РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело №2-435/17

Серафимовичский районный суд Волгоградской области

в составе председательствующего судьи Голованова С.В.

с участием 

помощника прокурора Серафимовичского района Разуваева Д.А., 

представителей истца по доверенности ФИО1, ФИО2

представителей ответчика по доверенности ФИО3, ФИО4,

при секретаре Антроповой И.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании 30.10.2017 года в г.Серафимовиче Волгоградской области гражданское дело по иску ФИО5 к ОАО «Серафимовичское 

<

данные изъяты>» «о взыскании компенсации морального вреда»,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО5 обратился в суд с вышеуказанными требованиями, мотивируя их тем, что он 26.05.2017г. будучи в должности, транспортерщика в ОАО «Серафимовичское 

<

данные изъяты>», по указанию старшего мастера ФИО8, вместе с транспортерщиком ФИО14 производил ремонтные работы по укреплению балки и кирпичной стены в механизированном складе напольного хранения растительного сырья № ОАО «Серафимовичское 

<

данные изъяты>». Выполнение работ проводилось с применением средств подмащивания, а именно деревянных строительных «козел». Данную работу он осуществлял по устному указанию старшего мастера ФИО8. Изначально он отказался выполнять указанную работу, так как вид данной работы не входит в его должностные обязанности. 

В дальнейшем он приступил к выполнению указанных ремонтных работ. Находясь на строительных «козлах», он осуществлял работу по демонтажу старого кирпича и балки стены, а также закладке нового кирпича. В ходе работы он увидел, что из стены торчит проволочное крепление старой балки, которое помешало бы укладке новой балки, потянулся к проволочному креплению чтобы отогнуть его, оступился, упал вниз на бетонный пол и потерял сознание.

Мастер ФИО20 по телефону вызвала карету «Скорой помощи». Через некоторое время приехала карета «Скорой помощи», работники которой оказали ему первую медицинскую помощь и госпитализировали в ГБУЗ «Серафимовичскую ЦРБ», где он находился на лечении с 26.05.2017 г. по 02.06.2017 г. В настоящее время находится на амбулаторном лечении.

В результате падения он получил тяжкие телесные повреждения, а именно «перелом оскольчатый компрессионный Т 2.11, компрессионный Т 2.12. S 22.1», ссадины в лобной области и поверхностные раны в области нижней губы.

По вине ответчика ему причинен моральный вред, в связи с причинением ему физической боли, нравственных и психологических страданий. Ему страшно вспоминать падение, больницы, невыносимую боль, которая была тогда и с которой ему придется жить всю свою оставшуюся жизнь.

Просит суд :

1. Взыскать с ОАО «Серафимовичское 

<

данные изъяты>» в пользу ФИО5 в счет компенсации морального вреда денежную сумму в размере 2 000 000 (два миллиона) рублей.

3. Взыскать с ОАО «Серафимовичское 

<

данные изъяты>» в пользу ФИО5 в счет возмещения расходов на юридические услуги денежную сумму в размере 10 000 (десять тысяч) рублей.

Истец ФИО5 о месте и времени слушания дела извещен, в судебное заседание не явился по состоянию здоровья.

Представители истца ФИО5 по доверенности ФИО1 и ФИО2 в судебном заседании, исковые требования поддержали в полном объеме, суду пояснили, что 26.05.2017 г. ФИО5, транспортерщик ОАО «Серафимовичское 

<

данные изъяты>», по указанию старшего мастера ФИО8, вместе с транспортерщиком ФИО14 производил ремонтные работы по устному указанию старшего мастера ФИО8. Изначально ФИО5 отказался выполнять указанную работу, так как вид данной работы не входит в его должностные обязанности. Однако старший мастер ФИО8 настоял на необходимости выполнения данных работ, угрожая тем, что в случае отказа истца, данный день не будет засчитан ему как рабочий.

В дальнейшем истец приступил к выполнению указанных ремонтных работ. Находясь на строительных «козлах», он осуществлял работу по демонтажу старого кирпича и балки стены, а также закладке нового кирпича. В ходе работы он увидел, что из стены торчит проволочное крепление старой балки, которое помешало бы укладке новой балки, потянулся к проволочному креплению чтобы отогнуть его, оступился, упал вниз на бетонный пол и потерял сознание.

В ГБУЗ «Серафимовичская ЦРБ», он находился на лечении с 26.05.2017 г. по 02.06.2017 г. В настоящее время истец находится на амбулаторном лечении. Истец прошел врачебную комиссию на установление ему группы инвалидности. Заключение данной комиссии будет объявлено 02.11.2017 г.

В результате падения Истец получил тяжкие телесные повреждения, а именно «перелом оскольчатый компрессионный Т 2.11, компрессионный Т 2.12. S 22.1», ссадины в лобной области и поверхностные раны в области нижней губы. В соответствии с заключением компьютерной томографии от 23.08.2017 г. установлена еще и травматическая грыжа Шоля Th 10.

Согласно заключения судебно-медицинского эксперта № 41 от 09.06.2017г, следует, что телесные повреждения в виде компрессионно-оскольчатого перелома 11-ого грудного позвонка, компрессионного перелома 12-ого грудного позвонка у ФИО5 расцениваются в совокупности как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

Падение произошло при разности уровней высот. А причины несчастного случая установлены в соответствии с актом № 1 о несчастном случае на производстве от 16.06.2017г. который никем не оспорен и признается ответчиком. До настоящего времени он находится на амбулаторном лечении; движения рук и ног скованные; страдает нарушением сна, с трудом передвигается, испытывает сильные боли в области позвоночника. Вышеизложенное состояние приводит истца к постоянным физическим болям, моральным страданиям, к стрессовому состоянию, нервозности, депрессии, к комплексу неполноценности, неуверенности в себе, в связи с тем, что он не может жить полноценной жизнью и нуждается постоянном постороннем уходе. До настоящего времени ФИО5 сильно ограничен в движении. Может находиться только в вертикальном положении.

ОАО «Серафимовичское 

<

данные изъяты>» было обязано обеспечить безопасность на рабочем месте, но это не было сделано и в результате истец получил телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть. В добровольном порядке ответчик отказался компенсировать Истцу моральный вред.

Представитель ответчика по доверенности ФИО4, исковые требования признал частично.

Представитель ответчика по доверенности ФИО3 исковые требования признал частично, суду пояснил, что в результате несчастного случая на производстве, произошедшего 26.05.2017года с ФИО5 предприятием были приобретены для фиксации позвоночника бандаж шейный и корсет грудо-поясничный, оказана материальная помощь на лечение в сумме 10000руб. Предоставлялся транспорт гражданской жене ФИО1 для поездки в Михайловку и Волгоград для получения результатов обследования. В поддержке и помощи ФИО5 предприятие не отказывало.

Больничные листы оплачиваются своевременно 100% по мере их поступления. ФИО5 был застрахован СК "РГС-Жизнь" от несчастных случаев на предприятии.

Ссылка на то, что данная работа не входит в его должностные обязанности неправомерна, так как работы связанные с приемкой, хранением и отгрузкой сельхозпродукции носят сезонный характер, т.е на тот момент, а именно 26.05.2017., наличия зерна на предприятии не было. Работники занимались подготовкой предприятия к новому урожаю 2017г, в перечень которых входят и ремонтные работы, которые оговорены нормами заключенного трудового договора конкретно с ФИО5 №13 от 21.10.2014г п.13 и должностной инструкцией Транспортерщика 2 разряда, утвержденной 01.11.2013г.

Инструктаж по технике безопасности был проведен старшим мастером ФИО8 на рабочем месте. Указанные работы ФИО5 производились на высоте 176 см, что не предусматривает особого порядка производства таких работ, так как не является работой на высоте.

За 2017год ФИО5 по его заявлению был неоднократно предоставлен отпуск без содержания: с 25.01. по 17.02.2017г; с 13.03. по 17.03.2017г; с 20.04. по 28.04.2017г. Отпуск, по явным причинам, использовался ФИО5 с целью подработки, на работах, связанных с физическими нагрузками ( имеются свидетели)

Считает, что предприятие обеспечило безопасность на рабочем месте, инструктаж проводился в то время как ФИО5 по своей вине, из-за неосторожности, оступился, что и повлекло за собой тяжкие последствия.

Финансовое состояние предприятия ОАО "Серафимовичское 

<

данные изъяты>" находится на грани банкротства, 

Просит, при рассмотрении материалов дела, учесть вышеизложенное, так как указанные к взысканию суммы компенсации морального вреда могут в значительной степени повлиять на дальнейшую деятельность предприятия, вплоть до его закрытия, считает исковые требования подлежащим удовлетворению частично в сумме 50000 рублей. 

Свидетель ФИО8 в суде пояснил, что на предприятии необходимо было произвести ремонт верхней части склада №1 для хранения зерна и разобрать старую кладку и заменить на новую кладку, поскольку каменщиков у них на производстве нет, к указанным работам по его устному указанию привлекли транспортерщика ФИО5, вместе с транспортерщиком ФИО6. Он с указанными работниками провел устный инструктаж, в журнале не расписывались. 26 мая 2017 г. его на работе не было, ему со слов известно, что находясь на строительных «козлах», ФИО5 потянулся к проволочному креплению чтобы отогнуть его, оступился, упал вниз, на карете «Скорой помощи», госпитализировали в ГБУЗ «Серафимовичская ЦРБ». Указанные работы выполнялись на высоте 1.75 м

Свидетель ФИО11 в суде пояснил, что 26 мая 2017 г. по устному указанию ФИО8, вместе с ФИО5 на предприятии производили ремонт верхней части склада №1 для хранения зерна, клали кирпичную кладку на «козлах» и когда было необходимо поднять балку, ФИО5 потянулся чтобы подогнуть проволоку, так как она мешала кладке, то упал на пол, сознание Воробьев не терял, на карете «Скорой помощи», госпитализировали в ГБУЗ «Серафимовичскую ЦРБ». 26 мая 2017 г

ФИО8 на работе не было, инструктаж не проводили, работы выполнялись на высоте 1.5 м.

Свидетель ФИО12 в суде пояснил, что26 мая 2017 г. по устному указанию ФИО8, ФИО24 вместе с ФИО5 на предприятии производили кирпичную кладку верхней части склада, Воробьев работал на козлах высотой 1,82 м., подготавливался крепить балку, обрезал болгаркой проволоку и потянулся, чтобы подогнуть данную проволоку и упал, после чего его отвезли в больницу. Ему известно, что ФИО5 отказывался выполнять данную работу.

Помощник прокурора Серафимовичского района Разуваев Д.А. полагает исковые требования ФИО5 « о взыскании компенсации морального вреда « подлежащими удовлетворению частично.

Суд выслушав представителей сторон, свидетелей, заключение прокурора, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Согласно ч. 2 ст. 7 Конституции РФ в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливаются гарантии социальной защиты.

В силу ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

Согласно ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации (ТК РФ) работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя, при этом работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществления технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

Частью 8 ст. 220 ТК РФ установлено, что в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

На основании статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании.

Судом установлено, что истец ФИО5 согласно трудового договора №13 от 21 октября 2014 года был принят на работу в ОАО «Серафимовичский 

<

данные изъяты>», транспортерщиком 2 разряда на производственный участок №1 с 21.10.2014 г.

26.05.2017г. истец по указанию старшего мастера ФИО8, вместе с транспортерщиком ФИО6 производил ремонтные работы по укреплению балки и кирпичной стены в механизированном складе напольного хранения растительного сырья № ОАО «Серафимовичское ФИО26». Выполнение работ проводилось с применением средств подмащивания, деревянных строительных «козел». Указанную работу истец выполнял по устному указанию старшего мастера ФИО8. Находясь на строительных «козлах», ФИО5 осуществлял работу по демонтажу старого кирпича и балки стены, а также закладке нового кирпича, увидев, что из стены торчит проволочное крепление старой балки, которое мешало укладке новой балки, потянулся к проволочному креплению чтобы отогнуть его, оступился и упал вниз на бетонный пол, после чего истца госпитализировали в ГБУЗ «Серафимовичская ЦРБ», где на стационарном излечении находился с 26.05.2017 г. по 02.06.2017 г., после чего по настоящее время находится на амбулаторном лечении.

Согласно заключения судебно-медицинского эксперта № 41 от 09.06.2017г. следует, что в результате падения ФИО5 получил тяжкие телесные повреждения, а именно «перелом оскольчатый компрессионный Т 2.11, компрессионный Т 2.12. S 22.1», ссадины в лобной области и поверхностные раны в области нижней губы, телесные повреждения в виде компрессионно-оскольчатого перелома 11-ого грудного позвонка, компрессионного перелома 12-ого грудного позвонка у ФИО5 расцениваются в совокупности как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть. В соответствии с заключением компьютерной томографии от 23.08.2017 г. установлена так же травматическая грыжа Шоля Th 10.

Падение произошло при разности уровней высот. Причины несчастного случая установлены в соответствии с актом № 1 от 16.06.2017 г о несчастном случае на производстве, согласно которого :

- задание по выполнению ремонтных работ по укреплению балки и кирпичной стены в механизированном складе напольного хранения растительного сырья № 1 ФИО5 и ФИО14 17.05.2017 г. дал устно старший мастер ФИО8

- средства подмащивания - деревянные строительные «козлы» не были изготовлены по типовому проекту и не стояли на инвентарном учете в организации. Одни «козлы» были привезены из дома ФИО15, вторые - находились на территории 

<

данные изъяты>.

- ФИО5 эксплуатирующий при выполнении строительных работ средства подмащивания- деревянные строительные «козлы», до начала работ не прошел обучение безопасным методам и приемам работ с их применением в соответствии с требованиями охраны труда.

- работодателем не разработана инструкция по охране труда по виду выполняемой работы, не связанной с исполнением прямых должностных обязанностей ФИО5

Также в соответствии с указанным актом установлены следующие причины несчастного случая.

Техническая - необеспечение работодателем безопасных условий труда работника, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда. Эксплуатация средств подмащивания - деревянных строительных «козел» изготовленных кустарным способом, не по типовому проекту. Нарушены требования абз.2 ч.2 ст.212 ТК РФ, п.120 «Правил по охране труда в строительстве» утв. Приказом Минтруда и соцзащиты РФ от 01.06.2015 г. № 336н, п.3.1 Приказа генерального директора ОАО «Серафимовичское 

<

данные изъяты>» ФИО16 № 23 от 09.01.2017 г.

Организационная - неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в отсутствии разработанной и утвержденной работодателем инструкции по охране труда по виду выполняемой работы, не связанной с исполнением прямых должностных обязанностей работника и допуск работника к выполнению строительных работ без обучения безопасным методам и приемам работ с их применением в соответствии с требованиями охраны труда. Нарушены требования абз.2 ч.2 ст.212 ТК РФ, п.120 «Правил по охране труда в строительстве» утв. Приказом Минтруда и соцзащиты РФ от 01.06.2015 г. № 336н, п.3.1 Приказа генерального директора ОАО «Серафимовичское 

<

данные изъяты>» ФИО16 № 23 от 09.01.2017 г.

Также в акте установлено лицо, допустившее нарушение требований охраны труда, а именно:

ФИО8 - старший мастер производственного участка № ОАО «Серафимовичское 

<

данные изъяты>», который не обеспечил безопасные условия труда работника при выполнении строительных работ, чем нарушены требования абз.2 ч.2 ст.212 ТК РФ, п.120 «Правил по охране труда в строительстве» утвержденных Приказом Минтруда и соцзащиты РФ от 01.06.2015 г. № 336н, п.3.1 Приказа генерального директора ОАО «Серафимовичское 

<

данные изъяты>» ФИО16 № 23 от 09.01.2017 г.

Из материалов дела следует, что указанный акт № 1 от 16.06.2017 г о несчастном случае на производстве, никем не оспорен и не отменен.

Судом на основании исследованных в суде доказательств бесспорно установлено, что именно в результате падения истца со средств подмащивания - деревянных строительных «козел» изготовленных кустарным способом, не по типовому проекту, в ходе выполнения задания по выполнению ремонтных работ по укреплению балки и кирпичной стены в механизированном складе напольного хранения растительного сырья № ОАО «Серафимовичское 

<

данные изъяты>» по устному указанию старшего мастера ФИО8, не обеспечив безопасные условия труда истца, поскольку работодателем не была разработана инструкция по охране труда по виду выполняемой работы, не связанной с исполнением прямых должностных обязанностей ФИО5 и истец был допущен к выполнению строительных работ без обучения безопасным методам и приемам работ с их применением в соответствии с требованиями охраны труда, на производстве получил тяжкие телесные повреждения, а именно «перелом оскольчатый компрессионный Т 2.11, компрессионный Т 2.12. S 22.1», ссадины в лобной области и поверхностные раны в области нижней губы, которые расцениваются в совокупности как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ разъяснено, что суд в силу ст. 21 (абз. 14 ч. 1) и ст. 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерным действиями или бездействием работодателя. При этом размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В силу п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболевания возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Как следует из правовой позиции, изложенной в п. 7 Постановления Пленума Верховной Суда РФ от 10 марта 2011 года N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда.

Таким образом именно по вине ответчика ФИО5 в связи с полученной в результате падения с высоты при производстве работ, тяжелой травмы причинен моральный вред, в связи с чем истец испытывает нравственные, физические и психологические страдания, и поэтому требования о компенсации морального являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Поскольку из пояснения представителя истца по доверенности его гражданской жены ФИО1, и текста искового заявления так же следует, что истцу страшно вспоминать падение, больницы, невыносимую боль, которая была тогда и с которой ему придется жить возможно свою оставшуюся жизнь, движения рук и ног скованные, страдает нарушением сна. Он с трудом передвигается, испытывает сильные боли в области позвоночника. Фактически он теперь не сможет быть полноценным человеком, не сможет нормально работать и обеспечивать свою семью, своего малолетнего ребенка, гражданскую жену, которые остро нуждаются в его помощи. Из-за полученных травм, он лишен возможности работать и будет вынужден всю свою оставшуюся жизнь тратить деньги на лечение. Он не может осуществлять обычную работу по дому, тяжелая физическая нагрузка ему противопоказана. После травмы резко изменился его образ жизни. По настоящее время он продолжает лечение, испытывает боль, имеет ограничения в подвижности. Кроме того, в результате падения у него сломано два передних зуба, что привело к нарушению его эстетического вида, а также к нарушению жевательных функций. 

Согласно представленных листков нетрудоспособности до настоящего времени истец находится на амбулаторном лечении.

Инвалидность на момент вынесения данного решения истцу не установлена.

Вышеизложенное состояние приводит истца к постоянным физическим болям, моральным страданиям, к стрессовому состоянию, нервозности, депрессии, к комплексу неполноценности.

ОАО «Серафимовичское 

<

данные изъяты>» было обязано обеспечить истцу безопасность на рабочем месте, но это не было сделано и в результате чего истец получил телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть. 

Из материалов дела следует, что после перенесенного острого инфаркта миокарда в 2015 году, истцу ФИО5, ответчиком была оказана материальная помощь на лечение и в послеоперационный период был обеспечен на предприятии «легкий труд» в течении 6-ти месяцев согласно постановления ВК №63 от22.04.2016г, выданное ГБУЗ «Серафимовичская Центральная районная больница».

В марте 2015г по заявлению ФИО5, ответчиком была выдана истцу беспроцентная ссуда в сумме 60000 руб., ( которая в настоящее время не погашена). В ОАО «Серафимовичское 

<

данные изъяты>» поступил исполнительный лист от службы судебных приставов на содержание малолетнего ребенка истца по алиментным обязательствам. 

В результате несчастного случая на производстве, произошедшего 26.05.2017года с ФИО5, ответчиком были приобретены для фиксации позвоночника бандаж шейный и корсет грудо-поясничный на сумму 4420руб., оказана материальная помощь на лечение в сумме 10000руб. Предоставлялся транспорт гражданской жене истца ФИО1 для поездки в г.Михайловку 31.05.2017, затем 01.06.2017г в г.Волгоград для получения результатов обследования. Выделялся бензин для заправки кареты «Скорой помощи» Серафимовичской ГБУЗ «Серафимовичская районная больница» в количестве 35 литров 22.08.2017г.для повторного обследования ФИО5 

Из представленных представителями ответчика документов, следует, что ОАО «Серафимовичское 

<

данные изъяты>» находится в тяжелом финансовом положении, поскольку на протяжении последних 5-ти лет является убыточным. Сумма убытка согласно поданной налоговой декларации за 9 месяцев текущего года составила 3 млн. 633 тыс. руб., а всего за 5 последних лет – 21 млн. 736 тыс.руб.

Судом согласно исследованных материалов дела установлено, что между нарушением работодателем инструкции по охране труда по виду выполняемых работ, не связанной с исполнением прямых должностных обязанностей истца и причинением тяжкого вреда здоровью истцу ФИО5 по неосторожности имеется причинно-следственная связь.

В связи с чем доводы представителей ответчика о том, что предприятие обеспечило истцу безопасность на рабочем месте, был проведен инструктаж и, что ФИО5 по своей вине, из-за неосторожности, получил указанные телесные повреждения, ввиду вышеизложенного суд считает несостоятельными и надуманными. 

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и ст. 151 ГК РФ.

Согласно ч. 1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинения потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная 

<

данные изъяты> и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Исходя из положений п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, то факт причинения ему морального вреда предполагается.

Пунктом 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что размер компенсации зависит от характера и объема, причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

По поводу вышеуказанной травмы ФИО5 сильно переживает, ощущая страх остаться инвалидом и нетрудоспособным, поскольку в течении длительного времени является нетрудоспособным, не может надлежащим образом обеспечить семью и себя.

С учетом обстоятельств дела, объема и характера причиненных истцу ФИО5 физических и нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, характером причиненного ему вреда, травм и их тяжести, длительность нахождения на лечении, степень угрозы его здоровью, а так же степени вины ответчика, учитывая материальное положение истца и финансовое положение ответчика и участие ответчика в добровольном оказании помощи в лечении, требований разумности и справедливости, суд считает возможным исковые требования о возмещения морального вреда удовлетворить частично и взыскать с ответчика ОАО «Серафимовичский 

<

данные изъяты>» в пользу ФИО5 в счет компенсации морального вреда денежную сумму в размере 150000 (сто пятьдесят тысяч) рублей.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано

Согласно ч.1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В связи с предстоящим судебным процессом истец обратился к ФИО2 для получения консультации и составления искового заявления по данному вопросу. В соответствии с договором об оказании юридических услуг, -01-10/17 от 15 августа 2017 г.(л.д. 23)за консультацию, подготовку искового заявления в суд, и консультирование в ходе производства по данному делу, истец заплатил представителю ФИО2 10 000 рублей, что подтверждается распиской от 15.08.2017 г.

Учитывая требования разумности и справедливости, сложности дела, объема выполненной работы суд считает возможным взыскать с ОАО «Серафимовичское 

<

данные изъяты>» в пользу ФИО5 в счет возмещения расходов на юридические услуги денежную сумму в размере 10000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-196,198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ОАО «Серафимовичское 

<

данные изъяты>» в пользу ФИО5 в счет компенсации морального вреда денежную сумму в размере 150000(сто пятьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с ОАО «Серафимовичское 

<

данные изъяты>» в пользу ФИО5 в счет возмещения расходов на юридические услуги денежную сумму в размере 10000 рублей)

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения. 

Взыскать с ОАО «Серафимовичское 

<

данные изъяты>» в доход государства госпошлину в сумме 4200 рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Волгоградский областной суд в течении месяца, после вручения полного текста решения.

Решение в окончательной форме изготовлено 03.11.2017 г.

Судья Голованов С.В.