Дело № 2-2182/2017 

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

11 августа 2017 года г. Серпухов, Московской области

Серпуховский городской суд Московской области в составе: 

председательствующего судьи Купцовой Г.В., с участием: 

помощника Серпуховского горпрокурора ФИО1,

истца ФИО2, ее представителя ФИО3, действующей на основании доверенности 50 АА 7172272 от 26.05.2017 года,

представителя ответчика МОУ «ФИО6 СОШ» ФИО4, действующей на основании доверенности от 01.08.2017 года,

представителя третьего лица – Управления образования Администрации Серпуховского муниципального района ФИО5,

при секретаре судебного заседания Красновой Е.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к МОУ «ФИО6 средняя общеобразовательная школа» о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, признании срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок, взыскании компенсации за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л :

Истица ФИО2 обратилась в суд с иском, в котором просила:

- признать ее увольнение с должности учителя иностранного языка МОУ «ФИО6 средняя общеобразовательная школа» незаконным;

- признать незаконным приказ об ее увольнении от 06 июня 2017 года;

- восстановить ее на работе в должности учителя иностранного языка МОУ «ФИО6 средняя общеобразовательная школа»;

- взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула и компенсацию морального вреда.

Требования истица мотивирует тем, что 24 ноября 2015 года между ней и МОУ «ФИО6 СОШ» был заключен трудовой договор №291. По договору работодатель предоставляет работнику работу по должности учителя иностранного языка с нагрузкой не менее 1,0 ставки — 18 учебных часов в неделю. В соответствии с п.4 ч. 1 трудового договора договор заключается временно (на время отсутствия основного работника Л.). 06 июня 2017 года истица была уволена по части п.2 ч.1 ст.77 Трудового Кодекса РФ в соответствии с Приказом № 79 от 06 июня 2017 года. 07июня 2017 года истицей было подано письмо на имя руководителя с просьбой выслать ей документы по адресу проживания. До конца июня ответа она так и не получила и поэтому обратилась в школу. В школу ее не пропустили и документы не выдали. На ее просьбу выдать документы, подтверждающие отправление на ее адрес письма, П. предоставил ей копию описи вложения. 

В почтовом отделении 30 июня 2017 истице было выдано письмо с трудовой книжкой, справкой об отсутствии судимости, копией приказа № 672 от 27 февраля 2017 года, ответом на ее заявление № 31 от 24 мая 2017 года. Приказ о ее увольнении в письме отсутствовал, что подтверждается описью вложения в письме. С 6 июня 2017 года она не работает. Свое увольнение считает незаконным, так как за месяц до окончания трудового договора она предоставила справку о беременности. Ответ работодателя на заявление №

31 от 24 мая 2017 года она получила только 30 июня 2017 года в почтовом отделении. Свое увольнение считаю незаконным. Согласно ст. 261 Трудового Кодекса РФ допускается увольнение женщины в связи с истечением срока трудового договора в период ее беременности, если трудовой договор был заключен на время исполнения обязанностей отсутствующего работника и невозможно с письменного согласия женщины перевести ее до окончания беременности на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации женщины, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую женщина может выполнять с учетом ее состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать ей все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором. В соответствии с Приказом Министерства образования и науки Российской Федерации (Минобрнауки России) от 22 декабря 2014 г. № 1601 г. Москва "О продолжительности рабочего времени (нормах часов педагогической работы за ставку заработной платы) педагогических работников и о порядке определения учебной нагрузки педагогических работников, оговариваемой в трудовом договоре" Приложением № 2 о Порядке определения учебной нагрузки педагогических

работников, оговариваемой в трудовом договоре ч. 1 п. 1.3. Объем учебной нагрузки педагогических работников, выполняющих учебную (преподавательскую) работу, определяется ежегодно на начало учебного года (тренировочного периода, спортивного сезона) и устанавливается локальным нормативным актом организации, осуществляющей образовательную деятельность. Объем учебной нагрузки, установленный педагогическому работнику, оговаривается в трудовом договоре, заключаемом педагогическим работником с организацией, осуществляющей образовательную деятельность.

Временное или постоянное изменение (увеличение или снижение) объема учебной нагрузки педагогических работников по сравнению с учебной нагрузкой, оговоренной в трудовом договоре, допускается только по соглашению сторон трудового договора, заключаемого в письменной форме, за исключением изменения объема учебной нагрузки педагогических работников в сторону его снижения, предусмотренного пунктами 1.5 и 1.6 настоящего Порядка. Вопреки требованиям Приказа № 1601 от 22 декабря 2014 года дополнительных соглашений об увеличении нагрузки с ней не заключалось. Нагрузка, выходящая за рамки трудового договора, не фиксировалась. Фактически же ее нагрузка составляла 31 учебный час, что на 13 часов больше нагрузки, предусмотренной трудовым договором (18 учебных часов). Поэтому доводы работодателя о том, что в МОУ «ФИО6 СОШ» отсутствуют вакантные должности, учебные часы, не соответствуют действительности. Кроме того, весной 2017 года, до момента обращения с заявлением о беременности, истицей было подписано предварительное штатное расписание на 2017/2018 учебный год с указанием учебной нагрузки в 25 учебных часов. Истица своевременно информировала МОУ «ФИО6 СОШ» о том, что беременна. 11 мая 2017 года она обратилась к директору школы М. с заявлением о возможности продления трудового договора в связи с беременностью. К заявлению приложила справку из женской консультации о беременности со сроком 11-12 недель. М. заявление брать отказался.

24 мая 2017 года истица повторно обратилась с заявлением на имя директора, завизировала его у секретаря З. за № 31, с просьбой перевести ее на другую имеющуюся работу, которую она может выполнять с учетом состояния здоровья до окончания беременности. Приложила справку из женской консультации о сроке беременности 14-15 недель. Принять ее директор отказался. Также 24 мая 2017 года она завизировала заявление за № 32, не принятое М. 11 мая 2017 года. 05 июня 2017 года она обратилась в администрацию Серпуховского района с письменным заявлением о предоставлении информации об имеющихся в учебном заведении вакансиях или об их отсутствии; проведении проверки законности действий администрации учебного заведения, в частности, директора М. 05 июня 2017 года истица также была на личном приеме у Начальника Управления образования Администрации Серпуховского муниципального района М.А. Дудорис в присутствии М. Только на приеме она узнала, что, возможно, выйдет основной работник, Л. На ее вопрос о том, будет ли она 06 июня 2017 года уволена, М. ничего не ответил. Никаких вакансий ей не предлагали. Таким образом, до самого увольнения, истица не получила официальной информации об имеющихся для нее вакансиях или их отсутствии, возможности продления трудового договора. Ответы № 142 от 6 июня 2017 года, № 253-401 от 19 июня 2017 года, № 506 от 15 июня 2017, полученные ею после увольнения, противоречат друг другу, не содержат разъяснений о том, по какой причине отсутствуют мотивированные, подкрепленные документально ответы на ее обращения от 24 мая 2017 года на имя директора. Таким образом, работодателем ущемлено ее право на труд, не соблюдены гарантии в отношении беременных женщин, предусмотренные ст. 261 ТК РФ. Трудоустройство для нее в настоящий момент крайне затруднительно.

В ходе рассмотрения дела истица увеличила требования и в соответствующем заявлении просит:

- признать увольнение и приказ об увольнении незаконным;

- признать срочный трудовой договор от 24 ноября 2015 года, заключенный между ней и муниципальным общеобразовательным учреждением «ФИО6 средняя образовательная школа», заключенным на неопределенный срок;

- восстановить ее на работе в должности учителя иностранного языка;

- взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула в размере 54219 рублей и компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей.

Требования о признании срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок мотивировано тем, что основанием заключения срочного договора явилось временное отсутствие основного работника Л. Учебная нагрузка согласно договора составляет 18 учебных часов в неделю. Учебная нагрузка в 13 учебных часов осуществлялась без заключения дополнительных соглашений. В трудовом договоре не конкретизирована дата окончания выполнения работы в 13 учебных часов, условия уменьшения или увеличения нагрузки, выходящей за рамки трудового договора, поэтому истица не могла достоверно знать об условиях данного договора и сроках его окончания. Доказательств того, что истица была осведомлена об условиях работы в отношении 13 часов учебной нагрузки, сроках и условиях прекращения работы, материалы дела не содержат. Снижения общего объема учебной нагрузки на начало учебных 2016/2017 учебного год, 2017/2018 учебного год не было. Данный факт не оспаривается ответчиком и подтверждается тем обстоятельством, что учебные часы (13 часов) были переданы другому работнику, который после увольнения ФИО2 был принят на должность учителя иностранного языка. Доказательств обратного ответчиком не представлено. Согласно Приказу № 168 от 01 сентября 2016 года ФИО2 имеет учебную нагрузку в 25 учебных часов. После того как в декретный отпуск ушли работники А., Б., К. учебная нагрузка ФИО2 увеличилась до 31 часа. Дополнительных соглашений истица не подписывала, работа выполнялась в 31 учебный час. Обстоятельства, делающие заключение трудового договора на неопределенный срок невозможным, отсутствуют. В связи с чем, исходя из положения ч. 3 ст. 58 ТК РФ, трудовой договор считается заключенным на неопределенный срок, а увольнение по основаниям п.2 ч.1 чт.77 ТК РФ незаконным. Считает, что работодателем грубо нарушены нормы Трудового Кодекса РФ, Приказа Министерства образования и науки Российской Федерации от 22 декабря 2014 года № 1601, ч.3 ст.37 Конституции РФ. Истице причинены нравственные страдания, поэтому взыскание компенсации морального вреда в размере 50000 рублей она считает разумным и справедливым.

В судебном заседании истица заявленные требования поддержала, просила их удовлетворить в полном объеме по обстоятельствам, указанным в исковом заявлении и пояснила, что работала в МОУ «ФИО6 СОШ» в должности учителя иностранного языка, также являлась классным руководителем. В 2015 году она была принята на работу с нагрузкой 19 часов в неделю, на момент увольнения такая нагрузка составила 31 час в неделю. При принятии на работу ей не сообщили, что она принята на работу времени на место временно отсутствующего работника, который находится в декретном отпуске. Проработав определенное время, она забеременела, по рекомендации врача, находилась на стационарном лечении для сохранения беременности. О таком положении она уведомила работодателя, предоставив соответствующую справку. О том, что выходит из декрета учитель иностранного языка ФИО7, на ставку, на которой работала истица, ее заранее не уведомили. Полагает, что с учетом учебной нагрузки ее возможно было трудоустроить. На момент увольнения учителей иностранного языка было 9. Часы учителей, ушедших в декрет, были распределены. А., К., Б. ушли в декрет в октябре – ноябре 2016 года, на их место пришли И. и Р.. Часы А. были разбросаны между другими учителями. Считает, что в школе была свободна 1 вакансия учителя иностранного языка, исходя из учебной нагрузки, но ей ее не предложили. 06.06.2017 года ее уволили, предложив забрать трудовую и медицинскую книжки. Истица отказалась их получать, просила выслать документы почтой. С приказом об увольнении она ознакомилась, но не расписалась, поскольку ей не сделали копию приказа. Также пояснила, что 06.06.2017 года в обеденное время ей позвонил директор и просил прийти за документами, сказал, что она уволена. Поскольку в главном корпусе проводился экзамен, в здание охрана никого не пускала, а в 15 часов, по окончании рабочего времени она ушла к врачу, к которому была записана на 15.30 час. 06.06.2017 года она к директору не пошла, пришла только 07.06.2017 года, где ей предъявили приказ об увольнении и предложили забрать документы. Никаких вакансий до момента увольнения ей не предлагалось.

Представитель истца ФИО3 заявленные требования поддержала и пояснила, что истица была принята на работу с учебной нагрузкой 18 часов в неделю. Никакого дополнительного соглашения на увеличение нагрузки она не подписывала. Нагрузка за рамками трудового договора носит бессрочный характер, в связи с чем, истица должна быть восстановлена в должности учителя, а договор, заключенный с ней, должен быть признан заключенным на неопределенный срок.

Представитель ответчика МОУ «ФИО6 СОШ» ФИО4 заявленные требования не признала, свою позицию отразила в письменном отзыве на исковое заявление и дополнении к нему, из содержания которых следует, что 24 ноября 2015 года между МОУ «ФИО6 средняя общеобразовательная школа» и истицей ФИО2 был заключен трудовой договор № 291. Данный договор был заключен временно - на время отсутствия основного работника Л.(п.4 трудового договора). 24 ноября 2015 года был оформлен приказ №256, с которым истица была ознакомлена под роспись. 06.06.2017 года от Л. (основного работника) на имя директора МОУ «ФИО6 СОШ» М. поступило заявление, которым она ставила в известность о своем выходе на работу 07.06.2017 года по окончании отпуска по уходу за ребенком до 3-х лет. 06.06.2017 года директором МОУ «ФИО6 СОШ» был издан приказ №79 о прекращении трудового договора с ФИО2 по п.2ч.1 ст.77 ТК РФ. Истице ФИО2 было направлено письмо (№142 от 06.06.2017 года) из которого следует, что в МОУ «ФИО6 СОШ» отсутствуют вакантные должности. 06.06.2017 года

истец ФИО2 проигнорировала предложение дирекции прийти и ознакомиться с документами, подготовленными в связи с расторжением трудового договора, заключенного на время отсутствия основного работника.

07.06.2017 года ФИО2 в 9.00 прибыла в кабинет директора, где ей было предложено ознакомиться с документами, подготовленными в связи с увольнением, однако ФИО2 ознакомилась с ними, но, не приводя доводов в обоснование, категорически отказалась что-либо подписывать. Она предложила отправить все документы ей по почте заказным письмом, написав письменное заявление об этом. Незамедлительно, согласно заявления ФИО2 документы были высланы в ее адрес почтой. 13 июля 2017 года Государственной инспекцией труда по Московской области была проведена проверка ( внеплановая, документарная) МОУ «ФИО6 средняя школа» в связи с заявлением ФИО2 В результате проверки установлено, что директором школы МОУ «ФИО6 средняя школа» соблюдена процедура увольнения ФИО2 в соответствии со ст.261 ТКРФ. В день увольнения ФИО2 начислены и выплачены причитающиеся денежные суммы при увольнении, а также высланы документы ФИО2 по ее заявлению. Доводы истицы о наличие свободных часов или ставок учителя иностранного языка не состоятельны. Согласно приказу Министерства образования и науки РФ от 22.12.2014 года №1601 норма часов учебной (преподавательской) работы устанавливается 18 часов в неделю учителям организаций, осуществляющих образовательную деятельность. На начало учебного года утверждается учебный план, на основании которого формируются часы занятости преподавательского состава. Исходя из утвержденного приказом директора №301 от 31.08.2016 года «Учебного плана на 2016-2017 года общая нагрузка на преподавателей английского языка на 2016-2017 года составляет 170 часов в неделю ( 11кл. нач.школы разделены на 2 подгруппы, т. е. 22х 2 = 44 часа в неделю начальная школа, 22 кл. основной школы разделены на 42 подгруппы, т. е. 42х 3= 126 часов в неделю. 44 часа + 126 часов = 170 часа ). Далее учебная нагрузка на основании приказа директора № 168 от 01.09.2016 была распределена на состоящих в трудовых отношениях на 01.09.2016 года учителей английского языка - Е., Г., А., В., О., ФИО2, Д., Б., К.

03.11.2016 года в связи с уходом в декретный отпуск А., Б., К. (фамилия изменена на С.) и приемом новых сотрудников Р. и И. директором школы был издан приказ о перераспределении учебной нагрузки. В связи с изменением нагрузки с соответствующими сотрудниками были заключены дополнительные соглашения. Таким образом, с истцом ФИО2 было заключено дополнительное соглашение об изменении учебной нагрузки с 25 часов в неделю на 31 час неделю, т. е. доводы истца о том что ей не было подписано доп.соглашение не состоятельны и опровергаются представленными в материалы дела письменными доказательствами. На момент прекращения трудовых отношений с истцом вся учебная нагрузка была распределена между сотрудниками и изменение в одностороннем порядке объема нагрузки противоречит действующему законодательству (приказ Министерства образования и науки РФ от 22.12.2014 года №1601 и.1.5, п.1.7). 

Также представитель ответчика ФИО4 пояснила, что на момент увольнения истицы в школе имелись 2 вакантные должности уборщика служебных помещений, о которых истице было известно 05.06.2017 года в ходе разговора в Управлении образования, однако она никакого письменного заявления о согласия занять такую должность не подавала. Такие должности могли быть ей предложены 06.06.2017 года, но истица проигнорировала вызов директора школа, покинула свое рабочее время раньше времени на 1 час. Вместе с тем, учитывая положения СНиП Гигиенические требования у условиям труда женщин, такая работа не могла выполняться истицей с учетом ее состояния, поскольку беременным запрещено поднятие тяжестей свыше 2,5 кг., перемещение тяжестей на 1,25 м., подъем груза с пола не допускается. Также должны исключаться все виды деятельности, связанные с намоканием одежды и обуви, работы на сквозняке. В материалы дела представлены протоколы измерения и оценки условий труда такого рода работников, из которых следует, что суммарная физическая нагрузка составляет более 10 кг, уборщик совершает за смену более 60 наклонов корпуса. В связи с чем, следует вывод, что такая работа не могла быть предложена беременной женщине. Кроме того, когда истица пришла к директору 07.06.2017 года, она уже была уволена и ей не могла быть предложена никакая должность. Считает, что процедура увольнения истицы работодателем соблюдена.

Представитель третьего лица – Управления образования Администрации Серпуховского муниципального района ФИО5 указала, что требования истицы заявлены необоснованно, поскольку в соответствии с Типовым положением образовательных организаций, норма объема часов неделю для учителя указывается в штатном расписании и тарификационном списке, который готовится к началу учебного года. Согласно п. 6 Типового положения руководитель учреждения в течение года не имеет право менять учебную нагрузку. Нагрузка для учителей иностранного языка была установлена на 01.09.2016 года и изменена лишь в связи с уходом в декретный отпуск 3 учителей. С ФИО2 и другими учителями иностранного языка было заключено дополнительное соглашение об изменении учебной нагрузки, которое действовало до конца учебного года, то есть до 30.06.2017 года. Когда из декретного отпуска вышла ФИО7, ей была установлена та нагрузка, с которой работала истица. Также пояснила, что истица обращалась к ней на прием 29.05.2017 года с письменным заявлением о рассмотрении дальнейшего трудоустройства в связи с ее беременностью и возможностью выхода из декретного отпуска ФИО7. Поскольку ей (ФИО5) не была известна вся ситуация, она предложила перенести встречу на 05.06.2017 года. За это время она запросила в школе все документы. Директор сообщил ей, что свободных вакансий для предложения их ФИО2 нет. 05.06.2017 года истица пришла к ней со своим представителем, она сообщила, что вакантных должностей в школе нет и тут же заметила, что ведется аудиозапись, в связи с чем, разговор с истицей был прекращен. 06.06.2017 года директор школы ФИО8 прислал ей письменное уведомление, что в школе вакантны в должности уборщика помещений. Также ФИО8 сообщил, что вызвал ФИО2 для ознакомления с документами, в том числе и вакантными должностями. Она попросила держать ее в курсе дел. Позже он перезвонил и сообщил, что ФИО2 для ознакомления с документами не явилась, была уволена в связи с истечением срока трудового договора.

По ходатайству стороны ответчика был допрошен свидетель Т., который показал, что работает в МОУ «ФИО6 СОШ» заместителем директора по безопасности. 06.06.2017 года он занимался ремонтом в одном из корпусов школы, когда ему позвонил директор и попросил передать учителю ФИО2, что он ждет ее в своем кабинете. Об этом он сообщил ФИО2. Она взяла свои вещи и пошла в сторону остановки, к директору в главный корпус она не пошла. Истица появилась у директора только 07.06.2017 года. В корпусе школы, где находится кабинет директора, действительно проводились экзамены, но они проходили в кабинетах 2 и 3 этажа, на 1 этаже в этом корпусе, располагается школьный лагерь, кабинет директора, в связи с чем на 1 этаж школы вход не был ограничен.

Выслушав объяснения лиц, участвовавших в рассмотрении дела, допросив свидетеля, изучив письменные материалы дела выслушав заключение прокурора, полагавшего, что требования истицы необоснованны и удовлетворению не подлежат, суд приходит к следующему.

Согласно Уставу МОУ " ФИО6 СОШ", утвержденному постановлением администрации Серпуховского муниципального района от 24.06.2016 года № 1134, образовательная организация является юридическим лицом с момента государственной регистрации, имеет самостоятельный баланс, бюджетную смету, лицевой счет, открытый в территориальном органе Федерального казначейства (л.д. 122-133). Предметом деятельности Общеобразовательного учреждения является реализация общеобразовательных программ начального общего, основного общего и среднего (полного) общего образования, дополнительных образовательных программ, а также программ профильного обучения и профессиональной ориентации обучающихся. МОУ «ФИО6 СОШ» оказывает бесплатную образовательную услугу населению, в том числе обучение иностранному (английскому языку).

Как следует из материалов дела, 24.11.2015 года между сторонами по настоящему спору был заключен трудовой договор № 291, согласно которому ФИО2 была принята на работу по должности учителя иностранного языка с нагрузкой не менее 1,0 ставки – 18 учебных часов в неделю. Срок действия трудового договора был определен на время исполнения обязанностей отсутствующего работника Л., за которым в соответствии с действующим законодательством сохраняется место работы. Данный трудовой договор подписан истицей (л.д. 5-6).

В трудовую книжку истицы была внесена запись о принятии ее на работу в МОУ «ФИО6 СОШ» на должность учителя иностранного языка (временно) на основании приказа № 256 от 24.11.2015 года.

В ходе рассмотрения спора по существу судом установлено, что 06.06.2017 года от Л. директор МОУ «ФИО6 СОШ» получил заявление о том, что с 07.06.2017 года она просит считать ее вышедшей на работу по окончании отпуска по уходу за ребенком (л.д. 102).

Как указывает ответчик и не оспаривает истица, директор МОУ «ФИО6 СОШ» уведомил ФИО2 о необходимости явиться к нему в кабинет для ознакомления с документами.

В подтверждение указанных доводов ответчика представлена детализация телефонных звонков (л.д. 101), из которой усматривается, что на телефон истца в 10:17 был осуществлен звонок, продолжительность разговора составила 5 минут.

Судом установлено, что ФИО2 данный возов проигнорировала, покинув рабочее место за час до окончания рабочего времени, не поставив об этом в известность руководителя.

Согласно материалам дела, 06.06.2017 года директор МОУ «ФИО6 СОШ» издал приказ № 79 об увольнении ФИО2 с 06.06.2017 года и прекращении действия трудового договора от 24.11.2015 года № 291 по п. 2 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса РФ, в связи с истечением срока действия трудового договора (л.д. 98).

Согласно акту от 07.06.2017 года, составленному в 09:05 (л..д 99), ФИО2 было предложено поставить свою подпись об ознакомлении с приказом о ее увольнении. ФИО2 отказалась сделать это, ничем не мотивируя такой отказ. Также свою подпись она отказалась ставить в карточке формы Т2, в книге учета и движения трудовых книжек, отказалась получать трудовую книжку, написав заявление, что просит документы направить ей почтой. От подписи в ознакомлении с записью в трудовой книжке также отказалась.

07.06.2017 года ФИО2 на имя директора школы подано заявление с просьбой отправить ей по почте все необходимые документы при ее увольнении по указанному в заявлении адресу (л.д. 18).

Также из материалов дела усматривается, что 11.05.2017 года ФИО2 обратилась с письменным заявлением на имя директора с просьбой рассмотреть вопрос о возможности продления трудового договора в связи с беременностью (л.д. 15). К указанному заявлению была приложена справка о наличии у ФИО2 состояния беременности 14-15 недель (л..д 7)

24.05.2017 года ФИО2 подано заявление о переводе ее на другую работу, которую она сможет выполнять с учетом ее состояния здоровья до окончания беременности, в связи с истечением трудового договора и ее беременностью (л.д. 16).

Установлено, что 06.06.2017 года истице был подготовлен ответ на ранее ею поданные заявления, о том, что на 07.06.2017 года в МОУ «ФИО6 СОШ» отсутствуют вакантные должности, соответствующие квалификации истицы, а также вакантные нижестоящие должности или нижеоплачиваемая работа, которую она могла бы выполнять с учетом состояния здоровья (л.д. 100). Указанное уведомление, а также трудовая книжка, справка об отсутствии судимости, копия приказа от 27.02.2017 года были направлены в адрес истицы письмом посредством почтовой связи, о чем свидетельствует опись вложений письма с отметкой Почты России (л.д. 17)

07.06.2017 года директор МОУ «ФИО6 СОШ» издал приказ № 80, согласно которому в связи с выходом на работу 07.06.2017 года Л., учителя иностранного языка по окончании отпуска по уходу за ребенком, увольнением ФИО2, учителя иностранного языка по окончании срока действия трудового договора, Л. установлена учебная нагрузка на 2016-2017 г.г. с 07.06.2017 года – 27 ч. + 4ч. внеурочной работы, Л. назначена классным руководителем 8 г класса, установлена доплата из фонда компенсационных выплат.

Как предусмотрено ст. 58 Трудового кодекса РФ, трудовой договор может заключаться на неопределенный срок, а также на определенный срок (срочный трудовой договор). При этом, срочный трудовой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, в том числе на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, за которым в соответствии с трудовым законодательством сохраняется место работы (ч. 1 ст. 59 Трудового кодекса РФ).

В силу ст. 16 Трудового кодекса РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключенного ими в соответствии с данным кодексом.

Трудовой договор вступает в силу со дня подписания его работником и работодателем (ст. 61 Трудового кодекса РФ).

В соответствии с п. 2 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса РФ основанием прекращения трудового договора является истечение срока трудового договора

Согласно ст. 79 Трудового кодекса РФ срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника. Трудовой договор, заключенный на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, прекращается с выходом этого работника на работу.

Из анализа указанных правовых норм следует, что заключение срочного трудового договора означает достижение сторонами соглашения об условиях трудового договора, включая срок трудового договора.

Таким образом, ФИО2, подписав 24.11. 2015 года срочный трудовой договор, что ею не оспаривалось, знала о временном характере работы, дала согласие на такую работу, в том числе и на прекращение трудового договора в случае выхода на работу основного работника. В связи с чем, доводы ФИО2 о том, что ей при поступлении на работу не было известно, что она принимается временно, судом признаются не состоятельными.

Располагая представленными доказательствами, объяснениями сторон, оценивая их в совокупности, суд руководствуясь положениями ч. 1 ст. 59, п. 2 ч. 1 ст. 77, ч. 1 и 3 ст. 79 Трудового кодекса РФ, пришел к выводу о том, что ответчик, расторгнув 06.06.2017 года срочный трудовой договор с истицей, действовал в соответствии с требованиями действующего трудового законодательства, поскольку указанный договор был заключен на время исполнения обязанностей отсутствующего работника Л., которая 07.06.2017 года вышла на работу.

При этом суд учитывает, что работодателем при расторжении трудового договора с истцом были соблюдены требования ч. 1 ст. 79 Трудового кодекса РФ о процедуре прекращения трудового договора в связи с истечением срока его действия.

В соответствии с положениями ст. 261 ТК РФ расторжение трудового договора по инициативе работодателя с беременной женщиной не допускается, за исключением случаев ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем.

В случае истечения срочного трудового договора в период беременности женщины работодатель обязан по ее письменному заявлению и при предоставлении медицинской справки, подтверждающей состояние беременности, продлить срок действия трудового договора до окончания беременности, а при предоставлении ей в установленном порядке отпуска по беременности и родам - до окончания такого отпуска. Женщина, срок действия трудового договора с которой был продлен до окончания беременности, обязана по запросу работодателя, но не чаще чем один раз в три месяца, предоставлять медицинскую справку, подтверждающую состояние беременности. Если при этом женщина фактически продолжает работать после окончания беременности, то работодатель имеет право расторгнуть трудовой договор с ней в связи с истечением срока его действия в течение недели со дня, когда работодатель узнал или должен был узнать о факте окончания беременности.

Допускается увольнение женщины в связи с истечением срока трудового договора в период ее беременности, если трудовой договор был заключен на время исполнения обязанностей отсутствующего работника и невозможно с письменного согласия женщины перевести ее до окончания беременности на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации женщины, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую женщина может выполнять с учетом ее состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать ей все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

Судом установлено, что на момент увольнения ФИО2 в МОУ «ФИО6 СОШ» имелось 2 вакантные должности уборщика служебных помещений.

В соответствии с представленными ответчиком документами, а именно протоколами оценки условий труда сотрудников, занимающих указанную должность (л.д. 70-79), уборщик служебных помещений во время рабочей смены поднимает и переносит ведро с водой весом 7 кг на 150 м. 10 раз за смену, находится в позе стоя до 60% рабочего времени, совершает наклоны корпуса не менее 60 раз за смену.

Вместе с тем, п. 4 СанПиН 2.2.0.555-96 Гигиенические требования к условиям труда женщин, предусмотрены требования к условиям труда женщин в период беременности. Из содержания данного пункта следует, что 

технологические процессы и оборудование, предназначенные для труда беременных женщин, не должны быть источником повышенных уровней физических, химических, биологических и психофизиологических факторов. При выборе технологических операций для их труда следует предусматривать такие величины физических нагрузок, которые являются допустимыми для беременных (подъем и перемещение тяжестей при чередовании с другой работой до 2-х раз в час - 2,5 кг; суммарная масса грузов, перемещаемых в течение каждого часа рабочей смены на расстояние до 5 м, не должна превышать: с рабочей поверхности 60 кг., подъем с пола не допускается). Беременные женщины недолжны выполнять производственные операции, связанные с подъемом предметов труда выше уровня плечевого пояса, подъемом предметов труда с пола, преобладанием статического напряжения мышц ног и брюшного пресса, вынужденной рабочей позой (на корточках, на коленях, согнувшись, упором животом и грудью в оборудование и предметы труда), наклоном туловища более 15°. Не допускаются беременные женщины к выполнению работ, связанных с воздействием возбудителей инфекционных, паразитарных и грибковых заболеваний. Для беременных женщин исключаются виды деятельности, связанные с намоканием одежды и обуви, работы на сквозняке.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что имеющиеся у ответчика вакантные должности уборщика служебных помещений, истице не могли быть предложены, учитывая, что истица находилась на стационарном лечении по поводу угрозы выкидыша, что следует из ее показаний, данных в ходе рассмотрения дела.

Иных вакантных должностей, соответствующих образованию и квалификации, которые истица могла бы занять, у работодателя не имелось.

При этом суд учитывает, что сама истица проигнорировала вызов руководства для ознакомления с документами и 06.06.2017 года самостоятельно покинула рабочее место до истечения рабочего времени, не поставив работодателя в известность об этом. Тем самым, истица уже 06.06.2017 года отказалась от ознакомления с документами, составленными работодателем. В связи с чем, суд признает несостоятельными доводы истицы о том, что работодателем была нарушена процедура увольнения, поскольку ей не были предложены вакантные должности.

Также необходимо отметить, что статьями 79 и 261 Трудового кодекса РФ, устанавливающими порядок прекращения срочного трудового договора и гарантии беременным женщинам и женщинам, имеющим детей, при расторжении трудового договора, не устанавливается каких-либо ограничений для увольнения в связи с истечением срока действия срочного трудового контракта беременной женщины. Указанные выше положения законодательства не могут рассматриваться как уменьшающие гарантии прав женщин, работающих по срочным трудовым договорам, по сравнению с другими категориями граждан, так как при заключении такого договора женщина, в том числе и истица, знала о характере заключаемого с нею договора и была согласна на предложенные условия.

Доводы истицы о наличии свободных часов учителя иностранного языка суд находит не состоятельными.

Согласно приказу Министерства образования и науки РФ от 22.12.2014 года №1601 норма часов учебной (преподавательской) работы устанавливается 18 часов в неделю учителям организаций, осуществляющих образовательную деятельность. На начало учебного года утверждается учебный план, на основании которого формируются часы занятости преподавательского состава.

Исходя из утвержденного приказом директора №301 от 31.08.2016 года Учебного плана на 2016-2017 года (л.д. 83-85), общая нагрузка на преподавателей английского языка на 2016-2017 года составляет 170 часов в неделю ( 11кл. нач.школы разделены на 2 подгруппы, т. е. 22х 2 = 44 часа в неделю начальная школа, 22 кл. основной школы разделены на 42 подгруппы, т. е. 42х 3= 126 часов в неделю. 44 часа + 126 часов = 170 часа ). 

Далее учебная нагрузка на основании приказа директора № 168 от 01.09.2016 года (л.д. 120-121) была распределена на состоящих в трудовых отношениях на 01.09.2016 года учителей английского языка - Е., Г., А., В., О., ФИО2 (25 час. в неделю), Д., Б., К.

03.11.2016 года в связи с уходом в декретный отпуск А., Б., К. (фамилия изменена на С.) и приемом новых сотрудников Р. и И. (л.д. 114-116) директором школы был издан приказ о перераспределении учебной нагрузки. 

В связи с изменением нагрузки с соответствующими сотрудниками были заключены дополнительные соглашения. С истицей ФИО2 было заключено дополнительное соглашение № 662 к трудовому договору об изменении учебной нагрузки с 25 часов в неделю на 31 час неделю (л.д. 136).

Ответчиком представлены дополнительные соглашения, заключенные со всеми учителями иностранного языка (л.д. 134-138).

Таким образом, на момент прекращения трудовых отношений с истицей вся учебная нагрузка была распределена между сотрудниками. 

Изменение в одностороннем порядке объема нагрузки противоречит действующему законодательству (приказ Министерства образования и науки РФ от 22.12.2014 года №1601 и.1.5, п.1.7). 

Суд не соглашается с доводами стороны истца относительно того, что при достаточном количестве незанятых часов преподавания, работодатель был обязан предложить указанные часы преподавателя иностранного языка истице, поскольку вакантной должности преподавателя иностранного языка у ответчика на момент увольнения истицы не имелось, а дополнительные часы педагогической нагрузки, не зависимо от их количества, не образуют вакантной должности и не могут быть распределены в качестве основной работы. 

Поскольку с истицей было заключено дополнительное соглашение об изменении учебной нагрузки до 31 часа в неделю, за увеличение которой истица получала соответствующую доплату, у суда не имеется оснований для выводов о том, что выполнение истицей такой учебной нагрузки сверх установленного норматива, свидетельствует о том, что заключенный с нею трудовой договор стал носить бессрочный характер, учитывая положения нормативных документов об установлении учебной нагрузки лишь на 1 учебный год. Как учителю школы, истице должны было быть достоверно известны положения действующих нормативных актов об установлении учебной нагрузки. В связи с чем, суд находит несостоятельными доводы стороны истца о том, что в трудовом договоре не конкретизирована дата окончания выполнения работ в 13 учебных часов, условия уменьшения или увеличения нагрузки, выходящей за рамки трудового договора, в связи с чем, истица не знала условия о сроках ее окончания. Более того, трудовой договор, заключенный с истицей, содержит указание о том, что ее учебная нагрузка по должности учителя иностранного языка составляет не менее 18 учебных часов. Такое условие трудового договора свидетельствует о том, что учебная нагрузка для 1 ставки учителя, составляет 18 часов в неделю и более, данное условие накладывает на работодателя обязанность обеспечить истицу работой на полную ставку и ограничивает возможность работодателя снизить учебную нагрузку менее 1 ставки без согласия на это работника, но не свидетельствует о том, что увеличение учебной нагрузки позволяет судить о наличии у работодателя свободной ставки учителя.

При таких обстоятельствах, оснований для признания срочного трудового договора от 24 ноября 2015 года между истицей и муниципальным общеобразовательным учреждением «ФИО6 средняя образовательная школа», заключенным на неопределенный срок, у суда не имеется.

Учитывая изложенное, требования истицы о признании ее увольнения, приказа об увольнении незаконными, восстановлении ее в должности учителя иностранного языка и признании срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок, удовлетворению не подлежат.

Отказывая в удовлетворении указанных требований, суд учитывает, что актом проверки Государственной инспекции труда в Московской области от 13.07.2017 года также установлено, что директором школы МОУ «ФИО6 СОШ» соблюдена процедура увольнения ФИО2 с учетом положений ст. 261 ТК РФ (л.д. 32-35).

Разрешая требования истицы о взыскании в её пользу компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей, суд также не находит оснований к их удовлетворению, поскольку возможность возмещения морального вреда, причиненного работнику, предусмотренная ст.237 ТК РФ, порождается неправомерными действиями или бездействием работодателя. В рассматриваемом случае в действиях работодателя по увольнению истицы отсутствуют какие-либо признаки неправомерности, так как судом установлено, что увольнение истицы было осуществлено по законным основаниям и с соблюдением формальной стороны процедуры увольнения.

Доводы истицы о том, что действия работодателя, не выдававшего ей ответы о наличии вакантных должностей и возможности ее трудоустройства, на ее заявления, поданные в мае 2017 года, нарушали ее права как работника, суд также находит несостоятельными, поскольку о выходе Л. на работу директору школы достоверно стало известно лишь после поступления соответствующего заявления от Л. 06.06.2017 года. До указанного времени работодатель не был обязан разрешать вопросы о дальнейшем трудоустройстве ФИО2

При таких обстоятельствах у суда не имеется оснований для удовлетворения требований истицы в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО2 о признании незаконным приказа об увольнении от 06.06.2017 года, признании срочного трудового договора от 24.11.2015 года заключенным на неопределенный срок, восстановлении ФИО2 на работе в должности учителя иностранного языка МОУ «ФИО6 средняя общеобразовательная школа», взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда – оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца в Московский областной суд через Серпуховский городской суд со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий судья: Купцова Г.В. 

Мотивированное решение изготовлено 18 августа 2017 года.