Дело № 2-247/2020

74RS0029-01-2019-003419-83

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ленинский районный суд города Магнитогорска Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Кутырева П.Е., 

при секретаре Ходаковой О.О.,

представителя истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

его представителя ФИО3,

третьих лиц ФИО4, Ег.Е., ФИО5,

рассмотрел 21 января 2020 года в открытом судебном заседании в зале суда в городе Магнитогорске Челябинской области гражданское дело по исковому заявлению Государственного учреждения – Управления пенсионного фонда Российской Федерации в городе Магнитогорске Челябинской области (межрайонному) к ФИО2 о взыскании излишне уплаченных сумм пенсии, федеральной социальной доплаты пенсии к пенсии, единовременной выплаты,

У С Т А Н О В И Л:

Государственное учреждение – Управление пенсионного фонда Российской Федерации в городе Магнитогорске (далее – УПФР в г. Магнитогорске) обратилось в суд с иском к ФИО2 и просило взыскать переплату пенсии в размере 1226597,30 рублей, указав в обоснование иска, что вступившим в законную силу решением суда ответчик был признан безвестно отсутствующим, в связи с чем его детям назначена пенсия по потери кормильца, последующим решением решение о признании Решением суда от 24.03.2014 года решение от 16.06.2010 года о признании ФИО2 безвестно отсутствующим отменено, в связи с установлением места пребывания ФИО2, таким образом по вине ответчика, устранившегося от воспитания детей, образовалась переплата пенсии, которая подлежит взысканию с ФИО2

Представитель истца – УПФР в г. Магнитогорске ФИО1 в судебном заседании заявленный иск поддержала. 

Ответчик ФИО2 и его представитель ФИО3 в судебном заседании против удовлетворения иска возражали, указывая на то, что ФИО2 никуда не пропадал, сам он пенсию не получал, его бывшая супруга, получавшая пенсию, знала о его местонахождении.

Третьи лица ФИО4 и ФИО5 в судебном заседании полагали, что иск является обоснованным, а третье лицо ФИО4 – необоснованным.

Заслушав участников процесса и исследовав материалы дела в судебном заседании, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска.

Из материалов дела следует и судом установлено, что в 2012 году ФИО6 обратилась в суд с заявлением о признании ФИО2 безвестно отсутствующим, указав, что проживала с ним без регистрации брака с 1998 по 2006 год, у них родились дети, впоследствии с ФИО2 были взысканы алименты, которые перестали выплачиваться, в июне 2009 года было заведено розыскное дело, но в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий место нахождения ФИО2 не установлено, ранее он проживал в квартире по 

<

адрес>, из которой он был выселен.

Вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда г. Магнитогорска от 13 июня 2012 года заявление удовлетворено, постановлено признать ФИО2 безвестно отсутствующим.

В связи с принятием данного решение на основании заявления ФИО6 детям ФИО2 – ФИО4, Е.Е. установлена пенсия по потере кормильца с 14 июля 2012 года.

В 2019 году ГУ УПФР в городе Магнитогорске Челябинской области (межрайонное) обратилось в суд с заявлением об отмене названного решения суда со ссылкой на наличие сведений о том, что ФИО2 работает в г. Магнитогорске в ООО «Техногарант»

Вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 13 июня 2012 года вышеназванное решение о признании ФИО2 безвестно отсутствующим отменено. В ходе рассмотрения дела личность ФИО2 была установлена в судебном заседании на основании представленного им паспорта, кроме того, в судебном заседании установлено, в 2018 году ФИО2 работал в ООО «Техногарант» вахтером.

Согласно протоколам выявления излишне уплаченных сумм выявлена переплата пенсии 879716,26 рублей и 336881,04 рублей.

Указанные обстоятельства подтверждаются материалами пенсионного дела, решениями, протоколами выявления излишне уплаченных сумм, свидетельствами о рождении детей и расторжении брака.

В соответствии с пунктом 1 статьи 5 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» (далее – Закон № 166-ФЗ) социальная пенсия является одним из видов пенсии по государственному пенсионному обеспечению.

Пунктом 6 статьи 5 Закона № 166-ФЗ установлено, что социальная пенсия (по старости, по инвалидности, по случаю потери кормильца) назначается нетрудоспособным гражданам.

К их числу относятся дети в возрасте до 18 лет, а также старше этого возраста, обучающиеся по очной форме в образовательных учреждениях всех типов и видов независимо от их организационно-правовой формы, за исключением образовательных учреждений дополнительного образования, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, потерявшие одного или обоих родителей, и дети умершей одинокой матери (подпункт 3 пункта 1 статьи 11 Закона № 166-ФЗ).

В силу статьи 13 Закона 166-ФЗ при назначении пенсии по случаю потери кормильца по государственному пенсионному обеспечению применяются нормы Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», регулирующие порядок и условия назначения пенсии по случаю потери кормильца семьям безвестно отсутствующих лиц, усыновленным, усыновителям, пасынкам, падчерицам, отчимам, мачехам, порядок и условия признания члена семьи состоявшим на иждивении погибшего (умершего) кормильца и иные вопросы, связанные с пенсионным обеспечением членов семей умерших, если иные нормы не установлены указанным Федеральным законом.

Действовавшим на момент назначения детям ответчика пенсии Федеральным законом от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» в пункте 1 статьи 9 предусматривалось, что право на трудовую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении. Семья безвестно отсутствующего кормильца приравнивается к семье умершего кормильца, если безвестное отсутствие кормильца удостоверено в установленном порядке.

В соответствии с пунктом 4 статьи 23 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» пенсионер обязан безотлагательно извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера трудовых пенсий или о прекращении ее выплаты.

Пункт 1 статьи 25 Федеральным законом от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» содержит положение об ответственности физических и юридических лиц за достоверность сведений, содержащихся в документах, представляемых ими для установления и выплаты трудовой пенсии. Так, согласно пункту 2 данной статьи в случае невыполнения или ненадлежащего выполнения установленной в пунктом 4 статьи 23 Закона обязанности пенсионера безотлагательно извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера трудовой пенсии или прекращение ее выплаты, при условии, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений повлекло за собой перерасход средств на выплату трудовых пенсий, возмещение причиненного ущерба производится за счет виновных лиц.

Аналогичные положения содержатся и в ныне действующем Федеральном законе от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (пункт 5 статьи 26, статья 28).

В обоснование своих требований истец ссылается на причинение ему убытков, однако же для применения же ответственности, предусмотренной статьями 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего противоправность поведения, вину нарушителя, причинно-следственную связь между действиями нарушителя и наступившими у истца неблагоприятными последствиями, а также размер убытков.

Кроме того, в силу пункта 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного Кодекса.

Правила, предусмотренные названной главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2 данной статьи).

В пункте 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Разрешая заявленные УПФР в г. Магнитогорске исковые требования, суд приходит к выводу о том, что доказательств, свидетельствующих о том, что переплата пенсии образовалась в результате предоставления недостоверных сведений, суду не предоставлено, в связи с чем, отсутствуют основания для возмещения ущерба по основаниям, предусмотренным Федеральным законом от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Доводы истца о том, что в действиях ответчика усматриваются противоправные действия, а именно, умышленное уклонение от воспитания и содержания ребенка, уплаты алиментов, что повлекло за собой обязанность пенсионного органа назначить детям пенсию по случаю потери кормильца и явилось причиной незаконной выплаты вышеназванной пенсии, основаны на неправильном толковании закона. Пенсия по случаю потери кормильца была выплачена детям ФИО2 на законном основании, поскольку безвестное отсутствие ответчика было удостоверено в установленном статьей 42 Гражданского кодекса Российской Федерации порядке. Оснований полагать, что истец по делу, выполняя возложенные на него законом обязанности по выплате детям ответчика пенсии по случаю потери кормильца, понес убытки, не имеется, поскольку пенсионное законодательство связывает право на назначение социальной пенсии по случаю потери кормильца с фактом удостоверения безвестного отсутствия гражданина и данное право не ставится в зависимость от причин безвестного отсутствия гражданина.

Законом не предусмотрена обязанность лица, ранее признанного безвестно отсутствующим, компенсировать выплаченную за период его отсутствия пенсию.

На основании этого суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленного иска.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Отказать Государственному учреждению – Управлению пенсионного фонда Российской Федерации в городе Магнитогорске Челябинской области (межрайонному) в удовлетворении заявленных к ФИО2 исковых требований о взыскании излишне уплаченных сумм пенсии, федеральной социальной доплаты пенсии к пенсии, единовременной выплаты.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение месяца с момента принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд города Магнитогорска Челябинской области.

Председательствующий: П.Е. Кутырев

Решение суда в окончательной форме изготовлено 27 января 2020 года.