дело № 12-58/2018

РЕШЕНИЕ

27 марта 2018 года г. Оренбург

Судья Оренбургского областного суда Пересыпкина Т.И., при секретаре Михалевой В.М., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление судьи Ленинского районного суда г. Оренбурга от 12 февраля 2018 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, в отношении ФИО1,

установил:

постановлением судьи Ленинского районного г. Оренбурга от 12 февраля 2018 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде лишения права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

В жалобе, поданной в Оренбургский областной суд, ФИО1 просит об отмене судебного постановления и прекращении производства по делу в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых вынесено постановление.

В возражениях потерпевшие Г. и М. (собственник автомобиля СЕАЗ-11113) полагают, что постановление судьи районного суда является законным и обоснованным. Просили взыскать с ФИО1 компенсацию морального вреда и материальный ущерб в размере 100 000 рублей. 

ФИО1, представитель потерпевшего главного Управления дорожного хозяйства Оренбургской области, надлежащим образом извещенные о дате, времени и месте рассмотрения настоящей жалобы, в судебное заседание не явились, ходатайств об отложении рассмотрения дела не заявили, в связи с этим жалоба на постановление рассмотрена в их отсутствие. 

Проверив материалы дела об административном правонарушении, доводы жалобы и возражений, заслушав пояснения защитника Полосухина Е.В., поддержавшего доводы жалобы, мнение потерпевших Г. и М., их представителя ФИО2, возражавших против удовлетворения жалобы, допросив должностное лицо, составившее протокол об административном правонарушении в качестве свидетеля, прихожу к следующему. 

В силу ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ административным правонарушением является нарушение Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшего.

Согласно п. 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года N 1090 «О правилах дорожного движения» (далее – Правила дорожного движения, Правила), участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил дорожного движения, сигналов светофоров, знаков и разметки.

Пунктом 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации предусмотрено, что участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности движения и не причинять вреда.

В соответствии с п. 8.4 Правил дорожного движения при перестроении водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения. При одновременном перестроении транспортных средств, движущихся попутно, водитель должен уступить дорогу транспортному средству, находящемуся справа.

Из материалов дела следует, что 21 июля 2017 года в 17 часов 45 минут на 1 км. 824 м. автодороги Обход г. Оренбурга ФИО1, управляя автомобилем Kia-Rio, государственный регистрационный знак №, в нарушение пунктов 1.3, 1.5, 8.4 Правил дорожного движения, при перестроении не уступил дорогу автомобилю СЕАЗ-11113, государственный регистрационный знак №, под управлением Г., движущегося попутно без изменения направления движения и допустил с ним столкновение. В результате чего Г. получил телесные повреждения, повлекшие вред здоровью средней степени тяжести.

Факт совершения ФИО1 административного правонарушения подтвержден материалами дела, в частности: протоколом об административном правонарушении; протоколом осмотра места совершения административного правонарушения; схемой места совершения административного правонарушения; справкой о дорожно-транспортном происшествии; рапортами оперативного дежурного ДЧ МУ МВД России «Оренбургское» А.; письменными объяснениями ФИО1, потерпевшего Г., свидетеля К.; заключением эксперта № от 06 сентября 2017 года; заключением эксперта № от 07 ноября 2017 года; заключением эксперта № от 15 декабря 2017 года; фототаблицей и иными материалами дела, которым дана оценка на предмет относимости, допустимости, достоверности и достаточности в соответствии с требованиями статьи 26.11 КоАП РФ.

При таких обстоятельствах действия ФИО1 правильно квалифицированы по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ.

В своей жалобе заявитель ссылается на то, что в заключениях эксперта № и № содержатся недостоверные и необъективные данные, заключения выполнены с нарушением обязательных требований, предусмотренных ст. 8 ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»: эксперт не приводит ни одного довода, в подтверждение своего вывода об угле столкновения транспортных средств; не описывает исследование следов трасс, образованных на кузове обоих автомобилей, не объясняет механизма их образования и не производит соответствующие измерения; не разграничивает повреждения автомобиля СЕАЗ-11113, полученные при первичном столкновении с автомобилем Kia-Rio и повреждения, полученные при двух последующих столкновениях автомобиля СЕАЗ-11113 с ограждением. На приводимой экспертом иллюстрации «Общее направление деформирующего воздействия» указано на переднюю часть левой передней двери автомобиля Kia-Rio, что не дает объяснения причин значительных деформаций и задней левой двери, зафиксированных в справке о дорожно-транспортном происшествии и фотографиях с места дорожно-транспортного происшествия. Вывод эксперта о нахождении автомобиля Kio-Rio под некоторым углом к продольной оси дороги с поворотом левой боковой части кузова к передней части кузова автомобиля СЕАЗ-11113 является необоснованным. В своем исследовании эксперт не учитывал ни скорость автомобилей, ни их массу. Экспертом были использованы неверные исходные данные, поскольку место столкновения автомобилей согласно схеме места совершения административного правонарушения находится на расстоянии 6,1 м от левого края проезжей части, а в экспертном заключении указано 6,1 м от правого края проезжей части. ФИО1 считает, что показания Г. не могут достоверно свидетельствовать об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия. Указывает, что автомобиль Kio-Rio после столкновения находился параллельно линии разметки.

Доводы заявителя нельзя признать состоятельными по следующим основаниям. 

Пунктом 1.2 Правил дорожного движения установлено, что «дорога» - обустроенная или приспособленная и используемая для движения транспортных средств полоса земли либо поверхность искусственного сооружения. Дорога включает в себя одну или несколько проезжих частей, а также трамвайные пути, тротуары, обочины и разделительные полосы при их наличии; «проезжая часть» - элемент дороги, предназначенный для движения безрельсовых транспортных средств; «полоса движения» - любая из продольных полос проезжей части, обозначенная или не обозначенная разметкой и имеющая ширину, достаточную для движения автомобилей в один ряд; «перестроение» - выезд из занимаемой полосы или занимаемого ряда с сохранением первоначального направления движения; «уступить дорогу (не создавать помех)» - требование, означающее, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость.

Из письменных объяснений ФИО1 следует, что 21 июля 2017 года около 17 часов 20 минут он управлял транспортным средством Kio-Rio, двигался по автодороге Обход г. Оренбурга со стороны п. Солнечный в сторону п. Ивановка по левому ряду в прямом направлении со скоростью 50-60 км/ч. На 2 км дороги почувствовал удар в левую часть своего автомобиля. Во время удара он резко нажал на педаль тормоза, рулевое колесо не поворачивал. После остановки автомобиля он увидел, что слева от его автомобиля находился автомобиль СЕАЗ-11113, в котором находился водитель.

Согласно письменным объяснениям Г., он управлял автомобилем СЕАЗ-11113, двигался по автодороге Обход г. Оренбурга со стороны пр. Гагарина в сторону Беляевского шоссе по левой полосе движения со скоростью 75 км/ч. Впереди него на расстоянии 20 м в правом ряду двигался автомобиль Kio-Rio, который неожиданно для него начал перестраиваться в левый ряд. В результате чего произошло столкновение. После удара автомобиль СЕАЗ-11113 отбросило на полосу встречного движения и произошел удар о металлическое ограждение.Из схемы места совершения административного правонарушения, подписанной обоими участниками дорожного движения без замечаний и возражений, усматривается, что автодорога Обход г. Оренбурга имеет двухстороннее движение и четыре полосы движения, по две полосы в каждом направлении. Ширина проезжей части составляет 16,1 м, столкновение произошло на расстоянии 6,1 м от левого края проезжей части (на встречной полосе движения по ходу движения автомобилей). 

В схеме и протоколе осмотра места совершения административного правонарушения зафиксированы следы шин автомобиля Kio-Rio: объемный длиной 8,7 м в виде дуги, шириной 0,8 м; автомобиля СЕАЗ-11113: прямой длиной 8,9 м; дугообразный длиной 11,9 м, шириной 0,4 и 0,3 м. 

Локализация механических повреждений свидетельствует о том, что удар пришелся правой передней частью автомобиля СЕАЗ-21113 в переднюю левую дверь автомобиля Kio-Rio.

В ходе производства по делу об административном правонарушении должностным лицом назначены автотехнические экспертизы. 

Из заключения эксперта от 07 ноября 2017 года № следует, что угол между продольными осями транспортных средств в момент первичного контактирования, наиболее вероятно, близок к значению 37 градусов. При этом возможно в указанный момент автомобиль Kio-Rio находился под некоторым углом к продольной оси дороги, с поворотом левой боковой части кузова к передней части кузова автомобиля СЕАЗ-11113. Транспортные средства до столкновения двигались в попутном направлении по проезжей части автодороги Обход г. Оренбурга в направлении п. Ивановка, при этом автомобиль Kio-Rio двигался на некотором удалении впереди и, наиболее вероятно, справа от автомобиля СЕАЗ-11113.

В заключении эксперта от 16 января 2018 года № сделан вывод о том, что в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии непосредственно перед столкновением водитель автомобиля Kio-Rio осуществлял маневр поворота или разворота влево, автомобиль СЕАЗ-11113 в указанный момент мог двигаться в прямом направлении, либо смещаться влево.

Вопреки доводам жалобы экспертом учитывались скорость движения автомобилей, их техническое состояние, степень загруженности, следы транспортных средств и объектов, расположение места столкновения, характер и локализация механических повреждений (л.д. 27 оборот, 35). 

Признать указанные в экспертных заключениях исходные данные неверными, оснований не имеется. Выводы эксперта основаны на исходных объективных данных, отраженных в протоколе осмотра места совершения административного правонарушения и схемы к нему, а также на использованной при проведении исследования научной и методической литературе. Ошибочное указание экспертом в установочной части экспертизы о том, что место столкновения находится на расстоянии 6,1 м от правого края проезжей части, не влияет на выводы эксперта, поскольку при проведении исследований в описательной части экспертом взяты правильные исходные данные (6,1 м от левого края проезжей части, л.д. 36). 

Экспертные заключения являются последовательными, полными и мотивированными, поскольку содержат подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы. Противоречий в заключениях не содержится, напротив выводы эксперта в заключении от 16 января 2018 года № дополняют и конкретизируют выводы, указанные в заключении от 07 ноября 2017 года №. При этом выводы о том, что непосредственно перед столкновением водитель автомобиля Kio-Rio осуществлял маневр поворота или разворота влево, автомобиль СЕАЗ-11113 в указанный момент мог двигаться в прямом направлении, либо смещаться влево, сделаны не только с учетом исходных данных, научной и методической литературы, но и позиций каждого водителя.

Согласно ст. 26.11 КоАП РФ заключение эксперта не имеет заранее установленной силы, оно оценивается в совокупности с иными доказательствами по делу. Оснований не доверять выводам эксперта, проводившего автотехнические экспертизы и предупрежденного об ответственности за дачу ложного заключения по ст. 17.9 КоАП РФ, у суда второй инстанции не имеется. Оба заключения отвечают требованиям ст. 26.2 КоАП РФ. Выводы эксперта согласуются с иными доказательствами по делу, а потому сомнений в достоверности и объективности заключения при рассмотрении дела у суда не имелось и не имеется.

Мотивы, по которым судья критически отнесся к письменным объяснениям и показаниям ФИО1 и его жены К., приведены в обжалуемом судебном постановлении, и оснований признать их неверными не имеется.

Доводы жалобы о несогласии с оценкой судьей районного суда собранных по делу доказательств, основанием к отмене постановления не являются. С объективной стороны правонарушение, предусмотренное ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, выражается в нарушении Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортных средств, повлекшем причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшему.

Будучи участником дорожного движения, управляющим транспортным средством, являющимся источником повышенной опасности, ФИО1 должен был максимально внимательно относиться к дорожной обстановке и соблюдать предъявляемые к водителям транспортных средств вышеуказанные требования Правил дорожного движения. 

Наличие причинно-следственной связи между нарушением ФИО1 требований пунктов 1.3, 1.5, 8.4 Правил дорожного движения и наступившими последствиями в виде причинения средней тяжести вреда здоровью потерпевшему, установлено судом на основании собранных по делу доказательств, в том числе вышеперечисленных экспертных заключений. Выводы суда мотивированы, оснований подвергать их сомнению, не имеется. 

Постановление судьи мотивировано и отвечает требованиям закона, предъявляемым к данному документу. Протокол об административном правонарушении составлен надлежащим должностным лицом и соответствует требованиям ст. 28.2 КоАП РФ. Порядок и срок давности привлечения ФИО1 к административной ответственности не нарушены.

Административное наказание назначено в пределах, установленных санкцией ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 4.4 КоАП РФ.

Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену постановления судьи, по делу не допущено.

Обстоятельств, исключающих производство по делу об административном правонарушении, не имеется.

Рассматривая заявленные потерпевшими требования о взыскании с ФИО1 компенсации морального вреда и материального ущерба в размере 100 000 рублей, прихожу к следующему. 

В соответствии со ст. 29.10 КоАП РФ вопросы о взыскании компенсации морального вреда при вынесении постановления по делу об административном правонарушении разрешены быть не могут и разрешаются в порядке гражданского судопроизводства, путем предъявления соответствующего иска. 

В силу положений ч. 2 ст. 29.10 КоАП РФ предусмотрена возможность решения вопроса о возмещении имущественного ущерба, однако материалы дела не содержат сведений о том, чтобы потерпевшими ставился на разрешение указанный вопрос в ходе рассмотрения дела по существу, и представлялись доказательства несения имущественного ущерба. Однако потерпевшие не лишены возможности обращения в суд с таким иском в порядке гражданского судопроизводства. 

Руководствуясь ст. ст. 30.6 - 30.8 КоАП РФ, судья

решил:

постановление судьи Ленинского районного суда г. Оренбурга от 12 февраля 2018 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, в отношении ФИО1 оставить без изменения, жалобу заявителя – без удовлетворения. 

Решение вступает в законную силу со дня его вынесения, но может быть обжаловано и (или) опротестовано в порядке, установленном ст. ст. 30.12 - 30.19 КоАП РФ.

Судья Оренбургского

областного суда Т.И. Пересыпкина