Дело № 2-242/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

20 июня 2017 г. р.п. Кормиловка

Кормиловский районный суд Омской области в составе председательствующего судьи Бочаровой У.В.

при секретаре Споденейко О.В.

с участием помощника прокурора Карачинцевой О.Г.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к СПК «Некрасовский» о взыскании компенсации морального вреда.

У С Т А Н О В И Л:

Истец обратилась в суд с требованием о взыскании с СПК «Некрасовский» компенсации морального вреда в размере 300 000 руб. В обоснование исковых требований указала, что работала с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ дояркой и веттехником в колхозе «Заветы Ильича» 

<

адрес>, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ зоотехником-селекционером колхоза «Заветы Ильича» 

<

адрес>, который ДД.ММ.ГГГГ был преобразован в акционерное общество закрытого типа «Некрасовское», с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ бригадиром бригады № молодняка АОЗТ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ бригадиром животноводства АОЗТ «Некрасовское», которое ДД.ММ.ГГГГ преобразовано в СПК «Некрасовское». Стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и воздействия неблагоприятных производственных факторов составил 14 лет. Во время выполнения производственных работ в ее должностные обязанности входило: организация проведения профилактических работ, ветеринарно-санитарных, противоэпизоотических работ. При выполнении функциональных обязанностей проводился осмотр животных, взятие проб крови, мочи, фекалий. Работая в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов со скотом положительно реагирующим на бруцеллез, она заболела и получила профессиональное заболевание: хронический бруцеллез форма локомоторная ст. субкомпенсации. В п. 20 Акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ непосредственной причиной профессионального заболевания указывается контакт с животными, биологическими субстратами (кровь, моча, фекалии) от животных являющихся носителями бруцелл или с течением заболевания бруцеллезом у животных в скрытой форме. В связи с профессиональным заболеванием от ДД.ММ.ГГГГ ФГУ «Главное бюро МСЭ по 

<

адрес>» установило ей степень утраты профессиональной трудоспособности 30%. В период ее работы с больными животными работодатель не принимал мер с целью предупреждения заражения бруцеллезом, не делали ей пробы на бруцеллез. Болезнь у нее прогрессирует, она постоянно вынуждена обращаться за медицинской помощью, болезнь сопровождается рядом негативных последствий – усиливаются боли в позвоночнике, снижается память, усиливается утомляемость и головные боли. В связи с этим полагает, что работодатель обязан компенсировать ей моральный вред, возникший в связи с повреждением здоровья в результате профессионального заболевания, который она оценивает в 300 000 руб. и полагает сумму разумной и соразмерной физическим и нравственным страданиям, которые она испытывает в связи с наступлением профессионального заболевания.

В судебном заседании истец ФИО1, ее представитель ФИО3 исковые требования поддержали в полном объеме, суду пояснили, что истец с 1987 по 2004 г. проживала в 

<

адрес> и работала в сначала в колхозе «Заветы Ильича», затем АОЗТ «Некрасовское», СПК «Некрасовское». В 1991 г. она родила ребенка и находилась в отпуске по уходу за ребенком. Домашнее хозяйство имела но все время проживания в селе. Крова в хозяйстве была около одного года. За период работы в СПК «Некрасовский» она проходила медицинские осмотры не более двух раз. Прививки от бруцеллеза ей не ставили. Кровь на определение бруцеллеза не брали. В 2005 г. при трудоустройстве на мясокомбинат она проходила медицинскую комиссию и у нее выявили заболевание бруцеллез, но так как ей не сказали о необходимости обратится к инфекционисту с целью лечения, то до 2012 г. специфическое лечение она не принимала. В 2012 г. официально диагноз бруцеллез был установлен и подтвержден, установлена связь с исполнением профессиональных обязанностей, назначена пенсия по инвалидности в связи с профессиональным заболеванием. Полагает, что заразилась в СПК «Некрасовский». У животных которых выявлялись сомнительные пробы их отправляли в 

<

адрес> на мясокомбинат. Заболевание проявляется вечной слабостью, недомоганием, головными и суставными болями, заторможенностью реакций, ознобом. Заболевание бруцеллез не излечимое заболевание, симптомы заболевания только прогрессируют с каждым годом.

Представитель ответчика СПК «Некрасовский» - ФИО2 исковые требования не признал суду пояснил, что истец имеет трудовой стаж с 1982 по 2013 г. и была занята на работе в нескольких сельскохозяйственных предприятиях. Согласно санитарно-гигиенической характеристике труда работника от ДД.ММ.ГГГГ условия труда, организованные в СПК «Некрасовский», соответствовали установленным требованиям, каких-либо нарушений со стороны Работодателя выявлено не было. По данным ветеринарной службы за период с 1987 по 2005 г. в СПК «Некрасовский» не зарегистрировано животных, положительно реагирующих на бруцеллез. В пункте 24 содержится вероятностное суждение «могла иметь контакт с животными положительно реагирующими на бруцеллез». Согласно представленной информации БУ «Областной центр ветеринарного обеспечения» СПК «Некрасовское» в период с 1983 по 2004 г. благополучен по бруцеллезу крупного рогатого скота. Согласно ответа БУЗОО «Кормиловская ЦРБ» заболеваемости бруцеллезом в связи с профессией с 1982 г. в СПК «Некрасовский» не зарегистрировано. Медосмотры работников СПК проводились согласно действующих регламентирующих в том время документов. Из представленных документов следует, что профессиональное заболевание бруцеллезом не могло быть получено истцом при работе на предприятиях ответчика. Принимая во внимание, что истец с 1982 по 1987 г. могла иметь контакт с инфицированными животными у других работодателей, полагает не подтвержденным факт заражения истца бруцеллезом, в связи с исполнением ею трудовых функций в СПК «Некрасовский». Кроме того впервые обследована в связи с заболеванием в 2012 г., то есть по истечении 8 лет с окончания работы у ответчика. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец осуществляла трудовую деятельность в МП 

<

адрес> «Электрический транспорт», доказательств о том, что истец до 2012 г. обращалась в медицинские учреждения с жалобами на симптомы установленного ей позднее заболевания, в качестве подтверждения нравственных страданий, не представлены. На основании сказанного просил суд отказать в удовлетворении исковых требований.

В заключении помощник прокурора Карачинцева О.Г. обратила внимание суда, что по делу подлежали доказыванию обстоятельства: наличие вреда, причинитель вреда (лицо), причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и возникшим вредом. В судебном заседании установлено, что впервые кровь на бруцеллез была получена у ФИО1 в 2015 г. Согласно справке БУЗОО «Кормиловская ЦРБ» инкубационный период заболевания бруцеллез составляет 2-3 недели с момента заражения до проявления заболевания. Таким образом, ФИО1 могла заразиться в любой момент до сдачи крови. В акте о несчастном случае указано источником заражения является КРС. Так как истица работала дояркой, веттехником, зоотехником-селекционером, то в силу служенных обязанностей имела контакт в инфекционным агентом и могла заразится. Доводы ответчика о том, что истец могла заразиться в период с 1982-1983 г. являясь членом колхоза в 

<

адрес>, то сведений о выполнении потенциально-опасных видов деятельности не добыто, кроме того в этот период заболевание бруцеллез не зафиксировано. В 2012 г. зафиксирован факт профессионального заболевания. Работодатель не оспаривал акт о профессиональном заболевании, возражений не представлено. В организации ответчика не проводилось мер направленных на профилактику заражения – не проводились профилактические осмотры, документы не представлены. Так как согласно сведениям ФАП кровь на бруцеллез до 2005 г. не бралась, то выявление даты заражения бруцеллезом не возможно. Факт заболевания установлен. Ответчик данный факт не оспаривает. Прокурор предложил критически отнестись к информации БУ ОСББЖ об отсутствии сомнительных проб у животных СПК «Некрасовский» за период с 1987 по 2004 г., так как она подготовлена на основании журнала за 1987 г и 2010 г. остальные журналы в организации не сохранились. При расследовании несчастного случая было установлено больное животное общественное сельскохозяйственное, а также получены документы о благополучии личного подсобного хозяйства ФИО1 за указанные годы. Прокурор полагал доказанным факт получения профессионального заболевания, наличие моральных страданий в связи с его проявлением и полагал необходимым взыскать в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, его размер оставил на усмотрение суда.

На основании ч.ч. 3,4 и 5 ст. 167 ГПК РФ для правильного и своевременного рассмотрения и разрешения дела, суд полагает возможным рассмотреть дело при данной явке и имеющихся доказательствах.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должны доказать те обстоятельства на которые она ссылается как на основании заявленных требований, если иное не предусмотрено федеральным законом

В соответствии с пунктом 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Абзацем 16 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами.

В соответствии с абзацем 2 пункта 3 статьи 8 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В силу абзаца 4 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

Согласно статье 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; применение сертифицированных средств индивидуальной и коллективной защиты работников; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора; в случаях возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В судебном заседании было установлено, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ принята в члены колхоза «Знамя коммунизма», с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ обучалась в совхозе-техникуме «Омский», с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работала дояркой и веттехником в колхозе «Заветы Ильича» 

<

адрес>, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работала разнорабочей и аппаратчиком Кормиловского комбикормового завода, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работала швеей-мотористкой Марьяновского РПК, с ДД.ММ.ГГГГ по 02.12ю.1993 г. работала зоотехником-селекционером колхоза «Заветы Ильича» 

<

адрес>, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работала бригадиром молодняка бригады № АОЗТ «Некрасовский» с 13.023.2000 по ДД.ММ.ГГГГ работала бригадиром животноводства АОЗТ «Некрасовский», с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работала кондуктором колонны № ОМУП «Городской электротранспорт» 

<

адрес>, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работала водителем троллейбуса МП «Электрический транспорт» 

<

адрес>. (трудовая книжка колхозника № от ДД.ММ.ГГГГ и трудовая книжка серия ТК-I №).

Согласно результатов исследования крови от ДД.ММ.ГГГГ реакция ФИО4, Райта сомнительный, от ДД.ММ.ГГГГ реакция Хендельсона: резко положительная, реакция Райта резко положительная, результаты исследования крови на антитела к возбудителю бруцеллеза от ДД.ММ.ГГГГ реакция Хендельсона, Райта сомнительная. Таким образом, впервые наличие заболевания бруцеллез у ФИО1 выявлено в 2005 г. До указанного момента забор крови на определение заболевания не производился.

Справкой Серии МСЭ-2009 № от ДД.ММ.ГГГГ установлена утрата профессиональной трудоспособности 40 процентов в связи с профессиональным заболеванием бессрочно. Справкой МСЭ-2015 № от ДД.ММ.ГГГГ установлена третья группа инвалидности в связи с профессиональным заболеванием бессрочно.

Профессиональное заболевание зафиксировано актом о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ согласно данного акта профессиональное заболевание установлено в СПК «Некрасовский» несмотря на то, что ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ не работала в данной организации. Профессиональное заболевание возникло при выполнении профессиональных обязанностей в период работы дояркой, веттехником, и зоотехником-селекционером СПК «Некрасовский». Согласно санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) от ДД.ММ.ГГГГ № имелся контакт с инфекционным агентом возбудителем бруцеллеза. Картой эпизоотолого-эпидемиологического обследования очага зоонозного заболевания от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что локализация очага СПК «Некрасовский» 

<

адрес>, вид заболевшего животного сельскохозяйственное общественное, диагноз у животного лабораторно подтвержден, животное убито, условия способствовавшие заражению человека нарушения санитарно-эпидемиологического режима и правил содержания и ухода за сельскохозяйственными животными., выявление заболевания 2006 г., иммунизация против данной инфекции не проводилась, животные сданы на убой, проведена дезинфекция. Согласно вкладному листу к карте диагноз установлен комплексно серологические исследования ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, иммунологические ДД.ММ.ГГГГ Заболевание профессиональное.

Факт передачи заболевания по средством употребления продуктов питания опровергнут. Причинно-следственная связь между исполнением профессиональных обязанностей и полученным заболеванием установлена актом о несчастном случае от ДД.ММ.ГГГГ Акт надлежащим образом составлен и заверен, имеется подпись руководителя СПК «Некрасовский» акт о несчастном случае на производстве не оспорен.

Таким образом, причиной возникших у истца заболеваний является длительная работа в условиях контакта с животными, положительно реагирующими на бруцеллез, не обследованными лабораторно в плановом порядке или по эпизоотическим показаниям, то есть в результате не обеспечение работодателем безопасных условий труда доярки, веттехника, зоотехника-селекционера, которые оценены по классу 3.2 (вредные условия труда). Следовательно, ответчик должен возместить вред, причиненный здоровью работника. Доводы представителя ответчика о том, что профессиональное заболевание могло быть получено в период с 1982 по 1987 г. у другого работодателя не нашел своего подтверждения, так как деятельность связанная с контактом с животными осуществлялась ею исключительно с 1987 по 2004 г. в СПК «Некрасовский» - в должности доярки, веттехника и зоотехника-селекционера.

Разрешая вопрос о размере денежной компенсации в возмещение морального вреда, суд руководствуется положениями ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда; при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости; характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Судом установлено, что ФИО1 получила профессиональное неизлечимое заболевание, которое проявляется постоянной ломотой и болью в суставах как крупных (тазобедренных, локтевых, коленных), так и мелких (пальцы рук, ног), пояснице, головной болью и жаром, ознобом, слабостью, заторможенностью психомоторных реакций (забывчивостью). Излечение данного заболевания не возможно, лечение данного заболевания способно лишь облегчить симптомы заболевания, но не избавить от них в целом. ФИО1 в связи с наличием заболевания утратила трудоспособность 40 % и ей установлена инвалидность 3 группы. Она вынуждена ежегодно по два три раза проходить стационарное лечение испытывая определенного рода лишения, физические и нравственные страдания, принимая болезненные процедуры. ФИО1 проработала в данной организации (СПК «Некрасовский») 17 лет, однако мероприятия направленные на раннюю диагностику заболевания руководством не проводились (согласно справки ФАП Некрасовский забор крови на бруцеллез не проводился), что привело к длительному не выявлению заболевания, протекание его в скрытой форме и переход в хроническую форму с обширным поражением органов и тканей.

С учетом установленных обстоятельств суд полагает заявленный размер морального вреда 300 000 руб. разумным, основанном на степени вреда здоровью (средней-тяжести), давности возникновения заболевания, доли способствования работодателя пресечению распространения заболевания и раннего диагностирования заболевания, степени нравственных страданий истца.

В соответствии со статьей 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно статье 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В связи с рассмотрением гражданского дела в суде ФИО1 понесла расходы в размере 17 500 руб., а именно 2500 рублей за подготовку искового заявления, а также по 5000 рублей за участие представителя в трех судебных заседаниях. О несении данных расходов свидетельствуют квитанции сер. АП №, сер. АП №, сер. АП №, сер. АП №.

Суд полагает данные расходы разумными с учетом удаленности суда от 

<

адрес> (участие представителя из 

<

адрес>), времени проведенного в зале судебного заседания, разрешения ходатайств о назначении экспертизы, поиск информации и подготовка к судебному рассмотрению со стороны представителя, средних расценок по области на аналогичные услуги.

В связи с тем, что истец, освобожденный от уплаты государственной пошлины оплатил ее, о чем имеется квитанция, суд полагает взыскать государственную пошлину в размере 300 руб. с ответчика в истца..

Суд полагает необходимым взыскать с СПК «Некрасовский» в пользу ФИО1 расходы на оплату слуг представителя в размере 17 500 руб. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. 1085 ГК РФ, 195-198 ГПК РФ

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к СПК «Некрасовский» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с СПК «Некрасовский» в пользу ФИО1 компенсацию маорального вреда в размере 300 000 рублей.

Взыскать с СПК «Некрасовский» в пользу ФИО1 расходы по оплате услуг представителя в размере 17 500 рублей.

Взыскать с СПК «Некрасовский» в пользу ФИО1 государственную пошлину в размере 300,00 руб.

Решение в течение одного месяца со дня его вынесения может быть обжаловано в Омский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Кормиловский районный суд.

Судья У.В. Бочарова

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ 

Судья У.В. Бочарова