РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Воронеж 4 марта 2021 года

Коминтерновский районный суд г. Воронежа в составе:

председательствующего судьи Шаповаловой Е.И.,

при секретаре Морозовой М.Д.,

с участием истицы – ФИО1, ее представителя ФИО2, действующего в порядке ч. 6 ст. 53 ГПК РФ, адвоката Беленова В.Ф., действующего на основании ордера (№) от 03.02.2021 года, ответчицы ФИО3, ее представителя адвоката Гончаренко А.В., действующего на основании ордера (№) от 05.11.2020 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4, ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате пожара,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО4, ФИО3, в котором просила взыскать с ответчиков солидарно возмещение имущественного вреда, причиненного пожаром в размере 226466 рублей, возмещение морального вреда в размере 10000 рублей.

В обоснование исковых требований указав, что на принадлежащем истцу земельном участке расположен жилой дом. 13.03.2020 года в результате пожара было повреждено принадлежащее на праве собственности имущество истца. Пожар произошел в индивидуальном жилом доме, расположенном по адресу: 

<

адрес>, принадлежащем ответчикам. Полагая, что пожар и причиненный истице ущерб возник по вине ответчиков, истца обратилась с настоящим иском в суд (т. 1 л.д. 5-7).

В судебном заседании истица ФИО1 и ее представители ФИО2, адвокат Беленов В.Ф. поддержали исковые требования, настаивали на их удовлетворении, по основаниям изложенным в исковом заявлении, представленных письменных пояснениях ( т. 1 л.д. 77, т. 2 л.д. 132-133).

Ответчик ФИО3 и ее представитель адвокат Гончаренко А.В., действующего на основании ордера (№) от 05.11.2020 г., возражали против удовлетворения исковых требований, предоставили суду письменные возражения ( т. 1 л.д. 217-218, 231-233, т. 2120-122,79-81).

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного разбирательства извещалась надлежащим образом.

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса с учетом положений ст. 167 ГПК РФ.

Суд, выслушав участников процесса, экспертов, исследовав представленные по делу письменные доказательства, приходит к следующему. 

Согласно ст. 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

В силу п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившем вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ). Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (п. 2 ст. 401 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред.

Согласно ст. 38 Федерального закона от 21 декабря 1994 года N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством, в частности, несут собственники имущества и лица, уполномоченные владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05 июня 2002 года N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Положениями ст. 34 Федерального закона от 21 декабря 1994 года N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" предусмотрено, что граждане имеют право на возмещение ущерба, причиненного пожаром, в порядке, установленном действующим законодательством; участие в установлении причин пожара, нанесшего ущерб их здоровью и имуществу. Граждане обязаны соблюдать требования пожарной безопасности.

В силу части 4 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения обязан поддерживать данное помещение в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

Из приведенных положений законодательства следует, что именно на собственнике имущества лежат обязанности по поддержанию принадлежащего ему помещения в надлежащем состоянии, соблюдению правил пользования жилыми помещениями, включая выполнение требований пожарной безопасности.

Ущерб, причиненный вследствие ненадлежащего содержания имущества, в таком случае подлежит возмещению собственником, если он не докажет, что вред причинен не по его вине. При этом бремя содержания имущества (земельного участка, здания, строения, квартиры и находящегося в них имущества) предполагает, в том числе, принятие разумных мер по предотвращению пожароопасных ситуаций.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 является собственником земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес>, согласно свидетельства о государственной регистрации права (№) от 11 марта 2015 года (т. 1 л.д. 2139, т. 2 л.д. 211). 

На земельном участке расположен жилой дом, принадлежащий ФИО1 на праве собственности, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права (№) от 10 августа 2015 года (т. 1 л.д. 159).

Также истцом представлен технический паспорт на домовладение (№) по 

<

адрес> и землеустроительное дело ( т. 2 л.д. 174-204, 205-210).

13 марта 2020 года произошел пожар, в результате которого имуществу истца причинен ущерб, местом возникновения пожара явилось крыльцо дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, согласно донесения о пожаре от 13.03.2020 (т. 1 л.д. 10).

Жилой дом и земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес> находится в долевой собственности и принадлежит ФИО4 в размере 7/16 долей, ФИО3 в размере 9/16 долей, согласно выписки из ЕГРН (т. 1 л.д. 12-21, 47-55).

Также представлен кадастровый паспорт на жилой дом расположенный по адресу: 

<

адрес> ( т. 2 л.д.96 ).

Из постановления от 15.05.2020 следует, что очаг пожара находился в объеме помещений прихожей и крыльца, причиной пожара могло послужить как загорание горючих материалов от тлеющего табачного изделия, так и загорание горючих материалов в результате искусственного инициирования горения. В действиях неустановленного лица усматриваются признаки преступления, предусмотренных ст. 167 УК РФ ( т. 1 л.д. 70).

Для установления обстоятельств по факту пожара судом были запрошены копии материалов уголовного дела (№) от 12.08.2020 года, из представленных материалов следует, что места происшествия было осмотрено дознавателем отдела надзорной деятельности и профилактической работы по Коминтерновскому району ст. лейтенантом внутренней службы (ФИО)9, составлен протокол осмотра места происшествия от 14 марта 2020 г., произведена фотосъемка, к протоколу приложена фототаблица с места осмотра (т.1 л.д. 109-110, 116-118).

В процессе производства дознания, по факту произошедшего пожара были взяты объяснения ФИО3, (ФИО)10, ФИО1, ФИО4 об обстоятельствах, связанных с вопросом собственности на сгоревшее имущество, возможных причинах возникновения пожара, времени получения сообщения о пожаре, размере причиненного ущерба.

В соответствии с заключением эксперта ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Воронежской области» № 54-2020 от 31 марта 2020 г. очаг пожара находился в объеме помещения прихожей и крыльца, причиной пожара могло послужить как загорание горючих материалов табачного изделия, так и загорание горючих материалов в результате искусственного инициирования горения (т.1 л.д. 128-133).

В абз. 1 и 3 п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" содержится разъяснение о том, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (п. 2 ст. 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

С учетом изложенного бремя доказывания своей невиновности лежит на ответчиках.

Доводы ответчика ФИО3, о том, что она не проживала в указанном доме, не установлено причинно-следственной связи между ее действиями и возникшим пожаром, судом отклоняются поскольку непроживание в доме, возможное в отдельных случаев проникновения в дом посторонних лиц, ответчики необходимых мер для предотвращения пожароопасных ситуаций, осуществления надлежащего контроля за своей собственностью не принято. Доказательств отсутствия вины ответчиков в причинении вреда суду не представлено.

Доводы ответчицы ФИО3 и ее представителя о том, что дом истицы пострадал от пожара вследствие допущенных при строительстве грубых нарушений норм технического регламента о безопасности зданий и сооружений, технического регламента о требованиях пожарной безопасности, ограничение расстояния пожара на объектах защиты, требованиям к объемно планировочным и конструктивным решениям указанные нарушения произведены ФИО1, что является грубой неосторожностью с ее стороны, подлежат отклонению, поскольку судом установлено отсутствие состояния произведенного истцом строительства в причинно-следственной связи с пожаром.

Доводы ФИО3 об отсутствии с ее стороны противоправного поведения как причинителя вреда, так и отсутствие противоправного бездействия, поскольку в сгоревшем домовладении № 

<

адрес> проживает ее сестра ФИО4, которая единолично осуществляла пользование домовладением, судом не могут быть приняты во внимание, поскольку не проживание в указном домовладении не освобождает ФИО3 от обязанности возмещения ущерба причиненного пожаром, возникшем в домовладении, при условии обязанности ФИО3 как собственника жилого помещения в силу возложенных на нее законом обязанностей совместно с сособственником осуществлять заботу о принадлежащих им строениях, поддерживать их в пригодном состоянии, устранять различные угрозы и опасности, исходящие от тех или иных качеств предметов, находящихся в доме, действий третьих лиц.

Учитывая установленные очаг и причину возгорания, то именно ответчики как собственники дома, в соответствии с положениями ст. 1064 ГК РФ несут деликтную ответственность перед третьими лицами за ущерб, причиненный пожаром.

Для установления размера ущерба ФИО1 обратилась в ООО «Экспертно-правовая группа». Экспертным исследованием №Н29-20 от 15.05.2020 года определена стоимость восстановительного ремонта элементов отделки жилого 

<

адрес>, и элементов благоустройства территории, пострадавших в результате пожара соседнего домовладения (№) в размере 226466 рублей (т. 1 л.д. 22-34, 78-102).

По ходатайству ответчика ФИО3 судом была назначена судебная пожарно-техническая и товароведческая экспертиза, производство которой было поручено экспертам ФБУ «Воронежский региональный центр судебной экспертизы» (т.2 л.д. 19-25).

Согласно заключению эксперта №9659/6-2, 9697/7-2 от 5 февраля 2021 года требования пожарной безопасности в части обеспечения противопожарных расстояний от индивидуального жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес> до индивидуального жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, соблюдаются. В рассматриваемом случае, требования пожарной безопасности в части обеспечения противопожарных расстояний между данными домами были соблюдены. Однако уменьшение первоначального противопожарного расстояния между указанными домами в ходе реконструкции дома по адресу: 

<

адрес> способствовали его повреждению от воздействия опасных факторов пожара, произошедшего (ДД.ММ.ГГГГ) в индивидуальном жилом доме по адресу: 

<

адрес>.

Стоимость восстановительного ремонта элементов ограждения земельного участка (забора) и декоративных элементов (виниловой вагонки/пластикового сайдинга) домовладения (№), расположенного по переулку 

<

адрес>, получивших характерные повреждения в результате пожара и выявленных на момент осмотра, рассчитана в Локальном сметном расчете №1, и на дату проведения экспертизы составляет 76 230 рублей (без учета износа)

Исходя из состояния не поврежденных пожаром элементов ограждения и подшивки панелями, на исследуемых элементах в ходе обследования не выявлены дефекты и повреждения от естественного износа, требующие производства ремонтных работ. Исходя из натурного обследования элементов, естественный износ исследуемых элементов принимается равным 10%.

Следовательно, стоимость восстановительного ремонта (с учетом естественного износа) элементов ограждения земельного участка (забора) и декоративных элементов (виниловой вагонки/пластикового сайдинга) домовладения (№), расположенного по переулку 

<

адрес>, получивших характерные повреждения в результате пожара и выявленных на момент осмотра, составляет 68607 рублей (т. 2 л.д. 43-62).

Согласно локально сметного расчета №1/1 стоимость восстановительного ремонта составляет 57472,00 рублей. ( т. 2 л.д.93-95). 

Суд принимает представленное заключение, с локально сметными расчетами, так как оно дано экспертами в пределах их познаний, эксперты предупреждены за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ, заключение является логичным, выполнен в соответствии с требования Федерального закона «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» от 29.07.1998 г. № 135-ФЗ и Федеральных стандартов оценки, утвержденных приказами Минэконразвития России от 20.05.2015 г. № 297,298,299.

Указанное экспертное исследование суд принимает во внимание в качестве письменного доказательства, поскольку оно соответствует требованиям относимости и допустимости доказательств, по своему содержанию является полным и аргументированным, содержит ссылки на применяемые стандарты.

Заключение содержит подробное описание исследования, сделанные в результате выводы и ответы на поставленные вопросы, противоречий в заключении эксперта не обнаружено, выводы подробно описаны и аргументированы в исследовательской части заключения.

При обосновании сделанных выводов эксперт основывался на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, материалы дела, экспертом произведен осмотр объектов.

В судебном заседании эксперт (ФИО)11 выводы изложенные в экспертном заключении поддержал, также указал, что соответствующие снип применяются на момент строительства, реконструкции строения. На момент строительства не было ограничении по высоте. Хозяйственные постройки не учитываются поскольку их площадь застройки менее 500 кв.м. Производит пристройки и уменьшат противопожарные расстояния в допустимых пределах пожарной безопасности не запрещается. При застройке ухудшалась противопожарная безопасность, но она в пределах допустимых расстояний оставалась. Когда не было пристройки истца, дома были равно удалены.

Эксперт (ФИО)12 в судебном заседании выводы изложенные в экспертном заключении поддержал, пояснил, что все повреждения подлежащие возмещению в результате пожара, при расчете в смете были указаны две секции кирпичей, повреждение которых произошло не в результате пожара, представлен дополнительный сметный расчет без их учета. Расчет производится без учета износа, поскольку применяются прямые затраты. Повреждения на кирпичной кладке возникла в результате осадки конструкции. Трещины в кирпичной кладке не связаны с пожаром.

Указывая на недостоверность и имеющееся противоречия в проведенном экспертном заключении представители истца ссылаются на рецензию № 20-427 от 16.02.2021. 

Вместе с тем, данная рецензия на судебное экспертное заключение не может быть принята во внимание судом в качестве доказательств, свидетельствующих о неправильности проведенного судебного экспертного заключения, поскольку рецензент ФИО2 составлявший рецензию с материалами дела не знакомился, судом об уголовной ответственности не предупреждался, составив рецензию только лишь по результатам ознакомления с судебной экспертизой.

Вместе с тем, как усматривается из содержания судебной экспертизы, при проведении экспертизы экспертами учитывались все материалы дела в совокупности и результаты визуального осмотра жилого дома, эксперты предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. 

В судебном заседании так же экспертами (ФИО)11, (ФИО)12 даны пояснения по проведенному ими заключению.

Суд не принимает представленную истцом рецензию на судебную экспертизу, поскольку признает ее не состоятельной с учетом пояснений экспертов, данных в судебном заседании.

Ходатайства о назначении по делу дополнительной экспертизы отклонены судом по следующим основаниям.

В соответствии со ст.55 ГПК РФ заключение эксперта является одним из видов доказательств по гражданскому делу.

В соответствии со ст. 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Согласно п. 1 ст. 87 ГПК РФ в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта суд может назначить дополнительную экспертизу, поручив ее проведение тому же или другому эксперту.

В силу ч. 3 ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 19 июля 2016 года N 1714-О, предусмотренное статьей 87 ГПК РФ правомочие суда назначить дополнительную экспертизу в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения либо наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов вытекает из принципа самостоятельности суда, который при рассмотрении конкретного дела устанавливает доказательства, оценивает их по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, и на основании этих доказательств принимает решение.

С учетом приведенных норм и обстоятельств дела, предусмотренных пп. 1 ст. 87 ГПК РФ, оснований для назначения дополнительной экспертизы, вопреки возражениям и ходатайству стороны истца, не имеется.

Судебное заключение №9659/6-2, 9697/7-2 от 05.02.2021 г. удостоверено печатью, подписано экспертном, в полном объеме соответствует требованиям действующего законодательства. 

Также не состоятельны указания стороны истца о необоснованном применении экспертом при подготовке отчета базисно индексного метода расчета стоимости восстановительного ремонта, применен затратный подход, а следовала применить метод сопоставимых рыночных цен с анализом рыночных цен на материалы, поскольку в силу статьи 14 Федерального закона от 29 июля 1998 года N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" оценщик имеет право, в том числе, применять самостоятельно методы проведения оценки объекта оценки в соответствии со стандартами оценки, кроме того, из оспариваемого отчета об оценке видно.

Довод о применении экспертами недействующих и отмененных нормативных источников при проведении экспертизы, является необоснованным, поскольку к правоотношениям, связанным с соблюдением противопожарных расстояний, пожарной безопасности при возведении истцом спорных строений и сооружений, подлежали применению нормы и правила, действовавшие на момент их возведения, а не на момент рассмотрения дела в суде.

Доводы стороны истца об имеющихся двух противоположных экспертных заключениях составленных при рассмотрении гражданских дел с участием ФИО1 в 2018 и 2019 г., судом не принимаются, поскольку не имеют правового отношения к заявленному спору.

Оснований сомневаться в правильности представленного заключения, у суда не имеется. 

Сопоставив представленное стороной истца досудебное экспертное исследование в совокупности с представленными в материалы дела доказательствами, суд при определении размера ущерба не принимает его во внимание, поскольку судебное экспертное заключение наиболее правильно и точно отражает стоимость восстановительного ремонта, проведено с осмотром объекта, в нем учтены необходимые работы для восстановления объекта после пожара.

В ходе рассмотрения дела стороной ответчика заявлено ходатайство об исключении из доказательств представленного стороной истца экспертного исследования №Н29-20 от 15.05.2020 года, однако оснований для признания представленного истцом экспертного заключения в подтверждение размера ущерба, недопустимым доказательством по делу, не имеется. Указанное экспертное исследование оценено судом в соответствии со ст. 67 ГПК РФ. 

Принимая во внимание заключение судебной экспертизы и заключение эксперта противопожарной службы, суд приходит к выводу о наличии причинно-следственной связи между действиями ответчиков по ненадлежащему содержанию жилого дома и возникшим пожаром, в связи с чем, ответственность за причиненный истцу ущерб следует возложить на ответчиков.

Согласно экспертного заключения в процессе осмотра домовладения 

<

адрес>, были произведены замеры для расчета объемов и стоимости ремонтно-восстановительных работ, зафиксированы имеющиеся на момент обследования повреждения, а именно две секции кирпичного ограждения, оштукатуренные декоративным покрытием со стороны домовладения (№), имеют трещины декоративной штукатурки и кирпичной кладки, указанные повреждения, по характерным признакам относятся к эксплуатационным (в результате просадок основания).

С учетом изложенного, поскольку данные повреждения относятся к эксплуатационным, расходы на их восстановление подлежат исключению, повреждения не состоят в причинно-следственной связи с произошедшим пожаром.

Оценив по правилам ст. 67 ГПК РФ представленные доказательства, доводы и возражения сторон, с учетом исключения судом из расчета части повреждений не относящихся к пожару, суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца и взыскании с ответчиков суммы ущерба в размере 57472,00 рубля.

При этом восстановительный ремонт подлежит взысканию без учета износа, поскольку при проведении восстановительных работ не подлежат применению бывшие в употреблении строительные материалы.

Кроме того представленный договор подряда № 12 от 26.02.2021 г. с указанием цены работ в размере 245000 руб., в отсутствие расчета указанной стоимости работ и их необходимости, выполнение работ связанных именно с повреждениями от пожара, не опровергает ущерб, определенный судебными экспертами, при этом стороны договора подряда свободны в определении цены договора.

Вопреки доводам ответчика о наличие причинно-следственной связи между бездействием ответчика как собственника в виде уклонения от надлежащего несения бремени по содержанию своего имущества и причинении в результате этого вреда имуществу истца является очевидным. 

Ответчиками не представлено совокупности достоверных, допустимых и достаточных доказательств того, что пожар возник по вине иных лиц либо вследствие обстоятельств непреодолимой силы.

Доводы ответчика ФИО3 о том, что у нее затруднительное материальное положение, состоятельными быть признаны быть не могут.

Действительно, в соответствии с п. 3 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Основанием для уменьшения размера возмещения являются исключительные обстоятельства, связанные с имущественным положением гражданина, влекущие для него тяжелые, неблагоприятные последствия и признанные таковыми судом. При этом уменьшение размера возмещения вреда с учетом имущественного положения причинителя вреда является правом, а не обязанностью суда.

Поскольку ФИО3 каких-либо объективных доказательств, подтверждающих ее затруднительное материальное положение, не представлено, суд не усматривает оснований для уменьшения размера возмещения.

В соответствии с п. 1 ст. 322 ГК РФ солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарные обязанности или требования предусмотрены договором или установлены законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

Ввиду того, что 

<

адрес> находится в общей долевой собственности ФИО4 7/16 доли, ФИО3 9/16 доли, в связи с чем с ответчиков в пользу истца сумма ущерба подлежит взысканию пропорционально их долям в праве собственности с ФИО4 22629,60 рублей, ФИО3 29095,20 рублей.

Пунктом 1 ст. 151 ГК РФ предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как разъяснено в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Таким образом, такой способ защиты права как денежная компенсация морального вреда предусмотрен законом не для всех случаев причинения гражданину физических или нравственных страданий, а только для защиты от таких действий, которые нарушают личные неимущественные права гражданина либо посягают на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. В иных случаях компенсация морального вреда может иметь место лишь при наличии прямого указания об этом в законе.

Разъяснения об основаниях компенсации морального вреда содержатся в пункте 1 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", согласно которому суду при разрешении спора необходимо выяснять характер взаимоотношений сторон и какими правовыми нормами они регулируются, допускает ли законодательство возможность компенсации морального вреда по данному виду правоотношений. Суду необходимо также выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим.

В силу ст. 151, 1009, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда, поскольку истцом заявлены требования имущественного характера, истец связывает причинение ему ответчиком морального вреда с нарушением его имущественных интересов, а именно, причинение ущерба имуществу в результате пожара, в то время как законом возможность взыскания компенсации морального вреда в случае нарушения имущественных прав гражданина предусмотрена лишь в случаях, прямо предусмотренных законом, однако доказательств причинения истцу вреда здоровью и (или) физические или нравственные страдания действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие истцу нематериальные блага не представлено.

На основании изложенного требования ФИО1 о компенсации морального вреда в размере 10000 рублей не подлежат удовлетворению.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Вместе с заключением ФБУ Воронежский РЦСЭ Минюста России в адрес суда поступило заявление об оплате расходов за проведение экспертизы. В ходатайстве указано, что на основании определения суда от 25.11.2020 г. ФБУ Воронежский РЦСЭ Минюста России подготовлено экспертное заключение № 9659/6-2, 9697/7-2 от 05.02.2021 г. в сумме затрат бюджетных средств 13265,00 руб., которая ни одной из сторон не возмещена.

Согласно определения суда от 25.11.2021 г. по делу назначена судебная пожарно-техническая и товароведческая экспертиза проведение которой поручено ФБУ Воронежский РЦСЭ Минюста России.

Оплата за проведение экспертизы возложена на ФИО3 (т. 2 л.д. 19-25).

Поскольку решение состоялось в пользу истца, расходы по проведению экспертизы не оплачены, то с ответчиков в соответствии со ст. 98 ГПК РФ в пользу ФБУ Воронежский РЦСЭ Минюста России подлежат взысканию расходы по оплате экспертизы в размере 13265,00 рублей.

Принимая во внимание вышеизложенное, с учетом того, что ФИО1 исковые требования заявлены на сумму 226466,00 руб., исковые требования удовлетворены на сумму 57472,00 руб., то есть на 25,37 %, с учетом долей ответчиков, а также требований ст. 98 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что судебные расходы по оплате экспертизы, подлежат удовлетворению пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, с ФИО1 в размере 9899,67 рублей, с ФИО4 с учетом 7/16 доли в размере 1472,33 рубля, с ФИО3 в размере 1893,00 рубля.

Руководствуясь ст.ст. 12, 56, 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 к ФИО4, ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате пожара - удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 сумму ущерб в размере 7/16 доли в праве собственности 25144,00 рубля.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 сумму ущерб в размере 9/16 доли в праве собственности 32328,00 рублей.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Взыскать в пользу ФБУ «Воронежский региональный центр судебной экспертизы Министерства Юстиции РФ» стоимость судебной экспертизы с ФИО1 в размере 9899,67 рублей, с ФИО4 в размере 1472,33 рубля, с ФИО3 в размере 1893,00 рубля.

Решение может быть обжаловано в Воронежский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме через суд, вынесший решение.

Судья Е.И. Шаповалова 

мотивированное решение

изготовлено 12.03.2021 года

1версия для печати