Судья ФИО2 Дело №22К-1425/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Иваново 12 августа 2025 года

Ивановский областной суд в составе:

председательствующего судьи(фамилии, инициалы) Араблинской А.Р., 

при секретаре Жданове Д.С.,

с участием:

прокурора Грачева Д.А.,

обвиняемого ФИО19 с использованием видео-конференц-связи,

защитника-адвоката Хмары В.А., 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника – адвоката Хмары В.А. в интересах обвиняемого ФИО1 на постановление Фрунзенского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым в отношении

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, гражданина РФ, не судимого,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.2 ст.210, п.п.«а,б» ч.2 ст.172 УК РФ, 

продлен срок содержания под стражей на 2 месяца 28 суток, а всего до 4 месяцев 27 суток, то есть по ДД.ММ.ГГГГ включительно. 

Изложив содержание обжалуемого судебного решения и существо апелляционной жалобы, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции

установил:

постановлением Фрунзенского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, обвиняемому в совершении преступлений, предусмотренных ч.2 ст.210, п.п.«а,б» ч.2 ст.172 УК РФ, продлен срок содержания под стражей на 2 месяца 28 суток, а всего до 4 месяцев 27 суток, то есть по ДД.ММ.ГГГГ включительно, по основаниям подробно изложенным в постановлении. 

В апелляционной жалобе защитник-адвокат Хмара В.А. выражает несогласие с постановлением, ставит вопрос об его отмене, поскольку судебный акт не соответствует требованиям ч.4 ст.7, ст.108 УПК РФ, вынесен с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, без учета разъяснений, содержащихся в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 №41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», так как судом не установлены и не приведены конкретные фактические обстоятельства, свидетельствующие о необходимости содержания обвиняемого под стражей и невозможности применения к нему иной более мягкой меры пресечения, в том числе в виде домашнего ареста. Полагает, что судом сделан необоснованный вывод о подтвержденной причастности ФИО1 к инкриминируемым ему деяниям. Указывает, что, принимая решение, суд учитывал факт обвинения ФИО1 по обоим статьям Уголовного кодекса РФ. Отмечает, что ФИО1 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а,б» ч.2 ст.172 УК РФ – незаконной банковской деятельности, совершенной организованной группой, сопряженной с извлечением дохода в особо крупном размере и преступления, предусмотренного ч.2 ст.210 УК РФ – участие в преступном сообществе. По мнению защитника, суд при принятии решения должен был учесть то, что обвинение ФИО1 по ст.172 УПК РФ предусматривает форму соучастия организованной преступной группы, из текста обвинения по ч.2 ст.210 УК РФ следует, что ФИО1 обвиняется в участии в преступном сообществе, созданном для совершения незаконной банковской деятельности, охватываемой обвинением по ст.172 УК РФ, то есть представляет собой форму соучастия в данном преступлении, в совершении каких-либо иных преступлениях обвинение ФИО1 не предъявлялось, следовательно ФИО1 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ст.172 УК РФ, совершенном в соучастии с формой «организованное преступное сообщество». Обращает внимание, что в соответствии с ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ мера пресечения в виде заключения под стражу не применяется к лицу, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ст.172 УК РФ, при условии, что оно имеет место жительства, не скрывалось и не нарушало ранее избранную меру пресечения. Сообщает об отсутствии таких обстоятельств в отношении ФИО1 По мнению защитника, при продлении срока содержания под стражей суд первой инстанции не имел права принимать во внимание обстоятельства, связанные с обвинением ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного п.п.«а, б» ч.2 ст.172 УК РФ, поскольку это противоречит положениям ч.1.1 ст.108 УПК РФ; пришел к необоснованному и противоречащему уголовно-процессуальному закону выводу о неприменимости положений ч.1.1 ст.108 УПК РФ из-за наличия обвинения по ст.210 УК РФ, поскольку в данном случае это является лишь формой соучастия в совершении преступления, предусмотренного ст.172 УК РФ; при отсутствии преступления, предусмотренного ст.172 УК РФ, привлечение к ответственности по ст.210 УК РФ невозможно; при принятии решения суд не убедился, не указал в постановлении и не мотивировал выводы о подтвержденной причастности ФИО1 к обоим инкриминируемым преступлениям, поскольку не разграничил, какими именно сведениями подтверждается причастность ФИО1 к совершению преступления, предусмотренного ст.172 УК РФ, а какими к преступлению по ст.210 УК РФ, тем самым, полагает, что суд первой инстанции принял решение о продлении срока содержания ФИО1 под стражей при отсутствии сведений о его причастности к совершению преступления, предусмотренного ст. 210 УК РФ, то есть допустил существенное нарушение ч.4 ст.7, ст.ст.108, 109 УПК РФ. Кроме того полагает, что выводы суда о том, что ФИО1, не находясь под стражей, может скрыться, оказать воздействие на свидетелей и других фигурантов дела, являются не обоснованными. Отмечает, что наличие заграничного паспорта, который изъят органами следствия, свидетельствует о невозможности ФИО1 покинуть пределы Российской Федерации; не подтвержден и является домыслом вывод о том, что ФИО1 имеет обширные личные и служебные связи, влияние на неопределенный круг лиц, данные сведения о таких лицах, ни способов влияния в постановлении не указаны и представленными суду материалами не подтверждены. Считает, что судом не принято во внимание, что с момента задержания и ареста иных лиц, привлекаемых к ответственности по данному уголовному делу, в течение более трех месяцев ФИО1 не скрывался, место проживания не менял, никому не угрожал и документы (иные доказательства) не уничтожал и не пытался. По мнению защитника, единственным обстоятельством, в связи с которым ФИО1 заключен под стражу и ему продлен срок нахождения в СИЗО, стало его участие в управлении коммерческими организациями ранее заключенной под стражу ФИО5 и принятие им мер к тому, чтоб коммерческие организации (не имеющие отношение к расследуемому делу, ведущие легальную экономическую деятельность) не прекратили свое существование из-за ареста руководителя; проверка данных доводов защиты судом не проведена и оценка им в постановлении не дана, что нарушает, в том числе Конституционное право обвиняемого на защиту. Также полагает, что судом первой инстанции не дана оценка неэффективности предварительного следствия, выразившейся в том, что с участием ФИО1 следственные и процессуальные действия не проводились с момента возбуждения уголовного дела как до момента его задержания (более трех месяцев), так и после его заключения под стражу (в течение почти двух месяцев); до настоящего времени не назначена и не проведена бухгалтерская судебная экспертиза, при возможности у органа предварительного следствия незамедлительного получения необходимых сведений по счетам организаций. По мнению апеллянта, судом необоснованно и немотивированно отклонено ходатайство стороны защиты об избрании ФИО1 иной, более мягкой меры пресечения в виде домашнего ареста, которая в надлежащей мере обеспечит его правопослушное поведение, контроль за его поведением в ходе предварительного следствия и на данной стадии является доставочной. Просит постановление отменить, вынести иное решение – об изменении ФИО1 меры пресечения на более мягкую – домашний арест. 

В суде апелляционной инстанции обвиняемый ФИО1 и защитник-адвокат Хмара В.А. поддержали доводы апелляционной жалобы. 

Прокурор Грачев Д.А. просил обжалуемое постановление оставить без изменения.

Проверив представленные материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В производстве СЧ СУ УМВД России по 

<

адрес> находится уголовное дело №, возбужденное ДД.ММ.ГГГГ по признакам преступления, предусмотренного п.«б» ч.2 ст.172 УК РФ. В одно производство с указанным уголовным дело соединено 14 уголовных дел, расследуемых в отношении ФИО5, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО1, ФИО12 и неустановленных лиц. 

Срок предварительного следствия по уголовному делу неоднократно продлевался, последний раз ДД.ММ.ГГГГ руководителем следственного органа до 8 месяцев 00 суток, то есть до ДД.ММ.ГГГГ. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 задержан в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ по подозрению в совершении преступлений, предусмотренных ч.2 ст.210, п.п.«а,б» ч.2 ст.172 УК РФ, он был допрошен в качестве подозреваемого с участием защитника. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч.2 ст.210, п.п.«а,б» ч.2 ст.172 УК РФ, он допрошен в качестве обвиняемого с участием защитника. 

Постановлением Фрунзенского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 1 месяц 29 суток, то есть по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

В связи с невозможностью окончания предварительного следствия до истечения срока содержания ФИО1 под стражей, заместитель начальника отдела СЧ СУ УМВД России по 

<

адрес> с согласия руководителя соответствующего следственного органа обратился в суд с ходатайством о продлении этого срока на 3 месяца 00 суток, а всего до 4 месяцев 29 суток, т.е. до ДД.ММ.ГГГГ включительно, по результатам рассмотрения которого судом вынесено обжалуемое решение.

Согласно ч.2 ст.109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей районного суда до 6 месяцев, а в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, в случаях особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения, - до 12 месяцев. 

В силу требований ст.110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ.

При рассмотрении вопроса о продлении срока содержания под стражей суд обязан обсуждать возможность применения в отношении обвиняемого иной, более мягкой меры пресечения; проверять наличие на момент рассмотрения вопроса о продлении срока содержания под стражей оснований, предусмотренных ст.97 УПК РФ, которые должны подтверждаться достоверными сведениями и доказательствами, а также учитывать обстоятельства, указанные в ст.99 УПК РФ и другие обстоятельства, обосновывающие продлении срока содержания под стражей; обоснованность доводов органов предварительного следствия о невозможности своевременного окончания расследования. 

Данные требования уголовно-процессуального закона при решении вопроса о продлении срока содержания ФИО1 под стражей судом соблюдены.

Ходатайство о продлении обвиняемому ФИО1 срока содержания под стражей отвечает требованиям ст.109 УПК РФ, представлено в суд в период срока предварительного расследования и с согласия надлежащего должностного лица. 

Вопреки доводам стороны защиты существование разумного подозрения в причастности ФИО1 к инкриминируемым ему деяниям на основании представленных и исследованных материалов проверялось при решении вопроса об избрании обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу, и на момент рассмотрения ходатайства не утратившего своего юридического значения. Кроме того, при продлении ФИО1 срока содержания под стражей суд также исследовал и подробно привел в судебном решении из представленных следствием материалов, те, которые подтверждают подозрение в причастности обвиняемого к обоим преступлениям, в числе которых протоколы допросов свидетеля ФИО13; протокол допроса свидетеля ФИО12 о том, что ему знаком ФИО1, который ранее, будучи сотрудником полиции (БЭП) проводил обыск в офисе ФИО5 (обвиняемой по делу), а после увольнения из полиции устроился к ФИО3 работать; протоколы допросов свидетелей под псевдонимами «

<

данные изъяты>»; протоколы допросов подозреваемых ФИО14, ФИО7, которые показали, что им известен ФИО1, который будучи сотрудником правоохранительных органов, проводил обыск в офисе ФИО5, а впоследствии стал с ней работать; протокол осмотра предметов – сотового телефона; протокол допроса ФИО1 в качестве подозреваемого, а также иные материалы. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что если письменные материалы относятся к двум преступлениям, допускается их однократное приведение в процессуальном судебном решении. 

Изложенные обстоятельства, вопреки доводам защитника, указывают на то, что подозрение ФИО1 в причастности к инкриминируемым ему деяниям является обоснованным, и представленных материалов было достаточно для принятия решения судом первой инстанции. 

Позиция стороны защиты о том, что единственным обстоятельством, в связи с которым ФИО1 заключен под стражу и ему продлен срок нахождения в СИЗО, стало его участие в управлении коммерческими организациями ранее заключенной под стражу ФИО5 и принятие им мер к тому, чтоб коммерческие организации (не имеющие отношение к расследуемому делу, ведущие легальную экономическую деятельность) не прекратили свое существование из-за ареста руководителя, не может быть принят во внимание, поскольку фактически стороной защиты указывается о невиновности обвиняемого в совершении инкриминируемых ему преступлений, в то время как вопросы о виновности либо о невиновности лица в том или ином преступлении могут быть предметом оценки суда исключительно при рассмотрении дела по существу, а не в ходе разрешения вопроса о мере пресечения. 

Судом установлено, что объективные причины послужили основанием для продления ФИО1 срока содержания под стражей, которые мотивированы следствием в постановлении и выразились в необходимости установления и допросе в качестве свидетелей руководителей подконтрольных организаций и индивидуальных предпринимателей; получении сведений из УФНС России по 

<

адрес> в отношении более чем 550 подконтрольных организаций и индивидуальных предпринимателей о наличии расчетных счетов, регистрационных дел; направлении запросов в финансово-кредитные учреждения о предоставлении сведений о движении денежных средств по расчетным счетам, необходимых для назначения бухгалтерских судебных экспертиз; завершении осмотра результатов ОРД, предоставленных УЭБиПК УМВД России по 

<

адрес>; продолжении осмотра предметов и документов, изъятых в ходе проведения обысков (предметов более 100, документов более 5000); назначении бухгалтерских судебных экспертиз; выполнении иных следственных и процессуальных действий, направленных на завершение предварительного расследования уголовного дела. 

С учетом общего объема следственно-процессуальных действий, выполненных в ходе ранее установленного срока предварительного следствия и содержания обвиняемого под стражей, приведенных следователем, а также запланированных следственно-процессуальных действий, направленных на установление всех обстоятельств дела, не усматривается объективных данных о неэффективности и затягивании производства предварительного следствия.

Утверждение защитника об обратном обоснованным признать нельзя, поскольку опровергается представленными и исследованными в суде первой инстанции справкой-хронометражем по уголовному делу, содержащей сведения о значительном объеме проведенных следственных и процессуальных действий не только с момента возбуждения уголовного дела, но и после избрания обвиняемому меры пресечения. 

Не проведение непосредственно с ФИО1 длительное время следственно-процессуальных действий, на что обратил внимание защитник, а также то обстоятельство, что до настоящего времени не назначена судебная бухгалтерская экспертиза, не свидетельствует о незаконности принятого судом решения, поскольку в соответствии с п.3 ч.2 ст.38 УПК РФ следователь уполномочен самостоятельно направлять ход расследования, которое в настоящее время продолжается, принимая решение о производстве следственных и иных процессуальных действий, направленных на собирание имеющих значение для дела доказательств по уголовному делу в отношении значительного числа обвиняемых, в том числе и не требующих непосредственного участия обвиняемого ФИО1

Доводы жалобы защитника об отсутствии оснований для продления срока содержания под стражей ФИО1 признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, поскольку все они проверялись в судебном заседании и получили соответствующую оценку в постановлении суда. Выводы о необходимости продления срока содержания под стражей в отношении ФИО1 и невозможности избрания иной меры пресечения, не связанной с содержанием под стражей, сделаны судом первой инстанции на основании представленных материалов, с учетом личности обвиняемого, характера и степени общественной опасности инкриминируемых ему преступлений, которые в совокупности подтверждают обоснованность принятого решения. 

Позиция стороны защиты о невозможности в силу ч.1.1 ст.108 УПК РФ применения в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу при обвинении лица в совершении преступления, предусмотренного ст.172 УК РФ, поскольку обвинение по ст.210 УК РФ является лишь формой соучастия в совершении преступления, предусмотренного ст.172 УК РФ, обсуждалась как на стадии избрания обвиняемому меры пресечения, так и при продлении ему срока содержания под стражей, и была признана необоснованной.

С указанными выводами суда первой инстанции суд апелляционной инстанции соглашается, поскольку существо предъявленного ФИО1 обвинения во взаимосвязи с положениями ч.1.1 ст.108 УПК РФ, не исключает возможности применения к нему меры пресечения в виде заключения под стражу, так как наряду с обвинением по п.п.«а,б» ст.172 УК РФ, ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ст.210 УК РФ.

При этом, ссылка суда о наличии обоснованных опасений в том, что, находясь на свободе, вне условий содержания ФИО1 под стражей, он может совершить указанные в ч.1 ст.97 УПК РФ и перечисленные в обжалуемом постановлении действия, является верной. Следует отметить, что, исходя из сформулированных в ч.1 ст.97 УПК РФ положений, юридическая техника изложения оснований для избрания меры пресечения и последующего сохранения ее действия связывает их наличие с обоснованной возможностью нежелательного поведения обвиняемого, а не с категоричным выводом о таком поведении. Применительно же к обвиняемому ФИО1 такая возможность подтверждается приведенными в обжалуемом постановлении конкретными фактическими обстоятельствами, обоснованность которых и их соответствие действительности сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывают. 

Тяжесть предъявленного обвинения в соответствии с требованиями ст.99 УПК РФ наряду с иными обстоятельствами также должна учитываться при рассмотрении вопроса о мере пресечения. Вместе с тем, как следует из обжалуемого постановления, помимо тяжести предъявленного обвинения в совершении преступления в отношении ФИО1 имеются и другие основания для оставления без изменения ранее избранной в отношении него меры пресечения, о чем указано в судебном решении.

При этом суд первой инстанции при принятии решения располагал сведениями, характеризующими личность обвиняемого, согласно которым ФИО1 не судим, в зарегистрированном браке не состоит, имеет малолетнего ребенка, зарегистрирован и постоянно проживает на территории 

<

адрес>, трудоустроен, по месту жительства и регистрации участковым уполномоченным характеризуется удовлетворительно, до августа 2021 года состоял в должности старшего оперуполномоченного отдела № УЭБиПК УМВД России по 

<

адрес>. 

Вместе с тем, судом первой инстанции наряду с указанными обстоятельствами обоснованно были учтены характер, степень общественной опасности, фактические обстоятельства инкриминируемых ФИО1 деяний, относящихся к категории тяжких преступлений, за которые предусмотрено наказание в виде лишения свободы на длительный срок, предъявление ему обвинения в составе преступного сообщества, не все участники которого до настоящего времени установлены и задержаны, стадия расследования уголовного дела, на которой как следует из постановления следователя, поддержанного в ходе рассмотрения дела, продолжается сбор и закрепление доказательств. При этом, в сферу расследования по уголовному делу вовлечены лица, знакомые ФИО1 (что подтверждается представленными материалами дела), что, учитывая сведения об обширных личных и служебных связях последнего, дает обвиняемому реальную возможность оказания на свидетелей недопустимого воздействия. С учетом вышеизложенного, суд пришел к обоснованному выводу о том, что в случае изменения меры пресечения ФИО1 на иную, не связанную с содержанием под стражей, обвиняемый, осознавая тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения наказания в виде реального лишения свободы на длительный срок, не будучи ограниченным в своих действиях, может скрыться от органов предварительного следствия, воспрепятствовать производству по делу, оказав давление на свидетелей и иных участников, а также посредством сокрытия или уничтожения еще не обнаруженных доказательств.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что мотивы принятого судом решения не противоречат разъяснениям, изложенным в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года №41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», поскольку о том, что лицо может скрыться от суда могут свидетельствовать тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок; о том, что обвиняемый может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу может свидетельствовать предъявление лицу обвинения в совершении преступления в составе организованной группы или преступного сообщества.

Таким образом, вопреки утверждению апеллянта, суд первой инстанции привел убедительные мотивы продления обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу. 

Сведения о личности ФИО1, наличие у него социальных связей, малолетнего ребенка, сведения о месте регистрации и жительства, иные положительно характеризующие данные были известны суду первой инстанции при разрешении вопроса о продлении срока меры пресечения, однако сами по себе они не могут быть безусловным основанием для отмены или изменения избранной обвиняемому меры пресечения, выводы суда не опровергают и не исключают актуальность приведенных судом опасений ненадлежащего процессуального поведения обвиняемого в связи с предъявлением ему обвинения в совершении двух тяжких преступлений, создающим угрозу наступления для него предусмотренных законом неблагоприятных последствий.

Не относится к таковым и факт отсутствия у ФИО1 заграничного паспорта ввиду его изъятия следственным органом, на что обращено внимание стороной защиты, поскольку указанные обстоятельства не исключают возможность ФИО1 скрыться не именно за границей, а на территории Российской Федерации. 

Довод стороны защиты о том, что ранее ФИО1 не скрывался, давление на свидетелей не оказывал и производству по делу не препятствовал, суд апелляционной инстанции находит несостоятельным, поскольку уголовное преследование ФИО1 стало осуществляться одновременно с его задержанием в качестве подозреваемого, с последующим избранием меры пресечения в виде заключения под стражу, что исключило совершение им противоправных действий. 

Вопрос о возможности/невозможности избрания в отношении ФИО1 более мягкой меры пресечения, в том числе такой как домашний арест, был предметом обсуждения суда первой инстанции, что следует из протокола судебного заседания и самого судебного акта. Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что только мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении обвиняемого в наибольшей степени гарантирует обеспечение необходимого уровня контроля за его надлежащим поведением и реального пресечения возможности его противоправных действий в период предварительного расследования. 

Постановление суда о необходимости продления ФИО1 срока содержания под стражей основано на сведениях, содержащихся в представленных материалах, не противоречит требованиям Уголовно-процессуального кодекса РФ, постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года №41 и соответствует ч.3 ст.55 Конституции РФ, предусматривающей возможность ограничения прав и свобод человека и гражданина в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других граждан.

Тот факт, что позиция стороны зашиты не совпадает с оценкой суда относительно представленных в отношении обвиняемого сведений, само по себе не свидетельствуют о незаконности судебного решения.

Данные о том, что ФИО1 противопоказано находиться под стражей по медицинским показаниям или иным обстоятельствам, в материалах дела отсутствуют и стороной защиты не представлены.

Суд апелляционной инстанции не усматривает новых обстоятельств, не ставших предметом судебного разбирательства при решении вопроса о продлении обвиняемому меры пресечения, которые могли бы послужить основанием для отмены или изменения ФИО1 меры пресечения, то есть, те обстоятельства, которые являлись основанием для избрания ему меры пресечения в виде заключения под стражу, как обоснованно было отмечено судом первой инстанции, в настоящее время своей действительности и актуальности не утратили, и объективных данных для изменения меры пресечения на иную, более мягкую, не имелось.

Таким образом вопреки доводам стороны защиты постановление суда является обоснованным и мотивированным, основано на фактических обстоятельствах, на основании которых принято решение о продлении срока содержания под стражей, а также содержит выводы об отсутствии оснований для изменения меры пресечения в отношении ФИО1 на более мягкую. 

Как видно из протокола судебного заседания судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением всех принципов судопроизводства, полно, всесторонне, объективно, с участием самого обвиняемого и его защитника. При этом всем участникам были созданы условия для реализации их прав, обвиняемый и его защитник с соответствующей аргументацией довели до суда свою позицию, участвовали в исследовании представленных материалов дела.

Срок, на который судом первой инстанции продлена мера пресечения в виде заключения под стражу представляется разумным, с учетом его достаточности для выполнения следователем запланированных следственных и процессуальных действий.

Таким образом, нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену судебного решения, судом первой инстанции не допущено.

Вместе с тем, постановление суда подлежит изменению по основанию, предусмотренному п.2 ст.389.15 УПК РФ, в части неверного исчисления судом даты окончания содержания ФИО1 под стражей.

Согласно обжалуемому постановлению датой окончания срока содержания ФИО1 под стражей постановлено считать ДД.ММ.ГГГГ включительно. Вместе с тем, принимая во внимание, что обвиняемый был задержан ДД.ММ.ГГГГ, а общий срок, на который ему продлен судом срок содержания под стражей составляет 4 месяца 27 суток, то, с учетом положений п.1 ч.10 ст.109, ст.128 УПК РФ, датой окончания срока меры пресечения следует считать ДД.ММ.ГГГГ включительно.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает необходимым внести в обжалуемый судебный акт соответствующие изменения, что не затрагивает существа принятого решения и не влияет на законность, обоснованность, справедливость решения суда первой инстанции и не ухудшит положение обвиняемого. 

Иных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение судебного решения по другим основаниям, суд апелляционной инстанции не усматривает, в связи с чем апелляционная жалоба защитника удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст.ст.389.13, 389.15, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Фрунзенского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 изменить.

Считать срок содержания ФИО1 под стражей продленным по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

В остальной части это же постановление оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника-адвоката Хмары В.А. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано непосредственно во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой47.1 УПК РФ. 

Обвиняемый вправе ходатайствовать о своем участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий А.Р. Араблинская