Дело № 2-153/2018

З А О Ч Н О Е 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

13 сентября 2018 года город Сосногорск Республика Коми 

Сосногорский городской суд Республики Коми в составе председательствующего судьи Дудиной О.С., при секретаре Бохоновой Н.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ОАО «Усинскгеонефть» о признании незаконным и отмене приказов о возмещении материального ущерба, наложении дисциплинарного взыскания, взыскании удержанных сумм, расходов,

установил :

ФИО1 обратился в Сосногорский городской суд РК с исковым заявлением к ОАО «Усинскгеонефть», просил признать незаконными и отменить: приказ №а от 30.08.2017 «О возмещении материального ущерба», приказ № от 04.09.2017 «О наложении дисциплинарного взыскания»; взыскать с ответчика незаконно удержанную сумму в размере 97 000 рублей, взыскать судебные расходы на оплату услуг представителя в сумме 30 000 рублей. 

Требования мотивированы тем, что с 15.04.2015 по 05.10.2017 истец состоял в трудовых отношениях с ОАО «Усинскгеонефть», где работал в должности инженера по бурению. Согласно трудовому договору № от 15.04.2015 истец работал вахтовым методом, где вахта включала в себя время выполнения работ на объекте и время междусменного отдыха.

В период с 19.07.2017 по 19.08.2017 истец находился на рабочей вахте, на КП №12 скважина 1201 Колвинского месторождения согласно графику сменности. Ввиду непрерывности процесса бурения и для надлежащего (круглосуточного) контроля за соблюдением технологии, техники безопасности и охраны труда буровой вахтой, истец работал предпочтительно в ночную смену (с 19:00 до 07:00), тогда как мастер буровой А работал в дневную смену (с 07:00 до 19:00).

13.08.2017 истец в очередной раз заступил на рабочую смену в ночь. При забое (глубина скважины) 2899м, согласно «Программе на бурение скважины…» и для поддержания плановой траектории ствола скважины, под руководством инженера по ННБ (наклонно-направленное бурение) компании ООО «Шлюмберже Восток» производились попытки направленного бурения. В отличие от роторного способа бурения, когда бурение происходит при создании нагрузки на долото и вращения бурильной колонны, при направленном бурении вращается только долото при помощи вала ДРУ (двигатель с регулятором угла), сама бурильная колонна остается без вращения. При выполнении нескольких попыток направленного бурения зафиксировано: при подходе к забою скважины подлипание КНБК (компоновка низа бурильной колонны). Позже, при очередной попытке направленного бурения, произведен отрыв КНБК от забоя, зафиксирована затяжка до 24 тонн сверх собственного веса бурильной колонны. Расхаживание бурильной колонны в пределах 55-96 тонн результатов не принесло, движение бурильной колонны вверх/вниз отсутствует, характер циркуляции- свободная. В 21 час 40 минут 13.08.2017 бурильная колонна потеряла подвижность. По всем признакам получен дифференциальный прихват бурильной колонны. 

Позже выполнены работы по восстановлению подвижности бурильной колонны- установка нефтяной ванны в объеме 20 м?, с расхаживанием бурильной колонны в режиме: разгрузка до 24 тонн, натяжение до 136 тонн, согласно датчику веса станции ГТИ (геолого-технические исследования).

Около 12 часов дня 14.08.2017 истец ушел в вагон-дом отдохнуть, о чем сообщил мастеру буровой А Около 17 часов 14.08.2017 истец от бурового мастера узнал, что в 15 часов 10 минут во время расхаживания, при очередном натяжении до 153 тонн согласно датчику ГТИ, произошла потеря веса на крюке до 0 тонн в связи с обрывом колонны бурильных труб.

19.08.2017 истец убыл с буровой на отдыхающую вахту, а 05.09.2017 истцу по телефону работник отдела кадров сообщила, что с него подлежит взысканию сумма в размере 97 000 рублей. 18.09.2017 истца ознакомили с: приказом №а от 30.08.2017 «О возмещении материального ущерба», на основании которого из заработной платы с Гриц удержано в счет возмещения ущерба предприятию 97 000 рублей; приказом № от 04.09.2017 «О наложении дисциплинарного взыскания», на основании которого истцу объявлен выговор за отсутствие контроля за выполнением работ на объекте подрядными организациями, за отсутствие контроля за фиксацией параметров бурения, использования при работе неисправного КИП. С указанными приказами истец не согласен, считает их незаконными и просит отменить.

Истец ФИО1 в суде на требованиях настаивал по доводам, изложенным в иске и письменных пояснениях, представленными в суд. Считает, что его вины в причинении ущерба предприятию нет, так как на буровой находился мастер, который руководит процессом, и вся ответственность лежала на нем. Истец не имел права вмешиваться в ход работ подрядной организации согласно п.8.1 договора. Считает, что не имеется причинно-следственной связи между потерей подвижности и обрывом трубы, имело место принятие неверного плана работы по восстановлению подвижности. Считает виновным в сложившейся ситуации мастера и сервисную компанию, так как не был правильно составлен план работ по восстановлению подвижности колонны, ущерб причинен в результате обрыва трубы, который произошел, когда он был на отдыхающей смене, его вины в этом нет, к дисциплинарной и материальной ответственности привлечен необоснованно. Приехав на вахту 17.09.2017, 18.09.2017 обратился в отдел кадров с заявлением о выдаче приказов, в листе ознакомления с приказами нет его подписи. Указал, что с приказами ознакомлен 18.09.2017, поэтому срок для обращения в суд с иском не истек, 18.09.2017 узнал о нарушении его прав и в течении предусмотренного законом срока обратился в суд с иском. 

Представитель истца ФИО2, действующая на основании ордера, о времени и месте рассмотрения дела извещена, ранее в судебных заседаниях требования поддержала. 

Ответчик ОАО «Усинскгеонефть» о времени и месте рассмотрения дела извещен, в суд представитель не явился, не просил рассмотрение дела отложить, ранее представил возражения на иск, в которых просил в удовлетворении исковых требований отказать в связи с пропуском Гриц срока для обращения в суд с иском.

Определением суда дело рассмотрено в отсутствие представителя ответчика в порядке заочного производства.

Заслушав истца, исследовав материалы дела, суд считает, что исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению частично.

Из материалов дела следует, что ФИО1 с 15.04.2015 по 05.10.2017 состоял в трудовых отношениях с ОАО «Усинскгеонефть», где работал в должности инженера по бурению. 

Согласно п.3.1 трудового договора № от 15.04.2015 истец работал вахтовым методом, вахта включала в себя время выполнения работ на объекте и время междусменного отдыха.

В период с 19.07.2017 по 19.08.2017 истец находился на рабочей вахте, на КП №12 скважина 1201 Колвинского месторождения согласно графику сменности. Ввиду непрерывности процесса бурения и для надлежащего (круглосуточного) контроля за соблюдением технологии, техники безопасности и охраны труда буровой вахтой, истец работал в ночную смену (с 19:00 до 07:00), в дневную смену (с 07:00 до 19:00) работал мастер буровой А

Из материалов дела и доводов истца в суде следует, что 13.08.2017 Гриц заступил на смену. При забое (глубина скважины) 2899 м, согласно «Программе на бурение скважины…» и для поддержания плановой траектории ствола скважины, под руководством инженера по ННБ (наклонного-направленного бурения) компании ООО «Шлюмберже Восток» производились попытки направленного бурения. В отличие от роторного способа бурения, когда бурение происходит при создании нагрузки на долото и вращения бурильной колонны, при направленном бурении вращается только долото при помощи вала ДРУ (двигатель с регулятором угла), сама бурильная колонна остается без вращения. При выполнении нескольких попыток направленного бурения зафиксировано, что при подходе к забою скважины возникло подлипание КНБК (компоновки низа бурильной колонны)- невозможность довести нагрузку до забоя, нагрузка возникает на долото, не доходя до забоя. После очередной попытки направленного бурения, произведен отрыв КНБК от забоя, зафиксирована затяжка до 24 тонн сверх собственного веса бурильной колонны. Расхаживание бурильной колонны в пределах 55-96 тонн результатов не принесло, движение бурильной колонны вверх-вниз отсутствует, характер циркуляции- свободная.

В 21 час 40 минут 13.08.2017 бурильная колонная потеряла подвижность. По всем признакам получен дифференциальный прихват бурильной колонны. Были выполнены работы по восстановлению подвижности бурильной колонны- установка нефтяной ванны в объеме 20 м?, с расхаживанием бурильной колонны в режиме: разгрузка до 24 тонн, натяжение до 136 тонн, согласно датчику веса станции ГТИ (геолого-технические исследования). Согласно акту от 14.08.2017, составленному и подписанному мастером буровой ОАО «Усинскгеонефть» А, старшим геологом участка ПГРР Г, супервайзером по бурению К, после установки нефтянной ванны прихват бурильной колонны не ликвидирован.

Согласно акту от 15.08.2017, составленному и подписанному мастером буровой ОАО «Усинскгеонефть» А, старшим геологом участка ПГРР Г, супервайзером по бурению К, на скважине №1201 куста №12 Колвинского нефтяного месторождения в 15 час. 10 мин. 14.08.2017 произошел инцидент, связанный с обрывом бурильной колонны при следующих обстоятельствах: при ликвидации инцидента, связанного с прихватом бурильной колонны, во время стоянки под нефтяной ванной, установленной в интервале 2902-2297 м, производилось расхаживание бурильной колонны с разгрузкой до 24т, натяжением до 153 т. по данным станции ГТИ. При очередной вытяжке бурильной колонны на 153т произошел скачок бурильной колонны и ВСП, потеря веса до 0 т. В результате в скважине осталось 2742,34 м бурильного инструмента.

Из акта дежурств ИТР во время работ по ликвидации инцидента- дифференциальный прихват бурильной колонны на скважине №1201 куста №12 Колвинского нефтяного месторождения видно, что в период с 15:00 до 18:00 инженер по бурению ФИО1 находился на отдыхе.

Из объяснения бурильщика 7 разряда Т от 14.08.2017, представленного в материалы дела, следует, что вышеуказанные работы производились по указанию и в присутствии бурового мастера.

Согласно пояснительной записке мастера буровой ОАО «Усинскгеонефть» А от 20.08.2017, все работы по наклонно-направленному бурению проводились под руководством инженера компании «Шлюмберже».

Из акта технического расследования инцидента от 28.08.2017 следует, что 13.08.2017 в 21 час. 40 мин. бурильная колонна потеряла подвижность; 14.08.2017 слом бурильного инструмента ТБПК-127х9,19 «G». Причинами прихвата бурильной колонны послужил ненадлежащий контроль со стороны руководителя буровой над процессом бурения скважины при прохождении серпуховского яруса в интервале 2550-2660м по вертикали. Нарушение п.1 (Риски при бурении Серпуховского горизонта) программы на бурение скважины №1201.

Причиной слома бурильного инструмента стала разность показаний основного и дублирующего приборов ГИВ-6; определение весов бурильной колонны по показаниям неверно работающего прибора ГИВ-6; длительное воздействие предельно допустимых нагрузок на бурильный инструмент. Виновниками инцидента признаны мастер буровой А и инженер по бурению ФИО1

Согласно справке заместителя директора по экономике, финансам и договорной работе ОАО «Усинскгеонефть», в ходе ликвидации инцидента, произошедшего 13.08.2017, связанного с потерей подвижности бурильной колонны, утеряно оборудование на общую сумму 350 272,19 рублей.

На основании приказа №а от 30.08.2017 в связи с произошедшим инцидентом 13.08.2017, связанного с потерей подвижности бурильной колонны, повлекшим причинение материального ущерба ОАО «Усинскгеонефть», из заработной платы ФИО1 удержано 97 000 рублей, из заработной платы А- 143 000 рублей. 

Приказом № от 04.09.2017 на ФИО1 наложено дисциплинарное взыскание в виде выговора за отсутствие контроля за выполнением работ на объекте подрядными организациями, за отсутствие контроля за фиксацией параметров бурения, использование при работе неисправного КИП. Также дисциплинарные взыскания наложены на иных лиц.

В соответствии с положениями ст.192 ТК РФ, под дисциплинарным проступком понимается неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение. При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Согласно ст.193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не представлено, то составляется соответствующий акт. Непредставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трёх рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

В соответствии со ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права. 

В этой связи, учитывая позицию Верховного Суда Российской Федерации (Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда РФ за 3 квартал 2003 г. утвержденный постановлениями Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 03 и 24.12.2003 г.) институт исковой давности может быть применен по аналогии закона к нормам трудового законодательства.

В соответствии с частью 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Абзацем 5 пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 I. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" определено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд следствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Ответчиком заявлено требование о применении срока исковой давности.

Из доводов искового заявления и доводов ФИО1 в суде следует, что 05.09.2017, когда он находился на межвахте, ему позвонил работник отдела кадров ОАО «Усинскгеонефть» и сообщил о том, что с него подлежит взысканию сумма материального ущерба в размере 97 000 рублей. По приезду на работу 18.09.2017 ФИО1 ознакомили с приказами №а от 30.08.2017 и № от 04.09.2017, а 14.12.2017 истец обратился в суд с иском, то есть в течение установленного законодательством срока. Доказательств, опровергающих указанные доводы истца, ответчиком не представлено. В связи с чем, довод ответчика о пропуске истцом срока давности для обращения в суд с иском об оспаривании приказов, не может быть принят во внимание.

В соответствии со ст.232 ТК РФ сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Трудовым договором или заключаемыми в письменной форме соглашениями, прилагаемыми к нему, может конкретизироваться материальная ответственность сторон этого договора.

Согласно ст.233 ТК РФ, материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

В соответствии со ст.238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб.

За причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами (ст.241 ТК РФ).

В соответствии со ст.248 ТК РФ, взыскание с виновного работника суммы причиненного ущерба, не превышающей среднего месячного заработка, производится по распоряжению работодателя. Распоряжение может быть сделано не позднее одного месяца со дня окончательного установления работодателем размера причиненного работником ущерба.

Если месячный срок истек или работник не согласен добровольно возместить причиненный работодателю ущерб, а сумма причиненного ущерба, подлежащая взысканию с работника, превышает его средний месячный заработок, то взыскание может осуществляться только судом.

Из материалов дела видно, что в соответствии с приказом ОАО «Усинскгеонефть» №а от 30.08.2017 «О возмещении материального ущерба», из заработной платы ФИО1 в соответствии с положениями ч.1 ст.138 ТК РФ взыскивались денежные средства в размере, не более 20% от заработной платы истца (август-сентябрь)-всего в сумме 42 827,25 рублей; в октябре 2017 года с истца взыскано 64 172,75 рубля (свыше 20%), в связи с чем ответчику Государственной инспекцией труда в РК Печорский отдел выдано предписание о возврате удержанных денежных средств сверх 20%.

Согласно справке ОАО «Усинскгеонефть» сумма ущерба составляет 350 272,19 рубля, и на основании приказа №а от 30.08.2017 с Гриц подлежала взысканию сумма ущерба в размере 97 000 рублей, то есть сумма, превышающая его средний месячный заработок (согласно представленных ОАО «Усинскгеонефть» расчетных листов за август-октябрь), поэтому в соответствии с положениями ст.248 ТК РФ взыскание могло быть осуществлено только судом. В связи с чем ОАО «Усинскгеонефть» нарушена процедура взыскания с работника материального ущерба.

Кроме того, приказом ОАО «Усинскгеонефть» № от 06.02.2017 «Об обеспечении интересов общества по сохранности материальных ценностей» в соответствии с постановлением Минтруда РФ от 31.12.2002 "Об утверждении перечней должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключить письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовых форм договоров о полной материальной ответственности», утвержден перечень указанных должностей. Согласно приложению № к приказу, в такой перечень включена должность инженера по бурению, непосредственно занятого на буровой.

Однако, во исполнение указанного приказа, договора о полной индивидуальной материальной ответственности с ФИО1 заключено не было. Доказательств обратного не представлено. Доказательств, что ущерб взыскан в пределах среднего месячного заработка не представлено, такого указания в приказе нет.

Из материалов дела, должностной инструкции, трудового договора, должность на которую принят ФИО1, а именно инженера по бурению, в Перечне должностей и работ, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной материальной ответственности за недостачу вверенного ему имущества, утвержденном Постановлением Минтруда России от 31.12.2002 N 85 не указана, и не связана с обслуживанием материальных ценностей.

В Перечень должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной материальной ответственности, утвержденный Постановлением Минтруда РФ от 31.12.2002 N 85, включены работники и работы, основными трудовыми функциями которых является получение на хранение, учет, выдача и транспортировка денежных средств и материальных ценностей.

Вместе с тем, по условиям заключенного с истцом трудового договора и должностной инструкции, непосредственные и основные трудовые обязанности инженера по бурению, заключаются в участии в организации работ по бурению, испытанию и освоению скважин, обеспечению правильности ведения технологических процессов по проводке скважин, контролированию соблюдения рабочего проекта, профилактической карты и графика дефектоскопии.

Так как прием на хранение, осуществление хранения и отпуск (выдача) материальных ценностей не являлись основной трудовой функцией истца, то выполняемая ФИО1 работа не относится к предусмотренной Перечнем должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной материальной ответственности.

В соответствии с п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 N 52 (ред. от 28.09.2010) "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности порядке, установленном Трудовым кодексом РФ и иными федеральными законами (абз. 6 ч. 1 ст. 22 ТК РФ).

В соответствии с требованиями ст. 233 ТК РФ материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Исходя из смысла вышеизложенных положений трудового законодательства, устанавливающих условия материальной ответственности работника, в контексте с правовой позицией Верховного Суда, изложенной в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" вина работника презюмируется при доказанности соблюдения работодателем порядка и условий заключения договора о полной материальной ответственности работника и самого факта причинения ущерба.

Кроме того, суд соглашается с доводами истца, что материалами дела также не доказан бесспорно факт причинения материального ущерба ОАО «Усинскгеонефть» именно действиями истца. Каких-либо доказательств, позволяющих определить, что ущерб причинен именно в результате инцидента, связанного с потерей подвижности бурильной колонны, и именно в результате неправомерных и ненадлежащих действий инженера по бурению ФИО1, не представлено, ущерб причинен в результате обрыва бурильной трубы (стоимость потерянной части трубы предъявлена к возмещению ущерба).

Из акта технического расследования инцидента (прихват, слом бурильной колонны) от 28.08.2017 не усматривается причинно-следственной связи между действиями Гриц и наступившими последствиями.

При этом суд также принимает во внимание, что после потери подвижности бурильной колонны 13.08.2017, главным технологом составлен план работ ликвидации прихвата, ответственным за выполнением которого поставлен буровой мастер А После выполнения действий, предусмотренных вышеуказанным планом работ, в 15 час. 10 мин. 14.08.2017 на скважине № куста № Колвинского нефтяного месторождения произошел инцидент, связанный с обрывом бурильной колонны, что подтверждается актом от 15.08.2017, составленным и подписанным мастером буровой ОАО «Усинскгеонефть» А, старшим геологом участка Г, супервайзером по бурению К 

Также из пояснительной записки мастера буровой А от 20.08.2017 следует, что все работы по наклонно-направленному бурению проводились под руководством инженера компании «Шлюмберже Лоджелко, ИНК.», а по условиям, заключенного между ОАО «Усинскгеонефть» и сервисной компанией «Шлюмберже Лоджелко, ИНК.» договора от 17.04.2017 об оказании услуг по наклонно-направленному бурению скважины 1201, ответственным руководителем работ непосредственно во время направленного бурения является инженер сервисной компании «Шлюмберже Лоджелко, ИНК.», который самостоятельно организует оказание услуг, определяет применяемые для этого средства и способы, а также очередность выполнения отдельных этапов. 

На момент возникновения инцидента производилось направленное бурение «без вращения». Работы производились под руководством инженера сервисной компании «Шлюмберже Лоджелко, ИНК.», о чем свидетельствуют пояснительные записки мастера буровой А 

Согласно п.8.1 договора, по выполнению деятельности заказчика по разведке и разработке месторождений полезных ископаемых, при предоставлении услуг подрядчик действует исключительно в качестве независимого подрядчика. Подрядчик сам организует оказание услуг, определяет применяемые для этого средства и способы, а также очередность выполнения отдельных этапов. Заказчик вправе во всякое время проверять ход и качество услуг, предоставляемых подрядчиком, но не имеет право вмешиваться в его деятельность.

В связи с изложенным, представленный акт технического расследования инцидента (прихват, слом бурильной колонны) от 28.08.2017, не подтверждает факт причинения ущерба неисполнением или ненадлежащим исполнением работником Гриц, возложенных на него трудовых обязанностей, и не является основанием для возложения на истца материальной ответственности. То есть, не опровергнуты доводы истца, что работал под руководством мастера А, работы по направленному бурению проводились под руководством инженера сервисной компании «Шлюмберже Лоджелко, а согласно п.8.1 договора от 17.04.2017 об оказании услуг, заказчик не имеет право вмешиваться в его деятельность. Кроме того, в момент причинения ущерба, истец находился на отдыхающей смене.

Учитывая вышеизложенное, суд полагает, что работодателем не представлено достаточных оснований для привлечения истца к материальной ответственности и удержания суммы ущерба из заработной платы истца, поскольку материалами дела подтверждается, что выполняемая истцом работа, а также занимаемая должность, не включены в Перечень должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной материальной ответственности, а также ответчиком не представлено достаточных доказательств, подтверждающих наличие виновных противоправных действий работника Гриц в причинении ущерба. Поэтому требования истца следует удовлетворить и признать приказ №а от 30.08.2017 незаконным и отменить его в отношении истца.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей является неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

Взыскание налагается при соблюдении процедуры привлечения работника к дисциплинарной ответственности и в установленные законом сроки.

При этом в силу действующего законодательства, на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что совершенное работником нарушение, явившееся поводом к вынесению выговора, в действительности имело место; работодателем были соблюдены предусмотренные ч. ч. 3 и 4 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации сроки для применения дисциплинарного взыскания, учтена тяжесть совершенного проступка.

Из изложенного следует, что обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дела, является факт совершения работником дисциплинарного проступка, а также соблюдение порядка привлечения к ответственности.

Согласно приказу № от 04.09.2017 основанием для наложения на ФИО1 дисциплинарного взыскания послужили следующие обстоятельства: отсутствие контроля за выполнением работ на объекте подрядными организациями, отсутствие контроля за фиксацией параметров бурения, использование при работе неисправного КИП.

Согласно доводам истца, в соответствии с п.8.1 договора, не обязан контролировать выполнение работ на объекте подрядными организациями, так как не может вмешиваться в ход выполняемых работ. Истец соблюдал условия договора с подрядной организацией, должностную инструкцию не нарушал. Фиксация параметров бурения проводится подрядной организацией и специальным оборудованием, указанный контроль не входит в должностные обязанности истца.

Принимая во внимание, что материалами дела не подтверждается факт причинения ущерба ОАО «Усинскгеонефть» неисполнением или ненадлежащим исполнением работником Гриц, возложенных на него трудовых обязанностей, а также учитывая, что вопреки положениям ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ответчиком не представлено доказательств соблюдения им порядка привлечения работника к дисциплинарной ответственности, предусмотренного ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации, в части затребования от работника письменных объяснений до применения дисциплинарного взыскания, наличия состава дисциплинарного правонарушения, то требования истца следует удовлетворить и признать приказ ОАО «Усинскгеонефть» № от 04.09.2017 «О наложении дисциплинарного взыскания» незаконным и отменить его в отношении истца.

Учитывая, что во исполнение приказа ОАО «Усинскгеонефть» №а от 30.08.2017 «О возмещении материального ущерба» с заработной платы истца удержана сумма в размере 97 000 рублей, и принимая во внимание, что названный приказ признан судом незаконным и подлежащим отмене в отношении истца, то исковые требования истца в этой части следует удовлетворить и взыскать с ответчика в пользу ФИО1 сумму в размере 97 000 рублей.

На основании статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся также расходы на оплату услуг представителей.

В соответствии со статьей 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

При определении разумных пределов расходов на оплату услуг представителя суд принимает во внимание категорию спора, объем и сложность выполненной работы представителем; продолжительность рассмотрения дела; сложность рассмотренного дела, количество судебных заседаний, состоявшихся по делу. 

С учетом того, что исковые требования ФИО1 по восстановлению его нарушенных трудовых прав удовлетворены, а также того обстоятельства, что истцом при рассмотрении дела в суде понесены расходы на оплату услуг представителя в сумме 30 000 рублей, что подтверждается ордером и квитанцией № от 08.12.2017, однако с учетом того, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт с другого лица, участвующего в деле, взыскиваются в разумных пределах, что должно быть направлено против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и для обеспечения баланса интересов сторон, учитывая обстоятельства дела, учитывая объем фактически оказанных представителем услуг (консультирование, составлено исковое заявление, участие в судебных заседаниях), учитывая сложность рассматриваемого дела, учитывая сложившуюся в Республике Коми стоимость аналогичных услуг, суд считает, что требования истца о взыскании с ответчика судебных расходов на оплату услуг представителя подлежат удовлетворению частично в сумме 20 000 рублей.

На основании ст.103 ГПК РФ, с ОАО «Усинскгеонефть» подлежит взысканию в доход бюджета МР «Сосногорск» государственная пошлина от требований имущественного и неимущественного характера, всего в сумме 9 110 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198, 235-238 ГПК РФ, суд

решил :

Исковые требования ФИО1 к ОАО «Усинскгеонефть» о признании незаконным и отмене приказов о возмещении материального ущерба, наложении дисциплинарного взыскания, взыскании удержанных сумм, расходов – удовлетворить частично.

Признать незаконными и отменить:

- приказ ОАО «Усинскгеонефть» №а от 30.08.2017 «О возмещении материального ущерба» в отношении ФИО1, 

- приказ ОАО «Усинскгеонефть» № от 04.09.2017 «О наложении дисциплинарного взыскания» в отношении ФИО1.

Взыскать с ОАО «Усинскгеонефть» в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в счет возмещения незаконно удержанной суммы- 97 000 рублей, а также в счет возмещения судебных расходов на оплату услуг представителя- 20 000 рублей, а всего- 117 000 рублей.

Взыскать с ОАО «Усинскгеонефть» в доход бюджета муниципального района «Сосногорск» государственную пошлину в размере 9 110 рублей.

Ответчик вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения в течение 7 дней со дня получения копии решения. Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Коми в течение одного месяца через Сосногорский городской суд по истечении срока подачи заявления об отмене этого решения, а в случае, если такое заявление подано, - в течение месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Председательствующий О.С. Дудина 

Копия верна: судья О.С.Дудина