РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

25 мая 2018 года в городе Новом Уренгое Новоуренгойский городской суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе председательствующего судьи Сметаниной О. Ю., при секретаре Шарановой Л. С., с участием представителя истца (ответчика по встречному иску) ФИО1, ответчицы (истицы по встречному иску) ФИО2, представителя ответчицы (истицы по встречному иску) ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-912/2018 по иску ФИО4 к ФИО2 о об устранении препятствий в пользовании жилым помещением, а также встречному иску ФИО2 к ФИО4 о выделении супружеской доли из наследственной массы,

установил:

ФИО4, в лице его представителя ФИО1, обратился в суд с иском к ФИО2 с требованиями о возложении обязанности не чинить препятствий в пользовании квартирой № 

<

адрес> города Нового Уренгоя, передать ключи от дверей квартиры истцу и его представителю ФИО1, обеспечить доступ ФИО4 и ФИО1 в спорную квартиру. Иск мотивирован тем, что данное жилое помещение является собственностью ФИО4, ФИО2 сохраняет право пользования спорной квартирой. При этом ответчица всячески препятствует истцу в пользовании квартирой, не отвечает на телефонные звонки, не впускает ФИО1 в квартиру. ФИО1 обращался в полицию по данному факту, однако обращение результата не принесло. Истец желает продать спорную квартиру, но лишён возможности это сделать ввиду неправомерных действий ответчицы.

30 марта 2018 года ФИО2 обратилась в суд со встречным иском о выделении супружеской доли в имуществе (

<

адрес> города Нового Уренгоя), оставшемся после смерти ФИО5. Требования мотивированы тем, что 13 ноября 2013 года умер её бывший муж ФИО15 после смерти которого открылось наследство в виде 

<

адрес> города Нового Уренгоя ЯНАО. ФИО4 унаследовал данное имущество по завещанию. Несмотря на то, что спорная квартира ФИО5 была приобретена 19 июня 2006 года, то есть после расторжения между ними брака, фактически они проживали вместе и вели совместное хозяйство. На покупку квартиру были затрачены совместные средства ФИО2 и ФИО5 В связи с изложенным просит признать право собственности на 1/2 долю спорной квартиры, как на часть совместно нажитого в браке имущества, подлежащего исключению из состава наследуемого имущества (л. д. 28-32).

В судебное заседание истец (ответчик по встречному иску) ФИО4 не явился, 25 мая 2018 года направил в суд заявление, в котором просил рассмотреть дело в его отсутствие с участием его представителя ФИО1.

Представитель ФИО4 – ФИО1 (действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, выданной сроком на два года – л. д. 3-4) исковые требования поддержал, встречный иск не признал. Поддержал доводы, изложенные в письменном отзыве на встречное исковое заявление, приобщённом к материалам настоящего дела (л. д. 176-178). Дополнительно пояснил, что он является риелтором, которому ФИО4 поручил продать спорную квартиру. Он видел ФИО4 один раз, когда они оформляли доверенность у нотариуса, ФИО4 торопился, поэтому в спорную квартиру они вместе не пошли. Насколько он понял, у ФИО4 имеются ключи от спорной квартиры, но ему он их не отдал, сказав, чтобы он взял комплект ключей у ФИО2 Он один раз сходил в спорную квартиру, ФИО7ой дома не было, ему открыл дверь какой-то мужчина, записал его телефон, пообещав, что ФИО2 ему перезвонит. ФИО2 спустя какое то время позвонила ему, но о встрече они так и не смогли договориться. Больше он в спорную квартиру не ходил, несколько раз звонил ФИО2, но та поясняла, что ключ от квартиры имеется у ФИО4 и тот может передать данный ключ кому угодно. Он обращался к участковому уполномоченному полиции, но никаких доказательств этому у него нет, та как обращения были устными, участковый говорил, что это гражданско-правовые правоотношения и оснований проводить проверку нет. Также участковый ФИО6 ему пояснял, что в 2015 году ФИО4 подавал заявление о том, что ФИО2 препятствует ему в доступе в спорную квартиру, однако, в ходе проверки выяснилось, что ФИО4 перепутал квартиру, поэтому тот заявление забрал. 

Ответчица (истица по встречному иску) ФИО2 настаивала на удовлетворении встречного иска, не признав требования иска первоначального. По существу спора пояснила, что ФИО1 она увидела впервые в судебном заседании по настоящему делу, тот ни разу не приходил к ней и не обращался по вопросу продажи квартиры. Они с ФИО1 один раз разговаривали по телефону, ФИО1 просил ключ от квартиры, на что она ответила, что ключ имеется у ФИО4 Самого ФИО4 она не видела с 2015 года, он также не звонил ей. Она никогда не препятствовала в пользовании квартирой ФИО4, он в любое время может попасть в квартиру, открыв дверь своим ключом. В 2015 году, когда она видела ФИО7 последний раз, они вместе с женой ночевали в спорной квартире, при этом пояснили, что они заблудились, долго не могли найти квартиру, поэтому обращались к участковому. По существу требований встречного иска изложила доводы, содержащиеся во встречном исковом заявлении.

Представитель ФИО2 – ФИО3 (действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, выданной сроком на два года – л. д. 25) полагал требования первоначального иска не подлежащими удовлетворению ввиду их необоснованности. Настаивал на удовлетворении требований встречного иска. В обоснование своей позиции изложил доводы, содержащиеся в письменных возражениях на иск (л. д. 23-24), а также в самом встречном исковом заявлении (л. д. 28-31).

Свидетели Свидетель №2 и Свидетель №1 показали, что ФИО2 и ФИО5 несмотря на развод, проживали вместе, вели совместное хозяйство, заработная плата ФИО7ой была больше чем у ФИО5

Заслушав участников судебного заседания, показания свидетелей, исследовав и оценив материалы дела, суд приходит к следующему.

Как установлено, 27 февраля 2006 годы был прекращён брак между ФИО2 и ФИО5 (л. д. 14).

23 апреля 2007 года ФИО5 на основании договора купли-продажи приобрёл в собственность 

<

адрес> города Нового Уренгоя (л. д. 59-63).

ФИО2 зарегистрирована по месту жительства в спорной квартире с 31 марта 1999 года (л. д. 40).

Решением Новоуренгойского городского суда от 14 апреля 2008 года, вступившим в законную силу, года за ФИО2 было признано право пользования спорным жилым помещением на условиях ранее действующего договора найма, заключённого между ОАО «Ростелеком» и ФИО5 на пятилетний срок - со 2 декабря 1998 года до 7 декабря 2003 года (л. д. 133-137).

В настоящее время собственником спорной квартиры является ФИО4, который вступил в наследство после смерти ФИО5, что объективно подтверждается свидетельством о праве на наследство по завещанию (л. д. 11), свидетельством о государственной регистрации права серии 

<

адрес> от 17 июля 2014 года (л. д. 12).

Из объяснений сторон и показаний свидетелей судом также установлено, что с декабря 1998 года по момент рассмотрения дела судом, ФИО2 проживает в спорной квартире одна, собственник квартиры – ФИО4 в спорной квартире не проживает.

Разрешая требования первоначального иска, суд руководствуется следующим.

В Конституции РФ в ст. 8, 34, 35, 36 и 44 определены основные имущественные права вообще и право собственности граждан в частности, а также пределы осуществления этих прав.

Конституционные положения о праве собственности нашли отражение в нормах действующего законодательства, прежде всего ГК РФ, определяющего содержание права собственности через правомочия собственника по владению, пользованию и распоряжению своим имуществом (ст. 209); воспроизводящего конституционную норму о том, что права всех собственников защищаются равным образом (ст. 212).

По смыслу ст. 304 ГК РФ ответчиком в негаторном правонарушении выступает лицо, которое своим противоправным поведением создает препятствия, мешающие нормальному осуществлению права собственности истца. В соответствии со ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Правом на негаторный иск обладает собственник, который владеет вещью, но лишен возможности пользоваться или распоряжаться ею. Ответчиком будет являться лицо, которое фактически не владеет спорным имуществом, но своим противоправным поведением создает препятствия, мешающие нормальному осуществлению права собственности истца. В соответствии со ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путём восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения. Согласно ст. ст. 304 и 305 ГК РФ условием удовлетворения иска об устранении препятствий в пользовании имуществом является совокупность доказанных юридических фактов, которые свидетельствуют о том, что собственник или иной титульный владелец претерпевает нарушения своего права.

Ч. 1 ст. 3 ГПК РФ установлено, что заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Таким образом, действующее законодательство предоставляет право на обращение в суд за восстановлением права только в случае, если кто-то на это право посягает, то есть в случае, если такое право нарушается лицом, к которому адресовано исковое требование. Данные требования закона установлены не случайно, поскольку предъявление к какому-либо лицу иска влечет для него определенные негативные последствия, такие как необходимость участия в рассмотрении дела, несение судебных расходов, а в случае удовлетворения требований истца, возмещение последнему понесенных им судебных издержек.

Негаторный иск может быть удовлетворен при доказанности наличия права собственности или иного вещного права у истца; наличия препятствий в осуществлении прав собственности; обстоятельств, подтверждающих то, что именно ответчиком чинятся препятствия в использовании собственником имущества, не соединенные с лишением владения.

При предъявлении иска собственнику необходимо подтвердить свое право на имущество и доказать факт нарушений своего права. Если нарушитель прав собственника не сможет доказать правомерность своего поведения, нарушения прав собственника должны быть устранены. При этом такое обстоятельство, как наличие или отсутствие вины нарушителя, значения не имеет.

Ст. 59 ГПК РФ суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

В подтверждение того, что со стороны ФИО2 чинятся препятствия в пользовании спорной квартиры, представитель истца ФИО1 ссылался на тот факт, что он, являясь лицом, уполномоченным собственником на продажу спорной квартиры, не может сделать фотоснимки жилого помещения, осмотреть квартиру, показывать квартиру потенциальным покупателям. При этом уточнил, что в настоящее время единственным препятствием со стороны ФИО2 ФИО4 в пользовании спорной квартирой является то, что ФИО7 не передала ключ от входной двери ФИО1.

Одновременно, в судебном заседании ФИО2 утверждала, что ключ от входной двери имеется у собственника квартиры ФИО7, ФИО1 с просьбами о предоставлении доступа в квартиру для её осмотра, согласовании времени такого доступа, к ней не обращался, ФИО4 намерения пользоваться квартирой не изъявлял, в квартиру не разу не приходил, сотрудники полиции также не разу не обращались к ней по вопросу ограничения прав собственника по пользованию квартирой. В 2015 году обращение ФИО4 в полицию было обусловлено тем, что ФИО7 перепутал адрес квартиры.

Вышеперечисленные обстоятельства признаны представителем ФИО4 – ФИО1 в судебном заседании.

В соответствии с положениями ч. 2 ст. 68 ГПК РФ признание стороной обстоятельств, на которых другая основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости дальнейшего доказывания этих обстоятельств.

Ссылка ФИО1 на то, что ФИО4 слишком торопился уехать из города, поэтому не передал ему имеющийся у того ключ от спорной квартиры, не порождает обязанность у ФИО2, имеющей право пользования спорной квартирой, передать свой экземпляр ключа доверенному лицу ФИО4 вместо него.

В судебном заседании ФИО1 ссылался на то, что он обращался в полицию по факту воспрепятствования ФИО2 ему в доступе в спорную квартиру, однако не имеет никаких доказательств в подтверждение своих доводов, в связи с этим ходатайствовал перед судом о допросе в качестве свидетеля сотрудника ОМВД по г. Новому Уренгою Свидетель №3 и истребований сведения о его обращениях в полицию.

В соответствии с сообщением ОМВД по г. Новому Уренгою, данным в ответ на запрос суда, за период с июня 2014 года по январь 2018 год, в отделе было зарегистрировано лишь одно подобное обращение в июне 2015 года ФИО4, иных обращений в ОМВД по г. Новый Уренгой за данный период ни от ФИО4, ни от ФИО1 не поступало.

Учитывая, что обращение от июня 2015 года, как это следует из пояснений ФИО2 и признано ФИО1, было обусловлено тем, что ФИО4 перепутал адрес спорного жилого помещения и фактически пытался попасть в другую квартиру, то суд считает установленным с достаточной степенью достоверности, что в ОМВД по г. Новому Уренгою отсутствуют сведения о фактах обращения ФИО4 по вопросу воспрепятствования ФИО2 в пользовании спорной квартирой.

Явка свидетеля ФИО6 в судебное заседание представителем истца не обеспечена, по сообщению ОМВД по г. Новому Уренгою, старший участковый уполномоченный полиции ФИО6 с 1 апреля 2018 года находится в отпуске за пределами города Нового Уренгоя, с последующим увольнением на пенсию.

Также суд учитывает, что ФИО4 длительное время в квартире не проживает добровольно, намерения посетить квартиру не изъявлял.

Таким образом, оценив указанные доказательства в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что в настоящее время никаких препятствий со стороны ФИО2 в пользовании ФИО4 спорной квартирой не чинится. ФИО4 как сам, так и через своего представителя ФИО1, имеет возможность посетить и пользоваться квартирой, так как имеет ключ от входной двери данной квартиры, однако этого не делает. При таких обстоятельствах суд не находит оснований для судебной защиты права собственности ФИО4, поскольку не установлено нарушение данного права со стороны ФИО2

Следовательно, в удовлетворении иска ФИО4 необходимо отказать.

Далее, разрешая требования встречного иска ФИО2, суд приходит к следующему.

Обращение ФИО7ой в суд с рассматриваемым встречным иском вызвано тем, что спорная квартира, перешедшая к ФИО4 в порядке наследования по завещанию от ФИО5, приобретена на денежные средства, нажитые ФИО2 и ФИО5, ведя совместное хозяйство.

В состав наследства, согласно ст. 1112 ГК РФ, входят принадлежащие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В соответствии с положениями ч. 2 ст. 218 ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежащее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Согласно ст. 1150 ГК РФ, принадлежащее пережившему супругу наследодателя в силу завещания или закона право наследования не умаляет его права на часть имущества, нажитого во время брака с наследодателем и являющегося их совместной собственностью. При этом доля умершего супруга в этом имуществе входит в состав наследства и переходит к наследникам.

В соответствии со ст. 10 СК РФ брак заключается в органах записи актов гражданского состояния. Права и обязанности супругов возникают со дня государственной регистрации заключения брака в органах записи актов гражданского состояния.

В силу ст. 256 ГК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

В силу ст. 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие).

Согласно разъяснениям, приведённым в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу, является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу статей 128, 129, пунктов 1 и 2 статьи 213 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или кем внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества. Не является общим совместным имущество, приобретённое хотя и во время брака, но на личные средства одного из супругов, принадлежавшие ему до вступления в брак, полученное в дар или в порядке наследования, а также вещи индивидуального пользования, за исключением драгоценностей и других предметов роскоши.

В ст. 36 СК РФ приводится перечень оснований, при наличии которых имущество считается принадлежащим на праве собственности одному из супругов.

Таким имуществом является имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов).

Следовательно, определяющими в отнесении имущества к раздельной собственности супругов (имущество каждого из супругов) являются время и основания возникновения права собственности на конкретное имущество у каждого из супругов (до брака или в браке, но по безвозмездным сделкам).

Как было указано выше, 

<

адрес> в городе Новому Уренгое была приобретена ФИО5 на основании договора купли-продажи от 23 апреля 2017 года, право собственности зарегистрировано 25 мая 2007 года, то есть после прекращения брака между ФИО5 и ФИО2, состоявшегося 27 февраля 2006 года.

Обязательство по оплате приобретённого жилого помещения перед продавцом было исполнено ФИО5 также после расторжения брака с ФИО2 

Допустимых и достаточных доказательств того, что на оплату стоимости спорной квартиры были затрачены денежные средства, нажитые супругами П-выми во время брака, суду не представлено и судом не добыто.

В силу изложенного к указанному имуществу не может быть применён режим совместной собственности супругов. 

Выводы суда в данной части согласуются с позицией Верховного Суда РФ, выраженной в Определении от 5 июля 2016 года № 37-КГ16-8.

Доводы ФИО2 о том, что она и ФИО5 после расторжения брака фактически проживали одной семьёй, по мнению суда не могут быть приняты во внимание, поскольку режим совместной собственности распространяется только на имущество, нажитое в период брака, а фактические семейные отношения мужчины и женщины, совместное проживание и ведение общего хозяйства, вне независимости от их продолжительности не порождают правоотношений совместной собственности на имущество, поскольку режим совместной собственности установлен законом лишь для супругов, в связи с чем намерение иных лиц создать совместную собственность, приобрести имущество в совместную либо долевую собственность, должно быть подтверждено достоверными и допустимыми доказательствами.

П. 2 ст. 218 ГК РФ предусмотрено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договоров купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении имущества.

Право собственности на спорную квартиру приобреталось на основании договора купли-продажи. ФИО2 в данном договоре купли-продажи не указана, в связи с чем данное имущество может быть признано общей собственностью лишь при доказанности, что между ней и ФИО8, указанным в договоре в качестве покупателя, была достигнута договорённость о совместной покупке имущества и в этих целях она вкладывала свои средства в его приобретение.

По смыслу ст. 244 и ст. 218 ГК РФ при обращении с требованием о признании права общей собственности истец должен доказать, что обе стороны согласовали в договоре либо иным образом выразили свою волю на поступление имущества в общую собственность, либо то, что поступление имущества в общую собственность предусмотрено законом, а также то обстоятельство, что лицо, требующее признания за ним права собственности, изначально имело намерение получить данное имущество в свою собственность, в частности создавало его для себя.

В соответствии с требованиями ст. 245 ГК РФ соглашением всех участников долевой собственности может быть установлен порядок определения и изменения их долей в зависимости от вклада каждого из них в образование и приращение общего имущества.

При заключении договора купли-продажи спорного имущества, в частности договора купли-продажи недвижимости, стороной этого договора ФИО2 не являлась, в связи, с чем данное имущество могло быть признано общей собственностью лишь при доказанности, что между ФИО5 и ФИО2 была достигнута договоренность о совместном создании общего имущества в виде спорной квартиры.

Однако никаких доказательств, бесспорно свидетельствующих о наличии между истицей и наследодателем такой гражданско-правовой сделки, совершённой в письменной форме до заключения договора купли-продажи или после, истицей в нарушении ст. 56 ГПК РФ предоставлено не было.

Таким образом, в судебном заседании не было установлено, что между ФИО5 и ФИО2, не состоящими в браке на момент заключения сделки купли-продажи квартиры, имелась какая-либо договоренность о создании общей собственности и суду не представлены доказательства, с достоверностью подтверждающие вложение истицей собственных средств в создание общего имущества. Нахождение сторон в фактических брачных отношениях после расторжения брака в 2006 году не является доказательством состоявшейся между ними договоренности о создании общего имущества, размер материальных вложений ФИО2 должен быть подтверждён допустимыми средствами доказывания.

При таких обстоятельствах, учитывая, что спорная квартира приобретена наследодателем после расторжения брака с ФИО2, доказательства о наличии между ними договоренности о её покупке в совместную собственность ФИО2 не представлено, суд приходит к выводу, что требования о признании квартиры совестно нажитым имуществом и признании права собственности на 1/2 доли квартиры не основаны на нормах действующего законодательства.

Далее, самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении искового заявления является пропуск ФИО2 срока исковой давности обращения в суд.

Представитель ФИО4 заявил о пропуске ФИО2 срока исковой давности.

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено, общий срок исковой давности устанавливается в три года (ст. 196 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Как отмечено в определении Конституционного Суда РФ от 21.04.2011 № 558-О-О, положение п. 1 ст. 200 ГК РФ сформулировано таким образом, что наделяет суд необходимыми дискреционными полномочиями по определению момента начала течения этого срока исходя из фактических обстоятельств дела.

Принимая во внимание то, что предполагаемое право собственности ФИО2 на часть спорного имущества, было нарушено, когда спорная квартира была включена в наследственную массу, о нарушении своего права ФИО2 должна была узнать после смерти ФИО5 и не позднее дня получения ФИО4 свидетельства о праве на наследство по завещанию – 23 мая 2014 года.

В судебном заседании ФИО2 пояснила, в мае-июне 2014 года ФИО4 с супругой приезжали в г. Новый Уренгой и останавливались у нее ночевать, они приезжали для оформления документов по наследству. Между ФИО2 и ФИО4 состоялся разговор о том, что ФИО7 желает продать квартиру. Таким образом, на июнь 2014 года ФИО2 было известно о наличии завещания на квартиру в пользу ФИО4

Следовательно, срок исковой давности с 13 ноября 2013 года (день открытия наследства) и с 23 мая 2014 года (даты выдачи свидетельства ФИО4) до обращения ФИО2 в суд – 30 марта 2018 года истёк.

Оснований, предусмотренных ст. 205 ГПК РФ, для восстановления пропущенного процессуального срока, суд не усматривает. Доказательств уважительности причин пропуска срока истицей в дело не представлено.

Те обстоятельства, на которые указывает ФИО2 и её представитель, а именно юридическая неграмотность ФИО2 в силу которой она заблуждалась, полагая, что является сособственником спорной квартиры, наравне с ФИО4, являются несостоятельными, поскольку, не обладая правоустанавливающими документами в отношении спорной квартиры и зная о том, что спорную квартиру унаследовал по завещанию ФИО4, ФИО2 не имела никаких основании полагать, что является собственником квартиры, в которой проживает. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что ФИО2 без уважительных причин пропущен срок исковой давности обращения в суд.

Таким образом, суд считает необходимым отказать в удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 в полном объёме.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, 

решил:

В удовлетворении иска ФИО4 отказать.

В удовлетворении встречного иска ФИО2 отказать.

Настоящее решение может быть обжаловано сторонами в суд Ямало-Ненецкого автономного округа в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме 30 мая 2018 года путём подачи апелляционной жалобы через Новоуренгойский городской суд.

Председательствующий: