представив виновной в ДТП ФИО1 Анализируя показания потерпевшего и материалы дела, в том числе заключения экспертов №257-Г, 178-М, №01066/6-1-23,01067/6-1-23,01068/6-1-23, протокол осмотра места происшествия от 25.12.2021, фотографию с места происшествия, а также ответ на запрос от 05.06.2024, представленный потерпевшей стороной, настаивает, что О. в суде дал ложные показания, поскольку в действительности при ДТП не был пристегнут ремнем безопасности, повреждения ему причинены вследствие нарушения п.2.1.1 ПДД РФ и собственной халатности, а также О. не предпринимал мер к торможению своей машины. В подтверждение данных доводов со ссылкой на перечисленные доказательства указывает, что при столкновении автомобилей потерпевший упал между сиденьями, ремень безопасности в машине потерпевшего не был поврежден при ДТП, протокол осмотра места происшествия подписан без каких-либо замечаний в присутствии понятых. Кроме того, в представленном потерпевшим ответе на запрос содержатся сведения об отсутствии в грузовом автомобиле ремня безопасности, что также, по мнению автора жалобы, свидетельствует о намерении потерпевшего ввести суд в заблуждение. Анализируя показания свидетеля С. и обстоятельства дела, считает, что данного свидетеля не было на месте ДТП, он не участвовал в составлении схемы ДТП, в силу чего его показания являются фиктивными, подлежат критической оценке и исключению из числа доказательств. Со ссылкой на показания свидетеля Я. в суде, акт изъятия у данного свидетеля диска с фотографиями (т.1 лд.92), утверждает, что показания данного свидетеля, в том числе в части наличия или отсутствия следов торможения и волочения на месте происшествия, а также обстоятельств передачи фотографий, сделанных им на месте ДТП, являются противоречивыми и не могут быть приняты во внимание, а сам диск с фотографиями от 25.12.2021 следует признать недопустимым доказательством. Обращает внимание также на то, что прокурором не изучались данные фотографии и не устанавливалось их наличие, в связи с чем, данные фотографии нельзя использовать в числе доказательств, равно как и заключения автотехнических экспертиз, произведенных на основании данных фотоснимков. С учетом показаний осужденной ФИО1, потерпевшего О., свидетеля Л. на предварительном следствии, данных с места происшествия, сведений, содержащихся в карте вызова скорой медицинской помощи (т.1 л.д. 78), а также с учетом допроса свидетеля Л. спустя два года после произошедшего, настаивает, что показания данного свидетеля подлежат критической оценке, поскольку Л. не было на месте ДТП, и она не могла видеть, каким образом располагалась фура после столкновения, а также не могла располагать сведениями о наличии либо отсутствии следов торможения, волочения и пояснений осужденной, которые последняя давала на месте ДТП. Обращает внимание на описание обстоятельств ДТП в заключениях экспертов №171, 126, а также в показаниях свидетеля Л., отмечая, что свидетелем и экспертами указано разное место ДТП, а именно, 108 км, 109 км и 10.8-10.9 км автодороги, что, по мнению автора жалобы, влечет недопустимость указанных экспертиз, и не может быть признано технической ошибкой. Ссылаясь на ходатайство от 17.05.2023, постановление следователя от 18.05.2023, сопроводительное письмо от 19.05.2023, отмечает, что одним из важных вопросов в механизме ДТП являлись вопросы «работы» ремня безопасности у водителя автомобиля «Скания», которые стороной защиты предлагалось поставить на разрешение экспертов, но данные вопросы фактически не были включены следователем в соответствующее постановление, а уведомление о частичном разрешении ходатайства не было направлено стороне защиты. Утверждает, что заключения экспертов №178-М и №257-Г не соответствуют требованиям ст.25 Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» и должны быть исключены из числа доказательств по уголовному делу в отношении ФИО1 В обоснование данного утверждения проводит подробный анализ вышеуказанных экспертиз, настаивая, что эксперт Ф. фактически не смогла определить перелом ребра у потерпевшего и до начала производства экспертизы не была предупреждена об административной и уголовной ответственности, а оформление и подписание экспертом заключения произошло по окончании исследования и его распечатки. Отмечает, что судом не дана оценка доводам защитника о том, что экспертные заключения №171, №126 и №01066/6-1-23;01067/6-1-23;01068/6-1-23, выполнены с нарушением федерального закона и инструкции МВД. В части разрешения гражданского иска потерпевшего, считает, что в удовлетворении иска следует отказать, поскольку вина ФИО1 в ДТП не доказана, потерпевший в момент столкновения не был пристегнут ремнем безопасности, что повлияло на причинение тяжкого вреда здоровью, сумма 750000 рублей не обоснована потерпевшим как в части морального вреда, так и в части утраченного заработка. Обращает внимание на то, что документы, подтверждающие утраченный заработок, место работы, должность, размер заработной платы потерпевшего, не изучались в судебном заседании, при этом в соответствии со ст.5 Федерального закона от 25.04.2002 №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховая выплата в части возмещения утраченного потерпевшим заработка осуществляется страховой компанией. С учетом изложенного, просит приговор Томского районного суда Томской области от 17 июня 2024 года отношении ФИО1 отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе.

Заслушав выступление сторон, проверив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Выводы суда о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления при изложенных в приговоре обстоятельствах соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются совокупностью доказательств, всесторонне исследованных, получивших надлежащую оценку в соответствии с положениями ст.88 УПК РФ и полно отраженных в приговоре. Тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией стороны защиты не является основанием к отмене или изменению судебного решения.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ, не признала, пояснив, что на полосу встречного движения не выезжала, ДТП произошло на полосе движения ее автомобиля. Настаивала, что именно автомобиль «Скания», которым управлял О., неожиданно оказался на полосе ее движения, она не имела возможности предотвратить столкновение, в силу чего произошло ДТП, в котором получил повреждения потерпевший.

Указанная процессуальная позиция защиты, версия осужденной о невиновности в инкриминируемом деянии, в полном объеме проверена при рассмотрении дела и отвергнута как несостоятельная после исследования всех юридически значимых обстоятельств с приведением выводов, опровергающих доводы стороны защиты. Несмотря на непризнание вины осужденной, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что вина ФИО1 в совершении преступления, за которое она осуждена, подтверждается совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании, анализ которых подробно приведен в приговоре.

Так, из показаний потерпевшего О. следует, что в утреннее время 25 декабря 2021 года он управлял автомобилем «Скания»» и двигался из г.Томска в сторону г.Новосибирска по своей полосе движения. В районе /__/ он увидел, что движущийся во встречном направлении легковой автомобиль с прицепом стало «кидать» из стороны в сторону, в связи с чем он (О.) стал притормаживать. Однако указанный легковой автомобиль врезался в левую сторону его автомобиля, отчего лопнуло левое колесо автомобиля «Скания», руль вырвало из рук, и автомобиль перевернулся на обочине. Настаивал, что столкновение с легковым автомобилем произошло на полосе его движения, на встречную полосу он не выезжал, был пристегнут ремнем безопасности. Кроме того, пояснил, что сразу после ДТП он был госпитализирован, в связи с чем схема ДТП составлена без его участия, с данной схемой он не согласен, в последующем со следователем выезжал на место происшествия, где указал место столкновение на его полосе движения.

Показания потерпевшего О. согласуются с показаниями свидетеля С., подтвердившего на следствии и в суде, что он двигался за автомобилем «Ларгус» с прицепом, в районе /__/ прицеп стало бросать из стороны в сторону, закидывало на встречную полосу, но водитель «Ларгуса» не стал останавливаться, он (С.) стал притормаживать, отвлекся на зеркала и затем увидел, что фура через его полосу движения съехала в кювет. 

Допрошенная в судебном заседании свидетель Л. подтвердила свои показания, данные в ходе следствия, согласно которым 25 декабря 2021 года в утреннее время она двигалась с супругом на своем автомобиле из г.Томска в сторону г.Юрги и в районе 108-109 км автодороги «Сибирь» она увидела, что произошло ДТП, столкнулась «фура» и автомобиль «Лада Ларгус», при этом «фура» и прицеп от автомобиля «Ларгус» находились в кювете, а сам автомобиль «Ларгус» находился поперек левой обочины. На месте ДТП она видела следы торможения «фуры», которые начинались со стороны проезжей части «фуры». На месте ДТП женщина, управлявшая автомобилем «Лада Ларгус», пояснила, что у нее начало таскать машину, в силу чего, она (водитель «Ларгуса») подумала, что открутилось колесо, но оказалось, что отцепился прицеп и пошел на встречную полосу, где столкнулся с «фурой».

Показания потерпевшего О., свидетелей С., Л. согласуются с показаниями свидетеля Я., сотрудника ДПС, который подтвердил, что в ходе выяснения обстоятельств ДТП, произошедшего 25 декабря 2021 года с участием «Лады Ларгус» и фуры, было установлено, в том числе со слов очевидцев, что прицеп «Ларгуса» начало таскать, вынесло на встречную полосу, где «Ларгус» столкнулся с фурой. Настаивал, что указанные обстоятельства ДТП также подтверждаются следами торможения, которые присутствовали на полосе движения фуры, данные следы он видел на месте происшествия, кроме того, следы зафиксированы на фотоснимках, которые он лично производил на месте происшествия.

Вывод суда о виновности ФИО1 подтверждается также письменными доказательствами, исследованными в суде, в том числе протоколом осмотра места происшествия от 25.12.2021 со схемой, в соответствии с которым осматривался участок автодороги Р-255 от «108» к «109» км, где произошло ДТП с участием автопоезда в составе автомобиля «Лада Ларгус» с прицепом и автопоезда в составе грузового седельного тягача «Скания» и полуприцепа, зафиксировано положение транспортных средств и прицепа после столкновения, повреждения на транспортных средствах, следы на проезжей части со стороны движения автомобиля «Скания», при этом место столкновение и направление движения транспортных средств зафиксировано со слов водителя ФИО1, а водитель О. госпитализирован в больницу; протоколом осмотра места происшествия с участием потерпевшего О. от 02.02.2023, в ходе которого осмотрен вышеуказанный участок автомобильной дороги, где произошло ДТП, и потерпевший указал на место столкновения автомобилей на его полосе движения, которое зафиксировано в протоколе; протоколами осмотра участвовавших в ДТП автомобилей, с отражением полученных повреждений; протоколом осмотра диска с фото файлами, на которых зафиксирована обстановка на месте ДТП после столкновения, а также следы торможения автопоезда «Скания», которые берут свое начало с полосы движения данного автопоезда; заключением эксперта №178-М от 17.02.2023, согласно которому у О. обнаружены телесные повреждения, относящиеся в совокупности к тяжкому вреду здоровья, которые причинены одномоментно действием твердых тупых предметов и твердых предметов с ограниченной поверхностью, какими могли быть выступающие части салона движущегося автомобиля при его столкновении с препятствием; заключением автотехнической экспертизы №01066/6-1-23;01067/6-1-23;01068/6-1-23 от 20.12.2023, в соответствии с которым столкновение транспортных средств находится на полосе движения автопоезда «Скания», который двигался со стороны /__/. Автопоезд «Ларгус» двигался во встречном направлении со стороны /__/, автомобиль «Ларгус» выехал на полосу встречного движения, где и произошло столкновение с автопоездом «Скания», при этом место столкновения, указанное водителем автомобиля «Скания» более объективно и вероятно; и иными доказательствами, получившими оценку в приговоре. 

На основании указанных и других исследованных в судебном заседании доказательств, которые являются относимыми, допустимыми и достоверными, а в своей совокупности достаточными для разрешения уголовного дела, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о доказанности вины ФИО1 в инкриминируемом деянии. 

Вопреки доводам стороны защиты, положенные в основу обвинительного приговора показания потерпевшего, свидетелей, в том числе данные в ходе предварительного расследования, другие материалы дела и фактические данные, содержащиеся в письменных доказательствах, полно и правильно приведенные в приговоре, были проверены и объективно исследованы в ходе судебного следствия, суд дал им оценку и привел мотивы, по которым признал их достоверными. Не согласиться с приведенной в приговоре оценкой доказательств у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что показания потерпевшего и свидетелей получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, при разъяснении данным лицам их процессуальных прав и ответственности по ст.307 УК РФ, оглашены в судебном заседании в соответствии с положениями ст.281 УПК РФ. Какой-либо заинтересованности со стороны указанных лиц при даче показаний в отношении ФИО1, как и оснований для ее оговора, судом первой инстанции обоснованно не установлено. Содержащиеся в апелляционной жалобе адвоката доводы о недостоверности показаний потерпевшего О., умышленном сообщении потерпевшим ложных сведений относительно обстоятельств ДТП, об отсутствии объективности и достоверности в показаниях свидетелей Я., С., Л. (в том числе в силу того, что они не присутствовали на месте ДТП), суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, поскольку они основаны исключительно на предположениях защитника, объективно не подтверждены и опровергаются доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для признания каких-либо доказательств недопустимыми, все они получены в ходе законной процессуальной деятельности, в рамках возбужденного уголовного дела, надлежащими должностными лицами, обладающими соответствующими процессуальными статусом и полномочиями, подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Как видно из материалов дела, заключения экспертов №178-М от 17.02.2023 и №01066/6-1-23;01067/6-1-23;01068/6-1-23 от 20.12.2023, на которые суд сослался в приговоре, как на доказательства виновности ФИО1, отвечают требованиям ст.204 УПК РФ, получены в соответствии с требованиями Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», являются обоснованными и мотивированными. Заключения выполнены специалистами, квалификация которых сомнений не вызывает, оформлены надлежащим образом, в заключении описывается ход и результаты исследования, экспертами дана оценка полученных результатов и приведено обоснование выводов, которые представляются понятными. Вопреки утверждению защитника, экспертам разъяснялись положения ст.57 УПК РФ, они предупреждены об уголовной ответственности за заведомо ложное заключение (т.1 л.д.143, т.2 л.д.202, 203). Оценивая доводы защиты о порочности заключения экспертов, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о соответствии экспертных исследований требованиям уголовно-процессуального закона. Более того, как следует из материалов дела, при назначении повторной автотехнической экспертизы стороной защиты реализовано право на постановку перед экспертами дополнительных вопросов. Предложенные стороной защиты вопросы в целях полного и всестороннего производства автотехнической экспертизы включены следователем в соответствующее постановление и поставлены на разрешение экспертов (т.2 л.д.19-22, 196-198). 

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что заключения экспертов №257-Г от 22.02.2022, №171 от 16.01.2023 и №126 от 02.06.2023 в приговоре в числе доказательств, подтверждающих виновность ФИО1, не приведены, в связи с чем доводы защитника об исключении данных экспертиз из числа доказательств виновности ФИО1 по мотиву их недопустимости, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными. Иные доводы стороны защиты о недопустимости приведенных в приговоре доказательств (в том числе в части изъятия и осмотра фотоснимков с места ДТП), являлись предметом тщательной проверки, никаких новых оснований, которые не были предметом исследования суда первой инстанции, но могут повлечь исключение данных доказательств по мотиву их недопустимости, в апелляционной жалобе не содержится.

Вопреки утверждению стороны защиты, все исследованные судом доказательства последовательны, логичны и взаимно дополняют друг друга. Совокупность доказательств, приведенных в приговоре в обоснование вины осужденной, не находится в противоречии по отношению друг к другу, исследована в судебном заседании с достаточной объективностью, на основе состязательности сторон, и позволила суду первой инстанции принять обоснованное и объективное решение по делу. 

Судом первой инстанции также дана надлежащая оценка показаниям осужденной, которая в судебном заседании утверждала, что двигалась на автомобиле по своей полосе движения с соблюдением всех правил, на полосу встречного движения не выезжала, при этом столкновение автомобилей произошло на полосе ее движения.

С учетом показаний потерпевшего О., свидетеля С., пояснивших, что непосредственно перед столкновением прицеп автомобиля ФИО1 стало бросать из стороны в сторону с заносом на встречную полосу движения, однако осужденная продолжила движение, свидетеля Л., подтвердившей данный факт, которая непосредственно общались с ФИО1 после аварии, в совокупности с объективными данными и исследованными в суде доказательствами, в том числе данными, содержащимися в заключении автотехнической экспертизы, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что выдвинутая осужденной версия об обстоятельствах ДТП, свидетельствующая о ее невиновности, не нашла своего подтверждения в судебном заседании и является защитной, а показания осужденной подлежат критической оценке по мотивам, изложенным в приговоре, и с данной оценкой соглашается суд апелляционной инстанции. 

При рассмотрении дела судом установлены все подлежащие доказыванию обстоятельства, предусмотренные ст.73 УПК РФ, в том числе описание преступного деяния, совершенного осужденной, с указанием места, времени и способа совершения, последствий преступления в виде причиненного вреда здоровью потерпевшего, что отражено в описательно-мотивировочной части приговора. Существенных противоречий между обстоятельствами дела, как они установлены судом, и доказательствами, положенными судом в основу приговора, не имеется. Фактические обстоятельства дела, в том числе в части места совершения ФИО1 преступления, установлены правильно с учетом исследованных в суде доказательств (включая протоколы осмотра места происшествия, схемы и фототаблицы к ним) и полно изложены в приговоре. 

На основании совокупности приведенных в приговоре доказательств, вопреки доводам жалобы, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, ФИО1 при управлении автопоездом в составе автомобиля и прицепа нарушила правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшему О. При этом суд первой инстанции, учитывая конкретные обстоятельства дела, обоснованно установил наличие причинно-следственной связи между допущенными ФИО1 нарушениями Правил дорожного движения РФ и наступившими последствиями в виде тяжкого вреда здоровью потерпевшего. 

Доводы апелляционной жалобы защитника о том, что именно водитель О. допустил нарушение Правил дорожного движения, в силу чего в результате ДТП ему причинены повреждения, являются несостоятельными и опровергаются исследованными в суде доказательствами. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что в представленном потерпевшей стороной ответе на запрос от 05.06.2024 содержится информация об отсутствии в автомобиле «Скания» преднатяжителя ремня безопасности и пиропатрона, как составного элемента преднатяжителя, а не ремня безопасности в целом, как об этом указывает защитник, а в цитируемых адвокатом заключениях экспертов отсутствуют сведения о том, что на момент ДТП потерпевший О. не был пристегнут ремнем безопасности.

Таким образом, исследовав и оценив доказательства в их совокупности, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела, пришел к верному выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления и правильно квалифицировал ее действия по ч.1 ст.264 УК РФ. 

Приговор соответствует требованиям ст.297, 304, 307 - 309 УПК РФ, в нем приведено описание преступного деяния, установлены все обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу.

По мнению суда апелляционной инстанции, несостоятельными являются доводы апелляционной жалобы о том, что суд не учел всех обстоятельств, которые могли существенно повлиять на его выводы, поскольку суд первой инстанции пришел к выводу о достаточности доказательств для постановления приговора и разрешения вопросов в соответствии с положениями ст.299 УПК РФ. В основу приговора судом положены лишь те доказательства, которые были исследованы в судебном заседании, доказательства получили оценку в приговоре, при этом, предусмотренные уголовно-процессуальным законом основания для признания положенных в основу приговора доказательств недопустимыми, о чем указано в апелляционной жалобе, отсутствуют.

Приговор не противоречит протоколу судебного заседания, смысл показаний допрошенных в суде лиц отражен в соответствии с их показаниями, изложенными в протоколе судебного заседания, замечания на протокол судебного заседания осужденными и сторонами не приносились. Данных, свидетельствующих об изложении в приговоре показаний допрошенных лиц либо содержания письменных доказательств таким образом, чтобы это искажало существо исследованных доказательств и позволяло дать иную оценку, нежели ту, которая содержится в приговоре, не установлено.

Вопреки утверждению защиты, какие-либо не устраненные судом сомнения, требующие их истолкования в пользу осужденной, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности ее вины или на квалификацию ее действий по ч.1 ст.264 УК РФ по делу отсутствуют. Выводов суда, имеющих характер предположения, в приговоре не имеется.

Несогласие автора апелляционной жалобы с положенными в основу приговора доказательствами и с их оценкой обусловлено избранной тактикой защиты и не свидетельствует о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного заседания, недоказанности виновности осужденной в инкриминируемом ей преступлении при установленных в судебном заседании обстоятельствах, а также о допущенных судом существенных нарушениях уголовно-процессуального и уголовного законов.

Позиция стороны защиты, изложенная в апелляционной жалобе, по сути, сводится к переоценке собранных по делу доказательств, исследованных судом первой инстанции, и основана на их собственной интерпретации. Однако, поскольку проверка и оценка доказательств, добытых по настоящему делу, произведена судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, суд апелляционной инстанции не видит оснований ставить их правильность под сомнение.

Оснований для вывода о том, что дело рассмотрено судом с обвинительным уклоном и нарушением принципа состязательности сторон, не имеется. 

Из протокола судебного заседания следует, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст.273-291 УПК РФ, сторонам были созданы равные условия для исполнения их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав. Каких-либо сведений о нарушении принципов равенства и состязательности сторон, предвзятом отношении суда к стороне защиты протокол судебного заседания не содержит.

Все заявленные сторонами ходатайства, в том числе о приобщении документов, о допросе приглашенного по ходатайству защиты лица в качестве специалиста, были разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона в зависимости от их значения для правильного разрешения дела, с принятием по ним должных решений и их убедительной мотивацией. Отказы в удовлетворении ходатайств стороны защиты не свидетельствуют о нарушении права ФИО1 на защиту. 

Несостоятельно утверждение адвоката Стародумова И.И. о необоснованности отказа суда первой инстанции допросить в качестве специалиста лицо, явившееся в судебное заседание по инициативе стороны защиты для дачи рецензии на заключения проведенных по делу экспертиз.

Эта позиция адвоката основана на неверной трактовке им положений ч.2.1 ст.58 УПК РФ и не учитывает п.17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2017 года №51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)», согласно которому суд в подобной ситуации не вправе отказать в допросе такого лица в качестве специалиста только в том случае, если это лицо ранее привлекалось к расследованию или судебному рассмотрению дела в качестве специалиста, что, по настоящему уголовному делу не имело места.

Судебное следствие по делу завершено судом с согласия сторон, после того, как все имевшиеся у сторон доказательства были исследованы.

С учетом изложенного, доводы адвоката о том, что суд односторонне с обвинительным уклоном рассмотрел дело, не выяснив при этом всех обстоятельств, имеющих значение для его правильного разрешения, суд апелляционной находит несостоятельными, поскольку они противоречат материалам дела, протоколу судебного заседания и содержанию приговора.

При назначении наказания ФИО1 суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденной, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденной и на условия жизни ее семьи.

Так, судом принято во внимание, что ФИО1 совершила по неосторожности преступление небольшой тяжести, характеризуется положительно.

Обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание осужденной, в соответствии со ст. 61, 63 УК РФ, судом не установлено. 

С учетом изложенного, фактических обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности содеянного, личности осужденной, при отсутствии исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, суд обоснованно пришел к выводу, что достижение целей наказания возможно при назначении ФИО1 наказания в виде ограничения свободы с дополнительным наказанием в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, при отсутствии оснований для применения положений ст.64 УК РФ. 

Вместе с тем, обоснованно придя к выводу о необходимости назначения ФИО1 дополнительного наказания, суд ошибочно в описательно-мотивировочной части приговора указал, что данное наказание является обязательным, в то время как в соответствии с санкцией ч.1 ст.264 УК РФ наказание в виде лишения права заниматься определенной деятельностью является альтернативным дополнительным наказанием.

Суд апелляционной инстанции полагает, что допущенная судом очевидная техническая ошибка при указании вида дополнительного наказания сама по себе не влияет на законность и обоснованность приговора, а также не является основанием для изменения решения суда в части назначенного осужденной наказания, поскольку суд пришел к правильному выводу о том, что с учетом всех обстоятельств по делу, а также в целях исправления осужденной и предупреждения совершения ею новых преступлений ФИО1 должно быть назначено наказание в виде ограничения свободы с дополнительным наказанием. Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года, назначено судом в соответствии и в пределах санкции ч.1 ст.264 УК РФ, в связи с чем доводы апелляционного представления о необходимости отмены приговора в силу необоснованного назначения осужденной данного вида дополнительного наказания, который не предусмотрен санкцией ч.1 ст.264 УК РФ, являются несостоятельными. 

Каких-либо иных сведений о наличии новых обстоятельств, способных повлиять на вид и размер назначенного наказания, не установлено. Все предусмотренные законом обстоятельства, подлежащие обязательному учету при назначении наказания, судом приняты во внимание. 

С учетом изложенного, назначенное осужденной наказание по своему виду и размеру отвечает закрепленным в уголовном законодательстве целям исправления осужденных и предупреждения совершения новых преступлений, а также принципам справедливости и гуманизма. 

В соответствии с п.5 ст.307, ч.2 ст.309 УПК РФ принятое судом решение о передачи гражданского иска потерпевшего на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства надлежащим образом мотивировано в приговоре (в том числе необходимостью производства дополнительных расчетов), в связи с чем доводы апелляционной жалобы защитника о необходимости отказа в удовлетворении заявленных О. исковых требований ввиду не подтверждения потерпевшим утраченного заработка, который подлежит расчету с учетом занимаемой должности, размера оклада, заработной платы, а также по иным причинам, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению по следующим основаниям. 

В соответствии с п.«а» ч.1 ст.78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истекло 2 года. Согласно ч.2 ст.78 УК РФ сроки давности исчисляются со дня совершения преступления и до момента вступления приговора суда в законную силу.

Положениям ст.78 УК РФ корреспондирует норма п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, предусматривающая истечение сроков давности в качестве основания для прекращения уголовного дела и уголовного преследования. Кроме того, в силу п.8 ст.302 УПК РФ при отсутствии оснований для постановления оправдательного приговора, но при истечении сроков давности по итогам судебного разбирательства с учетом положений п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ суд постановляет обвинительный приговор с освобождением осужденного от наказания.

Исходя из правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в Постановлении от 07.03.2017 №5-П, Определении от 31.03.2022 №810-О, прекращение уголовного дела или уголовного преследования по нереабилитирующему основанию, в связи с истечением сроков давности, допускается лишь при согласии с этим решением лица, в отношении которого оно принимается. Если подсудимый возражает против этого, то прекращение уголовного дела или уголовного преследования по данному основанию не допускается, и в таком случае производство по уголовному делу продолжается в обычном порядке, проводится судебное разбирательство, с тем чтобы разрешить вопрос о наличии или отсутствии события и состава преступления, совершении его подсудимым и о его вине, по итогам которого суд выносит оправдательный или обвинительный приговор с освобождением осужденного от наказания.

Из материалов дела следует, что преступление, в совершении которогоФИО1 признана виновной по данному уголовному делу, было совершено 25 декабря 2021 года и относится к категории преступлений небольшой тяжести.

Таким образом, на момент рассмотрения дела в суде первой инстанции и вынесения приговора истек двухгодичный срок давности уголовного преследования по совершенному ФИО2 преступлению, однако судом в нарушение вышеприведенных норм уголовного и уголовно-процессуального закона решение о прекращении уголовного преследования в отношении осужденной либо об освобождении ее от наказания в связи с истечением срока давности не принято.

В суде апелляционной инстанции осужденная ФИО1 возражала против прекращения уголовного дела в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

С учетом изложенного, а также при отсутствии оснований, свидетельствующих о невиновности осужденной, суд апелляционной полагает необходимым постановленный в отношении ФИО1 приговор изменить, освободить осужденную от назначенного наказания на основании п.«а» ч.1 ст.78 УК РФ, п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ.

Иных оснований для изменения либо отмены приговора в связи с нарушением норм уголовного, уголовно-процессуального закона, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, руководствуясь ст.389.13, 389.15, 389.18, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Томского районного суда Томской области от 17 июня 2024 года в отношении ФИО1 изменить.

На основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ освободитьФИО1 от наказания, назначенного по ч.1 ст.264 УК РФ, в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности на момент вынесения приговора.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционное представление и апелляционную жалобу удовлетворить частично.

Апелляционное постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев через суд первой инстанции. Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационную жалобу, представление.

Председательствующий