Дело № 2-1198/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

22 марта 2019 года Калининский районный суд г.Челябинска в составе:

Председательствующего Норик Е.Н.

при секретаре Кузнецовой А.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 чу о возмещении ущерба, причиненного в результате пожара, суд

У С Т А Н О В И Л :

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3, в котором с учетом уточнения просил взыскать с ответчика ущерб, причиненный в результате пожара, в размере 2 540 924 рублей, упущенную выгоду в размере 282 500 рублей. Также просил взыскать с ответчика расходы по оплате заключения специалиста ООО «Палата независимой оценки и экспертизы» в сумме 25 000 рублей, расходы по оплате технического заключения ООО «Бюро Независимых Экспертиз» в сумме 55 000 рублей, расходы по оплате услуг Южно-Уральской Торгово-промышленной палаты в сумме 3 540 рублей, расходы по оплате услуг представителя в сумме 30 000 рублей, почтовые расходы в сумме 977 рублей 20 копеек.

В обоснование заявленных требований истец указал, что является собственником нежилого строения, расположенного по адресу: (адрес)). 16 декабря 2017 года в нежилом строении произошел пожар. В результате пожара принадлежащее ему нежилое строение общей площадью 113 кв.м, а также находящееся в нем оборудование было уничтожено. Данное строение и оборудование было передано ответчику по договору субаренды от 14 ноября 2017 года сроком на 2 месяца для осуществления предпринимательской деятельности в целях получения коммерческих результатов. Имущество было передано арендодателем по акту приема-передачи в стоянии, соответствующем условиям договора и назначению имущества, в хорошем стоянии, без замечаний. Согласно заключению эксперта ФИО1 № ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Челябинской области, причиной пожара явилось воспламенение горючих материалов помещения от теплового проявления электрической энергии при аварийном режиме электросети. Из технического заключения ООО «Бюро Независимых Экспертиз» № усматривается, что причиной пожара послужило загорание сгораемых материалов от источника зажигания электрической природы в результате пожароопасного аварийного режима работы системы электрического отопления в строении. Размер ущерба, причиненного в результате пожара, с учетом стоимости работ, услуг и материалов и поврежденного оборудования, составил 2 540 924 рубля. До настоящего времени ущерб ему не возмещен.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела извещен надлежащим образом.

Представитель истца – ФИО4, действующая на основании ордера, в судебном заседании поддержала заявленные требования в полном объеме, по существу указала на обстоятельства, изложенные в иске.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признал, в обоснование возражений указал на отсутствие своей вины в возникновении пожара. 

Третье лицо ФИО5 в судебном заседании поддержала заявленные исковые требования.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав в судебном заседании письменные материалы гражданского дела и оценив их в совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии с п.1 ст.1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу ст.15 Гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со ст.56 Гражданского процессуального кодекса РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п.3 ст.123 Конституции Российской Федерации и ст.12 Гражданского процессуального кодекса РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При разрешении спора по существу судом было установлено, что на основании договора купли-продажи от 30 декабря 2015 года и акта приема-передачи от 31 декабря 2015 года ФИО2 является собственником нежилого строения – гаражного бокса площадью 73 кв.м. и пристроенного к нему помещения автомойки площадью 40 кв.м., расположенного по адресу: (адрес)).

В силу п.1 ст.650 Гражданского кодекса РФ по договору аренды здания или сооружения арендодатель обязуется передать во временное владение и пользование или во временное пользование арендатору здание или сооружение.

Согласно ст.615 Гражданского кодекса РФ арендатор обязан пользоваться арендованным имуществом в соответствии с условиями договора аренды, а если такие условия в договоре не определены, в соответствии с назначением имущества (п.1). Арендатор вправе с согласия арендодателя сдавать арендованное имущество в субаренду (поднаем) и передавать свои права и обязанности по договору аренды другому лицу (перенаем), предоставлять арендованное имущество в безвозмездное пользование, а также отдавать арендные права в залог и вносить их в качестве вклада в уставный капитал хозяйственных товариществ и обществ или паевого взноса в производственный кооператив, если иное не установлено настоящим Кодексом, другим законом или иными правовыми актами. В указанных случаях, за исключением перенайма, ответственным по договору перед арендодателем остается арендатор. Договор субаренды не может быть заключен на срок, превышающий срок договора аренды. К договорам субаренды применяются правила о договорах аренды, если иное не установлено законом или иными правовыми актами (п.2). Если арендатор пользуется имуществом не в соответствии с условиями договора аренды или назначением имущества, арендодатель имеет право потребовать расторжения договора и возмещения убытков (п.3).

В силу ст.616 Гражданского кодекса РФ арендодатель обязан производить за свой счет капитальный ремонт переданного в аренду имущества, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором аренды (п.1). Арендатор обязан поддерживать имущество в исправном состоянии, производить за свой счет текущий ремонт и нести расходы на содержание имущества, если иное не установлено законом или договором аренды (п.2).

Как следует из материалов дела, на основании договора аренды от 13 ноября 2017 года ФИО2 передал ФИО5 во временное владение и пользование нежилое строение и находящееся в нем оборудование для осуществления деятельности в соответствии с назначением. 

Согласно свидетельства о заключении брака от 14.11.2015 г. ФИО2 и ФИО5 являются супругами.

ФИО5, в свою очередь, передала вышеуказанное имущество во временное владение и пользование ФИО3 по договору субаренды от 14 ноября 2017 года сроком на 3 месяца.

В соответствии с п.1.5 договора субаренды, передаваемое имущество находится в исправном состоянии, отвечающем требованиям, предъявляемым к эксплуатируемому промышленному оборудованию, используемому для производственных, потребительских, коммерческих и иных целей в соответствии с конструктивным назначением арендуемого имущества.

В силу п.3.2.3 договора арендатор обязался поддерживать имущество в надлежащем состоянии, нести расходы, возникающие в связи с коммерческой эксплуатацией оборудования, поддерживать оборудование в исправном состоянии.

Согласно п.3.2.4 договора арендатор обязуется возместить арендодателю убытки, причиненные в случае гибели или повреждения арендованного оборудования, если арендодатель докажет, что гибель или повреждение имущества произошло в результате наступления обстоятельств, за которые арендатор несет ответственность в соответствии с действующим законодательством и условиями настоящего договора.

В соответствии с п.4.1 договора, сторона договора, имущественные интересы или деловая репутация которой нарушены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств другой стороной, вправе требовать полного возмещения причиненных ей убытков, в том числе в виде реального ущерба и упущенной выгоды.

По акту приема-передачи ФИО3 принял гаражный бокс площадью 73 кв.м. и пристроенное помещение (автомойка) площадью 40 кв.м., а также находящееся в строении оборудование: Моечный аппарат «Кёрхер» - 1 шт.; пылесос «Кёрхер» - 1 шт.; пеногенератор – 1 шт.; компрессор воздушный 50 литров - 1 шт.; насос воздушный водный глубинный – 1 шт.; котлы отопления по 9 КВт - 2 шт.; аппарат для балансировки - 1 шт.; стенд шиномонтажный – 1 шт.; домкрат 3 т. - 4 шт.; вулканизатор - 1 шт.; компрессор воздушный 100 л. – 1 шт.; видеокамеры - 4 шт.; Монитор - 1 шт.; реклама (бегущая строка) - 2 шт.; стол журнальный - 1 шт.; диван черный - 1 шт.; кулер - 1 шт.; ветровая завеса 9 КВт - 2 шт.; насосы отопления - 2 шт.; инструмент для мелкосрочного ремонта; стабилизатор по 12 КВт - 2 шт.

В акте приема-передачи, подписанным ФИО3, указано, что техническое состояние вышеуказанных помещений, а также техническое состояние передаваемого оборудования на момент передачи хорошее. Претензий у принимающей стороны нет.

Согласно постановлению старшего дознавателя ОНДиПР № 3 УНДиПР ГУ МЧС России по Челябинской области об отказе в возбуждении уголовного дела от 12 мая 2018 года, 16 декабря 2017 года в нежилом строении, расположенном по адресу: (адрес)) произошел пожар.

В результате пожара принадлежащее истцу одноэтажное нежилое строение, а также находящее в нем оборудование, было уничтожено. 

Из заключения эксперта ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Челябинской области № от 25 декабря 2017 года – 13 февраля 2018 года усматривается, что 16 декабря 2017 года в 15-55 часов в дежурную часть поступило сообщение о возгорании строения, расположенного по адресу: (адрес)). Пожаром уничтожено (повреждено) все строение. Очаг пожара находился внутри строения в северо-восточном углу, где находились автоматы защиты и металлические ящики с электропроводкой.

При рассмотрении электротехнической причины пожара экспертом учтено, что к строению по обслуживанию автомобилей было подведено электричество и в очаге пожара располагались автоматы защиты и другие металлические ящики, в которых обнаружены фрагменты электропроводов, что свидетельствует в пользу рассматриваемой версии.

Наличие каплевидных и шарообразных оплавлений на фрагментах проводов свидетельствует о протекании аварийного режима работы в электросети и в тоже время свидетельствует о том, что электросеть строения по обслуживанию автомобилей была под напряжением. 

Из объяснений ФИО3 от 17 декабря 2017 года усматривается, что арендуемое строение не эксплуатировалось и людей в нем не было. 16 декабря 2017 года около 15 часов он заезжал на автомойку, включил электрокотлы для подогрева помещения, после чего убыл из здания. Примерно через 1 час произошел пожар. В данном случае усматривается связь между включением электрокотлов (то есть повышением нагрузки на электросеть) и возникновением пожара.

Согласно выводам эксперта ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Челябинской области, изложенных в заключении № от 26 декабря 2017 года – 13 февраля 2018 года причиной пожара явилось воспламенение горючих материалов помещения от теплового проявления электрической энергии при аварийном режиме электросети.

Из технического заключения ООО «Бюро Независимых Экспертиз» № следует, что очаг пожара в строении находился в северо-восточном углу помещения №, расположенного в северной части строения (внутри). При исследовании электрооборудования, изъятого из очага пожара, были выявлены многочисленные следы аварийных пожароопасных режимов работы, при этом, несмотря на то, что часть из них не позволяет сделать вывод о моменте образования (до пожара или во время него), можно однозначно утверждать, что электрическая сеть в строении находилась под напряжением в момент возникновения пожара, а также в ней протекали пожароопасные аварийные процессы.

Факт нахождения электрической сети под напряжением подтверждается и объяснением ФИО3, из которого следует, что когда он заехал на автомойку 16 декабря 2017 года около 15-00 часов, включил электрическое отопление, так как 17 декабря 2018 года собирался работать. При этом им уточняется, что до момента включения, электрическое отопление находилось в отключенном состоянии, а сам он после того как включил его, уехал по делам. О пожаре он узнал от знакомых около 16-00 часов 16 декабря 2017 года. При этом из постановления об отказе и акта о пожаре известно, что сообщение о пожаре поступило в пожарную охрану в 15-55 часов от неустановленного лица (прохожего), следовательно, пожар находился на стадии открытого пламенного горения. Из данных временных интервалов можно сделать вывод, что с момента включения электрического отопления до возникновения пожара и перехода его на стадию открытого пламенного горения, с видимыми признаками пожара снаружи строения, прошло меньше часа. Данный интервал времени вполне укладывается в усредненные значения для рассматриваемого источника зажигания. 

При рассмотрении версии возникновения аварийного режима именно в электрической системе отопления строения, которую ФИО3 включил непосредственно перед пожаром, экспертом установлена следующая последовательность возникновения пожара: до пожара электрическое отопление в строении было отключено, что привело к перемерзанию жидкости в ней либо к образованию пробок из конденсата (либо воздушных). При включении системы ФИО3 вышеуказанные факты привели к отсутствию циркуляции жидкости в ней и выходу из строя насосов или ТЭНов (возможно обоих этих элементов) и, как следствие, к их загоранию.

Кроме того, нештатная работа насосов и ТЭНов повлекла за собой перегрузку электрической сети и образованию уже в ней нештатных пожароопасных режимов работы, что привело к стремительному развитию и распространению пожара; - первично загоревшимся материалом могли послужить как любые горючие материалы в зоне нахождения насосов и ТЭНов, так и изоляция электрических проводников, горючие материалы в электрических шкафах и т.д.

Таким образом, по совокупности всех вышеперечисленных фактов и учитывая их анализ и выводы, эксперт указал, что причиной пожара послужило загорание сгораемых материалов от источника зажигания электрической природы в результате пожароопасного аварийного режима работы системы электрического отопления в строении по адресу: (адрес)).

Таким образом, ответчик, включив электрическое отопление и не убедившись в его исправной работе, оставил его без присмотра, что является нарушением пункта 42 ППР 390 [6] подпункта «е», согласно которому запрещается оставлять без присмотра включенными в электрическую сеть электронагревательные приборы, а также другие бытовые электроприборы, в том числе находящиеся в режиме ожидания, за исключением электроприборов, которые могут и (или) должны находиться в круглосуточном режиме работы в соответствии с инструкцией завода-изготовителя.

Не доверять заключению эксперта у суда оснований не имеется, поскольку он не заинтересован в исходе дела, произвел исследование, обладая специальными познаниями, имеет высшее образование, соответствующую квалификацию и стаж экспертной работы. Результаты исследования мотивированно отражены в техническом заключении, оснований для назначения судебной экспертизы у суда не имеется. Доказательств, опровергающих данное заключение, либо указывающих на отсутствие вины ответчика в возникновении пожара, ответчиком суду не представлено.

Учитывая, что возгорание нежилого строения по адресу: (адрес)) произошло в результате действий ответчика, ответственность по возмещению материального ущерба, причиненного ФИО2 повреждением принадлежащего ему имущества, должна быть возложена на ответчика.

Согласно заключению ООО «Палата независимой оценки и экспертизы» № от 28 июня 2018 года, стоимость возмещения ущерба, причиненного в результате пожара имуществу ФИО2 - автомойке, расположенной по адресу: (адрес)), и находящемуся в ней оборудованию, а именно: электроводонагревателю ЭВПМ-6 (6 кВТ) с мех, 2014 г.в. - 1 шт.; насосу погружному ДЖИЛЕКС ВОДОМЕТ ПРОФ 55/35А, 2015 г.в. - 1 шт.; компрессору воздушному «FUBAG VCFU00» СМЗ 2014 г.в. - 1 шт.; компрессору воздушному FUBAG FC230\50» СМ2 2016 г.в. -1 шт.; пеногенератору с распылителем на 50 л производства «IDROBASE GROP» 2013 г.в. - 1 шт.; пылесосу «Karcher» NT 360 2014 г.в. -1 шт.; мойке «Керхер» модель HD 9/20 - 4М, 2014 г.в. - 1 шт.; шиномонтажному стенду АЕ&Т 850 2012 г.в. – 1 шт.; балансировочному стенду АЕ&Т DST 910В 2016 г.в.; электрокотлам отопления МЗБО ЭВПМ-9 (9 кВТ) с механическим - 2 шт.; циркуляционному насосу Вихрь ЦН-32-4 - 2 шт.; электрической тепловой завесе Тепломаш КЭВ -18П4031Е, 2016 г.в. - 1 шт.; расширительному баку для систем отопления «Oasis», серийный № RW 14657, 2016 г.в.; стабилизатору Энергия 12 00 В А серии Classik - 2 шт.; вулканизатору КС - 107 SIVIK - 1 шт.; домкрату подкатному 3 тонны KRAFT КТ 820005 (в кейсе) - 4 шт.; верстаку - 2 шт.; комплекту видеонаблюдения уличному цилиндрическому Proconnekt 45-0411 – 1 шт. (4 камеры и монитор); ящику для инструментов ячеистому - 1 шт.; дивану черному - 1 шт.; столу журнальному -1 шт.; стульям - 8 шт.; кулеру для воды - 1 шт.; составляет с учетом износа 2 540 923 рубля 67 копеек, из которых 2 121 750 рублей - стоимость работ, услуг и материалов, 419 173 рубля 67 копеек - стоимость поврежденного оборудования.

Не доверять заключению эксперта у суда оснований не имеется, поскольку он не заинтересован в исходе дела, произвел исследование, обладая специальными познаниями, имеет высшее образование, соответствующую квалификацию и стаж экспертной работы. Результаты исследования мотивированно отражены в заключении специалиста, оснований для назначения судебной экспертизы у суда не имеется. Доказательств, опровергающих данное заключение, либо указывающих на иной объем повреждений и размер причиненного истцу ущерба, ответчиком суду не предствлено.

С учетом исследованных в ходе рассмотрения письменных доказательств, пояснений лиц, участвующих в деле, при доказанности вины ФИО3 в повреждении имущества истца суд приходит к выводу о том, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию материальный ущерб в сумме 2 540 924 рублей.

Согласно п.1 ст.393 Гражданского кодекса РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Исходя из содержания указанной нормы права, для взыскания убытков лицо, требующее их возмещения, должно доказать нарушение своего права, наличие причинной связи между нарушением права и возникшими убытками, а также размер убытков. Применительно к убыткам в форме упущенной выгоды лицо, требующее возмещение убытков, должно доказать, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве его субъективного представления.

Согласно п.14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ» по смыслу статьи 15 Гражданского кодекса РФ, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

В соответствии с п.4 ст.393 Гражданского кодекса РФ при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления.

При исчислении размера неполученных доходов первостепенное значение имеет определение достоверности (реальности) тех доходов, которые потерпевшее лицо предполагало получить при обычных условиях гражданского оборота. При определении размера упущенной выгоды должны учитываться данные, которые бесспорно подтверждают реальную возможность получения доходов в виде денежных сумм или иного имущества с учетом разумных затрат, которые истец должен был понести, если бы обязательство было исполнено, причем неподтвержденные расчеты о предполагаемых доходах не могут приниматься во внимание.

Вместе с тем, истцом в нарушение требований ст.56 Гражданского процессуального кодекса РФ не представлено доказательств реальной возможности получения доходов в заявленном размере, а также доказательств того, что им предпринимались какие-либо меры для сдачи нежилого строения в аренду другим лицам и с этой целью были сделаны определенные приготовления.

Доказательств, достоверно подтверждающих то, что действиями ответчика истцу были причинены убытки в виде упущенной выгоды, в материалах дела не имеется.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что сведения о неполученном истцом доходе в заявленный им период носят предположительный характер, не подтверждены доказательствами, суд считает необходимым отказать ФИО2 в удовлетворении его требований о взыскании с ФИО3 убытков в виде упущенной выгоды. 

В соответствии с п.1 ст.98 Гражданского процессуального кодекса РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано. 

Согласно ст.88 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст.94 Гражданского процессуального кодекса РФ, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей, суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам, связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами, другие признанные судом необходимыми расходы.

С учетом положений ст.98 Гражданского процессуального кодекса РФ понесенные истцом расходы по оплате заключения специалиста ООО «Палата независимой оценки и экспертизы» в сумме 25 000 рублей, расходы по оплате технического заключения ООО «Бюро Независимых Экспертиз» в сумме 55 000 рублей, подтвержденные квитанцией к приходному кассовому ордеру № Ч18-05-0261/Э от 04 июня 2018 года, счетом № от 11 июля 2018 года, актом № от 08 августа 2018 года, чеком-ордером от 17 июля 2018 года, подлежат взысканию с ответчика в пользу истца в полном объеме.

Кроме того, с ФИО3 в пользу истца подлежат взысканию почтовые расходы по его извещению посредством направления телеграмм в общей сумме 977 рублей 20 копеек, которые подтверждаются чеками от 27 октября 2018 года, от 21 февраля 2019 года и от 29 мая 2018 года.

Поскольку в удовлетворении исковых требований ФИО2 о взыскании с ФИО3 упущенной выгоды отказано, оснований для удовлетворения его требований о взыскании с ответчика расходов по оплате услуг Южно-Уральской Торгово-промышленной палаты за предоставление информации о средней рыночной арендной ставке нежилого помещения производственного назначения в сумме 3 540 рублей, у суда не имеется.

В удовлетворении требований ФИО2 о взыскании расходов по оплате услуг представителя в сумме 30 000 рублей суд также считает необходимым отказать, поскольку доказательств, подтверждающих несение им непосредственно расходов в указанной сумме, суду не представлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 ча в пользу ФИО2 ущерб, причиненный в результате пожара, в размере 2 540 924 рублей, расходы по оплате заключения специалиста ООО «Палата независимой оценки и экспертизы» в сумме 25 000 рублей, расходы по оплате технического заключения ООО «Бюро Независимых Экспертиз» в сумме 55 000 рублей, почтовые расходы в сумме 977 рублей 20 копеек.

Решение суда может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение месяца путем подачи апелляционной жалобы через Калининский районный суд г.Челябинска.

Председательствующий: Е.Н.Норик