Дело № 2-4425/2023

УИД 41RS0001-01-2023-005907-36

РЕШЕНИЕ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 июля 2023 года г. Петропавловск-Камчатский

Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе:

председательствующего судьи Белоусова А.С.,

при секретаре Дашкыл-оол С.Б.

с участием истца ФИО1, представителя ответчика и третьих лиц ФИО2, представителя третьего лица ФИО3, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Камчатскому краю, Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Камчатскому краю о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ года в отношении него следователем Следственного управления УМВД России по г. Петропавловску-Камчатскому было возбуждено уголовное дело по ч. № ст. № УК РФ. В тот же день он был задержан, а ДД.ММ.ГГГГ года ему была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу до ДД.ММ.ГГГГ года. Затем срок содержания под стражей неоднократно продлевался. ДД.ММ.ГГГГ года следователем было вынесено постановление о прекращении уголовного преследования на основании № УПК РФ – то есть по реабилитирующим основаниям. ДД.ММ.ГГГГ года он был освобожден из-под стражи, мера пресечения была изменена на подписку о невыезде и надлежащем поведении. В связи с незаконностью возбуждения уголовного дела по ст. № УК РФ, ему был причинен существенный моральный вред и нравственные переживания. 

На основании изложенного, истец ФИО1 просил взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской федерации компенсацию морального вреда в размере 942 400 руб.

В ходе рассмотрения дела к участию в деле в качестве соответчика привлечена Российская Федерация в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации.

В судебном заседании ФИО1 на удовлетворении исковых требований настаивал по изложенным в заявлении основаниям. Дополнительно суду пояснил, что следователем была допущена ошибка, которая привела к незаконному возбуждению в отношении него уголовного дела. В ходе следствия он неоднократно указывал следователю на неправильную квалификацию его действий и необходимость прекращения уголовного дела. Полагал, что если бы следователь сразу правильно определил квалификацию, то в отношении него не была бы избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. 

Представитель ответчика Министерства внутренних дел Российской Федерации и третьих лиц УМВД Росси по г. Петропавловску-Камчатскому, УМВД России по Камчатскому краю – ФИО2, действующая на основании доверенностей, в судебном заседании исковые требования не признала, указав, что право на реабилитацию за истцом признано не было, при этом действия следователя незаконными не признавались. 

Представитель третьего лица Прокуратуры Камчатского края – ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования ФИО1 полагала не подлежащими удовлетворению, поскольку право на реабилитацию за ним не признавалось, действия сотрудников следственных органов незаконными также не признавались. Кроме того, по приговору суда срок содержания под стражей истцу зачтен в срок лишения свободы. 

Представитель Министерства финансов Российской Федерации в судебном заседании участие не принимал, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Выслушав лиц, принимавших участие в судебном заседании, исследовав материалы настоящего гражданского дела, изучив материалы уголовного дела № 1№/2023, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. 

В развитие этого конституционного положения Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации предусмотрено право на реабилитацию, основания его возникновения и признания, а также порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (п. 34 ст. 5 УПК РФ). 

Согласно ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. 

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор (п. 1 ч. 2 ст. 133 УПК РФ). 

На основании п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом. 

Согласно абз. 3 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде. 

Взаимосвязанные положения ст. ст. 1070 и 1100 ГК РФ направлены на реализацию положений Конституции Российской Федерации, в том числе ст. ст. 52 и 53, и, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, не препятствуют возмещению вреда, в том числе морального, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов либо их должностных лиц, при наличии общих и специальных условий, необходимых для наступления деликтной ответственности данного вида. 

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

Из материалов дела и материалов уголовного дела № 1№/2023 следует, что ДД.ММ.ГГГГ года следователем СУ УМВД России по г. Петропавловску-Камчатскому в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело № № по признакам преступления, предусмотренного ч. № ст. № УК РФ (

<

данные изъяты>).

На период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года ФИО1 избиралась мера пресечения в виде содержания под стражей.

ДД.ММ.ГГГГ года на основании постановления следователя уголовное преследование ФИО1 по № УК РФ прекращено по основанию, предусмотренному № УПК РФ (Отсутствие в деянии состава преступления). Продолжено уголовное преследование в отношении ФИО1 по № (

<

данные изъяты>).

Приговором мирового судьи судебного участка № № Петропавловск-Камчатского судебного района Камчатского края от ДД.ММ.ГГГГ года ФИО1 был осужден по: № УК РФ по факту 

<

данные изъяты> к 

<

данные изъяты> месяцам лишения свободы; ч. № ст. № УК РФ по факту 

<

данные изъяты> к № месяцам лишения свободы; № УК РФ по факту 

<

данные изъяты> к № месяцам лишения свободы; № УК РФ по факту 

<

данные изъяты> к № месяцам лишения свободы; № УК РФ по факту 

<

данные изъяты> к № месяцам лишения свободы; № УК РФ по факту 

<

данные изъяты> года к № месяцам лишения свободы.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний, назначен № год № месяцев лишения свободы. На основании ч. 4 ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по предыдущему приговору суда от ДД.ММ.ГГГГ года, окончательно назначено 

<

данные изъяты> лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии с ч. 3.1 ст. 72 УК РФ засчитано в срок лишения свободы время содержания ФИО1 под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года, а также с ДД.ММ.ГГГГ года до вступления приговора суда в законную силу.

Приговор суда вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГ года.

Полагая, что прекращение уголовного преследования по ч. № УК РФ является основанием компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного возбуждения уголовного дела, ФИО1 обратился в суд с настоящим исковым заявлением. 

Оценив в совокупности все исследованные доказательства, с учетом установленных в ходе рассмотрения дела обстоятельств, суд не находит правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда.

Из правовой позиции Верховного Суда РФ, выраженной в п. 2 «Обзора законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за второй квартал 2008 года» (утв. Постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 17 сентября 2008 года), следует, что право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого – прекращение уголовного преследования).

Согласно п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» к лицам, имеющим право на реабилитацию, указанным в ч. 2 ст. 133 УПК РФ, не относятся, в частности, подозреваемый, обвиняемый, осужденный, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его. 

В п. 9 указанного выше постановления Пленума Верховного Суда РФ разъяснено, что основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении него оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанных в ч. 2 ст. 133 УПК РФ, либо отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера. 

Таким образом, право на реабилитацию, которое предусматривает возможность компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, согласно ст. ст. 133 - 139 УПК РФ возникает только при наличии реабилитирующих оснований. 

Переквалификация действий лица, в отношении которого осуществлялось уголовное преследование, на менее тяжкое преступление, само по себе не является реабилитирующим обстоятельством.

Вопрос о том, являются ли конкретные обстоятельства, связанные с привлечением лица к уголовной ответственности, основанием для удовлетворения исковых требований о денежной компенсации морального вреда или для отказа в их удовлетворении, может быть решен в порядке гражданского судопроизводства в процессе рассмотрения возникшего спора по каждому делу. 

Вместе с тем из обстоятельств спора усматривается, что переквалификация действий ФИО1 в период предварительного следствия на менее тяжкое преступление, не относится к реабилитирующим основаниям, и не свидетельствует о незаконности или необоснованности уголовного преследования в отношении истца, при этом в установленном законом порядке за истцом право на реабилитацию не признавалось. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 19 ноября 2015 года № 2696-О, изменение квалификации деяния в сторону, улучшающую положение обвиняемого, само по себе не свидетельствует о незаконности его уголовного преследования; такое изменение, влекущее смягчение назначенного лицу наказания, призвано исключить вред, который мог бы быть ему причинен. 

Принимая во внимание, что квалификация следователем действий ФИО1 по № УК РФ не исключает причастность последнего к совершению преступления, в связи с чем изменение квалификации деяния подозреваемому в сторону, улучшающую его положение, само по себе не свидетельствует о незаконности его уголовного преследования, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о компенсации морального вреда применительно к положениям ст. ст. 151, 1100, 1070 ГК РФ.

В соответствии с п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.).

Судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни. При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать, в том числе, длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Между тем, доказательств наличия физических и нравственных страданий, причиненных в результате действий должностных лиц, влекущих в силу ст. ст. 151, 1070 ГК РФ компенсацию морального вреда, материалы дела не содержат, истцом не представлены.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Камчатскому краю, Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Камчатский краевой суд через Петропавловск-Камчатский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 25 июля 2023 года

Председательствующий подпись А.С. Белоусов 

Копия верна

Судья А.С. Белоусов

Подлинник решения находится в деле Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края № 2-4425/2023